Виктория Мухина
По миру в поисках любви. Мой ангел

© Мухина В.Ю., 2018

© ООО «Издательство «Вече», 2018

* * *

Когда был ты, все имело смысл. Ненавистная работа носила характер непостоянный. Она была нужна, чтобы не сидеть у тебя на шее и, имея хоть какОглое-то занятие, не думать о тебе целыми днями. Теперь выходной стал каким-то тягостным мучением, а работа истязает так, что невозможно стало сопротивляться злостной действительности. «Как быть? Как жить? Зачем она, жизнь?» – думала Елена. И не просто думала, а ее трясло, грудь хотела разорваться на куски, душа вырывалась наружу от боли, от страданий, причиненных ей главным человеком, еще недавно дарившим ей столько страсти, заботы, ласки и мыслей о предстоящем будущем. Она молодая женщина, но хорошо понимает, что жизнь и понятие счастья состоят из череды событий. Что люди не могут находиться в постоянном счастье. Счастье – это моменты, которые окрашивают нашу жизнь разными красками. Но, как и всем вокруг, ей хочется познать любовь, красоту отношений и взаимопонимания. Такова сущность человека, и Елена не исключение.

Июль 2007-го. Она все-таки в аэропорту, как это ни больно. Мучительные воспоминания гложут душу, слезы накатываются сами собой, она старается не подавать вида. Рядом родной человек – мама. Понимая переживания дочери, старается быть деликатной, но в то же время возбуждена предстоящей поездкой и не скрывает улыбки. – Нужно купить чего-нибудь выпить, ты не против? – Ее предложение не вызывает отрицания со стороны Елены, и женщины идут в дьюти-фри. Купив бутылку «мартини бьянко», они направились к выходу. Громкоговоритель затребовал пассажиров на посадку. По истечении получаса все сидели на своих местах и оживленно говорили.

– Рейс Санкт-Петербург – Доломан готов к взлету, – передал командир самолета.

У Елены перехватило дыхание. Она прекрасно осознавала, что смена обстановки благоприятно повлияет на ее внутреннее состояние, что уже сегодня ее ждут новые впечатления и эмоции. С каждым глотком мартини слезы катились по щекам Елены. Она вспоминала, сколько было совместных путешествий с тем человеком, которого она любила и которому была предана. А теперь все кончено. Уже прошло полгода, а боль все не утихает. Она скорбит о прошлом и о несостоявшейся любви. «Сейчас начнется новая жизнь, – думала она – новая обстановка, солнце и море».

Когда самолет благополучно приземлился, уже смеркалось. В отель они приехали к ужину. Их проводили в номер, который был очень уютным. Хорошенький небольшой номер выходил окнами на море. Выйдя на балкон, они вдохнули морского свежего воздуха, который имел запах йода, и улыбнулись друг другу: «Спасибо, Господи, что одним вдохом можно успокоить свои нервы!» – переглянулись женщины.

Елена незамедлительно приняла душ, чтобы смыть следы былой усталости от перелета. Накинув сверху полотенце, она распаковала чемодан. Долго не думая, она вынула брюки и топ и, уже одетая, ждала маму. Тут же была готова и Жанна – так звали ее мать. Ужин проходил обычным образом: женщины перекусили фруктами и попробовали несколько видов десертов. Запив это все белым сухим вином, они вышли прогуляться на побережье, подышать морским воздухом и осмотреться. Воздух был теплым, но влажным. Елена почувствовала, как по ее спине стекает капелька пота. Вспомнив, что еще сегодня в аэропорту таким же образом стекала слеза по ее щеке, она улыбнулась!

Уже было совсем темно. В небе горело множество звезд. Сегодня они казались зелеными. Сосны росли, склонившись ветвями к воде, а легкий прибой пенистыми волнами омывал ветви. Это приятное зрелище несло в душу полный покой, осознание полной свободы и давало чувство избавления от своих проблем.

Просыпаться на отдыхе как можно раньше было любимой привычкой обеих, чтобы застать утреннее солнце ласковым, дающим здоровье и бодрость. Одевшись в шорты и топы, собрав необходимые вещи, женщины вышли к завтраку. Официанты гремели посудой, готовясь к приему гостей. Слегка перекусив национальным йогуртом с медом, поэкспериментировав с добавлением в него джема и запивая кофе турецкие булочки, женщины почувствовали себя бодро и отправились на пляж.

На выходе из гостиничного комплекса их лица озарило утреннее солнце, которое только вставало над горами. Нежно-персиковый свет лег им на кожу. Небо было без единого облака, а синева морской воды поражала взгляд. Холмы огибали бухту, спокойную, тихую, без единого волнения. «Ни души, какое спокойствие! Нет суеты большого города, только солнце, море и песчаный пляж», – подумали женщины. Развернув шезлонги по направлению к солнцу, обе легли на свои полотенца, от удовольствия закрыв глаза.

Постепенно народ прибывал и пустынное побережье становилось многолюдным. Кто-то забегал в еще не прогретую воду и с воплями окунался с головой. Но эти вопли радости не раздражали, а вызывали улыбку. Елена почувствовала, как ее тело нагрелось, это было сигналом для погружения в столь любимую морскую воду. Она была отличной пловчихой, ее тело было великолепным, упругое и рельефное. Ее грудь не была большой, но имела красивую форму, талия была довольно тонкой, а ягодицы – привлекательно круглыми. Она имела сильные ноги и накачанный пресс. У Елены было все, о чем мечтают женщины, посещая фитнес-клубы.

Елена вошла в воду. Содрогнувшись от немного прохладной воды, но не подав вида, Елена поплыла. Каждое погружение в воду было для нее не чем иным, как тренировкой духа, тела, эмоций. Красивая техника плавания, которой обладала Елена, всегда бросалась в глаза, а когда она выходила из воды, совершенная, сильная, спортивная, ею любовались. Во многих глазах была не зависть, а восхищение. Ничто не привлекает так, как совершенство. Но помимо телесной оболочки в ней хранились нерастраченные чувства добра, ласки, тепла, забота о ближнем, сострадание. Все это было в ней.

Имевшую привлекательную внешность Елену вполне можно было назвать красивой. Ее серо-голубые глаза были вдумчивыми. Длинные ресницы загибались вверх и доходили до самых бровей, придавая ее лицу женственность и очарование. Порой, когда она плакала, ее глаза приобретали бирюзовый оттенок. Тогда они становились грустными, и любой человек мог прочитать в них боль. Она считала себя сильной, но была мягкой, беззащитной. Ей хотелось носить маску ветрености и беззаботности, но в ее голове всегда присутствовала мысль, желание быть любимой и любить, создать свой очаг и служить верой и правдой. Естественное стремление женщины.

Время близилось к полудню, солнце начало греть так сильно, что мать и дочь поспешили уйти в более тенистые места. Они прогуливались мимо отелей по лесным тропинкам, там можно было отдохнуть от полуденной жары, местами спускаться к воде и пробираться по морю, держась за валуны, по которым ползали маленькие рачки и крабики. Вода была теплой и прозрачной. Женщины погружались в эту прозрачную голубую соленую воду, а затем шли дальше. Вскоре показался широкий песчаный пляж, он был городским и не принадлежал отелю. Здесь отдыхало местное население. Мать и дочь решили расположиться на нем. Они с любопытством наблюдали, как турчанки купаются в закрытых одеждах. Как маленькие дети, они барахтались в воде, некоторые плавали с надувными игрушками, держась за них, другие без, но в лице каждой из них было счастье, они получали от жизни удовольствие, зная свою участь хозяек и хранительниц домашнего очага. Они не требовали от жизни многого, они просто знали свое назначение и то, что о них есть кому позаботиться. Иначе – мы, русские женщины, взявшие на себя столь много обязательств.

Возвращаясь под вечер в отель, женщины еще раз окинули взглядом пройденный маршрут. Все уже было в другом виде. Солнце садилось, закат залил все небо красным светом, и это отражалось в морской воде. «О чудо! Природа изменчива, как и человек, только ее разрушения переживают не многие», – размышляла Елена.

Вот таким спокойным образом прошел второй день на курорте. Ничего не предвещало каких-то изменений в жизни Елены. Но в этот вечер Елена решила для себя, что ей необходимо поднять собственную самооценку. Она надела на ужин короткое платье цвета шампанского, которое очень выигрышно подчеркивало ее силуэт, и босоножки на среднем каблуке, Елена стала выглядеть сногсшибательно. Выпив за ужином немного белого сухого вина, мать и дочь вышли на променад. Сегодняшний вечер, казалось, был каким-то изумительным. Даже воздух пах не йодом, а цветами. На душе было ощущение радости, а в глазах появилось стремление к жизни. Они шли, улыбаясь встречным прохожим, внезапно их лица озарились восхищением, когда дамы увидели впереди себя двух великолепно одетых мужчин. Проходя мимо, один из джентльменов произнес: «Чао!» – и улыбнулся белоснежной улыбкой. Он стал для нее минутным помешательством. Мужчина средних лет был великолепно сложен, его загорелая кожа имела черноватый оттенок, как у восточных мужчин. Копна его черных волос была уложена гелем для фиксации и стояла домиком, как это было модно в Европе несколько лет подряд. Его голливудская улыбка открывала полный рот белых зубов. «Вот это мужчина!» – подумала Елена. Видом он походил на итальянца. И все же им пришлось разойтись, оставив в сердцах друг друга след.

На следующее утро все повторилось прежним образом: ранний подъем, завтрак и пляж. Но в полдень Елена выразила желание посетить аквапарк, Жанна, конечно, последовала за ней. На территории аквапарка народу было не много, всего несколько человек, которые отдыхали на шезлонгах, закрывшись от солнца зонтами. Солнце жарило сильно, единственным спасением были немногочисленные облака. Взяв двухместные лодки, женщины совершали спуск за спуском. Поначалу было страшновато, когда впереди возникал неожиданный вираж, но потом ощущения стали привычными, и Жанне поднадоело. Она решила покинуть дочь и подождать ее в тени. Так как лодка была двухместной, Елена стала озираться по сторонам в надежде найти себе компанию. Компания нашлась очень быстро. К Елене направлялся молодой загорелый парень. Он был хорошо сложен, а его курчавые длинные волосы придавали лицу более зрелый вид, хотя ему было всего на вид лет девятнадцать.

– Привет, – сказал он по-русски. – Ты из России?

Елена кивнула.

– Можем вместе, – предложил он.

Елена улыбнулась и снова кивнула. Парень был симпатичным и, по-видимому, сильным, лодку он подхватил с легкостью. Пропустив Елену первой идти по лестнице, стал подниматься позади нее. Елена точно не знала, но было ощущение, что на ее зад пялятся. Парень был работником аквапарка, для него в спусках с горок не было ничего особенного, но сегодняшний спуск он захотел сделать знаменательным событием для себя. Усадив Елену спереди, он оттолкнул лодку и запрыгнул в нее. Проплыв метров десять, лодка внезапно остановилась. Вода перестала стекать вниз, было темно, и только слабый свет просачивался через стыки в трубе.

– Что произошло? – начала говорить она по-английски.

Парень вышел из лодки и подошел к ней. Сердце Елены начало бешено колотиться, когда его рука дотронулась до ее груди. Затем он обхватил Елену руками, используя для этого всю свою силу, и стал целовать ее в губы. Ей некуда было деваться, находясь в замкнутой трубе, и без воды спуститься вряд ли бы удалось. «Как из нее выбираться?» – думала она. Невольная паника овладела ею. Она говорила с ним, просила остановиться, но в ответ только слышала: «Я не понимаю по-английски». Собравшись с мыслями и сказав себе: «Не нужно паниковать, надо что-то делать», Елена вдруг поняла, что может быть сильной, сильнее мужчины, сильнее зверя, что инстинкт самосохранения всегда подскажет, как действовать в той или иной ситуации. Не ожидая от себя такой мощи, Елена оттолкнула парня так, что тот приземлился на спину. Падение было гулким, но парень не проронил ни слова, лишь несколько раз стукнул по трубе. Вода снова полилась. «По команде», – подумала Елена, но все же позволила парню сесть в лодку. Как ни в чем не бывало, они вместе выкатились из трубы в бассейн. Не подавая вида, она собрала вещи, разложенные на шезлонге, и поторопила маму, лежавшую в полудреме в тени. Направляясь обратно в отель, проходя мимо отельного входа, Елена задержалась возле кустарника розового олеандра, она вздохнула с облегчением: «Что за день, чего ему взбрело в голову? С виду совершенно нормальный парень, а доставил мне и себе неприятности».

Войдя в отель и проходя мимо стойки ресепшена, Елена увидела его. Облокотившись на стойку, с видом совершенно беззаботным, стоял он. Увидел Елену, и его рот изобразил все тот же шикарный голливудский оскал. В этот раз он был одет в пляжную одежду. Зеленая футболка и красные шорты придавали ему юношеский вид. «Как он красив, а как улыбается!» – заметила она.

– Привет!» – сказал он на русском языке.

– Привет!» – ответила Елена. Ее разум помутнел, легкие словно наполнились кислородом, а в ее тело вдохнули новую жизнь. «Вот он, идеал!» – подумала она.

На вопрос: как жить дальше, Елена не знала ответа, но было понятно, что теперь появился смысл жить. Ей хотелось покорить его сердце. Но сперва необходимо завязать знакомство, ведь кроме беглого «привет» она не знает о нем ничего. «Я должна поразить его сегодня. Но чем? – задала себе вопрос Елена, следом отвечая на него: – Мужчины любят глазами, следовательно, сегодня за ужином я должна быть великолепна».

Не успели Жанна и ее дочь войти в ресторан, как восхищенным взглядом новый знакомый окинул Елену с ног до головы. Он застыл, немного приоткрыв рот, затем расплылся в улыбке. Она ответила ему в знак приветствия кивком головы и мило улыбнулась. Ей расхотелось есть, она испытывала нервное возбуждение, она мечтала об одном – остаться наедине с ним.

Столкнувшись бок о бок возле стойки с лакомствами, они разговорились.

– Дэнис, сокращенно Дэн, – представился он.

– Елена, – ответила она. – Ты говоришь по-английски?

– Да, немного, но больше по-немецки, я из Германии. Давай вечером увидимся, например, часов в десять в холле, я буду тебя ждать, – предложил он. Елена положительно кивнула в ответ.

Слабая испарина шла по телу. В это время года повышенная влажность. Благодаря этому волосы Елены начали виться и спускались волнами ниже плеч. Медленным шагом, как ей казалось, она приближалась к холлу, а душой она летела, стремясь к своей новой мечте. Вот она уже здесь. Невозможно не заметить мужчину во всем белом, сидящего на черном диване. Это был Дэн. Он сидел в одиночестве и ждал ее.

– Привет, я рада тебя видеть, что будем делать? – спросила она.

– Пойдем, сядем возле моря! – Взявшись за руки, они пошли к морю. Елена и Дэн смотрелись идеально. Она была славянской внешности, а он – жгучий восточный мужчина. Разговаривали они много, присев на шезлонг друг против друга. Глаза у обоих блестели в темноте. Его интересовала ее жизнь, он задавал много вопросов о личном. Елена не хотела ничего скрывать, поэтому отвечала подробно. Ей хотелось открыться ему, тем самым стать ближе.

– Хочешь пройтись? – спросил Дэн и взял ее снова за руку. Они шли медленно, неспешно, улыбаясь друг другу.

– Я одинок, у меня нет женщины, я весь в работе, и мне некогда думать о личном, – сказал лаконично Дэн.

– А я тоже свободна, не нашла того единственного, – сказала Елена и мило улыбнулась. Ее боль куда-то уходила, она понимала, что ей овладевают новые чувства.

Наконец, поняв, что она очень устала за сегодняшний день от жары и пережитых впечатлений, Елена решила идти спать. Дэн, держа крепко за руку Елену, проводил ее до лифта, нежно поцеловал в губы. Посмотрел в ее глаза, снова поцеловал и нажал кнопку. Она уехала.

Утро следующего дня было великолепным. Елена проснулась в радостном настроении. Она предвкушала, как на пляже снова увидит своего идеального мужчину. «Неплохо бы провести этот день вместе», – подумала Елена и потянулась от удовольствия. Но на пляже ей никак не удавалось полностью расслабиться. Она нервно искала глазами Дэна в надежде, что он уже пришел. Ей не терпелось его увидеть, она хотела его обнять. Но Дэна нигде не было. В расстроенных чувствах Елена пошла в воду. «Не стоит переживать, ничего между нами не было, никто никому ничего не обещал, – пыталась успокоить она себя. – Зачем обольщаться, надо взять себя в руки, я ведь умею!» Ей необходимо было проплыть максимально быстро, чтобы выплеснуть из себя отрицательную энергию. Плывя, Елена ощущала, как трудно разгребать морскую воду, в отличие от воды в бассейне. Она чувствовала, как начинает испытывать одышку. Волны, хотя и были небольшими, но все же мешали плыть. В один из неподходящих моментов, когда волна поднялась, Елена сделала вдох и захлебнулась. Прокашлявшись, она решила плыть назад. Путь назад был гораздо легче. Елену покачивало на волнах, и вода в нос не попадала.

Когда она выходила из воды, голова кружилась – ее немного укачало на волнах, но дурные мысли покинули ее голову. Она осмотрелась по сторонам и заметила сидящего на шезлонге Дэна, который пристально наблюдал за ней. Увидев, что она заметила его, Дэн поспешил подойти к Елене. Он очень нежно дотронулся своими губами до ее рта. Елена почувствовала мягкие теплые пухлые губы и на удивление его прохладное дыхание.

– Здесь мама, – застеснялась Елена.

– Где? Я хочу с ней познакомиться!

– Пойдем, я вас представлю.

Днем Елена и Дэн не расставались. Они много плавали, разговаривали, смеялись. Даже приняли участие в турнире по пляжному волейболу, который немного подпортил настроение Жанне, когда мяч приземлился на ее голову. К счастью для нее, все обошлось испугом. Только пообедать Дэн решил отдельно, так как отдыхал в компании друга и не хотел оставлять его надолго.

Вечером Дэн предложил всем вместе пойти выпить мартини. Компания состояла из нескольких человек, Дэн и его друг Рас приехали из Германии, хотя по происхождению были самыми настоящими турками, Патрис и ее мама Лора были голландками по происхождению и немного ранее познакомились с Расом на курорте, нежели Елена и Дэн. Присели за круглым соломенным столом, завязалась оживленная беседа. Немного алкоголя придавало смелости беседе, теперь не чувствовался языковой барьер. Все в компании были восхищены: как хорошо смотрелись Елен и Дэн! Они походили на идеально созданную пару. Как будто их природа создала друг для друга. Вскоре всем захотелось танцевать, и, пройдя несколько метров до ночного клуба и едва услышав звуки музыки, шумная компания начала танцевать, еще не успев войти в клуб. Было удивительно, что у иностранцев отсутствуют комплексы. Они раскрепощены, как правило, пластичны и не выглядят смешными. Дэн танцевал очень красиво, в его теле чувствовалась пластика, которая была природной. Дэн покачивал бедрами в такт восточной музыке. Затем послышалась мелодия медленного танца. Дэн обнял Елену и весь танец не выпускал ее из своих объятий. Он был настоящим джентльменом. Ждущим, не требующим ничего от женщины. А она хотела близости с ним, но не могла подать вида. Она должна быть леди, ее так учили. Она не может первая сказать мужчине, что его хочет.

Танцы закончились, но Дэн не отпускал от себя Елену.

– Пойдем ко мне! – предложил он. Она этого ждала и немного сдавила его руку в знак согласия.

Он медленно снимал с нее платье, не торопясь. Нежно, ласково целовал ее губы, шею, плечи, она пылала, ее страстная натура так долго была одна, без любви, без внимания, что она отдалась ему, так сильно этого желая. В этот момент она думала только о нем, как им хорошо, как они подошли друг другу. Она больше ни о чем не могла мечтать. Ей не хотелось, чтобы это заканчивалось. Страсть приливала к ним новыми волнами. Немного отпускала и опять накрывала их. Когда они лежали фактически бездыханные, он обнял ее:

– Останься, я прошу тебя!

– Нет, не в этот раз, я никогда не остаюсь!

Она ушла, жалея, что есть принцип, что есть мама, перед которой было неудобно. В то же время она была настолько счастлива, что решила не опережать события.

На следующий день Дэн открылся Елене, рассказав ей немного своей биографии. Что он имеет сына, который так же, как и он живет в Германии. Дэн рассказал, что он родом из Турции, что его родные живут в Измире и он бы хотел представить Елену его семье. Невольно у обоих возникали мысли о будущем, он говорил, что теперь ее не оставит, что ему только нужно немного времени, чтобы доделать дела. И тогда он обязательно приедет к ней в Россию, а затем заберет с собой в Германию. В хорошие моменты жизни мы все принимаем за чистую монету, мы не ждем обмана, подвоха.

Образовавшаяся новая пара притягивала взгляды окружающих. Все видели двух влюбленных людей, которые этого не скрывали. Он был старше ее на 15 лет, но это не бросалось в глаза, он был молод и пылал здоровьем. Теперь их ужины проходили совместно, но она никогда не оставалась у него на ночь. Это было ее правилом.

На следующий день их ждала совместная прогулка на яхте по морю. Собралась вся компания, была приглашена и Жанна. Хотелось новых впечатлений и разнообразия. Взяли с собой продуктов, чтобы перекусить, воды и пива.

Утро было великолепным, погода как всегда радовала, но на небе появились маленькие облака. Все были в сборе и встретились в ресторане, чтобы плотно позавтракать перед предстоящей прогулкой.

Таксист их отвез в порт. Там, найдя арендованную яхту и пройдя регистрацию, вся компания была загружена на борт. Капитан их приветствовал улыбкой и протянул руку Жанне. Капитан был мужчиной лет пятидесяти, загорелый, немного с животиком, но с хорошими густыми волосами. Его немного небрежный вид не вызывал отвращения. Он пленил обаянием. Немного говорил по-английски, но этого явно было недостаточно. «Проходите. Располагайтесь!» – сказал он. Его звали Мустафой. Он неспешно завел мотор, и они отправились в морское путешествие. Небольшая качка присутствовала в этот день. Дул ветерок, но он был теплым и ласкающим. «С ветром можно сгореть!» – подумала Елена и вынула из сумки крем от загара. Дэн нежно размазывал крем по ее телу, втирал так, чтобы не оставалось жирных следов. Затем он поцеловал ее долго и страстно, она ответила на поцелуй.

Небо было украшено затейливыми облаками, которые имели совершенно различные формы. При пристальном рассмотрении и имея фантазию, можно было увидеть и сфинксов, и два лица, воссоединившихся в поцелуе, и дельфинов. «Вот бы увидеть их по-настоящему, в море, плывущими за нашей яхтой!» – подумала Елена и стала смотреть за борт. Но дельфинов не было видно. Это большая удача – увидеть этих дивных животных, приходящих на помощь человеку.

Яхта была в открытом море уже полтора часа. Скоро намечалась остановка для купания. Яхту покачивало. Слабая Патрис, хотя и была под два метра ростом, лежала и хныкала, как ей было дурно. Необходимо было передохнуть и поплавать. Капитан на ломаном английском спросил, все ли умеют плавать. В ответ послышалось: «Да, все!» Было принято решение остановиться. Мустафа бросил якорь. Елена наблюдала, как он медленно исчез где-то в бездне. Трос раскручивался на много метров. Было понятно, что здесь большая глубина. Наконец, шум троса стих. Мустафа спустил трап. С громкими воплями Дэн и Рас спрыгнули в воду, как это любят мужчины. Мустафа наблюдал, улыбаясь, за Жанной, которая очень аккуратно спускалась в воду. Лора надела спасательный жилет и спустилась следом. Елена пошла тормошить Патрис:

– Вставай, смотри, какая красота! Вода темно-синяя, а под ней ничего не видно.

Патрис нехотя встала, ее кожа начинала гореть. Ветер и солнце подействовали на нее неблагоприятно.

– Ничего, после купания Рас тебя намажет!

Они подошли к трапу, и Елена огляделась вокруг, никакого чувства тревоги у нее не было. Все было хорошо. Они спустились с Патрис в воду.

Надев на глаза плавательные очки, без них Елена ничего не видела, и соль очень сильно разъедала глаза, она сделала очередной взмах рукой и начала удаляться. Внизу была непознанная пугающая тьма. И только солнечный свет проникал длинным лучом вглубь. «Все-таки как красиво!» – подумала Елена, но живности она не увидела. Она обернулась убедиться, что все в порядке. Слышался смех, и все было хорошо. На яхте она разглядела Мустафу, который следил за всеми и контролировал. Следующая остановка намечалась недалеко от дикого пляжа примерно через час. Все забрались на яхту. Возбужденные мужчины достали из холодильника пиво и начали всех угощать. Так как ветер постепенно начинал пронизывать, то от пива никто не отказался. Также на столе была разложена еда. На палубе начался пикник. Больше никого не укачивало, тепло пробежало по всем телам. Оставался час до следующей остановки, поэтому все согласились поесть, так как после купания разыгрался зверский аппетит.

Мустафа окидывал взглядом Жанну, ее это немного смущало. «Человек при исполнении, он обязан быть галантным, – думала она. – Да и что я с ним буду делать, ведь даже не говорю на языке. Нет, беседы не получится, а все остальное меня не может интересовать».

Рас был другом Дэна, который также проживал в Германии. Он был немного старше, ему исполнилось сорок три. Рас был женатым человеком, но на курорте был увлечен Патрис. Она была не против и очень положительно относилась к курортным романам. Для нее в этом не было ничего необычного. Рас намазал Патрис кремом, хотя особого смысла в этом и не было. Солнце было затянуто облаками. Но все были полны решимости плавать, ведь впереди был дикий, удивительной красоты пляж. Но до него необходимо было самостоятельно проплыть приличное расстояние.

Наконец катер доплыл до места остановки. Мустафа бросил якорь, который в этот раз отмотался гораздо быстрее. Причалить ближе к пляжу не было возможности. Подводные камни препятствовали этому, эту местность хорошо знал Мустафа. Здесь был совершенно иной подводный мир. Все были готовы плыть. Их ждала дистанция приблизительно в 500 метров. Елена вошла в воду, надев плавательные очки. Ее восторгу не было предела, когда она увидела, как голубые рыбки разных размеров плавали вокруг нее. «Как они красивы! Поедают камни, на которых растет еда!» – подумала она. Елена нырнула вглубь. Рыбки расплылись в разные стороны. Она провела рукой по камню, который оказался шероховатым на ощупь. «О такой камень легко ободрать ногу», – подумала Елена. Всплыв на поверхность, она посмотрела вниз. Рыбки, как ни в чем не бывало, вернулись к своему занятию.

Как и в первый раз, Лора надела спасательный жилет. Патрис крутилась возле нее, ей было весело. Она хотела скорее ощутить под собой землю, рыбки ее мало интересовали. «Первая пара ушла!» – подумала Елена, наблюдая, как Патрис и Лора медленно поплыли в сторону песчаного пляжа. Теперь настала очередь Дэна и Раса. Они спрыгнули в воду, оставив за собой фонтан воды. Жанна была не уверена в своих силах и изъявила желание остаться под присмотром капитана. Елена плыла за всеми, понимая, что ей предстоит подбадривать слабых и контролировать их.

Проплыв метров тридцать, Рас почувствовал, что стукнулся ногой. Это был подводный камень, на котором он и остановился. Когда боль рассеялась, он окликнул Дэна.

– Остановись, давай подурачимся, как в детстве, я тебя в воду скину! – крикнул он.

Дэн подплыл к нему. Встав поустойчивей на камне, Рас присел. Дэн вскарабкался ему на плечи. Рас, не мешкая ни секунды, выпрыгнул из воды и подбросил Дэна в воздух так, что тот перевернулся и ушел головой в воду. Наступило затишье. Для Елены это затишье продлилось вечность. У нее звенело в ушах и щемило сердце! Она продолжала смотреть в ту точку, куда нырнул Дэн. Поняв, что Дэн не всплыл, Елена посмотрела по сторонам. Лора и Патрис от оклика Раса прекратили плыть, нащупав под собой устойчивый камень. Все ожидали в гробовом молчании, надеясь, что этот веселый человек снова балуется и хочет всех напугать. Но это было не так. Уже прошло 30 секунд с того момента, как Дэн исчез, ждать было нельзя. Елена обдумывала план действий не более секунды. В три гребка она оказалась на месте, где исчез Дэн. «Вода прозрачная, а в очках я смогу увидеть его, лишь бы не было очень большой глубины», – Елена набрала в легкие кислорода и погрузилась под воду. Вода была прозрачной. Елена всмотрелась. Под ней были только камни и глубина. «Что мне делать? Где искать?» – промелькнуло в ее голове. Она сделала несколько кругов вокруг этого места. Дэна было не видно. «Надо сконцентрироваться. Может, есть кровь?» – думала она. Но крови не было. Тогда она как бешеная начала искать тело Дэна, понимая, что тот пошел ко дну. Она вдыхала воздух и погружалась под воду, пытаясь заглядывать в щели между камнями. Вдруг она заметила медленно погружающееся в глубь тело. Это был Дэн. Ему ничего не препятствовало, тело просто утопало в прозрачной воде. Оно было уже достаточно глубоко, когда Елена поняла, что ей не справиться одной. «Нет, только не это. У меня предельная глубина 5 метров, я не справлюсь! – запаниковала она. – Мне никогда не достать его!»

Дэн был на уровне примерно четырех метров. Но это могло быть оптическим обманом. В воде было сложно что-либо оценить с точностью. «Надо пробовать, я должна!» – сказала себе Елена. Она вылетела из воды, набрав в легкие кислорода, и что было сил крикнула: «ХЕЛП!!!» После этого громкого крика о помощи она вдохнула как можно больше воздуха и начала погружаться. Она хорошо осознавала, что это первое и последнее погружение за Дэном, времени на вторичное всплытие не оставалось, и нужно было что есть сил работать ногами, чтобы ускориться. Теперь все зависело только от нее. «Помощи не будет», – понимала она. Очень быстро она погружалась ко дну. Вот она почти настигает Дэна, но воздух в собственных легких выталкивает ее, вода пытается выбросить ее на поверхность, все природные силы действуют против нее, но Елене нельзя обратно. Ее уши готовы лопнуть, она продувает их, ей становится легче. Она делает мощный гребок, касается руки Дэна, но он выскальзывает из ее пальцев. Елена сопротивляется, снова делает гребок вниз, хватает его за руку. Теперь она держит ее крепко, впиваясь в нее ногтями. Елена с силой подтягивает Дэна к себе, продолжая работать ногами. Они с бешеной скоростью летят вверх. Мышцы ног готовы лопнуть от напряжения, но она не обращает на это внимания. Ей не хватает воздуха, это единственное, что ее беспокоит, она начинает задыхаться. «Быстрее, пожалуйста, быстрее! – молится она. – Господи, помоги!» Ее глаза готовы были вылезти из глазниц, но какая-то неведомая сила тянула ее вверх. Тело его было почти невесомым, еще секунда, и она с воплем делает жадный вдох. С бешеной силой она выталкивает его тело из воды. Но что дальше? Вокруг вода, его надо положить на что-то. Голоса с разных сторон ей кричат, что яхта близко, надо плыть к ней. Она оглянулась. Мустафа подогнал яхту так близко, как было возможно, спасательный круг качался на волнах. Елене стоило неимоверных усилий плыть и тащить бездыханное тело. Рас и Мустафа были готовы принять тело Дэна на палубу. Дэна положили на спину, незамедлительно Мустафа начал прокачивать легкие Дэна.

– Переверни его вниз головой, – сказала Елена. Мустафа подхватил Дэна и перевернул, через пару секунд маленькая струйка воды стала просачиваться изо рта Дэна.

– Положи, теперь я попробую. – Она наклонилась над Дэном, капли воды стекали с нее, а мокрые волосы ей мешали. Раз, два, три, вдох. Раз, два, три, вдох. – Мустафа, положи его на свое колено, – скомандовала она. Мустафа перекинул Дэна через колени. Голова Дэна безжизненно повисла, вновь вытекала струйка воды, ничтожная, маленькая, больше походившая на слизь. Его положили опять на спину. «Господи, не покидай нас!» – взмолилась Елена. Собрав всю свою волю, она сделала мощный вдох и с яростью вдохнула в Дэна, нажав вновь на его грудную клетку. Из груди Дэна вырвался хрип: он задышал.

Елена упала на палубу, свернувшись в позе младенца, из ее глаз градом лились слезы: «Господи, спасибо». Дэн был в прострации, у него дико болела голова. На височной кости был кровоподтек. «Вероятнее всего, сотрясение мозга», – подумала Елена. Ему была необходима квалифицированная помощь. Каждый подходил и обнимал Дэна. О пляже и думать забыли, надо было возвращаться, и желательно быстрей. Мустафа решил не плыть обратным путём, а пойти прямиком в другой порт, до которого плыть не так далеко и где был врач.

Уже было около шести, когда они прибыли в порт. Солнца совсем не было, кучевые облака полностью заслонили его. Расплатившись с Мустафой чаевыми, все сошли с яхты на мостки. Прозвучало последнее «Бай», сказанное Мустафой, и последнее пожатие руки Жанны. Вот и все. Что станет теперь, никто не знал, но то, что всем пришлось пережить сегодня, останется в памяти на долгие годы.

Они шли по старым покачивающимся мосткам и наконец почувствовали под ногами твердую почву. Найдя медпункт, они вошли в него. Врач посмотрел на людей уставшими глазами: что-то сказав по-турецки, он попросил всех выйти. Остался только Рас. Необходима была госпитализация. Через полчаса Дэна увезли в госпиталь в центре города. С ним поехал и Рас. Елена больше не могла ничем помочь, по-турецки она не говорила. Взяв местное такси, они вернулись в отель.

– Сходим на ужин, немного отвлечемся! – предложила Жанна, хоть обеим и не хотелось есть. Наряжаться в этот раз не было никакого смысла. Но все-таки они спустились к ужину. Есть они не стали, только взяли белого сухого вина и по куску торта со взбитыми сливками. Это немного их успокоило. После ужина дамы вернулись в номер, Елена легла на кровать; еще долго ее терзали воспоминания, она горевала о нем, но все было позади, они еще будут вместе. Слезы текли по лицу от пережитого ужаса, но Елена не заметила, как заснула.

Проснулась Елена как всегда рано, но скорее от голода, так как в животе бурлило. Любимый бекон с яичницей мог спасти. Елена поспешила пойти на завтрак, который ее очень взбодрил. Однако, оказавшись на пляже, Елена поняла, что жизнь для нее потеряла очарование. Море не притягивало. «Дэна, конечно, из больницы не выпустят так скоро. Мне придется проводить мой оставшийся отпуск в одиночку. Как там он, мой мистер Совершенство? И как же я по нему скучаю!» Сев на шезлонге, она устремила свой взгляд вдаль, ее немного знобило, и совсем не хотелось идти в воду. «Погреюсь немного, потом пойду плавать», – приказала себе Елена. Мама расположилась как всегда рядом. Ее присутствие не радовало Елену, ей хотелось быть только с ним, с Дэном, с человеком, который ей обязан жизнью. «Нельзя обижать близких, они не виноваты», – размышляла она. Но в ее голове томилась одна мысль: чтобы день шел быстрее.

Сегодня был ясный день, волнение на море отсутствовало, солнце нагревало быстро песок и воздух, Елене стало душно, и она решила сделать заплыв. На этот раз она медленно входила в воду, в голове прокручивались воспоминания минувшего дня: как ей не хватало воздуха, как хотелось дышать. Еще недавно она не хотела жить, а оказавшись лицом к лицу со смертью, изменились все представления, Елена поняла, что жизнь одна и ее надо прожить достойно, в любви, в счастье, что она этого заслуживает. Сделав бросок, она поплыла. Она смотрела только вперед, сейчас ее интересовала только скорость. Елена плыла долго. Раньше она начинала нервничать, когда берег оставался далеко, всегда было ощущение, что в любой момент над головой может пройти яхта. Но сейчас ей было не страшно, была тишина, не было слышно и шума мотора. Она остановилась, впереди виднелся холм, наполовину он был каменистым, а сверху состоял из растительности. Она поплыла обследовать новый уголок природы. Огибая его, она увидела в скале грот. Он был не очень глубоким, солнце туда еще не заходило, оно появлялось там около двух часов дня и находилось там совсем не долго. Поэтому там всегда было прохладно и вода там имела другой цвет. Она имела изумительный бирюзовый оттенок, как глаза Елены в моменты горести. Хоть холм и находился далеко от берега, но возле него не было огромной глубины. Елена почувствовала, что тревога ушла и она может здесь передохнуть. Найдя небольшой уступ слева от грота, она ухватилась за него рукой, ногой нащупала другую выемку в скале и подтянулась. Сверху было пологое пространство, скала образовала небольшую платформу, как будто специально для таких путников, которым посчастливилось доплыть сюда. Елена расположилась на ней. Она была на уровне полуметра от воды. Но даже с такой высоты открывался иной вид. Было желание лезть выше, но она остановилась. «Мама будет сильно переживать, я не предупредила, что поплыву так далеко, надо вернуться, плыть еще примерно полчаса». Елене посмотрела по сторонам, поболтала ногами в воздухе и ощутив, что капли воды в соприкосновении с легким ветром дают ее телу слишком освежающий эффект, поспешила спрыгнуть в воду. Обратно она плыла очень быстро, чередуя кроль с брассом. Вот и пляж, она выходит из воды. Жанна не спускала глаз с дочери, которая иногда становилась безрассудна. В какой-то момент она ее теряла из виду, но потом снова видела ее, и сердце успокаивалось. Наконец дочь здесь.

– Не заплывай так далеко, я не переживу, если что-то случится с тобой.

– Хорошо, я пойду поищу Раса, узнаю, как дела.

Она постучала в номер Дэна, ответа не последовало. Она пошла к ресепшену в надежде узнать там какую-либо информацию. Спросила у менеджера, не приходил ли Дэн, ответ был отрицательным. Елена напряглась, но вдруг она перестала видеть, чьи-то руки прикрыли ей глаза.

– Мой ангел, – услышала она, – я тебя люблю, – сказал он на русском. Это был Дэн. Он развернул ее за плечи, его лицо сияло. Он смотрел своими жгучими глазами на нее, а зубы его блестели.

– Я скучала и не знала, что думать, милый, ты вернулся!

– Я твой, я вернулся, пойдем, поднимемся ко мне.

Взявшись за руки, они поднялись в номер. Кровоподтек стал синим, и Елена поцеловала его туда, с мыслью, что он так быстрее рассосется. Дэн улыбнулся. Они обнялись и легли рядом. Она положила свою голову ему на грудь. Дэн гладил ее по голове, нежно шепча: «Мой ангел». Елена погрузилась в мир счастья, в мир любви, тепла и спокойствия. Ей было приятно от его прикосновений, она не хотела его больше никуда отпускать. Было одно желание – обнимать его и целовать. Сейчас она испытывала к нему нежную любовь – не было дикой страсти, а только нежность, забота, ласка. Она была готова любить его вечно.

– Я приеду к тебе в феврале, закончу дела и приеду.

– Но это ведь так долго, я не хочу ждать полгода. Я сделаю визу и приеду сама, – сказала она, но ответа не услышала.

Сегодня был последний вечер. Он нервно закуривал сигареты и крутил их между пальцами, при ней он ни разу не курил, она вообще не знала, что он курит. На ужин она надела свое самое шикарное платье. Оно было до пола. Когда Дэн ее увидел, то даже не поверил глазам. «Красивый загар, красивая фигура, все идеально, шикарная женщина, что можно еще желать?» – думал он. Ей было невесело. Она хотела всю ночь не спать, чтоб провести последние часы с ним: потом придет расставание, надолго…

Они сели за тот же соломенный стол, где стояли коктейли. Собралась вся компания, Патрис и Лора еще оставались на курорте, Дэн и Рас еще дольше. «Как тяжело уезжать, хотя оставаться еще сложнее, все бы напоминало о любви, – думала Елена. На ее глазах наворачивались слезы. Она еле сдерживала себя. – Нужна новая маска, нельзя быть слабонервной». Рас подсоединил колонки к мобильнику, и они начали болтать под музыкальное сопровождение, Патрис смеялась, она флиртовала с Расом, для нее этот роман ничего не значил, она не думала о последствиях. «Вот бы мне всегда так, избавить себя от боли, не привязываться к людям, но нет, я какой-то банный лист, пристану, и не оторвать». Дэн был невесел, его рука подергивалась от нервов. Запела Тони Брэкстон «Ан брэйк май хат», Дэн взял за руку Елену и потянул ее танцевать. Он прижимал Елену очень сильно, ей даже порой становилось больно. Он целовал ее в шею, в лоб, в глаза.

– Мой ангел, пойдем к морю, – предложил Дэн, и они удалились. Сидели они возле моря в обнимку, им светила огромная луна, она действительно была какого-то колоссального размера. – Завтра будет, наверно, очень жарко, а посмотри, сколько звезд на небе! Когда завтра твой самолет поднимется в воздух, я буду плавать и смотреть на часы; когда будет два часа, я помашу тебе рукой и скажу: «Пока, мой ангел». Из глаз Елены скатились слезы. – Не плачь, я приеду к тебе, – проговорил он и изобразил улыбку.

– Только ты не дурачься с Расом, тебе нельзя, тебе теперь нужен покой и поменьше солнца.

– Я понимаю это.

Ей становилось совершенно невмоготу, плакать всю ночь она не хотела, также ее накрывала сильная усталость.

– Я не выдержу всю ночь плакать, мне надо отдохнуть. Неизбежно наше расставание, пойдем к тебе, а потом я пойду спать, – проговорила Елена, как-то отчаявшись.

Они поднялись в номер. Их последнее свидание было страстным. Она наслаждалась каждой клеточкой его тела, его запахом, его прокачанным торсом. Его поцелуи были не очень глубокими, но приятными. Она их долго будет вспоминать.

– Я хочу быть только с тобой, – прошептала она ему на ухо.

– Я тоже, мой ангел, – ответил он. Когда силы их иссякли, она молча оделась и поспешила уйти. – Подожди, я провожу, не уходи, – он быстро вскочил, надев брюки и рубашку, от которой пахнуло парфюмом. Елена вдохнула этот запах глубоко в себя.

Они шли молча по коридору, она не могла говорить, она сдерживала в себе свои эмоции, понимая, что стоит ей или ему проронить хоть слово, она не выдержит и взорвется от накопленных эмоций. Этого она не хотела допустить, она не желала, чтобы любимый мужчина видел ее совершенно разбитой, отчаявшейся, не способной держать себя в руках. Она торопилась быстрее в номер, там она просто заснет.

– Во сколько вас забирают из отеля? Я приду проводить тебя.

– В девять утра.

Они стояли возле двери, испарина была у обоих, ее глаза были красно-бирюзовые, она вспомнила грот. «Вот бы сейчас туда, да там и остаться», – подумала Елена. Они обнялись очень крепко. Он ее поцеловал и резко, как ошпаренный, пошел прочь. Тут ее эмоции вышли наружу, она больше не могла сдерживать их, она чувствовала себя несчастной, полностью разбитой. Она рыдала, стоя возле номера, не решаясь зайти в него. Вдруг она снова увидела его, он быстрым шагом шел к ней, чтоб еще раз посмотреть на нее, обнять. Они вцепились друг в друга, их губы слились в поцелуе.

– Я люблю тебя Елена.

– Я тоже, – послышалось в ответ.

Мать и дочь стояли в 9.00 у входа в отель с чемоданами. Елена видит, как Дэн направляется к ним. Он приближается и светится от счастья, голливудская улыбка сияет, как по заказу. Но в ней сейчас есть что-то дежурное. Обняв Елену, он делает последний снимок на память.

– Жди меня, я приеду к тебе, – сказал он на прощание.

Жанна обняла Дэна и поцеловала, он был расположен к ней. Женщины попрощались с Дэном и сели в автобус. Дэн не уходил, пока автобус не скрылся, и все махал рукой, желая им хорошего пути и веря в предстоящую встречу.

Август 2007-го. Елена снова дома, отдохнувшая и полная сил. Не успев подняться в квартиру, Елена отправила сообщение Дэну, что долетела, что все хорошо. Сразу получила ответ, что он очень скучает. И что ровно в два часа следил за улетающим самолетом и провожал его. Елена улыбнулась.

Началась другая, новая жизнь, каждый день переписка, обмен фотографиями, почта, смс. Он не забывал ее. Особенно ее радовали ночные сообщения, когда он ее будил, она могла прочитать только одно слово, ЛЮБЛЮ, повторяющееся раз тридцать. А иногда услышать: «Мой ангел». Да, она стала для него ангелом, и этого никто не мог отрицать. Елена увлеклась изучением языков, совершенствовала свой английский, ей хотелось изучать турецкий и немецкий языки. В ее голове рождались планы относительно их будущего. Она не могла иначе, Дэн стал важным человеком в ее жизни, если не сказать больше – главным.

Прошел месяц. Елена по-прежнему ждала сообщений, они приходили от него реже, чем раньше, но стали более трогательными и чувственными. Он все еще обещал приехать. Елена верила и считала своим долгом ждать, не обращая ни на кого внимания. Для нее существовал только он. Смотря на его фотографию, она испытывала сильные эмоции, ей хотелось притронуться к его изображению губами, попытаться почувствовать его запах. Как-то ночью Елена получила сообщение: «Мой ангел, я люблю тебя, я скучаю, мы скоро увидимся, целую».

Ноябрь 2007-го. Погода в этом месяце стояла хорошая, поздняя осень радовала. Не все листья еще опали с деревьев. Даже были солнечные дни, хотя понемногу уже наступал легкий морозец. И с утра можно было, дотронувшись до листа на дереве, ощутить его твердость и обледенелость. Это не могло не радовать: самая унылая пора – это когда идут дожди. А сейчас сухо и солнечно. Можно с удовольствием гулять, ходить в парки и надевать красивую одежду, ее не испортит дождь. Хотя Елена была цельной натурой, ее очень радовала возможность красиво одеваться, она тогда начинала ощущать себя полноценной женщиной, и ее самооценка поднималась.

В один из таких дней, придя домой после работы, она отправила сообщение Дэну. Елена не ждала скорого ответа, но ответ пришел довольно быстро. Она схватила телефон, открыв сообщение: «Елена, прошу тебя забыть меня, ты очень хорошая, необыкновенная женщина, прекрасная и удивительная, спасибо тебе за все, но у меня проблемы с бизнесом и нет времени. Прощай».

Очередной удар судьбы ей нанес человек, мужчина, она не была готова, не была защищена от такого рода событий. Ей перекрыли кислород, нажав кнопку СТОП, остановили и перечеркнули жизнь. Она много и не хотела, она просто хотела любить и быть любимой. Почему люди так поступают, кто им дает право так разрушать чужую жизнь, рушить мечты? Когда последует ответ на все ее вопросы, кто объяснит, что происходит с человечеством? В мире все стали чужими, никто теперь никому не нужен, каждый сам за себя. «Что теперь делать, за что схватиться?» – думала она.

«Я больше так не могу, я больше не хочу напрасных ожиданий, новых отношений, семьи, для меня больше ничего не существует, видимо, я не заслуживаю быть счастливой, тогда и не надо», – это были ее мысли перед тем, как она ушла в свой внутренний мир еще на полгода.

Январь 2008-го. Елена снова в аэропорту. Сегодня она окажется на горнолыжном курорте в Австрии. Она обожает смотреть на горные пейзажи. Заснеженные холмы ее приводят в равновесие, красивые сосны радуют глаз, жажда скорости перечеркивает все переживания, а отвесные скалы напоминают, как бывает прекрасна жизнь. Сейчас Елена осознает, что счастлива. Она не нуждается больше ни в ком.

Дорога до курорта занимала часа два, погода стояла ясная, было достаточно тепло. Плюсовая температура в это время года была непривычным явлением для Елены. Трансфер остановился на заправочной станции. Елена не упустила шанса выти из автобуса, чтобы почувствовать, как греет солнце. Солнце было для нее чем-то очень существенным в жизни, что помогало ей расслабиться и почувствовать себя счастливой. Когда находишься на солнце, дурные мысли уплывают сами собой, они просто испаряются.

Приехав в отель около двух часов дня, она быстро разобрала чемодан, развесила необходимые вещи, чтобы они не выглядели мятыми, приняла душ и стала собираться на прогулку, чтобы осмотреть окрестности. Надо было все разведать: где магазины, где подъемник, где рестораны. Она надела солнцезащитные очки, взяла деньги и фотокамеру.

Городок, в котором остановилась Елена, был совершенно типичным городом в гористой местности. Дома располагались странным образам, какие-то в горах, совершенно на отвесных скалах, другие дома, наоборот, где-то в низине. Она старалась запоминать дорогу, чтобы на обратном пути не сбиться с маршрута. Неподалеку послышался шум воды. Елена пошла на шум и оказалась перед восхитительным водопадом. Вода стекала мощными потоками по скале и падала с грохотом в реку. Брызги разлетались в разные стороны. Речку пересекал мост. На нем стояли люди и любовались водопадом. Елене захотелось иметь фотографию на память. Она попросила пожилого господина сделать несколько снимков. Он заснял ее в разных ракурсах. Где-то Елена улыбалась открытой улыбкой, ей очень шло, так как она имела белые и красивые зубы. Какие-то снимки были с долей задумчивости, грусти, но и печаль ей была к лицу. Ее лицо имело какую-то странную особенность. Оно всегда выглядело по-разному. Выражение лица менялось, как и цвет глаз. Независимо от того, весело ей было или печально, в ее лице всегда была жизнь. Она любила жизнь, но иногда не понимала, для чего живет.

Погуляв еще час по городку, она направилась к горнолыжному подъемнику. В описании тура было сказано, что он находится в 350 метрах от отеля. Она пошла туда. Ее волосы развевались на ветру, а глаза были закрыты темными очками, она проходила мимо магазинов, заглядывая в каждую витрину, отражение самой себя ей казалось красивым, она нравилась себе, а окружающие провожали ее взглядом. Ее шаг был торопливым, она любила все делать быстро. Это было ее стилем жизни. Вскоре она дошла до лыжной станции. Народу было много, так как время подходило к закрытию, и люди возвращались с вершины. Жизнь начинала кипеть. Елене все казалось таким веселым, и складывалось впечатление, что у людей вообще не существует проблем. Елена задумалась на несколько минут, наблюдая, как два молодых рослых парня пьют пиво. Она так пристально за ними наблюдала, что один из них откупорил не начатую бутылку и предложил Елене. От неожиданности она засмеялась, понимая, что выглядела очень смешно. Но от пива отказалась.

Она купила пропуск на подъемник на все 6 дней катания и отправилась что-нибудь перекусить в местную ресторацию. Зайдя в первое попавшееся заведение, она оценила внутреннюю атмосферу. Столы и барная стойка были деревянными, свет был приглушенным. Здесь было спокойно и малолюдно. Ей захотелось остаться. Она заказала шницель с овощами и кружку пива. Минут 20 она ждала еды, попивая пиво и закусывая орешками. Мысли немного поплыли, она почувствовала, что устала после перелета. Наконец принесли еду. Это был огромный шницель круглой формы, еще и в панировке. Она сразу поняла, что не справится с ним. Аккуратно, чтобы никто не заметил, она сняла ножом с него панировку и отложила на край тарелки. Затем, разрезав его на маленькие куски, она принялась есть. «Достаточно вкусное блюдо, какой-то необычный вкус, – подумала она, заедая овощами. – Наверно, я наемся впрок, и завтра у меня будет разгрузочный день», – улыбнулась себе она. Вошла компания молодых людей, иностранцев, они сразу уселись за большой стол, они долго не выбирали, видимо, уже были здесь до этого. Официант уже нес им на подносе большие кружки пива. «Ясно, стол был заказан заранее», – поняла Елена. Они громко говорили и смеялись. «Не очень-то они культурные», – подумала Елена и, предвидя скорое знакомство, решила удалиться. Пока Елена ждала чек, она заметила, что на нее смотрит очень приятный на внешность молодой человек. Но она даже не улыбнулась ему.

«Хватит иностранцев, все равно проку мало, только напрасные ожидания». – Елена расплатилась и удалилась из заведения.

Когда она вышла из ресторации, на улице уже смеркалось, она посмотрела в горы, где завтра будет кататься, вдалеке виднелись несколько ретраков, которые уже начали готовить трассы к завтрашнему дню. Это делается всегда в ночное время. Их фонари так заманчиво горели, ей не терпелось, чтоб наступил завтрашний день. Но нужно было отдохнуть, ведь она проведет в горах часов пять, а может, и семь. Она вернулась в отель в надежде успеть поплавать в бассейне.

Утром Елена проснулась еще до того, как прозвенел будильник. Настроение было отличным, она испытывала радость. Такие эмоции и ощущения Елена испытывает нечасто, поэтому она была готова наслаждаться каждой минутой. Позавтракав довольно плотно и, конечно, выпив крепкого кофе, Елена вернулась в номер. Она посмотрела на разложенные вещи на кровати. Проверив, что она ничего не забыла, Елена начала одеваться. Внезапно она вспомнила о Дэне, который еще совсем недавно ей причинил страшную боль. Она покачала головой, дав себе установку больше не заводить курортных романов.

Совсем небольшая очередь была на подъемник, так как еще было слишком рано, но кабина подъемника бала полностью заполнена. В ней поднимались шесть человек. Елена любовалась красотой, открывающейся ее глазам. Где-то внизу оставался городок, он не выглядел большим. Канатная дорога проходила вдоль леса, среди стволов деревьев виднелись следы от лыж. Елена никак не могла понять, какое можно получать удовольствие, катаясь вне трассы. Но на все есть свои любители. Елена предпочитала проходить трассу на хорошей скорости. Она любила совершенствовать технику, поэтому никогда не завышала своих достоинств.

Кабина остановилась. Елена вышла, осмотревшись по сторонам. Легкий ветерок дунул в лицо, она сделала глоток воздуха и, поняв, что на вершине будет ветрено, застегнула молнию куртки до самого верха… Дальше ее путь шел наверх. Елена села на кресельный подъемник, который начал поднимать ее вверх довольно быстро. Он совершал какие-то немыслимые рывки, пытаясь сопротивляться порывам ветра. Чем выше поднимался подъемник, тем сильнее становился ветер. Казалось, что вот-вот, и он сдует Елену с кресла, поэтому она крепко обхватила поручень. Кресло очень сильно раскачивалось, но постепенно, приближаясь к вершине, ветер начал утихать. Ветер в горах не всегда приятен, как и на море. Она вспомнила тот злополучный день, когда она чуть не лишилась чувств, находясь под водой. Больше ей не хотелось таких повторений, она хотела избавиться и от воспоминаний, но ветер никак не давал Елене покоя. Пока поднимался подъемник, она не могла выкинуть из головы события того страшного дня, ее стало лихорадить, но посмотрела по сторонам, и ей стало легко. Идеально выровненные за ночь трассы блестели на солнце, снег был голубоватым, и в горах был минус.

Она вставила ботинки в крепления, надела перчатки и маску. Пока Елена не знала трассы, она чувствовала себя неуверенно, инстинкт самосохранения срабатывал, не давая очень сильно разогнаться. Но все-таки скорость ее притягивала. Пока трасса была фактически безлюдной, Елена дала себе волю. Она обожала съезжать по нетронутой трассе на предельной скорости. И в этот раз, воспользовавшись случаем, она позволила себе катиться очень быстро. Она представляла, что она птица и умеет лететь. Это было ее полетом. Она была счастлива, счастлива настолько, что забыла о времени. Неспроста говорят, что счастливые люди часов не наблюдают.

И все-таки она посмотрела на часы, когда ее живот дал ей сигнал, что хочет выпить кофе. Уже был полдень, и Елена почувствовала усталость в ногах. Она остановилась у ближайшего кафе, заказав капучино с шоколадным батончиком, она села за стол. Мест было предостаточно, и она села лицом к солнцу. С этой стороны горы было полное безветрие. Елена ела шоколад, запивая кофе, на котором образовалась густая коричневая пенка. Допив кофе, Елена прикрыла глаза. Солнце пригревало довольно сильно, и Елене захотелось спать. Сидела она так с закрытыми глазами минут пятнадцать, слева послышались какие-то странно знакомые голоса. Конечно, она не могла никого знать, но все-таки среагировала и посмотрела в сторону, откуда раздалась громкая речь.

– Боже, не может этого быть. В таких огромных горах встретить знакомые лица. И именно в кафе, неужели это какой-то знак?

Парень с приятной внешностью отстегнул лыжи и направился к столику, где сидела Елена. Он был достаточно высок, темные волосы были коротко подстрижены, брови имели красивую форму и подчеркивали его карие глаза, немного смотревшие вниз. Кожа на его лице была смуглой.

«Думаю, он здесь не первый день, раз имеет такое загорелое лицо!»

Теперь она не станет скрывать, что парень красив и молод. Но она не хочет знакомства с ним, она не нуждается даже в маленьком приключении.

«Все, надо быстрее уходить». – Елена сорвалась с места и уехала довольно быстро. Но почему-то его облик ее преследовал.

Было уже почти три часа дня, мышцы ее ног были напряжены до предела, она решила еще раз подняться на вершину и оттуда сделать заключительный спуск. Когда она подъезжала к подъемнику, то почувствовала, что кто-то очень быстро приближается к ней. Елена не обернулась посмотреть, кто ее догоняет, но поняла, что на подъемник им придется сесть вместе.

– Ты откуда? Из России, наверно! Говоришь на английском?

– Да, я из России и, да, разговариваю, – кратко ответила она, имея явное нежелание отвечать.

– Я Мартин, я из Голландии, как твое имя? – спросил он, посмотрев на Елену своими добрыми глазами. Она хотела сказать неправду, но почему-то не сделала этого:

– Елена.

– Если ты не против, поедем вместе вниз, надо возвращаться, скоро все подъемники закроются. А потом пойдем вместе поужинаем, ты согласна?

Такой мужской напор ее удивил, но Елена качнула утвердительно головой, не понимая, почему она согласилась, ведь несколько минут назад хотела быть одна. Сославшись на то, что вдвоем в горах безопаснее, она успокоилась. Они спускались на хорошей скорости, не отставая друг от друга. Было понятно, что Мартин не новичок. Поэтому ей было спокойно и комфортно с ним. Доехав до самого низа, Мартин посмотрел на Елену с очень серьезным выражением лица, как будто боялся, что сейчас им придется расстаться.

– Скажи, Елена, тебе как удобнее: сразу пойти поесть или оставить снаряжение, переодеться и встретиться? – почти безапелляционно задал свой вопрос Мартин. Да, ей нужно было принять душ, привести волосы в порядок после того, как шлем измял все ее волосы.

– Да, я бы зашла в отель, – как бы оправдываясь, произнесла она, понимая, что немного начинает нервничать.

– Тогда в семь я тебя жду в том баре, где мы были вчера. До встречи.

Елена вернулась в отель, ей хотелось поплавать в бассейне после сильной нагрузки. В ее ногах чувствовалась усталость.

В семь вечера Елена зашла в ресторацию. Она предпочитала быть пунктуальной. Мартин сидел за столиком один, он выбрал самый уютный уголок возле окна, занавешенного прозрачной шторой.

– Садись, что тебе заказать, а что хочешь выпить?

Она даже и не знала, что хочет съесть. Но предпочла сделать выбор по своему вкусу.

– Закажи, пожалуйста, баранину и вина, – она любила баранину и получала удовольствие от ее вкуса. Немного погодя им принесли на большой деревянной доске баранью ногу и графин красного столового вина. Они начали есть. Торопиться им было некуда, оба это понимали. Мартин наблюдал, как ест Елена, ей от этого было неловко. Вино было очень приятным на вкус, и пить его было очень легко. Когда графин был опустошен, а мяса еще оставалось вдоволь, Мартин попросил повторить порцию вина. Их беседа становилась оживленной. Мартин больше не был серьезным и часто улыбался. Он рассказывал Елене про свой отпуск, что у него горный фанатизм и он бывает по несколько раз в год в горах. Места выбирает разные, чтобы не становилось скучно. Здесь он отдыхает уже вторую неделю, и нужно возвращаться домой через 4 дня.

– Эти горы я знаю очень хорошо, трассы мне знакомы. Завтра, если позволишь, я покажу тебе места, которых ты в своей жизни не видела. Как, согласна?

Заметив в Мартине надежность, свойственную настоящим мужчинам, Елена была согласна. От выпитого вина Елена почувствовала, что совсем расслаблена. Мартин уловил нужный момент и дотронулся до плеч Елены, слегка помассировав их. Поняв, что девушка вовсе не против массажа, он предложил пойти к нему в отель, чтобы доделать расслабляющий массаж. Елена себя не узнавала, ей было странно идти с незнакомым человеком к нему в номер. Он держал Елену за руку, она шла за ним, как на поводу. Ее влекло к этому человеку не только на подсознательном уровне, но и на физическом. Он перебирал пальцы ее руки, налаживая тактильный контакт, а по ее коже пробегала мелкая дрожь от возбуждения.

Они вошли к нему в номер, там было убрано и каждая вещь лежала на своем месте. Мартин снял с Елены верхнюю одежду и предложил располагаться на кровати. Взяв масло, он стал втирать его себе в руки, чтобы заранее смягчить на них кожу.

– Ложись, сними с себя то, что тебе будет мешать, чтобы я не запачкал тебя маслом.

Елена немного была смущена, но повиновалась, так как очень сильно любила массаж. Она сняла с себя почти все, оставшись в нижнем белье.

Она лежала на животе, положив обе руки под подбородок. Ее волосы были забраны в пучок. Мартин нежно провел по ее спине ладонью, оценив, какую мягкую и нежную кожу имела Елена. Вылив немного масла на кожу, он начал массировать ее спину, сначала нежно, потом прикладывая все больше и больше усилий. Он разминал ей плечевую зону, спускаясь все ниже и ниже по спине. Вдруг она ощутила прикосновения рук к своим ягодицам.

– Мартин, может, не надо?

Но в ответ он переключился на ее ноги. Она почувствовала боль в своих перегруженных мышцах. Закончив почти профессиональный массаж, он приступил к нежным и ласковым прикосновениям. Он трогал ее везде. Казалось, он не знает запретных мест, а Елена стесняется ему об этом напомнить. Ее начала пробирать дрожь, но она продолжала лежать на животе, делая вид, что ничего не происходит. Вдруг она почувствовала, как его язык пытается добраться в ее сокровенное место, она дернулась, но он успокоил ее.

– Будь моей, ты не пожалеешь, – сказал он и перевернул ее на спину. Он не мог остановиться, целуя ее грудь. Елена закатила глаза от удовольствия, ее мысли ушли куда-то далеко.

«Будь что будет!» – подумала она.

Мартин очень быстро распознал Елену. Он предпочитал больше ни о чем ее не спрашивать, а просто делать, доставляя ей удовольствие. Он положил руку ей на живот. Поняв, что Елена напряжена и в то же время возбуждена, он стянул с себя джинсы. Елена больше не хотела себя останавливать, она прижала Мартина к себе. Около часа длилось их блаженство, Елена поняла, что теряет голову от совершенно незнакомого ей человека, который сейчас ей ближе всех на всем белом свете.

Он проводил ее до отеля, сказав, что в 8.30 будет ждать ее возле подъемника на вершину. Он нежно прижал ее к себе. Елена чувствовала его сильные руки, она понимала, что сейчас она в безопасности. Эти руки ее оберегают от всех бед. Ей было невероятно спокойно и комфортно рядом с Мартином.

Проснувшись утром, ей было немного стыдно, что ее так легко соблазнили. Но вспомнив о том, что она взрослая женщина и не замужем, вздохнула с облегчением, вспомнив о предстоящей встрече. Ей хотелось летать, она вскочила с кровати, построила несколько гримас перед зеркалом и, убедившись, что выглядит она довольно счастливой, стала собираться.

В 8.30 она была у подъемника; как ни странно, но Мартина не было. Она огляделась по сторонам, но среди немногочисленного народа его не обнаружила. Решив немного подождать, она проверила содержимое карманов. Заветный шоколадный батончик слегка выпирал из кармана. Она вспомнила, как часто он выручает в горах, когда внезапно настигает голод. Через 2 минуты она увидела Мартина, лицо его было напряженным.

– Извини, опоздал.

– Ерунда, ненамного, – взволнованным голосом ответила она. Елена и не скрывала чувства радости, которое ее настигло при виде его. Нет, она не была влюблена, просто Мартин был ей очень приятен.

Сегодняшний день планировался быть насыщенным. Полностью освободившись от своей компании парней, Мартин решил посвятить этот день Елене. Хорошо ориентируясь в горах, зная маршруты и безопасные участки, Мартин просто сказал Елене ехать рядом, не теряя его из поля зрения. Свой путь они начали со слаломных трасс: не уступая друг другу в скорости, они проходили скоростные участки. Хорошо было спускаться по нетронутому снегу. Им было весело вдвоем. Мартин старался показать Елене новые трассы, великолепные пейзажи, сфотографировать ее. Они вместе делали спуск, затем вновь поднимались на гору и делали новый спуск в другую сторону горы, затем меняли маршрут и катились куда глаза глядят, как казалось Елене. Но она знала, что Мартин ее ведет, что он знает все пути. Когда в гору поднимал бугельный подъемник, Мартин обхватывал Елену рукой и прижимал к себе. Ей было приятно, она ощущала себя нужной. Время близилось к часу дня, надо было сделать перерыв и как всегда выпить кофе. Они спустились в кафе, почему-то народу сегодня было крайне мало. Это факт был приятен им обоим. Они заказали по чашке капучино и съели по куску пиццы. Развалившись на шезлонгах, они почувствовали, как устали; солнце пригревало, было какое-то неописуемое блаженство во всем этом. Сегодня они позволили себе отдыхать полчаса, нельзя было упустить шанс позагорать, ведь в горах погода может поменяться за один час. Сегодня им очень везло: трассы были идеальными, а легкий минус в горах был преимуществом. Им предстояло еще посетить Долину, а до нее путь не близкий. Поэтому Мартин немного торопился, так как на завтра у него были совсем другие планы. Он пока ничего не говорил Елене, он сам все решал, осознавая, что она будет не против.

В Долине они были около двух часов. Это была уникальная местность, совершенно заснеженная, на самом верху Альп. Сделав несколько фотографий, они надели лыжи, их ждал длительный спуск в 24 километра. Собравшись с духом, они тронулись в путь. Из-за яркого солнца и ослепительно белого снега рельеф хорошо просматривался, поэтому напряжение у обоих отсутствовало. Оба были в восторге от сегодняшнего дня, стояла великолепная погода, солнце светило целый день. Вдвоем им было очень хорошо, они даже умудрялись разговаривать, когда делали небольшие остановки для отдыха. Елене было очень тяжело проходить длинные трассы без остановок: мышцы ног сильно горели, тряслись и фактически отказывались слушаться. Но Мартина это не напрягало, он с удовольствием останавливался вместе с ней, даже иногда становился инициатором остановок. Путь был долгим и утомительным; решив, что на сегодня им достаточно катания, они приступили к спуску к подножию горы. По пути попадались очень сложные участки. Чтобы их пройти, нужно было собраться с духом. Когда попадается такого рода участок, а иного пути не существует, ничего не остается, как только аккуратно спускаться на небольшой скорости. Но все обошлось наилучшим образом. Мартин и Елена спустились к подножию горы. Скинув лыжи, Елена ощутила одно желание – лечь. Ботинки намяли ей голень, но эта боль становилась привычной, когда катаешься не один день. Есть ей тоже хотелось. Она об этом сказала Мартину, хотя ей было немного неловко.

– Сегодня я приглашаю тебя в другой ресторан, он тоже очень уютный, там готовят вкусный суп и пекут очень вкусный штрудель, ты должна это попробовать, – он старался решать за нее все сам, но Елене это нравилось, и поэтому она позволяла это делать. Мартин в этот раз помог донести ее лыжи до отеля, у Елены почти не было сил, она еле передвигала ноги. Ужин был назначен на семь. Была возможность передохнуть и сходить в бассейн. Она вошла в номер, выпила немного мартини и прилегла. По ее телу пошло расслабление.

Если сейчас я себя не заставлю встать, я останусь без ужина. Она поднялась, но у нее потемнело в глазах. Переодевшись в купальник, Елена спустилась в бассейн. Немного прохладная вода ее взбодрила, она почувствовала прилив энергии. Оставалось только высохнуть и одеться. Оказавшись в номере, она разложила на кровати свое нижнее белье. Она любила красивое белье, выбрав на этот раз черный полукорсет с черными трусиками, она примерила его перед зеркалом.

– Я очень в нем хороша, надену сегодня его – вдруг ужином все не закончится, – ухмыльнулась она и стала застегивать крючки.

В семь вечера Мартин ждал Елену в холле ее отеля, они вышли из него, держась за руки. Ресторан располагался в той самой стороне, где находился водопад.

– Ты его видела?

– Да, в первый день, как только приехала. Он чудесен.

Проходя мимо водопада, у них возникло обоюдное желание сфотографироваться на память. В вечернее время водопад освещался подсветкой, это было очень красивое зрелище. Вода приобретала меняющийся цвет прожекторов. Она становилась то ярко-синей, плавно переходила в зеленый цвет, а потом в красный и даже становилась розовой. Елена делала снимки каждый раз, когда менялся цвет.

– Пойдем поедим, если захочешь, вернемся снова, – предложил Мартин.

– Да, будет здорово! – Елена снова согласилась.

– Какая же ты сегодня сговорчивая, – засмеялся Мартин.

– А разве с тобой бывает иначе?

– Соглашайся всегда, мне так нравится!

Они зашли в ресторан, Мартин сделал заказ, как и обещал. Порция супа была очень внушительного размера, он был кремообразным, и там плавали кусочки разного мяса, разновидности копченого и вареного. Вкус был оригинальным и даже носил сладковатый оттенок, но Елене очень понравилось, поэтому она растягивала удовольствие. Штрудель они ели, запивая яблочным сидром. Попробовав яблочный штрудель, они заказали еще и вишневый. Было действительно вкусно. На этом их ужин закончился. Но в голове чувствовалось приятное легкое головокружение.

– Это все сидр, газированный напиток всегда дает в голову, – придумала Елена обоснование тому, что ей было очень хорошо с Мартином и ее голова была полностью расслаблена от легкого общения с ним. Но, по всей видимости, Мартин был не так-то прост. Иногда она замечала, что его изредка серьезное лицо становилось чем-то обеспокоенным. Он не терпел отказа, как предполагала Елена. Ему нужно было всегда уступать. Но ей это было не сложно, потому что она чувствовала в Мартине настоящего мужчину. На данный момент их отношения можно было назвать комфортными. Она вспомнила, как вчера он ею овладел, и ей очень захотелось повторения.

Интересно, он сам предложит, или мне стоит намекнуть? Но Мартин не был робким.

– Ты наелась? – спросил он.

– Шутишь? Конечно!

– Тогда мы идем ко мне.

Не спеша они вышли из ресторации. На улице было темно, они вдохнули морозного воздуха, посмотрев на небо. На небе не было видно звезд, а погода менялась. Он обнял ее.

– Не холодно?

– С тобой тепло, – она прижалась к нему сильнее.

Они вошли в отель, в холле было очень оживленно. Из персонала никто на них не обратил внимания, поэтому они спокойно поднялись в его номер. Елена сняла обувь и присела на кровать. Мартин подошел к ней и присел у ее ног. По телу Елены прошла дрожь, она почувствовала непреодолимое желание. Ей хотелось, чтобы он снова ею овладел, чтобы она оказалась вновь в его власти. Мартин не торопился. Он стал гладить ее волосы, смотря ей в глаза. Пальцем проводил по контурам ее лица, это было как-то оригинально и приятно, он ею любовался. Затем его рука проскользнула под ее джемпер, там он нащупал преграду: корсет плотно прилегал к ее телу. Несмотря на это, он продолжал трогать ее. Елена ощущала его прикосновения, соски напряглись, она больше не могла сдерживаться, но ей не хотелось все испортить. Поэтому пришлось ждать, пока Мартин первый набросится на нее. Тогда он снял с нее джемпер и джинсы, оставив только корсет с трусиками, затем медленно начал расстегивать крючки, он делал это умело. Тут показалась ее грудь, он дотронулся до нее ладонями, Елена еле сдержала стон. Когда она осталась совсем раздетой, Мартин начал ласкать ее тело языком. Стадия сильного возбуждения накрыла Елену.

– Возьми меня, прошу, я хочу быть твоей.

Мартин не заставил себя долго ждать.

Как всегда, проводив ее до отеля, стоя у входа, он поставил Елену перед фактом, что завтра он покажет ей трассы, предназначенные для экстремального катания.

– Я там был с друзьями в этом году, опасаться нечего, к тому же там безумно красиво и нет не единой души. Завтра едем туда. Тебе надо хорошенько отдохнуть. А завтра я тебя буду обучать новой технике. До завтра на том же месте.

– До завтра! – шепнула Елена ему на ухо, чувствуя, что ее к нему тянет.

Уже было достаточно поздно, когда Елена легла спать, но уснуть ей в эту ночь никак не удавалось. Переизбыток эмоций от отношений, предстоящая поездка в зону риска – все это вызывало в ней нервное напряжение. Она заставляла себя уснуть, но не могла. Заснула она только под утро, и тут раздался будильник. Нужно было вставать. Она приняла душ и сходила на завтрак. Чувствовала она себя неплохо, только нервное состояние ее не покидало.

– Неплохо бы узнать прогноз погоды, что говорят; если непогода, то ехать в зону риска совершенно не стоит, – размышляла Елена. На ресепшене она спросила прогноз: сейсмоактивности не обещали, только сильный ветер и пасмурною погоду. Ее сердце стало биться спокойнее.

– Ладно, он же не дурак тащить меня в неизвестное место в непогоду, нет, он на этот не пойдет, – позавтракать полноценно она тоже не смогла, когда она нервничала, она совсем не могла есть, не то чтобы не хотела, а просто организм не принимал пищу. Ей пришлось ограничиться кофе со сладкой булочкой, которую она съела наполовину. «Что со мной? Я сплошной комок нервов, надо успокоиться и собираться», – приказала себе Елена. Она еще раз окинула комнату взглядом, не забыла ли чего взять, убедившись, что все собрано и шоколадка лежит в кармане, она вышла.

Сегодня Мартин пришел вовремя и ждал Елену с улыбкой, казалось, что за ночь он истосковался по ней.

– Ты готова, все взяла? Я собрал с собой немного еды, несколько кусков пиццы и по соку, там нет баров. Мои друзья так рано не встают, они приедут туда позже. Надо поспешить, пока погода не успела испортиться.

– А ты уверен, что надо именно сегодня ехать туда, может завтра?

– Елена, я всегда уверен в том, что делаю. И ты, кажется, забыла, что завтра я буду в небе.

– Улетаешь домой? Уже завтра?

– То, что я делаю сегодня, это только для тебя, чтобы ты меня никогда не забыла, я этого не хочу, – сказал он довольно твердым голосом, но Елена увидела, как на его глазах навернулись слезы.

– Странно, я второй раз в жизни вижу, как мужчине хочется плакать. А говорят, что они не умеют делать этого.

– Сейчас на автобусе доедем до другой зоны, так будет быстрее, и мы еще застанем хорошую погоду, я надеюсь на это. Тебе совершенно не о чем переживать, доверься мне.

– Кому же еще, как не тебе. Я доверяю тебе безоговорочно.

Дальше они сели в подъемник, шедший наверх. Кабина была закрытой, они еще не успели подняться на вершину, а ветер уже начинал задувать в щели кабины.

– Елена, послушай, это всего лишь приключение. Если подъемник открыт, то переживать не о чем. Если погода нелетная, подъемники не открывают или закрывают.

– Ничего, ветер – не самое страшное, что может быть, есть шлем и намордник, – попыталась успокоить себя Елена. Уже в кабине они начали упаковывать себя, подшлемник был сегодня необходим.

– Пожалуйста, следи, чтобы не было никаких зазоров в одежде, иначе продует.

Елена сделала все так, как попросил Мартин. Теперь их лиц не было видно, их закрывали намордники и маски: уже в этой экипировке прослеживался дух экстрима. Их вид был достаточно агрессивен.

– Давай сфотографируемся! – предложила она. Единственный человек, ехавший с ними в кабине, сделал их совместное фото.

– Погода не очень! – заметил он. – Думаю, что придется возвратиться, вон как метет!

Спустя час они стояли на самом верху. Ветер в этой открытой зоне дул очень сильно, иногда поднимая столбы снега.

– Нам надо спускаться ниже, там будет затишье и там очень красиво, сюда мы больше не сможем подняться, подъемники закроют через полчаса, я думаю, – сказал Мартин.

– Мартин, давай сделаем так же, как этот мужчина, пока подъемник спускается. Мне некомфортно, страшно и холодно.

– Елена, мы сюда за ощущениями, за красотой приехали, смотри, разве это не стихия? Это и есть свобода.

Елена поправила намордник на лице, чтобы не получить обморожения. И подалась вниз по склону, чтобы Мартин ее не перестал уважать. Рельефа на склоне не было видно, вокруг не было ни души. Страшные и неприятные ощущения преследовали Елену. Ветер фактически сдувал ее с трассы. Она чувствовала напряжение и больше всего боялась переломать себе кости.

– Мартин, я не поеду быстро, ничего не видно, – он в ответ махнул рукой.

– Давай не будем тянуть время, надо отсюда убираться, похоже, зря к тебе не прислушался, но делать нечего, придется спускаться, – он видел своим опытным взглядом, что погода портится, что ветер становится только сильнее.

– Эта зона является лавиноопасной, думаю, подъемники уже закрыты. Нам придется спускаться вниз. Ты слышишь меня?

Елена подняла руку в знак того, что слышит его.

– Как я ненавижу ветер, вечно что-то происходит, когда он дует сильно, – она опять вспомнила злополучный день на море. Страшнее, чем сейчас, было только тогда, когда она пыталась схватить за руку Дэна, но ей мешало море, она никогда этого не забудет. Ее боль навсегда останется с ней. Теперь она была сама в опасности. Было понятно, что здесь сегодня уже никто не появится, о них узнают рано или поздно, но когда! Самое страшное, что может произойти с человеком, это наступающая паника. Сейчас Елена ощутила ее приближение. Паника является плохим мотиватором к выживанию, поэтому Елена предпочла взять себя в руки и попытаться сконцентрироваться на спуске.

– Сейчас надо ехать вниз, медленно, с полным контролем, с полным самообладанием. Мартин! – окликнула она его. – Самое главное, что ты рядом, мы доберемся вниз, еще и наслаждение получим, мы же оба выбрали экстремальный спорт! – бодрым голосом прокричала она, чтоб он не заметил, как ей было страшно. У нее тряслись ноги. Ветер пронизывал, хотя одежда была непродуваемой. Это было внутреннее ощущение, подмышками было сыро. Елена начинала потеть, когда ей становилось страшно, а зубы начинали стучать.

– Едем! – скомандовал Мартин, и они начали движение вниз. Сейчас ветер дул им в спину, подгоняя их. Невозможно было этому сопротивляться. Они ехали, не видя куда, не разбирая, где была трасса, а где – неподготовленный склон, все было покрыто бурунами. Колоссальных усилий стоило им объезжать эти ухабы или, накатившись на один из них, не споткнуться о него, не застрять в нем. Это не было удовольствием, это была невероятная борьба с природой. Пройдя этот сложный участок, они остановились.

«Куда дальше?» – подумал Мартин, оказавшись полностью дезориентированным. Но внизу показались деревья. Это были гигантские ели, которые раскачивались из стороны в сторону. С них падало огромное количество снега. Было ощущение, что какая-нибудь ель не устоит и рухнет. Они поехали дальше, но оказались поверх камней. Под тонким слоем снега, который сметало ветром, была голая скала, слегка припорошенная.

– Как мы сюда выехали? Нужно было брать правее, – сказал Мартин. – По скале вниз мы не проедем. – Он сделал движение вправо, камни препятствовали движению. Елена поспешила за ним, она продвигалась переступью, цепляясь кантами за камни, чтобы все-таки не улететь вниз, иначе будет не остановиться. У нее разболелись запястья, она поняла, что это от напряжения, когда она палками помогает держать свое тело, это большая нагрузка на руки в таких условиях. Мартин продвигался легче, где-то он отпускал лыжи между камнями, плавно проскальзывая, где-то, переступал, но направление было не вниз, а в сторону, нужно было скорее уходить отсюда. Где-то очень далеко послышался шум сирены. Она оповещала о закрытии всех трасс или тех, которые были опасны. Было ясно, что времени у них нет, надо было лететь вниз, а они вне трассы. Уходя вправо, они ощущали более сильные порывы ветра, он опять дул сверху в спину.

– Хорошо, что ветер не в лицо, иначе можно было бы задохнуться! – решила подшутить Елена. Уйдя с каменистого участка и оказавшись на гладкой поверхности, Мартин обнял Елену.

– Я должен тебе сказать, я не хотел, но чувствую, что должен, я очень тебя полюбил, я думал, это пройдет, но сейчас понимаю, что ни на миг не хочу тебя оставлять, ты мне будешь нужна всегда, это не просто слова!

Она посмотрела на него очень нежно.

– Спасибо тебе, я очень ценю каждое сказанное тобой слово, мне трудно в это поверить, но я тебе верю, ты мне тоже очень дорог, – она не могла произнести «я люблю тебя», потому что больше не верила в любовь.

– Елена, сейчас мы должны ехать, с нами ничего не случится, этого не может произойти, давай соберемся и поедем. Есть не хочешь? – спросил он. Конечно, она не хотела есть: кто думает о еде в такие моменты? Перед тем как сделать движение вниз, она обернулась и посмотрела наверх. Небо было ужасающего цвета, серое, плохая видимость из-за снега, который взлетал от ветра. А сейчас, вероятнее всего, начнется и снегопад. Тогда перед носом не будет видно ничего.

– Боже, куда же мы забрались? Если нас сейчас здесь завалит, или мы вообще заблудимся, нас будут искать? – Мысль о друзьях Мартина пришла в голову Елене.

– Позвони им, предупреди, скажи, где нас искать, если что-то случится.

Мартин вынул из кармана мобильный, набрал номер, но гудков не было.

– Елена, дай свой, скорее!

Она протянула трубку.

– Ничего, никаких гудков, связи нет: наверно, ветром испортило антенну. Это катастрофа, мы остались в горах без связи, у нас нет раций и мобильные не работают.

– Поехали, только аккуратно! – скомандовал Мартин.

Он шел первым, как бы отыскивая дорогу. Елена шла немного левее, она никогда не любила ездить по пятам: резкая остановка – и можно врезаться в попутчика. Они приближались к елям. Скалу они оставили где-то слева от себя.

«Лишь бы это была трасса», – подумала она. Но никаких указателей не было. Было ощущение, что вот-вот пойдет снег и начнется пурга. Мартин остановился.

– Постой, надо съесть еду, мне она мешает, карманы очень набиты. Неизвестно, сколько времени мы пробудем еще здесь.

– А вдруг мы пробудем здесь очень долго? А ты не успеешь на самолет! Нас будут долго искать, если погода не улучшится. Это, конечно, в лучшем случае будут искать. Давай оставим еду, я заберу у тебя свою долю, тебе станет легче, – предложила Елена. Мартин отдал ей провизию, а сам быстро проглотил пиццу и запил соком. Елена спрятала все по карманам. Пока она распахивалась, чтобы убрать еду, ее очень сильно охладило ветром.

– Все, едем, у нас нет времени на остановки, – Мартин поехал снова первым.

Они медленно продолжили спуск. Но Елене всегда хотелось сделать остановку, чтобы обернуться назад. Там было жутко.

– Ого, Мартин, там такая жуть! Ты обещал красивые места, пока я не увидела ни одного. Слышишь, это упрек! Мартин, ты слышишь? Ответа не последовало. Но буквально через несколько секунд она услышала довольно отчетливо голос Мартина:

– Тормози, пропасть!

Елена инстинктивно успела свернуть и остановиться. Затем она подъехала к месту, где стоял Мартин, и посмотрела вниз.

– Вот ужас! Как ты успел заметить?

– Я не заметил: кто-то окликнул меня и подсказал мне остановиться. Я так и сделал. Знаешь, мне показалось, что это был твой голос.

Елена промолчала, но ей стало понятно, что это не трасса.

– Если бы это была трасса, то непременно было бы ограждение. Его нет. Хотя могло и ветром унести. Мартин, это не трасса, мы заблудились в горах!

Глубокая пропасть уходила далеко вниз. Там были лес и скалы, деревья ходили ходуном. Отъехав в сторону, они продолжили спуск, теперь им нужно было еще более аккуратно смотреть за дорогой. Из-за бугров ноги совсем отказывались слушаться, Елена постукивала себя по мышцам ног, пытаясь размять их, на какой-то период делалось легче. Становилось темнее.

– Скоро начнется снегопад.

Мартин промолчал.

– Будешь шоколад? У меня батончик.

– Нет, я не голоден теперь, – он достал мобильный и еще раз сделал попытку позвонить: связи по-прежнему не было, его лицо стало грустным.

– Я жалею, что подверг тебя опасности, одно только радует – что имею шанс быть с тобой и попытаться тебя спасти.

Ей тут же захотелось обнять его, она чувствовала, что он надежный. Она, наверно, осталась бы с ним навсегда. Чувств своих к нему она не могла понять, но то, что он ей безумно нравился, она признавала.

– Мартин, если мы вернемся, я буду с тобой навсегда! – крикнула она ему вдогонку. Она не знала, делает ли правильный выбор, но что-то ей подсказывало, что она не ошибается.

Было еще не поздно, но физически Мартин и Елена были измотаны, она хотела есть и немного передохнуть.

– Мне нужен отдых, пожалуйста, я больше не могу спускаться. Мои мышцы затвердели. Можно я немного отдохну? – взмолилась она. Они сели на лыжи, не снимая их, так как снять было невозможно. Мартин обнял Елену, которая поделила батончик пополам и протянула Мартину. Он сделал попытку отказаться, но Елена засунула ему в рот кусок шоколадки. Он прижался к ее голове, шлем к шлему, одновременно они приподняли маски и посмотрели друг на друга, у обоих глаза были уставшими, в них была грусть, несколько секунд они были без масок, но этого хватило, чтобы их глаза стали слезиться от сильного ветра. Сидели они минут 10 в очень неудобной позе, ноги затекли, надо было спускаться дальше. Туман сгущался, показалось, что стало теплее, но ветер не успокаивался, а небо серело и серело.

– Сейчас точно начнется снегопад, надо где-то укрыться, – сказал Мартин и подал ей руку. Спускаться можно было теперь только на ощупь, видимость не превышала полуметра. Елена снова посмотрела назад: высокие снежные вершины были хорошо видны, туман спускался книзу, наверху его не было. Она снова ощутила тревогу.

– Мартин, а лавина не может сойти? Посмотри, сколько там снега!

– Ну, нам еще лавины не хватало, и так застряли здесь! – немного насмешливым тоном сказал он, не дав ей вразумительного ответа. – Давай аккуратнее, не отъезжай от меня далеко, советую ехать строго за мной.

Они спускались фактически боком, цепляясь кантами за склон: только так можно было продвигаться. Перед тем как сделать очередное движение, Мартин ощупывал палкой склон, для того чтобы узнать, было ли что-то впереди или их мог ожидать очередной обрыв. За час они проходили не более 150 метров. Внезапно налетел сильный порыв ветра, и Елену понесло в сторону, ветер подгонял ее. Ее нужно было всего-то развернуть лыжи, чтобы затормозить, но не удавалось этого сделать из-за неровностей, возникших на поверхности склона. Она не видела, куда ее несет, но в целях самосохранения решила падать. На умелое падение ей тоже потребовалось время. Она слышала голос Мартина очень отчетливо, совсем рядом:

– Тормози, тормози, падай! – Елена, сдвинув корпус в сторону и согнув колени, накренилась. Теперь она лежала на склоне. Упасть правильно в данных условиях ей не удалось: во время падения она почувствовала острую боль в коленном суставе, колено ее правой ноги смотрело вовнутрь, а лыжи сплелись между собой.

– Ты в порядке? – крикнул Мартин.

– Надо как-то распутаться, мне не вывернуть колено, оно дико болит. Может, лыжи отстегнуть как-то?

Мартин приблизился к ней.

– Я помогу, будет больно, терпи, пожалуйста. Лыжи не отстегнуть, но я помогу тебе встать, – он приподнял ее больную ногу, Елена застонала от боли. Мартин выровнял ее лыжи и поднял Елену. Боль в колене была ужасающей.

– Как же я теперь поеду?

– Жить захочешь – поедешь, я помогу!

Мартин давал ей твердые указания, куда дальше двигаться и как ступать.

– Это не перелом, простой вывих, с ним можно ехать, давай, милая, все будет хорошо. Едем вниз.

Через 15 минут повалил снег: большие пушистые хлопья, подгоняемые ветром, образовывали снежную вьюгу. Так как они продвигались боком, снег наполовину залеплял их маски. Им оставалось только смахивать снег рукавом, получались разводы, это еще больше начинало нервировать. Елена всю дорогу ругала снег и свое больное колено. Но вариантов, кроме как спускаться, не было, и укрыться от снежной бури тоже было негде.

– Как твое колено, ты способна продвигаться дальше?

– Да, ехать боком не больно.

– Отлично! Тогда я забираю тебя с собой в Голландию, я не хочу тебя оставлять.

– А когда ты успел все решить, Мартин?

– Сейчас, когда понял, что ты без меня пропадешь.

Ее немного рассмешил такой ответ:

– Давай выбираться, а после все обсудим! Идет?

Они выравнивались к центру склона, но какой-то неопознанной силой Елену постоянно тянуло влево: то ли ветер ее туда сдувал, то ли ей так было привычнее проходить трассу, она не понимала, но и не очень сопротивлялась.

– Мартин, меня сдувает влево, но я рядом, буду спускаться фактически параллельно тебе, – она решила самостоятельно ощупывать палкой склон. Колено начало ее сильно беспокоить, и она решила остановиться на несколько секунд, чтобы расслабить больную ногу. Мартин уже успел спуститься на 5 метров ниже ее уровня. Елена почти не видела его, только просвечивала немного его черная куртка.

– Мартин, я остановилась, притормози! Подожди меня!

Она снова обернулась назад. Но уже не могла ничего понять: что-то странное и необычное происходило вверху. Она только видела какое-то движение на вершине. Ей овладело чувство оцепенения, она не могла оторвать своего взгляда от происходящего. Глыбы снега устремились вниз, они пластами скатывались со склона, увлекая за собой новые массы снега. Скоро они дойдут и до них. Теперь она слышала характерный шум стремительно приближающегося поезда.

– Это лавина, Ма-а-а-артин, берегись, на нас идет лавина! Уезжай! – она продолжала кричать ему.

Еще пара секунд и Елена не может дышать: воздух состоит из снега, он забивает ей дыхательные пути. Она где-то лежит, вокруг все белое, столбы снежной пыли окружают ее, она зажимает ноздри, и на минуту задерживает дыхание. Больше выдержать невозможно, ей нужно сделать вдох.

– Так уже было, я уже задыхалась. Теперь, наверно, мне придется умереть. Совсем не страшно. Она снова оказывается под водой, ее мозг прокручивает картину, как она пытается выплыть с телом Дэна, как ей хочется дышать, но вокруг вода, она не может сделать вдох.

Десять минут спустя она все еще лежит, дыхание восстановилось, резкая боль в колене приводит ее в сознание.

– Наверно, я отключилась, – она сделала попытку встать.

– Мартин, ты где? – крикнула она. Наверно, тихо, а надо – во весь голос: – Мартин, Мартин, Мартин, дорогой, отзовись, ты где?

Минуты две она кричала, зовя его, но ответа не было. Тогда она вскочила, но боль пронзила ее.

– Мартин, где ты? Господи, помоги!

Где он? Она не плакала, она махала палкой перед собой, пытаясь разгрести туман и снег, продвигалась вниз, понимая, что под ней камни. Много снега сошло вместе с лавиной.

– Где ты, где тебя искать, что мне делать? – спрашивала она, но никто не мог ответить на ее вопросы. Лавина прошла мимо, отбросив ее тело воздушным потоком еще ближе к обочине: она была спасена от лавины благодаря тому, что находилась не в центре, а с краю. Сейчас она это начинала понимать.

Мартин находился в самом центре, он не отзывается, значит, его больше нет – или есть, но где-то под толщей снега. Слезы полились из глаз Елены. Ей становилось невыносимо больно от этой мысли.

– Я просто не знаю, что мне дальше делать, ты же сказал, что не оставишь меня! Как ты мог, за что мне все это, где мне тебя искать, кого звать на помощь? – она говорила вслух в надежде, что он ее услышит. – Я не знаю, куда мне ехать, но меня это не так тревожит, как понимание того, что я хочу, чтоб ты был здесь, со мной, сейчас. Мы поедем в Голландию, я обещаю, только найдись, пожалуйста! – она перестала видеть, ее маска запотела, слезы продолжали литься из глаз, она еле дышала. Встав лицом к вершине, она подняла голову вверх и закричала:

– За что ты меня так наказываешь, Господи, за что?

Внезапно карман завибрировал и послышался звонок.

– Неужели ты хочешь мне помочь? Я не могу не сказать спасибо. Ну, пожалуйста, верни мне его, для тебя это такая малость, – она вынула из кармана трубку: звонок от мамы.

– Привет, мама, как дела?

– Я полдня не могу до тебя дозвониться, сердце не на месте. Все хорошо?

– Да, мама, все хорошо, десять минут назад я избежала смерти, – и слезы еще сильнее полились из ее глаз. – Я перезвоню позже, пока. – Она повесила трубку и набрала номер Мартина.

– Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети, – сказал женский голос на немецком языке.

– Это конец, – прошептала Елена.

Кроме телефона Мартина у нее есть номер гида. Надо звонить, пока связь восстановилась. Она набрала его номер.

– Лоренц, здравствуйте, это Елена, я нахожусь в страшной беде, я не знаю моих координат, не знаю, куда дальше ехать, пропал человек, его накрыло лавиной, и ветер не стихает, моя фамилия Витковская, и, возможно, я здесь и останусь навсегда.

Лоренц слушал внимательно, стараясь напрячь мозг и зафиксировать как можно больше информации:

– Елена, сейчас с вами свяжутся спасатели.

Через минуту ей позвонили.

– Говорите, на каком подъемнике вы поднимались? – спросил мужской голос на английском языке. Она рассказала в подробностях, как они добирались до него, что ехали на автобусе от главной станции, как потом поднимались час, что эта зона называется Зоной риска. Далее последовал вопрос:

– Сколько часов вы уже в горах?

– Четыре.

– Что за человек был с вами рядом? – спросил спасатель.

– Мартин, он из Голландии, я не знаю его фамилии, знаю только название его отеля, «Гардения», если поможет, – сил у нее не осталось, она уже больше не плакала.

– Слушайте внимательно, я буду говорить медленно, чтобы вы все поняли. До вечера нам необходимо вас отыскать, у вас есть еда?

– Да, пицца и сок.

– Это хорошо. Какова степень зарядки батареи вашего телефона?

– Наполовину заряжен.

– Отлично, мы будем вам звонить, держать вас в курсе дела и задавать вам вопросы. Теперь опишите местность, что вы видите?

– Почти ничего, только когда смотрю вверх, вижу вершину, на ней виднеется какое-то подобие антенны, но я не уверена, что это она.

– Опишите форму скалы и что есть рядом с ней.

– Вижу заснеженную вершину, которая имеет конусообразную форму. Она самая высокая, справа и слева от нее скалы поменьше. На правой что-то виднеется, не могу разобрать, что, но похоже на маленький домик.

– Я все понял, я знаю, где вы, с какой стороны от домика вы находитесь, если стоять спиной к нему?

– Слева.

– Ждите, мы перезвоним, мы направим к Вам снегоход, только мы сами не знаем, сколько у нас займет это времени в этих погодных условиях. Удачи! – сказал спасатель и повесил трубку.

Елена осталась в горах совсем одна; ей не было жаль себя, она не могла осознать, что Мартин лежит где-то под толщей снега, его найдут, вероятнее всего, через несколько дней, когда погода улучшится. А он обещал ей завтра лететь домой, она вспомнила его слова: «Ты забыла, я завтра буду в небе». Эта фраза надолго останется в ее сердце. «Он молодой, красивый и мне стал так дорог, как же так? – размышляла она. – Можно винить только себя в этой глупости, ну кто нас заставлял идти в горы в такую скверную погоду? Кто нам жить мешал? Это не случайность, это по законам природы. Я бы хотела остаться с ним здесь, только чтобы долго не мучиться, а то ночью волки прибегут, еще это колено… Сколько времени до темноты? Сейчас пятнадцать минут третьего, в шесть будет темно. Небольшие у меня перспективы выбраться. Позднее позвоню маме, сейчас надо экономить заряд батареи».

Раздался звонок.

– Елена, мы направили в вашем направлении снегоход. Ваша задача – медленно спускаться вниз, домик всегда должен быть от вас слева, вы всегда должны его видеть: если перестанете видеть, уходите левее, он должен виднеться до плато, затем скалы исчезнут из виду. Вы окажетесь в середине горного массива. Вы выйдете из Зоны риска. Не забудьте, что я вам сказал.

Она была опустошена: где-то здесь лежит близкий человек, и она ничем не может ему помочь. Елена еще раз достала трубку и набрала номер Мартина.

– Вне зоны… – послышалось снова. «Значит, там, где он есть, связь недоступна. А это означает, что Мартина накрыло лавиной, по всей видимости, тонной снега, – размышляла Елена. – Если там, где находится Мартин, есть доступ кислорода, тогда у него есть шанс выжить». Она начала спуск: по центру спускаться было невозможно, там прошла лавина, забрав с собой почти весь снег. Она держалась возле обочины, именно там, где ее миновала стихия. Она размышляла, что если впереди плато, то там полого на каком-то участке, лавина могла обрушиться там и остановиться: может, она доберется и начнет откапывать Мартина до приезда спасателей.

– Только бы лавина там остановилась, только бы не поменяла направление! – молилась об этом Елена. Спускалась она до плато еще час. Ее тело отказывалось ей повиноваться, но у нее не было выбора, она рассчитывала спасти Мартина.

Вот она делает последние движения и понимает, что перед ней обширная пологая площадка, всего размера она не видела из-за тумана и снега, но она просто без усилий могла стоять и никуда не катиться. Где-то далеко, но уже более отчетливо она услышала звуки сирены. Это был звук, не прерывающийся в течение двух минут. Елена попыталась вглядеться в туман, чтобы отыскать тонны снега, о которых она думала, готовая копать руками, лыжами, все равно чем, лишь бы отыскать Мартина. Здесь она смогла отстегнуть лыжи. Колено начало ныть от боли. Она издала тяжелый стон.

Как же больно! А как ему там, может, еще больнее? Буду звать его:

– Мартин, Мартин, ты здесь?

Никто не откликался. Она стала просто ходить. Внезапно, споткнувшись о какую-то груду, она повалилась на нее. Вот она! – обрадовалась Елена и попыталась копнуть. Это была огромная груда спрессованного снега вперемешку с булыжниками, которые лавина успела прихватить с собой со склонов. Она зарывалась в нее по плечи, копала, брала в руки лыжу, ковыряла. Палкой пыталась проделывать дырки, чтобы Мартину поступал воздух, но она не видела всех масштабов. Если бы не было тумана, она смогла бы понять, что здесь несколькими экскаваторами нужно копать дня два. Так копала она примерно час, затем, полностью обессиленная, она села, прислонившись к груде спиной. Было ощущение, что ветер понемногу стихает, снег перестал валить как-то внезапно.

– Неужели погода начинает проясняться? – подумала она и обернулась. Вершин не было видно, остался позади самый печальный склон в ее жизни, на нем все было разрушено, ее будущая жизнь, мечты. Как она теперь сможет жить, ездить в горы после такого, как пережить эту утрату? – Я даже не знаю его фамилии, ничего о нем, ни телефонов его друзей, ни родных. Я и спасти-то его не смогла, расселась здесь, нет бы копать, так я сижу и ничего не делаю. Я же могу продолжить, я женщина, а на женщинах большая ответственность, мы выносливые. – Она поднялась, но почувствовала сильное головокружение и упала.

В 17 часов 10 минут она была обнаружена бригадой спасателей, на звонок она не отвечала, но помогло то, что она добралась до плато. Ее ярко-красная экипировка привлекла внимание. Пришла в себя она от чего-то влажного, но теплого. Первой ее реакцией был испуг, что до нее добрались волки, но, полежав так несколько секунд, она поняла, что ее облизывает лабрадор: он первым отыскал ее. Спасатели помогли ей подняться, взяли ее лыжи с палками, посадили на снегоход и увезли. Больше она никогда не вернется сюда и не увидит Мартина. Всю дорогу, пока снегоход спускался, Елена не смотрела по сторонам, а только плакала.

Мартин Тигни был обнаружен мертвым от удушья на глубине 5 метров спустя 3 дня. В поисково-спасательных работах принимали участие 30 человек и собаки. Как показала экспертиза, он задохнулся через пятнадцать минут после столкновения с лавиной.

Обо всем этом она узнала из новостей. Репатриация тела Мартина была назначена на тот день, когда она улетала домой. Даже в аэропорту она ощущала присутствие Мартина, его душа с ней, она ее никогда не покинет. Они оба виноваты, только зачем она осталась жива, она не понимала. Весь полет она рыдала, многие слышали, что произошло, и сочувственно смотрели на нее. Стюардессы как могли пытались успокоить Елену. Попутчик рядом налил Елене коньяка.

– Я вам сочувствую, – заговорил он.

– Как вы думаете, у него был шанс выжить? – очень тихо спросила Елена.

Попутчик пристально посмотрел в красно-бирюзовые от слез глаза.

– Пока его несло потоком снега, у него был шанс выжить, нужно было постараться отстегнуть лыжи и делать плавательные движения, это могло бы ему помочь не оказаться на такой глубине и, возможно, спасло бы ему жизнь. Но это теория, на практике, к счастью, мне не пришлось этого узнать. Думаю, в реальности все сложнее.

– Вряд ли он этого не знал! Хотя мы всегда думаем, что все знаем! Ничего мы не знаем, – произнесла Елена и погрузилась в свои мысли, печально воссоздавая события минувшей недели.

Грустно сознавать, что нежному и ласковому человеку, который так хочет быть нужным, заботиться о ком-то, дарить тепло и ласку, так не везет в жизни. Многие говорят, что надо искать причины в себе, заниматься самокопанием, пытаться осознать, что ты делаешь не так. Не может постоянно не везти, так просто не может быть или не должно. Но кто сказал, как надо? Почему люди выстроили запрет на то, что для одного человека является необходимостью: высказываться, говорить о своих чувствах, не бояться этого. Теперь считается, что любую эмоцию надо держать в себе, тогда тебя крепче будут любить. Не открывать своего сердца и не привязываться к человеку. Если нарушить эти простые правила, будет невыносимо больно. Тебя предадут, растопчут, уничтожат. Ты не будешь знать, что делать, как выходить из ситуации, а еще хуже – не будешь знать, как дальше жить без того, кого ты любишь больше всего на свете.

Елена вернулась домой; с момента возвращения она так ни разу не улыбнулась. Она ушла в себя. Вечерами, возвращаясь с работы, когда по пути никто не встречался, она плакала, ее глаза, казалось, навсегда приобрели бирюзово-красноватый оттенок. Она винила себя в неразумности, что успела привязаться к человеку за эти несколько дней. А ведь она давала себе указания не знакомиться ни с кем. Люди причиняли ей боль. Она имела очень ранимую тонкую душу, хотя всеми силами пыталась это скрывать. Иногда казалась надменной, но это была всего лишь маска. «Люди жестоки, они не думают о других, я не создана для этого мира, я не в силах бороться», – думала она, но всегда находился выход. Она любила читать, когда ей было плохо, она уходила в чтение, начинала жить этой книгой, ждать развития событий. Ей не хотелось ни с кем общаться, она заставляла себя это делать, чтоб не стать заложницей одиночества. Но в Австрии ее никто не предал, он просто погиб, она чувствовала и свою вину в его смерти. Она не могла позвонить ему, отправить смс, поговорить с ним, его не стало. Она даже не могла побывать у него на могиле. «Какой он был приятный, красивый, сильный», – вспоминала она, тем самым разрывая себе душу.

– Он не отпускает, мне нужно время, чтобы забыть. Нет! Мартин, я буду тебя помнить и никогда не забуду, покойся с миром, мой дорогой! – произнесла она вслух.

Ей было необходимо занять себя чем-то новым, чтобы мысли ушли из головы, чтобы душа не хотела вырваться наружу. Но первое, что пришло ей в голову, – пойти поплавать. Она практически постоянно поддерживала себя тренировками в спортзале, делая перерывы только тогда, когда уезжала в поездки и занималась там активным спортом. Хотя она только что вернулась, ей было необходимо выплеснуть энергию. Собрав вещи, она пошла в клуб. Позанимавшись на тренажерах, которые смогли вызвать у нее только слезы, она отправилась в бассейн. Она поплыла кролем, делая мощные гребки, набирая скорость с каждым проплываемым метром. Ее дыхание начало сбиваться, она почувствовала одышку, но ей необходимо было плыть.

– В воде сложно заплакать, усталость охладит мои мысли, чувства притупятся, горечь страданий смоет вода, – таким образом программировала себя Елена.

Второй мыслью, что ей пришла на ум, была социальная сеть, где она периодически появлялась. Елена вспомнила, что у нее в фотоаппарате остались фотографии из Австрии, где несколько из них с Мартином. Сейчас не время, у меня нет сил их смотреть. Может, сразу удалить, чтобы больше не вспоминать? Но она не могла себе позволить удалить то единственное, что осталось от человека. Она будет ждать, пока боль утихнет.

Открыв сайт социальной сети, она увидела на заставке свой улыбающийся портрет.

– Как мне было тогда хорошо, когда делали этот снимок, мое сердце было свободно, и я ни по кому не страдала, – вспомнила она.

Действительно, очень легко и просто жить, понимая, что ты свободен, что нет никаких обязательств, тебя никто не может огорчить и расстроить, потому что просто некому это сделать. Ей бы хотелось сейчас выбрать именно эту тактику и больше никогда не любить.

«Настоящая любовь не бывает счастливой. Она состоит в большинстве случаев из горя и разлук. Что несет в себе любовь, зачем ее испытывать? Ты влюбляешься без памяти, а тебе не отвечают взаимностью или отвечают, а потом предают, разница небольшая. Тебя все равно убивают» – так думала Елена и имела на то веские основания.

Она не была активным пользователем, но то, что ей пришел запрос на добавление в друзья, она сразу заметила. Открыв его, она увидела фотографию не молодого, но очень импозантного и красивого мужчины.

– Живет в Милане, – прочитала она. – Что делать итальянцу на моей странице? Кажется, староват, хоть и красив. Хотя какая разница, добавлю! Может, это общение меня немного отвлечет, – и она кликнула ДА. Через пару минут пришло сообщение: «Привет, меня поразила твоя красота, я бы хотел с тобой общаться, я живу в Милане, меня зовут Фабио. А откуда ты? Ты из России? Чем занимаешься? С кем живешь?»

«Ого, сколько вопросов, зачем столько сразу?» – подумала Елена, но ответила на них.

«А можешь оставить мне свой номер телефона, я хочу тебе позвонить».

«Звони!» Она написала свой номер.

Послышался звонок, на дисплее отобразился незнакомый номер. Поняв, что звонок из Италии, Елена сняла трубку.

– Привет, это Фабио. Как ты? – послышалась английская речь с итальянским акцентом.

– Привет! Я? Ничего, спасибо!

– Что значит «ничего»? Я не понимаю. Бывает или хорошо, или плохо.

– Тогда хорошо, – пришлось солгать Елене, чтобы не было ненужного допроса.

– Так отвечай всегда! Хорошо?

– Хорошо, – ответила Елена.

– Я музыкальный продюсер, работаю в Италии. У меня в Милане квартира, и я живу один. Мне очень хочется тебя узнать получше.

Его голос не был очень приятным для Елены, он казался старым и сиплым и совсем не подходил его внешности. Но по мере общения она начала к нему привыкать.

– А можешь прислать мне несколько своих фотографий, я буду на них любоваться!

– Я постараюсь.

– Тогда до завтра!

– Чао, Фабио, – ответила она и начала просматривать свои фотоальбомы. Фотографии у нее были красивыми, плохие кадры она просто удаляла за ненадобностью. Елена любила фотографироваться, но исключительно на курортах или в туристических поездках, раньше у нее было много снимков в Петербурге, но теперь, находясь здесь, она не чувствовала себя счастливой. Петербург был ее Родиной, ее домом, но то ли он стал для нее совсем привычным, то ли здесь не было того человека, кто мог бы ее сделать счастливой. Поэтому ей нравилось уезжать.

Просмотрев свои фотографии, окунувшись в воспоминания, Елена отправила одну фотографию, которой она часто любовалась. Нажав «послать», Елена получила скорый ответ: «Ты великолепна, очень красивая, спокойной ночи!»

Ей стало очень приятно, хотя она и не хотела флирта. Женщин всегда трогают красивые слова: начинают светиться глаза, открывается второе дыхание, хочется красиво одеваться и привлекать внимание. Сказать комплимент – это значит вернуть женщине сознание того, что она желанная, нужная, востребованная. Вот что творят красивые слова. Мужчины это знают, поэтому безжалостно их говорят, а женщины верят…

Проснувшись утром и посмотрев на телефон, она увидела непринятое сообщение от Фабио. «Дорогая Елена, я не мог уснуть всю ночь, думаю о тебе, меня заставил волноваться твой голос, я поражен твоей красотой. У тебя такое милое лицо и красивые глаза, что мне непременно нужно тебя видеть, давай созвонимся в скайпе».

Елена улыбнулась, но сознание того, что это виртуальное знакомство, а не реальная жизнь, немного ее охладило. «Зачем мне эти ненужные отношения, пустая говорильня, я не создана для виртуальных отношений, мне нужен человек рядом, о котором я могу заботиться, который будет дарить мне нежность. Почему-то Мартину я поверила, но он был реальный, не голосом в трубке, как мне жаль, что я больше никогда не смогу прикоснуться к тебе! – И из глаз выкатились слезы. – Я бы не успела тебя откопать, мне за 15 минут было не спуститься, – она плакала навзрыд, – но я не могу поверить, что тебя нет, я очень хочу тебя видеть, обнять!» Она рыдала. Ей нужна была помощь, ей самой было с этим не справиться. «Может, Фабио и есть помощь? – внезапно пришла к ней мысль. – Может, виртуальный роман – это и есть мое спасение? Никакого телесного контакта, никакой привязанности, никакой любви. Только мечты и красивые слова». На этом она и решила остановиться.

Вечером ее ждало виртуальное свидание: она немного нервничала, но все же его ждала. Закрывшись в своей комнате, она отправила смс, что готова к видеочату. Тут же последовал звонок на компьютер.

– Чао, Фабио, как твои дела?

– Елена, я не мог дождаться вечера, мне так приятно тебя видеть, какая красивая у тебя улыбка, ее нет на твоих снимках. Ты немного грустная на фото.

– Фабио, спасибо, ты меня одарил комплиментами, не нужно столько, – лицо Елены выражало некое смущение и серьезность.

– Я хочу говорить тебе это каждый день! Не возражай. Ты не знаешь итальянских мужчин. Мы много говорим и мало делаем, – решил пошутить Фабио.

Елена оценила шутку, изобразив улыбку.

– Как погода в Италии? – попыталась она поменять тему.

– О, здесь немного прохладно, но не так, как у вас, в России совсем холодно, – ответил Фабио.

– А ты был в Петербурге?

– Нет, но очень бы хотел побывать.

Ей было легко с ним разговаривать. Он был веселым и умным. Также Елене показалось, что Фабио воспылал к ней страстью. А иначе и не могло быть, он же итальянский мужчина.

– Елена, я хочу пригласить тебя в Милан.

Она замолчала, не зная, как реагировать на его предложение. По ее телу пробежал озноб. Ей нужно только общение, никаких личных встреч.

– Фабио, прости, но у меня сейчас нет средств на поездку, только неделя прошла, как я вернулась из Австрии. Ездила в горы, понимаешь? – ответила она.

– Нет, деньги не проблема, я приглашаю.

– Вот так поворот событий, я совершенно не ожидала такого предложения от тебя. Неужели это правда, и ты хочешь меня увидеть вживую?

– Я совершенно серьезен и мечтаю тебя увидеть. Не приедешь ко мне – приеду к тебе. Так что соглашайся!

– У меня заканчиваются виза и паспорт, делать около месяца, да и я пока не могу приехать, я только вышла из отпуска.

– Я буду ждать, только не затягивай. У меня есть терпение, но оно не безграничное. И отвечай, пожалуйста, на мои звонки и сообщения. По возможности выходи в скайп. Прошу!

– Это я обещаю! А поездку надо планировать, нельзя так просто взять и приехать в чужую страну и к малознакомому человеку.

– Не волнуйся, я успею стать тебе знакомым человеком и даже больше.

Елена лежала на кровати и думала, что поездка к Фабио могла бы стать прекрасным выходом в ее ситуации. Паспорт заканчивался через неделю, и следовало делать новый. У Елены был месяц на размышление. Пока Елена раздумывала о славной Италии, она не заметила, как погрузилась в сон. Через час она проснулась от страшной душевной боли, от сознания того, что Мартина больше нет, и заплакала.

– Это невыносимо, лучше не засыпать, чем просыпаться и дрожать. Когда же боль пройдет, когда она меня наконец отпустит? Как дальше справляться с ней?

Она бы предпочла быть брошенной, лишь бы Мартин был жив. «Как его семья, как они справляются с потерей? – думала она. – Мне нужно его увидеть». Она взяла фотоаппарат и начала просматривать снимки. Сперва шли австрийские пейзажи, мысленно она вернулась туда, затем ее снимки возле водопада, теперь показались горы. Елена вспомнила свой первый день в горах. «Если бы я могла отмотать все назад и, прислушавшись к себе, ни с кем не знакомиться. Я ведь давала себе четкую установку не делать этого. Тогда ничего бы и не произошло. Но это случилось, и это не было сном или фантазией. Мартин! Сколько счастья ты мне подарил за эти несколько дней. А как ты был красив. И всегда знал, что мне нужно. За что ты лишил меня его, Господи?». Но ее никто не слышал, никто не отвечал. Ее руки тряслись, пот выступил на теле, слезы стекали на подушку. Она потянулась за телефоном, посмотреть на время и увидела сообщение: «Я жду нашей встречи, пожалуйста, делай быстрее документы, нам необходимо встретиться, я так долго тебя ждал и не могу не думать о тебе, ты заняла все мои мысли». Ей было приятно, хотелось поверить в сказку, но она не верила. Еще не пришло время поверить. Но она ответила: «Послезавтра начну делать паспорт». Сразу пришел ответ: «Почему ты не спишь, у вас ночь. Отдыхай, до завтра». Елена еще долго находилась в задумчивости. Она пообещала уехать с Мартином, ей хотелось быть преданной ему. Но теперь не перед кем было держать слово, его больше нет, а жизнь продолжается. Документы она подала, как и планировала, хотя с поездкой она не хотела спешить, так как обдумывала свои решения очень тщательно. Зная о мошенниках в Интернете, она немного настороженно относилась к данной ситуации. Зачастую интуиция помогала Елене, и в данном случае она подсказывала, что нет повода для опасения. Но в Австрии она не спала ночь перед трагедией, и это не остановило ее, не закрыло путь в горы. Так что она вполне могла и ошибаться.

Фабио не давал Елене покоя, он мог позвонить ей в любое время дня и ночи. Он просил ее присылать ему новые фотографии. Всем своим поведением он располагал ее к себе.

– Неужели моя милая девочка хочет оставить меня без своей улыбки сегодня? – спрашивал он.

– Не бывать такому! – отвечала Елена, улыбаясь на его шутки.

– Ты же знаешь, я не могу уснуть без твоего милого лица!

– Конечно, знаю! – смеялась Елена. Фабио становился отдушиной и таблеткой для ее раненого сердца. Иногда при разговоре с ним у нее на глазах появлялись слезы. Замечая это, Фабио никогда не акцентировал на этом внимания, а начинал веселить Елену. И это всегда приносило положительный результат. Елена понимала, что у них завязываются романтические отношения, они уже не могут жить без ежедневных сообщений, видеобесед и звонков. Впрочем, ей казалось, что она уже не может жить без него. Она была увлечена этим общением, Фабио действительно очень ей помогал. Но она не забыла и не хотела забывать Мартина, она ему пообещала всегда его помнить, и она себе не изменяла. У нее возникла мысль узнать каким-то образом, где похоронен Мартин, и, приехав в Голландию, найти его могилу, но постепенно эта мысль ее покидала.

Однажды по возвращении с работы Елену встретила ее мать, в руках Жанна держала огромный букет красных роз, который она протянула Елене.

– Там записка, написано: от Фабио, курьер передал.

– Из Италии курьером? Вот это да! Красиво ухаживает! – одобрила Елена и улыбнулась. Поставив цветы в вазу, Елена отправила сообщение с благодарностью. Это было дня нее небольшим праздником. Ей никто и никогда не посылал цветов из-за границы. «Спасибо, Фабио, это был великолепный жест, который заставил меня улыбаться, спасибо огромное за подаренный праздник!» – написала она. В ответ она получила: «У тебя теперь всегда будет праздник, только приезжай быстрее. С любовью, Фабио». «“С любовью!” – подумала Елена. – Как у мужчин все быстро». Но она верила словам. «Он не женат, детей нет, у него хорошая работа, так почему он не может стать моим праздником? – думала Елена. – Надо решаться на поездку, нельзя упускать шанс».

Апрель 2008-го. На работе ей нехотя дали двухнедельный отпуск за свой счет, хотя его было очень трудно выпросить. Ей пригрозили увольнением, но так как Елена не дорожила этой работой, а потерять шанс узнать Фабио поближе она не могла, поэтому в очень деликатном тоне она поговорила с начальником и написала заявление, которое было утверждено и подписано.

Паспорт и виза были готовы. Фабио ждал команды, когда он сможет купить электронный билет. И для него счастливый день наступил. Апрельским утром ему на телефон пришло сообщение: «Я готова приехать». Через полчаса на ее почту был выслан билет в один конец. Решено было вылетать из Финляндии, поэтому Елена заказала такси до Хельсинки и начала обдумывать гардероб. Фабио рекомендовал не набирать много вещей, взять только необходимые и обязательно горнолыжный костюм, так как они поедут на выходные в горы кататься на лыжах. Елену перекосило от одного упоминания о поездке в горы, но о своей страсти к горным лыжам она сама ему упомянула. Правда, о трагедии рассказать не захотела. Елена перекрестилась и начала собирать чемодан.

На удивление, Елена чувствовала себя спокойно, ожидая такси. Она знала, что Фабио в будние дни будет работать, а у нее есть непреодолимое желание обойти музеи Милана. Поэтому она запаслась путеводителем и итальянским разговорником. Это было мудрым решением занять свою голову чем-то новым, а не думать о прошлом и несбыточном. А это уже почти вошло у нее в привычку. «Нет, нужно ломать стереотипы, Фабио нацелен на серьезные отношения, это не может быть игрой, – думала она. – Он взрослый, серьезный человек, еще и сюрпризы какие приятные делает, спасибо ему за это. И я ему очень благодарна, он меня вернул в этот мир, дав немного отойти от неприятностей», – размышляла Елена. У нее появлялось какое-то теплое отношение к Фабио, хотя она никогда не видела его вживую.

Поездка до Хельсинки ожидалась нелегкая. Примерно 5 часов занимала дорога. Самолета ждать нужно было еще часа четыре, но Елену это не смущало. Главное, что ее ждет Фабио. «Италия, неужели я буду в самой Италии? Как я мечтала увидеть эту страну, и скоро я увижу его! Какой жизнь иногда бывает интересной, какие преподносит сюрпризы!» Она улыбалась. Но внезапно перед глазами встал образ Мартина. «Нет, ты не рад, я понимаю. Ты что-то мне хочешь сказать, но не можешь?» Она задумалась и прислушалась. Но вокруг было тихо. Я помню тебя и никогда не забываю, но мне надо забыть, ты же сам хотел меня спасти, поэтому я здесь, а ты там. Разговаривала она с Мартином тихим голосом, чтобы ее не услышала Жанна и не подумала, что она сошла с ума. «Мартин! – обратилась она к нему, – я очень хотела бы тебя вернуть, но это невозможно, это не в моей власти, эти чертовы Альпы, я опять буду там. Я знаю, что делать: послушай, я залезу на самую высокую точку в горах и попрощаюсь с тобой, ведь я этого не сделала. Ты меня там услышишь, там я буду ближе к тебе! До встречи!» И из ее глаз покатились слезы, и что могло их остановить, она не знала.

Через полчаса она окончательно пришла в себя и стала продолжать сборы. «У меня начинается новая жизнь, главное, что я кому-то нужна, и он так обаятелен, все должно быть хорошо», – подбадривала себя Елена.

В пять утра таксист позвонил Елене, находясь у ее подъезда. Она обняла и поцеловала маму:

– Мамочка, не беспокойся, все будет хорошо, я чувствую. До встречи.

Мама старалась не беспокоить дочь лишними расспросами. Как-то она задала Елене вопрос, не звонил ли Дэн, но увидела только накатившиеся слезы на глазах дочери. Больше она решила не задавать таких вопросов: если Елена захочет, она все сама расскажет ей. Конечно, она переживала за дочь, она видела, что Елена из жизнерадостного человека превращается в нелюдимую особу, которая постоянно уходит в свой внутренний мир и никого не хочет туда впускать. Она наблюдала, какой вернулась ее дочь из Австрии, ей самой было тяжело слушать, что произошло, она плакала и сочувствовала Елене и Мартину. Она могла навсегда потерять дочь, но этого, к счастью, не случилось. Также Жанна понимала, что это временные моменты и что новое увлечение в жизни Елены ей поможет. И вот такой момент настал. Последние дни Елена светилась, ее губы изображали улыбку. А глаза приобрели естественный тон.

– Что ж, маленькое приключение тебе не повредит, лишь бы без последствий! – постаралась не задеть дочь за больное Жанна. – Пусть все будет лучше, чем прежде. Я тебя люблю и буду ждать твоего возвращения. Помни, что я остаюсь одна.

– Да, мамочка, помню. Нет, иногда забываю, правда, прости.

Водитель загружал чемодан в автомобиль, Елена помахала рукой смотрящей в окно Жанне и, послав воздушный поцелуй, села в машину. Автомобиль тронулся.

Границу они прошли достаточно быстро, оставалось несколько часов езды по Финляндии. Елена ехала и смотрела в окно. Изредка мимо проезжали финны на велосипедах, а по тротуару проходили любители скандинавской ходьбы. Когда Елена несколько лет назад впервые увидела людей, идущих с палками, это не могло не вызвать у нее улыбки и смеха. Теперь этот стиль признан модным и очень полезным в России. Теперь смеха он не вызывал, но Елена все равно улыбнулась. Раздался звук входящего сообщения. Елена сразу почувствовала, что от Фабио: «Дорогая, я очень жду тебя, мне хочется, чтобы быстрее наступил вечер. Как будешь вылетать, проинформируй меня, я буду знать, что рейс не задерживается. Я встречу тебя в аэропорту, ни о чем не волнуйся, я обо всем позабочусь. До встречи». Ей тоже хотелось быстрее приземлиться в Италии. Но она решила растягивать удовольствие, уже начиная с этой минуты.

Наконец она в аэропорту. Ожидая свой рейс, Елена решила начать изучение итальянского разговорника. Внезапное чувство голода овладело ею. Она подошла к барной стойке и посмотрела меню. Время было обеденное, поэтому Елена заказала суп и чашку капучино. Тарелка супа вызвала воспоминание, как они с Мартином, в последний их совместный вечер, ужинали. Вкус того супа она никогда не забудет, как и Мартина. «Мартин Тигни, я могла бы быть Еленой Тигни», – размышляла она. Заставив себя доесть суп, потому что иначе нельзя сказать про суп, приготовленный в аэропорту, Елена выпила капучино, как всегда сняв ложечкой пенку и отправив ее в рот.

Самолет был заполнен пассажирами. «Рейс Хельсинки – Милан готов к взлету», – сказал командир корабля на английском и итальянском языках. Рейс был итальянским. Елена сидела возле иллюминатора и смотрела в него. Погода была серой, даже немного накрапывал дождь. Покинуть чужую землю ей хотелось как можно быстрее. «Фабио, через три часа я буду у тебя, встречай, вылетаю!» – написала она сообщение.

Самолет оторвался от земли, еще немного, и им предложат обед. Суп был совершенно не сытным, и Елене уже хотелось есть. Она решила прикрыть глаза, потому что спать ей тоже хотелось не в меньшей степени. Немного ей удалось поспать, пока бортпроводница не предложила еду. Подали почти что сырые равиоли и кофе. Елена попыталась это съесть, но ограничилась кофе с конфеткой. Снова ей удалось немного заснуть, но сон был тревожным, она слышала посторонний шум. Что это? Шум мотора катера или шум лавины, двигающейся на меня? Ее дремлющее сознание не позволяло понять, что это был шум двигателей самолета. Шея затекла и начала болеть, но глаза она открыла только тогда, когда было передано, что самолет готовится к снижению и просят пристегнуть привязные ремни. Перед посадкой Елена начала немного нервничать. Она посмотрела в иллюминатор. Внизу виднелись заснеженные вершины Альп. «Вот красота! А интересно, летом здесь снег лежит?» – размышляла она, а самолет начал выруливать, предварительно набрав высоту.

Она беспокойно ждет своего чемодана, сейчас закрутится лента, и багаж начнет двигаться по ней. Через десять минут Елена сняла свой чемодан. «Как мне страшно, я сейчас увижу его впервые». У нее начало крутить живот от волнения. «А если я – не то, что он ожидает увидеть, скайп – это другое, – размышляла она. – Ладно, отпускаю все на самотек». Она выходит в вестибюль аэропорта. Там полно встречающих, но Фабио она не видит. Елена нарочно делает вид, что совершенно спокойна и ее ничто не беспокоит. Она даже не озирается по сторонам, хотя сильно напряжена. Внутренний голос говорит, что это розыгрыш, билет в один конец, и никакого Фабио нет и в помине. Ее взгляд падает на пожилого господина, который кого-то ждет с цветами. «А если он ждет меня, а Фабио был для меня как красивая приманка? Наверно, меня обманули!» – прокрутилось у нее в голове. Она решила позвонить. «Только бы этот человек не снял трубку», – подумала она и стала вынимать из сумки мобильный. Тут же раздался звонок.

– Елена, не переживай, я уже бегу, пробка была, стой на месте! – протараторил Фабио.

– Фу! – вздохнула с облегчением Елена.

Минуты две она стояла, смотря на выход. Невозможно было описать ее изумление, когда она увидела высокого мужчину, идущего к ней быстрым шагом с огромным букетом бордовых роз. Он почти подлетел к ней, поцеловал, подарил розы, и когда его руки освободились, прижал ее к себе очень крепко, настолько, насколько позволял букет.

– Елена, чао, ты красавица, я не ошибся, я так и знал!

– Здравствуй, Фабио! Я рада наконец увидеть тебя. – Она сделала попытку поцеловать его в щеку, но он как-то якобы случайно уклонился. И она промахнулась в область шеи. – Приятный парфюм! – вышла она из положения, но насторожилась. Хотя она и была очень рада видеть его, но сейчас он ей показался абсолютно чужим человеком, который ее поцеловал, но сам уклонился от ее поцелуя. В любом случае ей необходимо было время узнать его, разглядеть. Он, бесспорно, был очень красив, он имел густые немного седоватые волосы и пухлые аккуратной формы губы. Его кожа была загорелой, и он был высокого роста. Фабио был стильно одет, и на его шее болтался серого цвета шарф. «Видно сразу, что человек не простой, с идеальным вкусом, даже, может быть, чрезмерно идеальным», – думала она. Фабио посадил ее в «ауди» и умчал домой. По дороге они много разговаривали. Он расспрашивал ее о перелете, как она добралась. Елена ему охотно отвечала, но задавать вопросы у нее не было сил.

Было уже темно, и, проезжая по Милану, можно было только разглядеть хорошо подсвеченные архитектурные сооружения. Было красиво и необычно. Подсветка была бело-желтого цвета. Она вспомнила водопад – синий, зеленый, красный… Там было восхищение, там было счастье. А здесь она не знает, чего ждать от совершенно чужого человека. Ее немного накрыли сомнения. «Как я могу так думать, он постарался сделать мне сюрприз, все оплатил, я просто устала, сейчас отдохну, и все наладится, я должна быть благодарной, – думала она, – и вообще он о любви говорил, надеюсь, я ничего не испорчу, а то у меня уникальное умение все портить». Он не отвлекался от дороги, так как они ехали очень быстро. Скорость была свойственной для темпераментных мужчин, управляющих автомобилем с мощным двигателем.

Он привез ее в свой дом. Это была квартира на первом этаже. Войдя в нее, Елена почувствовала нестерпимый холод. Квартира была двухэтажной, исполнена в черно-каменной стилистике, это было дизайнерским решением. Наверху была спальня, туда вела каменная лестница без перил. Елене квартира показалась какой-то неживой и неуютной.

– Фабио, почему у тебя так холодно?

– Как “холодно”? Нет, в самый раз. Давай вместе примем душ, и на вечер заказан столик в ресторане, только смой, пожалуйста, косметику, мне нравится естественность. – Елена спорить не стала, умылась, нанесла тонкий слой пудры и немного помады. – Вот теперь отлично, у тебя очень юное лицо, не надо портить.

– А сейчас ты возьмешься за мой гардероб? Спасибо, если ничего не выбросишь! – испугалась Елена. – Что мне надеть, поможешь? – от греха подальше спросила она.

– Неважно что, что захочешь, – ответил Фабио. В его голосе чувствовалась какая-то раздраженность.

Елена надела джинсы и тонкий джемпер цвета фуксии: ей очень шли яркие тона, поэтому она их любила. Фабио уложил волосы, немного смочив их водой. Надел брюки серого цвета, пиджак в тон и замотал вокруг шеи шарф. Он выглядел очень стильно.

– Фабио, может, мне все-таки надеть платье? – Ее немного смутила данная ситуация.

– Все отлично, идем, – коротко ответил Фабио, окинув Елену скорым взглядом.

Ресторан находился недалеко от дома. В нем стоял запах свежеиспеченной пиццы.

– Какой аромат!

– Ты очень голодна?

– Если честно, то да, – ответила Елена и улыбнулась.

– А что ты хотела бы съесть? – поинтересовался Фабио.

– Я хочу попробовать что-нибудь из итальянской кухни, кроме пиццы и пасты, выбери на свой вкус. Пожалуйста! – добавила она, ей хотелось быть с ним как можно игривее, чтобы разрядить обстановку.

Фабио сделал заказ. Официант принес бутылку белого сухого вина и разлил по бокалам. Фабио поднес бокал к носу и понюхал.

– Ах, это дивное вино, попробуй скорее!

Елена сделала глоток и остановилась:

– Давай отпразднуем начало наших отношений, я очень тебе рада!

Фабио улыбнулся.

– Конечно, чин-чин!

Елена была деликатным и скромным человеком, в знак признательности за приглашение в Италию она непременно хотела поблагодарить его.

– Фабио, я тебе очень признательна за наше общение, за ту радость, что ты мне подарил, за то, что я сейчас здесь в Италии. С тобой в Италии. Я хочу сказать тебе спасибо за все это, – она посмотрела на него своими серо-голубыми глазами и поцеловала его в щеку.

– Елена, я рад, что тебе хорошо, я обещал сделать твою жизнь праздником, а завтра ты увидишь Милан. – У Елены заслезились глаза, но она подавила приступ грусти и слезного настроения.

– Спасибо тебе! – повторила она, допивая бокал вина.

Им принесли очень красивое блюдо, сначала Елена не поняла, из чего оно состояло, но когда начала есть, определила, что это был фаршированный баклажан, начиненный томатами и фаршем, под сыром пармезан. Вкус был восхитительным. На десерт они ели тирамису, запивая все тем же белым вином. Елена почувствовала легкое головокружение и поняла, что надо бы остановиться. Они очень хорошо проводили этот вечер, говорили друг другу комплименты, им было приятно вдвоем. Сейчас между ними восстановилось былое взаимопонимание. Елена почувствовала, что Фабио перестал ее остерегаться, что его чувство к ней теплеет, а лед в сердце тает. Елена на минуту поверила, что Фабио может стать ей хорошей парой, ее мужем и надежной опорой. На такой позитивной ноте они отправились прогуляться по узким улицам, не отходя далеко от дома. Воздух был теплым, но запах улицы Елену не привлек. Вдоль улицы проходил канал, который источал запах несвежей воды. Остальное не могло не расположить к себе своим комфортом. Узкие тротуары, аккуратные малоэтажные здания, спокойная атмосфера и замечательный мужчина рядом.

Они вернулись в квартиру. Было все так же холодно.

– Елена, тебе необходимо отдохнуть, завтра ты целый день посвятишь изучению Милана, я надеюсь на это. Думаю, ты знаешь, что Милан является культурной столицей Италии.

– Конечно, Фабио, я изучила путеводитель, главное – все найти и не затеряться где-нибудь в пустыне! – пошутила Елена.

– Пустыни здесь нет, а найти все несложно, думаю, ты справишься, – Фабио улыбнулся. Его улыбка была искренней, а его глаза очень тепло смотрели на нее. – Давай готовиться ко сну, мне завтра на работу, – произнес Фабио и начал раздеваться. Елена не понимала теперь, как ей себя вести, чего он ожидал от нее и чего хотел. Поэтому она проследовала в душевую комнату. Приняв почти что горячий душ, она почувствовала, что согрелась, и ее нервы успокоились. Когда она поднималась по каменной лестнице в спальню, то ощущение тревоги овладело ею. Держаться было не за что, разве что за каменную стену, которая была неровной и довольно шершавой. Идти по лестнице без перил было тем же самым, что стоять у края пропасти. Данный дизайн был совершенно не по вкусу Елене, но выбирать не приходилось, и она аккуратно проследовала на второй этаж, где располагалась спальня. Там ее ждала огромная кровать с легким пушистым на ощупь одеялом. Она не стала дожидаться Фабио и легла. Но засыпать без него она не собиралась. Ее одолевали мысли о том, что сейчас произойдет, будет ли прелюдия, или он набросится на нее, как голодный зверь, сделает ее совершенно счастливой, обнимет, и она уснет у него на груди. Все же она приехала сюда ради него, ради этих отношений, она осознавала, что ей он сейчас очень нужен. – Фабио, я надеюсь, ты настоящий мужчина! – произнесла она тихим тоном, как бы заговаривая подушку, на которую он ляжет. – Мы два месяца ждали нашей встречи, и вот я здесь.

Он вошел в спальню в шелковой пижаме от Армани. Лег на кровать рядом с Еленой и обнял ее. Она ждала от него решительности, но получилось так, что он продолжал ее обнимать. Высвободившись из его объятий, она оказалась сверху. Он не сопротивлялся, похоже, что он только и ждал этого. Она поцеловала его в губы, ее поцелуй был проникновенным и страстным. Затем она поцеловала его в шею, проникнув руками под верхнюю часть пижамы. Она гладила его грудь. Он не был мускулистым, но ей было приятно прикасаться к его телу. Ей приходилось сейчас делать то, что обычно с ней делали мужчины. Она начала снимать с него пижаму.

– Я обожаю мужчин, которые знают подход к женщине, чувствуют, когда и где нужно поцеловать, обнять, прижать к себе и проявить инициативу. Странно, что ты этого не делаешь. Такое ощущение, что я тебя не интересую как женщина.

Фабио молчал; при потушенном свете она видела, как блестят его глаза.

– Продолжай! – хрипло прозвучал его голос.

Елена хотела остановиться, но было уже поздно.

В полумраке его кожа выглядела очень темной. К тому же была покрыта не очень густыми волосами. Она поцеловала его в губы. Внезапно он будто бы догадался, чего от него хочет женщина, и в нем проснулись мужские инстинкты.

Утром они проснулись вместе, крепко сжимая друг друга в объятиях. Их тела были сплетены между собой, и ощущалась гармония во всем этом. Елене так хотелось верить, что счастье рядом. Вот оно, совсем близко. Но она забыла, что в мире столько предательства и боли, она не хотела сейчас думать об этом, ей было хорошо. Просто по-женски хорошо.

Из дома они вышли вместе. Зайдя в ближайшее кафе, они присели за столик. Перекусывая скудным завтраком, который состоял из сладкой булки и кофе, Фабио посмотрел на Елену. Она заметила его смущенные глаза и дотронулась до его руки.

– Скажи, все ли хорошо? Я что-то сделала неправильно? Ответь!

Фабио бегло посмотрел на нее.

– Посмотри, какая сегодня замечательная погода! Тебе очень повезло: гулять по Милану в такой день – одно удовольствие. Ты счастлива?

– Безмерно счастлива, спасибо тебе!

– Сейчас почти девять, у тебя три часа, затем я тебя жду здесь, мы пойдем обедать с моими друзьями, это традиция. Запиши адрес и не уходи слишком далеко, я тебя буду ждать.

Они попрощались, и он поцеловал ее в щеку.

Елена была переполнена радостью от того, что их отношения начались. Она шла пешком, оглядывая все здания, останавливалась возле каждого католического храма. Делала снимки снаружи и, заходя вовнутрь, задерживалась там, чтобы прочувствовать атмосферу. Ей хотелось рассмотреть все убранство этих сооружений. Прохладный воздух храмов освежал в жару, приглушенный свет успокаивал душу, скамейки для прихожан давали возможность отдохнуть и насладиться расписными потолками и витражами. Ей нравились католические храмы, в них было очень спокойно ее душе. Вот перед ней огромная и очень тяжелая деревянная дверь, она силится ее открыть, дверь поддается. Елена проходит вовнутрь. Ее сердце сжимается. Внутри храма никого нет, только играет очень спокойная и красивая музыка. Она хочет здесь остаться, музыка ее завораживает. Елена садится на скамейку и не может заставить себя встать, ее покидают силы, но приходят воспоминания: «Мартин, здравствуй, я могу сейчас здесь с тобой поговорить, это твой храм, твое вероисповедание, может, ты меня услышишь? Я помню о тебе, и мне тебя не хватает. Я только вот-вот начала отходить от потери. Появился человек, который помогает мне в этом. Я у него в гостях. Не переживай за меня. Я пообещала попрощаться с тобой, будучи в Альпах, может, ты меня увидишь с небес. Пусть там, где ты есть теперь, тебе будет хорошо. Прощай». Из ее глаз снова пошли слезы. Немного успокоившись, она посмотрела на часы: было одиннадцать утра, и у нее оставался час времени, чтобы вернуться в то место, где она рассталась с Фабио. Неторопливым шагом, хотя ей это было не свойственно, она пошла в обратную сторону, но совершенно по другой улице; там ей открылся приятный вид, который ее действительно порадовал. Елена увидела зеленый сквер, в котором играли дети, и рядом – огороженную площадку для собак. Площадка была довольно большого размера и была оборудована всем необходимым: пандусами, лестницами, лазами и бревнами. Хозяева имели возможность заниматься со своими питомцами. Елена обожала собак, она встала в задумчивости возле площадки. Если Фабио заберет меня к себе, мы обязательно заведем красивую собаку. Интересно, любит ли он собак? Надо спросить у него. Хотя еще слишком рано думать об этом. Остановила она себя и продолжила свой путь, вдыхая запах Милана. Солнечная погода ее очень радовала, ей всегда хотелось жить, когда грело солнце. С чувством растущего счастья она шла на встречу с Фабио.

Придя на место встречи на 10 минут раньше назначенного времени, Елена облокотилась на ограду канала. Она смотрела в воду, наблюдая, как блики от солнца играют и переливаются на воде. Сейчас она ни о чем не думала, солнце всегда ее очень сильно расслабляло. Вдруг у нее резко потемнело в глазах и она ощутила прикосновение прохладных рук к своему лицу.

– Чао! – сказал чей-то голос. Елена поспешила обернуться.

– Чао, но кто вы? Я не говорю по-итальянски, только по-английски, – призналась Елена.

– О, мне очень жаль, я ошибся, – ответил незнакомец. – Надеюсь, я вас не испугал! – сказал он.

– Нет, нисколько! Я жду друга. Поэтому мне не очень удобно с вами говорить, он может нас увидеть.

– Да, конечно, я тоже должен встретить здесь девушку, я думал, вы – это она, простите, – и начал удаляться. Пройдя пару метров, он обернулся: – Как ваше имя?

– Елена, – быстро ответила она.

– Я Доменико. Ты очень красивая.

Она взглянула на часы: было ровно двенадцать.

– Пока, Доменико! – шепнула она ему вслед.

Фабио приближался к ней быстрой походкой, у него было радостное лицо, на котором можно было прочитать, что он соскучился по ней.

– Елена! Привет, как твои дела, как Милан? Успела что-нибудь увидеть? – забросал он ее вопросами.

– Прежде всего я рада видеть тебя.

– Как приятно, я тоже тебе рад, пойдем в кафе, мои друзья подойдут к нам через минуту.

Он взял ее за руку, и они направились по мосту через канал на другую сторону улицы.

– Я не успела еще ничего увидеть, только несколько красивых храмов, я не хотела далеко уходить, после ланча пойду, – как бы оправдалась она.

Подойдя к стеклянной двери, Фабио открыл ее. Пахнуло пиццей или еще какой-то выпечкой, но запах был аппетитным.

– Выбирай столик на шесть человек, – предложил Фабио.

Официант обменялся с Фабио рукопожатием и на итальянском что-то долго стал ему объяснять. Затем официант представился Елене и пожал ей руку. Елена улыбнулась в ответ.

– Чао, комо эстаис, Елена? – спросил он.

– Бене, грацие, – произнесла она.

– Перфетто! – произнес Фабио и предложил Елене сесть за стол. Им принесли меню и бокалы с водой.

– Вода? – удивилась Елена. – Я думала, вы пьете вино. Я не хочу пить воду, в Италии надо пить вино! – Заказав бокал белого сухого вина, она посмотрела на Фабио. Он покачал головой, но ничего не сказал. Открылась дверь, и шумной толпой в нее вошли еще четыре человека, трое мужчин и одна женщина. Можно было сказать, что они налетели на Елену, начали обнимать в знак приветствия, протягивать ей руки, мужчины пытались поцеловать ее. Елене стало неловко. Она мило улыбнулась в ответ.

Когда Елене принесли бокал вина, Фабио ей шепнул на ухо:

– Елена, сейчас только ланч, рано еще пить вино, в Италии пьют только вечером.

– Вот как! Я не знала, прости. – Елена была смущена, так как время выпить в России никогда не было регламентировано. Она приняла эту информацию к сведению, но бокал не отставила. После того как Елена отведала пасты по-итальянски, запивая вином, ей захотелось завершить ланч черным кофе.

– Фабио, а может, и кофе здесь пьют по времени?

– Нет, на кофе нет ограничений. Хочешь кофе? Здесь варят самый восхитительный кофе в Италии! – Он улыбнулся.

Елена смущенно посмотрела на него.

– Да, кофе не помешает, иначе я усну! – пошутила она.

– Ужин в 7 вечера, мы все встречаемся сегодня в ресторане. Так что поторопись! – скомандовал Фабио. Его глаза смеялись. Елена поблагодарила за ланч и удалилась. Ее ждал Милан, второй крупный город в Италии!

Елена пошла по той же самой улице, по которой уже шла сегодня утром, она проскочила мимо храма, в котором предалась воспоминаниями о Мартине. Дорога вела прямо. Она точно не знала, туда ли она идет, но чутье подсказывало, что идет она правильно. Ей хотелось увидеть восхитительный старый центр, о котором она прочитала в путеводителе. Она шла мимо витрин магазинов – как правило, это были дорогие магазины, принадлежащие крупным брендам. Но ее сейчас это мало интересовало. Ей хотелось увидеть главную площадь Милана.

Заметив, что на нее смотрят прохожие, она немного смутилась, ведь здесь было куда больше интересных зрелищ, чем она. Елена завернула за угол, и ее взору открылась неописуемая картина. Перед ней раскрылась центральная площадь, посреди нее стоял восхитительно красивый храм бело-серого цвета. Это было готическое произведение искусства. В Италии носит название Дуомо. Она не могла оторвать взгляд, но нужно было перейти дорогу, чтобы подойти к собору ближе. Ей не терпелось оказаться возле него, уже издалека она разглядывала красоту готических башенок. Здание было очень внушительным по размерам и высоте. Елена начала делать снимки, выбирая разные ракурсы. Открыв тяжелую деревянную дверь, она улыбнулась от восторга. «Я, правда, такого никогда не видела!» – восхитилась она. Внимание Елены привлекли витражи. Дивное великолепие красок изумило ее так, что она не могла переключить внимание. Красные, синие, зеленые, желтые, фиолетовые, сиреневые и бирюзовые тона были использованы мастером. Каждый отдельный витраж воссоздавал определенный сюжет. Елена осталась под впечатлением от увиденного. Она умела восхищаться и видеть красоту, так что это произведение искусства оставило след в ее сознании на долгие годы. Обойдя весь храм изнутри и снаружи, облизав его своим восхищенным взглядом, Елена поняла, что именно из таких ярких моментов состоит ее жизнь. Не было в ее жизни плавного перехода от этапа к этапу. Жизнь состояла из ярких витражей впечатлений, которые никогда не забываются, которые остаются в памяти навсегда и всплывают тогда, когда этого требует душа. На этот раз дверь поддалась сложнее, Елена вышла на улицу и зажмурилась: солнце было ярким, оно ослепило ее после темноты собора.

Теперь Елену интересовал главный театр Милана. Она подошла к памятнику Леонардо да Винчи, от него хорошо было видно здание театра. Оценив Ла Скала с некоторого расстояния, она не могла понять, как театр такого масштаба может быть столь неказистым. Елена немного расстроилась, но впереди ее ждало еще много достопримечательностей. Например, замок Сфорцеско. Проходя мимо кафе, Елена почувствовала знакомый запах.

– Капучино, я в Италии, ура!

Ей стало совершенно сложно устоять перед соблазном выпить любимый напиток. Она присела за столик и отправила сообщение: «Я в восторге от увиденного, спасибо! И уже соскучилась по тебе». Ответ пришел сразу: «Не опоздай на ужин, до встречи». «Я ему – о возвышенном, что скучаю по нему, а он мне – про ужин», – обиделась Елена. Но решила не принимать это близко к сердцу. Впереди ее ждал великолепный средневековый замок.

Пройдя несколько кварталов, иногда поглядывая в план Милана, она наконец отыскала замок. Стоя на перекрестке, Елена увидела грандиозный замок из коричневого камня. Ей хотелось рассмотреть его полностью, войти вовнутрь, обойти кругом. На территории замка была праздничная атмосфера, там было множество туристов и много продавцов, торгующих разными безделушками. Елена прогуливалась вокруг замка, который обрамлял вырытый канал. Ее удивило то, как люди в Средние века себя умели защищать. Она вспомнила прочитанные книги о Средневековье, когда среди мужчин были рыцари, готовые отдать жизнь за даму сердца. «Как бы мне хотелось, чтобы нашелся человек, готовый отдать за меня жизнь. Конечно, я бы не взяла его жизнь. Но любой женщине хотелось бы знать, что ради нее могут пожертвовать всем, такая жертва для меня стала бы взаимной, я отдала бы все такому человеку, всю себя без остатка», – размышляла она. И ей почему-то стало очень грустно.

Вечер подкрался незаметно, было уже около шести, пора было возвращаться. Поэтому она поспешила пойти обратно. Елена очень ждала встречи с Фабио, ей хотелось его быстрее увидеть. «Завтра пятница, у него были планы на выходные, интересно, мы поедем в горы?» – вспомнила она. Ей очень хотелось провести с ним полных два дня. Чтобы не было никакой работы, никаких друзей, только она и он. Только так она сможет лучше его узнать.

Елена вновь стояла возле канала и ждала Фабио. И в этот раз она пришла раньше на 10 минут. Поэтому ее голову посетила мысль о том, что за целый день Фабио не отправил ей ни одного сообщения, только один раз ответил. Ее, конечно, это не радовало, но она успокоила себя мыслью, что он был на работе и очень занят. Но пока она осознавала, что ей этот факт не очень приятен, Фабио подлетел к ней, подняв ее на руки и начал кружить.

– Чао, моя красавица, как дела? – он был весел.

– Верни меня на землю, пожалуйста, голова и так от голода кружится.

Фабио поцеловал ее в губы и поставил на место.

– Пойдем, сейчас будем пить и закусывать: сегодня четверг, так принято, – сказал он и потянул ее за руку. Сегодня в нем не было такого лоска, как вчера, он был возбужден и одет более небрежно. В течение дня он успел зайти домой переодеться, поэтому на нем был не деловой костюм, а джинсы и рубашка навыпуск. Елене так даже больше понравилось. Теперь она не чувствовала себя скованно в джинсах. Она радостно пошла за ним, держа его за руку.

Бар находился в десяти минутах ходьбы. Они зашли вовнутрь. Там было много народу, сидящего за барными стойками и столиками.

– Наш столик уже заказан, не переживай! – он посадил ее за заказанный столик, а сам пошел здороваться со всеми окружающими. Казалось, он всех очень хорошо знал, так как норовил поцеловать и обнять каждого. Среди этих людей были и женщины, поэтому Елене стало не по себе. Когда он вернулся к Елене, его глаза горели, а на лбу выступил пот: – Жарко сегодня! Это мои друзья, позже я тебя представлю им. Закажи себе все, что хочешь!

Елена уставилась в меню и поняла, что аппетит у нее исчез.

– Когда подойдут твои друзья, Фабио? Они собирались составить нам компанию.

Не успела она подумать, как друзья вошли в бар и направились прямиком к ней. Как будто они ее знали не один час, а всю жизнь. Елене этот момент был очень приятен, теперь она не ощущала себя одинокой в чужой стране.

Фабио сел за столик, приобняв Елену.

– Выбрала что будешь есть?

– Конечно, я все поняла по-итальянски! – усмехнулась она.

– Извини, я думал, это английское меню.

– Ничего, закажи закуски сам, я люблю жареный сыр с черничным вареньем, если в Италии такое готовят.

– Мы обычно пьем пиво или легкие коктейли, а ты что хочешь?

– Просекко, – решила блеснуть познаниями Елена.

– Это не самый элитный напиток в Италии. Я закажу тебе более дорогое игристое вино.

– Конечно! Я не против. Спасибо! – добавила она.

Официант принес им разные закуски: креветки в кляре, сырные и картофельные шарики, что-то наподобие пиццы, но нарезанное маленькими кусочками, и жареный сыр с брусничным вареньем. У Елены потекли слюнки. Фабио откупорил бутылку ледяного игристого вина и налил ей в бокал. Остальные пили либо пиво, либо мартини экстра драй. Елена сделала глоток, пузырьки попали ей в нос, она немного зажмурилась. Когда вино немного выдохлось, она выпила бокал до конца. Лицо ее сегодня выглядело очень привлекательным. За день пребывания на солнце оно успело загореть и совсем немного покраснело, сейчас оно начало румяниться от вина. Она чувствовала, как по ее телу пробежал теплый ручеек, сейчас в глазах появится блеск, и они станут немного лукавыми. «Хорошо, это поможет мне почувствовать себя в своей тарелке», – подумала Елена. Она стала пробовать все закуски. Особенно ее вдохновили креветки и жареный сыр. Все, что она ела здесь, было очень вкусным, она обожала итальянскую кухню. Фабио подлил ей вина.

– Это моя девушка, Елена, – представил он ее, когда несколько человек подошли от барной стойки к ним. – Она из России, мы познакомились по интернету, – прокомментировал он. – Она гуляет по Милану и интересуется музеями, она очень хорошая, – с гордостью сообщил Фабио. Все с интересом смотрели на нее. Но один взгляд был особенно пристальным, Елена это заметила. Очень красивый молодой человек не отводил от нее своих грустных глаз. «Почему он так смотрит? – взволновалась она. – Такое ощущение, что он хочет что-то мне сказать, притом очень неприятное. Только не надо мне ничего говорить, я не хочу ничего знать». Сейчас она хотела пить ледяное игристое вино, перестать думать обо всем на свете. Ей хотелось наконец ощутить себя счастливой. «Когда же мне немного вернется? Хоть маленькая доля того, что я пытаюсь делать для других? – размышляла она в тот момент, когда голоса вокруг стали невыносимо громкими. – Жаль, не понимаю, вдруг они обсуждают меня, а я сижу, как ни в чем не бывало и не обращаю ни на кого внимания. Видимо, бутылкой я сегодня не ограничусь. Да и пусть».

Фабио был весел, ему нравились многочисленные люди, и он совсем не стремился побыть с Еленой наедине. А ей уже очень хотелось остаться с ним вдвоем. У нее уже были мысли, как она сегодня будет делать ему массаж, а может, и он ей. Но время шло, а он не спешил. Когда все было съедено, Фабио сказал Елене, что сегодня ночью будет вечеринка, и ему необходимо там быть, так как он продюсер, и если она не устала, то может пойти с ним. Елена была согласна быть вместе с ним, хотя уже чувствовала сильную усталость. От выпитого вина у нее кружилась голова, но, к счастью, не тошнило. Они вышли из бара и направились к дому, чтобы немного привести себя в порядок.

– Тебе понравилось? – спросил он.

– Конечно, так весело! – соврала она.

– Как вино?

– Великолепно, я лучше не пила! – соврала она снова. «Боже, я ему вру. А что будет, если сказать правду? Нет, я в гостях, буду играть по его правилам», – решила она.

Вернувшись домой, они оба приняли душ и начали подбирать гардероб. Елена стала обдумывать, что ей надеть на вечеринку. Решила, что в этот раз она наденет красивое коктейльное платье. Она надела его в надежде, что Фабио отреагирует положительно, сделает комплимент, но он обошелся без комментариев. «Ладно, – подумала Елена, как-то он себя ведет странно, может, я ему уже успела надоесть? Что-то быстро», – крутилось у нее в голове. Чтобы выйти из состояния словесной паузы, она задала ему вопрос:

– Фабио, а помнишь, ты говорил про Альпы? Мы когда туда поедем?

– Я забыл сказать: завтра вечером будем выезжать, мы пробудем там два дня.

Второе дыхание открылось у Елены. Она будет с ним наедине: «Может, удастся наладить наши взаимоотношения, мне бы очень этого хотелось. У меня будет шанс завоевать его сердце, а то он никак себя не проявляет». Елена боялась вернуться в горы, но зов Альп ее притягивал. Это была какая-то неизбежная сила притяжения. Ее манило туда, душа стремилась вернуться в те горы, где произошла трагедия. Но об этом никому не нужно было знать. Это ее личное стремление и ее боль. Там ее ждал Мартин, она ему обещала там появиться, и она сделает это несмотря ни на что. До выхода оставалось еще больше часа. Елена ждала близости, но напрашиваться к мужчине вторично она не собиралась. Применив маленькую женскую хитрость, а именно, подойдя спереди и обняв Фабио так, чтобы он почувствовал ее выпуклые груди, она ожидала результата.

– Мне так захотелось тебя обнять, а еще я хочу, чтобы ты меня поцеловал, – сообщила она ему.

Он обнял ее, но поцелуй был стремительным и смазанным. Елена ничего не успела почувствовать. «У меня такого еще не было! Чтобы я не привлекала мужчину. Что-то здесь не так, – подумала Елена. – Придется мне получать удовольствие от пребывания в Италии, больше ждать нечего, похоже, я ему не нравлюсь», – с грустью решила она.

Они вышли из дома около двенадцати ночи, поймали такси и через десять минут были на месте. Войдя в заведение, Елена увидела только нескольких человек. Она ждала многолюдной и праздничной обстановки, но здесь царила скука. Она села за столик, Фабио отошел пообщаться со знакомым. Хотя Елена сегодня выпила достаточно, но отношения с Фабио ее не радовали. Поэтому она заказала бакарди с колой для поднятия настроения. Пока она ждала напиток, к ней подсел тот самый красивый молодой человек из снек-бара. Это он смотрел на нее грустными глазами. «Зачем он здесь?» – подумала она.

– Мое имя Андре, мне надо поговорить с тобой.

– Зачем? Ты видишь меня второй раз, и уже есть что сказать?

– Да, есть. Думаю, для тебя это будет важно.

Елена посмотрела вопросительно, в этот момент ей принесли напиток.

– Ну, говори, надеюсь, это достойная информация, – и она села поудобнее.

– Фабио – мой друг, не просто друг, как ты понимаешь, а мой парень, мы встречаемся. Мне больно, когда я вижу его с другими, но ты – другое дело.

Елене стало плохо настолько сильно, что она выпила залпом бакарди.

– Я спала с геем? – Из нее вырвался смех. – А я-то думаю: что такое?

– Нет, он не совсем, он – наполовину, это я – совсем. Он встречается с женщинами. Он даже думает жениться.

– Продолжай! – сказала Елена повелительным тоном. – Повторите заказ бакарди-кола!

Андре продолжил:

– Итак, ты ему очень нравишься, я думаю, он захочет остаться с тобой, он мне говорил.

– Отлично! И что ты, как ты будешь жить без него?

– Мы не сможем друг без друга, он меня не бросит. Просто он может это держать в секрете от тебя, но тебе лучше знать об этом.

– Да уж, вляпалась я! – произнесла она по-русски. – И ты мне что-то хочешь предложить, Андре? А может, тоже хочешь заняться со мной любовью? Попробуем, давай! Опыт с одним геем у меня уже есть. Поздно отступать! – понесло Елену, она уже не могла остановиться: – Ой, прости, я тебя обижаю, тебе же больно, что он переспал со мной, так давай ему отомстим, этому старому развратнику, как ты на это смотришь?

Андре смотрел на нее очень печально:

– Я думал, всегда лучше узнать вовремя, – произнес он. В этот момент подошел Фабио, он улыбался. Поцеловав Елену в щеку, он повернулся к Андре и что-то шепнул ему на ухо по-итальянски.

– До завтра! – произнес Андре и удалился. «Не хочу я его больше видеть, чудак какой-то, наврал мне, а я поверила. Нет, нужно как-то аккуратно спросить Фабио, но я могу его обидеть этим, надо успокоиться и все хорошенько обдумать», – Елене предстояла поездка в горы с человеком, к которому она уже успела привязаться. Он сделал для нее немало хорошего, она ценила это. Ей не хотелось верить в то, что сказал Андре, но неприятный осадок у нее остался. «Мне надо успокоиться и подумать. Но думать я буду на трезвую голову, сейчас я просто пьяна и устала», – призналась себе в этом Елена.

Через час они покинули заведение и вернулись домой. Фабио ее обнял, когда они оказались в квартире.

– Как вечеринка?

– Не в моем вкусе, – Не стала врать она. Елена все-таки была раздражена, ей хотелось спровоцировать Фабио на разговор, на откровенность: – Фабио, а кто такой Андре? Он очень красивый!

– Понравился? Это мой хороший друг, мы вместе ездим в горы кататься на лыжах. Кстати, завтра он поедет с нами, – ответил Фабио. Сердце Елены опустилось. Ей казалось, что оно просто не выдержит такого удара. В ее жизни было все, но такое!

– Значит, это правда, – с грустью произнесла она.

Внезапно появилась неприязнь к этому человеку, с которым она уже было собралась построить отношения. Ей захотелось оказаться сейчас дома, в России. «Надо пережить ночь, посмотрю, как Фабио будет вести себя, потом съезжу в горы, я Мартину обещала, а дальше, если все окажется правдой, вернусь домой, я просто уеду и забуду его навсегда», – с этими мыслями Елена стала готовиться ко сну. Когда она легла в постель, ей очень хотелось спать, но она решила дождаться Фабио. Он не заставил себя долго ждать и лег, прижавшись к ней. Затем, поцеловав ее в щеку, сказал: «Ты очень красивая, приятных снов». И заснул.

Елена долго не могла уснуть, сон куда-то ушел, она сделала попытку отодвинуться от плотно прилегающего к ней тела Фабио, но, оказавшись на самом краю, сдвинулась назад. «Я очень впечатлительная, так нельзя, люди все разные, и к ним долго приходится привыкать», – успокаивала себя Елена. Она закрыла глаза, решив, что лучше она будет вспоминать, как спасала Дэна и как больно ей было с ним расставаться. Воспоминания и разочарования помогут ей справиться с новым испытанием. Она даже сделала глубокий вдох, чтоб задержать дыхание настолько, как будет возможно, чтобы та картина предстала перед ней более четко и реально. Она уже чувствовала, как у нее заболела грудь, как легкие просили кислорода, как начинается давление в глазах. Она потихоньку выпускала из носа воздух, и вот момент настает, когда ей необходим вдох, она еще несколько секунд испытывает себя, но больше не может и вдыхает воздух, стараясь не разбудить Фабио. Появилось головокружение, потолок, казалось, начал кружиться. Затем наступило расслабление, она начала ровно дышать и засыпает. Ей снится сон. Она плавает с другом в озере, вода очень чистая, но дна не видно. Она пытается что-то рассмотреть в этой воде, но внизу пугающая чернота, невозможно ничего увидеть. Она как всегда уплывает далеко вперед, но что-то ее заставляет развернуться. Она смотрит вокруг, пытаясь увидеть своего друга поблизости, но не видит, пытается разглядеть на берегу, там никого нет. «Ты где?» – кричит она, тишина в ответ. «Отзовись, ты меня пугаешь!» – но его нигде нет, и голоса его не слышно. Тогда Елена плывет по направлению к берегу, погружается под воду, но дна не видно, и вообще ничего не видно, только чернота, пугающая чернота. Она понимает, что поиски бесполезны, ей нужно выплывать. И вдруг что-то ее хватает за ногу и мощной силой тащит под воду, она брыкается, пытается разглядеть в черноте, что ее топит, и видит белую руку, сильно вцепившуюся в ее голеностоп. Елена отпихивает ее другой ногой, руками пытается разжать ее цепкие пальцы, но ничего не помогает. Она начинает задыхаться, делает вдох, и вода наполняет ее рот, затем легкие, она тонет, медленно идет ко дну.

От ужаса Елена просыпается в поту, ее глаза мокры от слез, она плачет. Фабио лежит на другой половине кровати. «Он ничего не заметил, это хорошо, подумает еще, что я нервная, по ночам вскакиваю». Она немного пришла в себя и заснула вновь. Проснулась она от звука будильника, который звонил, будя Фабио на работу.

– Доброе утро, можно я не встану, еще посплю, я очень плохо спала, – произнесла Елена, слегка приоткрыв глаза.

– Спи сколько захочешь, ты на отдыхе, ключи и деньги я оставлю на столе. Если успеешь, приходи к двенадцати в то кафе, где были вчера, – сказал Фабио, поцеловал ее в лоб и спустился по лестнице.

Елена тут же заснула.

Проснулась она около одиннадцати утра. Еще было время успеть на ланч. Елена спустилась по каменной лестнице, спускаться было более неприятно, нежели подниматься, поэтому она придерживалась за стену. Она быстро приняла душ, навела легкий марафет. Ей захотелось придать волосам волнистость, чтобы внести некое разнообразие в свой облик. Выдавив немного фиксирующего мусса, она помяла волосы, получились волнистые локоны. «Сегодня многое нужно обойти, лучше надену туфли на низком каблуке и одежду поудобнее!»

Сегодня она выглядела очень хорошо несмотря на то, что оделась по-походному. «Все-таки я успела отдохнуть», – посмотрев на себя в зеркало, отметила Елена. Взяв со стола ключи и деньги, она вышла на улицу. Погода стояла немного пасмурная. Было очень тепло, но на небе была дымка. «Так лучше, не так жарко, и я больше успею обойти», – подумала она и направилась в кафе. В двенадцать она вошла в кафе, Фабио и его товарищи уже сидели за столиком и что-то ели. Увидев Елену, Фабио встал из-за стола и направился к ней.

– Привет, садись. Что хочешь перекусить, может, лазанью? – спросил он ее очень ласково.

– Да, пожалуй, будет неплохо, и черный кофе.

– Разумеется! – улыбнулся он. Елена села напротив Фабио, она пыталась разглядеть его взрослое, но красивое лицо. Оно не было смазливым, скорее мужественным. Оно притягивало взгляд Елены к себе. Она никак не могла поверить, что он – нетрадиционный. В нем не было ничего, говорящего о том, что он любит мужчин. Сейчас она чувствовала, что желает этого мужчину и хочет от него взаимности. Но между ними была преграда, которую звали Андре.

Елена доела лазанью и выпила кофе. Теперь она торопилась: времени всегда не хватает, когда что-то очень привлекает. Она действительно спешила увидеть Милан.

– Во сколько мы будем выезжать? – спросила она Фабио.

– В семь вечера я жду тебя дома, сходим поесть и около девяти поедем.

Елена чмокнула его в щеку и поспешила уйти. Она шла очень быстрой походкой, ей нужно было быстрее добраться в центр, она миновала храм, где вчера расплакалась, и свернула на другую улицу. Впереди ее ждала церковь Санта Мария дель Грация, рядом с которой находился великий труд великого мастера Леонардо да Винчи, но «Тайную вечерю» ей не удастся увидеть: необходима бронь за месяц вперед. «Как жаль, но ничего нельзя сделать, – успокоила себя она. – Если все-таки мы будем вместе с Фабио, я обязательно ее увижу. Вернуться никогда не поздно». Елена зашла в церковь, там было очень прохладно. «Удивительно, почему католические храмы вызывают у меня грусть? В православных храмах намного праздничней, мне редко там хочется плакать, а здесь еле себя сдерживаешь», – размышляла Елена. Также огромным отличием было то, что вместо икон там стояли статуи. Казалось, они грустили вместе с прихожанами. Но так показалось Елене. Она поспешила уйти, чтобы вновь не заплакать по Мартину. По городу она ходила пешком, чтобы запомнить каждый дом, каждую улицу, чтобы освоиться в этом чужом для нее городе. Бесспорно, город был красив, она бы не стала даже оспаривать это. Но что-то ее все-таки в нем напрягало. Скорее, это была неопределенность. Она теперь не знала, чего ожидать от этой поездки. Она так хотела счастья, а на нее словно вылили ушат воды. А может, просто она старомодная, не способная принять действительность и понять, что современный мир куда развратнее, чем ей кажется? Она хочет счастья, а оно постоянно ускользает из ее рук. Как удержать это самое счастье, она не знала: видимо, был какой-то секрет, но ей никто его не открыл.

Все в Милане впечатлило Елену. Она пыталась сравнить его с Северной Венецией, как называли Петербург, но для этого нужно было ехать в саму Венецию, а потом делать заключения. Решив ничего не сравнивать, а просто принимать город таким, как он есть, она вспомнила о времени. Время подходило к концу, и нужно было не бежать, а лететь домой. «Невероятно, я завтра буду в Альпах, мне очень хочется там побывать, надеюсь, снег еще не сошел». Это было смешанное чувство, когда ее тело и душа стремились в горы, а разум напоминал о трагедии.

Она фактически вбежала в дом, понимая, что уже опаздывает. Открыв ключом дверь, она прислушалась, дома ли Фабио.

– Фабио, ты дома? Я вернулась! – никто не отозвался. Она сняла обувь и вошла в квартиру. Ей послышался какой-то шорох в ванной. «Наверно, он душ принимает», – подумала она и начала собирать необходимые вещи для поездки. Она достала из чемодана горнолыжный костюм, перчатки и маску. Положив это все на диван, она стала обдумывать, какое взять с собой нижнее белье. Или вообще не брать за ненадобностью? «Ну не может же у нас не быть близости после всего, что уже было. Мне просто необходимо его соблазнить. Совсем забыла: не выйдет – Андре будет рядом, он мне не позволит этого сделать. Не буду думать больше об этом, скорее всего, Андре фантазер. У него это на лице написано». Внезапно дверь из ванной открылась, и из нее вышел Андре, совершенно голый, но обернувший в полотенце свою мужскую часть тела. Он был невероятно красив. Его тело было идеального размера, в меру накачанным и пропорциональным. Гладкая кожа лоснилась, на ней не было никакой растительности, ее покрывал золотистый загар. Кубики его пресса были хорошо заметны даже при таком неярком освещении. Плечи были широкими и заканчивались мощными бицепсами. На одном из них была татуировка непонятного смысла, но что-то вроде орнамента. Волосы были густыми и черными. После душа он их аккуратно зачесал назад и не высушил. Маленькие капельки воды стекали с волос на его лицо.

– Чао! – произнес он. Сегодня глаза его были полны жизни, они не выражали грусти.

– Чао, Андре! – ответила она. «Что за мужчина, это же картинка, а не человек, он что, не мог осчастливить какую-нибудь хорошую женщину?» – изумилась она.

– Почему ты здесь? – спросила она его довольно резко. Но чувствовала, что может дать слабину, настолько он ей понравился. «Мне нужно дать ему понять, что он здесь лишний и я совсем не рада ему». Она понимала, что с каждой секундой ей становится сложнее не смотреть на него.

– Я жду Фабио, мы сейчас едем на выходные в горы. Ты разве не с нами? – усмехнулся он. В этот момент Елена осознала, что он вызывает в ней дикую агрессию. У него получалось как-то раззадорить ее, чего никому не удавалось ранее. Елена отличалась сдержанностью. Но с ним все было иначе. Ей хотелось кричать, хуже сказать – выть. Зачем он здесь, он вмешивается в ее отношения с Фабио и к тому же, если бы он был нормальным, она бы уже не устояла перед ним.

– Андре! – попыталась она сказать спокойным тоном. – Я много думала и решила, что ты просто обманываешь меня. Ты решил поиздеваться надо мной. Я вижу тебя, и у меня нет слов, ты великолепен. Не может быть, чтобы такой мужчина не любил женщин! Что ты сделал со своей жизнью?

– Да ничего, просто не дал ее себе испортить, – ответил он.

– Что ты имеешь в виду, что женщины портят жизнь? – спросила Елена.

– Именно! Такие, как ты! Красивые и самоуверенные. Вы думаете, что вам все должны, вы только берете и ничего не отдаете взамен. Вы насмехаетесь над мужчинами, считая, что вы – идеал и чуть ли не богини.

Елена смотрела на него непонимающим взглядом.

– Почему я? Почему это ты говоришь мне? Что плохого я тебе сделала?

– Мне? Мне – ничего! Я бы этого не допустил. Поэтому прошу отказаться от Фабио. Не порти ему жизнь! Он единственный человек, который мне действительно очень дорог!

– Ты слаб. Ты только внешне силен, только и хватило ума накачать мышцы, а рассуждаешь, как ребенок. Тебе ничего не известно о таких, как я. Я за любимого жизнь готова отдать свою и никогда никого не потребляла. Не обо мне ты говоришь. И не тебе судить меня, – она тяжело вздохнула и присела на диван. Ей был неприятен этот разговор.

– Где Фабио, уже половина восьмого? – спросила она.

– Машину заправляет, нам ехать около двухсот пятидесяти километров.

– Мне совершенно не хочется больше оставаться здесь, в Италии, а уж тем более – куда-то ехать. Наверно, ты прав, я здесь лишняя.

Андре посмотрел на нее очень тревожным взглядом. Было понятно, что он перегнул палку.

– А кто за рулем? – поинтересовалась она.

– Он и повезет, – ответил Андре. – Слушай, я, может, и ошибся в тебе, ты меня извини. Давай просто поедем в горы, отдохнем, познакомимся, а дальше решим, как нам быть, – попытался исправить он положение.

– Знаешь, я ничего не знала и не предполагала, поэтому ты тоже меня прости. Я уеду, обещаю, – Елена говорила это совершенно спокойным тоном. Сейчас она уже ничего не понимала, только смотрела на Андре как завороженная. Что-то странное и непривычное происходило с ее организмом. Ей хотелось прикоснуться к этому бесподобному телу, поцеловать этот невероятный рот, обнять Андре и больше никогда не отпускать. Он повернулся к ней спиной и снял полотенце, чтобы она увидела его полностью. Показались невероятно красивые ягодицы с впадинами по бокам. Они были немного белее его тела. Елена улыбнулась:

– Повернись передом, раз уж решил обольстить меня!

Андре повернулся, но не забыл прикрыть интимное место полотенцем.

– Жаль! – разочарованно сказала Елена. Удаляясь, Андре показал ей язык.

В этот момент послышался скрежет ключа.

– Дорогая, привет! Ты готова? Столик заказан, пойдемте есть.

Елена не успела принять душ, она потратила время на этого безголового балбеса.

– Я совершенно не готова, у меня есть 5 минут? Я скоро!

– Хоть десять, но не более, я жду!

Елена вошла в ванную. После Андре здесь остался ванильный аромат. Елене было немного неприятно заходить после Андре в душевую, но она вспомнила его сногсшибательное тело и отбросила предрассудки. Она старалась, как можно быстрее принимать душ, но бегущая струя скатывалась по ее набухшим соскам, а она представляла, что это Андре ласкает ее груди. Именно Андре, этот недозволенный мужчина, который никогда не прикоснется к ней. Она желает его сейчас больше всего на свете. Она испытывала нарастающее возбуждение только от одной мысли о нем. «Андре, как же так! Что ты делаешь со мной? – произнесла она. – Пусть останется моей иллюзией, это просто вожделение, на меня так повлияла Италия, ее запахи, тепло и солнце, меня не хочет Фабио, я вчера пила много алкоголя, это все плохо повлияло на меня, мой мозг начинает разлагаться… – дала обоснование своему возбуждению Елена. – Нет больше времени думать о нем, быстрее одеваюсь – и на выход».

Они сидели в небольшом двухэтажном ресторанчике. Официант принес две огромные пиццы и большую порцию пасты. Они разложили ее по тарелкам и начали есть. Сегодня никто ничего не пил из спиртного. Елена только попросила чашечку капучино. Во время еды они почти не разговаривали, Елена только изредка поглядывала то на одного, то на другого. Ничего необычного в них не было. Оба внешне выглядели настоящими мужчинами. «Все-таки он наврал, – успокаивала себя Елена. – Наверняка я понравилась Андре, и он решил вызвать во мне неприязнь к Фабио, чтобы разлучить нас, – мечтала она. – Конечно, он молод, невероятно красив. Что обманывать себя, я без ума от него, меня тянет к нему, я даже тяжело дышу и чувствую, что не хочу есть. Что происходит? Мне только что был нужен Фабио, и вдруг резко я поменяла свое мнение. Это не я, я себя не узнаю». Теперь ее пугала изменчивость ее характера, она никогда этого за собой не замечала. «Наверно, все мои невзгоды не прошли даром, я учусь избегать неприятных ситуаций. Возможно, Фабио вовсе и не для меня, поэтому судьба меня отдаляет от него», – размышляла Елена, она начала заниматься самокопанием и поняла, что сама себе перестает нравиться. Она так глубоко окунулась в суть проблемы, что не заметила, как мужчины вышли из-за стола и Фабио держит ее куртку, чтобы помочь ей одеться.

– Елена, ты где, все еще с нами? Мы закончили есть. – Она улыбнулась и вставила руки в рукава. – Забегаем домой, забираем вещи и уезжаем, – распорядился Фабио. Елена упаковала свои вещи, Фабио взял обе пары лыж – для Андре и себя. Они вышли во двор и подошли к «рейндж-роверу». – Сегодня поедем на этой.