Монах Лазарь (Афанасьев)
Святая равноапостольная Нина, просветительница Грузии, и ее святые последователи

Рекомендовано к публикации Издательским Советом Русской Православной Церкви

Пролог

Нешвенный хитон

В 586 году до Рождества Христова произошло Вавилонское пленение евреев: царь Навуходоносор завоевал Иудею, основную часть ее жителей отвел в Вавилон, остальных разогнал по дальним концам своего огромного царства. Большая община евреев оказалась на Кавказе, в Иверии, в том месте, где река Арагви впадает в Куру. Здесь находился древний город Мцхета. Это была центральная часть Грузии, страна Карталиния (или – по-грузински – Сакартвело). Позднее Иверией стали называть царство, объединяющее Карталинию, Кахетию и другие области Кавказа. Навуходоносор считал эти места краем света, пустыней и ссылал сюда преступников.

Община стала жить замкнуто. Она имела своих законоучителей, священников и суд. Каждый год к Пасхе посылались от нее выборные в Иерусалим, которые везли богатые приношения в храм, а также очередное послание от иверских священников, которые были потомками первосвященника Илия.

Эта община была настолько значительной, что иерусалимский первосвященник непременно извещал ее о важнейших событиях. Так, 65-й иудейский первосвященник Анна, правивший ветхозаветной церковью с 9-го года до Рождества Христова, сообщил главному раввину грузинских евреев Элиозу о прибытии в Иерусалим восточных волхвов. Элиоз, однако, понял это как предзнаменование нового пленения иудейской столицы и стал готовить отряд для помощи Иерусалиму. Вскоре пришло новое послание от Анны, где он подробно описал поведение волхвов. А в дальнейшем он сообщал Элиозу все о Господе нашем Иисусе Христе, которого иерусалимские евреи приняли за самозванца. Наконец, он был приглашен участвовать в суде синедриона над Иисусом.

Элиоз собрался ехать, но мать его Сарра, которую просветил Дух Святой, сказала ему, чтобы он не смел участвовать в этом неправедном судилище, потому что Иисус есть «чаяние народов и Свет Израиля». Элиоз согласился с ней, но собрал огромную свиту, множество вооруженных воинов, не только евреев, но и грузин племени ужиков. Начальником всего этого посольства он назначил храброго сотника Лонгина. Сестра же Элиоза, благочестивая девица Сидония, попросила его привезти ей что-нибудь из принадлежащего Тому Лицу, над Которым наряжен был суд. Элиоз обещал исполнить эту просьбу.

Они прибыли в Иерусалим в пятницу, в день Голгофской казни Господа. Сотник Лонгин был назначен начальником стражи на месте распятия и видел все совершившиеся здесь события, которые потрясли его, – он совершенно убедился, что Распятый есть Христос, Мессия. Один из воинов, метавших жребий об одежде Иисуса, передал ему нешвенный хитон Господа, на котором были еще свежие пятна крови. Лонгин, не смея хранить такую святыню у себя, отдал ее Элиозу.

Иверские евреи оставались в Иерусалиме до Пятидесятницы и, не будучи врагами Христа, удостоились быть свидетелями дальнейших Его чудес. Наконец, когда Святой Дух сошел на апостолов и они стали проповедовать на разных языках, бывшие с евреями ужики (грузины) услышали проповедь и на своем языке. Вскоре Элиоз со своим отрядом покинул богоубийственный город и отправился назад, неся на Кавказ благовестие о воскресении из мертвых Сына Божия и Его хитон, истканный Его Матерью.

Возле Мцхеты Элиоза встретила сестра его Сидония, много дней ожидавшая его на дороге. Когда он сошел с коня, она рассказала, что мать их Сарра скончалась в пятницу перед Пасхой. Будучи совершенно здоровой, она около шести часов почувствовала как бы удары молота в своем сердце (а это вбивали гвозди в руки и ноги Спасителя). Схватившись за грудь, она закричала: «Прощай, царство Израильское! Ты предало смерти Мессию, Избавителя рода человеческого! Горе мне, дожившей до этого дня!» – и упала мертвою.

Элиоз, пораженный, молчал – только тут он со всей силой осознал, какое страшное преступление совершили иерусалимские иудеи. Он достал из тороков ящичек, открыл его и подал сестре свернутый хитон Господа. Сидония, взяв его, целовала, потом прижала к груди и сказала:

– Брат мой! С меня довольно этого. Сей хитон – свидетельство Господне тому, что он избавит от рук диавола людей, населяющих эти неприступные горы и цветущие долины.

Сказав это, она пала на землю и умерла.

Все прибывшие собрались возле нее, Элиоз стал на колени и всматривался в ее лицо, надеясь, что это лишь обморок. Но нет – Сидония была бездыханна. Он попытался поднять ее, но не смог даже пошевелить. Не сумел он этого сделать и при помощи нескольких воинов. Тогда он попытался взять из ее рук хитон, но и это ему не удалось. Время шло, уже почти весь город собрался сюда, пришел и сам царь Адеркий, язычник, который немало изумлялся происшедшему. К вечеру, когда ушли все посторонние, Элиоз призвал старейших священников своей общины. Они начали молиться над телом Сидонии.

Они молились до глубокой ночи. В это время небо покрылось тучами, вдалеке начало погромыхивать, блеснула молния… И вдруг тело Сидонии как бы окуталось ярким светом, от хитона поднялся столб света, в котором Ангелы нисходили с неба и восходили опять… Потом раздался сильный удар грома, земля потряслась, треснула под телом умершей – она вместе с хитоном Господним упала в трещину, и земля над нею сомкнулась.

На этом месте через некоторое время вырос могучий, необыкновенной стройности и высоты кедр.

Апостол Андрей

По вознесении Господа нашего Иисуса Христа на небо апостолы пребывали вместе с Приснодевой Марией в Сионской горнице, ожидая обещанного Спасителем Утешителя. Они стали бросать жребий, чтобы узнать, кому и куда назначается Богом идти на проповедь Святого Евангелия. Пречистая сказала:

– Хочу и Я бросить Свой жребий, чтобы и Мне не остаться без удела и пойти на проповедь туда, куда укажет Господь.

Ей досталась Иверия. Тотчас по сошествии на апостолов Святого Духа в виде огненных языков Богородица стала собираться идти в кавказские горы, но Господь через Ангела сказал Ей:

– Не отлучайся из Иерусалима. Твой удел просветится светом Истины позднее, и ты будешь Владычицей его. А пока пошли туда апостола Андрея бросить первые семена веры.

И вот первый из учеников Господа отправился в путь. Взяв с собою икону Божией Матери, он пошел сначала один, но до следующей Пасхи он успел обойти только пределы Малой Азии. К Пасхе он вернулся, а после Пятидесятницы взял с собою апостолов Симона Кананита, брата Господня, и Матфия, избранного вместо Иуды Искариота, а также трех апостолов из числа семидесяти и несколько учеников и пошел вновь. Посетив разные места Малой Азии, он вышел к реке Чорох (в пределах теперешней Аджарии). Здесь апостолы крестили многих людей, построили храм во имя Богородицы, рукоположили иереев, оставили епископом одного из апостолов. А когда собрались идти далее, жители попросили у них икону Святой Девы Марии, ту, которая была при них. Тогда апостол Андрей приложил эту икону к чистой доске, помолился, и образ Пресвятой Девы отпечатался на доске во всей точности. Эта икона с великим торжеством поставлена была в новом храме.

Далее апостолы продвигались горными тропами, спускались в долины, где мчались бурные реки. Всюду находили они идолопоклонников. На вершинах многих гор стояли огромные истуканы, а около них были закопченные жертвенники, где приносились в жертву лжебогам Бочи, Ормузду (которого грузины называли Шоттан), Каци, Хаиму и иным даже люди, чаще всего дети. Низвергая идолов в пропасти, апостолы ставили на горах кресты. Входя в селения и города, они смело проповедовали Христову веру и часто терпели жестокие гонения и едва не были убиваемы.

В горах гнездилось множество маленьких княжеств и царств. Проходя вглубь, апостолы поднялись в верховья Ингури, в Сванетию, где правила царица Пифодора.

Выслушав проповедь апостола Андрея, она задумалась, а когда он внес в капище икону Богоматери и бывшие там идолы пали на землю и рассыпались, она уверовала и крестилась со всеми подданными. Здесь апостол Андрей оставил апостола Матфия, который, устроив там Церковь и увидев, что народ не намерен возвращаться к идолослужению, пошел в Колхиду. Апостолы же Андрей и Симон, терпя великие бедствия, проповедовали Христову веру в Осетии, Мингрелии и Абхазии. В Абхазии, в большом торговом городе Севастополисе, остался Симон Кананит с несколькими учениками, и им удалось большинство жителей привести к истинной вере и заставить разрушить здешнее капище Бочи, бывшее главным для всего Кавказа. Отсюда Андрей через Карталинские горы пришел к Мцхете и водрузил громадный деревянный крест на самом высоком месте над городом, а затем направился в Кахетию, где поставил крест вблизи города Греми.

Удел Божией Матери с трудом, но все же просыпался. И хотя церкви, основанные апостолами, почти все разорены были царями-язычниками, а священники погибали, хотя многие из новообращенных снова становились язычниками, но искры веры Христовой теплились, не угасая, постепенно разгораясь и ожидая своего часа.

Апостол Андрей еще раз возвратился в Иерусалим на Пасху, где сошлись на этот великий праздник апостолы, а потом вернулся на Кавказ. В это время царь Карталинии Адеркий, прослышав, что христианские апостолы в горах словом Божиим сокрушают идолов, призвал правителей из многих мест и приказал порушить все основанные ими храмы, а самих христиан схватить и казнить без милости. Многое и было уничтожено тогда, но уже появились такие христиане, которые уходили в пещеры, прятали иконы и кресты. Иные же возвращались к вере в идолов, вернее, к исполнению обрядов, только из страха перед властями. В Севастополисе (близ теперешнего Сухуми) был убит по приказанию царя апостол Симон Кананит, которого верующие тайно похоронили в одной из церквей под алтарем. Эта церковь потом многие века стояла в развалинах.

Позднее иверские цари перестали преследовать христианских проповедников – во втором и третьем веках они сами если и не обращались в христианство, то относились к нему равнодушно. На протяжении этого времени цари-язычники постоянно делали попытки найти хитон Иисуса Христа, и не для поругания, а как вещь каким-то образом и для них священную. Но хитон не был найден ими. Вступивший на иверский престол царь Рев Справедливый и вовсе запретил гнать христиан. Будучи идолопоклонником и не собираясь креститься, он тем не менее с удовольствием слушал христианских проповедников. Однако языческие праздники с массовым поклонением идолам, с приношением обильных жертв становились все пышнее и грандиознее. Но все это происходило уже перед исполнением обетования, на закате язычества. В 268 году в Каппадокии, в городе Коластры, родилась святая равноапостольная Нина, просветительница Грузии, которая с Божией помощью сокрушит идолов – эти жилища демонов.

А пока просвещает жителей Колхиды сосланный сюда императором Траяном ученик апостола Петра епископ Римский Климент, священномученик. А ученик апостола Андрея епископ Палма, колхидец, проповедует слово Божие во всей Мингрелии, во всех ее городах на побережье Черного моря. Апостолы Варфоломей и Елисей проповедовали в Армении и прикаспийской Грузии, – оба они приняли от идолопоклонников мученическую кончину. Сам же апостол Андрей, побывав еще на Кубани и в Скифии, по некоторым известиям, и на берегах Днепра, был распят на кресте в греческом городе Патры в 55 году.

Часть I
Сказание о святой равноапостольной Нине, просветительнице Грузии

Кто была святая Нина и какой удостоилась
чести от Богородицы

Святой равноапостольной Нине было пять лет, когда по злой воле императора Диоклетиана был замучен двоюродный брат ее по отцу Георгий, почтённый Церковью прозванием Победоносца (это произошло в 303 году). Позднее в просвещенной ею светом Христовым Иверии, так в древности называли Грузию, святая Нина построила множество храмов в его честь. Христианское имя Георгий стало излюбленным у грузин от царей до простых земледельцев, – оно и означает в переводе с греческого «земледелец».

Кто были родители святой Нины? Мать родилась в городе Коластры в греческой области Каппадокия. Ее звали Сусанна, и был у нее брат Ювеналий. Их родители скончались оба в одно время от повальной болезни, поразившей весь город. Как возрастали сироты – неизвестно, но уже в юношеском возрасте оказались они в Святой Земле, в Иерусалиме. Со временем Ювеналий постригся в иночество с именем Забдас и стал отцом экономом в храме Воскресения Христова, Сусанна поступила в услужение к диакониссе Ниофоре (Нианфоре), благочестивой старице, армянке из города Двини.

Отца святой Нины звали Завулон. Вот его история. Он родился и жил в тех же Коластрах, был знатного рода и еще в юности был просвещен христианской верой, которую вынужден был исповедовать тайно из-за гонений. Молодой, свободный, сильный, хорошо владеющий оружием, он по совету родных отправился в Рим к императору Максимину, чтобы поддержать честь своего рода военными подвигами. Он так и сделал, но не открыл, конечно, неистовому гонителю христиан Максимину своей принадлежности к вере Христовой. Скоро он стал в Риме одним из самых блестящих и удачливых полководцев.

Однажды на реке По разбил он несметные полчища галлов (а это предки французов), взял в плен их царя и почти всех начальников. Он не бросил их в темницу, не стал ни убивать, ни мучить, но приглашал их в свой шатер и беседовал с ними о Сыне Божием Иисусе Христе и вечном спасении для людей, которое Он обетовал. Но вот пришел приказ императора казнить всех пленных, не исключая царя и вельмож. Те, много пользы почерпнувшие из бесед Завулона, не пали духом, но стали просить его: «Введи нас в храм Бога твоего, а потом предавай смерти». Завулон тайно призвал Патриарха, который крестил всех пленных галлов и открыл им духовные очи.

Решив спасти их во что бы то ни стало, Завулон поехал в Рим и стал просить императора о помиловании побежденных. При этом он усердно молился Богу. И Господь помог: император сказал: «Возьми их себе в рабы». После этого Завулон, соблюдая осторожность, вместе с Патриархом, под покровом ночной темноты повел галлов в их страну. Там встретил их народ: увидев своего царя и своих вельмож невредимыми, галлы возликовали. Все они согласились креститься. Патриарх и крестил их в реке Гадамар. Поставив им священников, он вместе с Завулоном вернулся в Рим. Они привезли немало сокровищ, которыми одарил их галльский царь.

Полученные в Галлии богатства Завулон повез в Святую Землю, чтобы оказать помощь храмам и монастырям. Он долго жил там, творя свою благочестивую милостыню, часто посещал иерусалимский храм Воскресения Господня и там познакомился с Патриархом Забдасом. А это был прежний отец эконом, его земляк. Вскоре увидел Завулон Ниофору и ее прислужницу Сусанну. Через некоторое время старица Ниофора сказала Патриарху Забдасу:

– Этот достойный и богобоязненный вельможа Завулон, крестивший галлов, воистину добрый христианин. Найдется ли лучший супруг для твоей сестры?

Богу было угодно, чтобы этот брак совершился. Став супругами, Завулон и Сусанна отправились в Ко л астры. Там родилась у них дочь Нина, которую они воспитывали в страхе Божием. А когда ей исполнилось двенадцать лет, они решили посвятить себя и дочь Богу. Продав свое имение, они вновь направились в Иерусалим. Сусанна по благословению Патриарха стала начальницей общины нищих сестер при храме Гроба Господня, а дочь свою Нину отдала в обучение и для услужения старице Ниофоре. Завулон же почувствовал в своей душе неодолимое тяготение к пустыннической жизни. Патриарх благословил его на это, и он сказал жене и дочери:

– Господь призывает меня остаток моих дней посвятить Ему. Прощаюсь с вами навсегда. Господь наш, Отец сирых и кормитель вдов, не оставит вас. Ты, Нина, подражай в любви ко Христу сестрам Лазаря Четверодневного и Марии Магдалине.

И ушел он в пустыню за Иордан, и более никто и никогда не видел его.

Старица Ниофора была многознающей и мудрой – она изучила Ветхий и Новый Завет, а от иерусалимских священников и книжников она слышала немало рассказов о жизни Иисуса Христа на земле и о чудесах, совершавшихся Им. Нина благоговейно внимала ее поучениям, горячо переживая все услышанное своей чистой душой. А когда узнала она, что хитон распятого Господа достался одному иверскому раввину, который и унес его в далекий город Мцхету, ей показалось, что она и жизнь свою могла бы отдать за то, чтобы увидеть эту священную одежду Спасителя, нешвенный хитон, который, как сказала старица, соткан был руками Богородицы.

– Где находится этот город? – спросила она.

– В сопредельной моей Армении иверской стране Карталинии, – отвечала Ниофора. – Тамошние страны еще погружены во мрак язычества.

Святая Нина стала молиться Пречистой Деве Марии о том, чтобы Она удостоила ее чести найти священный хитон Ее Сына, а также просветить живущих там карталинцев верой в распятого Господа, Который истинно воскрес. Богородица услышала ее неотступные моления и явилась ей в тонком сне (это состояние среднее между бодрствованием и сном).

– Иди в страну Иверийскую, – сказала Она, – благовествуй там Евангелие Господа Иисуса Христа, и ты обрящешь у Него благодать. Я же буду твоей покровительницей. Смутившись, отроковица спросила:

– Хватит ли на это моих немощных сил? – Возьми этот крест, – сказала Матерь Божия, подавая Нине крест, сплетенный из виноградных лоз, – он да будет для тебя щитом от всех видимых и невидимых врагов. Силою сего креста ты водрузишь в той стране спасительное знамя веры в возлюбленного Сына Моего и Господа, Иже всем людям желает спастися и в разум истины прийти.

Очнувшись, Нина увидела в руках своих крест и, затрепетав от радости, оросила его слезами. Затем отрезала она свою черную косу и ею связала крест покрепче. Она пошла к Патриарху Ермону (к тому времени Забдас, бывший Ювеналий, скончался) и поведала ему обо всем бывшем. Патриарх ни в чем не усомнился. Он привел Нину в храм, поставил перед алтарем, возложил на голову ее свою руку и стал молиться:

– Господи Боже, Спаситель наш! Отпуская сию сироту-отроковицу на проповедь

Твоего Божества, предаю ее в Твои руки. Благоволи, Христе Боже, быть ей Спутником и Наставником, где будет она благовествовать о Тебе, и даруй словам ее такие силу и премудрость, которым никто не в состоянии противиться будет. Ты же, Пресвятая Богородице Дево, Заступница всех христиан, облеки свыше Своею силою против врагов видимых и невидимых сию отроковицу, которую Ты благословила на проповедь Евангелия Сына Твоего, Христа Бога нашего, среди народов языческих. Будь всегда для нее Покровом, не оставляй ее Своей милостью.