Сезон огней
Книга вторая. Академия магии
Мария Данилова

Тина Лебедева Редактор

Мария Данилова Дизайнер обложки

© Мария Данилова, 2019

© Мария Данилова, дизайн обложки, 2019

ISBN 978-5-4490-7149-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Ночь опустилась на бескрайние поля. Тишина и умиротворение постепенно сменялись тревогой и беспокойством. Природа восставала против того, что должно было произойти. Против того, что она не создавала.

Ветер пронесся над поникшей травой, между стволов высоких деревьев, устремляясь туда, где жизни быть не могло. Сегодня ее тоже не будет.

Развалины старого особняка были покинуты солнцем и временем. Все в нем пришло в увядание, стены разрушились, цвета поблекли и выцвели. Уничтоженные многими годами неприкосновенности руины прежде роскошного дома покоились на окраине леса.

Все, что осталось от былого величия – это большой, просторный зал. Он как будто намеренно сохранился целым и невредимым, в то время как остальные помещения были стерты с лица земли. Когда-то в этом большом просторном зале устраивались несчетные балы, играла музыка, обитатели и гости особняка блистали в бесподобных нарядах.

Но это было давно. Сейчас это место оставалось лишь мрачным напоминанием былого величия.

Пронесшись сквозь лесную чащу, ветер уверенно ворвался в этот зал через отсутствующие стекла в рамах больших, широких окон в пол. Пыль в углах взметнулась в воздух, а ветер наконец-то настиг того единственного, кто так взволновал саму природу сегодня ночью.

Покружив вокруг некоторое время, ветер решительно окатил настойчивой волной нарушителя спокойствия, словно напоминая о последствиях того, что сегодня здесь будет происходить.

Он выпрямился и вздохнул. Его темный плащ взметнулся в воздух, брови сдвинулись к переносице. Секундой позже он позволил себе милость и грустно произнес:

– Я знаю, что нельзя. Но у меня нет выбора, – ответил на предостережение ветра Кейн.

Ветер покружил вокруг него, а затем сжалился и затих, притаившись в смиренном сумеречном безмолвии.

Подождав еще недолго, Кейн снова осмотрел начертанное перед ним на полу: большой круг, искусно расписанный множеством символов и знаков на мертвых, забытых языках, хитросплетения линий, плавные переходы, разветвления. Круг был идеально ровным. Ничто в этом мире не могло его нарушить.

Кейн достал из кармана заранее заготовленный колдовской мешочек и забросил его в пределы круга. Круг зашипел, задымился, словно принимая свою жертву, а затем поглотил то, что находилось внутри. Воздух наполнился тяжестью, запах жженого сахара стал слишком едким и неприятным.

Кейн извлек из ножен клинок и, ни разу не дрогнув, с силой взялся за острое, словно бритва, лезвие. Глубокий порез образовался на его ладони, кровь полилась сплошным потоком. Убрав нож, Кейн вытянул свою ладонь над кругом. Его кровь обильно орошала пол, накрывая собой идеальные линии небрежными багровыми каплями.

Как только крови оказалось достаточно, Кейн в полголоса начал наговаривать заклинания. Текст был длинным, внушительным, от каждого слова сердце стучало вдвое чаще, душа начинала вибрировать от монотонности произношения и мощи, с которой Кейн говорил. Ему и самому было не по себе. Поэтому так волновался ветер. Поэтому природа стремилась спрятать следы своего существования в сумерках ночной тиши.

С каждым новым словом говорить становилось тяжелее, горло Кейна сковывала боль, как будто кто-то начинал его душить. Ничто не давалось ему настолько тяжело, как этот ритуал.

Но такова была цена, которую он готов был заплатить.

Наконец-то его голос добрался до самой сути происхождения жизни на земле, проник в глубины океанов, опустился глубже и воззвал к тому, к чему взывать было нельзя. Правила снова были нарушены.

Кровь вспыхнула алым светом, обрела собственную волю и стала растекаться по кругу, заполняя собой каждую линию, искусно выписанную на полу. Она не заходила за границы, не накрывала собой, кровь целиком и полностью поглощала саму сущность созданного круга.

Когда последняя капля замкнула круг, поглотив замысловатый символ, Кейн закончил читать заклинание и опустил ладонь. Рана все еще была глубокой и кровоточила, но для ритуала она больше не нужна. Кейн, не глядя, достал платок и перевязал ладонь, внимательно наблюдая за тем, что начинало происходить.

Изменения произошли не сразу, но линии постепенно разгорались, вспыхивая красками увядающего заката. С каждой новой секундой его поглощали отблески Тьмы, круг потихоньку начинал потрескивать, неприятный далекий перезвон откуда-то из-за границ реальности, словно предостережение, задребезжал вокруг.

Кейн слегка поморщился, ведь этот звон все нарастал, становясь нестерпимым. Невыносимым. Еще чуть-чуть и барабанные перепонки лопнут.

Но Кейн ничего не делал. Он знал, что способен это выдержать. В конце концов, он делает это не впервые.

Звон закончился внезапно. Его отголоски еще долго раздавались на многие километры вокруг. Но Кейна это уже не волновало, ведь круг наконец-то вспыхнул черным пламенем, а в лесу поблизости, где уже давным-давно не было жизни, последние отчаянные птицы немедленно взмыли в воздух и совершили свой побег.

Вокруг не осталось никого.

Черный огонь горел не по правилам. Пламя взметалось в воздух стремительно, но соприкасаясь с этой не естественной для него реальностью, оно лишь закручивалось в небольшую воронку, осыпаясь, словно тлеющий пепел.

В центре круга стали появляться первые очертания формы. Сначала они проявлялись бесшумно, но потом, когда не связанные между собой, на первый взгляд, видения, обрели вполне человеческую форму, по залу прокатился тревожный шелест.

Человек в круге вызывал тревогу. Сначала он пугал своими формами, своим появлением. На человека он хоть и походил, однако не был им в полном смысле. Это был лишь призрак. Но когда его облик проявился в физическом плане, панический страх, который вызывало его появление, прошел. Ничего страшного в нем не осталось.

Это был юноша двадцати лет с темно-каштановыми волосами. Пока его глаза были закрыты, на лице с острыми чертами была запечатлена маска страданий.

Но вот уже прошла целая секунда, сравнимая со временем, за которое высыхают целые океаны, его ясные зеленые глаза озарились пробуждением, а выражение лица сменилось удивлением.

Медленно обведя взглядом зал, в котором он находился, юноша обнаружил прямо перед собой того, кто к нему взывал. За мгновение облегчение сменилось беспокойством и тяжелым бременем ответственности.

– Кейн, – узнал призрак. – Ты снова призвал меня в этот мир.

Холодные, беспристрастные глаза Кейна внезапно вспыхнули болью и тоской. Бессилие победило его на секунду-другую, но твердость и уверенность в своих силах и намерениях быстро отмели любые попытки сопротивления.

Теперь в глазах Кейна разгорались только теплота и доверие. Если не знать его, то перемен и не заметить.

– Как всегда, Каспар, – отозвался Кейн примирительным голосом. – Ты же знаешь, я не перестану этого делать, пока не достигну цели.

Каспар долго смотрел Кейну в глаза, как будто пытаясь подловить его, разглядеть тень сомнения в том, о чем он говорил. Но Кейн был другим. Что-то в нем изменилось, что-то другое коснулось его сердца.

Но тревога все еще не покидала его.

– Даже там, откуда я пришел, знают, что Совет усилил наблюдение за всем творящимся колдовством в мире после убийства Сивиллы. Ты сегодня очень рисковал, призвав меня сюда.

В его голосе послышалось раздражение и сталь, но Кейн знал, что это лишь прикрытие. Каспар никогда не любил проявлять заботу, тем более не умел о ней говорить.

– У меня была причина. Слишком важная, – ответил Кейн.

– И какая же? – Уточнил Каспар.

В его голосе сверкнули надменность и напряжение, как будто любая причина была недостойна столь опрометчивого призыва.

– Я нашел Храм безвестности, – быстро ответил Кейн.

Казалось, это ничуть не тронуло призрака, но черное пламя, все еще колыхавшееся вокруг, внезапно взметнулось вверх. Оно было единственным признаком хоть какого-то отклика в душе Каспара. Кейн уже давно научился определять эмоции в каждом всполохе мрачного огня.

– И что дальше? – Холодность и отстраненность в голосе Каспара показались морознее самой лютой стужи.

– Я еду домой, – сообщил Кейн. – Ты знаешь, зачем.

– Хм, – презрение пробило насквозь. – Это лишь пустая трата времени.

Каспар отвел глаза в сторону, а Кейн еще долго продолжал смотреть на него, пытаясь дождаться хоть тени эмоции.

– Ты никогда не верил в меня, – спокойно заговорил Кейн. – Ты всегда говорил, что я не подхожу тебе в напарники. Ты знал, как сделать меня сильным. Теперь я это понимаю.

– Сколько можно держаться за прошлое?

– Я за него не держусь, – просто ответил Кейн. – Я строю свое будущее.

– Что тебе это принесет? Ты хоть понимаешь, что ты делаешь?

– Более чем.

– На кой черт тебе это все сдалось?! – Гнев сверкнул яркой вспышкой пламени, зеленые глаза Каспара пронзили Кейна, как будто пытаясь испепелить его. – Неужели ты не можешь просто забыть?!

– Могу.

На это Каспар даже немного растерялся, но потом весь его гнев куда-то исчез, пламя прижалось к полу, воцарилась относительная тишина. Никто не смел заговаривать, пока все важные темы полностью не исчерпают себя. Говорить – значит признавать то, что уже много раз было признано. В этом не было смысла. Особенно когда Кейн принес такую весть…

– Ты изменился, – примирение в голосе Каспара показалось Кейну самым лучшим, что он когда-нибудь получал от него. – Тебя коснулся Свет.

Кейн долго молчал, не зная, стоит ли сейчас говорить. В его груди вдруг вспыхнуло тепло. Такое уютное и родное, что незамеченным остаться не могло. Поймав на себе взгляд Каспара, Кейн медленно улыбнулся.

– Я встретил ее, Каспар, – признался он.

Молчание длилось недолго. Если Каспар выбирал примирение, времени было слишком мало. Но в этот период он никогда не вспыхивал другой эмоцией. Он мог понять.

– И как она? – Спросил призрак.

Кейн снова вспомнил встречу. Он помнил ее взгляд, помнил ее безграничное доверие, помнил то чувство, которое она подарила ему. Но еще он вспомнил свою внезапную слабость.

– Она – чистый Свет, – признался Кейн.

Пламя стало гореть более ровно, тишина становилась все более щадящей и умиротворенной. Угроза постепенно отступала.

– Так ты разговаривал с ней? – Удивился Каспар.

Та близость, в которой Кейн находился с ней рядом, заставила вспыхнуть бурю эмоций в его душе. Он был одновременно рад и опечален этой встречей. Но ее последние слова были подобны образу: стоило только подумать о них, и звук ее голоса как будто бы снова настигал него.

– Я не… смог, – опустил голову Кейн. – Я должен был, но я не смог.

– Что она сказала тебе?

– Ничего, – разочарование, а возможно ревность. Это были его чувства, его слова. Но… Кейн забывал о том, что в этом мире есть только несколько человек, которым он мог безоговорочно доверять. Каспар был в их числе. – Она была рада.

– А ты все испортил, так ведь?

– Я не!.. – Тут же нахмурился Кейн и стал таким суровым, готовым только одним взглядом уничтожить все вокруг. Эмоции брали верх, когда он вспоминал ее. – Ничего я не испортил.

Еще некоторое время, посвященное молчанию. Каждая минута была слишком дорога, чтобы бесцельно тратить ее на тишину.

– Ты ведь держался в стороне, не нарушал ее покой ранее, – напомнил Каспар. – Что заставило тебя показаться в этот раз?

– Ей угрожала опасность, – просто ответил Кейн. – Я должен был вмешаться.

– Я знаю, как ты вмешиваешься, Кейн, – заметил Каспар. – И я знаю, что ты мог бы все сделать так, чтобы она никогда не узнала о тебе. Зачем ты показался ей?

– Ты не знаешь, что там было, – нахмурился Кейн.

– Но я отлично знаю тебя, – ухмыльнулся Каспар. – Хочешь знать мое мнение?

– Если бы не хотел, не рассказывал бы о ней.

– Хорошо. Расскажи ей правду.

Кейн нахмурился и уставился на Каспара суровым взглядом.

– Какую еще правду?

– Ту самую, – хмыкнул Каспар.

– Это не смешно.

– А я для разнообразия и не смеюсь над тобой.

– Ты издеваешься.

– А что ты хотел услышать?

– Я…, – Кейн задумался на мгновение. Да, он действительно хотел услышать нечто вполне конкретное. Но раз Каспар об этом ему не сказал, значит, этот путь был неверным, – это уже не важно. Главное, что я скоро отправлюсь в Храм безвестности, и…

– Почему ты не хочешь?

– А почему ты вообще рассматриваешь этот вариант?

– Я знаю тебя, и я также знаю, что эта девушка могла бы стать той частью твоей жизни, которую ты бессмысленно тратишь на бесполезные вещи.

– Хватит, – отрезал Кейн. – Ты не помогаешь этим.

– А ты думаешь, ты помогаешь мне? – С сарказмом поинтересовался Каспар. – Растрачивая дни своей жизни на всякие глупости.

Кейн резко заглянул в глаза Каспару. Больше не было взрослого, уверенного мужчины, был только грустный, покинутый всеми, мальчик.

– Я подвел тебя, – скрипнул отчаянием голос Кейна. – Я не могу себя простить за это.

– Хватит! – Примирение закончилось, Каспар прогремел властно и громко. – Ты обещал больше не говорить мне этих слов!

– Но это правда, – Кейн почти сдался. – Я думал, что я уйду за тобой…

– И совершил бы настоящую глупость! – Начинал по-настоящему злиться Каспар. Пламя угрожающе поднималось в воздух. – Неужели ты не понимаешь, что тебе был дан этот шанс не просто так? Это была не твоя судьба, не твоя вина. Ты совсем другой, у тебя иное предназначение. И ты это знаешь!

– Мое предназначение, – Кейн грустно улыбнулся. – Какое может быть предназначение у ? меня

– Более великое, чем никому не нужная смерть, – холодно отметил Каспар. – Я знаю, о чем ты думаешь.

– Тогда ты должен знать, ради чего я все еще держусь.

– Я знаю, – кивнул Каспар, гнев медленно утихал. – После того, что случилось два года назад, ты обрел новый путь. Но ты выбрал неправильно. У тебя две цели, но ты все еще не понимаешь, что одна из них – это дорога в будущее, а вторая – бессмысленна и опасна. Нельзя держаться за прошлое, отпусти уже, Кейн…

– Я никогда не сделаю этого! – С вызовом заявил Кейн. – Нет! Не смей мне говорить, что ты этого хочешь! Я ненавижу тебя, когда ты сдаешься! – Кейн яростно сжал кулаки, стиснул зубы, но… врагов вокруг по-прежнему не было. Вспышка гнева погасла столь же стремительно, как и появилась. Он успокоился. – До сих пор.

– Я не сдаюсь, – почти безразлично ответил Каспар. – Я пытаюсь тебя отпустить.

– Глупости, – яростно вздохнул Кейн. – Я не позволю тебе сделать это. Ты…, – слова застряли у него в горле, бессилие навалилось на него разом, – ты нужен мне.

– Но ты тратишь время зря! – Злился Каспар.

– Я не верю в это!

– Мертвых воскресить нельзя!

– Не смей так говорить!

– А ты не смей это игнорировать! – Воскликнул Каспар, и эхо его голоса разнеслось на многие километры вокруг.

Кейн не заговорил до тех пор, пока не воцарилась полнейшая тишина.

– Я не перестану, – упирался Кейн.

– До чего же ты упрямый! – Злился Каспар.

– Но ты же знаешь меня, зачем тогда пытаешься меня отговорить?

– Я не пытаюсь!.. – Раздражение и гнев снова брали верх, но сейчас Каспар злился по другой причине. Ему нужны были аргументы, он ими и воспользовался. – Ты пришел ко мне сегодня, рассказал о ней. Ты ведь не просто так это сделал. Ты хотел, чтобы я подтвердил или опроверг твои страхи и опасения. Но ведь ты же рассматривал вариант сказать ей правду, так ведь? Я знаю, как тебе тяжело открывать свою душу кому-нибудь, и я отлично знаю почему. Но она другая.

– Я знаю, – кивнул Кейн. – Но откуда знаешь это ты?

Предостережение и надежда смешались воедино в его душе.

– В тот день, когда ты встретил ее, только сильное желание могло привести тебя к ней. Это желание найти Свет. Во всей этой темноте, которая тебя окружала. И ты нашел ее. Дважды. И ты знаешь без меня, что она примет правду.

Да, Каспар был прав, Кейн думал об этом очень много раз. Но в его жизни так редко что-то получалось хорошо, так редко появлялся Свет, и все складывалось без трудностей и борьбы. Он перестал верить, что так вообще когда-нибудь бывает.

– Я не знаю это наверняка, – озвучил свои сомнения Кейн. – Даже если она примет меня, ты знаешь, что остальные никогда не смогут этого сделать.

– Если ты расскажешь правду только ей, то да, – подтвердил Каспар. – Ты должен сделать это.

– У меня не будет шанса.

– Я уже говорил тебе, как лучше это сделать. Но ты ведь не слушаешь меня, ты только лишь бесполезно тратишь время. Ввязался во всю эту глупую авантюру. Вместо того, чтобы просто жить и быть счастливым, ты растрачиваешь это время впустую.

Кейн глянул на Каспара с сомнением.

– Какое счастье может у меня быть? Я проклят этим миром, нет ничего в этой жизни, чтобы могло сделать меня счастливым.

– А как же она?

– Она…, – Кейн опустил глаза, – я не позволю себе разрушить ее судьбу.

– Какая же у тебя низкая самооценка, – скривился Каспар.

– Не без тебя она формировалась, – огрызнулся Кейн.

– Рано я ушел. Нужно было затюкать тебя сильнее. Может быть, тогда мозги на место встали.

– А кто в этом виноват? – Как будто даже обвинял Кейн. – Сам взял и совершил глупость!

– Ага! Как будто ты сам сейчас ее не совершаешь!

– Я делаю то, что должен.

– Это не твой долг! Это твой идиотизм!

Кейн ухмыльнулся.

– И у кого из нас, по-твоему, низкая самооценка?

– Спасти меня невозможно.

– А я сказал – это не так. Ты же знаешь, я нашел способ.

– За который тебя самого убьют!

– Ты этого не знаешь. Я все продумал.

– Что ты продумал? – Раздражался Каспар. – Ты никогда не был мозгом операции.

– Но, тем не менее, я сейчас хожу по земле.

– Вот и ходи! – Огрызнулся Каспар.

– Я сделаю это, – твердо и уверенно.

– Я не сомневаюсь, – обида и осуждение.

– Тогда зачем отговаривал? – Нахмурился снова Кейн.

– Ты думаешь, мне все равно?

– Нет.

– Тогда побереги лучше время, пока все еще не поздно.

Да, Каспар был прав. Времени оставалось немного. Выбрав это место для ритуала, Кейн рассчитал все идеально. Маги отслеживают любое незаконное волшебство, но они не могут покрывать своим радаром сразу все и везде. Однако это был лишь вопрос времени, когда темное, совершенно запрещенное колдовство, будет обнаружено.

– Мне не хватает тебя, – грустно признался Кейн.

Перемирие было объявлено.

– Я знаю, – так же грустно подтвердил Каспар. – Но ты должен держаться. Ради меня.

– Ты всегда это говоришь. Но ты забываешь, что я уже потерял тебя.

– Кейн, – строго позвал Каспар. – Ты был единственным на всей земле, кто безоговорочно верил в то, что у меня есть душа. Именно благодаря тебе мы можем сейчас разговаривать.

– А разве могло быть иначе? – Спросил Кейн. – Ты же мой брат.

– И всегда буду им оставаться. Даже, несмотря на то, что смерть разлучила нас.

– Это ненадолго.

Каспар улыбнулся.

– Как всегда на пути против всего мира, маленький волчонок.

– Я родился на десять минут позже, и перерос тебя на два года, – обиженно буркнул Кейн. – Можно уже перестать меня так называть?

– Никогда, – посмеялся Каспар.

Время этой запрещенной всеми правилами на земле и под землей встречи, неизбежно подходило к концу.

– Обещай мне, что не сдашься, – просил Кейн.

– Это все, что мне остается.

– Я не брошу тебя. Я обещал.

Хоть Каспар и не был доволен этим выбором, он все же испытал облегчение. Он никогда об этом не скажет, но ведь Кейн всегда был ему очень дорог.

– Не умри.

Кейн ухмыльнулся.

– Не раньше, чем верну тебя.

Еще несколько мгновений пламя вспыхивало черными искрами, а затем поглотило Каспара и быстро потухло. Сколько бы времени не прошло, боль расставания снова и снова пронзала насквозь.

Потом все снова стало спокойно, а Кейн особенно остро ощутил на себе груз навалившегося одиночества.

В этом мире он остался совсем один.

Глава 1

Пять недель спустя

– Мы сорвали Джек-пот! – Не переставал радоваться Кай, когда усаживался за обеденный стол и кое-как ставил свой поднос. Если бы у него были напитки, а не случайно урванная булочка, он бы точно облил всех вокруг. – Я уж думал, нам их вообще никогда не выдадут!

На самом деле причина для радости была вполне очевидная: наконец-то нам выдали учебники по заклинаниям. Никогда не думала, что буду так радоваться простому учебнику заклинаний (а если учесть, что это только первый курс, то наша радость вызывала только улыбки окружающих), но факт остается фактом.

Шла четвертая неделя октября, и наша группа потихоньку начинала дичать. Да, профессор Ливанталь давала нам некоторые новые заклинания для изучения. Но в Академии магии почему-то было так заведено: пока вся группа не справится с самым последним и сложным способом создания заклинаний, двигаться дальше нам нельзя.

Ее, конечно, можно было понять. В один из дней мы уже всей толпой буквально напали на нее с просьбой выдать нам учебники. Тогда-то она и рассказала нам печальную историю о неком студенте, который слишком спешил и в итоге превратил себя в бесформенную субстанцию.

Мы сначала такие: «Ха! Что это за сказки?». Но нет, это было чистой правдой. В данном случае я бы даже сказала – мокрой правдой. Каждый из нас должен был овладеть тремя способами создания заклинаний, чтобы научиться контролировать свою ману.

Оказывается, если этого не сделать, мана может взбунтоваться и пойти против своего владельца. И именно этим профессор усмирила наш мятежный дух до тех самых пор, пока вчера на семинаре Фредди – последний из тех, кому не удавалось овладеть третьим и самым сложным способом создания заклинаний – справился. Его символ оказался потрясающе красивым, ровным – идеальным.

Ничего серьезного он, конечно, не наколдовал, всего лишь изменил цвет стен, но сам факт был запротоколирован и после случившегося нам наконец-то достались они. Заветные учебники: «Базовые заклинания. 1 курс».

Когда эти учебники были получены, мы так ликовали, что профессор Ливанталь даже пообещала взять нас в качестве болельщиков на международные соревнования между танцевальными клубами Академий магии, настолько бурно мы реагировали на выдачу простых учебников.

В общем, радость лилась рекой.

Любовно уложив свой учебник на стол, Кай на всякий случай сдул пыль вокруг.

– Я всю ночь читал учебник! – Оживленно рассказывал Кай. – Не мог оторваться!

– То-то оно и видно, что у тебя под глазами синяки, – хитро улыбнувшись, заметила я.

Кай быстро оторвался от своего учебника, бегло взглянул на меня, а потом жадно схватился за книжку. Как будто кто-то мог украсть у него учебник для первого курса. Кай такой забавный, когда чем-то бесконечно увлечен.

– Да у тебя у самой синяки! – Воскликнул он, прижимая учебник к сердцу.

Похоже, мой друг решил, что так сможет защитить свое «сокровище» лучше.

– Я и не отрицаю! – Даже не стала отпираться я. Конечно же, я тоже всю ночь читала учебник! Как иначе? Мне очень хотелось поскорее освоить сложные заклинания. Чем быстрее мы расправимся с первым учебником, тем быстрее получим следующий. – Это только первый шаг. Надеюсь только на одно: он нам не на целый год был выдан.

Кай сначала вздохнул, как будто полностью согласившись с первой частью моей фразы, а потом тут же нахмурился и уставился на меня так, будто это я всеми силами настаивала на замедлении нашего обучения.

– Чего?! – Возмутился тут же он. – Что значит?.. Что?.. Ты серьезно?

Я лишь пожала плечами.

– Мне бы очень хотелось, чтобы мы поскорее продвигались к более сложным заклинаниям, но кто знает, какая у нас программа обучения?

– О, нет! – Упал на стол Кай и захныкал. Потом резко вскочил и потряс книжкой у меня перед носом: – Этого материала нам максимум на две ночи! То есть лекции! То есть семинара! Ну, ты поняла!

Кай яростно вздохнул, а я посмеялась.

– Поняла-поняла, – поддакнула я. – Но, как ты помнишь, двигаться вперед мы должны дружно. Все справились – едем дальше. Не справились – ждем и надеемся.

– Не хочу ждать и надеяться, – расстроился Кай. – Хочу боевую магию в расписании!

– Полностью поддерживаю! – Рассмеялась я.

Кая порадовала моя реакция, поэтому он хмыкнул, наблюдая за тем, как я хохочу и вздохнул.

– Ладно, ситуацию не изменить, чего тогда из-за нее переживать, – отмахнулся Кай и тут же переключился на более приятную тему. – Я тут листал учебник, обнаружил защитные заклинания, их там было просто море! Атакующие заклинания, я даже выучил два. Правда, не совсем выучил. То есть мой стол пал от моей руки, но…

Я снова расхохоталась. За несколько недель нашей дружбы Кай отточил свое умение меня смешить до совершенства. Ему уже можно было просто мне палец показать, и я начинала хохотать.

– Бедный стол, – пожалела я.

Кай прищурился и с притворной серьезностью почти потребовал:

– Ты во мне сомневаешься?

Я аж поперхнулась соком.

– Что? Я? Да никогда в жизни! – Тут же заявила я. – Почему ты так решил?

Кай хитро улыбнулся и повел бровью.

– Прежде чем сразить стол, я сначала нашел заклинание «Эмэндаро».

– И что оно делает?

– Оно чинит все, что было разрушено, – сообщил Кай.

– Правда?! – Заинтересовалась я. – Я не нашла такого! Покажи мне!

– Эх ты, – покачал головой Кай. – А еще с белой маной.

– Это что еще должно означать? – Хитро посмотрела на Кая я. – Это ты у нас – Принц тьмы, я могу себе позволить быть слабее тебя.

– Именно потому, что я – Принц тьмы, – гордо заявил сначала Кай, а потом задумался и тихо добавил, – будущий. Тебе как раз и нельзя быть слабее меня. Ты хоть представляешь, сколько народу будет тебя ненавидеть за то, что ты со мной?

Я нарочито посерьезнела и понимающе закивала.

– Если учесть, что мы дружим с Джозабэль Бэйн, у которой уникальная черная мана, почему-то считающаяся темной. Не забудь про Лэнса, будущего Жнеца. А еще целый Клуб высших сил «Магистре», где собрались сильнейшие маги. Кто посмеет нас ненавидеть?

Кай сделался довольным таким положением дел и мечтательно вздохнул.

– Разве ты не помнишь, что сказала Фрэя? – Подался вперед Кай. – Когда Эсти внезапно захотела перейти на другую сторону, Фрэя пообещала, что выгонит ее из клуба, в случае если та станет Принцессой тьмы. А раз уж она готова выставить Эсти (до сих пор не понимаю, почему она все еще этого не сделала), то меня она приложит каблуком к моему мягкому месту так сильно, что сидеть в этой жизни я уже не смогу.

Я сначала расхохоталась, а потом уверенно заявила:

– Тогда я пойду за тобой! Сейчас я хотя бы могу в случае чего ткнуть в тебя пальцем, и все переключат свое внимание на главную звезду Академии. А если тебя не будет рядом, что я буду делать?

– Ой, да ладно! Ты что? Действительно считаешь себя только лишь моей тенью? – Нахмурился Кай.

– Это факт! – Твердо заявила я.

Поскольку мы находились в столовой, вокруг было полно студентов. Многие были заняты своими делами. Группа старшекурсников только что прошествовала мимо нас. Девчонки, которые были с ними, притормозили и, поглядывая в нашу сторону, похихикали. Поскольку подобную реакцию я часто наблюдала, когда была с Каем, я решила использовать это в качестве аргумента.

– Что я и говорила! – Указав на них, начала усиленно кивать я.

И тут одна из девушек, та, которая уже перестала смеяться, как скажет:

– Привет, малышка Рори.

Девчонки расхохотались пуще прежнего и ушли. Я же медленно сползла под стол и закрыла лицо ладонью. Когда я заметила выражение лица Кая, я уже поняла, что сейчас последует. Он старательно изображал мыслительный процесс, поглаживая свой подбородок, словно столетний старец-мудрец длинную седую бороду.

– Интересное у меня новое прозвище, – заметил Кай.

– Перестань! – Снова закрыла лицо в ладонях я.

– Не скажу, что я в восторге, – не реагировал на мои слова Кай. – То есть, Принца менять на Малышку это чересчур, как ты считаешь, а? Рори?

И тут Кай прикинулся полным дурачком и сделал вид, будто ему только сейчас в голову пришла гениальная из всех идей.

– Подожди! Неужели?.. Неужели они это о тебе?

Пока Кай продолжал изображать из себя наигранное удивление, я не переставала над ним хохотать.

– Хватит, а то лопну! – Пригрозила я сквозь смех.

– Эх, – вздохнул Кай, – вот ты все сделаешь, чтобы привлечь к себе внимание и перетянуть одеяло на себя.

– Прекрати! – Пискнула я, сил моих не было.

– Ладно-ладно, спокойно, – пошел на примирение Кай, пытаясь меня утихомирить.

Пришлось сделать глубокий вздох, прежде чем я пришла в себя.

– Не знаю, чего ты не пошел в Театральный клуб, – выдохнув в четвертый раз, все еще улыбалась я.

– Нет-нет-нет, спасибо, – запротестовал Кай. – Из меня хороший зритель, но не актер.

Хотелось бы с ним еще немножко поспорить на эту тему, доказав, что в нем умирает великий актер, но нас отвлекли.

– Афигеть! Списки на Хэллоуин уже вывесили! – Уселся рядом с нами Лэнс и сразу выпил залпом целый стакан сока. На его подносе значились две бутылки с водой и две тарелки с едой. Когда он немножко отдышался, Лэнс глянул на нас и пояснил: – Физкультура. Шринк нас затаскал.

– Чем вы там занимаетесь на третьем курсе? – Ревностно заинтересовался Кай.

Понятное дело, ему было интересно, мы вчера только учебники по заклинаниям получили.

– Ох, – выдохнул Лэнс, растирая больное плечо. – Лучше вам не знать.

– Позволь, это мы сами решим, хорошо? – Возмутился Кай. – Мы тут…, – он продемонстрировал свой учебник, дав Лэнсу возможность прочитать название, – птенцы не оперившиеся. Я бы даже сказал, из яйца не вылупившиеся. Да мы вообще в проекте значимся!

Я снова посмеялась, Лэнс тоже улыбнулся и принялся за еду.

– А что за списки? – Заинтересовалась я.

Сначала Лэнс не реагировал ни на меня, ни на мой вопрос, он был поглощен обедом целиком и полностью. Набив полный рот, Лэнс выпрямился и принялся все быстро пережевывать. Теперь-то и мой вопрос до него наконец-то добрался. Попытавшись ответить на него сразу, Лэнс буркнул что-то невнятное, на что Кай многозначительно вскинул бровь и прокомментировал:

– Что сразу обзываться-то?

Я снова похихикала, а Лэнс не решился продолжать разговор. Расправившись с едой, он выдохнул так, будто одновременно дышать и жевать не мог, а затем продолжил.

– Все время забываю, что вы первокурсники, – сначала заметил он, принявшись набирать на вилку следующую порцию.

– Это что еще должно означать? – Насупился сразу Кай.

Лэнс лишь ухмыльнулся и пояснил:

– Вообще-то это странно. Обычно сначала устраивают общее собрание, а затем вывешивают списки. На собрании первокурсникам все и рассказывают. Чего они в этом году так не поступили?

Лэнс задумался, а к нашему столику снова подошли.

– Привет, – улыбнулась нам Фрэя обворожительной улыбкой и присела к нам за столик. Мы поприветствовали ее в ответ.

Вместе с Фрэей присел и неизвестный нам четверокурсник. Он был высоким и худым, от ухмылки на его щеке образовалась ямочка. Судя по тому, как он приобнял Фрэю, думаю, они встречались.

– Приветствую! – Кивнул нам четверокурсник. – Я – Стив.

– Познакомься, – Фрэя ухмыльнулась, а я сразу же спрятала взгляд в подносе с едой, потому что точно знала, что сейчас последует. – Принц Тьмы и Малышка Рори.

– Конечно же, я их знаю, – хмыкнул Стив.

Дядя Майлз! Ну за что Вы так со мной поступили?!

– Снова меня новым прозвищем называют, – подначивал Кай.

Я лишь улыбнулась.

– Я хотела сказать, что в связи с Хэллоуином очередное собрание клуба «Магистре» в эту субботу отменяется. Потому, что мы навряд ли проснемся в субботу, особенно после пятницы.

Стив и Лэнс громко и многозначительно рассмеялись, Фрэя тоже сияла, как никогда.

– Так, это уже не смешно! – Решительно вмешался Кай. – Кто-нибудь объяснит нам, не опытным первокурсникам, что будет на Хэллоуин?

– Будет что-то невообразимое! – Мечтательно заверил Лэнс.

– Как и всегда, – поддержала Фрэя. – Такое мы не забудем никогда. Пожалуй, это одно из самых впечатляющих событий, которые я буду помнить об Академии.

– Не томите нас! – Подалась вперед и я, заинтересовавшись всеобщим ажиотажем.

– Это игра.

– Игра? Что за игра? – В нетерпении задавал вопросы Кай.

– Все очень просто: есть две команды – нечисть и горожане. В чистом виде это своего рода противостояние. Задача каждого – победить. Чтобы быть горожанином, ничего особенного не нужно. А вот для нечисти вывешивают определенные списки, в которые может записаться каждый желающий.

– То есть, подожди-подожди, – вмешался Кай, все больше хмурясь от непонимания, что тут вообще может понравиться? – То есть кто-то наряжается нечестью и сражается с горожанами?

– Нет! – Радостно воскликнул Лэнс. – В том-то и прелесть! Если ты запишешься в нечисть, это значит, тебя обратят ! Если запишешься быть призраком, будешь настоящим призраком! Захочешь стать вампиром – ты им станешь! по-настоящему

– Но как это возможно? – Поинтересовалась я.

– Если мистер будущий Жнец даст мне рассказать, я объясню, – улыбнулась Фрэя.

Радости в этой улыбке было чуть, она была сильно раздражена тем фактом, что в ее повествование вмешались. Несмотря на то, что Лэнс был в числе тех, кто пришел помочь нам в ту ночь, когда Мелинда открыла портал с демонами, к нему по-прежнему относились не очень доброжелательно.

Но сам Лэнс старался не обращать на это внимания. Вот и сейчас он с удовольствием вернулся к своему обеду и принялся усердно его поглощать.

– Все вы помните историю основания нашей Академии магии, так ведь? – Продолжила рассказывать Фрэя. Мы с Каем дружно закивали. – Так вот, я хочу обратить ваше особое внимание на ту часть, где земля, на которой была построена Академия, впитала в себя безграничную силу, способную усиливать любое волшебство. Хэллоуин это волшебство усиливает в два раза. С помощью специальных ритуалов наши преподаватели создали ряд очень сложных, но действенных заклинаний.

– Каждого записавшегося действительно обращают в любую нечисть, и на одну ночь студенты Академии превращаются в страшных монстров. Что же касается горожан: сразу после заката солнца они вступают на территорию Академии, где все становятся врагами. И вот тогда-то и начинается настоящее веселье.

– Какое? – Во все глаза наблюдал за Фрэей Кай.

– Это самое интересное! – Поддержал Лэнс.

– Суть игры заключается в том, чтобы горожанам остаться людьми до самых первых лучей солнца, а нечисти обратить всех в себе подобных. Ровно от заката до рассвета длится игра, – добавила Фрэя. – Естественно, горожане могут использовать магию. Любую магию. Я имею в виду только ту, которой они научились здесь, конечно.

– Это понятно, – закивала мы с Каем. Говорил Кай. – Так и что? Мы просто всю ночь отбиваемся от нечисти?

– Именно! – Подтвердила Фрэя. – Это игра одна из самых лучших тренировок магии за все обучение. Плюс за победу присуждается награда.

– Какая? – В унисон спросили мы с Каем.

– Если горожанин остается человеком до рассвета, а также один из нечисти обратил самое большое количество людей, в таком случае есть два варианта поощрения победителей: либо автомат за экзамены, либо «Кот в мешке».

– «Кот в мешке», это что еще за «Кот в мешке»? Тигра мне подсунут дрессировать? – Нетерпеливо спросил Кай.

Мы с Лэнсом ухмыльнулись.

– Нет, – хмыкнула и Фрэя. – Имеется в виду, что ты не знаешь наверняка, что ты можешь получить. Но поскольку подобное соревнование достаточно необычно, победителя ждет что-то очень стоящее!

– Например, в прошлом году мой друг Крэйг, – подключился Стив, – остался человеком до рассвета и ему достался редкий артефакт, способный постигнуть магию древних. Если вам интересно – Крэйг больше не учится в Академии, потому что после того, как он научился пользоваться артефактом, он приобрел такие знания, какие ни одному студенту Академии не снились!

– Так, а почему-то ему такой артефакт достался? И куда он потом делся? – Засыпал вопросами Кай.

– Артефакт Крэйг вернул, он ему больше был не нужен после того, как он освоил тайные знания. Но не воспрещается оставить его себе.

– В том-то вся и прелесть! – Продолжала Фрэя. – Это же игра, но каждый может использовать силу на полную катушку. Все, чему маг научился здесь, в его распоряжении. А в итоге, когда выявляется лучший, так еще и награждается чем-то столь масштабным!

– Такого нет ни в одной Академии магии! – Подхватил Стив. – Нэри-Вьенцы уже который год от зависти лопаются. Их директор Гвидиче, скряга, и не дотягивает даже до магической улитки Директора Хэйгарта!

Последнее Стив сказал чересчур громко, как будто директор Хэйгарт мог его сейчас слышать. На удивление любой студент, кто услышал это, громко воскликнул решительно: «Да!». Впрочем, как и Лэнс с Фрэей. Поскольку мы с Каем промолчали, все уставились на нас. Пришлось тоже «да» -кнуть. Только после этого Стив продолжил.

– Так вот, этот Гвидиче неоднократно выносил на собрания директоров вопрос о провидении Хэллоуина с таким же масштабом и в их Академии. Но его никто не поддерживал, потому что необходимо вложить много силы для того, чтобы заклинания сработали на их земле.

– А Окумурийцы во главе со своим директором Акиямой даже просились к нам приехать, чтобы поучаствовать, – добавил Лэнс.

– Но все тщетно, – поддержал Стив. – Помните правила о неразглашении? Пустить магов из другой Академии и колдовать при них, значит раскрыть секреты мастерства преподавателей.

– А разве Танцевальный клуб не устраивает соревнования между Академиями и не собирается в одной из них? – Уточнила я.

– Все верно, – Подтвердил Стив, а Лэнс и Фрэя закивали. – Но танцы – это одно. Когда в Академию приезжают Танцевальные клубы, они сражаются только в танце. А в Хэллоуин все заклинания будут использоваться открыто.

– Половина учебников написаны нашими профессорами, – добавила Фрэя. – Что же касается клуба «Магистре», то внутренний обмен знаниями также воспрещен. Только соревнования. И в них каждый маг использует только знания, полученные в клубе.

– Так что все под запретом и в строжайшем секрете, – подвел итог Лэнс.

– Короче, будет весело, – заулыбался Стив.

– Мы же будем сражаться с нечестью, разве это бывает весело? – Улыбнулась я.

– Еще как! – Просияла Фрэя.

– Поскольку данное мероприятие проводится каждый год, у нас в Академии появилась своего рода традиция, – продолжал рассказывать Стив. – После мероприятия устраивается открытое голосование. Из всех существующих мифических сущностей, будь то эльф или страшный Титан, да хоть персонаж кинофильма, выбирается тот, за кого отдали больше всего голосов.

– На стенде можно предложить свои варианты, а затем и проголосовать за понравившегося персонажа, – разъяснила Фрэя.

– Сначала еще выбирали морских чудовищ, – перебивая друг друга, торопились рассказывать Стив и Лэнс. Первым взялся Стив. – В один год победил Зевс-громовержец и в тот Хэллоуин пали все! Жалко, я этого не видел!

– Я слышал, однажды даже выбрали Ктулху! – Это уже вмешался Лэнс. – Говорят, он был настолько ужасен, что стоило ему появиться, как преподаватели заблаговременно уничтожили все следы его пребывания, дабы не травмировать психику студентов.

– А это если учесть, что в то время никто с новичками не сюсюкался, и их буквально бросали с места в карьер и заставляли выживать, – довольный, словно кот, гордо заметил Стив.

Мы с Каем многозначительно переглянулись. Нет, конечно же, я бы не хотела, чтобы нас обучали настолько сурово, но все же.

– Ну, а в прошлом году все внезапно ради смеха проголосовали за Санта-Клауса, – рассказала Фрэя. – И это было так смешно…

– Народ просто падал, когда толстопузый престарелый дед с бородой с криками «Хоу-хоу-хоу» гонялся за всеми и пытался обратить всех в себе подобных.

Видимо, воспоминание было слишком ярко, потому что и Стив, и Лэнс, и Фрэя громко рассмеялись.

– Поверьте, этого не передать, – сквозь смех, заверил нас Лэнс.

– А в этом году кто будет? – Заразившись общим настроением, Кай уже не хмурился, он уже был готов участвовать.

– Этого я не успел разглядеть, – покачал головой Лэнс, вгрызаясь в свою булку. – Там уже народу полным-полно!

– Хорошо бы победил мой вариант, – Мечтательно вздохнул Стив.

Фрэя сдержано улыбнулась и лукаво взглянула на своего молодого человека.

– Ты уже третий год предлагаешь Терминатора, но его так ни разу и не выбрали, – осторожно заметила она. – Может быть, тебе стоит смириться?

– Никогда! – Жарко воскликнул Стив. – Он же круче всех! Не понимаю, как остальные этого не замечают?

– Трансформеры тоже ничего, – задумался Кай.

– Ты нарываешься! – Взорвался Стив, яростно подавшись вперед.

Кай предусмотрительно схватился за учебник, испугавшись, что покушение будет совершенно именно на книгу.

– Я просто предложил, – осторожно произнес Кай.

– Терминатор победит! Победит! – Воскликнул Стив и стал похож на маленького шестилетнего мальчика, которому только что сказали, что его игрушка не самая лучшая на свете.

– Ну, все-все, – взяла под руку Стива Фрэя. – Не переживай. Еще же ничего неизвестно. Может быть, Терминатор и победит в этом году.

– Значит, если он победит, – взяла слово я, – ты будешь Терминатором?

– Ага! – Обрадовался Стив.

– А остальные? Будете нечестью или горожанами?

– Горожанин! – В один голос заявили Фрэя и Лэнс.

– Нечисть нечистью, но практику заклинаний против тех, с кем все равно рано или поздно придется выступать, ничто не заменит, – объяснила Фрэя.

– Мне тоже не очень понравилось, – поддержал Стив. – В прошлом году, например, я был вампиром. Гиблое, надо сказать, дельце. Я больше свой язык исцарапал, нежели пустил кровь кому-нибудь еще.

– Зато была отличная тактика, – поддержала Фрэя. – После того, как Стив меня обратил, я притворялась беззащитной жертвой, завлекая студентов в ловушку. Было весело. Но вам на заметку: – это она к нам с Каем обратилась, – не верьте в эту ночь никому. Каждый хочет победить.

– Мы учтем! – Закивали мы с Каем.

– На первом курсе мне повезло побывать нежитью, – стала делиться опытом Фрэя. – Повезло – это сарказм, если кто-то не понял. Отвратительно и жутко медлительно. А этот запах, – Фрэя сморщилась, словно ощутила этот «аромат» прямо сейчас, – просто кошмар. Не считая того, что я их до смерти боюсь.

Стив расхохотался удачной шутке, мы втроем тоже улыбнулись.

– Так… зачем же ты выбрала нежить? – Поинтересовался Кай.

– Потому, что в наше время каждый Хэллоуин хоть и праздник в чистом виде, изначально в него вкладывался вполне конкретный смысл. Борьба с нечестью бывает не легка, именно поэтому наши предки применили на практике старую добрую поговорку: побыть в чужой шкуре.

– Когда ты в образе нечисти, поскольку ты ей действительно становишься на одну ночь, у тебя есть возможность изучить все ее слабые стороны. Поскольку нежить я очень боялась, я решила встретиться с ней лицом к лицу. Это помогло мне побороть страх перед ней и значительно улучшить технику боя.

– Вот в чем и прелесть быть горожанином, – подключился Лэнс. – Когда ты испытал на себе, что такое быть нечистью, бороться против них становиться намного практичнее. Ты уже знаешь, что лучше делать, а чего не делать, в чем слабые стороны. Это все очень подробно обсуждается после праздника на уроках и между студентов. Очень полезная практика!

– Кстати, об обсуждениях, – взял слово Стив, – приведу в пример вампиров: они видят немного иначе, чем люди. Тело – это оболочка, их зрение настроено таким образом, что они видят только текущую по венам кровь. Особенно, когда они голодны! А поскольку студенты обращены в вампиров, кровь других они не пьют, только обращают в себе подобных.

– А это значит, что примерно к середине ночи они уже вообще ничего не различают и способны увидеть свою жертву за сотни километров. Однако есть одно заклинание, которое ставит защитный барьер между вами и вампиром и разглядеть вашу кровь становится невозможным. Тогда-то вампир даже увидеть вас не сможет!

– Круто! – Переглянулись мы с Каем.

– Что до нежити: медлительна, если в процессе глубокого разложения, хорошо горит, так что огонь – это главное оружие. Однако если настигнет, очень сильная. Поосторожнее, – предупредила Фрэя.

– Горит? А студенты не пострадают? – Разволновалась я.

– Да не бойся ты, Рори, – надо мной посмеялись все, кроме Кая, говорила Фрэя, – преподаватели же не дураки, защитные заклинания также предусмотрены на всякий случай.

– В этом году, кстати, обещали даже гарпий! – Загорелся Стив, а потом поспешил оправдаться: – Нет-нет, я, конечно, гарпией стать не хочу. Но уровень растет!

– Стив имел в виду, что с каждым новым годом наши преподаватели расширяют варианты, – объяснила Фрэя. – Если раньше было только мелкое мракобесье, то с каждым новым годом появляются демоны и темные создания более высокого уровня.

– Впрочем, об этом вам в свое время более подробно расскажет профессор Андэра. Сейчас пока не забивайте свою голову. Лучше готовьтесь.

Фрэя улыбнулась и подмигнула нам.

– Да, детки, развлекайтесь, – поддержал Стив, а потом они вместе ушли.

Сначала мы с Каем молчали и переваривали полученную информацию. Все больше студентов забегали в столовую и с интересом обсуждали теперь уже очевидно предстоящий Хэллоуин. Обед подходил к концу, но шум толпы все усиливался. Девчонки перекрикивали парней, периодически то от одной группы, то от другой доносились смех и радостные возгласы. Все были в предвкушении.

Но вот что меня больше всего удивляло: почему Уинс никогда не рассказывал мне о Хэллоуине? Приберегал специально?

– Ну, как вам наш Хэллоуин? – Широко улыбался Лэнс.

Оказывается, пока мы с Каем потихоньку приходили в себя после того, что узнали, Лэнс за нами все это время внимательно наблюдал.

Мы с Каем снова переглянулись.

– Скорей бы пятница! – Воскликнула я.

– Не то слово! – Поддержал меня Кай. – Но… ведь можно использовать все заклинания из книги, так?

– Само собой, – закивал Лэнс.

– Тогда…, – Кай обратился ко мне, – как тебе вариант проштудировать сегодня атакующие заклинания?

– Можешь не спрашивать, ты уже знаешь ответ, – ухмыльнулась я.

– Если хотите, я могу вас тоже какому-нибудь заклинанию научить! – Предложил Лэнс. – То есть, я же третьекурсник, так ведь? А нас многому уже научили.

Лэнс слегка замялся, как будто высказав свое предложение, он рассчитывал как минимум на осуждение. Да, ему нелегко приходилось с клеймом будущего Жнеца.

Однако переживал он зря. Кай подскочил с места, словно стартующая ракета.

– И ты все это время молчал?! – Обрадовался мой друг. – Естественно да! Только да! Совсем да! Категорическое!.. Идем! Идем! Рори? Ты поела?

– Да-да, все хорошо, – смеялась я, пока Кай нетерпеливо переминался с ноги на ногу.

– Идем сначала на списки посмотрим, а потом учить заклинания! – Наметил план действий Кай. – Лэнс! Как же нам с тобой повезло!

Лэнс смущенно улыбнулся в ответ и его щеки слегка порозовели.

Дружно мы отправились в главный холл. По мере продвижения мы столкнулись с небольшим затором. Вся Академия сейчас сосредотачивалась вокруг стенда с объявлениями и столовой, поэтому пройти было сложно. До нас то и дело доносились обрывки разговоров и фраз.

– …Горгульи все забиты!..

– …Мумии тоже!..

– …Ох, мне повезло записаться призраком!..

– …Нежить! Я буду нежитью!..

– …Гарпий расхватали, как горячие пирожки!..

– …Пятикурсники забили всех вампиров!..

– …Добавились еще парочка демонов!..

– …Оборотней все разобрали!..

В общем, когда мы наконец-то выбрались из столовой, нам пришлось изрядно постараться и удержаться в коридоре. Неистовая толпа силилась отправить нас обратно. Одни только первокурсники, которым пока еще никто ничего не объяснил, явно негодовали от такого ажиотажа.

Я увидела Алису, которая скромно стояла в углу помещения и в ужасе оглядывалась по сторонам. Как и мы с Каем, в руках она держала учебник заклинаний, прижимая его к себе.

Пока мы шли, я успела заметить и Рина, который направлялся к столовой. Сначала он еще шел спокойно, и когда захваченные праздничным настроением студенты, проносились мимо и задевали его, он оборачивался и бросал в их стороны уничтожающие взгляды. Но в какой-то момент целая группа четверокурсников, словно волна, настигла Рина и снесла его, в направлении столовой. Он что-то пытался кричать, но все было тщетно.

У стенда с информацией народу было больше всего. На самом деле за толпой этот стенд было и не разглядеть. Если не знаешь точно, что он там, найти его невозможно. Все толпились вокруг, словно рой пчел вокруг сот. К сожалению, я была не очень высокого роста, поэтому бесполезно пыталась разглядеть за чьими-нибудь головами еще чьи-нибудь головы.

Кай был повыше меня, но и ему едва ли удавалось что-нибудь разглядеть. Лэнс был самым высоким, он предпринял попытки даже подпрыгнуть. Но с такой толпой сладить было сложно. Лэнс попробовал зайти с другого края, рассчитывая найти хотя бы крошечную возможность углядеть что-нибудь.

Кай решил прорываться напрямик и попытался пройти через толпу. Бесполезное дело, но он все пытался. Поскольку я была самой низенькой в нашей тройке (и не только), да и сил у меня точно не хватит, чтобы прорваться вперед через толпу, я решила пока подождать и огляделась.

Помимо радостной и многочисленной толпы студентов я заметила неподалеку профессора Шринка. Как и всегда, он был одет в спортивную форму – футболка и шорты – на голове бейсболка. Сейчас он с легкой улыбкой наблюдал за толпой, гордо расправив плечи и сложив руки перед собой.

Спустя несколько минут к нему решительным шагом подошла мисс Силбертон. Выглядела она не очень доброжелательной.

– Брюс! – Громко позвала она. – Ты что? Уже повесил списки?!

Возмущение в голосе мисс Силбертон сначала не было замечено профессором Шринком, он только лишь глянул на нее почти расслабленно, а затем снова вернулся к разглядыванию толпы. Но это длилось ровно мгновение. Потом профессор вдруг понял, что заместительница директора не в самом лучшем своем расположении духа, поэтому быстро дернулся в сторону и сразу же принял серьезный вид.

– Хе-хе, Брианна, ты же сама сказала мне, чтобы я в этом году повесил их пораньше, хе-хе, – нервно похихикивая, заметил профессор Шринк.

– Да, но не до официального собрания для первокурсников, которые естественно не знают, что происходит! – Строго заключила мисс Силбертон.

Профессор Шринк нахмурился и медленно отвернулся. Его уши начали краснеть.

– Нуу… – протянул он, нервно почесав затылок. – Списки ведь уже не снимешь, так ведь?

– Теперь уже нет! – Возмутилась мисс Силбертон и, развернувшись на каблуках, решительно зашагала в свой кабинет.

Профессор тут же напрягся, попытался даже броситься следом, но потом передумал и поник. Быстро оглядевшись, профессор разочарованно вздохнул и без особого энтузиазма поплелся к кабинету мисс Силбертон.

Значит списки, и правда, не должны были быть вывешены до официального собрания. Получается, это случайное стечение обстоятельств. Немножко обидно, ведь нам повезло узнать обо всем от Лэнса, Фрэи и Стива. А без них мы бы тоже недоумевали, с чего это вдруг все так переполошились.

Еще одна попытка штурма увенчалась разгромным провалом, Кая вытолкали наружу, и он разочарованно нахмурился. К этому моменту каким-то образом из той же толпы довольно уверенно выбрался и Лэнс. Его заметно потрепало: рубашку перекосило, где-то в районе плеча она смялась, две пуговицы были потеряны во времени и истории.

Сделав несколько вздохов, Лэнс пришел в себя. Кай все это время подозрительно разглядывал нашего друга.

– Итак, списки впечатляют! – Радостно заметил он.

– Как ты до них добрался? – Заинтересовался Кай.

– В том, что я будущий Жнец есть свои преимущества, – хмыкнул Лэнс.

Кай только больше нахмурился и спрятал руки в карманах джинсов, принявшись о чем-то усиленно размышлять.

– Кто там будет в этом году? – Поинтересовалась я.

– О вампирах и оборотнях вы уже слышали, нежить тоже, призраки, ведьмы, джины, африты… валькирии!

– Валькирии? – Удивилась я.

– Ага, – хмыкнул Лэнс.

– Они же не нечисть.

– В чистом виде эриннии тоже.

– Будут эриннии? – Удивилась я до глубины души. – То есть…

– Кто такие эриннии? – Спросил Кай.

– Древнегреческие богини отмщения, – улыбнулась я.

– Фурии, – перевел Лэнс, Кай в ответ лишь протянул длинное «ааа» и закивал. – Их не для изучения выбирают, а для веселья. Чем заниматься тем, кто неизбежно проиграл в начале ночи? Конечно же, устраивать бои!

– Кажется, я попал в рай, – мечтательно вздохнул Кай. – Кто там, говоришь? Горгульи?

– С ними надо быть начеку, – предупредил Лэнс. – Против валькирий они, правда, не сильно смогут выступить…

– Это почему это? – Стал защищаться Кай. – Они во время светового дня лишь каменные статуи, но ночью их кожа почти как камень. Попробуй, разбей!

– Валькирии – девы-воительницы. Они боролись с местного вида нечистью еще задолго до того, как что-то нормального вида цивилизованного появилось на свет.

Группка студентов только что шумно пронеслась мимо и растолкала нас в разные стороны. Пришлось собраться снова.

– Ладно: кто победит, по-твоему, валькирий? – Спросил Кай.

– Эриннии могли.

– Эриннии женского пола!

– Да расслабься ты, – рассмеялся Лэнс. – Горожанином быть в сто раз интереснее! К нежити же нужно еще привыкнуть, разобраться, что к чему. А горожанин – это словно быть собой. Плюс практика.

– Ты так говоришь, потому что уже на третьем курсе, – хмыкнул Кай. – Да и к тому же: Рори, ты полетать хочешь?

– Я? – Растерявшись, я лишь вскинула брови и улыбнулась. – Было бы не плохо, но…, судя по всему, нам вряд ли удастся куда-нибудь записаться.

– Да брось, – отмахнулся Кай.

– Боюсь, в этом Рори права, – поддержал Лэнс. – Там от силы одно-два места остались и те скоро займут. Желающих слишком много. К тому же выбор в этом году действительно большой.

– Лэнс, а какой персонаж победил в этом году? – Поинтересовалась я.

– О! Это самое интересное! – Улыбнулся наш друг. – Похоже, прошлогодняя идея всем так понравилась, что в этом году за нами будет гоняться снеговик.

Я прыснула, Кай улыбнулся.

– Ты что? Серьезно? – Удивился он.

– Поверьте мне, это того стоит, – заверил Лэнс.

– Так, стоп: – посерьезнел Кай. – Ты хочешь сказать, что снежный пухляш с морковным носом будет носиться за студентами и пытаться их обратить?

– Ага, – подтвердил Лэнс.

– И если у него получится, то мне или кому-нибудь из нас, придется тоже стать снежным пухляшом?

Я посмеялась, потому что Кай как всегда был забавным.

– Это если он в тебя попадет, – подтвердил Лэнс.

Секунда промедления и Кай вдруг резко ломанулся в толпу.

– Пропустите! Пропустите! Я должен записаться в горгульи!

Мы с Лэнсом рассмеялись, наблюдая за тем, как Кай бесполезно пытается прорваться.

– Пустите! Принц тьмы идет! Пустите!

Но толпа была неумолима, никто даже Папу Римского не пропустил бы, не говоря уже о Принце тьмы. В будущем.

– Кай, перестань, – хохотала я.

– Да ну, я не хочу быть снеговиком! – Нахмурился Кай и снова попытался штурмовать толпу.

– Так, Кай, спокойно, – не переставая улыбаться, говорил Лэнс. – Я же третьекурсник, я знаю много полезных заклинаний. Они мощные и действенные, чтобы свалить любого снеговика!

Кай бегло глянул на Лэнса, видимо, прикидывая насколько данный вариант может ему подойти, а потом снова ринулся в толпу с криками: «Принц тьмы хочет пройти! Я только посмотреть! Разойдись!».

Мы с Лэнсом снова посмеялись, а потом взяли Кая за руки и потащили за собой.

– Но ведь ты не имеешь права учить нас заклинаниям своего курса! – Строго напомнил Кай, все еще подозревая какой-то подвох.

– Так я и не собираюсь учить вас заклинаниям из курса, – хмыкнул Лэнс и Кай почти сдался, повиснув на нас.

– Идем, Принц тьмы, – похлопала по плечу я. Кай уже не сопротивлялся. – Прежде, чем пугать народ своим статусом, тебе еще надо сначала научиться быть Принцем тьмы.

– Ага, – поддержал Лэнс. – Не забывай: ты пока получил только учебник по заклинаниям первого курса. Это мало кого может напугать.

Кай тут же резко и ревностно глянул на Лэнса. Признаю, это было нечестно, использовать данное обстоятельство против Кая, ведь он так переживал из-за того, что мы очень мало знаем. Но в данный момент это сыграло свою роль, и Кай смирился с тем, что в этом году толпу он штурмовать не сможет.

Вся надежда на следующий год.

Впрочем, думаю, не малую роль сыграло предложение Лэнса. Все-таки третьекурсник, предлагающий обучить нас мощным и действенным заклинаниям, это весомый аргумент. Времени тратить нельзя! Пятница уже не за горами!

Ох, как же мне нравится здесь учиться!

Глава 2

Ажиотаж не спадал, а наоборот, только возрастал. Всем уже было далеко не до учебы, поэтому, как только занятия закончились, Академия превратилась в один сплошной шум. Студенты радостные бегали по коридорам, торопились в библиотеку набрать побольше книг по заклинаниям (Кая приходилось держать в четыре руки, чтобы он не бросился следом), разрабатывали план действий.

Поскольку мы были первокурсниками, после обеда у нас пар не было. По счастливой случайности у Лэнса сегодня тоже был полусвободный день. По какой-то причине занятия по Демонологии отменились, и наш друг был рад оказать нам непосильную помощь в освоении магии, до которой нам еще учиться и учиться.

Мы выбрали для тренировок свободную аудиторию на четвертом этаже, руководствуясь наставлениями профессора Ливанталь. Даже если от нашего с Каем энтузиазма что-нибудь пойдет не так, помещение защищено специальными заклинаниями и Академию мы не разнесем.

Конечно же, мне не терпелось приступить к тренировкам, я была вся в предвкушении. Но вот Кай был готов к бою. К настоящему бою, а не к тренировке. Несмотря на то, что сейчас нас собирался обучать Лэнс, мой лучший друг все никак не мог расстаться с книжкой. Впрочем, она по какой-то причине как будто бы давно стала частью Кая, совершенно ему не мешая.

Погода сегодня была на редкость пасмурной. Небо было затянуто густыми, серыми тучами и почему-то с каждой минутой становилось все темнее. Ветер за окном кренил деревья к земле, поэтому вдвойне было приятно находиться в теплом, уютном помещении.

Мы зажгли свет, и Лэнс поспешно закрыл дверь. Второкурсники только что шумной толпой пронеслись мимо кабинета и чуть не снесли весь наш класс, не то, что дверь. Судя по тому, что мне удалось услышать, они обсуждали тактику ближнего боя, а одна девушка сильно радовалась, что ее парень, пятикурсник, будет вместе с ними.

– Итак, – радостно хлопнув в ладоши, Лэнс огляделся. – Начнем, пожалуй, с самого главного.

Когда он сотворил почти невидимые глазу заклинания, и его зеленая мана быстро растеклась по классу, волшебным образом расставляя парты и стулья в кабинете так, чтобы они нам не мешались, я заметила, что ладонь Лэнса немножко дрожит. Похоже, он нервничал из-за того, что станет для нас учителем.

– Раз уж мы будем с вами практиковать магию, нам понадобится цель, – стараясь говорить как можно увереннее, Лэнс сотворил любопытное заклинание, состоящее из двух и более символов, что говорило о более высоком уровне сложности, а затем на противоположной от нас стороне возникла довольно забавная фигура. Это было что-то вроде манекена, но стоял он смешно, да и одет был в клетчатую рубашку и соломенную шляпу, отчего больше походил на пугало.

Вместо глаз у него были пуговицы, а через все лицо тянулась широченная улыбка. Рассмотрев получше это пугало, мы с Каем переглянулись и рассмеялись. Лэнс только ухмыльнулся.

– Так, не смеяться перед лицом врага, – наказал он.

Да, враг у нас сегодня просто потрясающий. Всем бы врагам такими быть и необходимость в сражениях отпала бы сама собой. Ни один враг не выглядел так глупо и доброжелательно, как это пугало.

– Лэнс, ты хотя бы видимость создал какой-нибудь грозности, – предложил Кай.

Лэнс задумался на секунду, а потом сколдовал еще одно заклинание, выстрелив им в нашего врага. Поменялось только выражение лица. У пугала появились брови, которые сдвинулись к переносице, улыбка превратилась в злобный оскал. На общем фоне выглядело это еще забавнее, чем доброжелательная улыбка.

Мы снова рассмеялись, теперь и Лэнс вместе с нами.

– Я как-то привык к «добряку», – сообщил он.

– Как-как? Добряк?.. – Сквозь смех уточнил Кай.

Еще немножко посмеявшись над сотворением врага, мы дружно выдохнули и вернулись к делу.

– Так, ладно, я попробую, – вызывался сразу же Кай.

Впрочем, если бы даже захотел вызваться кто-нибудь другой, сейчас будущего Принца тьмы ничего не могло остановить.

Выступив вперед, Кай сосредоточился, нетерпеливо произнес: «Продисэро», на его ладони вспыхнули голубовато-синие символы, сформировавшись в заклинание сферической формы, а потом Кай, что есть силы, отправил его в сторону врага.

Манекен вздрогнул, взмахнул руками от удара, что на наш с Лэнсом взгляд выглядело забавно.

– Очень даже не плохо! – Поддержал Лэнс. – Над техникой может быть стоит слегка поработать…

Попытка подкорректировать действия Кая увенчалась полным провалом. Сейчас было не до корректировки, Кай вообще ничего не видел и не слышал. У него была только одна цель.

В его ладони то и дело начали вспыхивать различные заклинания. Многие я узнавала из книги, какие-то были мне не знакомы, и тогда я корила себя за то, что плохо изучила свой учебник. Вон Кай как уже ими владеет. Это я как собираюсь соответствовать? Нужно срочно выучить учебник наизусть!

– Эээ… Кай… – бесполезно пытался дозваться до него Лэнс.

Но Кая ничего не останавливало. Еще серия из группы разрушительных атакующих заклинаний (благо хоть базовых, а то бы малой кровью не обошлось), и бедный манекен разлетелся на мелкие кусочки.

Только после этого Кай успокоился, отдышался и повернулся к нам.

– Ну как? – Широченно улыбаясь, спросил он.

– Убийственно, – одновременно заметили мы с Лэнсом, а затем посмеялись.

– Вообще-то суть манекена не в том, чтобы его забить до смерти, – стал объяснять Лэнс. – Нужно просто на нем практиковаться.

– А! – Удивился Кай. – То есть мы не на уничтожение работаем?

Я похихикала, а Кай зарделся румянцем.

– Это стандартные манекены, которые используются при отработке простых заклинаний, – объяснил Лэнс. Параллельно с этим он создал нового грозного врага, немножко отличавшегося от предыдущего. – У вас во втором семестре отработка начнется.

– Хм, – улыбнулся Кай, спрятав одну руку в кармане. Во второй все еще был учебник. – Хорошо, что я не на уроке все разнес.

– Это моя вина, – заметил Лэнс. – Я плохо объясняю. Но, если так подумать: будь то настоящий враг, а не манекен, твоя тактика была бы идеальной.

Кай тут же расслабился и расплылся в довольной улыбке. На самом деле, думаю, Кай бы и на занятиях так же действовал. Ему не терпелось, это не то слово! Да и я уже была готова забрасывать свою жертву заклинаниями.

– Так, ладно, – откашлялся Лэнс. – Поскольку на третьем курсе мы уже начали изучать основу заклинаний, теперь мы можем придумывать собственные заклятия. Я сейчас покажу вам одно из них. Оно достаточно мощное при правильном применении. Плюс… – Лэнс снова кашлянул, – дает двойной эффект. И Авроре очень пригодится.

Кай тут же нахмурился и потребовал:

– А мне что? Не подойдет?

– Дело не в этом. Просто у Авроры белая мана, из-за этого эффект будет более мощным.

– Показывай, – потребовал Кай, пожалев, что потратил целых несколько секунд на разъяснения.

Лэнс снова сперва откашлялся.

– Вообще-то свои заклинания учат создавать только на четвертом курсе, но мне не терпелось, – объяснился он.

– Ничего удивительного! – Поддержал тут же Кай. – Мы всегда находим друзей, похожих на себя, правда, Рори?

Кай улыбнулся и подмигнул мне. Это было приятно услышать от него. Лэнс тоже немножко засмущался, его щеки порозовели.

– Ага, – поддержал он и снова кашлянул. – В общем, запоминайте: «Милитум солар», – произнес Лэнс.

Заклинание создалось сразу же. Хитросплетение неизвестных мне ранее знаков выглядело просто потрясающе. Магический шар мгновенно отправился в сторону своего врага, и вот тут-то началось кое-что интересное.

Когда до манекена оставалось не больше метра, заклинание вдруг резко изменилось. Формула стала другой, а эффект, которого мы ждали (как я думала, заклинание должно было просто ударить противника), так и не сработал. Зато заклинание внезапно вспыхнуло и ударило в манекен мощной и сбивающей с ног вспышкой света.

Через мгновение уже все стихло, а манекен из злобного сделался обиженным. Все-таки у Лэнса отличное чувство юмора.

– Вот это просто великолепно! – С особой тщательностью выговаривая каждое слово, заметил Кай.

Лэнс смущенно улыбнулся в ответ.

– Спасибо, – кивнул он. – Я создал это заклинание специально. В основе лежит формула боевых заклятий, но таковым по сути не является. В схватке очень многое определяет сообразительность и вовремя правильно распознанное заклинание. Противнику нужно время, чтобы определить первоисточник и тогда он будет действовать, применяя либо контрзаклинание, либо щит.

– Но вся прелесть в том, что боевое заклинание в основе – это камуфляж. Когда противник сообразит что-то сделать, оно уже ударит вспышкой света и таким образом можно выиграть время.

– Лэнс – ты просто гений! – Похвалила я.

Лэнс улыбнулся.

– Да я… у меня просто много свободного времени, – смущенно отмахнулся он. – Попробуете?

– Я ждал, когда ты это скажешь! – Рванулся скорее вперед Кай. – «Милитум солар»! – Не медля ни секунды, воскликнул он.

Несмотря на то, что энтузиазм Кая мог с легкостью сдвинуть планету, создать заклинание сразу же у него не получилось. Но это же Кай, когда он вообще сдавался? Принявшись изо всех сил стараться, Кай нахмурился и еще раза четыре прокричал «Милитум солар», пока наконец не услышал, как его зовет Лэнс.

– Эээ… Кай! – Перекрикивал его Лэнс. – Я еще не сказал кое-что! – Кай замолчал и посмотрел на Лэнса в нетерпении. – В этом заклинании ты используешь сразу и визуализацию, и речь. Поэтому при визуализации нужно представить два состояния символа: первое – два символа, – Лэнс быстро сотворил на своей ладони, лежавшие в основе символы боевого заклинания, – и вспышку.

Над ними тут же вспыхнул более яркий символ, который активировал столп света.

Кай быстро изучил все, что было представлено, я тоже стала запоминать плетение, чтобы потом самостоятельно воспроизвести это заклинание. Пока Лэнс давал нам время все правильно запомнить, Кай уже все схватил.

– Понял, – кивнул он.

Еще мгновение и в его ладони появился нужный символ. Вот ведь он все ловит на лету.

После того, как заклинание было создано, Кай незамедлительно выстрелил им в манекен. Ровно, как и заклинание Лэнса, символ достиг определенного места и вспыхнул ярким светом.

Возможно, мне только показалось, но, по-моему, у Кая заклинание получилось более мощным. Полагаю, это все из-за рвения и неудержимого желания, но не думаю, что здесь обошлось без его неординарных способностей.

– Ты! Просто мастер! – Воскликнул удивленный Лэнс, во все глаза наблюдая за результатом. Вообще-то после того, как заклинание достигло манекена, наш противник немножко задымился. – Даже я, придумав это заклинание, создавал его два дня!

Кай ухмыльнулся, довольный сам собой.

– И не зря, отличное заклинание, – похвалил он. – Еще есть?

– А Аврора? – Напомнил Лэнс обо мне.

– Ну, я пока попробую, – предложила я, – а вы обсуждайте следующее.

Кай сделался виноватым и тихо шепнул мне: «Извини, увлекся», когда я выходила вперед. Я лишь отмахнулась, давая понять, что не в обиде. Я его понимала. Когда с такой легкостью дается создание более сложных заклинаний, простейшие заклятия первого курса – это просто тоска зеленая.

Сосредоточившись, я принялась за дело. К сожалению, даже моего желания и особенной маны не хватило, чтобы создать заклинание Лэнса так же быстро, как это получилось у Кая. Поэтому мои попытки несколько растянулись.

Сначала Лэнс и Кай еще наблюдали за мной, ожидая немедленного результата. Но после пятой попытки они отвлеклись на разговор.

– Как же ты научился создавать заклинания без учебников? – Поинтересовался Кай.

Думаю, он уже сам строил планы, как займется этим на досуге.

– Так получилось, – пожал плечами Лэнс. – Когда я понял суть, лежащую в основе, все встало на свои места. Есть некоторые моменты, которых я не знаю, поэтому не могу создавать заклинания выше второго уровня. Но и второй уровень уже не плохо.

Лэнс ухмыльнулся, намекая на заклинание, которое мы практиковали. Точнее, пыталась практиковать я, Кай его уже освоил.

– Но я слышал, чтобы создавать заклинания, нужен определенный уровень маны, – вспоминал Кай. – Мне отец рассказывал, что мана развивается по принципу геометрической прогрессии. Если, конечно, ты ее развиваешь. И в ее создании существуют определенные уровни. Первый базовый есть у всех, даже у тех магов, кто о мане не подозревает.

– Дальше второй уровень, он проявляется после определенного количества заклинаний, которые ты можешь создать с помощью маны. Но нужно управлять маной, ее потоками, циркуляцией. Это как кровь, застаиваться она не может, иначе идет разрушение. Ее нужно все время подпитывать…

– Ты слишком много знаешь о мане для первокурсника, – заметил Лэнс.

– Я давно мечтал сюда приехать, – заметил Кай. – Скажи, чем вы занимаетесь на «Управлении маной»?

Лэнс загадочно улыбнулся.

– О, нет, не скажу, – покачал головой он. – Вы к этому сами придете.

– То есть уборку вы преодолели, так ведь? – Хитрил Кай.

– Я молчу, – не поддавался Лэнс.

Кай подозрительно сощурился и стал сверлить Лэнса взглядом. Даже я отвлеклась, надеясь на пронзительный взгляд будущего Принца тьмы. Вдруг это поможет и Лэнс нам все расскажет?

Этот вопрос был не лишен смысла. Как бы мы не старались и что бы ни делали, нам так и не удалось разобрать этот злополучный зал. И каждое занятие по управлению маной заканчивалось все тем же. То есть ничем.

Зал был явно зачарован, и разобрать его было не реально. Но зачем мы каждый раз это делали, я понятия не имею. Не было в этом смысла, даже когда мы попытались использовать магию и разобрать все с помощью заклинаний.

Во-первых, ни одно из известных заклинаний не сработало, а во-вторых, то ли специально, то ли нам уже просто кажется, но после этой жалкой попытки хлама в зале заметно прибавилось.

Тогда что же надо было такое сделать, чтобы, наконец, преодолеть это испытание? И было ли это настоящим испытанием?

– Значит, заклинаниям ты нас учишь, а в этом помочь не собираешься, – заключил Кай.

– Слушай, – ухмыльнулся Лэнс. – Это необходимо, каждые первокурсники через это проходят. Мы, к примеру, убирали этот зал весь первый год.

– Год?! – Воскликнул Кай. – Да мы же так никогда ничего не выучим!

– Тогда соображайте быстрее, – хмыкнул Лэнс.

– Бедный Рин, – вспомнила я. – Если он узнает, что ближайший год будет мыть полы по средам…

Кай улыбнулся.

– Переживет, – заметил он. – Ему полезно, кстати говоря. Лучше бы он продолжал их каждый день мыть, а то ему теперь хватает сил, чтобы на ком-нибудь срываться. Он меня бесит, когда зазнается!

– Привыкай, – улыбнулась я.

– И что это должно значить? – Нахмурился Кай.

– Если Эсти метит в твои принцессы, то тебе придется терпеть кое-что похуже, – рассмеялась я.

– Да она может метить в кого угодно! – Воскликнул Кай. – Ни один человек в здравом уме не решится общаться с ней добровольно!

– Кай, – посерьезнела я, – нельзя так говорить.

– Вообще-то именно благодаря ей все знают про Малышку Рори, – хмыкнул мой друг.

Я сделала глубокий вздох и поникла.

– Я и не говорю, что она мать Тереза.

На самом деле Эсти, и правда, сильно усложняла всем жизнь. Собрания клуба «Магистре» после случившегося с Мелиндой стали намного скучнее. В основном все сводилось к тому, что Фрэя и еще несколько магов тренировали потенциальных участников ежегодных соревнований между клубами. И тогда-то Эсти и расходилась своими речами на тему, как к ней жизнь несправедлива и что ей бы давно пора заиметь свой собственный трон.

О ритуале единения с природой больше никто не вспоминал. Уж не знаю, связано ли это было с неудачной попыткой или же после того, что сделала Мелинда, мы больше не могли к этому возвращаться. Но спрашивать я не решалась.

Ладно, что-то я отвлеклась от самого главного, а именно – практики.

– «Магистре» всегда был сильным клубом, – заметил Лэнс. – Пока во главе были ребята-старшекурсники.

– Я надеюсь, это не означает, что девчонки не умеют управлять им достойно? – Покосилась на Лэнса я.

– А что? Разве похоже, что у них это получается? – Ухмыльнулся Кай.

– Ладно, соглашусь, может быть Эсти и… слегка заносчива…

– Слегка?! – Воскликнул Кай. – Если это слегка, то я представляю, как она разойдется, если ее разозлить. Баргест просто пушистый щеночек!

– Я не об этом, – отмахнулась я. – Как на счет Фрэи?

– Да она тоже не очень, – пожал плечами Кай.

– Она сильна! – Заметила я. – Ты просто не видел, как они сражались в ту ночь! Фрэя заслуживает быть на своем месте. И управляется она со всем ничуть не хуже.

– Со всем, кроме Эсти, – напомнил Кай.

– Как будто ты бы смог справиться с ней лучше, – заметила я.

– Я бы с ней вообще не церемонился! Я бы ее выгнал и все. Пусть сидит со своей королевской кровью где-нибудь подальше от меня.

– Кай, так нельзя говорить.

– Только не говори, что тебе ее жалко, – нахмурился Кай.

– Причем здесь жалость? Мне просто не нравится, когда ты становишься слишком жестоким, – объяснила я.

Кай вздохнул и пару минут молчал.

– Ладно, извини, – улыбнулся он. – Я был не прав. Она, конечно, заносчива, самовлюбленна, достает всех своей королевской кровью, но не мне судить ее. Потому что у всех свои недостатки, даже у меня.

Я улыбнулась ему в ответ.

– Просто ангелочек, – похихикала я.

– Что не сделаешь ради похвалы, – хмыкнул Кай. – Ты будешь заклинание создавать, или нет?

– Я, видимо, что-то не так делаю, – нахмурилась я, вернувшись к главному, стараясь проанализировать свои действия. – «Милитум солар»! – Снова попробовала я и снова не получилось.

Кай вздохнул и подошел ко мне поближе.

– Во-первых, как ты стоишь? – Заметил он. Я, и правда, стояла кое-как, но разве это важно? – У тебя должна быть твердая позиция, чтобы ты от заклинания сама не свалилась. Поставь ноги прямо.

Я последовала его совету и заняла более устойчивую позицию. Хотя его комментарии заставляли меня смеяться. Кай всегда меня смешил своей серьезностью.

– Теперь руки, – встал сзади меня он и, взяв их за запястья, стал поправлять. – Как ты их держишь? Ты как будто осторожно не хочешь случайно кого-то ранить. Ты думаешь, все такие хорошие, как ты? Может быть, тот, кто тебя знает, еще и не станет тебя атаковать. Но враг на то и враг, что ты должна быть твердыней. Поувереннее, Рори.

– И потом, когда ты произносишь заклинание, ты не кошку гладишь по шерстке, – заметил он, а я все продолжала хихикать, – тверже, ты должна быть уверенной в своих словах. Как будто от их произношения зависит их сила. А какая сила у робкого «ня-ня-ня»?

– Перестань, – хохотала я.

– Ты как будто не сестра Уинстона Бэлла, – заметил Кай. – Он разве не учил тебя этим азам?

– Поскольку ему было запрещено из-за возраста меня учить, особо нет, – призналась я. – Была в основном теория.

– Но разве ты за ним не наблюдала, как он колдует? – Уточнил Кай.

– Вообще-то… – я стала вспоминать, как колдует мой брат, – когда он брал меня с собой на задания, это было совсем не так, как здесь. Он дрался с гигантскими монстрами, быстрыми, ловкими, непобедимыми. Я редко замечала, чтобы он занимал какую-нибудь стойку, потому что в основном мелькал, словно ветер, применяя сотни заклинаний в минуту.

– Я помню, как однажды ему поручили избавиться от голема, который вырос настолько большим, что стал неуправляемым. Знаете, все как в той легенде о Пражском големе. Так вот он достиг таких огромных размеров, что к нему уже было не подобраться. Так мой брат добирался до головы голема, словно по винтовой лестнице, используя собственные заклинания в виде временных ступенек.

Закончив, я посмотрела на Кая. Его непоколебимая уверенность куда-то делась, сейчас он выглядел обескураженным и растерянным. В знак поддержки я глянула на Лэнса, надеясь найти объяснения замешательству Кая, но увидела на лице Лэнса то же самое.

– Ты отлично стоишь, – отмер, наконец, Кай и отступил от меня. – Продолжай.

Он нервно улыбнулся.

Вот черт!

– Кай, я не имела в виду, что ты плохо учишь, как раз наоборот, – попыталась объясниться я. – Я просто хотела сказать, что мне до брата слишком далеко. Поэтому я рада, что вы меня учите.

Кай и Лэнс вяло улыбнулись. Их, похоже, это ничуть не подбодрило. Да, зря я рассказала про голема. Это был один из тех моментов, когда я просто стояла и во все глаза наблюдала за братом с разинутым ртом.

Да, Уинс был очень сильным и умным. Поэтому мне так хотелось уже сдвинуться с мертвой точки и приняться за настоящее дело. Вот именно! Это правильный настрой! Надо уже собраться и как следует постараться! Что я стою тут какие-то позиции правильные пытаюсь найти? Дело не в позиции, дело в моей уверенности и твердости намерений.

Мой брат – Уинстон Бэлл, а я не могу заклинание второго уровня создать? В конце концов, у меня белая мана, сильные друзья, у меня нет права позволять даже мысль о том, чтобы быть слабее.

Собравшись, я как следует сосредоточилась на своей цели, приняла все советы Кая, сделала глубокий вздох, четко представила все нужные заклинания и громко произнесла:

– Милитум солар!

Сработало!

Заклинание появилось с секундной задержкой, но все же вспыхнуло у меня на ладони, а потом резко выстрелило в сторону манекена. Поскольку моя мана была белой, даже заклинание до того момента, как взорваться вспышкой, уже было невероятно ярким.

И вот тут-то я и осознала, что сейчас последует. Я только воздуха в грудь набрать успела, отвернулась и резко зажмурилась, а мое заклинание вспыхнуло ярчайшей из всех вспышек света.

Ничто не помогло, у меня перед глазами тут же заплясали пятна. Я растерла глаза пальцами, попытавшись прийти в норму, но на это потребовалось слишком много времени. Прошло, наверное, несколько минут, когда я наконец-то смогла хоть что-то разглядеть.

Кая и Лэнса я услышала не сразу. Просто поняла, что что-то не так.

– Мои глаза! – Схватившись за лицо, буркнул Кай.

– Ой, черт! – Зажмурившись, вцепился в свои глаза и Лэнс, попятившись назад.

Если бы он не уткнулся в столы позади себя, он бы точно свалился. Хотя из-за них он тоже споткнулся и чуть не рухнул на пол.

– Простите, – тут же извинилась я. – Вы в порядке?

– Лучше не бывает! – Заверил Лэнс, все еще не отрывая ладони от глаз. – Видишь! Я же говорил, что тебе это заклинание будет полезным.

– Да, спасибо, – кивнула я. – Кай?

– Что? – Буркнул он.

– Ты… в порядке?

Он что-то промычал сначала, усиленно растирая глаза, а потом ответил.

– Скажем так: я начинаю понимать, что значит быть Джозабэль Бэйн, – заметил он.

– Ой! – Испугалась я.

Отлично! Лучше бы я думать научилась, прежде чем магию использовать! Как можно было так опрометчиво взяться за создание такого заклинания? Ведь знала же, что мана белая, Лэнс сказал, что именно мне это заклинание будет полезным…

Сделав глубокий вздох, я решила: да, я напортачила. Ну и что теперь? Нечего тут ругать саму себя! Этим делу не поможешь.

– Кай, дай мне книгу! – Попросила тут же я.

– Книгу? – Сначала не понял он. – Что? Зачем тебе книга?

Теперь уже в голосе Кая слышалась небольшая ревность и подозрительность, как будто я хотела его учебник как минимум похитить.

– Не волнуйся, я тебе его верну, – уверенно пообещала я, и только после этого Кай нехотя протянул мне свой учебник.

Да, несмотря на обстоятельства, он успел зажать книжку по заклинаниям у себя подмышкой.

Меня изнутри снедало колоссальное чувство вины и разочарование, но я сосредоточилась на идее исправить ситуацию. В конце концов, мы ведь живые люди, все совершаем ошибки. Главное – извлечь урок и попытаться исправить то, что натворил.

А я смогу все исправить, в этом я не сомневалась.

Уж не знаю почему, но из всех разделов учебника, которые я изучала этой ночью, более подробно я остановилась именно на заклинаниях исцеления. Конечно, пробовать применять их, смысла не было, я была абсолютно здорова. Но к моему счастью, это оказалось полезным.

Найдя нужный раздел, я тут же сосредоточилась на запоминании правильных символов. Я их и так уже запомнила, просто не хотела все испортить. Я ведь сильно переживала из-за случившегося, могла что-нибудь ненароком напутать.

– Так, – я подошла к ребятам и подвела их ближе друг к другу, – опустите руки.

Лэнс и Кай так и поступили. Каждый жмурился так, будто яркость источника света по какой-то причине расположился у них под веками.

– Кай, открой глаза, – попросила я.

Кай послушался и с трудом разлепил веки. Мне стало не по себе, когда вместо привычной насыщенной синевы я увидела блеклые серые почти бесцветные радужки. В одно мгновение меня пронзила паника и страх, нижняя губа задрожала…

Нет, нельзя. Никто не может им сейчас помочь. То есть можно, конечно, их отвести в лазарет. Но ведь я – маг, элементалист, и у меня есть нужное заклинание. Я справлюсь.

Сделав глубокий вздох, я на мгновение порадовалась, что Кай меня сейчас не видит, и принялась создавать заклинание. Оно было достаточно простым, поэтому я применила визуализацию. Яркий свет, несмотря на явную слепоту Кая, заставил его слегка прищуриться.

После того, как заклинание было создано, я тут же поднесла его к глазам Кая и принялась исцелять. Теплый белый свет окутал его лицо, воздух наэлектризовался и нагрелся, словно от летних лучей полуденного солнца. Кай слегка поморщился, как будто боялся, что сейчас будет больно, но ничего такого не последовало.

Сначала мой друг еще был напряжен, но потом, когда понял, что мое заклинание работает, стал расслабляться. Когда исцеление стало подходить к концу, его свет погас, и я снова смогла видеть глаза моего друга. К ним потихоньку возвращался цвет и когда моя белая мана совсем угасла, глаза Кая уже наполнились синевой.

Моему другу потребовалось время, чтобы прийти в себя. Он принялся моргать и растирать переносицу, а я пока подошла к Лэнсу и стала лечить и его. Исцеление прошло в полнейшей тишине, но когда я закончила, и все вернулось в норму, я словно скинула с себя недюжинное напряжение.

– Спасибо, – поблагодарил Кай.

– Да, спасибо, Рори! – Поддержал и Лэнс.

– За что? – Сделалась виноватой я. – Я же вас зрения лишила.

– Но ты его вернула, – спокойно заметил Кай.

Мне как-то стало спокойно от тона его голоса. Еще мгновение назад я была готова впасть в уныние и заняться самобичеванием, но Кай как будто точно знал секрет спокойствия и передал его мне. Я выдохнула последнее напряжение и улыбнулась.

– Это, наоборот, очень даже здорово! – Поддержал тут же Лэнс. – Вот если бы мы бегали в Хэллоуин, и ты вдруг сколдовала это заклинание, а никто не знал, как оно работает, вот это была бы проблема.

– Да! – Взял слово и Кай. – У нас времени не было! Мы бы проиграли! А так мы знаем к чему быть готовыми!

– Плюс у нас в арсенале мощное оружие! – Добавил Лэнс.

Я смущенно улыбнулась и покраснела. Да уж, оружие из меня вышло еще то.

– Спасибо. Но я, пожалуй, приберегу свой энтузиазм.

– Это почему же? – Удивился Лэнс.

А потом щелкнул пальцами, между ними пробежалось несколько магических искр, а потом в его ладони появились солнцезащитные очки в количестве трех пар.

– И нет проблем, – пожал лишь плечами он.

– Супер! Они модные! – Взял свою пару Кай и тут же надел. – Ну как я? Похож на модель?

Я тут же рассмеялась.

– Нисколечко, – покачала головой я. – Ты в сто раз круче!

Кай тут же заулыбался и принялся принимать различные позы и образы. Я лишь снова расхохоталась.

– Так что не переживай, – надел свои очки и Лэнс.

– Вспышка яркая, – напомнила я, посерьезнев.

– Так и очки не простые. Они зачарованы от любого света.

– Да! Покажи класс, Рори! – Поддержал Кай.

Все-таки я люблю магию.

– «Внезапно зазвучал громкий и настойчивый голос мисс Силбертон по громкой связи. – Уважаемые студенты! – Сегодня в восемь вечера состоится собрание, посвященное празднованию Хэллоуина. Явка всех обязательна. Не опаздывать!».

– Это она, наверное, расскажет про правила и саму игру первокурсникам, – прокомментировал Лэнс. – Мы тогда еще немного позанимаемся… – стал смотреть на время он, – ух, ты елки! Без пяти семь!

– Уже? – Переглянулись мы с Каем.

Лэнс ничего не сказал, лишь мгновение подождал, пока Кай схватит свой учебник со стола, где я его оставила, а затем одним движением руки расставил все столы и стулья по своим местам. Ох, как мне не хватало этого заклинания раньше.

– Идемте скорее, – поспешил выйти из аудитории Лэнс.

– О, кстати, Кай! – Обернулась я. – Забыла тебе сказать! Ты вчера так быстро ускакал с заклинаний…

– Ты вчера тоже быстро ускакала с заклинаний, – напомнил Кай. – Я же тебя с собой утащил.

Он улыбнулся.

– Да, но ко мне вечером зашла Эни и сказала, что завтра мы поедем в город.

– Мы?

– Наша группа.

– Зачем? – Нахмурился Кай.

– А вас что? Еще не вывозили? – Удивился Лэнс. – Всех периодически вывозят. Перед Хэллоуином так всегда, многим нужно пополнить запасы.

– А там что за город? Колдовской? – Заинтересовался тут же Кай.

– Что-то вроде этого, – хмыкнул Лэнс, и рассмеялся. – Нет, обычный город. Просто канцелярию обновить и прочее.

– Это не интересно, – отмахнулся Кай. – Хотя мне определенно понадобится кое-что.

Больше разговор мы не продолжали, влившись в совершенно ошалелый поток учащихся. Все только и делали, что обсуждали предстоящий Хэллоуин. Как-то даже целесообразность собрания терялась.

Впрочем, послушать еще раз обо всем я была даже не против.

Глава 3

Поскольку я была первокурсницей и училась только два месяца, я не могла составить единое мнение о том, как обычно проходят общие собрания для всех студентов Академии. Но судя по тому, что я видела раньше, могу сказать, что сегодняшнее собрание не укладывалось ни в какие рамки приличия.

Никто никого не слушал, все болтали и шумно обсуждали предстоящий Хэллоуин. Одни взахлеб делились заклинаниями, которые сумели разучить или создать, другие радовались возможности побыть нечестью. В общем и целом мало кому было нужно это собрание, особенно учитывая тот факт, что оно проходило примерно так: мисс Силбертон начинала свою речь, сначала ее еще можно было расслышать. Затем толпа слишком бурно реагировала на ее слова и пояснения тонули в нарастающем гомоне.

Да, если бы нам с Каем обо всем не рассказали Фрэя, Стив и Лэнс, не уверена, что мы хоть что-нибудь поняли из сегодняшнего собрания. Даже оставшиеся все еще в неведении студенты уже более или менее разобрались, что здесь к чему.

Я имела в виду, например, Рина. Поскольку он продолжал злиться на всех и вся по поводу и без повода, шум вокруг его раздражал и утомлял. Но, хочешь не хочешь, когда тебе буквально кричат в ухо, слушать будешь.

Рин занял место на ряд впереди и почему-то считал, что если он сядет со скромной девушкой с третьего курса, его это спасет. Он еще в тот момент, когда зашел в зал примерно без пятнадцати восемь сменил три места из-за шумного соседства. Но у скромной девушки оказался очень звонкий и громкий голос, а еще ее друзья сидели через два ряда от нее.

В общем, собрание должно было быть благополучно сорванным, однако было то, что могло заставить смолкнуть всех. Чем и воспользовалась мисс Силбертон.

– А теперь о награде, – произнесла она и медленно улыбнулась. Зал, и правда, затих так, будто все внезапно быстро разошлись. – Как вы помните, по традиции награда будет на выбор. Либо автомат по всем дисциплинам, либо «кот в мешке». Вы все отлично знаете, что о призе узнает победитель в день награждения, потому традиции я нарушать не стану. Однако не могу не отметить: в этом году приз будет ну очень ценным.

Стоило мисс Силбертон закончить, как зал буквально взорвался. Такую новость стоило обсудить. Предположения посыпались со всех сторон, и только мисс Силбертон скривилась в недоброй улыбке и, медленно обернувшись, бросила злой взгляд в сторону профессора Шринка. Тот все собрание сидел на своем стуле, вжав голову в плечи, красный как помидор. А мисс Силбертон одаривала его подобными взглядами с регулярной периодичностью.

– Это магический питомец?!

– Оберегающий талисман?!

– Шар прорицания?!

– Зелье вечной молодости?!

Студенты перекрикивали друг друга, как могли, как будто кто-то устроил соревнования по самому громкому крику. Наша группа поблизости, конечно, тоже не отставала, но – честно слово! Как же было шумно!

Какое-то время мисс Силбертон молча наблюдала за толпой и наивно полагала, что сейчас все поговорят и успокоятся. Но не тут-то было. Чем больше она молчала, тем громче набирала обороты толпа. Многие уже даже повскакивали со своих мест, кто-то принялся демонстрировать заклинания. Никому не было абсолютно никакого дела до преподавателей на сцене.

Подождав некоторое время, мисс Силбертон шумно вздохнула. Ничего в ее поведении, казалось, не изменилось. Но тут за окном раздался сначала протяжный, нарастающий с каждой секундой пронзительный вой. А потом дикий лай разъяренного пса заставил всю толпу наконец-то смолкнуть. В один момент Баргест даже в двери ударился. Наверное, мимо проходил и пальцем своей лапы задел. Я-то помню его гигантские размеры.

Несмотря на то, что рассказал мне о Баргесте дядя Майлз, то есть директор Хэйгарт, я, во-первых, об этом молчала и никому не рассказывала. А во-вторых – да, он не убивает студентов, это отличная новость. Но это не означает, что его можно перестать бояться. Все-таки Баргест есть Баргест.

После этого студенты несколько поумерили пыл, расселись по своим местам, и снизили уровень шума от «соревнования самых громких реактивных двигателей» на «предпраздничная суета в торговом центре».

– Все, что я могу сказать о призе, – продолжала спокойно говорить теперь уже в достаточной для того, чтобы ее голос можно было услышать, тишине мисс Силбертон, – таким призом еще никого не награждали за всю историю Хэллоуина. Поверьте мне, он стоит ваших усилий. Поэтому в этом году стоит постараться всем.

– Что же касается списков…, – мисс Силбертон снова покосилась на профессора Шринка, тот неуютно поерзал на своем месте, – поскольку в этом году их вывесили раньше организационного собрания, отменять ничего в этом году мы не будем. Однако в следующем году все нынешние первокурсники получают право записаться в списки первыми.

– С чего это им такие поблажки?! – Воскликнул кто-то.

– Да они разберут все стоящее!

– Я не поняла, – тихо кашлянула мисс Силбертон, – кто-то не согласен с моим решением?

В зале мгновенно воцарилась гробовая тишина. Все-таки мисс Силбертон была значимой фигурой после директора. Было так дико слышать тишину после такого шума, что в ушах зазвенело. Никто даже кашлянуть не посмел.

– Отлично, – улыбнулась мисс Силбертон, явно удовлетворишь подобной реакцией, – в связи с Хэллоуином и подготовкой к нему, в пятницу занятия после обеда отменяются! – Толпа порадовалась ровно столько времени, сколько мисс Силбертон им его на это предоставила. – Те, кто записался на роль нежити, должны будут подойти в три часа в актовый зал. Не опаздывать! Иначе в праздник будете сидеть взаперти!

На самом деле и без предупреждения мисс Силбертон дисциплину тут старались не нарушать. Очень редкие студенты намывали полы вместе с Рином. Но что касалось опозданий – это правило нарушалось реже всего.

Что же до пятницы – опаздывать на обращение в нежить вряд ли кто-то станет. Думаю, народ подтянется к залу сразу после обеда. Я бы сама там ждала, если бы мне удалось записаться.

Впрочем, преимущество в следующем году определенно радовало. Обязательно нужно будет оценить варианты. Все-таки увидеть нежить в списке и воочию столкнуться с ней на поле боя это не одно и то же.

– Еще несколько слов о вашей магии: это отличная практика для любых заклинаний, которые вы не могли по определенным причинам использовать. Но не забывайте рассчитывать ману и как всегда, если возникнут какие-нибудь сложности или проблемы, вы будете себя плохо чувствовать или появятся другие обстоятельства, все преподаватели будут наблюдать за происходящим. Чтобы их позвать, достаточно будет выпустить столб маны в небо.

– Поосторожнее с экспериментами, – тут мисс Силбертон вздохнула и помрачнела, – как бы я не предупреждала об этом каждый год, количество студентов, застрявших на месяц в лазарете с каждым годом не уменьшается. Поэтому в этом году, если вы окажитесь в лазарете из-за глупого и не обдуманного заклинания, вы будете наказаны за это! Мне надоело каждый год то откручивать хоботы, то вытаскивать чью-нибудь голову из живота!

Ого! Это что же за заклинания такие применяли студенты? Впрочем, после столь экспрессивного начала, мисс Силбертон снова вздохнула, чтобы немножко успокоиться и продолжила говорить уже своим обычным голосом.

– Украшать корпуса вы будете завтра и послезавтра сразу после занятий. Весь необходимый инвентарь вы можете раздобыть на чердаке, – улыбнулась мисс Силбертон. – Только не путайте коробки и не устраивайте бардак! Новогодние гирлянды к Хэллоуину не приурочены.

– А если у кого-то завтра и послезавтра тоже занятия после обеда?! – Поднял руку один парень и тут же задал свой вопрос.

– Значит, будете заниматься украшениями после занятий, – мило улыбнулась мисс Силбертон. – На этом все! Можете разойтись по своим общежитиям! Поторопитесь! Баргест вас ждать не будет!

Еще раз окинув недовольным взглядом профессора Шринка, мисс Силбертон покачала головой.

Студенты тут же засобирались, повскакивали со своих мест и дружной шумной толпой направились к выходу. Конечно же, не обошлось без обсуждений собрания. Несмотря на то, что о правилах и особенностях нашего Хэллоуина мы более или менее знали, что касалось приза – это заинтересовало очень многих.

– Как думаете, что это за награда? – Толкалась рядом с нами Эни.

Какой-то четверокурсник все пытался ее обойти, но у него ничего не получалось, поэтому он кричал своим друзьям через нее. Эни слегка отшатнулась, попытавшись освободить путь, но только лишь наступила мне на ногу и чуть не упала. Я успела ее поддержать.

– Это что-то очень ценное, судя по всему! – Воскликнул какой-то парень, и я только перегнувшись через Кая, узнала в нем Стива. Народу, и правда, было много. – Раньше она не говорила нам такого!

– Надо сорвать приз! – Хрустнул костяшками пальцев Кай.

– Ой, Кай, ты опять за свое, – сморщилась Эни.

– Не знаю, как на счет Принца тьмы, но студенты точно будут в этом году очень стараться, – поддержала Джозабэль откуда-то сзади.

Она шла следом, пытаясь не отставать и это было все еще удивительно, что она в такой толпе каким-то образом вышла на нас. Хотя, скорее всего с ее способностями в толпе нас найти было не сложно. Я с белой маной, у Кая просвечивает красная мана. Просто иногда бывает немножко сложно сопоставить тот факт, что на ее глазах тугая, плотная повязка, а видит Джозабэль лучше всех нас вместе взятых.

Впрочем, для нее скорее всего Хэллоуин вдвойне интересен. В конце концов, у нее ведь черная мана, а ее действие усиливается ночью. Плюс она – Джозабэль Бэйн, тут хочешь не хочешь, преимущество.

– В этом году все немного дикие! – Заметила Китти. Она тоже толкалась вместе с нами. – По-моему, в прошлом так не было, да Фрэя?

После того, как Китти вышла из лазарета, она, казалось, вернулась в норму. И хотя я до сих пор не знала, что это с ней тогда произошло на поле, задавать вопросы я не стала. Да и не хотела. Все-таки не мое это дело.

– Ты шутишь? – Фыркнула Фрэя. – Да так же было! Просто в этом году новичков немного больше, вот и кажется, что ажиотаж.

– Не знаю, что там на счет новичков или старичков, которые определенно на порядок выше, кстати говоря, – надменно заговорила у меня над ухом Эсти. – Но я записалась на гарпию в этом году!

– То есть ты будешь сама собой? – Пошутил кто-то, я даже не поняла кто, но расхохотались все, кто услышал эту шутку.

– Как же, Эсти? А костюм? Все должны быть в костюмах на Хэллоуин! – Крикнул еще один парень и поспешно скрылся за дверьми.

– Ха-ха, как смешно! – Рявкнула Эсти. – Вот уж я оторвусь в этом году на всех вас!

– Можно подумать, она без Хэллоуина этого не делает, – шепнула мне на ухо Джозабэль.

Я тихо похихикала. Кай, который тоже услышал шутку, вскинул большой палец вверх в знак согласия.

– Нужно будет почаще смотреть на небо или прятаться в лесу, – предложила я, обратившись к Джозабэль. – Ты ведь будешь горожанином?

– Конечно, – заверила Джозабэль. – Не хочу болтаться среди нечисти, знаешь ли.

Я улыбнулась.

– А я бы хотела быть нечистью, – подключилась к нам Эни. – Горгульей было бы круто!

– Горгульи – это же статуи, – напомнила Джозабэль. – Не боишься, что перевесит?

Эни посмеялась.

– Нет! По-моему, прикольно, – заметила она.

За последние несколько недель Эни сильно изменилась. После того неприятного случая она больше не обманывала. Хотя у нее и была такая привычка, ведь периодически она ловила себя на мысли, что ей хочется сказать неправду. Но потом она сама себя одергивала. Никто ведь не заставлял ее рассказывать все, просто не выдумывать небылицы. Эни за это время даже с Фрэей подружилась.

А еще ее темные волосы немного посветлели, цвет вымылся и стал более естественным. Это ей очень шло.

– Короче, давайте держаться вместе, – предложила она. – Так у нас будет больше шансов. Помните? Как в ту ночь?

– Согласна! – Закивала я. – Кай, ты с нами? Или тебе нужна твоя индивидуальная победа?

– Конечно, с вами! – Пообещал Кай. – Кто же вас всех к победе-то приведет?

– Ай-ай-ай! – Покачала головой Эни.

– Совсем зазнался! – Цокнул языком Лэнс, протолкавшийся к нам.

– Ты смотри, Кай, не нарвись на монстров пострашнее нежити, – предостерегала Джозабэль.

– Это кого ты имеешь в виду? – Заинтересовался Кай.

– Нас! Если не перестанешь хвастаться! – Толкнула его Эни.

– Так, спокойно! – Воскликнул наш друг. – Я же за друзей буду биться до последнего!

– Ах, Кай, как это мило, – потрепала его я.

– Душка, не то слово, – вмешалась и Джозабэль.

– Эй-эй-эй! – Вмешался Лэнс. – Я вот тоже вас в обиду никому не дам!

– Не кради мою славу! – Пригрозил Кай.

Мы дружно рассмеялись и высыпали из зала.

Хэллоуин обещает быть очень веселым.

Глава 4

После всего, что мы узнали о Хэллоуине вернуться к занятиям по управлению маной было по меньшей мере скучновато. К тому же, как таковым управлением маной мы не занимались, мы по-прежнему убирали зал. Ничего не менялось и это заметно удручало.

Я понятия не имею, за что Уинс так полюбил профессора Шана, потому что я не могла его полюбить даже за принесенные нам в помощь швабры. Да, он пытался нам всячески помогать, обеспечивая различным инвентарем для уборки. Но это все равно совершенно никак не вязалось с моими идеалистическими представления о данном предмете.

Даже, несмотря на общее настроение, под конец занятия мы так устали, что уже даже не пытались обсуждать предстоящий Хэллоуин, мечтая поскорее пообедать и лечь спать.

Что же нам нужно такого сделать, чтобы преодолеть это испытание? Надо будет снова Лэнса допросить. Каю скажу, чтобы он был настойчивее. Еще Эни подключим. Возможно, даже Джозабэль. Это будет не лишнее в попытке добиться правды.

Впрочем, мечты мечтами, а занятие наконец-то закончилось. Ура! Разогнуться было сложно, поэтому после звонка, который тоже в этом отдаленном от главного здания месте, звучал очень четко и ясно, многие студенты начали свое возвращение с попытки выпрямиться.

Что-то я перенапряглась, собирая мелкий бисер в углу зала, нужно было поберечь себя. Кай даже помог доползти до выхода. Профессор Шан как обычно в конце занятия стоял возле дверей и добродушно улыбался. Казалось, он совсем даже не расстроен таким положением вещей. Что странно, ведь мы ничего не добились, откровенно тормозили и понятия не имели, как двинуться вперед.

Впрочем, я же не знаю, чему он улыбается. Возможно, нашей глупости. Что-то я слишком пессимистично настроена.

Когда мы с Каем уже подползли к выходу, неожиданный поворот событий заставил нас притормозить.

В зал вернулся разъяренный Рин, злой, как никогда. Выглядел он неважно, впрочем, на занятии он тоже вел себя не самым лучшим образом. Постоянно швыряя вещи в разные стороны, он был явно недоволен таким положением дел. И уж не знаю, что послужило рычагом, но вернулся он с таким видом, будто кто-то снаружи вылил на него ведро помоев.

– Снимите с меня это дурацкое наказание! – Потребовал Рин, набросившись на профессора Шана.

Кай на всякий случай выпрямился и приготовился отбивать атаку. Не думаю, что Рин настолько не умеет контролировать эмоции, что посмеет вытворить что-нибудь подобное. Но он явно был не настроен на вежливость и доброжелательность.

Профессор Шан не менялся в лице, продолжая так же доброжелательно улыбаться Рину в ответ.

– Что, по вашему мнению, является для Вас наказанием? – Вежливо и глубокомысленно спросил профессор.

– Во-первых, мытье полов, – выплюнул Рин, едва сдерживая свой гнев. Вообще не знаю, как он еще мог выбирать выражения. – Я уже достаточно их намыл. Я хожу на эти дурацкие занятия, так какого черта я все еще должен их мыть?!

Профессор Шан почему-то только больше улыбнулся и с гордостью заметил:

– И полы в главном корпусе еще никогда не были столь чистыми и блестящими.

Рина это разозлило еще больше.

– Снимите наказание! – Наорал буквально он.

Кай уже собрался выступать вперед, но пока было не из-за чего, поэтому я потянула его за рукав.

– То, что Вы считаете наказанием, внезапно делает Вас кем-то лучше в деле, которое, как Вам казалось, едва ли Вас достойно, – продолжал профессор.

– Вы что? Хотите сказать, что я стал хорошей поломойкой?! – Прикрикнул Рин.

– Я говорю, что полы еще никогда не были такими чистыми, даже со времен, когда их старательно отмывал мой любимейший ученик Уинстон Бэлл, – внезапно просиял профессор, а я удивленно вскинула брови.

Надо будет передать Уинсу, что профессор считает его любимейшим учеником.

– Да мне наплевать! – Рявкнул Рин. – Я не собираюсь больше их мыть!

– Но ведь… – хотел было что-то еще сказать профессор, однако Рин его резко прервал.

– Я сказал – СНИМИТЕ! – Резко выдохнув, Рин сжал кулаки и не выдержал: – Мне надоел весь этот бред, я приехал сюда учиться магии, а не намывать полы или же разгребать этот чертов зал!

Профессор Шан только лишь вздохнул. Улыбка сошла с его лица очень медленно.

– К моему великому сожалению, если Вы отказываетесь от моих занятий, то Вы будете вынуждены покинуть Академию Диллейн, – сообщил он.

Рин стиснул зубы.

– Что? Перестать терпеть унижение и бредни какого-то глупого старикашки?! Да с превеликим удовольствием!!!

Больше Рин был не настроен ругаться, он развернулся на каблуках и пулей вылетел из зала. Вот ведь дурак! Зачем он так? Он что? Не понимает, что только что выбросил на помойку свой самый уникальный шанс в мире?

Да, признаюсь, может быть, я бы тоже была недовольна наказанием. Но если так подумать: профессор Шан же не издевался над Рином и наказывал его не из вредности, наоборот, он сделал это за дело. Рин же ушел, а этого делать не следовало. Правила были четкими.

Что же до меня – вот если бы я попала в подобную ситуацию, я бы непременно задумалась, почему это происходит. Почему профессор продолжает заставлять меня отбывать наказание. Даже, учитывая тот факт, что я совершенно не понимаю методы преподавания профессора Шана, я полностью уверена, что это все неспроста. Не может он без причины Рина наказывать.

В конце концов, ведь и Уинс рассказывал мне, что профессор ему сначала не понравился. Но сейчас, как оказалось, Уинс любимый ученик, а профессор Шан – духовный наставник моего брата. Этого нельзя исключать. Но тогда…

Как-то я далеко ушла в свои мысли, передумав все ужасы исключения из Академии. Обратного пути не будет, в другую Академию после исключения поступить невозможно. А, значит, о дипломе можно забыть раз и навсегда.

И тут, когда Кай уже потянул меня за руку, собираясь выходить, профессор Шан вдруг посмотрел в нашу сторону. Было как-то неудобно тут стоять, ведь получается, мы словно подслушивали. Это, конечно же, не так, ведь выход из зала был один. Не выпрыгивать же в окно.

Впрочем, профессор знал, что мы здесь и вовсе он не расстроился или обиделся. Он нам улыбнулся. А потом он взглянул на меня и произнес:

– Он так похож на Вашего брата, – сообщил мне профессор.

Несколько мгновений я молча смотрела на профессора и силилась задать ряд уточняющий вопросов. 1. Кто похож? Рин? 2. Чем похож? Что он сделал? 3. Почему это сейчас сказали мне? 4. Это сделано специально или никак не связано с чем-то конкретным?

Секунда-другая и я уже не хотела задать ни одного вопроса. Мудрые глаза профессора словно прояснили ситуацию, сделав ее максимально понятной.

Профессор Шан вздохнул и спокойно вышел из зала. После этого Кай немного расслабился.

– Пронесло, – выдохнул он. – Я уж думал, Рин сделает глупость.

– Он и сделал, – все еще раздумывая над тем, что сказал мне профессор, ответила Каю я.

– Да, согласен, – закивал мой друг. – Нужно было думать.

– Дело не в этом, – заключила я и наконец-то определилась с планом действий. – Идем.

Взяв Кая за руку, я решительно направилась к выходу. Кай от неожиданности издал невнятный звук, а когда мы вышли, и я заметно прибавила шаг, спросил:

– Куда мы идем?

– В мужское общежитие, – сообщила я. – Ты знаешь, где его комната?

Глаза Кая округлились, он уставился на меня так, будто я предложила съездить к космодрому и попробовать записаться в экспедицию на Луну.

– Эээ… чья? – На всякий случай уточнил Кай, как будто я могла спрашивать о ком-нибудь еще.

– Рина.

– Эээ… Рори, ты не объяснишь, зачем мы идем?

– Так ты знаешь, где его комната?

– Предположим. Но я все еще не понимаю, зачем именно мы идем.

– Если хочешь, можешь не ходить. Просто проведи меня немножко и укажи направление.

Кай вздохнул и набрал скорости, поравнявшись со мной, а то до этого момента я его только волочила за собой.

– Да нет, я не против пойти, – сообщил он. – Почему бы не сходить к взбешенному одногруппнику, которого все стараются избегать?

Вяло улыбнувшись, Кай еще раз на всякий случай глянул на меня, но я уже ему ничего не сказала.

Возможно, Кай был прав, смысла в этом было чуть. Но то, что сказал мне профессор Шан, не могло быть простым замечанием. Но вот ведь странно: я и раньше замечала в Рине что-то похоже на моего брата. А теперь и профессор внезапно сказал, что они похожи.

Не знаю, что меня вело, возможно, осознание того, что я могла быть на его месте. Это же ужасно, Рин буквально подписал себе приговор своим смелым заявлением. Его можно было понять, он уже устал за два месяца с тряпкой бегать по корпусам и намывать полы. Но его решение явно было не обдуманным.

Если взять моего брата: он бы поступил точно так же. Не сейчас, конечно же, но в своей юности Уинс тоже часто взрывался и говорил такое, о чем потом очень сожалел. Может быть, я к Рину и относилась нейтрально, он мне ничего плохого не сделал, даже его враждебность не была столь невыносимой, но я решила так: если профессор Шан сказал мне то, что сказал, значит, это неспроста. Значит, я могу что-то сделать.

И я сделаю.

Добравшись до мужского общежития, я покрепче взяла Кая за руку, и мы оказались внутри. Кай понимал, что я нарушаю правила и был сильно недоволен тем, что я делаю это из-за Рина. Он периодически напоминал мне о том, как я пришла к нему тогда, и мне казалось, он это очень ценил. А тут я нарушила некоторую исключительность данного события, и моему другу это пришлось не по душе.

Мальчишки, конечно же, заметили мое появление и начали что-то комментировать. Кай сделался еще более грозным и крикнул всем, чтобы они замолчали. После этого к нам уже не приставали. То ли статус «Принца тьмы» помог, то ли Кай и без него неплохо справлялся, но больше никому в голову не пришло что-нибудь нам сказать по дороге.

Комната Рина располагалась на втором этаже, и найти ее не составило особого труда. Кай остановился и взглянул на меня. Я тоже несколько заколебалась. Что там внутри? Рин крушит все вокруг? Или же от его комнаты уже давно ничего не осталось? Сказать сложно, он был довольно непредсказуем.

Но ничего не поделаешь, я уже стою перед дверью, отступать поздно. Я так решила.

Постучав, я незамедлительно открыла дверь и быстро оглядела комнату. Было очень странно увидеть все в целости и сохранности. Думаю, Кай тоже ожидал погрома, судя по тому гневу, который одолевал Рина, пока он ругался с профессором.

Впрочем, все было в порядке. А сам Рин на удивление спокойно сейчас складывал свои вещи на кровати. Он умудрялся еще и делать это аккуратно, а не запихивать все в одну кучу с яростью.

Я глянула на Кая, который лишь в недоумении осматривался вокруг в надежде отыскать хоть какие-то признаки ярости Рина, а затем вздохнула:

– Рин… – было позвала я, а он вдруг резко обернулся.

– Зачем пришла?! – Огрызнулся он. – Пошли вон!

– Мы пришли… – пыталась объясниться я.

– Ты что? Глухая? – Выступил к нам Рин. – Пошла вон!

– Так, захлопнись, слышишь? – Вступился за меня Кай.

– Это вы сюда пришли, – напомнил Рин.

– И не для того, чтобы ругаться, – объяснила я.

– Я не собираюсь извиняться перед этим стариканом.

– Я тебя об этом не прошу.

– А чего тогда пришла?!

– Рин…

– Проваливайте!

Рин шагнул к нам ближе, на что Кай загородил меня собой и предостерегающе покачал головой.

– Не советую тебе предпринимать хоть что-нибудь, – предупреждающе заявил мой друг.

– Рин, пожалуйста, просто выслушай меня, хорошо?

– И не собираюсь.

Кай лишь вздохнул и сложил руки перед собой.

– Но у тебя нет выбора, – заметил мой друг. – Раз Рори хочет тебе что-то сказать, я уж постараюсь ей в этом помочь.

– Зачем?! – Нахмурился Рин.

– Затем, что ей надо, понял? – Объяснился Кай.

Это было приятно слышать. Ему эта идея сразу не понравилась, но он готов был меня поддержать.

Рин сделал глубокий вздох, как будто сдерживая свою лютую и закипающую с каждым новым мгновением ненависть, и, кажется, смирился с тем, что ему придется меня вытерпеть. Он демонстрировал свой настрой всем своим видом.

– Послушай, Рин, – не стала терять времени я. – Знаю, ты не в восторге от того, что случилось. Пусть даже делаешь вид, будто все в порядке. Весь мир для тебя – это битва. И сейчас ты считаешь, что выиграл. Но это не так.

Рин лишь закатил глаза и стиснул зубы, едва сдерживая себя, чтобы на меня не накричать.

– Ты действительно сделал выбор и сейчас готов уехать без оглядки. Ты и уедешь, ведь ты уже все решил. Но, Рин, ты ведь не понял, что хотел сказать тебе профессор Шан.

– Очевидно, ты у нас все поняла, великая мыслительница, – огрызнулся Рин.

Я проигнорировала эти слова, а Кай помрачнел и нахмурился.

– Ты сейчас соберешься и уедешь. Ты никогда не обернешься и не посмотришь на то, что осталось далеко позади. Ты не вернешься ни сюда, ни к этим мыслям. Но это будет самой большой ошибкой, которую ты погребешь под грузом полной уверенности в том, что твой выбор единственно верный.

– Но ты ведь не понял самого главного: профессор Шан не твой враг. Никто здесь не твой враг. Мы все здесь, чтобы учиться. Но учат нас не только заклинаниям, нас учат жизни.

– Смотрите-ка, у меня появился новый профессор, – сложив руки перед собой, надменно заявил Рин.

– Ты нарываешься, – пригрозил Кай.

– Я все еще слушаю твою подружку, – раздраженно напомнил Рин.

Да, он все еще слушает. Не знаю, почему. Возможно, мне действительно помогает присутствие Кая.

– Я знаю, тебе сложно в это поверить, но я понимаю тебя, – продолжила я, а Рин лишь презрительно фыркнул. – Не потому, что я такая же, как ты, а потому, что у тебя очень много общего с моим братом. Я знаю, у тебя есть план, от которого ты не собираешься отступать. Ты идешь к своей цели, даже если что-то идет не так.

– Но все дело в том, что здесь никто не настроен против тебя, никто не будет с тобой сражаться. Никто и не сражается. Это твое поле битвы, но пока ты не поймешь, что врагов на нем нет, ты не сможешь победить.

– Ты борешься с этим, и именно поэтому профессор Шан заставляет тебя делать то, что ты делаешь. Но неужели ты не понял? Он ведь даже твоим маленьким победам рад. Значит, ты на правильном пути.

– Каком еще правильном пути? – Не выдержал Рин. – Ты с чего вообще решила, что ты все знаешь?

– Потому что когда-то и мой брат через это все проходил, – объяснила я. – Рин, ты борешься с этим, ты сопротивляешься, именно поэтому профессор Шан заставляет тебя проходить через это. Он пытается показать тебе, что здесь нет врагов. Если бы ты только мог допустить эту мысль о том, что никто не желает разрушить твою жизнь, твои планы, твои цели, ты бы понял, что профессор Шан не издевается над тобой, он пытается тебе помочь.

– Пошла вон, – сквозь зубы процедил Рин.

– Так, сейчас чей-то глаз засветится фонарем, – засучил рукава Кай.

– Забыл? Колдовать запрещено? – Нахмурился Рин.

– А кто сказал, что я собираюсь колдовать? – Хрустнул костяшками пальцев Кай.

– Рин, – я шагнула ближе, – я понимаю, тебе сложно, потому что ты борец, я знаю это наверняка. Ты привык добиваться всего борьбой, достигать того, что ты хочешь. И ты не сдаешься, потому что это не в твоих правилах, не в твоих принципах. Ты совсем другой. Но ты должен понять, что здесь тебя никто не заставляет сдаваться. Мы все здесь первокурсники, только начинаем учиться магии, как бы тебе не хотелось уверить весь мир в том, что ты выше всего этого.

Взгляд Рина сделался каким-то пронзительным. Не знаю, достучалась ли я до него или нет, но что-то в нем все же поменялось. По крайней мере, мне хотелось так думать. Даже если дело было в угрозе Кая, неважно. Главное – он молчал, а я могла продолжать.

– Если ты позволишь себя учить, если ты позволишь тому, что происходит, изменить тебя, то это будет не поражение, это будет начало твоей победы. Здесь никто не против тебя, ты же видишь, даже старшекурсники не дразнят никого. Это совсем другой мир, не который ты себе представлял. Но позволь ему войти в твою жизнь. В нем нет злости и ненависти, и тебе сейчас плохо, потому что ты это знаешь, но все равно сопротивляешься, потому что никак не можешь с этим смириться.

– С чего ты взяла, что мне плохо?! – Не очень убедительно возмутился Рин.

– Никто не заставляет тебя уезжать, это твое время, чтобы разобраться в себе. Я знаю, ты справишься. Потому что твое замешательство известно только тебе. Ты не обязан с ним ни с кем делиться. Это твой путь, и ты сможешь его пройти, только если позволишь тем изменениям, которые с тобой происходят, просто вести тебя, но не бороться с ними.

Рин еще секунду-другую смотрел на меня неопределенным взглядом, а потом на его лице появилась насмешка.

– Это все? – Уточнил он.

– Да, – кивнула я.

– Тогда… – он сделал шаг ближе и оказался почти рядом, только Кай стоял у него на пути, – пошла вон.

– Придурок, – огрызнулся Кай и дернулся в его сторону, как будто бы собираюсь его ударить.

Рин на удивление стойко воспринял данный жест, спокойно отклонившись назад. Его надменный взгляд сейчас был прикован к Каю. Знаю, мы сами пришли и Рин был в более выигрышной позиции по сравнению с нами, ведь это нам нужно теперь уходить. Но все же Кай выглядел грозно, когда смотрел на Рина, не моргая.

– Ладно, – вздохнула я, – спасибо, что выслушал.

Взяв Кая за руку, я потащила его на выход. Кай был возмущен до глубины души, что я еще и поблагодарила Рина за внимание. Не успокаиваясь, мой друг все восклицал что-то вроде «да какое спасибо?», «врезать ему надо было!» или «профессор Шан должен был его еще и унитазы мыть заставить!».

В общем, в таком шуме мы покинули комнату Рина, после чего дверь шумно захлопнулась, а я поторопилась вниз. Нельзя было, чтобы меня увидели здесь преподаватели.

– Ну и что нам дал этот визит? – Спросил меня Кай, пока мы спускались вниз.

– Мы ходили не за конкретной целью, – объяснила я Каю и выскочила на улицу.

Пока мы шли к учебному корпусу, я успела заметить профессора Макгинли, прогуливающегося неподалеку. Надеюсь, он нас не заметил.

– А зачем мы ходили? – Спросил Кай.

Только когда мы оказались в учебном корпусе, я заметно расслабилась и выдохнула.

– Спасибо, Кай, что заступился, – поблагодарила я, а Кай тут же отвлекся, улыбнулся, его щеки порозовели.

– Да о чем ты говоришь? Чтобы я позволил какому-то психу тебя обижать? Да ни в жизни!

Я посмеялась, а затем обняла Кая.

– Лучший Принц тьмы, которого я знала.

Кай прыснул и совсем забыл о Рине.

Не знаю, удалось ли мне сказать то, что нужно и достучаться до него, но я сделала все, что смогла. По крайней мере, я на это очень надеюсь. Все-таки это место действительно потрясающее. Буду верить в то, что Рин это сам поймет и придет к нужным выводам.

Глава 5

– Я сказал, построиться всем! – Перекрикивал всю толпу первокурсников профессор Шринк. – В линию! Быстренько! Давайте, собираемся. Покучнее, толкаемся, проходим вперед, чего ты там встал? Я здесь, а не позади, давайте!

Пока все строились и собирались, мы с Каем топтались в середине. Конец октября, на улице было уже холодно. Мы начинали замерзать, особенно, когда холодный ветер пронизывал до костей. Конечно, было красиво, когда он вздымал в воздух осеннюю листву. Листопад из красных и желтых листьев выглядел великолепно.

Но солнца совсем не было, только хмурая, пасмурная погода. Хотелось только сидеть и никуда не выходить, а не толкаться у ворот рядом с автобусом.

А собирались все плохо потому, что обсуждения Хэллоуина все не прекращались. Разве можно было в этом кого-то винить? То там, то тут слышались разговоры о различных тактиках боя, кто-то делился навыками и знаниями, а мне уже начинало казаться, что мы как-то плохо готовимся к Хэллоуину. Надо будет попросить Лэнса показать нам как можно больше новых заклинаний.

Собрались мы сразу после обеда, набрали пустых рюкзаков и сумок, с расчетом как следует закупиться. Вообще, если так подумать, мы действительно первый раз выезжаем в город, просто со всем, что со мной приключилось за последние два месяца, мне уже было не до чего. В Академии и так было много интересного, чтобы переживать по поводу мира, который по-прежнему находился за границами Академии.

Через некоторое время все более или менее выстроились в линию (кривую, но это не так важно), профессор Шринк оглядел каждого из нас и заговорил:

– Итак, в связи с предстоящим праздником, и тем фактом, что вы уже два месяца здесь учитесь и никуда не выезжаете, сегодня мы все вместе отправляемся в Прибрежный город. Я уже все продумал, поэтому запоминайте, как следует, я вам еще раз это повторю по приезде.

Ничто так не успокаивает, как поминутная инструкция нашего предстоящего мероприятия.

– Приедем мы ровно в два часа дня. На высадку из автобуса даю вам пять минут. Далее на поход по магазинам – ровно один час и сорок восемь минут. Затем у вас две минуты на то, чтобы собраться возле кафе в центре города и десять минут, чтобы перекусить. Далее пять минут на сборы у автобуса, ждем опоздавших еще пять минут, – скривился в недовольной улыбке профессор, – автобус отъезжает в шестнадцать часов одиннадцать минут. Все запомнили? Отлично, теперь загружаемся в автобус.

По сложившейся традиции никто, конечно, особо ничего не запоминал. Во-первых, профессор не забывал повторить свой инструктаж еще несколько раз, а во-вторых, по какой-то неведомой всем причине мы практически всегда укладывались в его расписание. Как он это делал? Специально ли? Знал ли он? Или же это были своего рода заклинания, которые складывали все так, как профессор говорил? Очередная загадка, которую еще только предстоит разгадать.

После инструктажа мы дружно двинулись к автобусу. Шума сразу прибавилось, студенты снова вернулись к обсуждению Хэллоуина.

Я тоже хотела этим фактом увлечься, но было то, что меня несколько обеспокоило. Некоторое время я еще искала в толпе знакомое лицо, но потом Кай озвучил мои опасения:

– Рина нет, – сообщил он, и я тяжело вздохнула.

Неужели он все-таки уехал? Да, он был умным и сообразительным, а еще очень горделивым. Но я не могла поверить в то, что он все-таки сделал это.

– Надеюсь, он просто думает обо всем, что я ему сказала, – с тревогой в голосе заметила я.

– Если честно, я удивляюсь, как ты ему не врезала за то, как он себя вел, – нахмурился Кай. – Или не дала мне ему врезать.

– Он это не со зла говорил.

– Хм… – задумчиво протянул Кай, – что, по-твоему, должно было означать его добрейшее послание «пошла вон»?

Я прыснула и отвела взгляд в сторону.

– Кай, перестань, – попросила я.

– Нет, Рори, я понимаю, у тебя есть удивительная способность видеть в людях хорошее, – вдруг заметил Кай, когда мы проследовали в автобус, – но давай честно: если у Рина и есть что-то хорошее, он совершенно намеренно держит это взаперти и не позволяет этому брать верх.

– Не всегда ключ от этой клетки есть только у владельца, – улыбнулась я.

Кай посмотрел на меня и задумался.

– Философию подключаешь?

– Метафоры – это не философия.

– Суть в том… – пропустив меня к окну, Кай уселся на сидение, – что, Рин… Как бы это помягче? Даже если ты откроешь клетку, ты не забывай, что там рядам такие стражи стоят, похлеще Баргеста будут.

– Ой, кто бы говорил про Баргеста, – напоминая о не самой ординарной реакции пса ночных кошмаров на Кая, хмыкнула я.

Кай лишь повел бровью и окинул меня хитрым взглядом.

– Ты поняла мою метафору?

– Я поняла и суть, – кивнула я в ответ. – Но мне кажется, профессор Шан специально возложил на меня некую ответственность. Ведь он уже не мог остановить Рина. А у меня был, хоть и крохотный, но все же шанс.

– Не знаю, Рори, – почесал затылок Кай, взлохматив свои волосы, – по-моему, ты придаешь немножко не то значение совершенно обычной ситуации.

– Мы учимся в Академии магии, не думаю, что здесь применимо слово «обычной».

– Рори…

– …Кай. Просто доверься мне.

Кай набрал в грудь воздуха и шумно выдохнул.

– Да я и не сомневаюсь в тебе, – нехотя признался он, – просто пытаюсь понять, с чего бы ему такая честь?

– Что? – Не поняла я.

– Ну, знаешь, ведь это все же привилегия, твоя попытка помочь, – пожал плечами Кай, – а он этого не ценит.

Я лишь медленно улыбнулась.

– Я надеюсь, ты не обижаешься, что я это делаю?

– Нет-нет! Вообще не обижаюсь! – Кай резко замолчал и взял небольшую паузу. Ему нужно было время, чтобы через пару секунд продолжить: – Просто я не понимаю. – он заглянул мне в глаза. – С одной стороны, он не плохой парень, да. Но с другой – Рори, ему же нет никакого дела до тебя! Он тебе даже «спасибо» не скажет!

– А я не хочу его «спасибо», – улыбнулась я в ответ. – Просто в жизни все случается по причине. Я стараюсь не упускать возможности использовать любой шанс. Знаешь, Уинс ведь тоже не был всегда таким, какой он есть. Раньше он почти никого к себе не подпускал, ничем не делился. Я уже рассказывала тебе о нем и о его… прошлом. Просто иногда моего брата ослепляли чувства, и это не давало ему рационально мыслить. В таком состоянии любое решение будет принято ошибочно.

– Но давай не будем забывать, что условия для твоего брата были несколько иными, нежели для Рина, – заметил Кай.

– Мы этого наверняка не знаем, – лишь пожала плечами я.

– Ладно, спорить не буду. Но мне не нравится идея того, что Рина сравнивают с твоим братом. Уинстон Бэлл все-таки очень крут. А что до Рина…

– А ты что? Думаешь, Уинс всегда был сильным? Прежде чем стать таким, каким его знают сегодня, он прошел очень долгий и тяжелый путь.

– Почему все всегда так сложно? – Вздохнул Кай. – Почему просто нельзя взять и получить то, что ты хочешь?

– Чем сложнее путь, тем слаще награда, – улыбнулась лишь я. – И потом, тебе ли жаловаться? Мистер «Я с Баргестом на коротком поводке», мистер «Будущий Принц тьмы», мистер…

– Ладно-ладно, – заулыбался Кай. – Я понял. Молчу.

Не знаю, может, Кай и прав. Возможно, я преувеличивала значимость слов профессора Шана. Но не попытаешься, не узнаешь, поэтому даже если это все лишь мои предположения, то в конечном итоге я действительно не жду благодарности. Пусть Рин просто останется и этого будет достаточно. Не знаю, почему, но его отъезд казался мне чем-то настолько неправильным, насколько неправильно будет спрятать солнце и больше никому никогда его не показывать.

Решив отвлечься, я спросила:

– Ты уже решил, что будешь покупать?

– Я так и не понял, это обычный город или чем-то по теме магии там можно закупиться, – нахмурился Кай, – но это не так важно. Я хочу пополнить запасы канцелярии. Когда вернемся, я вытрясу из Лэнса все заклинания и способ их создания.

– Кай, ты же знаешь, мы потом сами все выясним, – улыбнулась я.

– Это слишком долго! – Заявил он. – Попробую поискать в книжных что-нибудь. Если там, конечно, есть хотя бы примерные намеки на магию.

– Не торопись, уверена, мы еще должны многое узнать до того, как будем заниматься созданием заклинаний.

– Рори, – воззрился на меня Кай взглядом одержимого, – создание заклинаний. Я могу создавать  собственные заклинания. Я спать не могу после этой новости. свои

Я посмеялась над другом.

– Просто доверься нашим преподавателям, ведь они не зря именно такую программу обучения составили, – заметила лишь я.

– Да кто спорит? – Развел руками Кай. – Ты пойми: для каждого нужен индивидуальный подход. Мало мне базы, мне нужно больше! Гораздо больше!

– Эх, Кай, – покачала головой я, – нужно будет заглянуть в городскую аптеку.

Кай тут же нахмурился и внимательно осмотрел меня.

– Ты плохо себя чувствуешь? – Уточнил он.

– Нет. Надо будет купить тебе таблеток от жадности, – посмеялась я.

Кай тоже ухмыльнулся и вздохнул.

Да, соглашусь, я бы и сама была рада уже что-нибудь более продвинутое изучать. Но сначала надо было как следует разобраться с основой. Не зря сначала ставят фундамент, а в конце – крышу. В любом деле требуется последовательность.

Водитель вез нас сквозь поля и леса сначала обратно к стене, через которую мы с моим братом попали в Академию в первый день. Было очень интересно наблюдать за тем, как мы въехали в туннель из мрачной, серой погоды, а когда выехали, попали на солнечное побережье.

Конечно, не жара, но заметно теплее, чем в Академии. Думаю, мы не в ближайший город отправились. Как рассказывал Уинс, в магическом мире порталами как таковыми пользуются многие. Здесь главное сеть и точное знание «ключей». «Ключ» – это определенный символ, который необходимо использовать, чтобы активировать портал. Когда это происходит, маг способен переместиться в пространстве.

Так происходило и с нашей стеной вокруг Академии. Нужные «ключи», и мы могли оказаться в отдаленных уголках. Не слишком далеких, все-таки действие порталов тоже ограничено. Однако это достаточно удобный способ перемещения, которым пользовались многие маги.

Уинс так же рассказывал о связке порталов. В их применении необходимо знать несколько «ключей». Без них переместиться в определенную точку, а именно в другой портал, невозможно.

Но нашему автобусу не требовался другой портал, большую часть пути мы будем добираться обычным способом.

Прибрежный город оказался очень необычным и живописным. Небольшие двух, трехэтажные домики, вымощенные старинной плиткой улицы, украшенные фасады зданий, старинные фонари. Все это создавало приятную атмосферу уютности, хоть и город был достаточно большим.

По приближении стало ясно, что городок современный и обжитой. Улочки были узкими, поэтому автобус ехал медленно, а на поворотах так совсем замедлялся, чтобы ненароком не задеть окружавшие нас домишки с игрушечными окошками и резными ставнями. Мы здесь явно были не к месту.

Хотя, когда мы подъезжали к стоянке автобусов, вокруг появились и машины, и вывески вроде «Автосервис» или «Мебель Италии», люди в современной одежде, магазины «Аудио и видео техники». Было бы здорово посмотреть на то, как люди жили здесь раньше.

Город располагался в низине, с двух сторон он был окружен песчаным пляжем. Море отсюда выглядело потрясающе.

Когда автобус остановился, профессор Шринк незамедлительно поднялся с места сразу за водителем.

– Итак! – Заключил он, перекрикивая толпу. Первое, с чего он начал, это с инструкции. – Пять минут на высадку, а потом ровно один час и сорок восемь минут на все ваши закупки! Не разбегаться и не теряться! Поскольку этому совету не часто следуют, – Шринк не весело ухмыльнулся, – по всему городу развешаны указатели, как добраться до стоянки автобусов. Здесь мы и встречаемся перед тем, как зайти в кафе, которое находится в доме через улицу.

– Теперь… – он посмотрел на часы, – через три…, две…, одну… вы можете выходить.

Шринк развернулся и зашагал к дверям, которые перед ним распахнулись. Студенты медленно потянулись за ним следом, вернувшись к разговорам.

Как и предполагалось, на улице было гораздо теплее. Воздух был влажным, и разница температур не так сильно ощущалась.

– И запомните: – снова заговорил с нами профессор Шринк, когда все снова собрались вокруг автобуса. – Здесь живут обычные люди, они не знают, кто мы такие, и откуда приехали. Кроме того, что у нас экскурсионный поход. Поэтому особенно строго соблюдайте правила и не применяйте магию.

– Если вас кто-нибудь уличит в колдовстве, вас, скорее всего, заберут в сумасшедший дом. А остановки там у нас сегодня не запланировано, так что останетесь там до следующего приезда, который может отложиться месяца на два. Если, конечно, вам такое по душе, я вас останавливать не буду. Но учтите: в Академию после такого вы уже не вернетесь. Всем все понятно? Тогда – высадка окончена, свободное время пошло. Вы можете идти!

Терять времени зря никто не хотел, поэтому все дружно рванулись в сторону магазинов.

– Думаете, он серьезно о сумасшедшем доме? – Подошла к нам Эни.

– Это же Шринк, – напомнил Кай, убедившись, что он нас не слышит. – Он серьезно просчитывает каждую минуту наших уроков, а теперь и за вылазку в город взялся. Я удивлен, что он не рассчитал по минутам пребывание в сумасшедшем доме.

Мы с Эни посмеялись.

– Как думаете, что это за город? – Спросила Эни, выискивая хоть какие-то опознавательные знаки.

– Да какая, в общем, разница? – Отмахнулся Кай. – Наше дело малое: все вовремя закупить и подкрепиться.

– Ты что? Уже проголодался? – Повела бровью Эни.

– Шринк так аппетитно об этом говорил.

– Потерпи, у нас всего лишь один час и сорок восемь минут на все про все. Это очень и очень мало.

– Предлагаю начать с книжного, – указала на вывеску Эни, и мы двинулись в ту сторону.

Вывеска была достаточно забавной: чернильница и перо трансформировались в новомодную суперручку, а рядом красовалась электронная книга.

Сам магазин оказался большим и ассортимент в нем был замечательный. Начиная от самых простых вещей, таких как ручки и карандаши, заканчивая редкими коллекционными книгами и увесистыми фолиантами.

Мы дружно направились в отдел канцелярии и стали пополнять запасы. Писали мы много, потому запастись всем необходимым будет не лишним. Еще неизвестно, когда мы отправимся в город на следующую вылазку.

– Я все думаю, – разглядывая безобидные брелки, рассуждала Эни. – Может быть, зачаровать какие-нибудь предметы?

– Это может оказаться полезным, – поддержал Кай и сгреб целых три набора цветных карандашей. – Однако я кое-что слышал о зачаровании: во-первых, для связки заклинаний нужно не менее двух, мы этого пока не умеем. Да и что-то там про эссенцию было…

Кай нахмурился, пытаясь вспомнить.

– Откуда ты это знаешь? – Поинтересовалась я, набирая ручек.

– Понимаешь, – начал старательно чесать свой затылок мой друг, – в общей гостиной как бывает? Вот сядет какой-нибудь парень и начнет читать очень интересную книжку, а там его отвлекут, он книжку бросит и уйдет. Что мне делать? Вот скажи мне – что?

Я сначала прыснула, а потом и рассмеялась.

– То есть ты втихаря дочитываешь за другими книжки? – Подытожила я.

– Ты бы смогла удержаться? А, Рори? Смогла?

– Но ты упустил кое-что важное, – тем не менее, заметила Эни. – Нам эта информация не помогла.

– Да нет, помогла, – вздохнула лишь я, отвечая за Кая, – мы теперь точно знаем, что нам явно не светит освоить «зачарование» за несколько дней.

– Освальд обычно уходит репетировать пьесу в четыре, – заговорчески выдал Кай.

– Нет, стоп! – Тут же вмешались мы с Эни.

– Вламываться ни к кому мы не будем! – Поддержала и я.

– Да я не вламываться… просто…

– Кай, нельзя!

Кай только тяжело вздохнул и застонал.

– Ну, почему они считают, что скорость черепахи нам подходит? – Раздосадовано причитал он.

– И не говори, – вздохнула Эни. – Думаю, на Хэллоуин я кроме как заклинание «дэфэнсоро» ничего и не выдам.

– Технически другого и не надо, – заметила я. – Одна нечисть ведь будет.

– «Ловушка для демонов» подходит только для демонов.

– Девушки, расслабьтесь, – хмыкнул Кай. – Нечисть еще должна привыкнуть быть нечистью. Мы успеем разобраться по ситуации.

– Да, Эни, к тому же с нами будет сам Принц тьмы, чего нам бояться? – Заметила я.

– А вот это совершено верно! – Подтвердил Кай. – С вами настоящая сила! Порву любого, кто попробует даже косо взглянуть! К тому же практика для меня это главное. Мне нужно отработать столько заклинаний. Даже если никто нападать не будет, а я думаю, что в момент, когда я разойдусь, все позорно разбегутся в разные стороны, – Кай многозначительно вскинул брови, а мы с Эни расхохотались, – придется нападать самому.

– Так, Кай, давай определимся: убивать никого не надо, – решила прояснить ситуацию я, вспоминая, как мой друг уничтожил манекен.

– Точно? – Засомневался Кай.

– Абсолютно!

– Даже чуть-чуть?

– Тем более чуть-чуть.

– Даже самую малость?

– Даже самую присамую малость, – твердо заявила я.

Кай только скривился и обижено посмотрел на меня.

– Вечно все запрещают, – буркнул он, и мы двинулись к кассам.

Канцелярии мы набрали достаточно, думаю, должно хватить на все нужды. Наши одногруппники тоже бродили по магазину в поисках полезных вещей. Судя по тому, как студенты присматривались к безделушкам, которые, в первую очередь, в учебе не пригодятся, полагаю, они тоже искали варианты использовать некоторые предметы в зачаровании на Хэллоуин. Интересно, что, например, Фрэдди, хотел сделать с мягкой игрушкой совенка?

В общем, мы подошли к кассе и стали выкладывать покупки. Набрали все, что нам нужно мы одними из первых, оттого очереди пока не было. Продавец, пожилой мужчина с густыми седыми волосами, стал пробивать товар. Решив понаблюдать за своими одногруппниками, я не сразу услышала, как Кай неожиданно спросил:

– С Вами все в порядке?

Естественно, мне стало интересно, и я незамедлительно посмотрела на продавца. На первый взгляд ничего примечательного в нем не было. Но, если присмотреться: он выглядел подавленным и измученным, словно бессонница донимала его долгое время. Пока он пробивал товар, у него сильно тряслись руки, а на каждый резкий звук, которые издавали покупатели, мужчина вздрагивал.

– Да-да, все хорошо, – нервно сообщил мужчина, затем с трудом проглотил волнение и выдавил вымученную улыбку: – Желаете что-нибудь еще посмотреть?

Кай очень внимательно наблюдал за мужчиной, ожидая, что в какой-то момент он сдастся и расскажет, что с ним не так. А последнее было более чем очевидно.

– Нет, это все, – наконец ответил Кай.

Мужчина нервно вздохнул и уложил наши покупки в пакет. Когда Кай протянул ему деньги, продавец поспешно достал сдачу и трясущимися руками отсчитал несколько монет. В это же мгновение дверь в магазин снова распахнулась, и появились новые посетители. Тоже студенты из Академии, ничего особенного. Но мужчина, казалось, ждал кого-то еще. Завидев молодых людей, он немножко расслабился и доложил монеты.

Дверь в магазин стала закрываться, и в какой-то момент ветер вдруг ворвался в помещение и протяжно завыл. Звучало, конечно, зловеще, ведь с каждой новой секундой шум становился все громче. Однако если мы лишь слегка вздрогнули и переглянулись, мужчина за кассой задрожал. Казалось, еще несколько мгновений и бедняга упадет на пол в неизвестном нам приступе.

Кай не медлил ни секунды. Быстро перемахнув через прилавок, он оказался рядом и поддержал беднягу.

Через секунду из подсобки с коробкой ежедневников вышел молодой человек. Когда он увидел, что произошло, он небрежно приземлил коробку на столик и рванулся к продавцу.

– Отец! – Воскликнул парень и поддержал мужчину с другой стороны.

Парнишка был высоким и темноволосым, судя по тревоге на его лице, такое происходило не в первый раз. Вместе с Каем они помогли мужчине присесть на стул.

– Все хорошо, – успокаивал парень, – это просто ветер, просто ветер. Ничего большего, слышишь? Отец!

– Может быть, вызвать врача? – Предложил Кай.

– Ничего, – бросил нам парень, не оглядываясь, – он просто… переутомился. Ему нужно отдохнуть. Я отведу его в комнату.

– Я помогу, – решительно вызвался Кай.

Сначала парень хотел ответить что-то резкое, это было понятно по выражению его лица. Но потом он вдруг передумал и молча кивнул.

– Что это с ним? – Тихо спросила Эни.

– Понятия не имею, – ответила лишь я. – Но явно ничего хорошего.

– Это уж точно, – согласилась моя подруга.

Прошло не так много времени, когда Кай и сын продавца вернулись в торговый зал. Кай сразу же вернулся к нам, а парень занял место у прилавка.

– Кто следующий? – Натянул на лице дежурную улыбку, а я сверилась с табличкой на рабочей форме, Колин.

Эни тихо подвинула свои покупки, и Колин принялся их пробивать. Некоторое время он молчал, да и мы тоже.

– Извините, что так получилось, – извинился, наконец, зачем-то Колин. – Мой отец просто… переутомился.

– Может, ты расскажешь нам, что случилось? – Осторожно предложил Кай.

– Все в порядке! – Часто закивал он. – Правда.

– Слушай, если нужна помощь…

– Нет-нет, – замотал головой Колин. – Правда. Просто… – он вздохнул, – отцу нужно отдохнуть. И в данный момент я ему нужен.

Быстро пробив все оставшиеся покупки, Колин сложил их в пакет и протянул его Эни. Она расплатилась и получила сдачу, после чего Колин сообщил:

– Думаю, я пока закрою магазин. Если что-то забыли купить, через две улицы тоже есть замечательный книжный «Солнце и луна».

– Хорошо, – не стал настаивать Кай. – Спасибо!

– И тебе спасибо, – поблагодарил Колин.

А потом он объявил по громкоговорителю, что магазин закрывается. Многие заторопились на кассы, чтобы расплатиться, кто-то оставил покупки и ушел.

Когда мы вышли на улицу, солнце спряталось за небольшой тучкой. Ветра особо не было, да и я пыталась понять, что было в том вое, что напугало продавца. Угрозы я не ощущала, следовательно, это не могло быть предостережение.

– Как думаете, что это с ним? – Спросила я друзей.

– Не знаю, – вздохнул Кай, спрятав руки в карманах. Его рюкзак за спиной заметно потяжелел после того, как мы втроем сложили все свои покупки. – Но вряд ли это простое переутомление.

– По-моему, этот мужчина что-то увидел, или ожидал что-то увидеть, – предположила Эни. – Он так странно смотрел, как будто ждал чего-то…

– Он нормальный! – Заявил Кай. – Если бы это было не так, его бы за прилавок никто не поставил.

– Да я и не говорю, что он ненормальный, – тут же вскинула руки вверх Эни. – Я просто предположила.

– Может быть, Эни и права, – согласилась я. – Возможно, он и ожидал что-то увидеть. Что-то, что он видел раньше.

– Да уж, непонятно, – задумался Кай.

– Так, может, нам поспрашивать? – Предложила Эни. – Городок-то маленький, наверняка все друг друга знают. Если уж в книжном что-нибудь и случилось, они точно в курсе. А если ничего не происходило, то и переживать не из-за чего.

Да, выглядит это все очень странно. С одной стороны, мужчину явно что-то беспокоило, но с другой…

Мы шли не быстро, прогуливались по живописным улочкам. Через каждые пятьсот метров нам встречался поворот. Мимо одного из них мы как раз и проходили, когда в один момент приятное безветрие сменилось настойчивым порывом, накатившим на меня, словно прибрежная волна. Это не был простой ветер, это было явное привлечение внимания.

Что-то было в этом ветре, что-то сильное, мощное. Знакомое. Что-то, чего я знать точно не могла, но и забыть не смела. Мое сердце пропустило удар, я остановилась и уставилась на улицу, с которой подул этот странный ветер. Это коснулось меня, моих чувств, моей души. И я просто не смогла это проигнорировать.

– Рори? – донеслись до меня слова, словно из глубины океана. – Ты в порядке?

Несколько раз моргнув, я сделала глубокий вздох и обернулась. Кай стоял рядом со мной и неуверенно смотрел на меня. Что он спросил? В порядке ли я? Не уверена.

Тем не менее, я вздохнула и почти беззаботно улыбнулась.

– Да, все хорошо, – заверила его я.

– Точно? – Не поверил мне Кай.

Уверена, у меня на лице все было написано. Но говорить о том, что я только что испытала, мне не хотелось.

– Да, – более уверенно заявила я. – Вы идите вперед, ладно? Я вас догоню.

Кай только нахмурился сильнее и стал выпытывающе заглядывать мне в глаза. Я даже на мгновение испугалась, что он может догадаться. Но как? Даже я не понимала, что происходит, как это мог понять Кай?

– Тебе не нужна помощь? – Уточнил он.

– Нет, – почти спокойно ответила я. – Все в порядке, идите. Я подойду чуть позже, хорошо?

– Хорошо, – согласился Кай. – Тогда встретимся у кафе?

– Ага, – еще одна притворная улыбка в ответ.

Эни немного нервно глянула на Кая и на то, как он уверенно отправился к ней в гордом одиночестве. Я тоже ей нервно улыбнулась, а когда они пошли вперед, проводила их недолго взглядом.

Так, ладно, спокойно.

Я снова посмотрела на ту улицу, откуда дул ветер. Ничего в ней примечательного не было, разве что и людей там тоже нет. Ветер больше не дул, ведь мое внимание он уже привлек. Я решила не медлить и сразу же отправилась вперед.

Эта улица явно не пользовалась популярностью, не было здесь ни привлекательных магазинов, ни кафе, даже жилыми дома, которые меня окружали, назвать было сложно. Вокруг было тихо, немного тревожно, для меня – волнительно.

Я пыталась отыскать в окружающей меня обстановке причину, по которой ветер привлек мое внимание. Но ничего не было в том, что окружало меня такого, что могло бы воззвать к моим чувствам и эмоциям.

Гомон и так не слишком громкого города почти стих, послышался шум прибоя. Мои шаги гулко отдавались эхом вокруг, мне казалось, я издавала слишком громкие звуки, потому замедлилась и стала ступать осторожнее.

Мое сердце успокоилось, душа замерла, то, что я почувствовала в тот момент, когда ветер настиг меня, куда-то исчезло. Оно ускользало, и мне было жалко, что так происходит. Хотелось удержать это чувство, хотелось вернуть его, пережить снова.

И вот когда от этого ощущения не осталось и следа, я вдруг остановилась. Куда именно я иду? Зачем? Возможно, мне просто показалось, возможно, дело было не в ветре, а просто что-то вспомнилось, вот я и почувствовала что-то прекрасное. Да, наверное, я зря сюда пошла.

Стоило мне только развернуться, как я услышала чьи-то шаги. В доме справа от меня кто-то был. Было совершенно очевидно, что в доме никто не жил, окна были грязными, стены изветшалыми. Чуть правее располагался узкий переулок, заваленный мусором.

Еще один слабый отклик в моем сердце проснулся в тот момент, когда я подняла глаза и посмотрела на окна второго этажа. Ветер снова проснулся, достиг меня, словно подталкивая заглянуть внутрь. Если бы не он, я бы ни за что не пошла туда. Но эмоции побеждали рациональность, оттого я и поспешила зайти.

Как я и предполагала, дом давно пустовал. Не было здесь ничего того, что могло бы натолкнуть меня на мысль о том, что здесь кто-нибудь живет. Возможно, когда-то очень давно здесь кто-то и жил. Но не сейчас.

Тогда чьи же это шаги?

Вокруг по-прежнему никого не было, я вроде бы ничего не нарушала, хоть и волновалась по этому поводу. Вот что было странно: откуда я знала, где именно находится входная дверь? Только в момент, когда я к ней подошла, я это действительно поняла. Впрочем, мои логика и рациональность все еще дремали.

Дверь была не заперта, я попала внутрь беспрепятственно. В помещении было очень пыльно, тяжелый воздух заставил меня закашляться. Свет через окна едва попадал внутрь, но лестницу наверх я все же разглядела, незамедлительно отправившись туда. Ступени скрипели, я боялась провалиться, но все еще шла вперед.

Узкий коридор вел вдоль окон к трем дверям. Одна из них была распахнута настежь, туда я и отправилась. При приближении я почему-то сильно разволновалась, сердце стало стучать вдвое чаще.

Да что это со мной?

Деревянный пол под ногами скрипел и трещал, если я рассчитывала появиться неожиданно, после моих слишком шумных шагов на это можно было не надеяться. Если там кто-то внутри, зачем я иду? Откуда я знаю, что этот кто-то хороший? Зачем я иду? Зачем я иду? Зачем я?.. Вот и пришла.

Несмотря на то, что я ожидала встретить здесь кого-то конкретного, стоило заглянуть в комнату, и я не увидела ровным счетом ничего, что могло бы меня привлечь. На какое-то мгновение меня посетило разочарование, ведь я хотела найти здесь что-то. Правда, что именно, я не знаю, но все же.

Когда-то давно здесь явно кто-то жил. Старый, развалившийся диван слева, покосившийся пыльный письменный стол справа, пара сломанных стульев. Но доказательств того, что сейчас я могла встретить хозяина этого дома, не было. И чего я тогда пришла сюда?

Я вздохнула. Ну и что я хотела здесь найти? Неужели действительно мне могло показаться, что?.. Что?..

Сделав еще один глубокий вздох, я уже собралась уходить, как вдруг дверь внизу с грохотом захлопнулась. Я испугалась, резко шагнула в комнату, побоявшись, что сейчас сюда кто-нибудь придет, и замерла. Сначала я услышала завывание ветра, а потом он каким-то образом ворвался в закрытое помещение и окатил меня освежающей волной.

Повинуясь движению ветра, я обернулась и мгновенно замерла. Что-то изменилось, что-то на первый взгляд незаметное, но в комнате стало немного светлее. И тут, когда я внезапно посмотрела на диван, я обомлела и перестала дышать.

Душа встрепенулась, сердце заколотилось в груди, я нервно сглотнула и пару раз моргнула, пытаясь убедиться, что это все не сон.

Комната совершенно изменилась. Теперь она была хорошо обставлена дорогой мебелью, над головой висела люстра. А на диване слева сейчас дремал Кейн.

Это было… сравни урагану. Из всего, что можно было бы ожидать, это было самым неожиданным. Как он здесь оказался? Ведь минуту назад его здесь не было. Сначала я даже подумала, что это какой-нибудь розыгрыш. Но нет, было совсем не похоже на розыгрыш. Да и зачем?

Что делать, я не знала. Хотела ли я его разбудить? Да. Нет. С одной стороны, мне было, конечно же, приятно его увидеть, хотя после того, что случилось два месяца назад, я убедила себя в том, что Кейн…

Да, я уже не надеялась его когда-нибудь снова увидеть. Потому что, во-первых, он очень четко дал мне это понять. А во-вторых…, легче просто отгонять от себя эти мысли, чем анализировать и пытаться понять то, о чем очевидно ничего не знаешь.

Впрочем, если бы у меня была возможность с ним повидаться…

Неуверенно шагнула вперед, меня вдруг снова настиг ветер и в одно мгновение забрал у меня Кейна, стирая его с лица земли. И в этот момент я поняла: нет, это был не Кейн, это было лишь воспоминание. Как и почему я его увидела, я не знаю. Но я была уверена, что ветер к этому несомненно причастен.

Итак, что я имею: значит когда-то очень давно Кейн здесь жил. Это понятно. Непонятно только, причем здесь я и зачем меня позвал ветер? Мне нужно что-то узнать? На самом деле я понятия не имела, ведь Кейн при нашей встрече дал мне понять, что ни в свою жизнь, ни тем более в свое прошлое, он посвящать меня не собирается. Тогда почему это делает ветер?

В общем, подумав еще немножко, я решила так: раз ветер меня наставляет, значит это мне зачем-то нужно. Слушаться его я уже научилась. Ладно, идем до конца.

Сделав еще один шаг вперед, я снова была настигнута ветром. В этот раз все вокруг снова поменялось, в следующее мгновение Кейн снова появился. Только в этот раз он уже не мирно дремал, он оказался прямо передо мной.

Если честно, я растерялась и обомлела. Оказаться рядом с ним в такой близости… В тот момент я как-то не думала о том, что он – всего лишь воспоминание. Он был настолько реален, что мне казалось, будто он действительно стоит прямо передо мной. Я снова ощутила, как тревоги внутри меня медленно успокаиваются и пропадают. Забавно, даже воспоминание о Кейне заставляло меня чувствовать себя в безопасности….

Но я рано расслабилась. Понятное дело, Кейн меня не видел, ведь это было лишь воспоминание. Его привлекло что-то, что находилось у меня за спиной. Взгляд его был строгим и мрачным, потому я невольно заинтересовалась, куда он смотрит.

Обернувшись, я увидела мужчину в черном плаще и капюшоне. Лица было не разглядеть. Решив не мешаться на пути даже воспоминания, я отступила на несколько шагов. События развивались хаотично, ветер уносил старые и приносил новые. Поэтому сложно было понять, сколько времени прошло между ними.

Внезапно мужчина оказался рядом с Кейном, схватил его за шкирку и с нечеловеческой силой резко отбросил Кейна к стене. Сила, которую он применил, была настолько мощной, что при полете Кейн проломил стену.

Картинка снова исчезла, а я выскочила в коридор. Кейн оказался снаружи, а через образовавшийся проем в стене выступил мужчина в плаще. Понятное дело, Кейну досталось. Он был весь изранен, сплевывал кровью, когда откашливался и пытался подняться. Мне безумно хотелось ему помочь, но я ничего не могла сделать, и это убивало меня. Я знала, что Кейн сейчас в порядке, но все же наблюдать за тем, как он страдает…

Еще одна картинка сменилась, и Кейн внезапно появился в нескольких метрах от меня. Рядом с ним был тот тип в плаще и сейчас он взял Кейна за горло, до крови впившись в его кожу, и поднял в воздух. На тыльной стороне ладони врага я заметила черную татуировку. Сложный рисунок мне не запомнился, я ощутила только нечто неприятное, исходившее от него.

То, что к его силе причастна магия, было очевидно. Возможно, эта татуировка была как-то причастна и к тем увечьям, которые враг наносил Кейну.

Еще один рывок и Кейн вылетел в окно. Я невольно вскрикнула, но воспоминание быстро исчезло. Тогда-то я и рванула вниз, что есть силы. Оказавшись на улице, я быстро оббежала дом и, как ни странно, сразу же оказалась на пляже. Хотя в тот момент, когда я подходила ближе, мне почему-то казалось, будто пляж отсюда еще очень далеко.

Я обнаружила Кейна там, на песке. Он истекал кровью, но все еще боролся, пытаясь подняться на ноги. Мужчина в черном плаще никуда не исчез. Оказавшись рядом с Кейном, он приподнял его за грудки. Осколок стекла мелькнул у него в руке, а потом, когда я осознала, что сейчас за этим последует, воспоминание резко исчезло.

Он… он… Я знала ответ на вопрос, который не могла задать. Это было очевидностью, но вопрос был действительно в другом: почему я здесь оказалась? Зачем? Что я должна была понять?.. Или же это просто был отголосок прошлого, о котором мне теперь известно чуточку больше?

Да, это был тот самый момент, который изменил его жизнь. Кейн умер в тот день и оказался со мной на том прекрасном поле вместе с ветром. Сегодня каким-то образом я увидела его… смерть.

Я ведь хорошо помнила Кейна, каким он был, каким я встретила его в том маленьком раю. Он был именно таким: уставшим, измученным, обреченным. Я не имею ни малейшего понятия, как он вернулся к жизни, как повезло мне вернуться, или же почему ветер умеет показывать мне воспоминания? Почему только связанные с Кейном? Воспоминаний ведь везде полно.

Может быть, я просто хотела их увидеть. С тех самых пор, с нашей первой встречи в реальности, когда я поняла, что он не оказался всего лишь сном или простым видением. Я уговаривала себя, что он появился в моей жизни только лишь для того, чтобы исчезнуть навсегда. Я была ему благодарна за спасение…

Но каждый раз, когда что-нибудь напоминало мне о нем, я снова возвращалась к нашей встрече, и никак не могла понять, по какой причине он тогда сказал мне эти слова.

Так странно, я находилась за гранью жизни и смерти в тот день на поле, в летний солнечный день, но между нами не было никаких преград и различий, которые по какой-то причине появились сейчас. Хотя там было слишком далеко от жизни, здесь все по-другому, почему же сейчас мне не легче?

Море было совсем рядом, его мирные волны размеренно накрывали собою песчаный пляж. Солнце теперь пряталось за тучами, но иногда его лучи все-таки пробивались сквозь шапки облаков. Здесь было очень красиво. Если бы я выбирала себе комнату в этом доме, я бы определено выбрала ту, что с видом на океан. Это было удивительное место. Успокаивающее, и внезапно оказавшееся настолько близким к воспоминаниям. Кейн. Несмотря на то, что я видела лишь воспоминания, я все-таки была рада встретить его. Почувствовать. Вспомнить.

Ведь сколько бы я не убеждала себя в том, что все прошло, и мы больше никогда не увидимся, я все-таки скучала по нему. Безумно скучала по тому, кого совершенно не знала. Все еще не знаю.

Глава 6

– Аврора! – Крикнул мне Кай, пока я пробиралась в толпе одногруппников и пыталась найти своих друзей.

После того, как я немного пришла в себя, я отправилась к стоянке автобусов. Многие студенты уже вернулись к этому времени. Расписание – штука серьезная, особенно, если профессор к этому подходит с максимальной точностью.

Впрочем, когда я только пришла сюда, друзей я сразу не увидела.

– Вы где были? – Спросила сразу же я, как только мы встретились. – Я вас уже минут пятнадцать ищу.

– Да, извини, – хмыкнул Кай, – мы тут подумали и решили еще раз прогуляться к книжному магазину.

– Ты решил, – взяла слово Эни. – И должна тебе сказать, Рори: Кай очень хитрый.

– Я об этом догадывалась, – улыбнулась я. – Что произошло?

– Помнишь парня из магазина канцелярских товаров? – Спросила Эни.

– Колин? Да, конечно, помню! – Подтвердила я.

– Так этот хитрый лис увидел его у магазина и как рванул к нему, – стала рассказывать Эни. – Выпытал у него все на свете. Удивляюсь, как он ключи от банковской ячейки у него не забрал.

– Да ладно, – самодовольно улыбался Кай, – городок-то маленький, уверен, он хранит все свои сбережения под матрасом.

Мы с Эни переглянулись и улыбнулись.

– Колин сам мне все рассказал, я даже его не спрашивал. Я, можно сказать, даже не старался.

– Какой врун, – покачала головой Эни.

– Так что узнали? – Поинтересовалась я.

– Оказывается, бедный городок осадили призраки, – ответила Эни.

– Колин рассказал, что в последнее время во многих домах стали твориться странные вещи, – подхватила Кай. – То дверцы или шкафчики открываются сами собой, то вдруг случайно кружка разобьется. Вначале на это еще не обращали особого внимания, но потом кто-то призрака. увидел 

– Настоящего? – Уточнила я.

– В этом я уже не очень уверен, – засомневался Кай. – Но что-то они все-таки видели. Впрочем, по рассказам, они сходятся во мнениях о полтергейсте или чем-то на него похожем. И угадай, где именно он появился?

– В книжном магазине? – Предположила я.

– Именно! Поэтому и из местных там никого не было. Только студенты. Но, как рассказал Колин, раньше все жители города думали, что это вроде точечное нападение. Однако позднее о странных происшествиях начали рассказывать и остальные.

– Но разве нашествие призраков вообще возможно? – Удивилась я.

– Я, если честно, о таком не слышал, – признался Кай. – Но что-то же их привлекает здесь.

– Вообще Уинс рассказывал мне, что призраки обычно привязаны к месту, – стала вспоминать я, – Колин не говорил, много ли народу умирало в последнее время?

– Я тоже об этом подумал и спросил, – поддержал мою идею Кай. – Но, с его слов, в последние несколько недель смертей почти не было. Да если и были, люди умирали своей смертью, что исключает духов, задержавшихся здесь по причине свершившейся с ними несправедливости.

– С другой стороны, – продолжал Кай, – если так посмотреть: городок-то маленький, туристов, может, захотели завлечь, ведь мы призраков не видели.

– Даже не знаю, – нахмурилась я. – Бедный продавец в магазине не казался актером.

– Да, с этим я тоже согласен, – закивал Кай. – Но все, что нам известно, рассказывали местные жители. Нельзя исключать и тот факт, что им могло лишь показаться. У страха глаза велики.

– К тому же Колин сказал, что он сам лично призрака не видел, только его отец, – добавила Эни. – Нельзя исключать так же факта… ну… он уже пожилой, мало ли?

– Надо будет спросить Лэнса, было ли что-нибудь подобное раньше здесь? – Предложила я. – Вдруг они, и правда, эти байки травят каждый год?

– Ага, – поддакнул Кай. – У них, кстати, завтра выезд в город.

– Отлично, как раз успеем, – заметила я.

– Пошевеливайтесь! Опаздываете! – Крикнул нам профессор Шринк, потому что пошла сорок восьмая минута, последняя, согласно расписанию преподавателя.

В кафе мы засыпались, словно первый снег. На улице все же было прохладно, солнце окончательно спряталось за облаками, а в помещении тепло и уютно. Владельцы кафе были несколько удивлены появлению такого количества голодных студентов, но в хорошем смысле. Рассадив нас по свободным столикам, официанты принялись принимать заказы.

На самом деле, если не считать нашу многочисленную толпу, народу в кафе почти не было. Думаю, это могло быть как-то связано с призраками, о которых рассказал Каю и Эни Колин, но на все сто процентов я не была уверена. Может быть, жителей в городе не так много, да и зачем им в кафе? В общем, не знаю.

Но место было очень уютным и милым. Меню предлагало всякие различные пирожные, тортики, пироги и прочие сладости, которые поспешно заказали многие из наших одногруппников.

– Привет, можно к вам? – Попросилась к нам за столик Уилла, тоже наша одногруппница, которая проживала на моем этаже.

Кстати говоря, она заехала через две комнаты от меня, только в другой стороне от комнаты Эни. Уилла была очень милой и улыбчивой худенькой девочкой со светло-русыми волосами чуть ниже плеч, и красивыми серыми глазами.

– Присоединяйся, – кивнула я ей.

– Спасибо, – улыбнулась она и села рядом с Эни.

– Кстати, Лэнс обещал меня натаскать на то заклинание, которые мы разучивали, – сообщил Кай. – Еще сказал, что знает одно мощное заклинание как раз для меня! – Радостно ткнул в себя пальцем Кай.

– Кто-нибудь вообще сомневается, что все сложные заклинания только для тебя? – Улыбнулась я.

– Таких нет, – покачала головой Эни.

– Не я, – поддержала и Уилла.

– Слышь, Принц, передай сироп! – Попросил Фрэди за соседним столиком.

– Держи! – Быстро передал сироп Кай. – Я вообще думаю, раз нам выдали учебники первого курса, может быть, удастся взять и другие? То есть, если я уверенно приду и попрошу, кто там будет спрашивать?

– Тебе Лэнс что сказал по этому поводу? – Напомнила лишь я.

– Ничего он не говорил, – отрешенно заявил Кай.

На самом деле он говорил и не раз, что учебники и любую литературу курсом выше выдают под роспись. Но Каю очень не терпелось.

– Да и к тому же! Лэнс пусть нас учит! Он уже многое знает! Два заклинания – это вообще ничто! Нам нужно больше! Больше!

– Так, кто-нибудь, таблетки от жадности, скорее! – Воскликнула Эни, и мы дружно расхохотались.

– Не считая твоих корыстных целей, Лэнс и правда силен, – поддержала я. – Помнишь, он говорил, что у него много свободного времени?

– Ага, – кивнул Кай. – Но это не из-за того, что он особенный. И я сейчас ничего плохого сказать не хочу, просто времени у него много из-за того, что с ним мало кто общается.

– Ну и зря, – пожала плечами я. – С другой стороны, если так посмотреть: нам же больше достанется и его мастерства, и внимания. Плюс, он очень хороший друг.

– Кстати, да, – поддержала Эни. – На прошлой неделе, например, мои бабушка с дедушкой прислали мне посылку, да такую тяжелую, что я едва смотреть на нее могла. Так Лэнс был рядом и вызвался мне помочь.

– Ага, – хмыкнул Кай. – А еще он третьекурсник, мастер заклинаний и кладезь информации, если вы понимаете, о чем я.

Кай загадочно улыбнулся, а мы с Эни похихикали.

– Но ведь эта его метка Жнеца… – задумчиво начала было Уилла.

После столь оптимистичной речи в пользу Лэнса, слова Уиллы показались контрастными.

– Стоп-стоп-стоп! – Остановил тут же Кай. – Во-первых, что за метка? И, во-вторых, откуда ты знаешь об этом?

Уилла смущено улыбнулась.

– Я много читаю, – замялась Уилла. – К тому же однажды я ее увидела и… это было интересно.

– Что за метка? – Настаивал Кай.

– Она… на лбу, – Уилла все смущалась под настойчивым взглядом Кая. – Это символ. Мрачный символ. Я думаю, поэтому он ходит с такой длинной челкой. Чтобы его скрывать.

Кай глянул на меня, и я тут же улыбнулась. Думаю, он вспомнил то проклятие, которое было на него наложено в первые дни приезда сюда.

– Это как проклятие? – Решила уточнить я.

– Нет, – покачала головой Уилла. – Это определенного рода долг. Он должен его исполнить. Иначе он сам умрет.

За нашим столиком воцарилась звенящая тишина. Какое-то время никто не решался ничего говорить.

– Что значит «долг»? – Наконец осторожно спросила Эни.

Уилла, похоже, поняла, что подробности, о которых она нам рассказала, были чересчур мрачными. Ее щеки порозовели, а когда принесли заказ, она поспешила спрятаться за молочным коктейлем, который заказала.

– Я не знаю, – откинулась на спинку стула она.

– И вообще… – подался к ней ближе Кай, нахмурившись, – откуда ты так много знаешь о жнецах? – Подозрительно спросил он.

– Да я просто много читаю, – улыбнулась Уилла. – К тому же, с одной стороны, Жнец – это определенная связь со смертью. Но, с другой – он станет бессмертным. Просто по приданиям будущие Жнецы притягивают смерть, вот их и сторонятся.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.