Герои на дороге не валяются
Волшебные хроники
Любовь Сушко

© Любовь Сушко, 2024

ISBN 978-5-4490-6935-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

БАЛДА СПЕШИТ НА ПОМОЩЬ

ГЕРОИЧЕСКИЕ ЛЕТОПИСИ ЗАПОВЕДНОГО ЛЕСА

Часть 1 Явление героя. Начало

Глава 1 Герои на дороге не валяются

Обширны, почти бескрайни славянские землиВсего много было на бескрайних землях, и в заповедном лесу, а вот героя своего как не было прежде, так и теперь не бывало. .

– Но если героя нет, то его просто не нашли пока, значит должен кто-то напрячься и найти героя, – размышлял кот Баюн, беседуя с Домовым, – этим надо только озадачиться и заняться.

А так как никто этим до сих пор не занимался, то выбор Яги пал на ее любимого ученого кот. Решила Яга: хватит ему прохлаждаться, надо хоть что-то полезное для заповедного леса сделать. Совсем Емели и Иваны царевичи одолели, с ними и до конца света недалеко: все, что было можно – украли у соседей, Серого волка загоняли совсем, если кто-то здесь жили и не тужили, только черти полосатые. Вот на них управа и должна была найтись. Срочно нужен был славянскому миру герой – веселый, хитрый, любимый всеми, с которым никакие беды не будут страшны, все будет ладиться и складно получится.

Серый Волк, который присутствовал при этом моменте, с ней согласился. Коту осталось только подчиниться и исполнять пожелание, а оно пострашнее любого царского указа будет. Он и подчинился. С этого тогда все и началось.

Кот Баюн долго искал подходящего героя. Конечно, ему помогали черти. Они были все подняты, отправлены в разные места со строгими наказами- найти героя.

Баюн прослушал всех чертей до одного. Те прибегали к нему с докладами, когда возвращались из разных мест. Они говорили торопливо о том, кого и где они повстречали, кто и где с каким Змеем сражался, кто от битвы прятался. Ничего от чертей не укрылось. Но кот только лапой разочарованно махал. Никто ему не нравился, ни один не подходил и все, хоть в лепешку расшибись.

– Широки земли наши, необъятны они, а героя как не было, так и нет, – говорил потом Яге кот Баюн.

– Кто ищет, тот всегда найдет, – отвечала Яга.

Кот тяжело вздыхал.

Но потом кое-что все-таки изменилось. Яга никогда ни в чем не ошибалось, сбывались все предсказания, сбылось и это.

Глава 2 Кот ищет, кот найдет

А начиналось все однажды на рассвете так.

Черти были подняты по тревоге ни свет не заря, чему очень сильно удивились, и решили, что сама Яга их зовет.

Летучие мыши, за ними посланные, изъяснялись туманно – понять что-то было очень трудно. Когда они собрались под дубом в назначенном месте, то к ним кот и вышел, и сообщил, что он должен найти героя.

– Настал такой момент, нельзя нам больше без него, – говорил Баюн и на чертей внимательно поглядывал.

– А что, у нас парней мало тут бродит? – поинтересовался черт Кондрат, – только что Ивана царевича воскресили да проводили, и от Емели отбиться никак не можем. Он все пристает к нам, то с одним, то с другим дурацким заданием.

– Как стал царем, совсем с ним никак не управиться, – жаловался черт Прохор.

– Вот то-то и оно, – согласился кот, – а мне герои нужен, чтобы было потом о ком сказки рассказывать, и в пример ставить. Многому ли Емеля да царевич их научат? Настоящий герои должен быть у нас, и его пока нет. С копыт сбейтесь, но его найдите.

– Пойди туда не знаю куда, приведи того, не знаю кого, – вздохнул черт Захар, да так тягостно, что коту жалко его стало, но от своего Баюн не отступал.

Кот строго на него поглядел.

Черт напоминал ему его же собственную сказку. Но это не освобождало его от поисков.

И вот теперь, когда черти возвращались назад, они только разводили руками, били в нетерпении копытами землю и ничего больше сказать не могли.

Героя нигде не было – ни слуху, ни духу, как сквозь землю провалился.

Глава 3 Опустела без тебя земля

Герой пока не появлялся.

Это было видно даже слепым и слышно глухим, а что об остальных говорить?

– Он сквозь землю провалился, – то ли шутил, то ли издевался кто-то из духов, на чертей заморенных поглядывая..

– Что, при вашей шустрости, вы нигде и никого отыскать не могли? – удивлялся кот.

Черти копошились, переминались с копыта на копыто.

– Идите и ищите снова, не может быть, чтобы его не было.

И снова упрямо молчали черти, понимая, что он не успокоиться и пошлет их подальше. Кот же им всем говорил одно:

– Кто ищет, тот всегда найдет. А вот если копытами не шевелить, то точно ничего не будет, такая народная примета есть, хорошая примета, всегда исполнялась

И немного успокоенные черти, снова мчались и сбивались с копыт, выли от усталости и бессилия.

Они бежали незнамо куда, но искали героя, хотя и не представляли себе, каким он должен быть. Не была древняя Русь героями богата, но ведь все когда-то начинается.

Они примерно догадывались, каким он быть не должен, но это им не помогало в главном деле – поиске героя.

– Кто ищет, тот всегда найдет, – повторяли они слова кота, когда валились с копыт, засыпали до утра в тревожном сне, только легче им не становилось. Сон был кратким и тревожным. Совсем не хотелось просыпаться, но кот опять поднимал им, даже волков грозил привести, чтобы он помог ему с ленивыми чертями справиться.

И все-таки все когда-нибудь начинается, и кончается однажды тоже, только черти до того счастливого момента боялись не дожить. Хотя. От усталости забыли, что оставались бессмертными, и не грозила им сметь, нечего и мечтать о таком.

И если бы они могли себе представить, что в итоге случится, то, вероятно бы умерили свой пыл немного – растянули удовольствие пожить на свободе без героя.

Но черти пока ничего такого не знали и не представляли себе, какая у них жизнь начнется, как только герой появится, а потому были беспечны и слегка легкомысленны.

Глава 4 Горыныч и кот Баюн

А начиналась эта история так:

Кот посмотрел внимательно на Змея и произнес сказочную фразу:

– Поди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что.

– И что я там забыл? – возмутился Змей.

Потом немного покапризничал, и стал спрашивать, что же надо все-таки принести. Знал ведь, что кот от него все равно не отстанет.

– Принеси Царевну Лягушку, и ты свободен.

– Кот, а ты мухоморов не объелся или просто издеваешься, я девиц терял, в полете в лапах удержать не мог, как же я с лягушкой управлюсь, ведь она поменьше любой девицы и даже черта рогатого будет значительно мельче, мне ее не удержать, особенно если вырываться станет.

– Ну ты и Змей, – возмутился кот, – хочешь, чтобы наш Иван царевич холостым и бездетным оставался, царя Гороха хочешь наследников и будущего лишить. Так это прямо заговор против царя нашего, а что еще от такого Змея можно ожидать?

– Да ничего я такого не хочу, чего раскипятился – то, я говорю, что Серый волк с этим лучше справится. Забыл, что он давеча и птицу, и девицу, и коня раздобыл, да что достал, и сберег даже, как ему сам царевич тогда не мешал, а у меня это плохо получается, вон хоть у Лешего спроси, если мне не веришь, не мастак я по части девиц, а лягушек и подавно.

Змей показал лапой в сторону избушки, где обитал Леший.

– Вот волк и будет беречь, а тебе украсть у Кащея лягушку надо и сюда в целости доставить. Больше пока ничего не требуется.

Какой упрямый у них кот, понял Горыныч, что лучше согласиться, ведь все равно заставит.

Но никогда не мог угадать Змей, хотя и мудрым слыл, что на самом деле кот Баюн задумал.

Полетел наш Горыныч туда, не знаю куда, чтобы принести то, не знаю что.

Так и жили тогда и сказки складывали потом Змей с котом.

Глава 5 Змей и Балда

Когда Змей отпускался к заповедному болоту, то тьма на землю упала. Потом это стали Затмением называть, а ему просто показалось, что в один миг ночь наступила.

Чудеса да и только, но когда летишь за лягушкой для царевича, то ничему удивляться не станешь. Змей успел разглядеть то, что ему нужно было – дальше действовал в темноте и таинственной неизвестности. Не ждать же пока свет вернется, а может он не вернется никогда. А что потом?

Змей вдруг понял, что даже для царевны, не говоря уж о лягушке, ноша его тяжеловата будет. Видать промахнулся он в темноте и что-то не то схватил.

– И кого это я украл интересно, – вслух на лету размышлял Горыныч.

Тишина и темнота стояла вокруг. И вдруг голос человеческий рядом услышал Змей.

– А с чего это я летать начал, – раздался поблизости приятный мужской голос.

– Еее-мое, – возмутился Змей, – вроде мужик у меня в лапах. И что теперь с ним делать?

– Тащи назад, туда, откудова взял, – потребовал тот, услышав голос Змея, и догадавшись, что летит все-таки он не сам. Хотя крылья и мастерил, но это не они его видать в воздухе держали, а лапы Змеевы. Какое разочарование. Завертелся парень в лапах, того и гляди, упадет, а то и помрет. Хотя, судя по его шустрости, помирать он не собирался еще лет сто.

Именно так Змей и хотел поступить, да только не успел, какая-то стрела каленная вонзилась ему в бок. Змей покачнулся и стал камнем падать вниз, так больно было это внезапное ранение, терпеть эту адскую боль он никак не мог. Падал Змей прямо в заповедный лес, ломая деревья и кусты, чуть на кота не шлепнулся, тот едва отскочить в сторону успел.

За это время лапы его сами собой и разжались, из них Балда и выпал. Не удержал его все-таки Горыныч, как ни старался.

Глава 6 Кот и Балда. Знакомство

Как только Змей вместе с Балдой упал на поляну, и появился мгновенно свет. Да такой яркий был свет, что они сначала даже зажмурились.

– Если это девица, – рассуждал кот, то я Серый волк.

– Это не девица, – согласился Змей, – даже не ведаю, как он у меня в лапах оказался. Здесь без колдовства не обошлось, сначала вроде нормальная лягушка была, а это что такое?

Змей стал сокрушаться, искоса поглядывая на парня, кот его от всей души утешал:

– Да ладно, не печалься сильно, украл так украл, чего после драки лапами махать. С тобой и не такое, помнится, случалось.

Но о чем-то догадавшись по плутоватому виду кота, Змей подступился к нему и в ярости замахал лапами:

– Кот, только не говори, что ты к этому похищению не причастен, лучше не ври мне, паразит, ведь если узнаю, а я узнаю, тебе плохо будет.

Парень с другой стороны молча приблизился к коту, словно хотел услышать, что же тот скажет. Ведь все-таки его, а не чужая судьба решалась.

– Я? – искренне удивился Баюн, – да как ты смеешь, Змей ты наглый, на ученого кота лапу поднимать и голос повышать? А в чем это ты меня обвиняешь. Люди тоже все свои косяки на чертей списывают, только со мной такое не пройдет, говорю не причастен, значит не причастен.

Но Балда так на него взглянул, что кот решил особенно не отпираться, только отпрыгнул в сторону.

– Виноват, не виноват, какая разница, исправлюсь, ишь двое на одного. А если не нравится, то отправляйся назад в лес, Змей тебя украл, он и вернет.

Кот выкрутился и быстро перешел в наступление.

Балда остановился, такого отпора он от кота не ожидал.

Кот не сомневался, что парню не хочется снова остаться в одиночестве в дремучем лесу.

Кот же давно усвоил, что нападение и есть лучшая защита.

– Горыныч, отправляйся с ним обратно, будем исправлять свои ошибки.

Балда резким движением остановил Змея.

– Не суетись, успеется, мне торопиться некуда. Раз уж притащил, надо здесь осмотреться, а то чего туда-сюда мотаться, только крылья бить. Да и говорят берегини, что против судьбы не попрешь все одно.

Горыныч вертел центральной головой, он смотрел то на одного, то на другого героя и никак не мог понять, что же ему делать, тащить или не тащить.

– Что-то я не понял, мы летим или не летим, вы уж решайте быстрее, дел у меня много, некогда тут с вами рассиживаться да разговоры говорить.

– Да я и сам не пойму, кого ты нам приволок, – тяжело вздохнул кот, – но если он так хочет, то пусть пока остается.

Балда хранил молчание.

Глава 7 Баба Яга и Леший о текущем моменте

Яга из своей избушки наблюдала за тем, что происходило на лесной поляне.

Она хорошо видела и во тьме, но теперь все было освещено солнцем .

Когда к ней заглянул Леший, чтобы спросить, что это было за затмение, она только улыбнулась:

– Вот тебе Змей, кот и черт – вся компания в сборе.

– Хорошая компания – твой Змей совсем ополоумел, кот сам себя перехитрит, а если этот парень герой, то я Царь Морской. Но я скорее Владыкой морей стану, а он никакой не герой.

– Знаешь что, милок, что хорошо смеется последний, а потому не дели шкуру неубитого медведя, сколько раз я тебе о том говорила, а ты все меня не слушаешь никак, потом все время и оказываешься в проигрыше.

– Ну ты даешь, Яга, да что у нас своих царевичей мало, приволокли неведомо кого и носитесь с ним, как с писанной торбой. Стоило чертей столько гонять, чтобы появился герой, которого зовут Балда – умора.

– Царевичей полно, столько, что на них твоих волков не напасешься, и Змеев и Девиц не наберешься. Но не героические они вовсе, а чего из худших лучшего выбирать? С этим даже царь Горох согласился. Нам нужен герой, чтобы быть примером для царевичей, уму-разуму их научить, чертей, чтобы в чувства привел и порядку научил, ведь пока это никак не удается, (Яга намекнула на то, что сам Леший с чертями никогда сладить не мог, особенно после того, когда те затеяли бунт) вот кот и расстарался.

– Может царевичи наши и не храбрецы и не забияки первые, зато добрые да хорошие будут – это точно. Младший даже лягушку из болота забрал и жениться на ней собирается, сам от Болотного знаю, а тот никогда не врет. Все только и в лесу и в царстве о том говорят.

– Вот балбес. Так это кот ему сказку про царевну, Кащеем заколдованную, поведал. А он и поверил, какой доверчивый попался, сколько я ему твердила: ты кота слушай, а сам не плошай, ничего не слушает, уже и Яга ему не указ. Ничего, кот его доведет до Пекла, не только до болота, вот хитрюга рыжий, и все бы ему над царевичами глупыми издеваться.

Леший насторожился:

– А что, лягушка не превратится в царевну, хочешь сказать?

– И ты туда же? Нет, давно надо кота в погреб посадить, чтобы ни слуху, ни духу его больше в лесу не было, а сам царевичей и леших не баламутил. Если дальше так пойдет, то всех лягушек и перетаскают от безделья и глупой доверчивости своей наши царевичи, и лягушек погубят, и у царя болото настоящее будет, это же тихий ужас, до чего могут сказки довести.

Леший слушал, да только головой качал.

Яга никак не могла уняться:

– Ничего, когда царь Горох узнает, что вы тут с котом творите, он вам покажет. И ладно царевич безголовый, такой же как и батюшка его, но ты – то вроде мудрый у нас, да и кто ученый, чего удумали.

Долго еще Яга бушевала и возмущалась, расходилась на этот раз сильно…

Глава 8 Пропавшая царевна

Как только Леший вышел из избушки, сразу изловил черта Стаса – самого сообразительного и расторопного из них, чтобы выяснить хоть что-то, из того, что в мире его происходило.

– Догони скорей царевича, укради у него лягушку и верни ее назад.

– А на что отбирать, – поинтересовался черт, – у нас, что все лягушки перевелись, эта последняя осталась? Так она и царевичу вроде нужна. А мы без нее обойдемся как-нибудь, да и характер у нее не подарок.

– Ты будешь исполнять, что следует или языком чесать? – спрашивал Леший.

– Я знать хочу, на что тебе эта лягушка.

– Мы с котом его кажется, обманули, он думает, что наша лягушка в царевну превратится, а это все сказки. Женится на ней царевич, а она так лягушкой и останется, вот почему нельзя этого допустить, пусть она лягушкой и остается в своем болоте, а то привыкнет к царской жизни, отвыкать еще труднее будет.

– Так значит, она не превратиться, бедная лягушка, – черт Стас готов был расплакаться, едва сдержался.

– Превратится, – заверил Леший, – когда ты Перуном станешь.

Он тяжело вздохнул и огляделся вокруг.

Но черт Стас уже исчез, ему хотелось спасти бедную лягушку. Ведь она ни в чем не виновата.

И все это сказки, царевичи, коты, а лягушка потом страдай.

Он даже про нее былину потом сочинил, поэт все-таки. Хорошая получилась былина.

Вот эту былину в который раз потом рассказывал, а то и распевал черт Стас, всем лягушкам, которые хотели, да так и не стали царевнами.

Царевны восхитительной черты.
Прозрачное болото бытия.
Царевна ты, а вот лягушка ты.
И в том и в этом вечно суть ея.
В стихах поэта снова ожила.
И одинока, страшно и признаться.
Царевною прекрасною была,
но как могла лягушкой оказаться?
Все колдовство, и чары бытия,
богиня не осилила однажды.
Царевна и лягушка – суть ее.
Она молчит, и он стоит на страже.
Царевич доставался ей в мужья.
Она ждала, она еще терпела
Но вот болото, скрыло от тебя
прекрасное ее, святое тело.
И больше нет возврата в этот мир.
Но шкура сожжена ее до срока.
Тоскует муж, он так порою мил.
И ненавидя, любят он глубоко.
Растаяли прекрасные черты,
в болоте боль извечная повисла.
Но кто же ты, куда укрылась ты.
И эта шкура будет ненавистна.
Во мраке, в одиночестве заснуть.
Не бойся, царь найдет себе другую.
Кувшинки белизной свой блеснут.
Проснется ветер и поднимет бурю

Глава 9 Жизнь продолжается

Черти искали героя, носились, сбивались с ног, ничего не помогало.

А нашелся герой сам. Никто из них потом не мог сказать, что это его заслуга – никто не мог заслуженную похвалу от Баюна получить..

А было дело так.

Когда грустный кот Баюн поджидал на поляне чертей и нехорошими словами их и мир поминал, потому что если на таком огромном просторе героя одного-единственного черти никак не отыщут, то дело дрянь. Он и не думал, что придется развести лапами и согласиться с тем, что нет у них героя.

Вот в тот самым момент, когда приуныл кот Баюн, а черти сбились с ног, шум и свист раздался, кот отпрыгнул в сторону, потому что решил, что кто-то из богатырей забавляется и булаву вверх подкидывает, или стрелу царевич выпустил, чтобы невесту себе найти.

Правда, кроме Яги других невест тут нет. Но лягушек развелось видимо-невидимо, и каждая из них может оказаться заколдованной царевной, а потому надо быть осторожным.

Ведь она может ею и не оказаться. Сам он сказки рассказывал, а если не окажется, да лягушкой останется, то царевич ему спасибо не скажет – это точно.

Но что же произошло на этот раз?

Уже издалека, (кот был осторожен, и будешь таким, когда столько времени в лесу провел), кот заметил, что упала не стрела, лягушки могут пока отдыхать. И это было что-то тяжелее и больше булавы богатырской – точно.

На самом деле с неба упал человек, из лап Горыныча выскользнув.

Были такие времена, когда люди еще падали неожиданно с небес. А потом и поговорка появилась, как с неба упал.

Парень лежал неподвижно, и можно было подумать, что Дракон кого-то потерял по дороге, или тот сам из его лап вывернулся и убился.

Кот смотрел издалека на неподвижное тело. Приблизиться он никак не решался. Дракона над головой не было, нечего на Горыныча пенять. Тогда вообще непонятно. Одно точно – упал этот парень не с дерева – летел далеко.

Но кто же его бросил?

Даже Соловья не было поблизости, а он бы точно стал уверять, что свистом своим убил это залетного парня, вот он и свалился замертво. Соловей любит так себя показывать и мир пугать. Но не повезло ему на этот раз.

По всем соображениям Баюна незнакомец должен быть мертвее мертвого, конечно, если он…

Кот мысль додумать не успел. Раздался то ли стон, то ли просто голос оттуда.

Парень был жив и невредим, он пошевелился и застонал снова.

– Балда, – вырвалось невольно у сердитого кота.

– Что, Балда, я уже 20 лет, как Балда, и кто меня тут знает, – услышал кот и ушам своим не поверил даже.

– Значит, ты Балда и есть, вот и познакомились.

Глава 10 Тяжело только в начале

Кот Баюн приблизился к залетному парню. Должен же он был его получше разглядеть. Спросить надо, откуда он взялся, чего голову ломать да гадать, знать надо все заранее.

Тут уже подоспела Яга, кто-то из чертей прибежал, и все они окружили Балду, гадая, кто и откуда мог его сюда привести. Но даже попытку не предприняли черти себе приписать чужие заслуги. Ни один не заикнулся, что это он Балду разыскал и сюда доставил, что видел прежде, и только случайно Горыныч их опередил ненароком.

Но кто теперь будет родителем героя считаться? Это стали сразу же выяснять черти. Но никак не могли решить, что и как им нужно делать с героем дальше. Какими же они нерешительными оказались в самый ответственный момент.

То, что это был тот самый, которого искали черти, они не сомневались. Вон кот как на него смотрел. Герой – у него это и на лбу даже написано. Такого ни с каким другим не перепутать.

Но многого они все-таки не знали. А если бы узнали тогда, то затрепетали бы от ужаса, еще неизвестно, чем все это бы для них закончилось тогда.

Но тогда черти пребывали еще в счастливом неведении, решили передохнуть после трудов тяжких да повеселиться от души.

Баба Яга сразу увела героя к себе, Банника заставила баню в неурочный час истопить, а когда он заупрямился, так на него взглянула, что желание с ней спорить сразу прошло. Побежал бегом Банник к своей бане.

Яга отвела для Балды одну из своих комнат, на житье определила, блином накормила. Даже кот удивился немало такой заботе и расторопности. Она, конечно, привечала всех, даже Ивана царевича, но тут особенно ласковой была и даже радовалась, что он к ним упал. Кот насторожился, даже лапой за ухом почесал удивленно, не зная, что и подумать. С чего бы это?

И черти немного успокоились. Кот их больше никуда не посылал. Герой нашелся. Хотя в это почти не верилось.

Они думали, что все хлопоты закончилось, наивные, только радовались рано – тогда все и началось на самом деле.

О том, что покой им только снился с момента падения Балды, они и не догадывались тогда вовсе.

Бедные наивные черти, какими веселыми и беспечными они были. Как быстро от веселия их ничего не осталось. Тогда они придумали поговорку о том, что хорошо смеется тот, кто смеется последним, и это всегда будет Балда.

Глава 11 А тем временем в лесу

Мы уже знаем, что Балда свалился с неба, и если бы кот Баюн вовремя не отпрыгнул в сторону, то свалился бы он, вероятно, на самого кота. Может, и раздавил бы, а может, и не раздавил, но только береженного Велес бережет. Кот Баюн это давно усвоил и правильно сделал.

Ничего страшного с нашим котом тогда не случилось, даже наоборот, он нашел то, что искал, и был это именно герой, без которого все так скверно на Руси в те дни было.

Только оставался еще какой-то срок для того, чтобы в том убедиться. Но сомнений у кота не было никаких.

Но хотя Баюн и не узнал, какой иноземный Дракон парня нес да выронил в дремучем лесу, откуда его наш Змей прихватил. Но он не сомневался, что так это и было. Правда, Балда отпирался, Драконы тоже помалкивали, но стало ясно и понятно, что к прошлому возврата больше нет. Жизнь в заповедном лесу с того дня резко переменилась. Теперь все разделили время на то, которое было до Балды, и после его появления на свет.

Хотели ли того черти, да и сам кот Баюн или нет, сказать трудно. Их об этом никто и не спрашивал. Но Балда засучил рукава, да и взялся тут же за дело.

Вот уж точно, что ни на одного из прежних героев ни капли он не был похож.

Сразу начал наводить в лесу порядки. И в прямом и в переносном смысле все переменилось в один миг.

Когда Леший уже умаялся с непослушными чертями, которые боролись за свою свободу и независимость, и пакостили не потому, что злы были от природы, а потому что никаких притеснений не переносили, сразу возмущаться начинали. А Леший, надо признать, подхода к ним найти так и не смог, как не старался, да и махнул на это рукой. Вот и делали они до сих пор, что им вздумается. Немного боялись рогатые только Бабы Яги. Коту подчинялись, когда тот с ними возился и наказать грозился, и все. В остальном были вольны и не укротимы, как и любые черти во всем мире.

Но Балда с первого же дня собирал всех чертей на поляне перед озером, пересчитал, переписал на берестяную грамоту, никого не упустил, никакого не забыл, да и заставил их дорожки почистить, ветки убрать, мох причесать – порядок в лесу навести. А объяснил им всем, а некоторым и не один раз повторил, что в уютном месте жить значительно приятнее самим будет. Тогда черти ему не поверили. А ведь говорил он очень убедительно.

№№№№№№№№№

Поверить не поверили, а работать все равно пришлось.

Если сначала они как-то отлынивали, и что-то делали наперекор по старой памяти, то быстро от своих пакостей отказались.

Око недремлющее Балды следовало за ними повсюду, и что совсем уж удивительно, за всеми сразу – куда бы они ни убегали, где бы ни прятались, на какие деревья бы не залазили – нигде теперь им спасения не было.

И как только какой черт сбивался с пути, и куда-то увиливал, длинная рука его тут же доставала и на место возвращала. Начинал он с того самого шага, где свернуть пытался и спрятаться. А когда все в третий и в пятый раз повторялось, то даже самые упрямые черти поняли, что никуда им не деться. И поговорка про то, что покорного судьба или Балда ведет, а упрямого тащит – она срабатывала всегда безотказно.

Более того, скоро они заметили, что интересная вещь получалось: когда все, кто не сворачивал, были на отдых и помывку отпущены добрым Балдой, нарушители продолжали свое дело творить, и теперь уже и не помышляли о том, как его испоганить можно. Правда, некоторые и со второго раза не понимали, что увильнуть и переложить на других им ничего не удастся, тогда Балда им объяснял снова по принципу: не умеешь -научим, не хочешь – заставим.

Глава 12 Друзья или враги, все смешалось в лесу

Кота Баюна Балда не трогал.

Герой почувствовал сразу, что того голой рукой не возьмешь. Кот приходил к месту их трудов незваный и непрошенный, чтобы понаблюдать, как все происходит. Очень ему нравилось смотреть, как Балда с чертями управляется. Было у него чему поучиться.

Кот предвкушал, что сказки напишет самые забавные. А вечером за ужином обо всем Яге рассказывал. Та только головой качала, но ничего не говорила. Появление кота во время трудового воспитания чертей только подливало масло в огонь, и чертям никак не могло понравиться. Но они терпели из последних сил, и, трудясь в заповедном лесу и его окрестностях в поте лица, понимали, что если Балда объединится с котом, то это будет настоящая погибель для всего чертова братства. И хотя черти не представляли себе, что такое для них смерть – это ведь только люди и животные знать могли, но тут именно о погибели своей они и стали задумываться все чаще в перерывах между тяжкими трудами. Наверное, именно от такой работы кони и дохнут, а черти порядком выдохлись. Зато на заповедный лес теперь было любо и дорого посмотреть. Когда случайно туда заглянул из соседнего дремучего леса Соловей, он так свистнул от удивления, что черти, как осенние желтые листья, разлетелись в разные стороны.

Однажды вечером, когда Балда развел костер, и Яга к нему подсела вместе с Лешим, кот Баюн тоже случайно поблизости оказался. Тогда и сообщил им всем троим Балда, что он отправляется к людям. Они переглянулись.

– С чертями все наладилось, они вполне приличными тружениками стали, все поняли, без меня будут трудиться еще лучше, чем со мной, но надо посмотреть, что там, у людей делается.

Сколько они не отговаривали его, Балда не собирался от путешествия к людям отказываться.

Кот загрустил немного, о Лешем и говорить нечего, он понял, что земля из-под ног уходит, спокойной его жизни снова конец пришел. И только черт Захар, услышав это, сначала ушам своим не поверил, долго уши чистил, убедившись, что там все в порядке, он не ослышался, а потом побежал сообщать остальным, что Балда от них уходит. Весть тут же понеслась дальше, теперь черти боялись только, что он возьмет да и передумает. Но свои решения парень принимал раз и навсегда, подчеркнув, что с их легкомысленными царевичами у него нет ничего общего.

Вскоре они сами могли увидеть, как, повесив котомку на плечо, уходил по знакомой тропинке Балда, наказав им, как надо работать, предупредил, что и оттуда все увидит и узнает. Если кто-то из них от работы будет отлынивать, на других ее переваливать, то потом всю оставшуюся жизнь, а у них бессмертие впереди вроде было, работать ему не переработать за всех своих братьев и сестер.

Но черти в это не верили и никак не могли сдержать своей невероятной радости. Они получили свободу, надеялись, что Балда не вернется никогда назад. Напрасно, надо сказать, надеялись черти – такие, как наш Балда, появившись где-то однажды, всегда возвращаются.

Глава 13 БАЛДА И ВАСИЛИСА Первая встреча

Пока Балда обживался в заповедном лесу, туда заявилась и царская дочь Василиса.

– Какой же ты хороший и пригожий, – воскликнула девица, а для меня женихов до сих пор не находилось, – призналась она, – они видно тебя для меня припасли.

– Ничего подобного, – возмутился Балда, – не хочу, чтобы без меня меня женили даже и на царской дочке.

Так это твердо и уверенно заявил Балда, что Соловей, подслушивавший разговор в кроне дерева случайно свистнул.

Василиса сначала не поняла даже, решила, что ослышалась, а потом до нее все-таки дошло, что парень отталкивает ее, не собирается с ней ближе знакомиться.

– Да как ты смеешь, – только и могла крикнуть визгливо царевна.

– Может, я в тебя и влюбился бы, но нельзя и царской дочке быть такой навязчивой, – заявил Балда и гордо выпятил грудь, потом он все-таки опомнился и улыбнулся, но было уже поздно.

– Я царевна, и будет так, как я хочу, – наступала Василиса.

– А царевны мне и даром не надо, – отвечал упрямо Балда, с места он даже не двигался.

Кот и Волк следили за ними из кустов, волк хотел бежать туда и спасти свою любимую царевну, он готов был даже покусать немного Балду, но кот преградил ему дорогу.

– Не смей этого делать, только через мой труп. Балда вон как чертей воспитал, и твоей царевне не помешает быть более воспитанной, а то вон что творит, совсем от лап отбилась.

– Думаешь, не перешагну? – поинтересовался волк, дивясь тому, что кот так яростно настроен. Бедную девушку не собирается защищать.

– Перешагнешь, но тебе же хуже будет, – пообещал кот.

Волк остановился, – знал, что от кота всего можно было ожидать.

Напрасно Василиса визжала и звала своего волка.

– Ничего с ней не сделается, в обиду мы ее не дадим, конечно, царевна все-таки, но всем ее капризам потакать не станем, не хочет Балда жениться, и не надо, пусть крестьянку себе ищет, каждому свое. А будет царевнами разбрасываться, так и вовсе один останется, ты только не реви, а то потоп тут скоро будет.

Василиса развернулась и побежала из леса, кот больше не задерживал волка, тот бросился за ней, сам он пошел к Балде.

Глава 14 Спасать или не спасать

Балда разглядывал пеструю бабочку, которая взяла, да и уселась ему на ладонь. Это возмутило кота еще больше.

– Смотри, чего ты натворил, – услышал Балда голос кота, – за девчонкой волк погнался, будет у нас еще одна Красная Шапочка. Сожрет ее, ты будешь перед царем Горохом отвечать.

– А почему ты об этом так спокойно говоришь, – удивился Балда, – думаешь, он ее правда слопает?

Странно, что Балда скорее просто полюбопытствовал, но вовсе не испугался, не насторожился. Неужели он такой бессердечный?

– Может и сожрет, она же вкуснее, чем ты, если уж кого-то есть, то царевну, а не понятно, откуда взявшегося чужеземца.

Балда стоял и думал, бежать ли ему за Волком и за Василисой, или не бежать.

– А чего ты маешься, жениться ты на ней не хочешь, пусть хоть волку она достанется, наестся вкусно и досыта, чего одной царевне век вековать.

– Не пойму что-то шутишь ты или говоришь серьезно? – удивленно спросил Балда. Кот вообще какой-то странный был, такой ядовитый и нахальный.

– Сам не знаю, – признался кот, – волк, конечно, разные бывают, наш смирный, с царевичем сколько возился, но говорит, что нынче он голодный, потому может еще одну сказку сочинять придется, жалко волка, Леший его убьет тогда, чтобы Василису из брюха достать, ты ведь сказки знаешь, небось.

– Сказки знаю, только чего тебе волка так жалко, а девчонку совсем не жаль, такой ты странный кот, сколько смотрю, никак тебя понять не могу, – покачал головой парень.

– Ты же слышал, она не девчонка, она царевна, а они всегда капризные и избалованные, невелика потеря, – отрезал кот, – а волк, хороший, добрый, хоть и голодный, он нам еще на самом деле пригодится.

– Да что ты все с волком заладил, – возмутился Балда.

– И тебе лучше о волке подумать, девицу ты уже сам потерял из-за собственного упрямства и глупости, она больше никогда в твою сторону не посмотрит, царевна все-таки, знаешь, сколько в ней гордости и спеси, чего о ней говорить. Нет, помяни мое слово, о волке надо думать разумным созданиям, а не о девицах, Горыныч не даст соврать, он в этом деле собаку съел и не одну, я так понимаю.

– Да я ничего такого и не сказал, я только сказал, чтобы она сама не вешалась на каждого встречного. А так, если хорошо посмотреть, то нормальная царевна, не худшая из всех других.

– А я о чем говорю, ты можешь быть спокоен и свободен. Хороша царевна, да не наша.

– И не подумаю, а давай с тобой пари заключим, что царевна пойдет со мной к Ракитову кусту, как только я этого захочу, тогда и будет наша.

– Ну пари так пари, на любое желание, – кот хлопнул лапой по ладошке Балды и усмехнулся в усы.

Балда и кот удалили по рукам и лапам. Так в заповедном лесу образовался заговор против царевны.

Глава 15 Волк утешает Василису

Василиса сидела на полянке, около городской стены, волк присел рядом. Он едва отдышался, так долго пришлось бежать.

Ему не стоило тут появляться, опасность слишком велика. Но даже рядом с Иваном царевичем волк никогда о себе не думал, а уж рядом с Василисой и подавно забыл о всякой опасности.

А может, он знал, что Василиса его в обиду не даст, хотя кто-то, да хоть сам царь Горох, который волков не любит, а боится, ведь может подумать, что царевне грозит опасность.

Лук со стрелами всегда найдутся, и хоть царь стреляет плохо, но на этот раз по закону подлости попадет да и убьет лютого зверя. Но волку о том некогда было думать.

– Откуда этот странный парень взялся? – пытала Василиса своего волка.

– А кто его знает, отправили Горыныча за лягушкой для царевича, как обычно делали прежде, а он Балду приволок.

– Балду? – удивилась царевна, – какое противное имя, – и чего я на него наткнулась? Это же такое невезение.

– Наверное, судьба такая, – тяжело вздохнул Серый волк.

– Да какая судьба, бродит без дела, лучше бы что-то полезное сделал. Но сначала надо Змея наказать, пусть герой на битву с ним идут.

– Ты чего, это же наш Горыныч, зачем ему сражаться с героем?

– Да какой он наш, если всяких никчемных парней приносит, царевну ему не надо, грубиян какой. Как он вообще смеет меня учить и отвергать, да у любого бы голова полетела, а с него, как с гуся вода.

– Если по твоей милости герой убьют Горыныча, я к тебе больше не подойду, – неожиданно произнес волк.

Василиса на волка посмотрела и поняла, что он не шутит, волк вообще шуток не понимал и не любил.

– Ладно, – согласилась я так, – пусть живет твой Горыныч, только ради тебя прощаю, но этого парня наказать надо, ты бы его покусал или попугал немного, -сменила гнев на милость Василиса.

– Мне потом кот проходу не даст. Ну а то, что он жениться на тебе не хочет, так ему же хуже будет, он еще о том пожалеет, близок локоть, а не укусишь.

– А если не пожалеет?

– Ты мне не веришь?

– А кому мне еще верить, больше, чем себе самой, -призналась Василиса.

– Вот тогда и увидишь, как он будет локти кусать, когда мы тебе жениха получше найдем.

– Я не хочу получше, я вообще никакого жениха не хочу, мне тебя хватит. Никогда не буду замуж выходить, и не ждите.

– Ну, я твоим другом и защитником всегда буду, а жених все-таки пригодиться.

Они услышали храп коней и голоса людей, Василиса отправила волка от беды подальше, сама вытерла слезы и гордо зашагала к царскому дворцу. Никогда не увидит царь батюшка, что она рыдала да переживала. Сквозь слезы улыбнулась царевна. И такой юной и хорошенькой она Дунаю показалась, что лучший из царских воинов тут же решил на ней жениться. Но только плечиком дернула Василиса, уж ему – то на шею бросаться она не собиралась – не дождется.

– И все-таки я уговорю волка, чтобы он покусал этого негодника, – думала с радостью Василиса. От печалей ее не осталось больше и следа. Дунай вернул ей уверенность в себе и радость жизни.

Глава 16 Кот и Балда. Где герой?

Понятно, что в странной истории с похищением без кота не обошлось.

Можно было спросить, а была ли лягушка? Спросить – то можно, только кот Баюн наверняка не ответит. Но понятно, что посылать Змея за парнем было странным делом. Да он бы и не согласился на такое. Вот и пришлось коту вспомнить старую сказку и немного схитрить.

Коту Баюну, как и всему этому миру нужен был настоящий герой, а не какой-нибудь царевич, с которым и Серый волк не управится.

Но и с героем все не так просто оказалось. Кот Баюн ходил вокруг и около и оглядывал его с разных сторон.

Балда заметно волновался, он был наслышан в своем дремучем лесу о коте ученом. С ним ни духи, ни черти не могли справиться, сама Яга с трудом договаривалась. А он договариваться с котами не умел.

– Годиться, – мурлыкнул кот, – по-моему, ты нам подходишь, класс.

– Ты ученый, а яснее можешь выражаться? – спросил Балда

– Не могу, был бы обычным котом, выражался бы, – признался невозмутимо тот, – а так надо статус свой хранить. Ученые всегда были непонятны героям, а что с меня взять, придется слушаться и подчиняться.

– Не виляй, ведь тебе известно, что все гениальное просто.

– И кто тебе такую чушь сказал? Мне Яга, помнится, говорила, что простота даже в жизни хуже воровства, а в учености и подавно.

– Так мы далеко не уйдем с тобой, – почти обреченно вздохнул Балда.

– Да ладно, герой мне нужен, и я его нашел. Поживем и увидим, что дальше случится.

– Не обольщайся, у меня другой путь, а я пойду своим путем, чего бы это мне ни стоило.

– Вот тебе и на, так уж и пойдешь? – недоверчиво спросил кот.

– Почему бы ни пойти, никто меня не остановит, даже ты и Яга, – отвечал Балда, какой самоуверенный, прямо беда.

– И ты так просто откажешься от такой чести стать у нас героем? – не поверил кот, он не ожидал такого отпора. Хотя уже знал, что герой, даже рядом с царевной прекрасной строптивым оказался, а что говорить о духах и котах, пусть и ученых.

– Так не будешь героем?

– Не хочу и не буду.

Кот немного приуныл от такой беседы, но только сделал вид, что отступил и согласился.

Балда видел, как у священного дуба появились два черта, а это были Захар и Тарас, и ветер донес до него обрывок разговора кота с чертями:

– Не хочет – заставим, будем своими руками и лапами творить героя, мне нужна будет ваша помощь.

Черти многозначительно молчали, понимая, что вся работа ляжет на их плечи.

Глава 17 Я тебя ненавижу. Балда на царском дворе

Балда в то утро отправился в царский дворец.

Просто Леший решил, что он должен появиться перед царем Горохом и рассказать, что он у них поселился, после того, как Горыныч его притащил да и оставил.

– Конечно, Велес у нас тут самый-самый главный властелин, царь Горох только помогает ему с людьми управляться, но сходи, покажись ему.

– Не хочу я признавать его власти, так и на службу призовет, а служить ему даже кот Баюн отказался, и мне нет особой нужды.

– Хочешь, не хочешь, а он все-таки царь, а если и призовет, то хватит у тебя мозгов, чтобы вернуться назад из его плена, вон Садко сбежал из подводного мира, а ты уж от нашего царя сбежишь. Ничего с тобой не сделается.

Балда подозревал, но точно не знал, что кот Баюн идет за ним по следам.

Баюн в этот день усидеть дома никак не мог, он кожей чуял, что там что-то интересное случиться должно. И случилось.

Блуждая по переходам и коридорам царского дворца, Балда немного заблудился, и натолкнулся на царевну Василису.

– Ты? – удивленно и гневно спросила царевна.

До нее не дошли еще слухи о том, что Балда появился у них, она пребывала в неведении.

– Я, – просто отвечал парень.

– Зачем ты здесь, я не хочу тебя видеть и слышать нигде и никогда. И не вздумай приближаться ко мне, а то стражников позову, быстро в темнице окажешься.

Балда ошалел от такого отпора. Царевна оказалась злопамятной.

– Ну, зачем же ты так, мы могли бы подружиться, общаться, – наконец произнес он нерешительно, куда только удаль его делась.

– Да ни за что на свете, – еще пуще разозлилась царевна, – мы не можем общаться, после того, как ты отшвырнул меня нагло, думаешь какая —то холопка тебя простит? А я пока еще царевна. Никогда я тебя не прощу, не надейся даже, даже если ты звезду мне с неба достанешь, и тогда не жди прощения.

– Даже у приговоренных к смерти есть последние желания, и их надо исполнять, – тихо, почти смиренно напомнил ей Балда.

Он ругал себя нехорошими словами за то, что тогда пошел против девчонки, но ведь он не знал, что она такая злопамятная. Да и встречаться с ней не собирался, это само получилось.

– А ты думал, царевна все-таки, – мяукнул рядом Баюн, хотя самого его не было видно.

– Они имеют право на желание, потому что их все равно казнят. А ты еще жить собрался и над царевнами издеваться, негодный. Да будь моя власть, я бы тебя казнила, но живи пока.

Царевна развернулась и гордо ушла.

– Настоящая королева, – вырвалось у какого-то черного кота, непонятно как тут оказавшегося.

Но Балда его не слушал, он уже зашел в тронный зал.

Царь Горох напрасно пытался его разговорить, тот отвечал односложно и невпопад.

– И кто сказал, что этот парень разумен и хитер, да мой царевич после встречи с волком и умнее и разговорчивее, чем этот, – только и разводил он руками.

– Ему Василиса голову не морочит, – вступился за Балду кот.

Он не хотел показываться царю на глаза, но как только понял, что герою обижают, так и молчать не стал.

В лес они направились молча.

– И далась тебе эта царевна. Ты из-за нее так глупо выглядишь, в этом я с царем нашим соглашусь, и отчего такое происходит? Уж не влюбился ли ты случаем?

Балда ему ничего не ответил.

Глава 18 Серый Волк против кота Баюна

Первый поход к царю Гороху оказался комом, как первый блин. И искать надо было девицу, чтобы понять, почему с Балдой такая беда случилась.

Воин переживал не сильно, он наказ Лешего все-таки выполнил. Кот Баюн рвал и метал. А тут еще на Серого Волка наткнулся – не его ли Василиса все им портила, скоро станет вольный волк обычной собакой. С царевной поведешься, так только такого и наберешься. Вот Волк для кота и оказался крайним.

– Не спрашивай, как мы туда сходили, – предупредил он и зашипел яростно.

– Ну, ты – то был незваным гостей, это который хуже Тугарина, а с Балдой что опять стряслось? – поинтересовался Волк.

– Издеваешься, да ты бы посмотрел, как твоя Василиса на моего Балду нынче напала, как ястреб на цыпленка. Думал, и не отобьется он от этой капризной девицей, которую давно покусать надо, а ты все с ней возишься.

– И правильно сделала, а что он ждал от обиженного ребенка, да я ее едва успокоил после его учений. Отвергнуть царевну так нагло, это надо было такое удумать.

– Ну может не так жестоко, она что никогда не горячилась, не говорила ерунды полной.

– Отвергнутая девица, словно она не царевна и холопка, это ерунда по-твоему, кот, я тебя не узнаю.

– Пусть не ерунда, но Балда не виноват. Он же ей правду сказал, а что врать должен был, изворачиваться, как все вы?

– А кто интересно виноват, уж не черт какой в него вселился тогда, так покажи мне этого черта, я сам его укушу.

Волк показал свои могучие зубы, кажется он готов был покусать любого, кто на пути его окажется.

– Но подожди, кусачий ты наш, Балда себя еще покажет, вы с царевной пожалеете, сами мириться прибежите.

– Не смей чертей на помощь звать, – предупредил волк, а то я всех своих позову. Посмотрим, что тогда будет и кто кого покусает.

Кот очень тяжело вздохнул, ведь именно о чертях он и успел только что подумать. Волк хорошо его привычки изучил.

– Я тебя предупредил, потом тоже обижаться начнешь.

– Ничего, чертей больше, чем волков. Они меньше и проворнее, авось обойдется, – махнул лапой кот. Но он не был уверен, что и правда обойдется.

– Потом не обижайся, – еще раз предупредил волк.

Так началось противостояние кота и волка – Василисы и Балды.

И никто не знал, когда и чем оно может закончиться.

Глава 19 Скажи мне, кудесник

А между тем, пока Балда изучал мир царей и людей, черти в заповедном лесу могли передохнуть немного. Порядок был в лесу образцовый, ничего не требовалось делать. А отдохнуть труженикам давно было пора. И то сказать, за всю свою предыдущую жизнь, пока Балда не упал к ним на головы, они столько всего не делали, и так не страдали от непосильного труда и пристального внимания, как в те дни. Вот уж точно – труд нам в наказание дан. Об этом и думали черти, когда мусор убирали, да мох на кочках старательно расчесывали.

Правда, кто-то из них только изображал старательность и шустрость, на что Балда про себя улыбался, и отмечал в своей памяти тех, кто может и дальше пыль в глаза пустить. Ничто не ускользало от его взора. Чертей почти всех он уже запомнил. А память у него была не просто хорошая, а отличная.

Можно представить, как они радовались, провожая его до самой городской стены, чтобы убедиться, что он оставил их на какой-то срок.

Но пока черти в порядке и тишине могли отдохнуть. И показался им заповедный лес раем.

Они должны были признать, что в чистом и пахучем болоте валяться лучше, чем в грязном и вонючем. Но упрямо молчали, не хотелось им признаваться, что Балда прав, а они не правы. Хотя и мусорить другим уже не давали, следили, чтобы как можно дольше все сохранилось, и снова им работать не пришлось.

Леший, обходя свои владения, только усмехался. Потом он заглянул к Водяному.

– Ты хотя бы по лесу прибранному прошел, говорил я тебе, что герой нам нужен, а ты не верил.

– Хорош герой, только странный какой-то герой оказался ни меча у него, ни коня ничего такого нету, а с чертями управляться не так и трудно.

– Что – то мы до сих пор без него не могли управиться.

– Никто и не хотел этого, руки не доходили.

Леший понял, что Водяным спорить бесполезно, он и попрощался.

Глава 20 Не званный, но желанный гость

А между тем Балда вышел из леса и среди людей в селении их оказался.

Ему еще казалось, что страшнее черта духа нет. Но скоро он убедился, что есть – это человек.

Только стонать, ныть и жаловаться герой наш не собирался, озадаченно почесал он макушку и стал размышлять, что же ему тут делать, с чего начинать.

А как раз жрец и вышел к нему навстречу.

Служил Прохор при капище, и так как характер у него был не подарок, то все его помощники и разбежались кто куда. И не то чтобы там порядок наводить, а и просто огонь поддерживать некому было, все Прохору самому приходилось делать. И не настолько затрудняло это его, как обидно становилось. Жрец он или не жрец верховный? Почем никак не найдется такого, который часть забот на себя возьмет, тяготы жизненные с ним разделит?

Только даже дух храмовый молчал, не отвечал на все его размышления. Видно тоже сильно на него рассердился.

Как только взглянул жрец на Балду, так и понял, что помощник уже нашелся, далеко ходить не надо. Наверное, Велес сжалился над ним, да и послал этого парня.

Только, как и черти недавно, наш жрец не знал еще, что не только помощника нашел, но и забот теперь у него немало прибавилось.

Но сначала все кажется замечательным. Вроде удачно складывается.

Радостно проводил он Балду в храм. Порадовался, что тот пока нигде не остановился, и место ему при храме выделил.

И надо сказать, что сначала торжествовал жрец, все переменилось в тот же миг. Такого порядка, такого яркого огня и такого количества народа не бывало прежде в его храме. А уж от девиц и отбоя не было. Живи и радуйся, одним словом.

Только это вначале хорошо казалось, а потом начал он придираться, злиться, хотя и сам не ведал почему, и свой норов показывать.

Глава 21 На обиженных воду возят

Когда отношения между Верховным жрецом и героем нашим стали портиться, то и понял Балда, что надо срочно что-то делать. Не век же ему тут оставаться. А с такими-то отношением к людям, смена для него не скоро появится.

Да что тут делать станешь, жрец, ведь он почти бог на земле. Ему и сам черт не страшен. И так и этак пытался Балда ему объяснить, что проще быть надо, тогда люди к тебе и потянутся, помощники появятся сами – ничего не помогает.

А когда Марфа, которую очень любил наш жрец Прохор, прямо мимо него к Балде и в объятья скользнула, то понял тот, что пора отправлять парня подальше. Надоел он уже хуже горькой редьки, пусть отправляется туда, откуда пришел.

– А найди-ка мне чертей парочку, чтобы они тут оставались, коли сам, куда податься хочется, – попросил жрец, тонко намекая парню на то, что пора бы уже и сменить его на любого черта.

Он подумал, что обидится Балда, а тот только усмехается.

– А тебе никак слава Ния покоя не дает. Хочешь тут чертей пленниками сделать, только вряд ли ты с ними сладишь, черти – то у нас не так просты и покладисты, как могут показаться сначала.

Разозлился жрец, понимая, что парень этот слишком умен и мысли читать умеет. Но пока их интересы сходились. Одному надо было делом заняться, а другому слуг верных обрести, и устали они друг от друга. Так все и свершилось тогда.

Жрец сам к огню снова вернулся, а Балда пошел в лес, чтобы смену себе для храма искать. И стал припоминать тех рогатых, которые могли бы со жрецом ужиться.

Для чертей, не успевших отдохнуть после прощения с Балдой, опять черные дни наступили внезапно.

Глава 22 Мы не ждали вас, а вы приперлись

Никто не поверит, но как только черти Балду завидели издалека, а узнали бы они его в любом случае, так и бросились врассыпную, нехорошие слова по дороге повторяя. Надо было видеть, как быстро они бежали, только копыта сверкали.

Даже мухоморы любимые копытами в панике сбивали. Хотя никогда прежде их не трогали – они были для них святым. А тут неслись как угорелые, в надежде спастись да спрятаться. Но не тут – то было.

Пока Балда в избушке беседовал с котом Баюном и рассказывал обо всем, что случилось в селении и в храме, о том, как с Василисой случайно встретился (наивный, думал, что кот не видел всего этого), как с жрецом столкнулся и расстался, и объяснил, какая просьба была у жреца. Разговор получился долгим – чертям прятаться надоело, хотелось выйти из своих укрытий да размяться немного. Но любопытство и чувство самосохранения оказалось сильнее

Решили они все-таки подслушать и подсмотреть и узнать, зачем он явился – не запылился так быстро, и что их ждет в ближайшее время..

Слушали черти беседу кота с Балдой не с самого начала и что-то пропустили. Но узнали, что кот посоветовал ему, чтобы все по справедливости было, и выбрать без скандала помощников жрецу, играть с чертями в кости. Тот, кто проиграет, и отправится на службу к жрецу. Там поддерживать огонь, и все время при храме оставаться надо было. Хорошее наказание за проигрыш, но сами виноваты, если проиграют.

– На какую такую службу? – пытали черти друг друга, но понять так ничего пока и не могли. Они усвоили только, что кому – то из них придется работать в поте лица, а это заставило их совсем в уныние впасть, да про все забыть.

Вот как плохо и даже опасно бывает, когда подслушивал не с самого начала. Обсуждали, гадали, судили, рядили черти, но ничего так понять пока и не могли. Знали, что ничего хорошего их не ждет, но что же именно, а кто знает?

Но вскоре все разрешилось само собой.

Глава 23 Жестокие игры Балды

Вернулся Балда к чертям, сначала похвалил их за то, что все еще порядок в лесу был образцовый, велел только мухоморы выбросить, те которые черти в спешке растоптали. То, что он простил им мухоморы, было дурным знаком, – самые шустрые это сразу поняли.

А потом он и сообщил о том, что требуется от него и от чертей.

Говорил кратко, поглядывая то на одних, то на других, и незаметно пересчитывал чертей, чтобы знать, кто прячется и не хочет на глаза ему попадаться.

– Чтобы никому не было обидно, как кот посоветовал, будем с вами в кости играть – выиграл – гуляй смело, а проиграл – отправляйся в храм на службу. Все по справедливости. И мухлевать не вздумайте, тогда еще дальше отправлю, туда, где Макар телят не пас.

Зашевелились черти, запротестовали, но Балда и слушать их не хотел и не собирался.

Играть пришлось всем чертям, за этим Балда строго следил. Он знал всех чертей по именам и в лицо различал безошибочно, этим даже Леший до сих пор не мог похвастаться, а Балда – мог.

За теми, которых тут почему-то не оказалось, он посылал своих верных помощников ворон. Они быстро находили всех потерявшихся чертей, как бы те надежно не прятались. А находили их вороны – сыщики повсюду, из-под земли, и со дна болота доставали и к Балде на поляну тащили. В запасе еще волк оставался. А его черти боялись пуще всего на свете, хотя и сами точно не знали почему. Пока еще ни одного черта волк не съел, и есть не собирался. Но как только зубы да глаза горящие его заметят поблизости, так и дрожат, словно осиновые листы. А потом бегут без оглядки на лесную поляну, где Балда с собратьями их свои игрища уже затеял.

Хотя найти черта в лесу так же трудно, как иголку в стоге сена, только не для Балды и не для всех, кто вольно или невольно решил ему помогать. Для нашего героя это было, как скоро убедились черти, проще простого.

Глава 24 Кто-то теряет, а кто-то находит

Игра началась на рассвете. Одним словом, все черти прошли через игру с Балдой. Те, кто выиграли, могли спокойно отправляться куда вздумается, но им тоже Балда находил дело. В соседних лесах и полях всегда работы было много, но эти радовались тому, что все не так плачевно для них закончилось, как для оставшихся там с Балдой.

А команда проигравших оставалась до следующего вечера, чтобы слабейшего, а вернее парочку, выудить да к жрецу на службу отправить.

Играли долго и упорно, но черти все больше злились, терялись, а потому и проигрывали чаще и больше.

И в тот вечер, когда их всего пятеро оставалось и дело подходило к концу, почувствовали черти страшную беду. Но не стали они расправы дожидаться, да в плен к сварливому волхву идти никак не хотели. Были они чертями вольными, потому и стали соображать, что им еще сделать можно было., чтобы беды, на их головы свалившейся, избежать.

Накануне рокового вечера долго черти совещались, шумели так, что всех разогнали. Даже кот их успокаивать ходил – ничего не помогало, напрасно только лапы бил. Но потом черти притихли и куда-то пропали. Тишина страшная повисла – такая только перед грозой или большой бедой бывает.

Только черти никогда и никуда просто так не пропадали, а наши особенно.

Говорят, что утро вечера мудренее, может, для чертей это так и было. Только на этот раз произошло очевидное, но невероятное. Как раз на рассвете для всех в заповедном лесу большие перемены наступили.

Балда оказался связанным по рукам и ногами каким-то лыком, а проще говоря, племенником он у чертей стал.

Как такое могло случиться?

Объяснить этого никто толком не мог. Но в лесу любая ворона вам расскажет, что произошло, и о пленнике тоже не забыла. Такого дерзкого поступка никто от чертей не ожидал, да они и сами не думали, что так поступить могут. Но от волнения и споров, наверное, совсем страх потеряли.

Глава 25 Кто кого в плен взял?

Это был тот самый день, когда Балда оказался в плену у шестерки отважных или бесшабашных чертей. Да, да именно так все и было в тот странный день.

Но потом, когда все совершилось, они и сами не понимали, и другим не могли объяснить, как у них такое получиться могло. Но получилось.

Черти стояли в разных углах избушки на курьей ноге и оттуда внимательно следили за пленником. Балда мирно спал, хотя вероятно, лежать ему было неудобно.

Появился, спрыгнув в печки, кот Баюн, беглым взором оценил обстановку и спросил:

– А что это вы тут творите?

– Балду в плен взяли, – отозвался черт Макар.

– Об этом я догадался. Только, кому такая гиблая идея пришла в голову? – стал допытываться у чертей Баюн. Кот не скрывал своего пылкого интереса ко всему происходящему.

Они молчали.

Кот смотрел на всех по очереди и соображал быстро. Что такое могло случиться, чтобы черти Балду взяли в плен? Это же как надо было думать и главное, на что они накануне играли. Кот все это пропустил мимо ушей, и теперь приходилось чертей допрашивать. Иначе он заснуть спокойно не сможет от всего происходящего.

Он подпрыгнул и ударил себя лапой по лбу.

– Проигравшие. И что это я голову себе ломаю. К жрецу отправляться не хотели. Но сдается мне, что вы сами туда убежите скоро, – вдруг оборвал свою пламенную речь кот.

– Это еще с какой радости? – насторожились черти.

Но что-то в словах кота заставило их убедиться, что так все и будет.

Мяуканье прозвучало как – то зловеще, то ли о прошлом оно говорило, то ли на грядущее намекало, а может то и другое вместе, только черти больше молчать не могли и не хотели.

– А что это он на живых чертей играет, мы, что его собственность что ли? Кто ему позволил так над нами издеваться? – начали оправдываться они, значит все-таки вину свою чувствовали.

– А чего он жульничает. Когда с нами играет, сам видел. Мы бы не проиграли, если бы он не передергивал камни.

Еще много чего могли сказать обиженные черти, только кот их остановил.

– Хватит, – глупостей натворили, а теперь и меня туда втягивает. Если не хотели мирно все решить, будет вам и война, тогда еще попляшете. Жрец вам покажется ангелом небесным, когда пленный Балда вас уморит, вы бы лучше Кащея в плен взяли, и то меньше бы огорчений было.

Черт Захар повернулся к ним и старался успокоить:

– Не бойтесь, хуже уже не будет.

– Будет, да еще как, – заверил кот Баюн, глядя то на того, то на другого.

Остальные черти поверили не своему сородичу, а коту, может потому, что он был ученым, и успел в Книгу Судеб заглянуть, где ничего хорошего про них точно не было написано.

Кто его знает. Захар почувствовал, что ему собратья не верят, и очень обиделся.

Глава 26 Пленник захватил власть

Кот хотел напомнить Захару, что на обиженных чертях в Пекле у Ния воду возят, да не успел.

В это время Балда проснулся. Завертел головой, и все увидел и услышал.

– На самом деле, а я думал, что это дурной сон и наши черти на это не способны, – довольно весело, для своего положения произнес герой.

– Они много на что способны, – отвечал ему кот, он так тяжело вздохнул, что черт от сквозняка невольно чихнул.

Чертям показалось, что эта парочка не только переглянулась, но и перемигнулась. Но точно этого сказать они не могли – волновались очень, толкали друг друга, старались угадать, что их ждет дальше.

Пленник проснулся, и ждать от него можно было всего, чего угодно. Уж если он с развязанными руками творил вон что, то со связанными и подавно. Конец света для пятерки чертей был не за горами.

На пощаду надеяться чертям не приходилось. Хотя кого им винить можно было, кроме себя самих. Может, Горыныча залетного. На него хорошо было бы спереть. Но черти стояли за справедливость.

Почему – то они вспомнили, как древнего царя-победителя Троянской войны жена в ванне прикончила. Такую сказку им Пан рассказывал, и сам никак не мог понять, как можно было так с царем обойтись. Что с ними сделает пленный Балда, они себе и не представляли даже. Но скоро, очень скоро, тайное станет явным. В этом черти не сомневались. Балда им еще покажет, где раки зимуют, ой, как покажет.

Глава 27 Кто палач, кто жертва?

Так и началась для всех обитателей заповедного леса совсем другая жизнь.

Правда, сначала они никак не могли понять, что же будет завтра, куда им бежать и кому, что сказать следует. Но со временем черти к новому положению вещей привыкли.

Хотя на самом деле привыкнуть к террору своего пленника им было не так просто. Они совершенно не понимали кто, кого и почему взял в плен. Этого не могли уразуметь и все остальные духи. Некоторые даже и не пытались разобраться во всем.

Но для них полбеды, они – то близко с Балдой не общались, и даже те черти, которые в этом не деле не участвовали, отделались легким испугом, а вот нашим еще как досталось.

Пленник словно все дела переделать решил за время своего пленения. Им оставалось только бежать туда, незнамо куда, приносить то, незнамо что, как это обычно у нас и делалось прежде.

Ведь это про них сказку свою и складывал в свое время кот Баюн.

Но и этого мало, черти привыкали к порядку очень поспешно. Теперь они устроили по очереди какие-то работы и помогали Яге во всем, что нужно было в лесу по хозяйству делать.

Они были заняты в работе с людьми – Балда понял, как те беспомощны и несчастны, чертей уже научил порядку, вот пусть и люди у них обучатся, не начинать же ему все сначала. Чертей много, а он один.

– Вы должны научить людей трудиться – учителями быть почетно, – говорил он, ехидно глядя на несчастных духов.

Черти, как про такое услышали, так и возмутились сразу, но это мало что изменило.

– Не хотим мы с ними быть, – только и вопили они, – и учителями быть не хотим. Ничему они не учатся, бестолковые совершенно, что им не говори – ничего не слышат, а то и все наоборот творят, а потом только черти у них виноваты.

– Интересно, а кто это сделает, если не вы? – тут же спрашивал их Балда, – вы для этого и были Сварогом на землю сброшены.

– А ты откуда знаешь? – недоверчиво поинтересовались черти.

– Да это каждый знает, когда Сварог всех духов творил, он их приставил к разным стихиям, вам помнится, ничего не досталось. А все почему?

Черти молчали.

– Да потому что вы с самого начала к людям были приставлены. Отдохнули, пока их не было, сачковали, пока берегини с ними маялись, но пора и за дело браться. Помяните мое слово, чем раньше, тем лучше, учите, пока они совсем от рук не отбились. А сделал дело – и гуляй смело.

Черти молчали. Но Балда только распалялся.

– Да они же совсем без вас пропадут. И как вы потом Велесу в глаза смотреть станете, что ему скажете?

Черти снова молчали, не пикали даже. Знали, что любой писк им дорого будет стоить. А Балда не унимался, наступал только.

– Люди самыми последними появились на этот свет, у берегинь до них руки не доходят, а вам шустрости своей и сил некуда девать, судя по всему, – говорил он, – потому давайте-ка, собирайтесь и вперед, нечего тут прохлаждаться, меня не надо охранять, я и так не убегу.

Как только услышали такое черти, поняли, что Балда не убежит, так им еще хуже от этого стало.

– Лучше бы убежал, – лепетал кто-то.

– А кому он нужен? Куда ему бежать прикажешь? Нет, он видно к нам до конца света приставлен, нам с ним и маяться придется.

– Мы отдохнуть хотим, совсем ты нас замаял, вон остальные, спокойно лежат и ничего, а мы с тобой носимся, как угорелые

– Остальные? – рассудительно спрашивал Балда, – сдается мне, что остальные вам завидуют.

Черти насторожились. В словах Балды тоже ощущался подвох, надо ушки на макушке держать.

– Это кто интересно, – удивленно спрашивал черт Макар.

Но и на это нашелся, что ответить Балда.

– Черти из Пекла, например, может, сходишь, сам проверишь и спросишь у них. А то с кем и местами поменяешься, а он тут со мной побудет.

Макар молчал. Так ведь можно и до Пекла договориться. Тогда еще хуже будет. Балда всегда прав, если Балда не прав, то читай то, что выше.

Глава 28 Тяжело в учении легко в бою

Никуда идти черт Макар не собирался, вот и молчал снова. Он понимал, на что намекал Балда. Конечно, есть в мире те, кому живется еще хуже, чем им, кто же с этим спорит. Они и не спорили. Только почему-то это их не утешило.

Правда, когда-то заглянув в Пекло, они видели, как там, в дыму, во тьме и копоти носятся черти, чтобы землю согреть. Побыли немного наши духи из леса заповедного и тихого омута, и незаметно улизнули. Всем остальным о том поведали. Только что уж до этого – то доходить? Ведь еще недавно очень даже хорошо жили, так что сейчас с ними такое случилось? И какое-то время черти, насупившись, все исполняли молча. Потом они снова не выдерживали, кто-то мухоморов попробовал, кто-то даже на бледную поганку замахнулся, потому они теперь и возмущались все громче, страх потеряв, бесились прямо – на то были свои особенные причины. Конечно, только после бури наступает затишье. Черти о том догадывались, а Балда знал точно.

Но они поговаривали о том, чтобы сделать что-то свое, самое главное. И в сторону избушки на курьей ноге все больше и больше поглядывали.

– Яга поможет нам, – говорили одни.

Другие не очень на это надеялись и опасались даже, что будет еще хуже, чем теперь.

– А хуже уже не будет, – все это было, – отвечали какие-то из них.

Они снова начинали спорить, будет или не будет хуже. Балда вместе с котом внимательно за ними следил. А они думали, что он ничего не видит и не слышит, наивные. Но эти двое только переглядывались и перемигивались.

– Может, оставишь их, с чертями так жестоко нельзя, они же не железные, – предложил однажды кот.

Уж если Баюну чертей жалко стало, то это что-то значит, никогда прежде он их не жалел, а тут что-то странное произошло с котом ученым

– Я знаю, как с ними можно, а как нельзя, – говорил герой, – и не тебе меня учить, как мне с чертями обходиться.

Кот и сам не часто вмешивался, чтобы потом крайним не оказаться – ведь Балду учить – только портить. Да он и не собирался этого делать вовсе. Если дождались настоящего героя, то надо позволить ему развернуться во всю мощь богатырскую.

Сам он с чертями кашу заварил, вот и пусть ее расхлебывает. Этим Балде скоро пришлось заняться.

Кот наш словно в воду смотрел.

Глава 29 Любому терпению приходит конец

Черти запаслись терпением, в надежде на то, что все образуется. Они думали, что Балде надоест с ними возиться, и он сбежит из плена. Тогда и Балда будет свободен, и черти целы окажутся.

Только наивными черти оказались, надеялись они на это напрасно.

Пленником Балда оказался странным. Из плена он сбегать не собирался.

Уже и кот Баюн над ними смеялся, даже не скрывая того. А черти все исполняли бесчисленные поручения, к порядку привыкали да порядки во всем мире наводили. И хорошо это у них получалось, Леший налюбоваться не мог, Водяной радовался тому, что они на этот раз творили, скажем так, все у них было самым лучшим образом, только хорошо, как говорила Яга, должно быть понемножку, а горького не до слез. Тогда и будет все складно да ладно.

Вдруг это им надоело, да так, что тихим теплым вечером, когда они попадала от усталости, и самые слабые от беспомощности своей и разрыдались, тогда решили они, что пора с этим кончать. Надо Балду или себя от плена освобождать. Только как это сделать?

Долго судили да рядили черти, ничего им в рогатые головы и усталые умы не приходило, сколько ни старались, ничего они придумать не могли.

Тогда и бросились они, не сговариваясь, к Яге.

Молили ее о спасении, на разные голоса стонали и вопили, на все соглашались. А Яга молчала и все, словно и на самом деле оглохла. Она умела такой быть, когда хотела или для дела требовалось немного над чертями поиздеваться. Но ведь в глубине души она была очень доброй, это все знали, так почему же на этот раз не могли они ее с мертвой точки сдвинуть?

Черти оторопели. Им казалось, что спасение близко, а тут никаких сдвигов. Последние надежды таяли, как прошлогодний снег.

Наконец, не выдержала она, и они не выдержали. Спросила у них Яга:

– А просил вас Балда в плен его брать?

– Да нет, это мы сами, – признались черти.

– Вот как брали его, так и выпутывайтесь, кто за вас дела ваши доделывать должен. Тогда вы ко мне советоваться не бежали, на себя надеялись, а теперь чего?

Вроде разговор окончен был. Яга даже от них отвернулась. Только никак не могли черти просто так уйти.

– Значит, ты не поможешь нам, – упавшим голосом спросил черт Макар.

– Нет, не помогу, на другой раз вам будет уроком.

Странно спокойна она была, даже кот Баюн удивился. Может, в первый раз в жизни ему было жалко несчастных измученных чертей. Очень они горячие, не ведают, что творят, потом так и выходит, как попало. Только что с этим сделать можно? Надо же им как-то выпутываться.

Глава 30 Выход всегда найдется, если хорошо поискать

На чертей взглянул пристально кот, подумал о чем-то да к Яге и направился.

Подошел он к Яге, стал говорить о чем-то, сам не очень понимал, чего хотел от нее, но не отходил. Яга своим глазам не поверила, когда на него взглянула:

– Что это ты вдруг? Уж не подменили ли мне кота, не признаю я тебя чего-то, что стряслось – то с тобой, вроде Балда тебя не трогал.

– Чертей жалко, – прямо признался Баюн.

– Пожалел волк кобылу, оставил хвост да гриву, – задумчиво размышляла Яга, словно и не с ним разговаривала, но Баюн не отступал от своего.

– Измаялись они совсем. Если так дальше пойдет, даже и не ведаю, что с нами со всеми будет.

Помолчали немного. Черти мялись рядом, переступая с одного копыта на другое, а все не уходили, видать на что-то еще надеялись. Ведь и в те времена надежда умирала всегда последней.

– Ничего, в следующий раз будут знать, как самовольничать, ничего с ними не сдается. Балда парень толковый, и у них порядку больше будет. А в своих бедах они сами повинны, уж поверь мне, Рыжий.

Так кот и убедился, что не стоит от Яги помощи ждать. Но так ведь все нормальные черти переведутся, а ей хоть бы что, словно ее это и не касается.

Вышили они все вместе из избушки.

Баюн даже рассердился немного, но заметил, что на чертей без слез не глянешь, такими они несчастными да жалкими казались.

Не мог их кот без помощи и поддержки оставить.

Он даже не заметил, что Яга осторожно за ними наблюдала из окна и улыбалась. Больно ей было интересно, что же дальше он делать собрался.

– Надо же, какой кот оказывается, сердобольный, только куда он интересно направляется?

Часть 2 Балда не сдается

Глава 1 И пошел кот к Лешему

Пошел Баюн к Лешему с Водяным посоветоваться, как им быть и что делать дальше..

И надо сказать, что сделал он это во время.

Леший сидел на берегу озера на старом пне, Водяной лежал на коряге, наполовину высунувшись из воды. Они о чем-то тихо говорили и посмеивались.

Но замолчали, как только узнали, зачем к ним кот пожаловал.

– Ты за чертей заступаться пришел? – спрашивал Леший, будто он научился читать мысли, да не кого-нибудь, а самого Баюна.

– А то, никто за них не заступится, а что мы без них делать станем? – признался Баюн, он даже и на этот раз лукавить не стал.

– А что, они уже сбежать собирались, – поинтересовался Водяной, – так может, поживем немного спокойно.

– Может, и поживем, только без чертей твое озеро в болото превратиться, кто там все вверх дном поднимает. А порядки такие кто навел? – напомнил кот Водяному. Как коротка у него была память.

– Так я и говорю, что поживем спокойно, а потом и снова можно чертей ворочать.

– Вот, вот, а потом затянет тебя тина болотная и ряска так, что и вытащить не сможем, да и заповедный лес дремучим станет.

Долго он убеждал их, наконец, духи согласились.

– Надо что-то делать, если Сварог создал чертей, то они на что-то должны пригодиться.

И вдруг кот взглянул на Лешего и все понял.

– Так это ты, – завизжал, как резанный, наш кот.

– Чего я? – пробурчал Леший и поторопился уйти. Он был вовсе не так глух и наивен, как могло показаться сначала.

– Это ты привел Балду в лес, и заставил чертей взять его в плен.

– А ты меня там видал? – поинтересовался Леший, хотя и не только коту было понятно, что он ко всему этому причастен.

– Не видал, – согласился Баюн, – но это ты, сам с чертями не справился и Балду привел, а они теперь, бедняги, и маются, а ты в сторону ушел и наблюдаешь?

Леший хотел ему что-то сказать, но кот уже сбежал от него, последнее слово, как и всегда, оставалось за ним.

Теперь он точно знал, что должен помочь чертям от пленника избавиться, но легко сказать, а как это сделать?

Этого не знал даже кот ученый. Вот такой сложной оказалась ситуация, что не только черти, но и кот ученый с ней справиться не могли.

Глава 2. Надежда еще не умерла

Надежда умирает последней, и черти все еще не теряли той самой надежды. Они были настроены по-боевому. Только это передавалось и герою.

А Балда с самого начала знал, что не должен отступать и сдаваться, да и никогда в жизни не делал этого.

Хотя наши с вами философы значительно позднее утверждали, что один в поле не воин, но в те времена все и духи и черти могли бы вам сказать совсем другое, что он воин, если это Балда.

А им достался именно он, а не какой-нибудь царевич Иван или Емеля.

Когда они в очередной вечер спали прямо на голой траве, а что чертям сделается, когда и копыта под ногами не ощущаешь, Балда вышел подышать воздухом. Кот пристроился тут же и пошел вместе с ним посидеть немного при ясной луне.

Тут и увидел он живописную картину – поле полу прибитых чертей – почти как настоящее поле сражения. Такие поля потом художники на батальных полотнах рисовали.

– А что это с чертями у нас? – словно он их в первый раз увидел, поинтересовался у кота Балда.

– Как это что? Притомились да и отдыхают горемычные, а то ты их в первый раз видишь, – только и отвечал ему кот.

– А с чего бы им притомиться? – удивленно спросил Балда.

Любому показалось бы, что он и на самом деле этого не понимает. Но коту-хитрецу все это было знакомо не понаслышке. Не стоило парню с ученым котом в такие игры играть. Тот с самого начала видел его насквозь.

Тут уж коту пришлось на него взглянуть.

– Так, а я и не знал, что они у нас такие хилые, да дохлые, об этом надо подумать.

– О чем ты думать собрался? – насторожился кот.

Этот поворот событий ему никак не понравился. За словами Балды всегда скрывались какие-то неприятные для чертей события.

Коту хотелось бы первому узнать, что он еще с чертями такого придумать успел.

Но и Балда неплохо знал ученого кота и ничего ему говорить не собирался.

– Всему свое время, – время разбрасывать чертей и время собирать их, – глубокомысленно заверил Балда.

Больше он не сказал ни слова, сколько кот его не пытал.

Глава 3 Имеющий уши услышит

В тот момент один из чертей дернул копытом во сне, услышал он Балду, или что страшное ему снилось, кто знает.

Но если бы кто-то, кроме кота Баюна эту картину увидел, то слезами бы он облился в тот миг.

Хорошо, что кроме старого ворона никто ничего такого и не видел больше.

Только кот понял, что ничего хорошего Балда для своих чертей не придумает. Вот уж точно, чем дальше в лес, тем больше дров.

– Что ты делать хочешь? – пытал героя кот.

Он давно знал, что если ты предупрежден, то защищен, а ему хотелось защититься от таких нападок. Вон как у героя глаза сверкали.

– Надо сил покачать, а что-то они очень вялые, – размышлял герой, поглядывая на спящих чертей.

Они снова вернулись назад, но тогда еще не знали черти того, что им предстоит пройти, и хорошо, что не знали, еще какое-то время спокойно жили, но недолго их вольности продолжались. Как скоро выяснилось, тихо да мирно они спали последнюю ночь, а все их хождения по мукам не только не закончились, а лишь начиналось.

Утром Балда велел первым делом принести камней разных размеров.

– А камни нам зачем? Мы вроде порядок наводили, – дивился черт Степан.

– Ничего вы их аккуратно в кучу потом положите, – пообещал Балда.

– Памятник сами себе соорудим? – не сдавался пытливый черт, ему хотелось знать больше, и горькой правде в глаза взглянуть.

– Что-то такое и будет, если сил не наберетесь, мне хилые черти без надобности, тогда вас лучше похоронить, а пока пошевеливайтесь.

Это прозвучало как-то зловеще, хотя говорил Балда тихо и почти ласково, но это и пугало, больше, чем любые крики..

Глава 4 Время собирать камни и воспитывать чертей

Вороны с веток деревьев, свободные черти из кустов, а кот из окна избушки смотрели на то, как наши тюремщики поднимали и отпускали камни. А сам Балда внимательно за ними следил, чтобы они все в полную силу работали, никто не отлынивал.

– Ну, теперь – то все, – взмолились черти, когда он, наконец остановил их, и они качались от напряжения и едва на копытах стояли..

С какой радостью ждали черти минуты, когда можно будет отбросить камни и хоть немного отдохнуть.

Наконец, Балда махнул рукой, такая минута настала.

– А теперь за работу, – услышали они голос Балды.

– Какую работу, а это что было? – раздалось несколько голосов хором.

– Это вы над собой работали, а теперь заповедному лесу должны пользу принести, словно вы в первый день на свет народились. За дело, хватит стоять, сложа руки.

Черти взвыли.

Но это только рассмешило и вдохновило Балду. Он ничего даже и слушать не хотел, да и не собирался.

– Один в поле воин, если это Балда, – говорил кот Яге, и она с ним согласилась, улыбаясь загадочно. Сразу видно, что Балда ей очень нравился.

– А чем ты радуешься? – не выдержал кот, поглядывая на только что испеченный блин. Как же он проголодался в этот день

– Ничего, им давно надо закалиться, Леший их совсем распустил, – тут же повторила Старуха.

Черти почти в обмороке поняли, что от нее они защиту не дождутся.

Яга не скрывала своей симпатии к герою. Кот не думал так однозначно.

Баюну нечего было сказать, и все -таки он все больше жалел чертей, и понимал, что если не придумает что-то для того, чтобы все это остановить, то чертей они раз и навсегда потеряют. А он уже сжился с ними и не собирался расставаться так просто.

– Ничего, на каждого воина свой Перун найдется, – пообещал он.

– Ты смотри у меня, – Перун, как бы стрела тебе самому хвост не отшибла, они иногда летят не туда, куда хочется, – предупредила Яга.

Было сразу понятно, что она не шутила, она вообще никогда не шутила, когда разговор о богах заходил.

Глаза кота сверкнули почти яростно. Он посмотрел на свой хвост, -тот пока был в целости и сохранности, но это только пока Перун не расходился на небесах.

Но Яга знала, что остановить Баюна никак больше не удастся, уж если чего он задумал- это все, в лепешку расшибется, а исполнит обязательно.

Ну что же, Балда не лыком шит, вон как с чертями управляется, и с котом справится, если почувствует, что от того исходит опасность. Герой должен закалиться как следует, иначе какой же он герой. Царевичей у них и без Балды больше, чем надо для дела.

Хотя она сама и придумала поговорку, что там, где кот Баюн прошел, там черту делать нечего, но все менялось на глазах.

Если с другой стороны посмотреть, то это было еще в те времена, когда Балды в заповедном лесу не было.

Теперь и поговорка может другой быть.

Глава 5 Ну ты и Кикимора!

Говорят, что именно в те дни, когда закалялись черти, под руководством Балды, в лесу и поверилась Кикимора Ксюша.

Вернее, она и прежде тут бывала, а на этот раз вернулась назад, рассорившись со всеми в селении, и решила поселиться в заброшенной избушке, которая давно пустовала на краю заповедного леса.

У Кикиморы был скверный характер с самого начала, а с годами он становился только хуже. И не мудрено, что ей пришлось спасаться бегством из своей родной деревни.

Появившись в лесу, Дарья не собиралась сидеть без дела. А тут и на Балду с чертями наткнулась, и влюбилась если не с первого, то со второго взгляда точно в молодца нашего. Да и как в него было не влюбиться? Они вообще оказались родственными душами, как сразу выяснилось, к колдунье ходить не надо. Чтобы о том узнать.

Но любовь, наверное, творит чудеса, как только она Балду увидела, так и обалдела. Это точно была любовь с первого взгляда.

Балда тоже ее приметил, увидел все, что она испытывает к нему и усмехнулся растерянно. Что он там думал, что чувствовал, сказать трудно. Еще столкновение с царевной Василисой никак не мог забыть наш герой. Про себя он решил, что если в лице царевны такого врага нажить успел, что о настоящей Кикиморе говорить. Нет, с девицами, приятными во всех отношениях надо быть осторожнее. Да и выбор был не велик, а тут сама Кикимора пожаловала..

Парень не стал противиться. Тем более что ему нужна была именно такая помощница. Иногда можно и передышку себе устроить, а тут и Кикимора подоспела.

Хотелось ли ей просто над чертями поиздеваться, или собиралась она влюбить в себя Балду, кто его знает. Так сразу и не скажешь, она была уже не первой молодости, а потому хитрющая оказалась, просто жуть. Только одно было понятно коту Баюну и Лешему, узнавшему последнюю новость – теперь у чертей было не один, а два мучителя. А если и одного они едва выдерживали, что с двумя делать прикажете?

Черти стали открыто паниковать, и скоро самому Пану пришлось спешить на помощь и успокаивать духов.

– Вот никогда бы не подумал, что чертей успокаивать мне придется, – говорил он коту и своей любимой Берегине, а те благодарили его за то, что он быстро отозвался – отзывчивый оказался Пан, а без него и вовсе бы не управились с разбушевавшимися чертями.

Глава 6 Заставь Кикимору воспитывать чертей

Кикимора очень серьезно подходила к делу перевоспитания. И черти поняли, что они совсем пропали. Если им удалось как-то выжить с Балдой, то вместе эта парочка сокрушит кого угодно.

Правда, они о том и прежде догадывались, а теперь стало это для них яснее ясного.

– Не будет нам житья больше. Никогда не будет, – хрипел то один, то другой, то третий черт на разные голоса.

И тогда они решили сбежать, кто куда – в разные стороны. Но спорили только о том, кто и в какую сторону путь держать будет, чтобы снова всем вместе не оказаться, да волю хоть немного ощутить. Поблажить немного, а там видно будет, что еще сделать можно, чтобы их разбитая жизнь хоть как-то налаживаться начала.

Они долго спорили и ссорились, но все-таки договорились.

Вороны это услышали, и чтобы с Кикиморой не ссориться, ей быстренько о том и поведали.

– Хорошо, пусть бегут, – неожиданно заявила та.

– А вы их так просто отпустите? – спросила самая любопытная ворона.

– Нет, не так и не просто, – отвечала Кикимора. – Нечего чертям волю давать, потом их не соберешь вовсе. Вы проследите, где они прячутся. Головой отвечаете, чтобы ни одного черта по дороге не потеряли. Воронам местным накажите, чтобы их охраняли, смотрели за ними неустанно, а мы потом решим, что с ними дальше делать. Пусть потешатся немного, у нас в запасе вечность.

Вот и делай добрые дела для Кикиморы, потом и сам окажешься под ее копытом, так, что уж и не пошевелиться.

Правда, любой птенец знал, что нет у Кикиморы никаких копыт, это так сказано было для красного словца.

Глава 7 Куда пропали черти?

Но птицы серьезно исполняли то, что она от них требовала. И черти рано торжествовали, и утешали сами себя, будто им удалось сбежать из заповедного леса и надежно спрятаться. Ничего этого и близко не было.

– Черти пропали. – Утром сообщил Балде кот.

И тот обалдел. Он и поверить в такое никак не мог. Нет, конечно, они могли спрятаться в лесу, но чтобы пропали, это уж слишком, что их интересно не устраивает? Да и откуда они наглости такой набрались?

– А куда Кикимора смотрит? – только и крикнул он растерянно.

Похоже было, что так растерялся Балда в первый раз за все время, пока кот его знал. Но мог ведь и притворяться. Балда был хитрец еще какой.

– А кто ее, Кикимору, знает, – отвечал кот.

И тут только Баюн понял, что мог бы давно своих любимых чертей спасти, если бы…. Но что теперь о том говорить, если черти уже сбежать успели. Теперь ни из какого болота их не вытащить, сколько не старайся. Да он и не собирался по болотам лазить, как Кикимора их туда загнала, так пусть назад и достает, и нечего им там больше делать. Но даже кот не знал, что Кикимору они не смогут врасплох застать, ничего у них не выйдет, ничего не получится.

Птицы прилетели к Кикиморе и сообщили, что происходит в тех местах, куда запрятались черти. Ей осталось только поднять и отправить вместе с ними злыдней, чтобы те доставили назад чертей целыми и невредимыми.

– Смотрите у меня, – говорила она злыдням. – До сих пор вы с добрым Лешим дело имели, теперь со мной будете общаться. Никакие осиновые колы вам не спасут, если что-то не так сделаете, я вам обещаю.

Злыдни не очень поняли, как их колы, которыми прибивали к земле и усмиряли ретивых, спасти могут. Но они поняли другое, лучше исполнить все, что она требует, тогда не придется носиться по лесам и полям и прятаться, как чертям.

А те ведь героями себя недавно считали, а вон как далеко удрать успели – не догонишь, не найдешь. Куда только героизм их подевался?

Нет, надо посмотреть на чертей, а сделать все наоборот, только тогда какой-то толк из этой затеи и получится.

Глава 8 И бабочки, и черти, и коты…

А тем временем жизнь в той части леса, где не царил Балда, взятый чертями в плен, продолжалась. И там тоже много чего случалось, хорошего и разного.

Наверное, и правда этот мир может спасти только красота.

Когда очаровательная и неповторимая бабочка вылупилась из кокона, она так радостно порхала над землей, что любой бы позавидовал ее красоте и легкости.

Но не все в этом мире рождались такими легкими и красивыми.

Позавидовал разноцветной бабочке и чертенок Прохор. Как ему хотелось быть таким же разноцветным, легким и порхать, порхать, порхать над этим лугом и речкой, пока голова не закружится и силы не оставят его совсем.

А у него были тяжелые копыта, при их помощи можно было, конечно, хорошо пинаться, побегать тоже неплохо. Но если бы случилось чудо, и он смог бы взлететь, а он знал, что никогда не сможет, то копыта и длинный хвост бы ему точно мешали и тянули назад к земле.

Долго смотрел чертенок на бабочку, пнул ежика, оказавшегося у него под ногами, словно не он сам задрал голову кверху и под ноги совсем не смотрел, а ежик во всем виноват был. Но у чертей всегда ежики были виноваты, это Леший и кот Баюн давно заметили.

Потом чертенок взвыл от боли, потому что ежику почти не досталось, а вот черту как раз наоборот. Он ударил со всего размаха камень так, что искры из него или из копыта посыпались. Как ему было больно – визгу было еще больше на весь лес. А все разноцветная бабочка. Надо было ей такой красивой родиться.

Конечно, виноват в этом был и ежик. Это он путается под ногами.

– Но самая главная виновница все-таки бабочка, – про себя решил Прохор.

Когда Бабочка к нему подлетела и на цветок опустилась рядом с сердитым чертом, он и взвыл от ярости:

– Нечего радоваться, тебе еще никто не рассказывал, что из тебя настоящая Кикимора получится?

Бабочка оторопела и чуть с цветка не свалилась. Надо же было такому случиться, что накануне ей довелось именно с Кикиморой столкнуться. Кикимора Ксюша как раз распекала какого-то другого черта, и так ярилась, что смотреть на нее было страшно. Размахивая кулаками, она чуть не задела зазевавшуюся в воздухе бабочку, и та едва от нее улетела. Такой страшной и сердитой бабочка становиться совсем не хотела. А еще, ведь Кикимора наверняка совсем не умеет летать.

Говорил ли правду этот мохнатый, взъерошенный чертенок, она не знала, вернее, она еще не знала, что духи и даже черти, могут кого-то обманывать, и потому поверила ему сразу. Наша красавица-бабочка совсем не хотела превращаться в Кикимору, пусть не завтра, пусть когда-то, но это так страшно и горько, когда ты красавицей родился. Черт увидел, какое действие имели его слова, и очень обрадовался. Довольный он отправился к себе, рассуждая, что правду в глаза говорить полезно и хорошо. А он слышал от кота Баюна, что рано или поздно все бабочки становятся Кикиморами.

– Только не вздумай им о том говорить, пусть они порадуются и поживут в неведении. Еще успеют об этом узнать в свой срок. А может, и никогда не узнают, если повезет и таких чертей правдивых не найдется.

Черт тогда торжественно пообещал, что говорить не станет, но вот что из этого вышло. Стоило ему только разозлиться, камень пнуть, и бабочка узнала страшную правду.

Глава 9 Бедная, бедная бабочка

А что же наша красавица?

Она едва летела, уже никуда не смотрела, и казалась бессильной и несчастной.

– Кикимора, Кикимора, я не хочу быть Кикиморой, – твердила она, словно это могло ее спасти о неизбежного превращения.

В тот момент бабочка пролетала мимо нашего лесного озера, где русалка грелась на солнышке, к ней шел поболтать кот Баюн.

Он увидел прекрасную бабочку, о которой столько говорили в лесу. Только была она какой-то странной.

– Она что, летать не умеет? – спросил кот у ворона, встречавшего его радостным карканьем, – вроде такая легкая, а как-то плохо летает.

– Да нет, – отвечал ворон, – давеча очень резвой была, пока с чертом не столкнулась. Ворон понял, что каркнул лишнее, но слово уже вылетело – не поймаешь.

– С каким чертом? – насторожился кот.

Хотя он с чертями общался больше других, но доверял им еще меньше, оттого, наверное, что знал их, как облупленных.

– Прохора, – каркнул ворон, гордясь своей памятью.

Хотя чертей в заповедном лесу было очень много, даже после того, как наши старые знакомые сбежали, но кот помнил всех в лицо и по рогам даже мог отличить одного от другого.

– Я так и знал, худшего спутника и советника, чем наш правдоруб и не найти.

Но больше они ничего сказать не успели, бабочка покачнулась и полетела камнем, а вернее разноцветным камешком, вниз.

– Чего ты, вытащи ее, – крикнул кот ворону.

Тот и сам уже туда бросился к болоту, только старый шмель, непонятно откуда взявшийся, его опередил, и бабочка была уже в его мягких и ласковых лапках.

Он подхватил ее прямо над водой и донес до берега. Положил на листочек и уселся рядом. И любовался ею теперь.

№№№№№

Ворон с котом туда и поспешили.

– Я не хочу быть Кикиморой, не хочу, – в бреду лепетала бабочка.

– Я так и знал, чьих это лап дело, а он мне слово давал, что никогда, ни одной бабочке не расскажет этого, – возмущался кот.

Но бабочка уже пришла в себя и уставилась на кота, шмеля и ворона.

– Ты не будешь Кикиморой, – пообещал шмель, – я сам о том позабочусь.

Она не хотела обижать недоверием старого шмеля. Но бабочка уже знала, что можно обманывать, только кто ее обманывал, черт или шмель?

Наверное, черт. Шмель такой солидный и пожилой, а тот такой противный, точно – это он. А почему кот ученый молчит?

Но Баюн уже улизнул от нее. Он не хотел обманывать бабочку, но и правду говорить ей он тоже не хотел.

Глава 10 Пострадавший за правду черт Прохор

Черта Прохора они отыскали быстро. Черт сначала убегал от них, но быстро понял, что это бесполезно, эти двое все равно его поймают, от них не сбежать. Если ворон над тобой летит, а кот несется по следу, то все бесполезно.

И он остановился перед ними и стал копать мох ушибленным недавно копытом.

– А чего ты удирал? – издалека начал кот.

– Бабочку-то спасли? – пробурчал черт, – но ведь я ей правду сказал, она станет Кикиморой.

– А с чего ты взял, что твоя правда нужна бабочке, правдоруб ты наш рогатый, – возмущался ворон.

Но кота еще больше волновало другое:

– А разве мы с тобой не говорили, и ты не обещал мне, что не скажешь ни одной бабочке этой своей правды.

– Говорили, – проворчал черт, – этого он и боялся, да куда деваться, – только не сдержался я, да и правда правдой остается.

– Правда? А допустим, не доживет бабочка до возраста Кикиморы, и что твоя правда?

Черт оторопел, ведь это и на самом деле могло случиться. Некоторые бабочки попадали в огонь костра, были кем-то съедены, да и просто умирали молодыми.

– Я о том не подумал, – признался он.

– А я давно заметил, что голова тебе дана только для того, чтобы рога носить, – отвечал ему ворон, а кот только укоризненно на него поглядывал.

Они долго еще ругались, черт оправдывался.

– Ты уже весь мох перекопал, – наконец, остановился первым кот.

– И что? – как-то неопределенно спрашивал его Прохор.

– А ничего, – причеши его хорошенько, в порядок приведи. Ворон – свидетель, предупреждаю в последний раз, если еще хоть раз… Кот задохнулся от ярости – к Балде отправишься.

– Только не к Балде, я больше никому слова не скажу, правду от меня никто не узнает, – взмолился черт Прохор.

Кот и не думал даже, что имя Балды на черта так подействует. Тот для них просто пугалом огородным стал. Надо же, как он тут подействовал.

Глава 11 Неудачный день черта Прохора

Черт поторопился уйти. У него сегодня был такой неудачный день, просто ужас какой-то, надо передохнуть немного, опомниться и подумать обо всем, что с ним случиться успело.

– Заставь черта тайну хранить, – усмехнулся ворон, – он и лоб расшибет от усердия.

Кот и ворон все еще остановились на поляне, пока черт мох расчесывал и в порядок приводил, с ужасом думая о Балде и пленных своих товарищах, которые стали скитальцами и неизвестно, вернутся ли когда-то назад.

Несколько бабочек кружили в небе. Они были так легки и прекрасны. Красавицы еще не узнали правду от нашего черта, и потому излучали счастье, радовались жизни и верили, что такими легкими и прекрасными будут всегда.

Кот смотрел, не мигая, он верил, что красота и на самом деле спасает мир. И легкие бабочки его в том убеждали.

Мир прекрасен, пока над головой порхают легкие и разноцветные бабочки.

Чертенок тоже посмотрел в небо, и онемел.

Как же там было красиво.

Но он оглянулся на кота, наказавшего его тяжким трудом, тяжело вздохнул и закончил свою работу. Пусть мир будет еще прекраснее, ведь он для этого приложил свою лапу.

А бабочки парили над землей и в блеске солнечных лучей все еще витали рядом.

И пусть легко ранима красота,

и пусть в душе огонь ее сияет.

Но бабочка прекрасна и проста.

И вот она куда-то улетает.

Но память снова в тишине хранит,

и в стуже тот полет то увяданье.

А бабочка беспечная парит.

И крыльями махнет нам на прощанье…

Глава 12 Операция «Черти возвращаются»

Но пока кот Баюн спасал бабочку и учил черта, как жить дальше, дела Балды тоже шли своим чередом. Злыдни, направленные Кикиморой по следам чертей, делали свое дело. И делали они его очень хорошо и очень старательно.

Даже Балда не поверил, что поиск и возвращение чертей происходил так быстро, так слаженно.

Едва Герой только успел размяться и в озере лесном искупаться, чтобы бодрости среди русалок на целый день набраться, как все черти чуть раньше или позднее, в сопровождении злыдней и вернулись в лес заповедный.

Кто-то сопротивлялся, но остальные шли спокойно и не возмущались, понимая – будет только хуже. Балду нельзя злить, он этого не потерпит.

Злыдни потому так и назывались, что спорить с ними было совершенно бесполезно. Ни один черт ни разу с ними сладить не мог, а эти, проигравшие, и подавно.

Когда Кикимора пересчитала и приняла их из рук в руки, злыдни остались в сторонке, на случай, если какой черт захочет снова куда сбежать.

Но они и не хотели больше удирать. Какой толк бежать, если тебя так скоро разыщут и поймают да и вернут назад? Да еще и позору на весь лес столько будет, что мало не покажется. И без того давно они посмешищем были. Уж лучше пусть все пройдет незаметно, тихо.

Если еще злыдни за дело возьмутся, что тогда? Куда им бежать прикажете?

Нет, черти, смиренные и умиренные, слушали Балду, каялись и уверяли, что если он даже на кусочки их резать станет, и тогда они от него больше не убегут, живые или порезанные, но при нем все равно останутся.

– Не верь, им, – говорил кот Баюн, – успевший как раз вовремя, – я тоже поверил Прохору, и на кота бывает поруха. Уверял, что он не расскажет бабочке страшную правду, да куда там. Чуть беда не приключилась, и эти такие же, все они одинаковые, чертей исправить еще никому не удавалось. Ты много чего сделал, но доверять им все равно нельзя.

Черти переглядывались и смотрели друг на друга, им хотелось побить кота, прямо руки и копыта чесались. Но никто бы не решился при Балде на него напасть. Вот и присмирели наши воинственные черти.

Вдоволь мысленно поиздевавшись над ним, они вернулись назад туда, откуда и начинали. И больше ничего не могли с жизнью своей – поганкой поделать.

Они понимали: то, что до побега у них было – только цветочки, а вот главное теперь начинается.

Черти ахнули, такого они не ожидали.

Балда рассказал им подробно, что же их теперь ожидает.

№№№№№№№№

Пламенные речи Балды мы тут пересказывать не станем, понятно только одно – мало им точно не показалось. И они искали зачинщиков, да ворон, их нашедших и предавших. Но попробуй, разбери, какие из ворон там были? Для чертей все птицы казались на одно лицо. Они не отличали одних от других. Да и вороны так перепутались, что и черт там запросто ногу сломит. Только оставалось махать кулаками после драки и птиц, служивших Кикиморе, ругать самыми нехорошими словами.

Она же в то время молчала, словно это ее не касалось. Хотя молчание им показалось очень подозрительным, как и плутоватая усмешка кота Баюна.

Но как только черти торжественно пообещали больше побегов не совершать, и оставаться на месте, так Балда отпустил их и наказал, чтобы Кикимора за ними хорошенько смотрела.

Она тоже отступать не собиралась.

Глава 13 А жизнь продолжается

Так и жили они в те дни, хотели как лучше, а получилось, как всегда. Только хуже черти лишь сами себе сделали. И многие разумные духи задумались о том, что не стоило им больше никуда уходить, и искать на рога свои неприятностей тоже не стоило.

– Теперь бояться больше нечего, – говорил Балда коту, когда они чертей отправили отдыхать.

– Ты и на самом деле так мыслишь или только над котами издеваешься? Если нам с чертями бояться нечего, то кто же тогда нас с тобой перепугать может? Нет, не зарекайся ни о каком покое, пока черти живы и невредимы, а помирать они, как и все духи, кажется, не собираются, видно покой нам только снился.

Понять этого было невозможно, а признаваться Балда ни в чем не хотел. Тогда кот и прибавил, воодушевленный, что Балда за словом в карман полез – такого прежде у них не бывало.

– Не особенно – то радуйся, все только начинается. Голов у них много, рогов еще больше, они что-нибудь раньше или позднее все равно придумают, как только немного отдохнут и успокоятся. Ведь это тебе не Лешие какие-то мирные, а настоящие черти, и с ними шутки плохи. Пока их злыдни немного приглушили, да и ты хорошо уморил, ничего не скажешь, но это быстро пройдет. Они снова очухаются.

Кот понял, что он проболтался и чертей сдал, хотя и сам Балда догадывался, что так все это и будет, как только что предсказал ученый кот.

Но утро вечера мудренее, – решил Балда, да и завалился спать, надоело ему с чертями сражаться, надо было и передохнуть немного, особенно если снова схватки боевые предстоят.

Вот и решил он отдохнуть, а завтра будет день, и будут новые черти, тут уж никуда они не денутся.

Пленник, это сразу видно, получал от плена своего огромное удовольствие.

Хорошо смеется тот, кто смеется последним, – это черти уже знали. И догадывались, что такая честь не им выпадет.

Глава 14 Мир спасает любовь. Ищите Василису

Вернуться-то черти назад не по своей воле вернулись – злыдни их к Балде снова доставили, а дальше, что делать?

Кот не ошибся, рогов у них было много, голов чуть поменьше, но тоже достаточно, хотя ничего существенного, как ни старались, все вместе они придумать так и не могли.

Тогда, совсем измаявшись, искупавшись в озере, чтобы освежиться (Водяной их не гонял больше, а жалел даже, махнул рукой и решил, что и им какая-то радость нужна) вот они и плескались вволю и обсыхали на берегу на закате. Тихо переговаривались черти, решали, как дальше жить и что делать?

Наверное, тогда в первый раз и зародились вопросы, которые потом вечными и неразрешимыми для нас оказались.

– Что делать? – на разные лады повторяли наши бедняги, и то плакали, то смеялись на разные голоса.

И хорошо, что пылу у них поубавилось. Не только пинаться, драться, свое мнение отстаивая, но и ругаться громко они не могли уже больше, так, слегка только друга на друга и тявкали, – устали больно, измаялись совсем бедняги.

И если бы не появилась ведьма Анфиса на берегу в тот момент, то может, ничего они не придумали они. А тут, как только песню ее заслышали, так и осенило их. Вскочили черти, забыв об усталости. Бросились они к ней и облепили со всех сторон.

Сначала она даже не поняла, что они хотят все, что от нее требуется.

– Балда да Балда, – только и слышалось со всех сторон.

Она думала, что черти на нее за что-то обиделись и так обзываются. Если бы ворон не подсказал ей, что это не ругательство, а имя того, кто над чертями измывается, она бы на них очень сильно обиделась.

Но обошлось. Вороны тоже порой бывают полезными для чертей, для всех обиженных и оскорбленных.

– Ведьма ты или не ведьма? А если ведьма, спаси нас! – уже потребовал черт Илья, который почему-то всегда ей был симпатичен.

Вернее, он пока еще не пользовался добрым к себе отношением, но знал, что оно существует. Вот и теперь ведьма ему улыбнулась, и по рожкам погладила снисходительно.

– Ну, давайте, подумаем вместе, как вашего любимого Балду немного утихомирить. Сколько у нас голов, что-то все вместе точно придумаем.

Глава 15 Ведьма нам поможет

А потом воцарилось молчание – все задумались, стали снова головы ломать.

Анфиса так живописно молчала, что они поняли, что надо ей что-то этакое пообещать, чтобы она согласилась им помогать и в нужный момент не ушла в сторону, не отказалась их спасать.

– Если Балда в тебя влюбится, и нас мучить меньше будет, проси тогда, что твоей душе угодно.

– Моей душе много чего угодно, – отвечала Анфиса.

Но тогда черти на это внимания не обратили, они были странно легкомысленны в такие минуты. Главное, чтобы добиться своего.

– Ладно, потом рассчитаетесь.

Ведьма загадочно улыбнулась. А черти поняли, что она это сделает. Правда, они не стали ее предупреждать о влюбленной Кикиморе. Но это она потом сама увидит, если еще до сих пор не видела. Пока ведьму лучше не пугать, вдруг все обойдется, не так страшно будет.

Затаились черти и стали ждать.

Их вечерний заговор вроде удался.

Утром по глазам Балды они увидели, что ночка была для него необычной, и страстной, значит, у ведьмы все получилось.

Заметила перемены в душе своего возлюбленного и влюбленная Кикимора. И не только это, она поняла по их хитрым и довольным рожам, кто ей такую свинью подложил в лице красавицы – ведьмы. Получается, что они не только Балду усмирили, но и Кикиморе отомстили. И как это им только удалось двух зайцев разом убить? Вот уж точно любовь творить чудеса, да еще какие чудеса, просто жуть.

Но когда она стала командовать и пинать их особенно яростно, даже сам Балда вступился за чертей.

– Да ладно, не гоняй их, день большой, они все еще успеют сделать.

По его хитроватой улыбке они поняли, что он им благодарен за ведьму. А кто-то решил, что работы будет у них больше, чем всегда.

Для Кикиморы слово Балды было законом. Оставалось только узнать, как и когда им с ведьмой рассчитываться придется за добрые дела.

А уж то, что это случится, они не сомневались вовсе. Но пока можно было передохнуть немного, а там видно будет. Может она им еще спасибо скажет за то, что они сделали для нее, не все же на чертей обижаться. Их иногда похвалить и поблагодарить можно, если, конечно, заслужили. А разве они, соединив Анфису с Балдой, этого не заслужили?

Глава 16 Жить стало лучше, жить стало веселее, но не слишком

Черти нашли выход из безвыходного и страшного положения.

Но как только получили немного свободы, им тут же и захотелось еще больше. А чего удивительного? Свободы, конечно, кому ее не хочется. Если людям богатства никогда много не бывает, то духов они волнует мало, а вот свобода – это совсем другое дело. А случилось – то как раз наоборот.

Ведьма крепко держала любимого в своих объятьях и не выпускала его надолго, только он опомнился быстро, и везде успевал.

Даже еще вмешивался в ее споры с Кикиморой, которой ведьма нравилась все меньше, ведь она очень любила Балду.

Тогда, наверное, черти и породили, о том не задумываясь, такое скверное чувство, как ревность. Оно много чего натворить успело за эти столетия с духами, а особенно с людьми.

Когда Балда снова разыскивал Анфису или Кикимору, которые никак друг с другом примириться не могли, а потому исчезали по очереди, черти бросали работу, да и бежали подглядывать и подслушивать, ведь они тоже были к этому причастны. Они хотели знать обо всем, что творится вокруг Балды, это было самым главным развлечением в те довольно печальные времена.

Они уже успели понять, что если ты о чем-то предупрежден, то защищен, тогда и жить лучше, и жить веселее.

№№№№№

Яга в то время гостила у Горыныча где-то в горах, хотела немного передохнуть да поразмышлять о времени и о себе, о том, как им всем жить дальше. Когда она вернулась домой, то леса своего не узнала.

Нет, конечно, деревья там, как и всегда стояли на месте, кроме тех, которые гроза повалила, никто другой к ним и прикоснуться не посмел бы. Но что у ее любимца Балды там за такое творилось?

Она начала пытать кота Баюна, как лицо (или морду, это уж как хотите) не особенно во всем заинтересованное, зато все знавшее лучше остальных.

– Что там такое, откуда ведьма взялась, и что он творит, – допытывалась Яга.

Кот понял, что ему за всех отвечать придется.

– Ведьму черти уговорили, не знаю как, прозевал, не видел. Но это точно, а уж она его очаровала, и очень даже довольна тем, что творится. Не думаю, что это ей не нравится. Утром, когда они просыпаются этого не скажешь, вот если бы еще куда Кикимору девать, тогда и вовсе все было бы замечательно.

Кот удивился тому, что Яга не проронила ни звука, словно бы что-то тоже замышляла. Может, она не поняла его сбивчивой речи, ведь Баюн часто говорил так, словно бы всем было ведомо то, о чем он говорит, хотя даже вездесущая Яга не всегда могла знать и догадаться, что у нашего кота на уме.

– А отправим -ка ее к Горынычу, там давно порядок навести надо в его холостяцкой берлоге, совсем запустил все, как в хлеву живет, – предложила Яга.

Было понятно, что она давно об этом думала.

– Женить, что ли собралась его? – поинтересовался кот.

– Да что женить, пусть побудут вместе, хуже не станет. А женится он сам пускай на ком захочет, я тут вмешиваться не собиралась, чтобы потом на меня не валил все. Ведь с ним никакая Кикимора никогда не уживется – это точно.

Так с Кикиморой все и решилось. Она пропала в тот же вечер, пикнуть не успела. Никто о ней не переживал, все спокойны оказались и были довольны тем, что происходило в этом мире.

Но затишье в мире и в заповедном лесу тоже, случается перед бурей, а больше затишье и перед большой бурей.

Но об этом и Балда и черти завтра подумают.

Глава 17. А черти, замученные тяжелой неволей, до царя дошли

Жизнь чертей с тех пор была если не очень хорошая, то все-таки довольно спокойная. С прежними хлопотами не сравнишь. Но наши черти пошли дальше. Они уже хотели, как Старуха из сказки, не просто избу, а палаты себе княжеские получить.

Ведь сколько раз эту поучительную сказку слушали – кот Баюн особенно часто ее чертям своим рассказывал, только в тот день, когда они решение принимали, никто о ней не задумывался.

Хотели они совсем о другого – Балда у них в плену загостился, надо бы его куда подальше отправить.

Однажды вечером не поленились черти, хотя устали больше обычного, со свободными чертями в кости поиграли, решили, что нужно отправить проигравшего черта Прохора в царство-государство к царю Гороху.

Наказы к посланнику были самыми разными. Но сводились они к одному – он должен незаметно ненароком, очень тонко все сделать для того, чтобы царь отправил за Балдой своих людей, да и дело ему важное дал. А самое главное – чтобы это было как можно дальше и от леса и от мира их, пусть отправится на край света да там и останется как можно дольше.

– Пусть он за Жар-птицей или еще каким чудом на край света сходит, там сам смотри, чего нашему царю для полного счастья не хватает. Главное – сплавить его да и забыть, как о страшном сне. Мы должны вернуть себе вольную и беззаботную жизнь, остальное все само наладится.

Только ушел Прохор да и пропал, то ли сладить никак не мог с этим делом, то ли не сильно старался, только время тянул, да вдалеке от них маялся. А может, сбежал и спрятался где совсем.

Тогда, уставшие ждать, черти еще полдюжины собратьев своих туда погнали. Одно только у них пока было желание – отправить Балду подальше, хоть на край света, хоть еще куда.

Они уже не думали о влюбленной ведьме, которая и страдать будет о нем, и с ними расправиться может. Ни о чем черти не думали. Хотели только свободы да воли вольной. И вспоминали о ней в своих красивых снах, а просыпались в холодном поту и тихом ужасе, вспомнив, что им еще сделать предстоит.

Глава 18 Нашествие чертей, что бы это значило?

Никогда еще в граде стольном не было столько чертей, как в те дни.

Они рыскали везде, на каждом шагу попадались, путались у людей под ногами. И те уже не знали, не ведали, куда от них бежать, и что это за напасть такая. Но тайны появления чертей так и не узнали. А тут и Дракон залетный откуда – то взялся.

Как уж изловили его черти, кто его знает, только царь прямо взбеленился, когда чудовище увидел. К своим Змеям он уже привык, договариваться с ними научился, а этот был какой-то страшный, да дикий. Как дохнет Драконище, так огнем палить начинает. Пожар вспыхивал то там, то тут. Этого только царю Гороху не хватало. Успели к хорошей, мирной жизни привыкнуть, а тут такое.

Имели ли черти к его появлению отношение, или нет, но люди решили, что примета есть такая, когда много чертей по городу носится, то чужого Дракона жди, и пожар и разорение он с собой незамедлительно принесет. Сбывалось ли потом эта примета или нет, кто его знает. Только тут уж убедился царь Горох, что без Балды ему не обойтись никак. Так все само собой разрешилось.

Вызывал царь Горох дружинников, велел им лбы расшибить, а Балду изловить и к нему доставить. Подкараулили воины храбрые Балду, да под белые ручки привели к престолу царя нашего Гороха.

Черти не вмешивались, в поимке героя не участвовали. Они только издалека следили за тем, что творится там, следили, чтобы герой не ускользнул от воинов, а если эта беда случится, надо было помочь его разыскать и вернуть. Но все-таки пустить все на самотек никак не могли. Но Балда, видя, как много глаз, ушей и рогов под каждым кустом таится, понял, что далеко ему не убежать, да и зачем бежать было, если все равно вернут и поймают? Вот он и отдался в руки своей судьбы странной и непредсказуемой, только рукой махнул: мол, делайте со мной, что хотите. Они вернулись такие счастливые, когда узнали от придворных собратьев своих, что герою подбирают достойное снаряжение и коня, и меч, что прыгали вышел всяких деревьев. Никакая сила не могла их больше удержать. Такими счастливыми они в тот день все были, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Прыгали они до самого утра на самые высокие ветки, чем страшно разозлили Лешего. Только когда он гаркнул яростно, пригрозил им, только тогда немного успокоились черти. А может, устали так, что с копыт упали и тут же заснули.

Только в первый раз за много дней не от труда непосильного, а от радости великой они так уморились, бедняги.

Глава 19 Леший в ярости, спасайся, кто может

Леший разозлился очень сильно.

Но в тот момент, когда он поднялся, чтобы урезонить их, черт Илья уже сорвался и свалился ему почти на голову, едва тот увернулся.

Так и закончилось становление героя нашего и освобождение чертей от пленника, которого по глупости своей сами они и в плен захватили недавно. Только уже казалось им, что целую вечность назад было это безрассудство..

Утром, немного успокоившись, они снова отправились на работу. Как и всегда, встретились на поляне. А потом начались чудеса – не нашли черти своего Балду, но решили не расходиться, пока порядок не наведут, мох не расчешут, и листья опавшие не соберут, ветки сухие, на землю упавшие, в одну кучу не отнесут.

А что самое удивительное, и Яга и кот заметили это – они работали без надсмотра не хуже, а лучше, чем при Балде было. Наверное, воспитание Балды все-таки для них даром не прошло.

– А что Балда? – с грустью спросила Яга у кота.

– Отправился с залетным змеем биться, – отвечал кот, – не знаю, где черти этого Дракона нашли, но все-таки разыскали, передышку себе устроили.

Баюну тоже грустно было. Как-то тихо в лесу стало, почти безжизненно.

– Что там будет? Ты хоть бы слетал, посмотрел, – предложила коту Яга.

– Вот еще, ничего с ним не сделается, он и в огне не сгорит, и в воде не утонет, а меня тот Змей и опалить может, он же огнедышащий, – противился испуганным кот. Но лететь ему туда совсем не хотелось.

Яга удивилась, никогда кот не отлынивал от таких важных дел, что это с ним стало? Или знает он что-то ей неведомое?

Был или нет кот Баюн там, на поле сражения, никто этого не знал. Но когда срок пришел, новую сказку про героя со змеем бившегося он все-таки сочинил. И теперь это была сказка героическая.

Пока ее никто почти не слышал, но скоро услышат все в заповедном лесу. Могу вас заверить, что и на этот раз наш герой вовсе не оплошал.

Глава 20 Как Балда с драконом сражался

Герой должен быть в этом мире, хотя бы один. Но потом выясняется, что герой всегда остается один.

Герои бывают разными, как мы успели убедиться. Балда вовсе был не худшим из них, а скорее наоборот, очень даже симпатичным и необычным парнем оказался.

Хотя черти тогда постарались на славу, и он понял, откуда дует ветер, но возражать не стал. Никогда герой от подвига не увиливал.

– Дракон, так дракон, значит, его черед настал с чудовищем в схватку идти.

Коня и доспехи справил, да и отправился воевать с тем самым драконом.

Во времена Балды драконы еще не перевелись, и на его долю чудовищ хватило. Да и какой герой без чудовища?

Еще оглядел его на прощание царь Горох, всякое в боевой схватке случиться могло, спросил пристрастно, справится ли он с Драконом. Балда заверил, что обязательно справиться, и вернется с победой, пусть ждут его да пир готовят. На том и царь, и остальная дружина и успокоились все.

Воины, оставшиеся дома нетронутыми, очень рады были и благодарили чертей за услугу, обнимались и целовались с ними от души, не думая, что черти тех драконов им время от времени сами и подбрасывали. Главное, что все закончилось так славно и мирно, остальное не так важно.

Если кого-то взволновало все, что случилось тогда, так это нашего старого знакомого Змея Горыныча. Он вовсе не был так спокоен и благодушно настроен. Ему хотелось помочь как-то герою с чужим драконом сражаться, такие вот причуды бывают у родных славянских Змеев. Он был добр и вовсе не злопамятен, узнал, что Балда его никак не может побить, потому и старался теперь вовсю для него что-то сделать.

Когда Балда в чистом поле Змея увидел, то сначала решил, что это тот самый Горыныч, который его в этот мир забросил, с кем-то перепутав, но пригляделся и вспомнил, что чужак выглядит совсем иначе, вот и обрадовался ему, как самому близкому другу.

– И чего тебе в горах не сидится? – поинтересовался Балда

– Я должен был на тебя поглядеть, да и помогу, если чего, – пообещал Горыныч.

– Ладно, пошли, вдвоем веселей, налетели здесь всякие чудовища, того и гляди, всех распугают да изничтожат.

Вечером у костра признался Балда Змею, что не хочет он вовсе убивать Дракона, нет в том никакой нужды, и кровь снова прольется, а потом ему придется расплачиваться. Ведь за всякую пролитую кровь придется победителю платить, это во всем мире такой один закон есть.

Змей обрадовался, когда такое услышал, хотя и чужак, но ведь тоже Змей. И стали они думать, что же им делать, и как устроить все так, чтобы и воины были довольны, и змеи целы.

Долго думали, и луна уже уползла, куда-то спряталась за тучами, а все-таки придумали герои и Змей Горыныч, что им делать надо.

– Пролетал я и видал, – заговорил Змей, – что есть тут лабиринт странный, Кащей его когда-то соорудил, давно он травой запрос, ничего там не осталось, надо будет его в дело пустить. Такого поединка еще ни у кого никогда не было. Вот и сказку наш Баюн про нас с тобой потом необычную сочинит.

Балда очень обрадовался и похвалил Горыныча за смекалку.

Герой еще раз убедился, что четыре головы лучше, чем одна.

Глава 21 Поединок в лабиринте, это что-то новое

Сказано – сделано. Тогда Балда и отправил дракона, осторожно появившегося тут, в Кащеев лабиринт. Все это произошло почти случайно, без всякого напряжения, хитрость – великая сила, а уж и царевичи волков перехитрить могли, а герои драконов и подавно.

Горыныч помог его туда прогнать, как можно скорее, чтобы никто их не увидел, да и не рассказал кот Баюну, как они на самом деле сражались. Сказка все-таки должна быть героической, ему не обязательно знать, что там происходило, чтобы придумывать ничего не пришлось.

Так вот еще и врага не победили парни наши, а уже про сказку о себе любимых думали – от скромности эта парочка точно не помрет.

Дракон был доверчивым, хотя и мудрым, но хитростям славянским не обучен и полетел в западню без оглядки, наивным оказался дракон. И правильно сделал, хотя и заплутал он тут же, но жив и невредим остался, не то, что порублен не был, даже царапины на нем никакой пока не наметилось.. А тут и воин подоспел.

Был он на драконе нашем вполне внушительным и таким бравым казался, что иноземный понял – никак не справиться с ним, сколько не старайся.

Так оно и оказалось, ему для начала надо было из лабиринта выбраться, а это почти невозможно было. Кащей лабиринт на славу соорудил, такой, что просто тихий ужас.

Остановился пленник, оторопел, снизу на них поглядывал да думу думал горькую. Нельзя в чужой лабиринт со своими законами идти. А что толку – думай, не думай, ничего хорошего из этого получиться не могло.

Балда о пленении все знал, он сам все это на себе пережил, когда с чертями связался, вот и с другими поступал так, как черти с ним недавно.

– И что делать станем? – сверху, где видно, как известно все, – спросил его Балда.

Дракон в лабиринте внимательно прислушался к речам своих тюремщиков.

– А делать и нечего, мириться надо, – отвечал ему Горыныч.

– Какой тебя черт к нам принес? – поинтересовался так, между прочим, воин.

– Вот в том-то и дело, что настоящий черт, и, наверное, не один, признался Дракон. Скрывать ему нечего было, он разом всех чертей наших и заложил.

– Я так и думал, – говорил Балда уже Горынычу, и тот с ним согласился.

– Черти давно что-то замышляли, я сразу заметил, только как угадать, что они задумывали. Я ворона пытать стал, но и тот ни слова не прокаркал, знал, что черти ему голову оторвут, и хвост по одному перу выдернут, меня ж он боится меньше, чем их, вот и дожились, что Драконов чужих в схватки кидаем. Ну ничего, они у меня еще попляшут, как только я вернусь назад.

Балда посмотрел на своего Змея, тот на него, и приняли они быстро решение.

– Давай клятву перед Нием и небесами, что ты вредить нам больше не станешь, да на этом и разъедемся.

– А вы меня тут оставите? – поинтересовался Дракон, которому совсем не хотелось оставаться в лабиринте в одиночестве. Он убедился, что без их помощи или клубка какого оттуда выбраться не сможет.

– Да, нет, конечно, с собой заберем, чтобы ты всех перебаламутил там, нам своих чертей мало, так еще доверчивых драконов собирать станем, -услышал он в ответ.

Серьезно ли он говорил или нет, кто его знает, только дракон почему-то решил, что Балда его вытаскивать из лабиринта не собирается.

Как же он приуныл и взвыл от досады и отчаянья, листья с соседних с лабиринтом деревьев желтеть и опадать начали… Даже каменное сердце должно было дрогнуть и заколотиться, а у Балды оно было настоящее и у Горыныча тоже большое и пламенное.

Глава 22 Спасать или не спасать побежденного дракона

Так грустно стало дракону, так вздохнул он печально, что даже Горыныч пожалел его.

– Ты разве не помнишь, что Кащей про все на свете забыл, потому он не скоро туда наведается. Давай уж, его не с собой заберем, а выпустим, когда увидим, что далеко утащили и он назад не вернется.

Что было делать, когда свой Змей за чужого так просит? Балда никогда не был злым и жестоким парнем, как мы уже успели заменить. Он сказки кота слушал и сразу усвоил, что тот, кого выпустили и пожалели, может больше пригодиться, чем тот, кого обидели, да еще и прибили ненароком. Неправильным он героем оказался.

– Ну это под твою ответственность, – очень серьезно заявил Балда, если еще где-то и что-то будет, то ты сам с ним биться пойдешь.

– Ты слыхал? – склонил Горыныч голову вниз, – что герой говорит?

– Слыхал, и чего бы я два раза подряд на одну тропу ступал, интересно. Может я и доверчивый, но не пустоголовый. Чертей теперь стороной облетать буду, – это как ведьме ходить не надо.

Дракон уже думал, как он отправится на свидание к ведьме, какую ночку там жаркую проведет.

– Вот и я думаю, что в наших краях делать тебе нечего.

На том они и порешили.

Освобожденный дракон, уже не надевшийся на спасение, отправился к себе, или куда там у него глаза глядели. А Балда со своим Змеем – болевым соратником, почти другом, тоже поспешил подальше, чтобы никто больше не видел и слышал его в окрестностях лабиринта. И стали они по дороге с Горынычем уже былину сочинять, о битве страшной и жестокой.

– Не переборщи, – посоветовал Балда, – чтобы достоверно было.

– А то, поверят, куда им деваться, все одно никто ничего не видал.

– На это только и последняя надежда.

Былина получилась очень хорошая, героическая, и вполне правдоподобная, ничего не скажешь, а то, что ни одна ворона ни каркнула потом о том, что там было на самом деле – это тоже правда. Лабиринт хранил тайну, и никто никогда не узнал, как обошелся с побежденным драконом наш Балда

Вороны же знали, что ни Емеля и ни Иван царевич перед ними, а сам Балда, каркнешь, и себе дороже станет, если вообще жив останешься, с ним шутки плохи, черти и то до сих пор в себя прийти не могут, а что про остальных говорить.

Вот и помалкивали в те дни, словно в рот воды набрали.. так все и завершилось.

Балда вернулся с победой громкой, черти снова засуетились. Они понимали, что победителя не судят, а такого так особенно. Потому царский пир был шумным и веселым.

Много лестных слов победителю дракона сказано было. Вероятно, он все это вполне и заслужил, а почему бы и нет? Главное, что кровь не пролилась, а большего и не надо было ему тогда.

Глава 23 Царю славу, почести победителя Дракона – себе

Ни одно доброе дело не остается безнаказанным.

Вести о том, что Балда победил дракона, долетели до заповедного леса. Это стало самой черной вестью для всех наших чертей. Они понимали, что для них это значило только одно – Балда возвращается назад, да еще героем героев. Это уж слишком, такого известия ни один черт спокойно воспринять не сможет. Да они и не пытались даже сохранять спокойствие. Волнение в заповедном лесу и его окрестностях началось страшное.

Только и черти не дремали, растерялись они лишь в первый момент, а горевали о себе любимых недолго.

Как уж они умудрились Огненного змея уговорить или обыграть, этого никто не знает. Только и на победителя свои черти, как вскоре выяснилось, нашлись. Они не стали дожидаться, пока он разбираться с ними или в плен сдаваться пойдет, вот и решили сами действовать.

Нет, голову отрывать и на куски рубать, как обычно братья Царевича в сказках у Баюна с победителями поступали, они не стали, черти все-таки, а не люди бессердечные. Но и все на самотек пускать не хотели. С Балдой надо было как-то бороться. Не могли они себе Пекло в любимом лесу устраивать и терпеть этого не собирались.

№№№№№№№№

А потом случилось вот что.

Спящий и ничего не ведавший Балда оказался в том самом лабиринте, из которого они накануне с Горынычем вместе и выпустили Дракона залетного.

Герой это сразу как-то не понял, не догадался даже, что не в царских палатах спит. То дождик капал, то солнце палило, но как-то все от сна богатырского пробудиться не мог. А когда все-таки проснулся, то лабиринт и опознал.

Хорошо на него было смотреть с высоты Змеиного полета, а тут совсем другое дело, когда сам внизу и оказался.

Вернее, загрустил герой, и понял, что и на него бывает вот такое наказание. Наверное, победителя не судят. Только и поступают с победителями порой жестоко. Чаще всего так с живыми героями и бывает. Ведь давно известно, что никого не тревожит и всем дорог мертвый герой, а пока он жив и невредим, с ним столько проблем.

– Хорошо, хоть совсем не убили, – первое, о чем успел подумать он, – Но мои черти не звери, не царевичи какие-нибудь, они значительно лучше

Правда, на царя Гороха Балда не стал думать, но кто такое с ним сотворил – известно кто – черти его любимые. От них только такой благодарности и можно ждать за то доброе, что он для них сделал недавно.

Но с чертей, что взять. Тогда возник второй вечный вопрос. А что делать?

Но долго унывать герой не собирался.

Глава 24 Упырь спешит на помощь

Огляделся Балда по сторонам, поднялся с влажной травы – только что роса на нее выпала, а тут и упырь, невесть откуда взялся – явился, не запылился. Изловить его Балде труда не составило. Но и упырь странный, он словно сам к нему в руки бежал. Где еще такое видано?

– Ты чего это? – огрызнулся упырь, соображал он плохо и медленно, – пленник вроде.

– Да вот, пленник, – только ты моим пленником станешь, если меня не выпустишь, на белый свет не выведешь.

И хотя упырь был местным и жил далеко от заповедного леса, но слухи о том, что же там такое у этого парня с чертями происходило и до него дошли.

И рассудил он так, что черти были далеко, до них так скоро не добраться, а он совсем рядом, а потому надо его требования исполнять. Если он жить на свободе хочет, да самое главное – подальше его назад отправлять.

Так он и решил поступить.

И недолго думая, Балда оказался там, на той стороне лабиринта, Упырь с ним долго и разговаривать не стал. Пробурчал что-то на прощание, да и сбежал куда-то, дорогу показывать в заповедный лес – это уже лишнее, не дело это упыря. И хотя у лабиринта в прошлый раз Балда на Горыныче был, и дорогу по земле запомнить не старался, но не сидеть же на месте. Решил он, что духи есть повсюду, а язык его до заповедного леса и доведет.

№№№№№№№

Черти едва успели поблагодарить дракона, да дух перевести, а все снова переменилось.

Видно тогда они и стали поговорку сочинять о том, что нельзя говорить гоп, пока не обнаружил Балду надежно спрятанным, а лучше крепко связанным в лабиринте, ведь он совсем в ином месте оказаться может. Тогда все твои усилия насмарку пойдут, не только лучшей жизни не получишь, но будет все еще хуже.

А пока они должны были, ругаясь самыми нехорошими словами, снова встречать своего героя, и постараться спрятаться, ведь тот, кто спрятаться не успел, тот останется на виду, и на нем Балда в первую очередь и отыграется. Это будет конечно, настоящим ужасом для них самих.

Но пока Победитель возвращался назад, он заметил Горыныча, который узнал от Оза какую пакость тот совершил, решив помочь чертям избавиться от героя.

Горыныч не долго думал, и направился туда, чтобы помочь Балде, да извиниться за своего безголового брата, привыкшего чертям легкомысленным доверяться, а потому так жестоко поступившего с лучшим из парней, к которому сам Горыныч привязался, да что там – прикипел всей душой.

Так со Змеем они на середине пути во второй раз встретились.

Глава 25 Два змея и Балда. Хочу все знать

Горыныч к бывшему пленнику успел первым, его никто в пути не опередил.

– Ты уже свободен, – радостно на лету всплеснул лапами Горыныч.

– А сколько мне надо было там томиться? – недоверчиво спросил Балда, – ну хорошо все у нас получается, человек исчез в одном месте, заброшен в другое и никто ничего не видит и не слышит. Еще боевые соратники называются.

– Так ведь я тебя летел спасать, дорогой ты мой, – но вижу, ты мне не особенно веришь, и даже в чем-то обвиняешь?

Горыныч сделал вид, что он страшно обижен и собирается отправиться назад, даже не взглянув на Балду.

– А я думал, что черти тебя сторожить меня отправили, – заявил в тот же момент Балда.

И не очень было понятно, то ли не доверяет он Горынычу, то ли просто на весь мир обижен, друзей от врагов отличить не может.

– Ну, чего ты, ведь я не хотел тебя травмировать, это Огненный такой вот пакостью занялся. А я тут ни в чем не виноват.

Змей обиделся, хотя пока держался, он старался понять и простить героя. Давно ли они были заодно, а стоило только чертям между ними пробежать, и все сразу испортилось.

– Хорошо хоть не ты сам, уже полегче немного, – только и осталось сказать Балде.

Но он заметил, как змей был сконфужен. И ему стало немного стыдно – напрасно он видно обижал друга, ведь тот его ни разу не подвел за все время, пока они были вместе. Не стоило этого делать.

Да слово уже вылетело, его не поймаешь, как любит говорить кот Баюн.

Потому уселись они на полянку, чтобы немного поговорить о том да, о сем.

– Руби мои головы, Окаянный, все равно черти со света сживут, – вдруг вырвалось у Горыныча, – он переживал все сильнее и сильнее. Балда чувствовал себя все более и более виноватым.

– Ладно, Огненного ты сам сдал, с чертями мы еще разберемся, что теперь уже после драки лапами махать.

Горыныч понял, что он в запале и на самом деле сдал своего брата любимого, и что было делать? Да в том – то и беда, что делать ничего.

Но то, что Балда рассмеялся и не сердился больше, уже это вдохновило Змея и немного облегчило его страдания.

Правда, Огненного они на месте не застали, он успел улизнуть, как только узнал, что и след Балды простыл из лабиринта, нет его там больше.

Черти же метались, как угорелые. Не слишком ли часто в последнее время их пути с Балдой пересекались? С этим надо было покончить раз и навсегда.

Они твердили только о том, что потеряли покой и к старой жизни не будет возврата. Да что о том говорить, легче от этого им не становилось.

Вот они и бросились к Жар-птице, помня, что раньше царевич за ней ездил.

Они убедили царя Гороха, что не прожить ему без той самой птицы, и именно Балда будто бы хвастался, что может ее запросто раздобыть.

Царь поверил чертям, сильно ему хотелось Жар-птицу получить. Так для Балды и было приготовлено новое невыполнимое задание.

Глава 26 Как Балда отправился за Девицей, конем и птицей

И был вечер, и было утро в заповедном лесу.

В то раннее и довольно туманное утро, черти в лесу переполошились хотя такое случалось часто в последнее время, но Лешему это показалось подозрительным.

А паника – вещь заразительная, она передалась и другим духам, не таким суматошным и бесшабашным.

И только чертенок Зосима, такой любопытный и жизнерадостный чертенок не паниковал, а радовался и потирал ладошки.

Черти же говорили все громче о своем любимом властителе, герое героев Балде, о ком им еще нужно было думать и говорить?

№№№№№№№№

Что-то с царем Горохом случилось, может, мухоморов он нанюхался, только на этот раз, когда царевич принес ему одно перо от Жар-птицы, с намеком на то, что надо в путь отправляться, да птицу добывать, мол, засиделся он в царстве, а пока попутешествует, смотришь, и трон освободиться.

Нет, он вовсе не желала зла царю, только очень уж надоело в царевичах ходить. Старшие как-то примирились, делом занялись, а он все никак не мог ни к чему пристроиться. Только трон царский ему и снился. А от беззаботной и праздной жизни и не такое присниться может – это всем известно.

Повертел царь Горох огненное перо в руках, обжегся даже немного, очень ему Жар-птицу получить хотелось, чтобы перед другими царями потом похвалиться. Ведь птички такой ни у кого больше не было.

Только не собирался он больше такую глупость совершать, да Ивана отправлять за ней. Еще в прошлой жизни знал он, что из этого вышло, до сих пор перед волком стыдно, в глаза прямо не взглянешь, хоть и царь.

Правда, Волк щадил царя и всего не рассказывал, но и того, что рассказывал, было вполне достаточно, чтобы понять, что опозорился тогда царевич, не на шутку опростоволосился. А говорят, что и в новой жизни все повторяется, но, зная обо всем, позориться снова царю не хотелось.

На этот раз им всем был дан еще один шанс исправить положение, недаром иноземный чародей все ему твердил, что снова и снова возвращается в этот мир человек, особенно если чего не так делал и вел себя не прилично.

Забрасывают его на то самое место, где он споткнулся, там все снова и начинается для него, жизнь идет на новый круг, духи же следят за тем, чтобы все ему удалось исправить, по-другому переделать.

Глава 27 Жизнь пошла на новый круг

Человек снова возвращается в мир, если не доделал важных дел в прошлой жизни.

И в тот самый день его бросают, когда наступил он в дерьмо или еще что похуже, чтобы значит, поправил он все, что насовершал и дальше двигался в новой жизни своей, да поправлял положение.

Каким-то странным, может, и нехорошим словом называл все это иноземец, слова царь Горох не запомнил, а вот то, что он снова вернулся сюда не за просто так, это было ему ясно и понятно.

Только у сынка его младшего память отшибло, хотя царица и говаривала ему, что чем дитя площе, тем для матери оно дороже, только ему как-то поговорка такая души не грела.

– Али тебе Жар-птица не нужна уже, – очень даже удивился царевич.

– Нужна, конечно, – отмахнулся, как от назойливой мухи, царь.

– Тогда что же ты медлишь? – не унимался царевич, ерзая на месте.

– А как мне не медлить? Надо, чтобы все ладом было. А мне сон приснился нехороший про тебя, будто ты коня прикончил, только хвост да грива от него осталась, с волками и чертями связался, и домой возвращаться ни в какую не собираешься.

После этих слов пристально взглянул царь на сына своего непутевого.

Тяжело вздохнул царевич, потому что ему тоже такой сон снился, прямо точь – в – точь один к одному. Только он старался его скорее позабыть, и почти получилось, а тут царь ему и напомнил снова. Ничего не скажешь – пятница тринадцатое, такой вот скверный день, а каким ему еще интересно быть следует?

Но стал царевич себе голову ломать, что же такое удумал царь Горох.

И вскоре выяснил он, что батюшка его ничего хорошего не удумал.

Как только к нему в гридню Балда пожаловал, так и упало все в груди богатырской царевича нашего.

Ухом он прислонился к двери, чтобы послушать, что там происходит.

И худшие его догадки и оправдались вмиг.

Глава 28 Зачем пришел Балда?

Балда заверил царя, что Жар-птицу добудет или голову сложит на плахе.

– Ты головами – то сам не разбрасывайся, – пригрозил ему царь, – ишь какой щедрый, будто у тебя их наросло три, как у Горыныча. Много у меня народу, а головастых раз-два и обчелся, может, ты один будешь. На кой мне сдалась Жар птица, что ей освещать, если таких работников и героев у нас не будет больше. На царевича и в темноте смотреть страшно, а что будет, когда она тьму эту осветит?

Царь махнул бессильно рукой и тяжело вздохнул.

Согласился с ним Балда, улыбнулся во весь рот, и от этого задора у него прибавилось. Приятно, когда тебя сам царь, пусть и Горох, хвалит. Только надо бы как-то оправдать эти лестные и распрекрасные слова. С царевича и спроса никакого, а с него ведь спросится, да еще как.

Но он так стремительно вышел из гридни, что едва успел царевич в сторону отскочить, а то бы точно по лбу получил, да еще и от царя бы досталось за то, что под дверями подслушивал то, что слышать ему не обязательно было. Но успел, увернулся царевич, наверное, не в первый раз такое случилось, прыгучий и прытки он уродился.. К себе в покои царевич бросился и заплакал.

А чего рыдал – то царевич наш?

От обиды, конечно, и что только царь творит, словно у него родных детей нет, берет какого-то безродного Балду, только потому что тот жреца его мудрого легко вокруг пальца обвел. Берет да и посылает туда, куда только царевичам ходить и следует. Что за времена такие настали, никак показать себя не дает царь, может он и царство свое со временем Балде отдаст, а что если ему уже и отписал его, вот времена-то настали.

Глава 29 Страсти во дворце накалялись

Тут жрец, которого помянул царевич и явился во дворец, да к нему и заглянул первым делом. Покривился, когда плачущего царевича увидел, да и стал пытать, что такое у них вдруг случилось.

Был он хоть и не особенно смышленый, зато очень хитрый, вот и решил не платить за работу, которую за троих для него Балда делал. Скуповат да прижимист был жрец, он тогда еще не знал, что скупой платит дважды. Такой и поговорки не было, она опосля появилась, и придумал ее кот Баюн, когда объяснял жрецу, что же с ним такое случилось, приключилось.

А когда у него сгорело ясным пламенем все, что сделано было, только черта хвост, а овинника копыто мелькнуло перед глазами его в блеске яростного пламени, которого никто потушить не смог, он взвыл и почему-то именно Балду помянул.

И ясно почему, накануне вечером, играли они в кости с чертом и овинником в овине его, и понятно, кто выиграл, и чего он затребовал от проигравших.

А те были духами честными, знали, что долг платежом красен, вот и расплатились, и жрец расплатился – все потерял, что за это время трудном, пусть и не особенно упорным нажить смог.

Стал Жрец царю жаловаться, а тот, словно оглох – ничего не слышит, только усмехается, говорит что тот, кто не пойман, не вор, а сам он может, кому еще насолил. Да и мало в царстве людей, которые бы жрецу отомстить не хотели.

Может, кому и насолил погорелец, только никто бы из обиженных с чертом самим да его свирепым Овинником, которого он сам, как огня, боялся, играть бы не согласился.

А Балда весь вечер в овине провел, да и ночевал там еще по праву победителя с девицей Жданой, которую у него и увел без всяких хлопот, только пальцем поманил, она за ним и побежала без оглядки.

Вот и все, что про Балду мог сказать ограбленный среди бела дня жрец, ставший в один миг нищим, как храмовая мышь и беззащитным, но пылавший одним только желанием отомстить.

Конечно, сам он тоже не очень хорошо поступал, но нет никакого почтения к чину и ко всем его заслугам перед царем и миром. И ведь боги его обидчика не собирались наказывать, вот что самое удивительное.

А куда было двинуться ему? Конечно, к царю Гороху, у царя он и искал правды и защиты.

В том, что и сам жрец был во многом виноват, он бы и под пытками лютыми не признался.

Глава 30 Жрец царевичу не товарищ

Царевич взглянул на жреца волком, и пришлось рассказать хранителю огня, что его так расстроило.

– Батюшка Балду за Жар – птицей отправил, а ведь перо я ему принес. Да и кому еще туда идти можно было, только мне одному и следовало.

– Вот в том-то и беда, что на большее ты не годишься, – в сердцах бросил ему Жрец, но говорить ничего более не стал.

Казалось ему порой, что царевич и не Гороха, а его собственный сын. И откуда только такая догадка в душе его одинокой взялась, придумать он не мог, но не проходила она и все, хоть тресни. Чувствовал он родную душу.

Они были в одной ладье, и должны были бороться с обидчиком вместе.

Хорошо, хотя бы чертей еще не подключили, а то бы плохо Балде пришлось, против такой стаи и Балда мог оказаться бессильным.

Вот потому в лесу и начался переполох, как только черти завидели Балду, так до одури все и визжали, хуже, чем когда мухоморы жевали, без мухоморов, словно пьяные сделались.

Они помнили, как он даже черта Федора вокруг пальца обвел, об остальных и говорить нечего. И очень им не хотелось снова в дураках оказаться.

А между тем Балда спрыгнул с коня, которого ему выделил на дело царь Горох, подошел к камню перепутному – его ни один путешественник объехать никогда не мог – обязательно останавливался.

Остановился Балда и прочитал все, что там было написано.

– И читать обучен, – шепнул черт Макар, черту Захару.

– А то, – подтвердил с гордостью тот, словно это он Балду грамоте учил.

И больше ничего сказать черти не успел, в тот момент волк и завыл яростно.

Он сразу заметил, что царевича, которого он заждался, ему подменили прямо на глазах. Издалека волк увидел, или унюхал, что царевичем тут и не пахнет.

Вроде бы Балда с волком нашим еще не сталкивался, но тот от чертей столько всего наслышался, что, заранее готов был расписаться в своей беспомощности.

Балда между тем уселся на траву, все еще то на коня, то на надписи глядя, и почесал макушку. Это было верным признаком, что он не глуп, и волку, который тут службу нес, трудно с ним придется.

Черти медленно стали выходить из своих укрытий, готовые, впрочем, сбежать при малейшей опасности. Но пока Балда казался каким-то очень тихим, задумчивым, вот и хотели ближе посмотреть, он или парень только издалека на него похожий пожаловал к ним, к перепутному камню.

Но настроен на этот раз парень, как и обычно, был мирно. Улыбался почти ласково, хотя черти никогда своим глазам не верили. А после близкого знакомства с Балдой и подавно.

– И что мне делать прикажете? – спросил он.

– Царевич коня сплавил, – подсказал чертенок Зосима, который старую сказку лучше других знал. Он Баюна несколько раз слушал, все запоминал и помнил хорошо.

– Ага, дождетесь, я его только получил, и уже отдавай вам. Тоже мне умники, пока я с Драконами дерусь, совсем от рук отбились.

– А что, тебе конь жизни дороже? – не унимался Зосима, ему хотелось, чтобы сказка правильная была, такая же, как та, которую он запомнить успел. Чертенок и сам слыл самым правильным из своих собратьев.

Волк не слышал, что ответил Балда, он понял, что останется голодным, и не это самое страшное, а то, что и себя он уже не сможет во всей красе показать.

Если у Балды конь останется, то голодный волк ему без надобности. А ему так хотелось мчаться в царства за конем, девицей и птицей, обводить вокруг пальца всех царей, и показать своему, что никуда он без него не денется. Он так привык к роли славного помощника, она ему так по душе была, что ни о какой другой он и думать больше не желал.

Часть 3 А тем временем

Глава 1 И все пошло не так, как надо

Сразу было видно, даже глупому черту, не только мудрому волку, что все пошло не так, как надо.

И так расстроился волк, видя, что все надежды его рушатся разом, что расплакался он тут же. Никто из чертей никогда не видел плачущего волка, они оторопели от такой картины. Глазам своим не верили, все переглядывались удивленно, уразуметь не могли, на самом ли деле это происходит или им только кажется. Толкали и щипали, даже пинали друг друга, но нет, все так и есть, Серый волк рыдал безутешно, как дитя малое, и остановиться не мог.

Последним рыдающего волка удивленно увидел Балда.

– А ну, кто из вас волка обидел, признавайтесь, а то хуже будет, – приняв суровый вид, двинулся к ним Балда.

Черти и не думали, что стрела каленная от волка к ним прилит, хотя чего еще ожидать можно было? Они стали заверять Балду, что ничего такого не делали. Волк какой-то странный стал в последнее время, а они и копытом его не трогали, даже слова скверного не сказали – все само собой получилось. И это было правдой. Но с таким недоверием смотрел на чертей Балда, что те и сами вместе с волком готовы были разрыдаться.

– Да он просто голодный, – подсказал Зосима.

– Так может, какого черта ему скормим, – подмигнул своему коню Балда.

– Волк не есть чертей, они костлявые и очень не вкусные, серой воняют, и покою не дадут в брюхе его – серьезно говорил чертенок.

Он сильно расстроился, ведь его любимой сказкой уже и не пахло. А она ему так нравилась, так дорога была.

– Делать нечего. Придется волка с собой взять, чтобы и черти были целы и волки довольны. А там по дороге накормим тебя чем-нибудь, только смотри, на коня моего глаз не клади, может какой жрец и царевич попадется, вот и пообедаешь досыта, – наконец сжалился над волком Балда.

– Волки царевичей не едят, – стоял на своем чертенок Зосима, – наоборот, когда царевича убили братья его родные, он воскрешал его из мертвых.

Выяснилось, что не только царевич, но и Балда не знал этой старой сказки. Некогда ему было сказки слушать, он делом все время занят был.

Тогда Балда снова уселся на траву, поймав чертенка за хвост, хотя тот никуда и убегать не собирался.

– Ты расскажи мне все, что тебе ведомо о прошлом, – потребовал Балда, он решил отправиться в путь, только когда сказка ему будет известна.

– А на что тебе прошлое? – поинтересовался тот, – если тебе надо грядущее творить. Прошлое, оно было и прошло, как я понимаю.

– Ты вроде черт ученый, а главного не знаешь, что будущее всегда в прошедшем кроется. Мне нужно знать прошлое, а там и с грядущим разберемся.

– Волк голодный, ты его накормить обещал, – выкручивался чертенок.

Но волк согласился потерпеть немного, чтобы еще раз былину про свое славное прошлое услышать. Вдруг и на Балду знаменитая сказка как-то повлияет и он из нее урок извлечет, ведь давно пора.

Глава 2 Будущее в прошедшем, старая сказка

Чертенку Зосиме ничего не оставалось, как им обо всем поведать, рассказать старую сказку.

Молча слушал Балда, не перебил его даже ни разу. Он только краем глаза заметил, как грудь у волка все больше выпирается вперед от гордости, хорошие были времена.

А что на этот раз будет? У него не хватало фантазии, когда он на этого неправильного героя смотрел, и даже чесаться от волнения начал.

В гробовой тишине Балда произнес:

– А мы пойдем другим путем.

– Это каким интересно? – в один голос спрашивали его почти все черти, и волк пасть раскрыл, только они его опередили.

Он и взвыть не успел, так и простоял с открытым ртом или пастью, кому как больше нравится.

– Волка с собой возьмем, пусть он нам подсказывает, что да как делать надо, но начнем с самого трудного, раздобудем Елену Прекрасную, а уж потом конем и птицей займемся.

Он насмешливо смотрел на них. Черти молчали, только кто рога, кто хвосты почесывал.

№№№№№№

Волк боялся спрашивать, как это будет выглядеть на самом деле. Он решил, что будет справляться с трудностями и советы раздавать по мере поступления, а то чего доброго его вообще тут оставят, и будет он голодный прохлаждаться да чертей с котом Баюном развлекать. А ему очень хотелось в путешествие, пусть и неправильное отправиться.

Ведь там всякое может случиться, а вдруг он не только царевичу, но и Балде еще пригодится.

А сколько потом рассказов будет, кот Баюн и тот обзавидуется.

Но Балда уже резко поднялся с травы, засиживаться тут он не собирался.

Конь резвый поднялся выше облаков, он радовался, что его не отдали на съедение волку, и готов был героя через огонь и воду нести.

Волк едва за ними поспевал, и дивился тому, что у царя были такие кони.

Даже он не догадывался, что того самого коня накануне Яга подменила, и увела с собой обычного, а Балде волшебного оставила. Эту тайну только кот Баюн знал. Он, как обычно подглядывал да подслушивал, а без этого ничего и не узнаешь никогда, а ему хотелось все знать.

– А на что ты тайком это делаешь, – не удержался кот и стал пытать Ягу – пусть придет, попросит, как следует, ты ему сама коня и подаришь, если он хорошо просить станет.

– А то у тебя память отшибло, никогда и никого наш Балда не просил и просить не собирался, даже меня. Вот и получит он то, что надо, даже не заметив подмены.

– Надо же, как вы с ним носитесь-то, – ворчал кот, прямо как с писанной торбой. Ладно, посмотрим, что из этого выйдет.

– А то, чай не царевич, а сам Балда на этот раз избран героем, даже цари, когда двадцатую жизнь снова да ладом проживают, умнеть начинают, и наконец правильное решение принимают.

Они оба посмотрели на коня, летевшего над лесом, на волка, за ним мчавшегося по следам. Увидев их, Балда улыбнулся и помахал коту и старухе.

Но это пусть она коту рассказывает, какая она старая да больная, а пару дней назад, как раз на Купалу, он с ней еще какую ночку провел бурную, тогда перемены в его жизни и начались, понял он, что в объятьях Яги должен быть только герой героев, и горы свернуть был готов.

Пусть она знает и видит, что он достоин ее, и коня, которого она ему тайно подарила.

Глава 3 Тайный подарок Яги и другие происшествия в пути

Балда был не дурак, он прекрасно видел, что летящего коня у царя Гороха сроду не было, но промолчал. С Ягой не спорят, да и на что ему было спорить, если он собирался стать царем царей, и героем героев.

И станет, ни у волка, ни у чертей, ни у кота, ни у Яги не было в том сомнения. А когда столько душ верят в тебя и поддерживают, то и горы своротишь, и сквозь огненную реку пройдешь, и живым да невредимым назад вернешься.

Пока герой летел навстречу своим подвигам и приключениям, и не было в мире никого сильнее и прекраснее его.

Тучи перед ним расступались, а боги на него взирали с небес, готовые помочь. На то он и герой. Нет, на этот раз все было просто замечательно, только почему-то в небесах увидел он прекрасный девичий лик. Сначала решил, что это одна из его возлюбленных, потом думал, что это Елена прекрасная за ним следит и освобождения ждет. Но когда он повернулся к волку, тот замотал головой:

– Она не Елена.

Волк обрадовался, что он хотя бы тут пригодился Балде. Герои сможет рано или поздно оценить его помощь.

И тогда понял Балда, что небеса ему показывают его невесту. И когда он догадался, кто она такая, то сердце его екнуло:

– Это Василиса.

Откуда такое видение, такая причуда была, он и сам не знал этого.

– Вроде Василиса, – повторил волк, дивясь тому, как похорошела его любимая царевна. Было в ней что-то прекрасное и неповторимое в тот момент, когда они разглядели ее в лучах яркого солнца. Она казалась особенно прекрасной. Но почему она им явилась?

И вечный бой, покой нам только снится,

Сквозь синь и пыль, летит – летит степная кобылица и мнет ковыль – напевал он, и по всему миру разносилась его победная песня.

Проснулась и вздрогнула, и улыбнулась Елена Прекрасная, она знала, что герой в пути и с радостью ждала его появления. Уж если в прошлой жизни она в бедного царевича влюбилась, то с Балдой остаться ей сам Велес велел. Но не знала Елена Прекрасная, что не для себя ищет девицу Балда. Но былина наша только начинается, и все еще впереди.

Глава 4 Как Балда Елену воровал, и что из этого вышло

Но все рано или поздно заканчивается, и этому полету под облаками конец пришел.

Добрались они до того самого сада заповедного, где юная Елена томилась, жениха своего ждала, как ей и положено было.

Волк успел рассказать, что была она не только юна и прекрасна, но и очень хитра, потому с ней надо быть им особенно осторожными.

– Смотри, а то, с пустыми руками останешься, женихов -то у нее столько собирается, что мало не покажется. Там такие красавцы и герои, врагу таких соперников не пожелать.

То ли цену себе волк набивал, и сам хотел в похищении поучаствовать, то ли еще что – то было у него на уме. Только Балда на него взглянул удивленно, и сразу понял все темные его замыслы:

– Сам туда пойду, – только и сказал он волку, и пришлось тому примириться с этим, если царевич его не слушался, то с чего бы слушался Балда?

Ведь пойдет, и сделает все как надо. У волка не было никаких сомнений.

И затосковал он в то время по своему непутевому царевичу, какое раздолье в свое время было серому волку – и сыт, и при деле, и героем стал, а тут только и остается бесполезные советы раздавать.

Но делать нечего, пошел он посмотреть, как Балда будет действовать.

И из вредности не стал ему говорить, что не стоит внимание к себе привлекать, чтобы переполох не начался.

Шагнул Балда в сад волшебный, хорошо там, птицы поют, солнце светит, и Елена прогуляться вышла. Столкнулись они почти случайно, только ждала она его давным-давно.

Хотя не одна Елена была, из-за старого дуба направился к ней какой-то свирепый воин. Даже передернулся наш герой. Из пушистой кроны священного дерева тоже глаза какие-то хитрые выглядывали, потому и понял он, что пропадет без него девица. И когда с трех сторон бросились к ней женихи непрошенные, тогда добрый молодец и появился.

И сама красавица, и умница спешила к нему в объятия.

Но и женихи не отступали, они наглости иноземца подвились только в первый миг, а потом быстро в себя пришли.

Смешалось все в прекрасном саду, началась тут драка не драка, схватка не схватка без всяких правил, кулачный бой, как обычно у славян случался, сначала драться начали. А потом решили разобраться, зачем они все это затеяли.

Один против трех стоял Балда, а те объединиться смогли, как -то договориться успели.

Волк появился, рычать и зубами щелкать начал, хотелось ему кого -то из них укусить, только руки -ноги мелькали и не мог он понять, кто есть кто, так ведь и Балду можно было в запарке тяпнуть, вот смеху —то будет, хотя ничего смешного на самом деле в том и не было, грустно все на этот раз получилось.

В драке всегда так было, доставалось не только чужим, но и своим. И ничего лучше наш волк придумать не мог, как только девицу схватить, да и был он такой, только они его видели.

Балда отбился быстрее, пока Елена не визжала, да не отвлекала его. Женихи опомнились и увидели, что сражаться им больше не с кем, потому и отступили тут же. Если нет чужих, то со своими они драться не решились.

Глава 5 Кто кого победил?

Только недолго радость победителя длилась.

Едва остановились они на ночь на полянке лесной, да костер развели, как с небес слетела птица распрекрасная, к ним на огонек пожаловала.

И была это сама богиня Морена.

Но так преобразилась она, что даже волк, уж не говоря о герое, не узнал ее, а о девице говорить нечего, никогда сроду не видела Елена черную вестницу, которая доброй да душевной казалась.

Но какой бы не казалась Морена, от этого ее вести не становились светлыми да прекрасными. Только грусть и печаль несла она собой – такой уж уродилась.

Когда волк усыпил Балду, потому что ему лучше было не слышать то, что говориться будет, наша дева прекрасная сразу к Елене и обратилась.

– Ты влюблена в него, только напрасно, – от доброты и заботы ее и следа не осталось.

– А это еще почему? – не сдавалась девица, – уж не ты ли мне соперницей стать желаешь.

– Не я, конечно, – не унималась Морена, – я бы и не решилась никогда, когда сама Яга там действует, этой какой же легкомысленной надо быть, чтобы с ней связаться. Против нее и матушка моя Лада никогда не выступала. Она только кажется слабой да бессильной, а на самом деле сильнее всех нас вместе взятых будет.

Елена беспомощно повернулась к спящему Балде, словно он должен был опровергнуть то, что она слышала. Но он мирно спал, похрапывая, а серый волк, услышав имя Яги, только взвыл печально.

Растворилась наша фея в воздухе, оставив их в полном недоумении. И что было тогда делать, как быть, кто на такой вопрос ответить мог. Догорел костер, красавица не сомкнула глаз.

– Может, тебя назад к женихам увести? – поинтересовался волк.

Он тоже ломал себе голову, не знал, как дальше поступить. Вот тебе и помощник для Балды нашелся. Елена глотала слезы и головой махала. Волк понял, что Морена с Балдой друг друга стоят, если она с самой Ягой бороться собралась.

Но это даже интересно было со стороны посмотреть, помогать он ей не собирался, конечно, не настолько глуп, чтобы таким врагом, как Яга обзавестись, но и Балда у них больно деловой, вот и пускай со своими девами сам и разбирается. А для волка это дело маленькое, он оставался безмолвным свидетелем в страшном этом поединке за любовь героя. И снова царевич на ум ему пришел – тот бы такого не допустил.

Тот вообще девицам любовь не внушал, если признаться. Хотя у него было много чего другого вместо этого странного и сомнительного чувства.

Но утро вечера мудренее, а именно утро стремительно приближалось.

Глава 6 Как Балда изловил Жар-птицу и добыл кобылу

Все наоборот вышло на этот раз. Ведь вместо пусть и непутевого, но такого славного царевича, царь Горох и шутники – черти подсунули несносного Балду.

Волк ничего не понимал, в голове его была настоящая каша из-за всего, что на это раз с ними происходило.

Понятно, что сказка останется прежней, ее сильно не переделаешь, так только слегка поправить можно, только вот как подправлять, это вопрос.

Но Елена прекрасная, млевшая от любви, была уже у них в руках, и оставалось только коня да Жар-Птицу раздобыть.

Сначала волк надеялся, что может пригодиться хотя бы в этом, чтобы было что после путешествия чертям рассказать. Но еле поспевал волк за героем, и на это все его время уходило.

Не хотелось ему в этом признаваться, а придется.

– Коня бы изловить надо, – очень тихо напомнил волк.

Балда только на него оглянулся и ничего не сказал. Словно волк не видел, что конь был у него в целости и сохранности.

– И чего он на меня так смотрит, – рассердился волк, – словно я уже коня его и слопал? Как же они все эти умники не любят советов, словно я не грозный волк – посланник повелителя тьмы, ловец душ и гонец между мирами уже, а какой-то дворовый пес.

Но то ли сам конь хотел помочь волку на высоте остаться, а возможно он просто кобылу захотел. Когда пролетали они мимо владений султана Шахнияра, то приостановился он немного, словно что-то рассмотреть там хотел.

Усмехнулся Балда, понятно ему было, что конь его узреть хочет, конечно, кобылу, да еще какую породистую

№№№№№№№№№

И вот они оглянулись на стадо. Да и прихватили с собой ту, которая больше всех приглянулась. Ну а то, что это была любимая кобыла самого властелина, и, наверное, не один охранник казнен из-за этого похищения будет, как-то это героев не волновало, такими легкомысленными они оставались.

Если Царевич все больше себе вредить готов был, то Балда с великим удовольствием другим такую вот свинью подкладывал.

Хотя, все хорошо, что хорошо кончается. Только и на этот раз без серого волка они спокойно обошлись, словно он и не следовал все время за ними, не было его поблизости.

Такие вот коварные события с ними в те дни и случались-приключались, хоть пой, хоть плач, а изменить верный помощник ничего не мог.

А когда волк пытался заикнуться, что и Жар-Птицу не мешало бы раздобыть, тут как тут Дракон и нарисовался.

Глава 7 Залетный Дракон оказался рядом

Ну Дракон – это громко сказано, при ближайшем рассмотрении был это только Змей Горыныч самый наш обыкновенный, старый знакомый.

Хорошие были времена, когда Змеи считались старыми и добрыми знакомыми, ничего не скажешь.

Только не один он летел, как вскоре ясно стало, а была у него в передних лапах Жар-птица во всей своей неотразимой красе.

Вот ее – то Горыныч Балде радостно и протянул.

Был он хоть и Змей, но порядки очень любил. А когда Балда ему жизнь сохранил, то и пообещал он ему пригодиться. И пригодился, в отличие от волка, изловил да и принес в лапах цепких Жар-птицу. Теперь они были в расчете. И птица не печалилась, как только Балду увидела. Она не прочь была в хороших руках оказаться, да и сколько неприкаянной можно летать да и сверкать всеми своими перьями, где попало, надо уже к какому-то месту определяться. Так вот веселая, многоголовая компания и собралась у них теперь.

Дракон тоже какое-то время с ними еще летел вместе. Ему в горах делать было нечего, а прогуляться с Балдой за милую душу был он рад.

Волк в этой компании упорно держался в стороне. Ему не хотелось нарушать победную идиллию.

Нет, сто раз он уже убедился, что с кем поведешься, так и ощущать себя станешь. А с Балдой ему было весело и уютно, даже когда грустно и скверно на душе, стоило тому появиться, от печали не оставалось и следа.

Так они и возвращались в царство славного царя Гороха, Балда, да и остальные почувствовали, что они немного соскучились без своего мира, родина все-таки…

Хотя больше торопиться было некуда, к царю Гороху никогда не поздно наведаться, а пока можно на мир посмотреть и себя показать. И решили путешественники передохнуть немного. На солнечной полянке все и расположились.

Дракон с волком остался, и птица при них была цела и невредима, а Балда вместе с Еленой попили, поели немного, да и удалились куда-то.

Хотелось им поговорить немного, да и не только побеседовать, дело – то молодое.

Глава 8 Что случилось на привале

Балда улыбнулся и спокойно шел рядом с Еленой, хотя она нравилась ему и волновала его сильно, но герой вида не показывал, ведь не судьба им вместе оставаться, тогда зачем же девице голову морочить ?

Нет, не только сказки переиначивать, во всем ему хотелось поступать правильно, пусть его потом с царевичами не путают, он с самого начала ни в чем ни на одного из них не был похож.

Только Балда полагает, а Велес располагает, все пошло не так, как ему думалось и хотелось.

Но сразу бросилась к нему Елена.

– Не хочу я царевичу доставаться, – жаловалась она, когда пыл страсти прошел немного.

Да так гордо, так уверенно говорила, что смутился и остановился перед ней, как вкопанный наш Балда. Вот что ей сказать, что с ней делать надо? Не мог он ума приложить.

Молчал задумчиво Балда, а Елена не унималась.

Ты меня спас, ты и должен со мной оставаться.

Только усмехнулся Балда. Он мог, конечно, ей о грозной сопернице рассказать, мог, но не хотел. Нет, она конечно красавица, но мудрости таким всегда не хватало, вот и останется легкомысленной, еще неизвестно, как она поступит на самом деле. Ведь ей и Яга не указ будет.

Потому что влюбленная царевна на многое способна, а Ясуня еще больше может, и что ему тогда делать, когда они сойдутся? О том лучше и не думать. Такой поединок в страшном сне не приснится, окажется тогда девица не в царстве у Гороха, а в подземном мире у Ния самого. Может властелин тьмы этого и добивается, но у Балды задание было совсем иное. Если и попадет Елена к Нию, то точно не нынче.

Потому молча смотрел на огонь Балда, да и улыбался про себя. Конечно такой поворот дел и нравился ему, и смущал немого.

Решил он, что потом видно будет, как и что. Никогда не стоит торопиться.

Он и сам не знал точного ответа, но кот или Яга ему подскажут что-то дельное, когда он до них доберется и совет у них спросит.

А если не подскажут, так это не нынче случится, и то ладно.

Глава 9 И снова вмешалась Морена

Только и у Балды не все получается так, как ему хочется.

Думал он о мудрой Ясуне, которой наверняка не понравится то, что у него с девчонкой было. А ведь она пока не знает, но скоро узнает, что в путешествии творилось, а тут совсем другая, яростная и прекрасная Морена и подоспела.

Вернее, она уже давно за ними наблюдала, вторгалась в их жизнь, и снова появилась, понимая, что другого случая не представится. Надо ей теперь действовать, забыв обо всем на свете.

Когда мирно спала Елена в шатре, который сам Балда для нее сделал – царевна все-таки, к ней надо бережно относиться, от ветра и дождя и дракона залетного беречь стоит. Морена и коснулась своей прекрасной ладонью щеки его.

Хотя видел Балда ее в сумерках на этот раз, но знал, кто перед ним стоит.

Волк взвыл, как только почувствовал богиню рядом.

То ли предупредить он героя хотел, то ли наоборот. Кто его знает, но одно было видно – обстановка накалялась. Что может случиться – он ума приложить не мог, а потому голов был взвыть от бессилия.

– Оставь ее, пусть она спит, – яростно сверкнули темные глаза Морены.

– А мне что же? – спросил ее Балда.

– Пошли со мной. Не вздумай отказываться, – она говорила ласково, но какие-то суровые нотки появились в голосе.

– Это куда ты его вести хочешь? – бросился к ней волк.

– Вовсе не туда, куда ты думаешь, – отвечала ему богиня, едва к нему повернувшись.

Ничего больше он так и не сказал. Что Морене сказать можно, одно понятно, что произойти должно было что-то страшное, если не теперь, то немного позднее, когда проснется Елена и набросится на богиню Смерти. Даже в страшном сне не представить себе такого. Волк отошел подальше. Если ему не дали прежде поучаствовать во всем, что творилось, теперь он и сам не хотел вмешиваться, пусть разбираются с богиней смерти.

Балда оставался до рассвета в объятьях богини смерти.

Что это была за ночь. Только когда он вспомнил, что и другая спит в шатре, им сооруженном, то немного смутился, и хотя у него было оправдание, но все равно, волк поглядывал на него подозрительно.

Жар-птица сверкала, пламенела, казалось от гнева, да и сам он понимал, что нельзя так с девицами себя вести.

Нельзя, конечно, только как можно, кто и когда богине смерти отказывать мог? Он не решился, а другие и подавно.

Говорят, попробовал Велес отказаться, до сих пор мается, так это Велес, а больше никто и не пробовал.

В общем, чем дольше он сидел, тем больше понимал, что все у него складывается не так уж и плохо, и может еще славно закончится. И хотя бабушка в детстве и говорила ему, что все тайное становится явным, но наверно просто пугала, кто ее знает?

Глава 10 Елена оказалась в заповедном лесу, и что с ней там случилось

Узнала ли влюбленная Елена о ночных похождениях Балды или нет неизвестно, то ли слепая, то ли больно хитрая она была. А кто ее знает. Но выяснять этого герой не стал. Их путешествие походило к концу, и он должен был с ней проститься навсегда, да и к себе уже отправляться, и к Яге заглянуть между делом, она ведь его заждалась. Сам герой тоже без нее тосковал, места себе не находил, и отблагодарить надо было за то, что в путешествии его все складно ладно было.

Только теперь он понял, сколько будет обид и ревности.

Если Елена ничего не видела и не слышала, то надеяться на то, что и Яга тоже была глуха, не приходилось, – сказки все это.

Если сама она чего и упустила, то кот Баюн ей обязательно подскажет и расскажет, с него станется. И тогда, даже страшно представить, что будет тогда.

Но пока светило солнце и птицы пели, герой решил не думать о грустном, с этим всегда успеется.

И правильно рассудил, не к чему ему это было. Елена загадочно улыбалась, вспоминая то, что было и то, чего не было тоже. Балда уже думал, насколько черти без него распоясались и как трудно будет их снова в руки взять и к порядку приучить.

Одним словом, в текущие дела и заботы он погрузился.

И правильно сделал, кто и что без него сделать может, когда у нас по-прежнему одни Емели и царевичи только и живут в этом мире.

№№№№№№

Елена была не только прекрасна, но еще и на редкость умна.

Она слышала, что у нее соперница богиня. Правда, точно не знала какая и решила не уточнять. Но, понимая, что она сама с ней не справится, вот и отправилась первым делом в заповедный лес, как только они появились тут.

Зачем? Ворон ей про мудрую Ягу все уши прожужжал, и волк подтвердил, что если кто-то ей в том поможет, то именно Яга да кот ее ученый. Вот потому туда девица наша и направилась. Со зла ли они так поступили, по доброте ли душевной, черти ли их заставили, узнать этого уже невозможно, только что сделано, то сделано.

И еще царь Горох ее разглядеть не мог, а царевич и вовсе не видел, он в то время на охоту отправился в соседнее княжество. А Яга с котом уже увидели ту, которую им Балда доставил.

Глава 11 Кот встречает прекрасную девицу

Кот смотрел на Ягу, она на кота, но пока ничего сказать они не могли.

Да и неудобно было девицу обсуждать, пока она у них в гостях была, на лавке сидела и блин доедала. Хотя Яге показалось, что для царевны она как-то слишком простовата.

А кот наоборот решил, что такой хитрой девицы прежде и в глаза не видел.

Только время могло их рассудить, но оба они узнали, что ей надо не много и не мало, а их помощи и поддержки, чтобы с Балдой остаться.

– А что он тебе наплел по дороге, что он царевич? – осторожно поинтересовался кот, прикидывая откуда такое странное желание могло появиться у настоящей царевны, прекрасной и умной одновременно. Это было неразрешимой загадкой для него.

– Нет, – спокойно говорила Елена, – он Балда, а с ним не нужен никакой царевич.

– Я вот и говорю, что Балда, но зачем он тебе нужен, если царевич есть, и ты ему должна принадлежать.

– Не нужен мне царевич, люблю я Балду, и жить без него не могу и не хочу..

– Дела, – задумчиво протянул кот и ничего больше не сказал.

– Поздно уже, провожу-ка я тебя домой, – говорил кот, чтобы как-то сгладить все, что творилось в избушке в лесной чаще. Такое там не часто встречалось, чтобы девица пришла за женихом, да еще за Балдой самим, черти наверняка подслушивали все, что там происходило и были теперь не в меньшем шоке, чем кот, и еще вилами по воде писано, как там они поступят.

Яга ничего ему не сказала, но обещала подумать и что-то предпринять.

– Ты не туда пришла, потому что она – твоя соперница, она конечно добрая и мудрая, но не такая щедрая, как кажется, – все это выпалил кот, как только они с царевной вышли из избушки и зашагали по лесной тропинке.

Остановилась Елена посреди поляны, как вкопанная, задумалась, ушам своим не поверила и замолчала. Она все, что угодно надеялась услышать, но ведь не такое. И видно было, что не врет кот, не лукавит. Он и правда за нее побаивается, и было отчего, от этого еще горше девице становилось.

– Что теперь со мной будет? – тихо спросила она.

– За царевича замуж пойдешь.

Елена оглянулась на озеро, где плескалась русалка – она подслушивала да подглядывала видать, но ничего больше так и не сказала.

№№№№№№№№№

Нет, топиться даже из-за Балды она пока не собиралась, это всегда успеется.

Кот после этого облегченно вздохнул, он уж приготовился к худшему, хотел чертей свистать да девицу спасать, русалок у них и без нее хватит. Ему же потом Водяной прохода не даст, все время попрекать будет.

Но Балда уже встретился с чертями и заметил, что они не очень радовались такой встрече.

И правильно, чему им было радоваться. Свободной жизни снова конец пришел, едва только она начаться успела, и уже все? Они так надеялись, что он если не совсем сгинет, то хотя бы подольше там побудет, да останется на какое-то время в иноземье своем, но не тут – то вышло.

И кто вам сказал, что у чертей легкая да безоблачная жизнь? Врет он или заблуждается.

Глава 12 Почему Балда в оставил чертей в покое?

Но все в мире течет и меняется.

На этот раз Балда неожиданно оставил чертей в покое, и той каторги, которая была когда-то, от которой они до сих пор содрогались и шарахались в стороны, как только вспоминали, не случилось.

Очень удивились черти и пытались выяснить, что такое могло случиться – приключиться, чтобы Балда взял, да и отстал от них так неожиданно. А ведь случилось и самое для них благоприятное. И связанно оно снова было с нашим царевичем. И не мудрено, кто еще мог доставлять такие заботы и проблемы всем, а Балде в первую очередь – только Иван царевич.

Но не он сам на этот раз был во всем повинен. Очень царь Горох был доволен тем, что для него Балда сделал, да и решил царь, что тот еще службу ему сослужить может.

– Это какую, интересно? – спросил наш герой.

– А такую, слыхал я от гостей заезжих, что есть у нас конь такой распрекрасный, волшебный конь и называют его Сивка-бурка. Так ты мне того коня и приведи, дорогой мой, укради, поймай, из-под земли достань, а доставь точно в срок, иначе, даже не знаю, что я с тобой сделаю.

Оторопел Балда, ему, что мало двух коней, зачем тут целые табуны разводить? Чуть не рассказал всю правду Балда, но едва сдержался наш молодец.

Но вскоре они понял, зачем Сивка-Бурка потребовался. Рассказали те самые гости царю нашему, что если сын его с конем тем сладит, да согласится тот изменить его, то в одно ухо царевич влезет – из другого вылезет и добрым молодцем станет в тот же миг на глазах у всех слуг верных и самого царя.

Не мог Балда приказа царского ослушаться. Но не только это подтолкнуло его снова в путь. Он о грядущем думал, и нужен был ему такой царевич, чтобы потом, когда царем станет, и жить с ним не страшно было, и перед людьми не стыдно.

Вот так черти в один миг и избавились от Балды, да еще и ждали, пока он вернется, и царя им подарит нового да мудрого.

Долго ли коротко ли Балда странствовал, да коня искал, только за это время и в царстве много чего случилось разного. Но самое главное, так допек Царевич наш всех, что деваться от него некуда было слугам верным, воинам славным, девицам – красавицам.

И даже Яга с котом, а они были терпеливыми, от него шарахались в разные стороны, и все вместе думали, что им делать дальше с таким наследником. Спасу ведь от него уже никакого не было всему честному народу, зверью, духам и душам, одним словом всем миром решили они царевича, когда-то с таким трудом воскрешенного, снова извести. Вот какая напасать у них там случилась. Царь с одной стороны леса, а кот с другой и пришли к Яге совещаться.

– Ты всех богов и царей воспитала, Балда среди чертей порядок навел, любо дорого на рогатых посмотреть, никакой беды больше с ними нет. Но Балды пока нет, но что нам с царевичем делать?

В избушке повисла напряженная тишина. В печи огонь затрещал, тогда кот и предложил, на волка глядя, а волк тоже к ним присоединился, кот решил свое слово сказать:

– А вдруг Балда не вернется совсем, может нам его пока в Пекло отправить, пусть там закалится немного, да дурь вся из него и выйдет тогда? Не вижу я другого места, где бы он мог переждать до лучших времен.

Глава 13 Как быть с наследником?

Трудно было сказать, выйдет или не выйдет из парня дурь, говорят, что от нее просто так никому еще избавиться не удавалось, но царь согласился на все, лишь бы только полюбоваться на исправленного царевича, ад помереть спокойно. А Яга только погрозила коту, но тоже признала, что ему там не мешает побывать.

– Ничего другого все одно нам не придумать.

Так во второй раз от отчаянья царь и заложил своего непутевого сына, чтобы свое царство спасти. Только на этот раз не у Царя Морского, а у самого Ния во владениях Царевич оказаться должен был. Такое ему и в страшном сне не снилось.

Но одно утешало царя, там темно, и Ний не сможет разглядеть, какого он наследника себе вырастил.

Когда царь Горох вернулся от Яги домой, судьба царевича была уже решена, хотя он сам о том еще ничего не ведал. Но сразу почувствовал, что батюшка им недоволен, и что-то такое темное задумал.

– А чем мне довольным – то быть. Иди-ка ты в Пекло, – только и махнул рукой бессильно царь.

Так и подпрыгнул на месте царевич, но и на шутку это не было похоже.

Бросился он к боярам да вельможам своим, а те и в ус не дуют, что им против царя самого идти?

Стал царевич Балду – последнего защитника, искать, но тоже не нашел его нигде, а потом вспомнил, что за волшебным конем его послали. И с тех пор. Как ушел он за Сивкой-Буркой, ни слуху от него не было, ни духу, вот беда какая.

– Видно нет у меня никакой защиты, – только и говорил он матушке обреченно, и вместе они слезы горькие лили. А она еще и по красавцу Балде скучала, который мог бы уже вернуться, да все никак не возвращался.

Но оставалось только лечь спать, утра дожидаться.

Утро оказалось вечера не мудренее. Царевич должен был собираться в путь-дорогу. На этот раз даже на Серого волка не мог наш царевич надеяться. Ведь знал, что два раза в одну и ту же воду не ступают. И вряд ли волк ему помогать захочет. А если бы и согласился, он и не стал бы его о том просить.

Пекло так Пекло, но именно тут ему волк и мог пригодиться, да только поздно было теперь руками после драки махать.

И пошел Иван к Перепутному камню, напрасными надеждами себя теша – некому было его больше пожалеть, никто о нем заботиться не собирался.

Глава 14 Что там в Пекле? История Волхва

Но отчаивался царевич напрасно. Хотя волк где-то за ним поблизости следовал, но близко к нему не подходил, но не так уж скверно все было, как ему тогда казалось.

Блуждать пришлось царевичу немало, и какие-то чудовища все пытались его сцапать, да видать руки и лапы у них коротки оказались.

Ничего они не могли сделать – волка все время с ним поблизости видели, или просто он такой скользкий да верткий оказался, что не ухватишься за него, сколько не старайся. Они и старались, наверное, не особенно сильно.

Правда, мыши летучие сначала пошутить решили, да и сообщили подземным чертям, что это Балда, и те так перепугались, что дар речи потеряли, и совсем думать перестали.

Но потом они облегченно вздохнули, когда вспомнили, что Балда далеко. И в помине его нет теперь тут.

Тогда они и начали радоваться, да всякие козни для него придумывать. Только быстро их остановила тень в черном. Черти в один миг присмирели. Был это ни кто иной, как волхв собственной персоной.

Царевич поежился, не любил он жрецов, а этого особенного. Странные они были да больно умные. А с такими всегда надо быть очень осторожным. Много бед от них случается, даже с чертями проще, чем с волхвами, хотя они вроде на вид обычные люди.

Но волхв к нему на этот раз по-доброму отнесся. Бояться царевичу было нечего. И более того, как вскоре выяснилось, волхв оказался его провожатым в Пекло. Царевич очень удивился, и смутился, откуда такая честь, почему он решил помочь?

– А ты не радуйся, – говорил ему волхв, – никакая это не честь, а скорее наказание. Чай не за девицей красавицей идешь, а вон куда, и чего только не ждет тебя там, самому даже страшно становится.

Впрочем, словно опровергая слова волхва, девица, а вернее царевна лебедь тут же и появилась на глади поземного озера, которое осветилось каким-то странным светом.

Так, что зловещая красота ее могла заворожить любого, а нашего царевича и подавно.

Глава 15 Зачарованный царевич спасается бегством

Остановился он как вкопанный, тут волхв и потащил его дальше без оглядки, только их и видели остальные

Так уже не волк, а волхв и спас в очередной раз царевича, а то бы лежать ему на дне подземного озера, да так, что никто его и отыскать бы никогда не смог, сколько бы ни старался.

Когда оказались они в безопасности, уселся обессиливший наш странник на камень какой-то темный, даже не разбирая, что это мог быть за камень, и стал он спрашивать волхва, кто тот таков и почему он тут оказался вдруг нежданно и нагадано.

– Да отправился я к Властелину тьмы сына своего разыскать.

– У тебя был сын? – удивленно спросил царевич.

– Да и не один, а два. Одного мне пришлось укрывать и спасать, вот и потерял я второго, который от меня ждал защиты и помощи не меньше, чем сын Велеса. Только не хватило меня на двоих, вот один он и остался, а нынче должен я хоть что-то и для своего сына сделать, когда тому Перун больше не может грозить.

– Как сына твоего зовут?

– Вольга. В те времена родились они почти вместе. Настояли все, чтобы спрятал я его, от гнева Громовержца спас. Обучила его Яга всему, что сама знала, так у нас и появился самый доблестный из всех богов, но вот и о смертных теперь подумать давно надо.

– А что же с ним случилось? – допытывался царевич. Он дивился тому, что эта история ему совсем неведома была.

– Ний украл его, да и спрятал тут, – открыл страшную тайну чародей.

– И ты против бога этого идти готов?

– Готов не готов, но что мне еще остается делать? Сына спасать надо, не хочу, чтобы жизнь его во тьме прошла, чтобы и смерть свою он тут встретил.

Царевич и сам не понимал, почему он заинтересовался сыном волхва. Ведь он никогда не видел и не знал его, тем паче, если тот в Пекле томился. Но что-то подсказывало ему, что это Балда был сыном волхва. Не потому ли не он чертей боится, как обычно случалось, а они его.

Если вспомнить, как все начиналось, то со всеми он управляется так браво, как ни один царевич не смог бы справиться. Драконы все побиты, девицы и кони и даже Жар птицы к ним возвращаются, но сыну чародея это не трудно сделать.

Ничего он пока Волхву о своих догадках не сказал, не стал его отпускать назад. С ним вместе идти было как-то веселее и безопаснее. Но ведь если это так, то волхв его тут ищет напрасно. То, что умолчал он о своих догадках и не страшно вроде, но и ничего хорошего в этом нет, это на обман похоже. Хотя пока он сам в опасности, о том лучше не думать вовсе.

Но они и представить себе не могли самого главного – все, о чем они говорили, слышал Ний, знал Властелин тьмы даже о том, что думали невольные заговорщики, и теперь над ними и потешался от всей души.

И надо же быть такими наивными. Ну ладно царевич, но ведь и волхв вон ни о чем не догадывается, а должен был подумать обязательно.

Глава 16 А вот Чертоги властителя тьмы

Тогда явился Ний пред ними, как только волхв и царевич к его мрачному подземному замку приблизились.

Глыба мрака перед спокойным волхвом и трепыхавшимся царевичем образовалась:

– Черти сказали, что ты сына своего ко мне искать пришел. Но напрасно ноги бил, все время был он рядом с тобой, да там и оставался. На что мне малец несмышленый был нужен, нет, он там обитал, и странно, что ты того не только не заметил, но не почувствовал даже. Хороший парень под моим присмотром вырос, тебе не в чем меня упрекнуть, – говорил Ний

Словно волхв осмелился бы его упрекнуть, даже если бы и было за что.

Чародей взглянул на царевича. Они мало что понимали из услышанного. Но черти тут же радостно подтвердили, что у них точно его сына не было, он где-то совсем в другом месте остается.

– Балда, – наконец переспросил он, – но кто такой на самом деле Балда, – и только теперь какая – то странная догадка во взоре его мелькнула.

– Неужели надо было столько пройти, чтобы понять это. Как все странно происходило в заповедном лесу и во всем остальном мире, почему ни кот, ни Яга даже не намекнули ему на то, кем был для него Балда.

Но они не могли быть уверены, что все это так, слишком странным все происходившее им казалось.

– Мы должны все выяснить, – заявил Волхв.

Царевич понял, что ему не отделаться просто так от спутника своего. Чародей не серый волк, послушный, да исполнительный, и привыкший делать то, что он скажет.

Глава 17 Куда девался Балда

А тем временем Балда наш вернулся на царский двор, конечно, вместе с конем, без него он бы не решился к царю Гороху пожаловать.

– Вот тебе волшебный конь, давай царевича твоего переделывать, – только и заявил он.

Ничего на это царь не ответил, только тяжело вздохнул да рукой махнул.

– И что же ты так вздыхаешь? – удивился Балда

– Да нет его, – махнул рукой во второй раз царь, – в Пекло мы его спровадили. Ты вот ушел да пропал, а от него всем нам совсем житья не стало. Вот и пришлось к Яге обратиться, а у нее сам понимаешь, один только путь – в Пекло, где еще такого парня перепечь можно?

Очень удивился Балда.

– Помнится, мне пришлось с дюжиной чертей ладить (хорошо, что никто из чертей не слышал этого, а то бы как осиновые листы они задрожали тогда). – Что же один царский сын всех чертей стоит, если вы с ним справиться не могли?

Бояре тут же зацыкали на него, царь грозно посмотрел, если это и была правда, то царю она совсем не нравилась. Да и кому такая правда по душе будет? Но Балда не стал от своих слов отказываться.

№№№№№№№

Пошел Балда в лес, на царском дворе как-то делать ему нечего было, тут и наткнулся на Серого волка – старого своего знакомого, почти приятеля. Тот виновато взглянул на него и сразу хвост поджал, как побитая собака. Хотя вроде ни в чем не был виноват, но чуял, что Балда его попрекать станет. Так оно и вышло.

– Ладно царь, а ты – то что на этот раз царевича не спас, уж если начал это дело, то и продолжать должен до победного конца, не ожидал от тебя такого, никак не ожидал.

– А что я, – спрашивал волк, – мне до него больше не было дела, коня я честно отработал, а остальное меня и не касается.

– А остальное – хоть трава не расти, – дивился всему этому Балда.

Нечего было волку на то сказать, как ни крутился он, а всегда чувствовал свою вину..

– И что ты сидишь? – поинтересовался Балда

– А что мне делать прикажешь? – уставился на него волк.

– Дорога тебе известна, в Пекло поехали, царевича спасать надо.

Волк прямо обрадовался, только об этом он все время и думал, вот и пошел теперь туда без оглядки, раз сам Балда велел, то почему и не пойти?

А так как никто еще не видел царевича с волхвом, то и должна они были где-то там по дороге встретиться.

Глава 18 За расставаньем будет встреча

Долго, ли коротко летел по Пеклу, по знакомой дороге волк, и Балда на нем подскакивал от быстрого бега, только почуял он дух человеческий, да и остановился, так, что Балда на нем с трудом удержался.

Перед ними стоял волхв, и за его спиной был царевич. Хотя его не было видно, но разглядеть можно.

Царевич не знал к кому ему броситься первому, к волку или к Балде, все-таки выбрал волка, тот ему не таким грозным казался, почти своим парнем был, своим и останется.

Балда усмехнулся, царевич есть царевич, что с него взять.

Но уважает, значит потом, когда царем станет, слушаться будет обязательно.

– Идите назад, – говорил волхв.

– А ты? – удивленно спросил у него Балда.. Он поверить не мог, что тот и дальше тут оставаться собирается.

– Я должен здесь оставаться, мне надо отыскать Вольгу обязательно. Я не могу без него вернуться.

Очень удивился Балда, но еще больше царевич, он понял, что догадки его были не правильными. Они не узнали друг друга. Это показалось ему очень обидным.

Но царевичу так хотелось поскорее выбраться отсюда, что уговаривать его он не стал.

– Отправляйся, – говорил он, – мочи нет больше во тьме этой оставаться.

И волк рад был, что теперь он мог пригодиться, и без него они никак не обойдутся.

Нет, все-таки приятно дикому зверю, который и сам был когда-то человеком, для другого доброе дело сделать, ой, как приятно.

Вот и понеслось все, закружилось, завертелось.

№№№№№№

И только по дороге впервые за все время они сошлись в одном и поняли, что никого не найдет волхв. Ведь там и нет больше никого, но почему он не узнал собственного сына – вот в чем вопрос? Чародей все-таки, не простой смертный. Понять этого царевич никак не мог, и никто не пытался ему объяснить.

Если кто-то еще пришел в ярость, так это Ний, он видел, что Маринка – ведьма его прекрасная и любимая, изменила ему, да еще с кем, с волхвом этим странным.

Она и помогла ему уйти назад, когда тот пытался его оставить у себя во тьме и заставить служить.

Нию не нужен был волхв, но почему он должен все время на земле оставаться, может и здесь побыть, с ним можно о многом поговорить, посоветоваться.

Очень хотелось ему с кем-то из знающих обсудить все, что в лесу и на земле творится теперь и дальше происходить будет.

Только никого тут больше не было, кроме него самого да ведьмы Маринки. Когда та узнала, что волхв в плену останется, то и предупредила его тут же.

Тогда поднял Ний дремавшего все лето напролет в своих пещерах в Пекле Кащея.

– Отправляйся за ним в погоню, – приказал он тут же, – и смотри без него и без нее не возвращайся.

– Да как же я их обоих приволоку, если у меня только две руки, – дивился Кащей. Ему не хотелось шевелиться, воевать с этими типами, себя подставлять. Это было так тяжело и бесполезно.

Но Ний так посмотрел на него, что ни о чем больше он спорить и спрашивать не стал.

Тогда погоня грозная за ними и направилась. Все, как в любой сказке полагается, происходило.

Маринка сразу почувствовала, что случилось, да и летучие мыши ей о том рассказали, а потом только тяжело вздохнула она в объятьях волхва. Когда уже времени совсем не осталось, толкнула она его туда, а сама тут и осталась.

Волхв ничего даже сказать не успел, а ведьма была уже в руках Кащея, и не противилась, хотя ругала его сильно самыми нехорошими словами. Но вскоре крики ее где-то потонули, видно Кащей уволок ее уже больно далеко.

Так недолгая любовь Волхва на этом и завершилась так же внезапно, как и началась, и ничего больше от нее не осталось. Но самое главное, что и в плену у Ния он не остался, а вернулся в этот мир целым и невредимым.

Глава 19 Преображение

Пока волхв оставался в подземном мире да тешился с ведьмой, царевич домой вернулся.

Конь, которого Балда для него нашел, оставался цел и невредим, ничего с ним не сделалось. Никто его украсть тогда не успел, а потому сразу же принялись они за дело. Если уж спастись удалось, то должен он на человека быть похожим, а не таким непутевым, каким прежде был оставался. Так оно и получилось со временем. Как и всегда прежде бывало в сказках кота Баюна.

В одно ухо коня царевич влез еще прежним, таким, на которого без слез не глянешь, из другого уха он вылез уже нормальным, вполне приличным парнем. Но Балда все-таки его со всех сторон оглядел, и очень он ему на этот раз понравился.

– Не зря я, видать, старался, – говорил он потом боярам, когда они глаза повыпучивали и никак не могли понять, тот ли это был царевич, или какого другого им внезапно подсунули.

Но все-таки с Балдой слуги царские спорить не решилось, хотя некоторым и очень хотелось. Ведь если царевича не признать, то можно от обоих разом и отделаться. Хотя с другой стороны, как повернется, на царя Гороха надежда малая была, а вдруг он на них же и обрушится? Не верилось, что от Балды он откажется, скорее всего, простит ему мелкие шалости, и они тогда крайними и останутся раз и навсегда.

№№№№№№№№

Но все получилось складно и ладно.

Царь долго любовался новым царевичем, хотел убедиться, что тот не только внешне значительно краше стал, но и ума набрался за время своего путешествия и преображения. Убедился, все так и было. От радости прослезился царь Горох, бросился он Балду обнимать да целовать, да благодарить за такой подарок.

– Вот теперь и помереть я могу спокойно, не о чем больше печалиться, – только и произнес царь Горох.

И как-то так получилось, что в то самое время умер царь Горох тихо да незаметно, так, словно его и не было никогда прежде.

Тогда и пришел царевич к власти и царем Иваном сделался.

Все было так, как ему хотелось да не совсем так. Балда задумал что-то свое.

Глава 20 Что задумал Балда при новом царе?

И все чаще стали черти в княжестве этом появляться, то один, то другой. Среди людей они терялись, и не худшими из слуг царских были они в те времена. Балда за ними приглядывал и расслабиться им никак не давал.

Они и не пытались даже, помня, что он им в самом начале когда-то устроил.

И стал при царе наш Балда главным управляющим в те дни. Хорошим был управляющим, ничего не скажешь. Говорят, что в те времена на землях русичей золотой век наступил. Ведь у них тогда даже Жар-птица была, пока ее не отпустили в небеса на праздник большой. Но она и потом к ним тоже прилетала, особенно когда темно становилось и света славянам не хватало.

В этой суматохе мы совсем с вами забыли про Елену Прекрасную, все еще безнадежно влюбленную в Балду. Но любовь любовью, а стала она женой верной царя нового Ивана, как Балда в самом начале и предсказывал. А куда ей было деться.

Узнала она, кто ее соперница, да рта так закрыть и не могла от удивления. Нет, с Ягой она спорить не собиралась, да и кот не советовал. А если бы и посоветовал, и тогда бы не собралась. Больно грозной и могущественной казалась старуха. А царевна была вовсе не так глупа.

Нет, она оставалась только царицей пока, а Яга есть Яга и кто же мог супротив нее пойти – не было такого храбреца в мире этом, да и быть не могло.

Но знал Балда, да и не только Балда, что стоило ее только пальцем поманить, и на все она была готова ради него.

Только делать он этого не собирался. Пусть уж царица остается спокойна и невредима, а ему и так неплохо жилось, девиц вокруг было много, и все они оставались рядом с ним всегда. Только все чаще вспомнила Балда, как во время сражения со Змеем, да и потом не раз видел он и во сне и наяву портрет прекрасной девы, и была это царевна Василиса.

Рассказал он коту Баюну про это видение, да и спрашивает у кота, что бы это значило. К чему такой странный сон присниться может?

– Да ничего особенного, – говорил Балде кот, – просто она предназначена тебе судьбой.

– Не может быть, – возмутился Балда, хотя в глубине души он понимал, что так все и будет.

– Это ты о том, что между вами случилось, когда ты ее подальше отправил, я помню это. Просто Василиса с самого начала знала свою судьбу, и тебе хотела рассказать, а ты повел себя очень глупо, но она жива, и все можно поправить.

– Да как поправить такое, если она не желает меня увидеть, и никогда тех обидных слов не забудет. Она не злопамятная, но память у нее хорошая, ты это не хуже моего знаешь.

– Ну, это еще вилами по воде писано, – загадочно усмехнулся кот

Парень только тяжело вздохнул

Глава 21 Еще одно происшествие с Балдой

Но кое – что случилось в те дни и у Балды, он пришел в дом Яги, когда там был Волхв, и ей пришлось признаться обоим, что Балда и есть потерянный Вольга.

– Это за ним ты в Пекло ходил, – напомнила Волхву старуха.

– Но почему же ты мне сразу о том не сказала? – удивленно спросил Балда, да и волхв о том же воскликнул почти вместе с сыном.

– А чего тебе говорить было, если все одного в Пекло ты идти должен был, – только и отвечала на это Яга. И для Волхва, и для всех остальных книги Судьбы писаны были, никто от них не ушел, да и не сможет уйти.

Они оба должны были с тем согласиться.

Тогда появился Ярила, чтобы примирить Волхва с сыном его раз и навсегда.

– Это я виноват в том, что ты его почти не знал, если бы не было меня, то и твоя жизнь бы сложилась по-другому. Но меня надо было прятать и охранять от Перуна, вот все так и запуталось. Теперь все благополучно завершилось, я этому рад, – говорил он, многозначительно улыбаясь

– Мне не нужно другой жизни, – отвечал ему Балда, – я столько всего смог узнать и понять за это время, что никакая другая жизнь мне просто не нужна.

Но все-таки Ярила пришел не зря, на глазах изменился Балда, больше не был он тем простачком и шустрым работником.. Стоял перед ними грозный жрец да такой могучий, мудрый и прекрасный, что отец его смотрелся только тенью и помощником его верным.

Невольно и Ярила, и Волхв смотрели на него заворожено и насмотреться никак не могли, таким сильным и красивым он им показался. Говорят, потом он вместе с царевичем был во всех сражениях, которые только в мире этом и происходили. И уводил он в битву дружинников часто вместо князя, и лучший из князей рядом с ним оставался. Ему суждено было возвращаться в этот мир, и называли его по-разному: Рус, Олег, Святослав- Руслан- Даниил, Владимир Храбрый- Всеслав чародей. И рядом с каждым из этих князей всегда был волхв, по-другому и быть не смогло. В сражение они шли всегда вместе. Властелин и маг вместе и оставались всегда.

Часть 4 Любовь всей жизни Василиса

Глава 1 Новый герой в новом мире

В заповедном лесу все было спокойно на этот раз.

Черти стали тихонько выбираться из своих укрытий, как только поняли, что тревожить и искать их Балда не собирается.

И чего спрашивается, прятаться, если тебя никто не ищет.

Посидели они все вместе на полянке, послушали кота, а тот им рассказал о том, что и в мире людей власть сменилась, вместе любимого их царя Гороха (после смерти он показался им всем любимым и прекрасным, все плохое забылось, все хорошее осталось). Так вот после смерти его и ухода, сел на трон царский царевич Иван, тот самый, которого волк больно любил, а потому все время спасал, даже из мертвых воскрешал бывало, иначе бы близко уже его не было и в помине.

– И как там теперь? – спрашивал черт Захар, его почему-то люди больше всех интересовали.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.