Вариант «Альфа»
Сергей Москвин

Роман содержит описание сцен насилия. Не рекомендуется читать детям и людям с неустойчивой психикой.

Глава 1
СЛУЖЕБНАЯ ПЕРЕПИСКА

Командующему войсками химической защиты

генерал-лейтенанту ХУДОБИНУ

Плановой проверкой состояния хранящихся на складах боеприпасов установлено: общее количество подлежащих списанию боеприпасов составляет 386 единиц, из них авиационных бомб – 162, артиллерийских снарядов разного калибра – 224. Особую опасность при хранении представляют боеприпасы выпуска 1957–1961 годов: авиационные бомбы с ипритом, а также артиллерийские снаряды с газом зарин и «VX».

25.12.1998 г.

Командир в/ч 56180 полковник ТРИФОНОВ

Командующему войсками химической защиты

генерал-лейтенанту ХУДОБИНУ

Сегодня на складе № 2 обнаружено пять артиллерийских снарядов с конденсатными выделениями газа зарин. Принятием экстренных мер удалось предотвратить утечку ОВ.[1] Потекшие снаряды помещены в специальные герметические контейнеры. Однако опасность попадания ОВ в атмосферу сохраняется из-за наличия на складе других боеприпасов с истекшим сроком хранения. Обращаю внимание на острую нехватку дегазационных камер и герметических контейнеров для хранения потекших боеприпасов.

2.01.1999 г.

Командир в/ч 56180 полковник ТРИФОНОВ

Командиру в/ч 56180

полковнику ТРИФОНОВУ

Приказываю принять все необходимые меры к недопущению утечек ОВ. Особое внимание уделять боеприпасам с газом «VX», обладающим максимальным поражающим эффектом. Хранение боеприпасов с газом «VX» возьмите под свой личный контроль. Все боеприпасы, снаряженные газом «VX» и подлежащие списанию, надлежит поместить в герметические контейнеры. Об исполнении доложить.

3.01.1999 г.

Командующий войсками

химической защиты

генерал-лейтенант ХУДОБИН

Командующему войсками химической защиты

генерал-лейтенанту ХУДОБИНУ

Имеющиеся в нашем распоряжении герметические контейнеры не могут быть использованы для хранения боеприпасов, снаряженных газом «VX», из-за большой химической активности этого ОВ. Данная модель герметических контейнеров не предназначена для временного хранения потекших боеприпасов с газом «VX» и потому не может являться защитой от попадания этого ОВ в окружающую среду.

3.01.1999 г.

Командир в/ч 56180 полковник ТРИФОНОВ

Директору Научно-исследовательского института

тонкой органической химии

профессору НОВОСЕЛОВУ

Сообщаю, что в местах хранения химических боеприпасов сложилось угрожающее положение. Из-за отсутствия в частях необходимых технических средств дальнейшее безопасное хранение списанных химических боеприпасов становится невозможным. Участились случаи просачивания ОВ через коррозирующую оболочку боеприпаса. Особую обеспокоенность вызывают боеприпасы с газом «VX», так как в случае утечки этого ОВ командование частей не располагает средствами для предотвращения попадания газа «VX» в атмосферу. В связи с этим прошу максимально ускорить монтаж установки по безвредной утилизации списанных химических боеприпасов. Обращаю ваше внимание на необходимость особо срочного уничтожения боеприпасов, снаряженных газом «VX».

3.01.1999 г.

Командующий войсками

химической защиты

генерал-лейтенант ХУДОБИН

Командующему войсками химической защиты

генерал-лейтенанту ХУДОБИНУ

Установку по утилизации химических боеприпасов, над монтажом которой работают наши сотрудники, невозможно использовать для уничтожения боеприпасов с газом «VX», так как химическое соединение «VX» разлагается только при температуре более 3000 градусов Цельсия. Достичь такой температуры на установке не представляется возможным. В нашем институте ведутся работы над созданием принципиально новой установки по утилизации ОВ. Максимальная рабочая температура новой установки рассчитана на 4500 градусов. Таким образом, становится возможным уничтожение боевых отравляющих веществ класса «VX». При нынешнем положении дел с финансированием института работы по созданию установки могут быть завершены не ранее 2005 года.

4.01.1999 г.

Директор НИИ тонкой

органической химии

профессор НОВОСЕЛОВ

Директору Научно-исследовательского института

тонкой органической химии

профессору НОВОСЕЛОВУ

Дальнейшее хранение списанных боеприпасов с газом «VX» на складах воинских частей крайне опасно для личного состава частей и гражданского населения, проживающего в округе. В случае непринятия мер может произойти утечка газа «VX» в атмосферу, что вызовет катастрофу, последствия которой трудно оценить. Личный состав частей не имеет возможности обеспечивать дальнейшее безопасное хранение списанных боеприпасов. Необходимо любыми средствами предотвратить возможность утечки газа «VX». Ставлю вас в известность, что этот вопрос будет поднят на ближайшем заседании Совета безопасности.

4.01.1999 г.

Командующий войсками

химической защиты

генерал-лейтенант ХУДОБИН

Командующему войсками химической защиты

генерал-лейтенанту ХУДОБИНУ

К сожалению, все последние разработки нашего института затруднены из-за недостатка финансирования. Тем не менее уже сейчас создана передвижная установка по откачке ОВ из боеприпасов с разрушающейся оболочкой. Откачанное таким образом вещество может быть помещено в специальный контейнер длительного хранения. Вся установка с комплектом из четырех сорокалитровых баллонов-контейнеров для временного хранения ОВ смонтирована на шасси автомобиля «КамАЗ» и может быть направлена на базы химического оружия, где сложилась критическая ситуация.

21.01.1999 г.

Директор НИИ тонкой органической химии

профессор НОВОСЕЛОВ

Командиру в/ч 56180

полковнику ТРИФОНОВУ

В вашу часть направляется группа специалистов Института тонкой органической химии с передвижной установкой по откачке ОВ из коррозирующих боеприпасов. Под вашу личную ответственность предлагаю обеспечить специалистам все условия для работы. В первую очередь подлежит откачке газ «VX» из списанных боеприпасов. После откачки газ «VX» в сжиженном виде надлежит слить в специальный толстостенный баллон, имеющийся на передвижной установке. До последующего распоряжения баллон хранить на складе с соблюдением мер повышенной безопасности и охраны. Работы проводить с четким соблюдением всех мер безопасности. Все привлекаемые к работам военнослужащие должны обеспечиваться проверенными защитными химическими комплектами и противогазами. Об исполнении доложить.

25.01.1999 г.

Командующий войсками химической защиты

генерал-лейтенант ХУДОБИН

Командующему войсками химической защиты

генерал-лейтенанту ХУДОБИНУ

Сегодня группа специалистов Института тонкой органической химии завершила работы по откачке ОВ из списанных боеприпасов. Обезврежено 79 единиц боеприпасов. В баллон для хранения ОВ слито 36 литров сжиженного газа «VX». Согласно вашему приказу баллон до последующего распоряжения помещен в подземное хранилище склада № 1. Хранилище оборудовано сигнализацией и средствами видеоконтроля. Для охраны баллона с газом «VX» в помещении склада № 1 установлен дополнительный пост.

01.02.1999 г.

Командир в/ч 56180 полковник ТРИФОНОВ

Глава 2
ОПЕРАТИВНАЯ ГРУППА ПОЛКОВНИКА ЧЕРНЫШОВА

3.02

Старший оперуполномоченный по особо важным делам управления по борьбе с терроризмом ФСБ России Павел Чернышов вот уже час спорил со своей дочерью. Чернышов сидел на диване, а дочь Ксения стремительно ходила перед ним из стороны в сторону. Чернышову было сорок пять лет, дочери – шестнадцать. Павел Чернышов и Ксения спорили очень часто. Гораздо чаще, чем обычно спорят отец с дочерью. Вместе с тем их отношения оставались очень теплыми и дружескими. Чернышов вообще считал, что проблема отцов и детей слишком надуманна. В спорах он держал себя наравне с дочерью, не стремясь диктовать ей свою отцовскую позицию. Если до начала спора их мнения расходились, то после дискуссии они всегда приходили к единому решению. И в том случае, когда дочь оказывалась права, Чернышов не считал для себя зазорным согласиться с ней. Но сегодня к согласию прийти не удавалось. А вопрос был слишком принципиальным, чтобы можно было пойти на компромисс.

– Нет, я все-таки не могу понять, папа, почему ты против? – уже в который раз спросила Ксения.

– Да потому, что тебе учиться надо, ты понимаешь? – начиная раздражаться, ответил Чернышов.

– А что, я плохо учусь? У меня по всем профилирующим предметам пятерки. – Ксения резко остановилась перед ним и победно посмотрела сверху вниз.

Тут она была права.

Дочь Чернышова Ксения училась на втором курсе медицинского колледжа. По биологии и химии у нее были твердые пятерки, да и по другим предметам училась она неплохо. Проблема была в другом. Во время зимних каникул Ксения собиралась поехать с друзьями на горный курорт. В этом случае она не успевала вернуться к началу занятий и пропускала первую неделю следующего семестра. С таким пропуском занятий Чернышов никак не мог смириться. Как человек военный, он уделял большое внимание дисциплине. Поэтому Павел Чернышов не мог допустить даже мысли, что его дочь будет прогуливать учебные занятия.

Неожиданно Ксения нашла союзницу в лице своей матери. Жена Чернышова Алла преподавала русский язык и литературу в одной из московских школ.

– Паша, ну что ты в самом деле. Пусть девочка съездит отдохнет. В начале семестра программа несложная, Ксюша потом быстро нагонит, – сказала супруга Чернышова, заходя в гостиную.

– Вот! Мама все понимает, – победно заключила Ксения. – А ты, гениальный сыщик, никак не можешь понять, что для любимой дочери лучше.

Чернышов посмотрел на свою жену и тяжело вздохнул. Спорить с двумя женщинами уже не имело никакого смысла. Но вопрос не исчерпывался отношением Ксении к учебе. В этом году отпуск полковника был запланирован на июль. Жена Чернышова, как школьный учитель, отдыхала в июле и августе. У Ксении тоже летом каникулы. Поэтому появлялась возможность провести отпуск вместе с семьей. Чернышов собирался взять семью и отправиться к морю. Его жена про эти планы пока ничего не знала. По нынешним временам такая поездка, пусть даже двухнедельная, выходила совсем не дешевой и требовала режима строгой экономии в течение всего года. Поездка Ксении на зимний курорт пробивала значительную брешь в семейном бюджете. Поэтому Чернышов не отступился и, глядя в глаза дочери, сказал:

– Хорошо, а на какие средства ты собираешься ехать?

Ксения, не ожидавшая подобного вопроса, растерялась:

– Ну, мне надо только билеты на поезд. А там у Вадима друзья на лыжной базе. Они нас устроят.

– Это какой еще Вадим? – грозно нахмурился Чернышов.

– Вполне хороший мальчик. Да ты его должен помнить, он был у нас, – опять пришла на помощь дочери супруга.

– Билеты на поезд – это одно. А жить, есть, пить на какие деньги ты собираешься? – не сдавался Чернышов.

– Интересно, а кавалеры тогда на что? Пусть угощают, – задорно ответила Ксения.

– Что?! Ты говоришь как женщина на содержании. Ты готова пойти на такое?! И это моя дочь, – теряя самообладание, вскочил с дивана Чернышов.

– Да ты что, папа? – испугалась Ксения. – Что ты говоришь? Как ты мог подумать такое?

– А что я должен думать, когда моя дочь сообщает, что собирается уехать на неделю с приятелями и все это время жить за их счет. Что я должен думать? Ответ очевиден. Причем точно так же будут думать и твои приятели, включая Вадима.

– Нет, папа. Вадим не такой, – пугаясь еще больше, произнесла Ксения.

– Ксения, послушай. Твой друг собирается оплачивать тебе жилье и еду. Естественно, что он будет рассчитывать на компенсацию с твоей стороны. А компенсацией в таком случае может служить только постель. Ксения, скажи мне честно. Ты готова пойти на это?

– Конечно же, нет. Ты прав, папа. Мне еще нужно денег. – Ксения уже успокоилась и, подойдя к отцу, прижалась щекой к его плечу.

«Вот так вот. Спор о нравственности выиграл, – подумал Чернышов. – А что в результате? Ксения все равно собирается ехать, да еще придется полностью оплачивать ее поездку».

Павел Чернышов вышел на кухню и закурил, что делал крайне редко. Сзади тихо подошла жена.

– Паша, ну что тут такого? Пусть девочка поедет покататься на горных лыжах. Ты же видишь, как ей этого хочется.

– Да пусть едет куда хочет. – Чернышов с досадой затушил в пепельнице сигарету. Говорить о планах на время летнего отпуска уже не было никакого желания.

Чувствуя свою победу, Ксения заглянула на кухню:

– Папа, я буду вести себя хорошо, правда-правда!

– Я только на это и надеюсь, – в знак примирения с дочерью ответил Чернышов.

За время своей службы в органах безопасности Павел Андреевич Чернышов участвовал во множестве интеллектуальных и психологических поединков, в которых очень часто на карту ставилась жизнь, и Чернышов выходил победителем. А сейчас уступил своей шестнадцатилетней дочери.

Павел Чернышов отдал органам безопасности более двадцати лет, из которых основная часть приходилась на службу во втором главном управлении КГБ СССР. Именно во втором главке в семьдесят седьмом году начал свою службу выпускник Высшей школы КГБ лейтенант Чернышов. После последней реорганизации, когда бывшее министерство получило название Федеральной службы безопасности, Чернышов перешел в управление по борьбе с терроризмом. В настоящий момент он руководил оперативной группой, куда, кроме него, входили еще два сотрудника: капитаны Артем Ветров и Олег Муромцев.

Оперативная группа Чернышова была на особом счету у начальника управления генерала Локтионова. Когда три года назад Локтионов возглавил управление по борьбе с терроризмом, он сразу выделил Чернышова из числа других оперативников. Чернышов обладал особым талантом просчитывать действия противника на несколько ходов вперед и строить эффективные оперативные комбинации. Генерал Локтионов с особым почтением относился ко всем талантливым людям и знал, что встречаются они гораздо реже, чем хотелось бы. Пройдя длинный путь от оперативного сотрудника до начальника управления, генерал повидал много хороших оперативников, но по-настоящему талантливы среди них были единицы. Когда в управлении освободилась вакансия начальника оперативного отдела, Локтионов предложил Чернышову занять это место. Но тот решительно отказался. Чернышов привык работать с людьми, которых сам подбирал, а потом длительное время воспитывал индивидуально, стараясь привить им навыки, необходимые настоящему оперативному работнику службы безопасности. Зато теперь в группе Чернышова подобрались офицеры, способные выполнять самые трудные задания.

Олег Муромцев пришел к Чернышову из спецподразделения «Альфа» и первоначально ничего не знал об оперативной работе. Но благодаря своей настойчивости и упорству в совершенстве освоил эту науку. Чернышов много занимался с Олегом, не жалея времени. Занятия не прошли даром. Сейчас в группе Чернышова трудился замечательный оперативник с опытом бойца спецподразделения. Навыки, полученные Муромцевым во время службы в «Альфе», не раз выручали его и всю оперативную группу в критических ситуациях.

Артема Ветрова Чернышов перетащил к себе из Московского управления ФСБ. Однажды Чернышов и Ветров работали вместе по одному делу. С самого начала Чернышов сразу отметил хватку молодого оперативника из Московского управления. Артем Ветров обладал уникальной способностью входить в контакт практически с любым человеком и таким образом получать необходимые сведения. К тому же Ветров работал очень азартно и увлеченно, что также не мог не отметить Чернышов.

Сам Чернышов тоже понравился Ветрову. Спокойный и рассудительный Чернышов никогда не приказывал Ветрову. Он старался на равных рассуждать с Артемом, как бы предварительно советуясь с ним. Именно о таком начальнике и мечтал Артем. И когда Чернышов предложил ему перейти в управление по борьбе с терроризмом, Ветров с радостью согласился. Прежнее начальство Артема его особенно не удерживало. Недостаточно выдержанный и прямолинейный в общении с руководством, Ветров не был на хорошем счету у начальства. И, несмотря на очевидные успехи в работе, имел два дисциплинарных взыскания. Все это не смутило Чернышова. Воспитывать Артема он старался не наказаниями, а личным примером. Результат не замедлил сказаться. Под его руководством Артем Ветров значительно вырос как оперативник, да и с дисциплиной у него теперь все было в порядке.

Несмотря на то что полковник Чернышов не стал начальником оперативного отдела, его группа получила значительную самостоятельность. Все вопросы, связанные с оперативной деятельностью группы, генерал Локтионов взял на себя. Он же определял и задачи, которые приходилось решать Чернышову и его сотрудникам.

* * *

Примерно в то же время, когда полковник Чернышов спорил со своей дочерью, у другого члена его оперативной группы, Олега Муромцева, происходил дома не менее важный разговор.

– Олежка, я так рада, – улыбнулась жена Олега Лариса. – Тепло, солнце, горный воздух. И все это в конце зимы, когда в Москве уже грязь и слякоть. Целую неделю на лучшем горнолыжном курорте страны. Плюс спортивная форма, и не какая-нибудь турецкая подделка, а настоящая, фирменная, да еще отдельная зарплата и командировочные от спорткомитета. Да об этом можно было только мечтать.

Лариса забралась вместе с ногами на широкий диван, устраиваясь рядом с мужем. Этот диван в разложенном виде заменял супругам кровать в их однокомнатной квартире. Лариса подогнула под себя ноги, при этом ее узкая юбка значительно приподнялась, открывая стройные ноги в тонких, матово отсвечивающих колготках.

– Да-да, – чтоб поддержать разговор, сказал Олег и при этом перевел свой взгляд с лица Ларисы на ее ноги, стараясь заглянуть под нижний срез ее юбки.

Лариса, обычно замечающая, куда направлено мужское внимание, на этот раз ничего не заметила и, взволнованная своим рассказом, радостно продолжала:

– Слушай, Олег, а может, я понравлюсь организаторам игр, и мне предложат работу в спорткомитете?

– Организаторам-мужчинам ты, безусловно, понравишься, – ответил Олег, кладя ладонь на бедро Ларисы и просовывая ее дальше под юбку.

– Нет, ну я же серьезно, – насупилась Лариса, отталкивая руку супруга. Переполненная радостными чувствами в связи с неожиданным предложением, она не была настроена сейчас заниматься любовью. Олег переместил ладонь на колено жены, но руку так и не убрал. Лариса тем временем продолжала: – Вот было бы здорово! А то вкалываешь в своем Доме культуры, и никаких перспектив. А тут Спорткомитет России – звучит.

– Ты же говорила, что тебе нравится твоя работа. И потом, тебя ребята любят, – сказал Олег, стараясь обнять жену за плечи.

– Да, это так. Но ведь там совсем другой уровень. Даже если это случится и меня возьмут, работать-то я все равно буду с детьми. Ведь это же юношеский спортивный комитет.

– Ну, тогда дело другое, – в самое ухо Ларисе пробубнил Олег и нежно поцеловал ее в шею.

– Да ты совсем меня не слушаешь. У вас, мужиков, лишь одно на уме, – с наигранной обидой ответила Лариса, но было ясно, что сопротивление ее уже сломлено.

– А жена-то у меня какая опытная, все про мужиков знает. И где только успевает их изучать? – тоже изобразил обиду Олег.

– Да мне для изучения ваших похотливых инстинктов и тебя одного хватает, – ответила Лариса, повернувшись лицом к Олегу.

– Как говорит наш общий друг капитан Ветров, знала бы ты, какие девушки делали мне самые заманчивые предложения.

На этот раз Лариса не успела ответить. Олег закрыл ей рот своим поцелуем. Диван, как обычно, заскрипел, когда Олег уложил жену на спину и принялся стаскивать с нее юбку. Юбка была очень узкой, и сделать это на ограниченном пространстве неразложенного дивана оказалось довольно трудно. Даже несмотря на то, что Лариса как могла помогала супругу. Как только с юбкой было покончено, дело пошло веселее, так как колготки у Ларисы имели специальную выработку, позволяющую не надевать под них трусики…

Когда Лариса, тяжело дыша, в изнеможении откинулась на спину, она подумала, что так приятно начавшийся день перешел в не менее приятный вечер. А ведь еще предстоит ночь, которая тоже обещает быть довольно бурной. Лариса погладила себя по голому животу, потом провела рукой по груди. Обилие положительных эмоций, полученных ею в течение дня, требовало выхода. Что ж, сегодня ночью в постели они с Олегом еще раз найдут способ их выражения.

Лариса Муромцева работала в Доме культуры, где занималась организацией и проведением детских праздников и других развлекательных мероприятий. Она действительно любила свою работу, любила возиться с детьми. Своих детей у них с Олегом пока не было. Правда, Ларису не устраивала маленькая зарплата работника Дома культуры, которая по московским меркам была просто мизерной. Однажды неизвестно как оказавшийся в Доме культуры тип, увешанный золотыми цепями, предложил Ларисе работу в казино с долларовой зарплатой. Свое предложение он сопроводил недвусмысленным намеком на интимную близость. А когда женщина резко отказала ему, он попытался удовлетворить свое желание при помощи силы. Лариса тогда разбила о голову непрошеного благодетеля удачно подвернувшийся под руку глиняный кувшин с выставки детского творчества. Прибежавший на шум охранник Дома культуры помог выставить хулигана за дверь. В другом случае охранник не вступился бы за честь женщины. У типа с золотыми цепями вполне мог оказаться в кармане пистолет или дружки в машине у входа. Но охранник знал, где работает муж Ларисы Муромцевой, поэтому бездействие тоже не сулило ему ничего хорошего. Про этот случай Лариса Олегу не рассказывала, но с тех пор стала носить с собой газовый баллончик. А недавно выпросила у Олега небольшой, но эффективный газовый пистолет.

Сегодня, считала Лариса, ей здорово повезло. В последнюю неделю февраля в Пятигорске должны были пройти Международные юношеские игры по зимним видам спорта. Что-то наподобие Игр доброй воли, только среди юниоров. О предстоящем спортивном празднике уже давно говорили по телевидению, показывали подготовку горнолыжных трасс, реконструкцию стадиона и строительство коттеджей для спортсменов – участников состязания. В телерепортажах сообщалось, что Пятигорск готовится принять делегации юных спортсменов почти со всего мира. Организаторы ожидали прибытия спортивных делегаций из Европы, Северной Америки, Юго-Восточной Азии. Даже весьма далекая Япония заявила свою команду почти во всех видах спортивной программы. Международные юношеские игры в Пятигорске обещали стать главным спортивным событием зимы этого года. В связи с ожидаемым приездом большого числа участников и гостей организаторы игр привлекали к проведению спортивных и культурно-развлекательных мероприятий дополнительный персонал. Попала в число таких людей и Лариса Муромцева. Она была весьма довольна этим предложением и считала, что, если ей повезет, она сможет найти не менее интересную, но гораздо более высокооплачиваемую работу. Вот почему в этот вечер она начала с радостью рассказывать Олегу новости и делиться с ним своими планами. Лариса готова была говорить об этом еще неизвестно сколько, если бы не любовная игра с мужем.

* * *

Третий член оперативной группы полковника Чернышова, Артем Ветров, не имел ни жены, ни детей, поэтому семейных разговоров вести не мог. Знакомых девушек у Артема было несколько, он периодически встречался с ними, но никого особенно не выделял. Вечером третьего февраля Артем находился в компании своих друзей, с которыми некогда учился в Бауманском институте. Бывшие студенты собрались на квартире одного из них. К началу мероприятия Ветров опоздал и явился, когда веселье было в самом разгаре. На эту импровизированную встречу выпускников Артем явился с одной из своих многочисленных подруг. В незнакомой компании девушка не растерялась и за короткое время успела уже изрядно нагрузиться. Сейчас, глядя на нее, Артем прикидывал, как будет проще доставить захмелевшую подругу домой. Проще всего было это сделать на машине, но своего автомобиля у Ветрова не было. И сейчас Артем соображал, к кому из институтских приятелей, имеющих автомобиль, можно будет обратиться за помощью.

Глава 3
ПОДСТАВКА

4.02

Не оборачиваясь, Инна на ощупь нашла на тумбочке пачку сигарет. Она вставила в рот фильтр длинной темно-коричневой сигареты. Сигарета была такая тонкая, что казалось, переломится в пальцах девушки. Но сигарета не сломалась ни когда Инна вытаскивала ее из пачки, ни когда прикуривала от массивной настольной зажигалки, ни когда достала ее изо рта, чтобы выпустить кольцо дыма после первой затяжки. Умение аккуратно и соблазнительно курить входит в курс обучения валютной проститутки.

Инна терпеть не могла такие сигареты. С гораздо большей охотой она засмолила бы «беломорину». Четырнадцатилетней девчонкой она делала это довольно лихо. Тогда она втайне от родителей тискалась с дворовыми ребятами в подъездах, пила портвейн, курила «Беломор» и даже могла забить косячок. Но те времена давно прошли. «Беломор» – удел привокзальных шлюх, валютные курят «Салем», «Парламент» или другую дорогую смесь табака, но обязательно скрученную в тонкие и длинные цилиндры.

Как ни странно, но именно умение курить из всего курса обучения Инне далось наиболее тяжело. Перед вступлением на стезю древнейшей профессии Инна уже обладала богатым сексуальным опытом. Отсутствие условий для секса делало дворовых пацанов и девчонок довольно изобретательными. Инне приходилось заниматься любовью в кабинах лифтов, в подвалах домов, в ванных комнатах, на квартирах своих приятелей. Нормальный секс в постели встречался гораздо реже. Она умела заниматься любовью лежа, стоя и сидя, а также во множестве других поз, сложных по описанию. Но умение отдаваться своему партнеру в разных позах еще недостаточно для валютной проститутки. Набор правил поведения довольно сложен и многообразен. Сюда входят походка и умение танцевать, умение расплачиваться в баре и садиться в машину так, чтобы наилучшим образом продемонстрировать клиенту свои ноги. Умение курить – одно из них.

Инна помнила, как вначале у нее ломались эти длинные, похожие на стебли высушенной соломы сигареты, как порой она давилась сигаретным дымом, содержащим огромное количество вкусов. Еще острее проститутка помнила, как ее сутенер в процессе обучения каждый сломанный окурок тушил об ее груди или ягодицы. Инна стискивала зубы и терпела. Ее подружки по ремеслу рассказывали, что одной девчонке за какую-то провинность запихнули зажженную сигару горящим концом в задний проход. Премудрости древнейшей профессии Инна постигала довольно быстро. Еще не успели сойти с ее тела следы от ожогов, а Инна уже выучилась курить, танцевать, расплачиваться и садиться в автомобиль одинаково элегантно что на переднее сиденье, что на заднее.

Она вообще оказалась очень сообразительной девушкой. Может быть, по этой причине на нее обратил внимание ее Господин. Инна не знала его настоящего имени. Он просил ее называть себя именно так – Господин. Инна так и называла. За время общения с разными клиентами ей приходилось встречать еще большие странности. А тут, ну не хочет человек, чтобы его звали по имени, так это, в конце концов, его право. Инна не возражала. Господин так Господин.

Поначалу Инна подумала, что у нее появился постоянный клиент, мечта каждой проститутки. Наличие постоянного клиента – это спокойная и безопасная жизнь. Это значит, что больше не нужно в любое время суток срываться по первому слову сутенера и ехать к черту на кулички, где тебя ждет неизвестно что. Равновероятно можно провести отличный вечер и заработать отличные бабки, а можно…

Инне были известны разные случаи. Однажды она сама нарвалась на группу садистов, которые хором «отодрали» ее в самой извращенной форме. Инна не могла подобрать более подходящего слова для описания того, что с ней сделали. После того раза у нее несколько дней все болело. А когда девушка заходила в туалет по нужде, боль становилась просто невыносимой. Но Инна была рада, что хотя бы осталась жива. Порой подобные визиты для ее подруг становились последними. Какой-то бандит взял девушку на переговоры со своим дружком. Во время переговоров друзья повздорили, и один из них убил другого, а потом убил и девушку, как ненужного свидетеля.

Как всякая представительница ее профессии, Инна ценила своего постоянного клиента. Она готова была стать для него самой лучшей любовницей. Но оказалось, что ее Господину не нужна любовница. Ему нужна девушка для особых поручений. Инна выслушала предложение и быстро согласилась. В любом случае ее новая работа, в понимании Инны, обещала быть гораздо безопаснее прежнего занятия, а оплачивать такую работу Господин собирался даже более щедро. Согласившись, Инна размышляла, как сообщить Господину про своего сутенера, но тот опередил ее.

– С твоим сутенером я решу все вопросы, – просто сказал он.

И действительно, сутенер сам позвонил уже на следующий день, наговорил Инне кучу комплиментов, чего за ним ранее никогда не водилось, и в заключение разговора попросил девушку навсегда забыть номер его телефона. Инна подивилась способностям своего Господина и той оперативности, с которой он решает вопросы. Так Инна Буланова стала девушкой для особых поручений у своего Господина. Разумеется, кроме них, Инне приходилось выполнять и обязанности его любовницы.

Девушка выпустила еще несколько колечек дыма и стряхнула пепел, образовавшийся на кончике сигареты, в стоящую на тумбочке пепельницу. Обстановка однокомнатной квартиры была спланирована таким образом, чтобы почти все можно было сделать, не вставая с кровати. Вся обстановка и по оформлению, и по функциональности должна была способствовать главному занятию. Не покидая кровати, можно было дотянуться до бара, смешать себе коктейль, покурить, включить телевизор, видеомагнитофон или музыкальный центр. Это было очень удобно, потому что клиенты Инны иногда желали музыкального или видеосопровождения.

Про эту квартиру, оплачиваемую Господином, родители девушки ничего не знали. Как и не знали о тайной жизни своей дочери, которую они нарекли простым именем Нина. Инна сама изменила себе имя, полагая, что новое более соответствует ее статусу. Родители Инны искренне считали, что дочь работает воспитателем детского сада и параллельно занимается в школе манекенщиц. Сначала их удивляло, что дочь не ночует дома. Но Инна объяснила, что получила комнату в общежитии, которое совсем рядом с ее работой. Тем не менее каждую неделю, хотя бы раз, Инна появлялась у родителей, дабы поддерживать имидж заботливой дочери. Родители Инны проживали в Москве, но только на самой окраине. Двадцать пять минут на автобусе до ближайшей станции метро. Родительская квартира, как и новая квартира Инны, была однокомнатной, но по отделке и обстановке не шла с квартирой Инны ни в какое сравнение. В работе проститутки шикарная квартира – просто необходимый инструмент, но позволить себе ее могут только самые высокооплачиваемые представительницы этой профессии. Далеко не каждый клиент согласится на встречу в отеле, а тем более пригласит проститутку к себе домой.

Теперь, когда Инна работала на своего Господина, клиентов у нее стало гораздо меньше. Как правило, они не отличались половой силой, зато были абсолютно безопасны. В основном это были разные бизнесмены и деловые партнеры ее Господина. От Инны требовалось разнообразить их досуг во время пребывания в Москве. Иногда Господин хотел, чтобы девушка смягчила их непримиримую позицию перед важными переговорами или вытянула из них некую информацию. Порой Господин использовал Инну, чтобы заснять на видео кого-нибудь из клиентов в интимной обстановке. Инна понимала, для чего это делается, но не возражала против использования себя в качестве средства шантажа.

Инна посмотрела на своего очередного клиента, который торопливо застегивал рубашку. Ее всегда смешила манера мужчин торопливо одеваться после занятий любовью, словно они стыдились показаться перед ней в голом виде. Впрочем, большинство ее последних клиентов нельзя было назвать красавцами. А голыми, с дряблым животом и со сморщенным, обвисшим «орудием», они выглядели довольно комично. Но нынешний клиент от них отличался. Достаточно молод. Всего тридцать два года, как-то раз Инна проверила его паспорт. Правда, мышцы развиты слабо, но фигура довольно подтянутая. По сравнению с плешивыми стариками, с которыми Инне тоже приходилось спать, так просто Аполлон. И вот надо же, тоже стесняется показаться перед ней голым.

Сама Инна не стеснялась своего обнаженного тела. Она знала, что у нее красивое тело, которое нравится мужчинам, поэтому не упускала случая продемонстрировать себя. Сейчас она специально откинула одеяло и лежала на кровати абсолютно голая. Наконец клиент застегнул рубашку и посмотрел на нее. Теперь, когда он оделся, в его взгляде уже не было стыдливости, так веселившей Инну. Инна провела рукой по своей груди, при этом пальцы пощекотали один сосок. Девушка встретилась лукавым взглядом со своим партнером, при этом он опять засмущался.

Инна была довольно холодна, но это не мешало ей правдоподобно имитировать оргазм. Поэтому клиенты рядом с ней ощущали себя половыми гигантами и недобрым словом поминали своих жен, которых не удавалось расшевелить.

– Ты уже уходишь? – капризным голосом спросила Инна и провела указательным пальцем по внутренней стороне бедра от колена по направлению к расположенному у нее между ног весьма соблазнительному месту.

Инна видела, что в душе клиента борются противоречивые чувства. С одной стороны, он очень хотел остаться, с другой – что-то заставляло его уходить.

– Извини, у меня дела, – неопределенно ответил клиент.

– Противный, – обиженно сказала Инна, – сначала ты пропадаешь на целую неделю, теперь снова уходишь. Ты решил бросить меня?

Инна уже научилась разбираться в мужчинах и видела, что клиент вовсе не собирается ее бросать. Наоборот, сейчас он хочет ее даже больше, чем в начале знакомства. Сам по себе клиент Инну нисколько не интересовал. От занятий любовью она получала мало удовольствия. Дорогих подарков клиент ей не делал. Инна подозревала, что у него просто нет настоящих денег. Но ее Господина этот клиент очень интересовал. Особенно интересовало Господина, где тот отсутствовал последнюю неделю.

– Что за глупости? Тебе же отлично известно, что днем я работаю, – попытался оправдаться клиент.

– А прошлую неделю ты где пропадал? – продолжала выяснять интересующую ее информацию Инна.

– В командировке. – Он не хотел развивать эту тему, но надо было как-то успокоить подозрительную подругу.

– Так вот, значит, как это теперь называется, – Инна надула губки, – и как же зовут твою «командировку»?

– Ну что ты болтаешь? Я действительно уезжал в командировку по заданию своего института.

– Ах, ах. Ты ведь такой незаменимый, что в институте без тебя просто обойтись не могут. Конечно, ведь все исследования на тебе. И куда же тебя посылали, мой мальчик? – насмешливо спросила Инна.

Клиент был старше Инны на восемь лет. Тем не менее девушка иногда называла его «мой мальчик», когда хотела позлить. Сейчас ей это удалось.

– Между прочим, меня ценят в институте, – повысил голос клиент.

Ему было неприятно, что Инна пренебрежительно говорит о его работе. И, стараясь поднять свой авторитет, он сказал Инне то, чего говорить никак не следовало:

– На прошлой неделе я выезжал с поручением особой важности на один из наших объектов в Удмуртии, причем не один, а с группой специалистов.

– Правда? – Голос Инны заметно подобрел.

Она узнала все, что ей было нужно. Инна знала, что клиент работает в химическом научно-исследовательском институте. Объяснение по поводу командировки звучало довольно правдоподобно. Проверить его слова Инна все равно не имела возможности. Получив от клиента необходимую информацию, его следовало отблагодарить.

– Так ты правда меня не обманываешь? – ласковым голосом повторила Инна свой вопрос.

– Конечно, нет. – Он тоже уже не сердился.

– Иди ко мне, – улыбаясь, позвала Инна.

При этом она положила ладонь на свой искусно выбритый лобок и погладила безымянным пальчиком клитор.

Он смотрел на нее пожирающим взглядом. Вчера вечером все получилось слишком поспешно. Он даже не успел почувствовать удовольствие, так быстро все кончилось. Видимо, сказалась неделя разлуки. А когда сегодня утром он попробовал повторить все заново, Инна сквозь сон отпихнула его рукой. Она не привыкла просыпаться так рано. Он знал, что семь утра в понимании любовницы глубокая ночь. Так и не добившись от Инны взаимности, он встал, умылся, а когда начал одеваться, девушка неожиданно проснулась. Сейчас ее намерения не оставляли сомнений. Инна продолжала стимулировать себя пальчиком, при этом она согнула ноги в коленях и широко расставила их на кровати. Он взволнованно глянул на часы: «Самое время уходить, чтобы успеть в институт к началу рабочего дня. Впрочем, можно выкроить десять минут, если поймать такси». Он снова посмотрел на выгибающуюся на кровати девушку. Инна уже тяжело дышала и вздрагивала, когда палец глубоко проникал в нее.

– Скорее, любимый, – выдохнула она.

Он не заставил себя ждать. Срывая с себя рубашку, он набросился на сгорающую от возбуждения девушку.

Десять минут, которые он себе отмерил, показались ему настоящим раем. Инна была великолепна. Она точно попадала в такт его движениям, изгибала тело именно так, как ему хотелось, и кончила, как всегда, одновременно с ним. Вне себя от удовольствия он упал на кровать рядом с любовницей, покрывая ее тело поцелуями.

– Тебе, наверное, уже пора идти, – неожиданно сказала Инна.

Его всегда поражала способность Инны после занятий любовью мгновенно возвращаться к реальности. Он и не подозревал, что занятия сексом для Инны самая обыденная реальность, что ложится с ним в постель она только по приказу своего Господина, а бурный оргазм Инны – всего лишь искусная имитация страсти.

Он взглянул на часы. Действительно, задерживаться уже не следовало.

– Ты, как всегда, права, – он поцеловал девушку в губы и начал торопливо собираться.

– Когда ты освободишься? – спросила Инна, когда он уже вышел в коридор.

– Если ничего не случится, то в шесть вечера.

Ответ Инну вполне устроил. Теперь она могла сообщить Господину всю интересующую его информацию.

Глава 4
СИЛЬНЫЕ МИРА СЕГО

4.02

По Ленинскому проспекту на высокой скорости несся кортеж из трех автомобилей. Первым шел «Мерседес-600» черного цвета. Следом за ним – такой же черный джип «Шевроле-Сабербен», по длине не уступающий лимузину. Только замыкающий кортеж «БМВ» пятой серии выделялся своим цветом. Баварского красавца покрывала перламутровая краска цвета морской волны. Одинаково тонированные стекла автомобилей свободно пропускали внутрь солнечные лучи, но никак не взгляды уличных прохожих. Поэтому москвичи могли только догадываться, кто находится в непроницаемых для взгляда салонах этих роскошных автомобилей.

«Кто-то из сильных мира сего едет со своей охраной», – могли подумать прохожие, встретив на московских улицах утром четвертого февраля этот кортеж. Простые водители старались побыстрее уступить дорогу и лишь взглядом провожали несущийся на большой скорости «Мерседес» и следующие за ним машины сопровождения. Водители и прохожие ошибались. Охрана находилась в головном автомобиле. Само охраняемое лицо расположилось на заднем сиденье джипа «Шевроле-Сабербен». Его специально переоборудованный салон не уступал по комфорту салону представительского «Мерседеса». Человек, который в терминах телохранителей именовался охраняемым лицом, любил высокую посадку автомобилей. Исходя из этих соображений, он выбрал для себя джип, а не традиционный «шестисотый» «Мерседес». Правда, салон джипа пришлось переоборудовать. Зато теперь здесь можно было с одинаковым комфортом вести переговоры с деловыми партнерами или разложить на широком кожаном сиденье длинноногую фотомодель. Двойное стекло, перегораживающее салон, одинаково хорошо скрывало от ушей водителя содержание переговоров или стоны кричащих в экстазе девиц.

Но сейчас никаких женщин в машине не было. На просторном сиденье удобно разместились два человека: тот, кого именовали охраняемым лицом, и его личный секретарь. Разговор между ними велся сугубо деловой, хотя в нем неоднократно упоминалась валютная проститутка Инна Буланова.

– Как наша Подставка? – спросил человек, которого именовали шефом, боссом, Хозяином, председателем, президентом, директором, советником или охраняемым лицом в зависимости от ситуации.

– Она получила задание и сейчас отрабатывает его, – ответил секретарь. – Ей даны подробные инструкции. Я ориентировал ее на интересующую нас информацию. Утром должна позвонить.

– Утро – понятие растяжимое, – произнес Хозяин, посмотрев на наручные часы «Радо» в ультрасовременном керамическом корпусе.

Он не любил золотых вещей. Поэтому отдавал предпочтение часам «Радо», а не золотому «Роллексу» или «Омеге».

– Пока клиент находится у нее в квартире, она лишена возможности позвонить, – объяснил ситуацию секретарь.

– Как она нашла его?

– Он сам позвонил ей вчера ближе к вечеру.

– Как он объяснил свое недельное отсутствие?

– Никак не объяснил. Но по его нетерпеливому голосу она догадалась, что у него просто не было возможности позвонить ей раньше.

– Ах, она догадалась. Пусть передает полученную информацию. Выводы мы сделаем сами. Свои впечатления она может оставить при себе.

– Простите, Хозяин. Я только передал ее слова. Я проинструктирую ее. Обещаю, что впредь она будет передавать только факты.

– Ученый еще не догадался, что она Подставка?

– Нет. Она действует очень аккуратно.

– Это не имеет значения, как она действует. Раз ученый бывает у нее на квартире, значит, представляет ее уровень жизни. А у него нет возможности оплачивать услуги такой дорогой проститутки. Надеюсь, ты не будешь меня убеждать, что он не догадывается о роде ее занятий?

– Я организовал ему дополнительный заработок. Теперь у него есть деньги, чтобы водить ее в рестораны.

– Если он все деньги тратит на то, чтобы ходить по ресторанам со шлюхой, то скоро ему это надоест. Сколько он уже с ней встречается, месяц?

– Если учитывать неделю его отсутствия, то месяц исполняется через три дня.

– С ним надо заканчивать. Так дальше продолжаться не может. Он может ее оставить, и мы потеряем подход к нему. Завершай вербовку. Будешь работать с ним напрямую. А ее мы выведем из игры.

Секретарь тяжело вздохнул. Сейчас он не был согласен со своим Хозяином. Имеющиеся у него факты утверждали, что окончательную вербовку проводить еще рано. Клиент охотно проводил время с красивыми дорогими женщинами, охотно брал деньги за услуги, не противоречившие закону. Но как он поведет себя, когда прозвучит главное предложение? Этого не знал никто. Секретарь допускал, что клиент выполнит разовое поручение. Но долгосрочное сотрудничество – дело совсем иное. А материалами, которые позволили бы держать клиента в руках, они пока не располагают. Секретарь получил две первоклассные видеозаписи физиологических контактов между объектом разработки и Инной Булановой. Но сейчас 1999 год. И видеозапись любовной связи сотрудника научно-исследовательского института с проституткой недостаточно весомый аргумент для его вербовки. Ну дерет мужик в разных позах смазливую девку, так что с того? Мужик, между прочим, не женат. Да и девка не замужем. Свободные люди, могут делать что хотят, при этом никого не стесняясь.

– Простите, Хозяин, – осторожно начал секретарь. – Мне кажется, завершать разработку на данном этапе преждевременно. Своим предложением мы можем испугать клиента. Если он откажется, то все усилия пойдут насмарку. А вы, Хозяин, неоднократно говорили, насколько важен этот ученый. Позвольте продолжить его разработку? А пока можно использовать ученого втемную.

Хозяин нахмурился. Он очень не хотел терять этого человека. Жалко было не денег, потраченных на его разработку, – не такие уж большие деньги, – ценность представлял сам объект разработки. Потому что других подходов к НИИ у него не было.

– Хорошо, – согласился Хозяин. – Но при первой же полученной от него серьезной информации бери в оборот. Мы и так потратили на него слишком много времени. Помни: меня не интересуют его исследования. Мне нужны материальные образцы.

Секретарь понимающе кивнул. Последние слова, сказанные Хозяином, означали, что обсуждение данного вопроса закончено. У Хозяина и секретаря имелись и другие вопросы, которые они тоже должны были обсудить между собой.

Пейджер пискнул примерно через пять минут. Секретарь достал пластмассовую коробочку пейджера и посмотрел на экран.

– Это она, – объявил своему Хозяину секретарь. – Подставка сообщает, что клиент покинул ее. Она просит о встрече.

– Поезжай, – распорядился Хозяин. – Оставь бумаги. Я их сам посмотрю.

Другого ответа секретарь и не ожидал. Он знал, что Хозяин не любит откладывать дела в долгий ящик.

Не меняя порядка автомобилей, кортеж остановился прямо посередине проезжей части. Сильным мира сего не пристало перестраиваться, менять рядность и подъезжать к тротуару, чтобы пересесть из одной машины в другую. Автомобильные потоки обтекали остановившийся кортеж на почтительном расстоянии. Секретарь покинул просторный салон «Шевроле» и пересел в свой «БМВ». Водитель «БМВ», наоборот, пересел в джип на переднее сиденье, рядом с шофером. Шикарно отделанный салон, отделенный двойным стеклом от водителя и переднего пассажира, не предназначался для простых смертных. Сильные мира сего не пускают посторонних в свой круг.

Секретарь занял место за рулем своей машины. Кортеж, состоящий уже из двух автомобилей, умчался дальше. Там в чреве черного «Шевроле-Сабербен» остался его Хозяин. Он действительно считал себя Хозяином, именно так, Хозяином с большой буквы. Ему принадлежали автомобили, дома, вертолеты, корабли, принадлежала охрана, сам секретарь. У него была даже своя наемная армия. Не было только своей собственной, принадлежащей ему страны. И не было абсолютного оружия, необходимого для ее защиты, а скорее для устрашения соседних государств.

Сзади нетерпеливо засигналили. Секретарь включил первую передачу и влился в автомобильный поток. Вне представительного кортежа его «БМВ» уже не выделялся в потоке других машин. Никто из остальных участников дорожного движения уже не собирался оказывать ему привилегии и уступать дорогу. Без своего Хозяина секретарь сразу превратился в обыкновенного человека, пусть на дорогой, но все же тривиальной иномарке. В этот момент секретарь с болью ощутил, что пока еще он не относится к сильным мира сего.

Глава 5
ПАШАЕВ

4.02

До дома Инны Булановой Энвер Пашаев добирался двадцать минут. Его скоростной «БМВ» мог преодолеть это расстояние гораздо быстрее. Но в утренние часы на московских улицах пробки. Москвичи спешат на работу. Одних доставляют шикарные лимузины или переоборудованные под них бронированные джипы, как у Хозяина Энвера Пашаева. Кто-то добирается до рабочего места на личном автомобиле. Это может быть новая иномарка, как у самого Энвера Пашаева, или уже подержанная, сменившая нескольких хозяев машина. Не имеющие личного автомобиля москвичи добираются на работу на общественном транспорте. Все это многообразие автомобилей, автобусов, троллейбусов и трамваев, выезжающих на улицы города, затрудняет движение. Время, необходимое, чтобы добраться в нужное место, определяется не скоростными возможностями автомобиля, а наличием пробок на дорогах.

Теперь, когда его «БМВ» уже не являлся частью кортежа всесильного Хозяина, Пашаев, подобно другим автовладельцам, вынужден был простаивать в пробках и выполнять команды инспекторов дорожного движения. Пашаев удивился, как он не замечал дорожную инспекцию, когда ехал вместе с Хозяином на его джипе «Шевроле-Сабербен». Он не помнил ни одного случая, чтобы кортеж Хозяина хоть раз остановили.

Энвер Пашаев работал секретарем у своего Хозяина уже четвертый год. Род Пашаева был довольно уважаем в Чечне. Большинство мужчин в роду так или иначе были связаны с сельским хозяйством, а дед Энвера хотел, чтобы его внук стал дипломатом. Энвер отлично учился в школе, закончил ее с золотой медалью. «Энвер Пашаев – настоящая гордость семьи», – говорили родственники. На семейном совете было решено отправить Энвера учиться в Москву. Семья собрала деньги на дорогу, огромную по тем временам сумму. Эти деньги и помогли Энверу поступить в Институт международных отношений.

Энвер Пашаев ехал в Москву с твердым намерением честно поступить в выбранный дедом институт. Его и самого привлекала карьера дипломата. Но сразу по приезде начались сложности. Сначала в приемной комиссии не хотели принимать документы. «У вас нет московской прописки, а таких абитуриентов мы не принимаем. МИМО – московский институт», – сказали Энверу. Но деньги, собранные семьей, решили проблему. Вскоре у Энвера была московская прописка, и у него приняли документы. Как медалист в случае сдачи первого экзамена на «отлично» Энвер проходил вне конкурса. Но на первом экзамене Энвер Пашаев получил тройку, хотя видел, что отвечал лучше многих абитуриентов, которым поставили пятерки. Парадокс объяснялся просто. «Отличники» с удовлетворительными знаниями имели связи среди членов приемной комиссии или просто купили свои оценки. Энвер Пашаев вырос настойчивым человеком. Он не сдался после провальной сдачи первого экзамена. Солидная взятка решила его проблемы. На остальных экзаменах преподаватели удивлялись, что им даже не пришлось вытягивать поступающего абитуриента. Энвер Пашаев действительно имел отличные знания. После поступления в институт Пашаев приобрел прочную мысль, что только деньги и связи могут повлиять на судьбу человека. Эти две категории стали главными целями в жизни молодого человека.

Энвер Пашаев закончил институт с красным дипломом. Но распределения на дипломатическую работу не получил. Видимо, его связей оказалось недостаточно. Он вернулся в Чечню. Работал на разных должностях, в том числе и на руководящих. Но, несмотря на свои деловые способности и природный ум, так и не смог высоко подняться по номенклатурной лестнице. Пашаев не понимал, что путь наверх очень медленный. Занимающие более высокое положение чиновники очень неохотно освобождают свои места. Пашаев хотел сразу оказаться наверху.

С крахом СССР рухнула и старая номенклатурная система. Она тут же начала создаваться заново, но уже в новом виде. Прежние чиновники потеряли свои места. Лишился своего поста и Энвер Пашаев. В этот момент на него обратил внимание его будущий Хозяин. Год распада СССР стал и годом становления частного бизнеса. Откуда ни возьмись появились крупные бизнесмены, ворочающие огромными деньгами. Новый Хозяин Пашаева принадлежал к их числу. Энвер Пашаев не сразу стал его личным секретарем. Он успел поработать клерком, помощником, референтом и только три года назад поднялся на высшую ступеньку. Личный секретарь Хозяина – все равно что глава администрации Президента. Причем жалованье гораздо выше. Правда, далеко не все поручения, которые выполнял Пашаев по распоряжению своего Хозяина, шли в соответствии с законом. Пашаеву приходилось лгать, устраивать провокации, заниматься шантажом и угрозами, участвовать в подлогах. Единственное, чего ему не приходилось делать, так это убивать. Работая в должности личного секретаря, Пашаев убедился, что бизнес его Хозяина не обходится без убийств. Но для этих целей существовали другие люди.

Хозяин отметил трудолюбие Пашаева, его знания, ум и сообразительность, но главное, огромную личную преданность. Поэтому он и приблизил Пашаева к себе. В подборе своих помощников Хозяин руководствовался еще одним принципом, которому полностью отвечал Энвер Пашаев. Все помощники Хозяина были одной с ним национальности и имели хоть какую-то степень родства. Два последних фактора стали решающими при назначении Пашаева на высшую должность созданной Хозяином организации.

Инна встретила Пашаева в шелковом домашнем халатике, надетом прямо на голое тело. Халатик был способен едва прикрыть трусики, так как не доходил Инне даже до середины бедер. Но сейчас трусики и вовсе отсутствовали. Не снимая обуви, Пашаев прошел в квартиру. При каждом шаге его туфли утопали в толстом ковровом покрытии. Ковровое покрытие специально подбиралось с таким расчетом, чтобы Инна или ее клиенты не ощущали холода, становясь на пол босыми ногами. А толщина покрытия позволяла заниматься любовью прямо на полу, в том случае, если клиента по какой-то причине не устраивала кровать.

Пашаев уселся в низкое мягкое кресло. Инна расположилась напротив него на кровати. Она специально закинула ногу на ногу. Халатик съехал набок, приоткрывая взгляду Пашаева голую ногу Инны и часть ее ягодицы. Все это Инна делала скорее по привычке. Заниматься любовью с Пашаевым ей было ничуть не приятнее, чем с другими клиентами. Послушная девочка всегда готова обслужить своего Господина. А Инна очень хотела выглядеть послушной, чтобы ненароком не обидеть Господина. Ей совсем не хотелось расставаться с Пашаевым, который давал ей возможность легко и совершенно безопасно зарабатывать хорошие деньги.

Пашаев возбужденно осмотрел ноги сидящей перед ним девушки. Но на этот раз возбуждение было вызвано вовсе не видом этих ног, а той информацией, которую он рассчитывал получить от Инны. И Инна оправдала надежды своего Господина. Сообщенные девушкой сведения заставили Пашаева взволноваться еще больше. В отличие от Инны он прекрасно знал, что в Удмуртии сосредоточены склады самого разнообразного химического оружия. И сотрудник научно-исследовательского института, занимающегося проблемами утилизации химического оружия, мог выезжать в Удмуртию только на один из таких складов.

Волнение от полученной информации возбудило мужское желание Пашаева.

– Ты хорошо потрудилась, молодец, – с этими словами Пашаев подошел к Инне и уложил девушку на спину.

Халатик распахнулся, когда Инна раздвинула ноги. Не отрывая взгляда от аккуратно постриженного лобка девушки, Пашаев начал торопливо стаскивать с себя одежду. Желание требовало скорейшего удовлетворения. Пашаев не стал возиться с пуговицами халатика, а, не расстегивая, стянул его через голову девушки. Он опустился на колени перед кроватью Инны, а та закинула ноги ему на плечи. Он легко вошел в многократно разработанное отверстие между ног девушки. Инна всегда расслаблялась в первые мгновения контакта, что позволяло проникать гораздо глубже. Затем ее мышцы напрягались и плотно обхватывали головку. Обычно партнеры Инны просто замирали от удовольствия. Курс обучения своей профессии Инна Буланова усвоила отлично.

Удовлетворив свое желание, Пашаев поднялся с кровати и подошел к столу.

– Ты хорошо поработала, вот гонорар, – сказал Пашаев, выкладывая на стол пятьсот долларов, – позже привезу отдельный подарок.

Инна улыбнулась. Она опять лежала на кровати совершенно голая и наблюдала за Пашаевым. Пашаев был единственным, кто не стеснялся показаться перед ней в голом виде. Он был ее Господином, а она его женщиной, его рабой. Она принадлежала ему, как и он сам принадлежал своему Хозяину. Поэтому Энвер не стеснялся Инны. В ее квартире он мог делать все, что угодно.

– Сейчас можешь отдохнуть, – разрешил Пашаев, – на сегодня ты мне вряд ли понадобишься.

– Он сказал, что работает до шести, – напомнила Инна, – вечером он может опять позвонить или прийти.

– Вряд ли, – усмехнулся Пашаев, – сегодня вряд ли.

Неторопливо одеваясь, Пашаев думал, когда сообщить Хозяину столь важную информацию, до разговора с объектом разработки или после. Поразмыслив, решил, что лучше после. Поездка в Удмуртию могла оказаться ничего не значащей командировкой. И Энвер Пашаев сам решил все выяснить.

Объект разработки вышел из дверей института в начале седьмого. «Подставка отлично сработала», – думал Пашаев, наблюдая, как объект направляется к остановке автобуса. В своих разговорах Энвер Пашаев и его Хозяин именовали Инну Буланову не иначе, как «Подставка», а сотрудника НИИ, которого они разрабатывали, «Ученым». Пашаев пронаблюдал, как Ученый сел в подошедший автобус. Маршрут Ученого Пашаеву был отлично знаком. Через три остановки Ученый выйдет из автобуса, чтобы пересесть на метро. Пашаев обогнал автобус и встретил Ученого перед входом в подземку. Он не решился остановить Ученого непосредственно около института, где их встреча могла быть замечена другими сотрудниками. У входа в метро людей всегда много. На их якобы случайную встречу никто не обратит внимания, рассудил Пашаев.

Ученый вежливо ответил на приветствие, но по его лицу Пашаев догадался, что тот не особенно рад встрече. Ученый знал его как мелкого, но весьма удачливого коммерсанта. Несколько раз Ученый оказывал Пашаеву, небезвозмездно, мелкие услуги, которые были нужны Пашаеву только для поддержания знакомства. Во всяком случае, это позволило Пашаеву остановить Ученого на улице и заговорить с ним.

– Могу подвезти, – предложил Пашаев, указывая на стоящий у тротуара «БМВ».

Глаза Ученого радостно заблестели, видимо, перспектива проехаться в шикарном автомобиле приятно удивила его. Ученый с комфортом расположился на пассажирском сиденье и расслабленно откинулся на спинку.

– Куда едем? – поинтересовался Пашаев.

Ученый назвал адрес, по которому Пашаев догадался, что тот собирается навестить Инну Буланову. Связь Инны и Энвера Пашаева для Ученого оставалась тайной, поэтому он смело назвал интересующий адрес.

– Уж не к Инне ли вы собрались? – Пашаев решил раскрыть карты.

– Откуда вы ее знаете? – недоуменно воскликнул Ученый.

– Как вам сказать. Инна – девушка определенной профессии. В силу ее занятий у нее довольно много знакомых. Вот я, можно сказать, один из них.

Ученый, нахмурив брови, молчал.

– Нет, вы только не подумайте, что у нас с Инной что-то было, – рассмеялся Пашаев. Его смех прозвучал очень искренно. Энвер Пашаев отлично умел владеть собой, к тому же был не лишен актерских способностей.

– Инна – довольно симпатичная девушка, но совершенно не в моем вкусе, – продолжал Пашаев. – А вот вам она, пожалуй, подойдет. Насколько мне известно, Инне всегда нравились такие мужчины.

– У нее больше не будет мужчин, – решительно сказал Ученый. – Я не допущу, чтобы она продолжала заниматься этим.

– Да уж не влюбились ли вы в нее? – поинтересовался Пашаев.

Ученый опять промолчал. Пашаев в душе с удовлетворением отметил, что попал в точку: «Даже если это никакая не любовь, а привязанность, даже простое сексуальное влечение, все равно появился способ влияния. Ученый ни за что не захочет прервать отношения с Подставкой».

– Вообще Инна неплохая девушка, – продолжал Пашаев. Он выбрал нужное направление беседы и сейчас развивал его. – По молодости натворила глупостей, влезла в долги. Вот сейчас и приходится их отрабатывать. А другого способа вернуть долг у нее нет. Ее можно осуждать или сочувствовать. Как говорится, со стороны всегда виднее.

– Я прекращу это, – сказал Ученый.

«Реагирует, – удовлетворенно подумал Пашаев. – Значит, запал на девчонку крепко. Ай да Подставка».

– Я понимаю ваш благородный порыв. Всегда хочется помочь человеку, который вам небезразличен. Но боюсь, вы не до конца понимаете ситуацию, в которой оказалась Инна. На Инне висит долг, и довольно большой. Если бы ситуацию можно было разрешить парой тысяч долларов, я бы, наверное, и сам ей помог. Но могу вас заверить, долг гораздо больше.

– Сколько? – неожиданно спросил Ученый.

«Есть! – В мозгу Энвера Пашаева вспыхнула сигнальная лампочка. – Теперь он на крючке, и, похоже, сидит довольно крепко».

– Точная сумма долга Инны мне неизвестна. Но предполагаю, что речь идет о нескольких десятках тысяч долларов.

– Я достану деньги, – произнес Ученый.

– Где? Где вы собираетесь достать такие деньги? Продадите квартиру? Не уверен, что этого хватит. Да Инна и не примет от вас такую жертву, – убежденно сказал Пашаев.

Ученый вновь умолк. Рациональные слова собеседника охладили его эмоциональный порыв.

– Скажите, а сколько вам платят за консультации? – спросил Пашаев, хотя сам и определил таксу не более ста долларов.

– Мало, – удрученно ответил Ученый.

– Но, насколько мне известно, ваш институт решает серьезные проблемы. А за решение серьезных проблем должны платить серьезные деньги.

– Утилизация химического оружия, кого это сейчас интересует, – разочарованно сказал Ученый.

– Не скажите. По всей стране разбросаны базы химического оружия. На местах население очень обеспокоено связанными с этим проблемами. Есть люди, которые готовы очень хорошо заплатить за достоверную информацию о ситуации на таких базах.

– И вы знаете таких людей? – недоверчиво спросил Ученый.

– Я знаю разных людей. Но чтобы конкретно ответить на ваш вопрос, я должен знать, бывали ли вы на таких базах, – совершенно спокойно ответил Пашаев.

– Бывал. Как раз на прошлой неделе у меня была командировка в Удмуртию, где мы фактически предотвратили экологическую катастрофу, слив отравляющее вещество из списанных боеприпасов в резервную емкость.

Мозг Пашаева осветила новая сигнальная вспышка: «Он сливал отравляющее вещество в резервную емкость. Он знает, где эта емкость хранится. Он знает все!»

– А что за отравляющее вещество? – как можно равнодушнее спросил Пашаев.

– Сжиженный газ «VX», – ответил Ученый, не осознавая, что только что переступил последнюю черту на пути к предательству.

Энвер Пашаев не был иностранным шпионом. Он не работал ни на одну разведку. Тем не менее он был врагом, который работал на врага еще более коварного и безжалостного. Выдав служебную тайну, Ученый совершил предательство и тем самым поставил под угрозу десятки тысяч человеческих жизней. Он не знал, что с этой секунды начала раскручиваться чудовищная цепочка смертей. И первой жертвой станет девушка, которой он хотел помочь.

– Сжиженный газ «VX», – прозвучало в тиши салона.

Энвер Пашаев замер в напряжении. Целую секунду он не видел и не воспринимал, что происходит вокруг. Он по-прежнему сидел за рулем «БМВ», но не управлял машиной. Все внимание Пашаева сконцентрировалось на одной мысли: «Газ «VX» – отравляющее вещество нервно-паралитического действия. Самый страшный яд из когда-либо существовавших на Земле. Абсолютное оружие. И где-то в Удмуртии находится, как выразился Хозяин, его материальный образец».

Если бы в эту секунду на дорогу выскочил человек или возникло другое препятствие, Пашаев неминуемо совершил бы наезд или столкновение. Но ничего подобного не случилось. Когда Пашаев снова пришел в себя, машина по-прежнему катила по улицам вечерней Москвы.

– Сейчас мне надо сделать один телефонный звонок, – сказал Пашаев. – А потом мы вернемся к нашему разговору.

Ученый ничего не ответил, но Пашаев и не стал бы его слушать. Он спешил сообщить услышанное своему Хозяину.

Пашаев вытащил трубку мобильного телефона и набрал хорошо известный ему номер. Хозяин ответил мгновенно, словно уже держал руку на трубке. Они разговаривали по-чеченски, чтобы Ученый не смог понять сути разговора.

– Привези его ко мне, – в конце разговора распорядился Хозяин.

– Один очень уважаемый человек приглашает нас к себе в гости, – уже по-русски произнес Пашаев.

– Но… – попытался возражать Ученый.

Пашаев остановил возражения.

– Когда приглашают уважаемые люди, нельзя отказывать, – сказал он шутливо.

Машина изменила направление. Теперь она двигалась к выезду из города. Оставшуюся часть дороги Пашаев не проронил ни слова.

Глава 6
ИННА БУЛАНОВА

4.02

Вечер действительно выдался свободным, но Инна не знала, чем заняться. В ночные клубы, казино и рестораны она ходила со своими клиентами. Но это была работа. Отдыхать подобным образом Инна не хотела. Она настолько привыкла к подобному времяпрепровождению, что не воспринимала его как отдых. Для нее это действительно была работа, которая продолжалась и ночью в постели с нелюбимым мужчиной.

Вечером четвертого февраля Инна поймала себя на мысли, что совершенно не знает, чем заняться. Идти никуда не хотелось, и она осталась дома. Девушка попробовала смотреть телевизор. Там как раз показывали очередной латиноамериканский сериал, где бушевало целое море страстей. За что Инна любила телевизионные сериалы, так это за то, что их можно смотреть с любой серии, с любого места, и все равно будет понятно. Но очередная телевизионная серия латиноамериканских страданий скоро кончилась, и Инна опять столкнулась с дилеммой, чем заняться. Изменяя себе, она уже решила приняться за уборку квартиры. Два раза в неделю это делала приходящая домработница. Инна начала наводить порядок в своем платяном шкафу, когда зазвонил телефон.

На сегодня она получила выходной и имела полное право не подходить к телефону. Автоответчик записал бы полученное сообщение. В то же время звонок мог исходить от ее Господина, которого Инне не хотелось расстраивать. Долго не раздумывая, девушка сняла трубку. Это действительно оказался ее Господин.

– Ты дома? Я сейчас приеду, – сообщил Пашаев и повесил трубку. Инна посмотрела на часы: начало девятого. Значит, у Господина изменились планы и она ему понадобилась. Еще совсем не поздно, значит, он может пригласить ее куда-нибудь. Или ему просто захотелось развлечься самому. В таком случае они скорее всего останутся дома. Обычно Господин сообщал Инне свои планы, но сейчас этого не сделал. В любом случае она обязана быть неотразимой. Инна села перед зеркалом, точными движениями подправила макияж. Теперь чуть усилить запах духов. Соответственно ситуации Инна выбрала вечерний аромат. Когда Пашаев позвонил в дверь, Инна предстала перед ним в коротком вечернем платье, благоухающая парфюмерией «Кристиан Диор». На ее лице сияла приветливая улыбка. Пашаев тоже улыбнулся и поцеловал девушку в щеку.

– Ай да умница, – сказал он, – так быстро собралась. Но знаешь, на улице снег, ветер. Давай просто посидим у тебя, отдохнем. Накрой что-нибудь на стол.

– Конечно, – не переставая улыбаться, ответила Инна: «Господин хочет провести вечер и, возможно, ночь в моей квартире. Пусть так и будет. Он платит мне, значит, имеет на это полное право». Полученные ею сегодня пятьсот долларов лишний раз подтвердили ее рассуждения.

Инна быстро накрыла на стол. В ее холодильнике для подобных случаев хранился целый набор различных деликатесов, которые надо было только освободить от вакуумной упаковки, разложить на тарелки и подать к столу. К закускам Инна присоединила бутылку черносмородинового «Абсолюта».

– Нет, я за рулем. Достань лучше шампанское, – попросил Пашаев.

Он выбрал шампанское совсем по другой причине, знать о которой Инне не полагалось.

«Говорит, что за рулем, значит, на ночь не останется», – сообразила Инна, заменяя водку бутылкой шампанского. Пашаев взял у нее из рук бутылку и снял проволочный колпачок. Пробка с хлопком вылетела из бутылки и ударилась в потолок.

– Пусть этот салют станет нам хорошим знаком, – сказал Пашаев, разливая шампанское в поданные Инной бокалы. – За достижение поставленных целей, – произнес он первый тост.

Они выпили. Пашаев усадил девушку рядом с собой и опять наполнил бокалы.

– Ты очень хорошо поработала и заслужила награду, – сказал Пашаев, взяв Инну за руку.

– Я уже получила гонорар за свою работу, – скромно ответила девушка.

Инна давно сообразила, что ее Господину нравится, когда она демонстрирует покорность и скромность.

– Нет, нет, ты заслужила награду и, пожалуйста, не спорь со мной, – повторил Пашаев, перебирая девушке пальцы.

«Наверно, хочет подарить мне кольцо, – радостно подумала Инна, – кольцо с бриллиантом. Другое он дарить не будет».

Инна знала, что за проявление ласки и за подарки Господина следует благодарить. Она прижалась к Пашаеву и положила голову ему на грудь. Свободной рукой стала осторожно расстегивать пуговицы на рубашке своего Господина. Пашаев перехватил ее руку и опустил вниз. Инна восприняла это как вполне конкретно сформулированное желание. Она ловко освободила пряжку ремня и расстегнула «молнию» на брюках своего Господина. Пашаев поощрительно улыбнулся. Пальцы девушки скользнули дальше, высвобождая быстро набухающую плоть. Пашаев потрепал девушку по шее и наклонил к себе. Инна все понимала с полуслова или с одного жеста. Влажные губы девушки обхватили мужской член. Как только мужская плоть оказалась у нее во рту, Инна интенсивно заработала губами и языком. Ее голова ритмично двигалась вверх и вниз. Инна то отпускала головку, то опять всасывала ее в себя. Пашаев хотел даже закрыть глаза от удовольствия. Но пока работа не была выполнена, он не мог так поступить. Воспользовавшись тем, что в своем положении Инна не может видеть его рук, он вытащил из кармана рубашки маленькую стеклянную трубочку, толщиной не более стержня шариковой авторучки.

Пашаев пошевелился, чтобы дотянуться до стола, где стояли бокалы с шампанским. При этом он положил одну ладонь девушке на затылок, чтобы она случайно не приподняла голову. Но Инна продолжала работать и не заметила, как крохотная белая крупинка упала в ее бокал. Пашаев удовлетворенно спрятал обратно в карман стеклянную трубочку. С легким шипением яд растворился в шампанском. Мельчайшие пузырьки, осевшие на стенках бокала, не отличались от пузырьков шампанского.

Пашаев посмотрел на затылок Инны. Девушка не прекращала своего занятия. Наоборот, движения ее стали еще энергичнее. Пашаев почувствовал, что наступает момент наивысшего наслаждения. Теперь он мог спокойно закрыть глаза. Только что он стал убийцей. Энвер Пашаев даже удивился, насколько это легко ему удалось.

Пашаеву нравилась Инна. Ему было с ней легко и просто. Он мог приехать к ней в любое время, чтобы расслабиться и получить удовольствие, вот как и сейчас. Пашаев догадывался, что Инна только имитирует бешеную страсть, что на самом деле она довольно холодна. По большому счету Пашаеву было все равно, раз Инна могла его удовлетворять. Дополнительно Пашаев мог оценить актерский талант девушки. Кроме чисто плотского удовлетворения, Инна приносила ему и другую пользу. Она довольно ловко выполняла все его щекотливые поручения, снабжая Пашаева ценной информацией. Инна Буланова была для Энвера исключительно ценным агентом. По своей воле Пашаев никогда бы не стал устранять ее. Но так приказал Хозяин. А против воли Хозяина пойти он не мог. «Сегодня Хозяин начал наиважнейшую операцию. Сейчас из Подставки Инна превратилась в опасного свидетеля. Поэтому она должна исчезнуть. Тут Хозяин безусловно прав», – рассудил Пашаев, опуская в свой карман стеклянную ампулу с гранулами смертельного яда. Выполняя приказы Хозяина, Энвер не колебался. Судьба Инны Булановой была предрешена.

Как всегда, Инна показала наивысший класс. Пашаев издал вздох облегчения и умиротворенно откинулся назад. Инна выпустила изо рта его вялое сокровище и преданно посмотрела на своего Господина.

– Ты просто великолепна, – мысленно возвращаясь к моменту удовольствия, проговорил Пашаев.

Инна кивнула. Бумажной салфеткой она промокнула губы.

– Выпьем за тебя. – Пашаев протянул Инне бокал с невидимой смертью.

– Тогда лучше за наше сотрудничество, – поправила Инна, поднося бокал к губам.

Пашаев до дна осушил свой бокал. Инна последовала его примеру. Невидимая смерть вместе с шампанским проникла в ее желудок. Инна ничего не почувствовала. Вкус шампанского заглушил привкус смерти.

Пашаев начал собираться уходить. Он выполнил работу, получил удовольствие. Оставаться дальше в квартире Инны не имело смысла.

– Мне пора, – сказал он, вставая из-за стола.

Инна не возражала. Господин сам принимает решения и не нуждается в ее советах. Перед тем как уйти, Пашаев помог Инне убрать со стола. Ему необходимо было проследить, как она вымоет использованную посуду. Особенно интересовал убийцу бокал Инны, на стенках которого сохранились остатки яда. Инна просто составила тарелки и бокалы в посудомоечную машину и включила ее. Пашаев увидел все, что хотел. Оставалось только покинуть квартиру бывшей любовницы и агента, чтобы никогда больше не возвращаться сюда. В дверях Пашаев пожелал девушке спокойной ночи и поцеловал ее в подставленную щеку.

У подъезда дома Пашаев сел в свой «БМВ». Он не афишировал визитов к Инне, но и не скрывал их. Возможных свидетелей его посещений Пашаев не боялся. «У проститутки часто бывают гости, в основном мужчины. И посещают они ее преимущественно в вечернее и ночное время. Среди таких клиентов, безусловно, есть и постоянные», – рассуждал Пашаев. Именно так он собирался объяснить свои частые визиты к Инне Булановой. Если его будут допрашивать в связи со смертью Инны, он так и скажет следователю. Конечно, если следствие вообще будет. Отъезжая от дома Инны, Пашаев совершенно успокоился. Об убитой им девушке он больше не думал.

Инна Буланова умрет ночью, через четыре часа после ухода Пашаева. Смерть наступит в тот момент, когда девушка, корчась от чудовищной боли в желудке, вместе с кровью будет выплевывать в унитаз остатки непереваренной пищи. Ее найдут в туалете. В одной ночной сорочке Инна будет лежать на полу, около унитаза. При осмотре эксперт зафиксирует, что шелковая сорочка погибшей и кафельный пол перепачканы рвотными массами со сгустками крови.

Глава 7
НАБИЕВ

5.02

Ильдар Набиев еще раз вышел на открытую веранду, расположенную на втором этаже этого большого дома. Дом, двор, на котором он был расположен, да и вся земля в округе принадлежали полевому командиру независимой Республики Ичкерия Гусейну Салтанову, потому что именно отряд Салтанова контролировал этот район Чечни. А единственным законом на подконтрольной территории было слово Гусейна. Здесь не действовали законы, издаваемые парламентом Чечни, тем более парламентом России.

Набиев посмотрел на вертолет, на котором прилетел, потом вновь на дорогу, ведущую к дому. Около вертолета суетились боевики Салтанова. К счастью, никто из них не пытается проникнуть внутрь вертолета, удовлетворенно отметил Набиев. Личным телохранителям Набиева было строго-настрого приказано никого не пускать в вертолет. И если боевики попробовали бы это сделать, поднялась бы стрельба, остановить которую мог только Салтанов. А он зачем-то ушел в дом, вместо того чтобы отогнать своих волков от вертолета. Ильдар Набиев очень не хотел лететь сюда. Он всегда неуютно чувствовал себя в окружении вооруженных бандитов. Что с того, что ты щедро платишь их главарю? Что с того, что весь отряд создан на твои деньги? Рядовые бойцы даже не знают, что за человек прилетел к их командиру. Они даже не знают имени Ильдара Набиева. А надо, чтобы знали.

Ильдар Набиев считался одним из крупнейших чеченских бизнесменов. Правильнее было назвать его российским бизнесменом, чеченцем по национальности, потому что в разоренной войной Чечне практически отсутствовали промышленность, торговля, не работал транспорт. Единственным процветающим бизнесом оставался захват заложников и торговля людьми. Ильдар Набиев был одним из тех людей, кто финансировал русско-чеченскую войну. На его деньги было создано несколько чеченских отрядов, таких, как отряд Салтанова. На деньги Набиева закупалось оружие и боеприпасы. Его деньгами оплачивались наемники. Даже в основе важных политических и экономических решений, принятых правительством России в отношении Чечни, тоже лежали деньги Ильдара Набиева. Даже сам Набиев не мог точно сказать, сколько миллионов долларов он вложил в эту войну.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

ОВ – отравляющие вещества. (Здесь и далее примечания автора.)

Вернуться