Я душу расплескал стихами
Иван Кирпичев

© Иван Кирпичев, 2018

ISBN 978-5-4490-3728-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

« Любовь… Она живет в сердцах…»

 Любовь… Она живет в сердцах
Покуда любят. Наконец,
Уходит и бредет впотьмах,
Как потерявший дом слепец.
А где-то там с надеждой ждут,
Друг друга находя с трудом,
Сердца людей – любви приют
На время только, а потом
Без вздоха вдаль. Безмолвно в путь.
Вдогонку тысячам теней.
И знает в этом ее суть:
Она нужна…  А что нужней?

«Нежной кистью любви напиши мне однажды письмо…»

Нежной кистью любви напиши мне однажды письмо,
Отступив от краёв на крыла журавлиного взмах.
Пусть оно, словно птица, летит к адресату само
По прозрачному льду в голубых, как мечта, небесах.
Тонкой вязью арабской пусть вьются в письме облака,
Раскрывая лишь мне тайн сердечных за слоем слои.
Не узнает никто, что вода, вдруг, упав свысока, —
Это вовсе не дождь, а соленые слезы твои.
Не скажу никому я о том, что увижу в письме.
Постараюсь стереть, словно прислана в нём ерунда.
Но упрячу на дне, где-то в самой своей глубине,
Пару строк о любви те, что мне не забыть никогда…

«Еще под дверью нежного рассвета…»

Еще под дверью нежного рассвета,
Когда сливает ночь последний час,
Сквозь чуткий сон усталого поэта
Я, улыбаясь, вспоминаю Вас.
Меж двух стихий: стихии дня и ночи.
Когда плывут русалки на покой.
Когда совиный крик судьбу пророчит.
Я нежно прикасаюсь к Вам душой.
Я к Вам приду с закрытыми глазами.
Скользя над всем в прозрачном полусне:
Болотами, оврагами, лесами…
Жаль, только Вы забыли обо мне.

«Ты не читай мои стихи…»

Ты не читай мои стихи,
В них слишком все замысловато.
Среди словесной шелухи
В строках душа моя распята.
Ты не читай мои стихи,
Ведь мы с тобою не похожи.
Я от народа, от сохи,
И не волшебник, а прохожий.
Ты не читай мои стихи,
Не трудно отравиться ими.
Пересчитав мои грехи,
Ты можешь сделать их своими.
Ты не читай мои стихи,
Они написаны с тоскою.
Не хороши и неплохи,
Когда писал, то был с тобою.

«Ночь накинет темную парчу…»

Ночь накинет темную парчу.
Станет видно в комнате едва.
Я тебе на ушко прошепчу
Тихие горячие слова.
Ночь взмахнет агатовым крылом.
Поцелуи нежно расстелю,
Робко лягу рядом, а потом
Расскажу, как я тебя люблю.
Свет коснется краешка земли —
Там родится новый день опять.
А пока ты просто подремли,
А я сон твой буду охранять.

«Уже траву поземка замела…»

Уже траву поземка замела,
И тонкий лед по краю тихой речки.
Две пары фраз – две капельки тепла —
Согреют лучше крепкой русской печки.
Хоть тяжелы предзимние ветра,
И рвут одежду лапами грифона.
Приятней звона горсти серебра
Любимой голос в трубке телефона.

«На темной стороне земли…»

На темной стороне земли
Свет тени делает уступки.
В какую пропасть завели
Меня нелепые поступки.
Тебя я вспоминаю днем,
Во сне смеюсь твоим улыбкам.
Давай немного подождем,
Чтоб дать сотлеть моим ошибкам.
Совсем пусты слова без дел,
В них нет ни правды, ни покоя.
Но есть у горестей предел.
Прости. Поверь. Всегда с тобою.

«Далекий путь лежит до синих звезд…»

Далекий путь лежит до синих звезд,
А до любви еще длинней.
Не перекинуть через время мост,
И не вернуть прошедших дней.
Над нами вилась пыль одних дорог.
Мы были молоды с тобой.
Но я тебя тогда найти не смог,
А ты не встретилась со мной.
Зачем считать холодные года?
Снега к морям сбегут звеня.
Судьба дает подарки иногда —
Нашел тебя, а ты меня.
Чтоб посмотреть весной на небеса,
Пробьет подснежник хрупкий наст.
Лишь только дети верят в чудеса,
И кто любил…  Хотя бы раз.

«Рукавом сотру с синеглазых звезд…»

Рукавом сотру с синеглазых звезд
Временем накиданную пыль.
В прошлое свое перекину мост,
Там в любви еще не полный штиль.
Кто-то накурил в небе облаков,
Синий с белым перемешан цвет.
В памяти своей я нарву цветов
Девочке, которой больше нет.
Повзрослев, ушла за своей мечтой,
Растворившись в призрачном краю.
Летний дождь пройдет узкой полосой,
Я под ним немного постою.
Кожей ощутив нежность теплых струй,
Погрущу о том, что не вернуть:
Девочки одной нежный поцелуй…
Жаль, что здесь у каждого свой путь.

«Горизонта круг и солнца круг…»

Горизонта круг и солнца круг,
А вокруг глазастые ромашки…
Ветры в поле рвут букет из рук,
Проявляя дикие замашки.
Летний, свежий воздух как вино,
И без дна лазоревая фляга…
А ветрам наверно все равно,
Что о них подумает бродяга.
Жизнь прожить – не поле перейти
Поперек, от края и до края…
Рву ромашки на своем пути,
От стеблей ладонь уже сырая.
Проиграет иволга «зарю»
В перелеске, в ветках старой ивы…
Я тебе ромашки подарю,
Как-нибудь…  При встрече…  Были б живы.

«Свет бесчисленных звезд лился вниз, в темноту…»

Свет бесчисленных звезд лился вниз, в темноту,
В голосистую ночь, в легкий майский туман.
Разогнав мои сны, напугав дремоту,
Где-то пел вдалеке соловей-хулиган.
Соловей пел о том, что уже не вернуть,
Что уже поросло и забило быльём.
Нагоняя на мир полуночную жуть,
Ель стенала в лесу – видно было о чём.
Вспомнить прошлую жизнь часто нам недосуг.
Втиснут в точку одну мир, где царствует мрак.
Пара слов о любви – еле слышимый звук…
Раздвигая миры, пел пернатый чудак.

«Осенние бездомные ветра…»

Осенние бездомные ветра
Гуляют по нескошенным полям.
Бесцветный дождь опять пошел с утра.
Холодный дождь со снегом пополам.

Душа всегда раздета и боса,
Но о любви слова не обожгут.
А до тебя дороги полоса
И шестьдесят томительных минут.

Дождь плавно переходит в снегопад.
Что будет дальше – знает только Бог.
По стойке смирно фонари стоят —
Худые сторожа ночных дорог.

Скатилось к югу летнее тепло.
Умчалось, обогнав, за поворот.
Нам встретиться однажды повезло…
А может было все наоборот.

«Свернулось небо скаткою шинели…»

Свернулось небо скаткою шинели,
В набухшей ткани серая вода.
Стоят рядком вдоль у дороги ели,
Вниз лапы опустив, как от стыда.

Холодный ветер, будто из печали,
А вечный дождь, не прекращая, льет.
На листьях облетающих гадали,
Что выпадет нам, чет или нечет.

Стояли молча, слов не подбирая,
Считая золото, слетающее вниз.
И у любви не обнаружив края,
Решили повторить свой экзерсис.

Не может небо выплюнуть все тучи,
Чтоб разом обнажилась его высь.
Не можешь ты меня порой не мучить,
Хоть и пришлось на время разойтись.

«Как гранью алмазной мелькнув, день ушел в никуда…»

Как гранью алмазной мелькнув, день ушел в никуда.
Багровое солнце опять где-то в землю зарылось.
И в небе сверкнула, вдруг ставшая видной, звезда,
Крадущейся ночи сдаваясь с надеждой на милость.

Вновь млечным путем запотела прозрачная тьма.
Над крышами сны закружились, пугая снежинки.
Слеза накатилась. Не знаю, быть может, сама,
А может, от вдруг залетевшей случайно соринки.

И бился, фонтаном играя, холодный закат,
Разводом багряным за даль горизонта стекая.
Но разве узнаешь теперь, кто из нас виноват,
Что наша любовь закачалась, как будто хмельная?

Жизнь рядом со мной словно тройка шальная неслась,
Сверкая мечтами, звеня бубенцами игриво.
Слегка подразнила и даже помучила всласть,
И в волосы пылью белесой осела красиво.

Струей раскаленной кровь в жилах толчками текла.
А сердце что любит, для злобы легко уязвимо.
Зубами вгрызаясь в стальные свои удила,
Любовь, как стрела пролетела, но кажется, мимо.

«Ночь опускает темную парчу…»

Ночь опускает темную парчу.
На западе закат погас давно.
«Спокойной ночи», – тихо прошепчу
В прошедший вечер, приоткрыв окно.
Илья уже – жары теперь не жди.
Я от любви наверно занемог.
И не идут, а падают дожди,
Пытаясь успокоить пыль дорог.
Меняются оттенки темноты,
А ночь и я опять наедине.
«Спокойной ночи», – вдруг услышишь ты
И улыбнешься в беспокойном сне.

«Зашла любовь и засиделась вдруг…»

Зашла любовь и засиделась вдруг.
Никто не ожидал, что будет так.
Но как-то в дверь раздался тихий стук:
Разлука я – подруга бедолаг.

И села у камина в уголок.
И стало почему-то холодней.
И пробежал колючий ветерок
Промеж двоих сидящих там людей.

И не спешит никто скорей за дверь.
Хотя и не сложился диалог.
Грядущую судьбу семь раз отмерь,
Пока любовь не вышла за порог.

«Стрелял Амур, но как-то вскользь попал…»

Стрелял Амур, но как-то вскользь попал:
Наверно, закружилась голова.
Ищу давно, чтоб кто-то мне соврал,
Сказал, однажды, теплые слова.

Безгрешны мы почти что десять лет.
Соврать легко, жаль только, что нельзя.
От слов твоих не заживает след —
Не на земле – по сердцу колея.

Прорезано оно наискосок
Холодным взглядом, как стальным клинком.
Жаль, что соврать никто из нас не смог,
Вот так, не согрешив, мы и живем.

Для чувств больших душа порой мала,
Но все равно с надеждой ищем их.
Однажды и ко мне любовь зашла,
Но сердце не поделишь на двоих.

Бесстыжих глаз холодный пустоцвет.
Шальная ночь мне о любви врала.
На восемь бед, опять один ответ…
Стрелял Амур, но выпала стрела.

«Где мне найти хранителя любви?..»

Где мне найти хранителя любви?
Не занято, похоже, это место,
И лучше вместо глупого протеста,
Молиться и просить: «Благослови».

Хранитель душ – заоблачный эдем…
Кто знает, есть ли он на самом деле?
Забытая душа, в забытом теле —
Такой вот получается тандем.

Хранитель мыслей – призрачный эфир,
Как в серпантине весь в обрывках мнений,
И светится порой от впечатлений,
Зачем-то окружающий нас мир.

Не искупить пока свои грехи —
Без щелочки прикрыта к Богу дверца…
Хранитель чувств мое пустое сердце…
Свободное…  Я в нем храню стихи.

«На дороге большая лужа…»

На дороге большая лужа.
Тонкой коркой последний лед.
Как бы долго не длилась стужа,
А весна все равно придет.

За седьмым прилетит восьмое.
Пожелаю родным всего.
Можно выпить за женщин стоя,
Если есть поздравлять кого.

Сколько женщин, но все чужие.
Только дома старушка-мать.
Жаль, что вывелись те святые,
Что умели мужчин прощать.

Март холодный метет снегами,
Словно родственник февралю.
Пусть желанные будут с нами,
Чтоб услышать опять: «Люблю!»

«Над нами клином не сошелся белый свет…»

Над нами клином не сошелся белый свет,
И на любовь судьба не выпишет права.
Легко украсть, но трудно спрятать минарет —
Восточной мудрости запомнились слова.

Легко порвать руками паутины нить.
Легко сломать у нежной бабочки крыло.
Найти не сложно, очень трудно сохранить
Средь диких зарослей обид любви тепло.

Любовь – не мелочь, и захочешь, не подашь.
И пусть погода в мае снова холодна,
Для тех, кто любит, раем может стать шалаш.
Для тех, кто сильно любит, в декабре весна.

«Туманной дымки складки одеяла…»

Туманной дымки складки одеяла
Укрыли под собой озерный плёс.
Скажи, зачем ты ветру нашептала,
Чтобы он мне твою печаль донес?

Зачем закату о мечте сказала?
Он без того был от смущенья ал.
И хоть историй слышал он не мало,
Но от твоей закат всю ночь не спал.

Рассыпавшись зарницами над лесом,
Ворчал в ночи, как будто дальний гром.
Ты мне поверь, я слушал с интересом
И погрущу немного перед сном.

«Давно-давно забыты…»

Давно-давно забыты:
Фата, цветы, загс, гости.
Накоплено-добыто
Порядочно долгов.
Любовь, надежда, вера
Пылятся на погосте —
Заслуженная мера
Для полных дураков.

Нет золота на пальцах-
Конечно не безгрешный.
Судьба зажала в пяльцах —
Не сосчитать грехов.
Кольцо из пластилина
Слеплю себе неспешно:
Бутылки половина —
Сидеть до петухов.

Кольцо из пластилина
На палец безымянный
Застенчиво, невинно
Надену как тогда.
Да только со стаканом
Встречать рассвет румяный
Совсем не мальчуганом,
И ты не молода.

Хотя бывает сладкой,
Жизнь все же не малина.
Слепил кольцо украдкой
В жилье своем пустом.
Нагрето теплой кожей
Кольцо из пластилина.
Вернуть любовь не можем
И время не вернем.

«Укрыта диким виноградом…»

Укрыта диким виноградом
Беседка в глубине двора
Под непристойным лунным взглядом
Смущаться саду до утра.

Ночь. То ли тени, то ли волны
Скользят без звука средь стволов,
А томный взгляд Селены полной
Красноречивей всяких слов.

Мерцают звездочки-соседки,
Луна кого-то в гости ждет.
Ночь. Тень от старенькой беседки
По серебру травы ползет.

Влюбленные живут надеждой —
Их страсть легко с ума свела.
Луна со сброшенной одеждой
Насквозь прозрачна и бела.

Ночь. Лепестки цветущей вишни
На зеркале пруда как лед.
В такие ночи третий лишний…
Но Месяц в гости не придёт.

«Розовый шарф зари на горизонт надет …»

Розовый шарф зари на горизонт надет —
Холодно иногда небу в такую рань.
Розовой полосой сто миллионов лет —
Только износа нет – тонкая очень ткань.

Спящие на траве белые облака,
Высохнув поутру – завтра опять росой.
Брошенным кушаком между холмов – река
Сто миллионов лет синею полосой.

Сто миллионов лет – только не кончен счет:
То, что прошло как сон, все повторится вновь.
Будет рассвет встречать кто-то, пока живет
В жарких людских сердцах искренняя любовь.

«Вновь циклон непогоду принес…»

Вновь циклон непогоду принес.
Мир размыт. Бойкий дождь как вуаль.
А за ней силуэты берез…
Смыло временем чувства, а жаль.

Дождь идет два часа… Или три.
Мокнет куртки льняное сукно.
На поверхности луж – пузыри…
Смыло временем чувства давно.

Почему нет любви навсегда
В нашем мире не счесть теорем.
По асфальту струится вода…
Смыло временем чувства совсем.

Скрыли тучи небес синеву.
Вечереет. Не видно почти.
Дождь обмыл молодую листву…
Смыло временем чувства… Прости.

«Гляжу на незнакомую звезду…»

Гляжу на незнакомую звезду.
Ночь пролетает над уснувшим садом.
Быть может, я тебя напрасно жду.
Когда же, наконец, ты будешь рядом?
Цвет яблонь на траву сырую лег —
Конец благоухающему маю.
Мне почему-то не найти предлог,
Чтобы сказать о том, как я скучаю.
Наедине с неведомой звездой
Под ее тусклым и холодным светом…
Как хочется, чтоб ты была со мной…
Когда-нибудь, даст Бог, скажу об этом.

«Раскинул руки тополь-великан…»

Раскинул руки тополь-великан,
Поймать пытаясь в небе облака.
Я от любви с утра немного пьян —
Когда пишу, дрожит чуть-чуть рука.

Растаял страх на сердце без следа —
Немного пьян, поэтому и смел.
Неровный ритм, но это ерунда,
Ведь ты поймешь, что я сказать хотел.

Среди ветвей дуреют соловьи.
Похоже, и у них играет кровь.
Чтоб не забыть тотчас стихи свои,
Я небесам шепчу их вновь и вновь.

Уперлись в небо руки тополей,
Клубится между пальцами вода.
Любовь еще живет среди людей,
А остальное просто ерунда.

«У пламенной любви порядки строги…»

У пламенной любви порядки строги:
Она и милосердие и страсть
Без милости к стоящим на дороге:
Завоевать – вполне. Нельзя украсть.

Мы ценим тех, к кому питаем склонность,
И лишь для тех сыграть готовы туш.
В аду возможно перенаселенность
Нечаянно туда забредших душ.

Ассортимент для местного жаркого,
Приправленного страхом и мольбой —
Брусчатку из желания благого
Тропинка в рай обходит стороной.

Любить себя и никого другого —
Девиз вполне понятный и простой.
Не дам своё, и не возьму чужого,
Но трудно быть наедине с собой.

«Глядело утро в зеркало реки…»

Глядело утро в зеркало реки,
Росла заря, как будто на дрожжах,
Ворочались, вздыхая ветерки
В прибрежных светло-желтых камышах.

Туманом запотевшая вода
Еще дышала легким холодком,
Плескалась рыба где-то иногда,
Мы по песку гуляли босиком.

В лесной глуши, вдвоем наедине,
Казалось нам от счастья в двух шагах…
А может быть, все это снилось мне
Когда-то в позабытых временах?

Отдали дань годами бытию —
Не помню я, не помнишь это ты.
Мы сочиняем сами жизнь свою,
И не понять где явь, а где мечты.

«Стекали звезды с купола ручьем …»

Стекали звезды с купола ручьем —
Туманный август выдал Звездопад.
Мы говорим, бывает, ни о чем,
К тому же даже часто невпопад.

С горячих губ холодные слова,
Порою дождь, порою водопад.
Пустой беседы мелят жернова,
А звезды даже в пламени молчат.

Хвалилась телом спелая Луна,
Прилично располнев за десять дней.
Не отыскать средь звезд говоруна,
Чтоб рассказал об этом правду ей.

Туманный август выдал Звездопад —
Слились в экстазе там огонь и дым.
Но звезды и в экстазе не кричат…
И мы порою без причин молчим.

«Хотел тебе послать привет письмом…»

Хотел тебе послать привет письмом,
Но снегопад такой, что меркнет свет —
Нелетная погода за окном,
И у листка в конверте крыльев нет.

К чему теперь ухмылки и смешки?
Я у себя на третьем этаже,
А за окном не снег идет – снежки…
Я напишу – я думаю уже.

Набита мокрым снегом высота,
С лица воды не пить – известно всем —
Не разлучит нас чья-то красота,
Я напишу об этом без проблем.

Я слов любви добавлю сладкий мед,
Ведь очень важен ты в моей судьбе.
А так как мой привет никто не ждет,
На всякий случай я пишу себе.

«Не нужен бумажный листок…»

Не нужен бумажный листок,
Мольберт, краски, кисть в том числе —
Мне полупрозрачный цветок
Рисует мороз на стекле.

От звезд сверху бездна бледна —
Рисует стихия впотьмах.
И сила мороза видна
На гладких оконных полях.

Над кружевом из серебра
Склонилась январская ночь.
Жизнь словно без правил игра —
Нельзя разлюбившим помочь.

Приходит любовь на чуть-чуть,
Уходит она навсегда.
И если на иней дыхнуть —
Растает узоров вода…

«Синий купол для ветра дом …»

Синий купол для ветра дом —
Он родился и вырос в нем.
Колыбель его высока,
Там игрушками облака.

Погремушкой ему гроза,
Точным компасом звезд глаза.
Там учили его стрижи
Проходить стремглав виражи.

Чуть рябит небосвода гладь —
Ветер просто не может ждать,
Даже маленький ветерок,
Хочет скручивать пыль дорог.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.