Елена Дембицкая
Анна. Хозяйка гостиницы

Глава 1

Анна минуту сидела неподвижно, пытаясь переварить только что услышанное, а затем безудержно расхохоталась. Это был совсем не веселый, а скорее истерический смех. Нотариус, пожилой мужчина, который сидел напротив, спокойно подождал пока приступ закончиться и тогда только заговорил.

– Вы поняли все из того, что я вам только что сказал? Может быть, есть какие-то вопросы?

– Нет, все более чем понятно. Непонятно только, что мне теперь делать? – Анна вытерла платком слезы, выступившие на ее глазах.

– Для начала вы должны поставить свои подписи на этих документах, – он положил перед ней стопку бумаг и вложил в руку ручку. – А затем, в течение недели, деньги поступят на счет, который я надеюсь, вы мне укажите в этом договоре. Отчеты о расходах требуются ежемесячно. В права владения вы вступаете в ту же минуту когда поставите свою подпись. Что до того, что вам делать дальше – это уже придется решать вам самой. Только помните об условиях.

Анна, молча, подписала все необходимое и вышла из здания на улицу. От пережитого шока она не сразу сообразила, в какой части города находится. «Нужно вызвать такси» – подумала Анна, но домой не хотелось. Сейчас там она не сможет побыть в тишине, а ей просто необходимо было осознать все, что произошло в течение последнего часа. Женщина плотнее закуталась в старое пальто и пошла пешком. Была середина весны, теплый май еще не вступил в свои права, сырой промозглый ветер пробирал насквозь. Но как не странно холод прояснял мысли. А Анне было о чем подумать и что вспомнить. Сегодня ее жизнь неожиданно сделала крутой поворот. Она уже не надеялась на то, что ее тихая, размеренная, тоскливая жизнь может измениться. И вдруг такое…

Ее дядя, единственный оставшийся в живых родственник, двоюродный брат ее матери, умер и оставил ей огромный дом на берегу реки с пирсом и, кажется, с катером. Когда вчера ей позвонил нотариус, она не сразу поняла, о каком наследстве может идти речь. Женщина просто решила, что это глупая шутка и только ради любопытства согласилась на встречу.

Нет, конечно, Анна знала, что у нее есть родня, но уже давным-давно перестала считать ее таковой. Когда-то, сразу же после смерти мамы, она пыталась встретиться с так называемым родственничком. Но ее шестнадцатилетнюю, растерянную и убитую горем девушку даже на порог не пустили. На ее просьбу ответили, что господин Прохоров не знает ни о каких дальних родственниках и не собирается с ней встречаться.

Особых надежд на встречу Анна, тогда и не возлагала, но думала, что вдруг дядя поможет ей хотя бы с работой – все-таки не чужие. Хотя, Анна уже тогда знала из рассказов матери, кто такой этот господин Прохоров. Босс мафии, отец криминала, пахан, вор в законе – эти понятия, появившиеся в девяностые годы прошлого столетия, все подходили к этому человеку. Во время перестройки Прохор, под этим именем он был известен всему городу, зарабатывал миллионы на игорном бизнесе и торговле наркотиками. Об этом знали все, но криминальный авторитет так крепко сидел на своем месте, что несмотря на смену режимов оставался недосягаемым для правоохранительных органов.

Семьи у дядя никогда не было. И наивная, отчаявшаяся шестнадцатилетняя дурочка, какой была тогда Анна, подумала, что он обрадуется племяннице. Это стало первым, но далеко не единственным горьким разочарованием в ее жизни.

Отца Анна не знала, и если честно, не страдала от этого. Ее воспитывала мама – хрупкая болезненная женщина, единственным богатством которой было доброе сердце и ранимая душа. Мама Анны работала библиотекарем и жила в мире книг и иллюзий. Она была невысокой, худощавой, черты лица были простыми, но вот глаза… Анне всегда нравились мамины глаза. В них было столько доброты, теплоты и ласки, что казалось, эти чувства не помещались в ее хрупком теле и выплескивались на все вокруг.

Приходя с работы домой и попадая в жесткий, уродливый мир общежития, она все равно не замечала ничего плохого вокруг, ни бедности, ни наглости, ни грубости. Ее вера в хорошее поражала даже отъявленных негодяев. И хотя ее добротой часто пользовались в корыстных целях, она не переставала любить весь мир.

Детство Анны в материальном плане было тяжелым, но духовно богатым. Она жила в любви и нежности. Благодаря маме, девочка научилась не замечать нищеты. Она никогда не мечтала о богатой жизни, но как и любому ребенку, ей было неуютно среди более обеспеченных сверстников. Анна, как и ее мать, любила книги и музыку, жила мечтами и иллюзиями, которые быстро разбились о реальность, когда ее самого близкого и дорогого человека не стало. Мама ушла тихо, просто не проснулась однажды утром, оставив своей дочери горечь от утраты и маленькую комнатку в девять квадратных метров.

Когда отчаянная попытка девочки найти поддержку у родственников потерпела неудачу, она сама устроилась на работу. Окончив школу, поступила в училище на повара кондитера. Анна с детства любила готовить, хоть их скудный рацион не оставлял места фантазии, Но даже из простых продуктов ей удавалось приготовить шедевр. Кухня приводила ее в трепет, Ей нравилось то волшебство, которое в ней происходило. Она интуитивно чувствовала вкус и пропорции, всегда точно знала, какие специи и ингредиенты нужно добавлять в то или иное блюдо. Девушка могла из обычных продуктов приготовить вкусный завтрак или обед. Она с отличием закончила учебное заведение и в данный момент работала в заводской столовой поваром. Конечно, это было не то, о чем она мечтала, но работы в их небольшом городке было немного, и девушка была счастлива этой возможности зарабатывать на жизнь.

А мечтала Анна о другом. После многих лет стояния у плиты у нее появилось желание уйти с конвейера. В самых смелых своих мечтах она видела себя шеф поваром в небольшом ресторанчике с изысканной кухней. Анна получала истинное наслаждение, изобретая новые блюда. Даже сейчас получая небольшую зарплату, она ухитрялась раз в месяц закупать деликатесы и придумывать что-то вкусненькое и необычное. Но престижные рестораны предпочитали брать на работу молодых людей со столичными дипломами и зарубежной практикой. А в дешевые забегаловки идти работать она не видела смысла, в таких местах никто не смог бы оценить ее изысканные блюда. Мечта Анны казалась ей несбыточной.

И вот сегодня Анна, поставив подпись, получила наследство. Причем это наследство было довольно необычным. Дядя завещал ей дом, который она не могла ни продать ни подарить в течении пяти лет, а также счет в банке, средства из которого разрешалось снимать только на содержание этого самого дома. Как объяснил ей нотариус, это была последняя воля покойного. Господин Прохоров очень любил свое убежище и не хотел, чтобы оно было разрушено или пришло в упадок. Все его остальные активы были разделены между партнерами по бизнесу, который надо сказать в последнее годы стал практически легальным. Но именно дом заставил Прохора вспомнить о бедной родственнице.

Анна, задумавшись, не заметила, как оказалась на пороге своего дома. Сейчас она жила в старой странной постройке, которая когда-то была просто деревенской избой. Построенная лет восемьдесят назад она со временем претерпела множество изменений. Дом был поделен на трех хозяев, которые пристроили к своей части дополнительные площади. Здание получилось уродливым снаружи и не удобным внутри. Вот на одной из таких частей и обитала женщина. Комната, кухня, небольшая ванная и неугомонные соседи – это все, что осталось Анне от ее недолгого брака. Ей было тридцать пять лет, но, ни мужа, ни детей она не имела. Когда-то еще в двадцать Анна вышла замуж за простого и доброго парня. Они познакомились сразу, как только девушка пришла на завод, и после непродолжительного процесса ухаживания, поженились. Их брак длился пять лет и закончился аварией, в которой женщина в одно мгновение потеряла и мужа и еще не родившегося малыша.

Анна разделась, и устало опустилась на диван. Несмотря на долгую прогулку, ей так и не удалось до конца разобраться в своих чувствах и понять, как она относится к событию, грозившемуся изменить ее налаженную спокойную жизнь. За стеной раздавались привычные крики, и женщина, закрыв глаза, вздохнула. Неужели у нее теперь есть свой большой, очень большой дом и ей больше не придется засыпать под звон битой посуды и ругань соседей? Большая и не очень дружная семья занимала правое крыло дома. Их разборки, крики детей смешивались с недовольством обитателей левого крыла – пожилой пары, и превращали жизнь Анны в сплошной кошмар, от которого хотелось сбежать подальше. Неужели теперь это возможно и завтра она может съехать отсюда? Анна, разволновавшись, набрала номер Кати – единственного близкого человека в ее жизни, ее верной и преданной подруги, с которой вот уже почти двадцать лет они делили все радости и горести.

– Привет, подруга, что-то голос у тебя встревоженный, что произошло, быстро рассказывай? – услышала Анна в трубке, и на душе стало сразу легче.

– Вот это да! – воскликнула Катя, после ее сбивчивого рассказа, – такое только в романах и в кино бывает. Ты уверенна, что тебе это не приснилось?

– Уверенна, ты ведь пойдешь со мной завтра?

– Конечно, подруга, я ни за что не пропущу момент, когда серая мышка превратиться в богатую наследницу, – рассмеялась Катя.

– Ну не такая я уже и серая, – притворно обиделась Анна, – и не такая уж богатая. Я же говорю, меня вроде как приставили смотрителем за собственностью.

– Но ведь оформлена она на тебя?

– Да, только без права продажи.

– Тоже мне трагедия. Может, ты и не захочешь его продавать. Пойми, ты можешь теперь жить в хоромах, да еще не платить ни за что. Вижу, ты не до конца осознала, что упало тебе на голову. Я теперь точно должна быть рядом, чтобы ты не умудрилась натворить каких-нибудь глупостей.

Утром следующего дня они с Катериной, молча, стояли перед высокими воротами. Анна помнила, какое впечатление произвел двадцать лет назад на нее этот дом. Через высокий забор было видно только верхний этаж и крышу огромного здания, но даже это поражало воображение. Тогда, еще в детстве, девушка подумала, что один человек не может занимать столько места. А сейчас она не могла поверить, что это теперь все ее.

– Может, зайдем, – почему-то шепотом спросила подруга, у, все еще стоящей в оцепенении женщины.

– Давай – так же тихо ответила Анна и повернула ручку на калитке.

Дверь оказалась заперта и женщина в нерешительности уставилась на ворота.

– Вот звонок, – Катя быстро нажала на кнопку и отошла, словно ожидая, что из двери выскочит что-то страшное.

Через минуту калитка тихо, бесшумно отворилась, и на пороге возник мужчина лет шестидесяти, одетый в камуфляжную форму.

– Чем могу помочь, дамы? – спросил он, оглядывая с ног до головы женщин.

Анна, расстегнув сумку, достала из нее документы и, протянув их мужчине, сказала слегка дрожащим голосом.

– Кажется, этот дом теперь принадлежит мне.

– Вы Анна Владимировна? – мужчина улыбнулся счастливой улыбкой, – а мы все ждем, когда же объявиться новая хозяйка, что же вы на пороге стоите, – спохватился он, открывая шире калитку и, пропуская женщин вперед, – проходите, осмотрите свои владения. Я, если позволите, проведу вас. Да, забыл представиться, меня зовут Александр Иванович, и на данный момент я исполняю обязанности сторожа и садовника.

– Катерина – подруга протянула мужчине руку, в то время как Анна была всецело поглощена разглядыванием картины, которая открылась перед ее глазами.

Просто огромный участок весь утопал в зелени. Вдоль дорожки, по которой они шли, росли стройные ели, а у крыльца трехэтажного здания первые весенние цветы украшали просторные глиняные горшки-клумбы.

Сам дом был правильной прямоугольной формы, построенный из темного кирпича. Окна были большими и, судя по их количеству, комнат в доме было немало.

– Что ж, новая хозяйка, принимайте владения, – с этими словами Александр Иванович открыл дверь и они с Катей вошли в большой светлый холл.

– Я подожду на улице, если что зовите, – мужчина удалился, а женщины снова впали в транс от увиденной красоты и роскоши.

– Обалдеть, – прошептала Катя.

– Точно.

– Ты хочешь сказать, что твой дядя жил здесь один?

– Ну, я не могу это утверждать, но судя по завещанию, семью он так и не завел.

– Да,… Тут же заблудиться можно, – восторженно прошептала Катя, когда они принялись ходить из одной комнаты другую.

Когда Анна с подругой обошли все помещения, они постарались осмыслить увиденное. На третьем этаже было четыре просторные спальни и три ванных комнаты. На втором – еще две спальни с ванными комнатами, кабинет и библиотека. А на первом – кухня, кладовка, холл, светлая и большая столовая и еще один кабинет и санузел. Еще была боковая дверь, открыв которую, женщины обнаружили спортзал, находившийся в пристройке за домом. В этом помещении окна были от потолка до пола, из них открывался потрясающий вид на задний двор. Выйдя через вторую дверь, которая вела из спортзала на улицу, подруги оказались у бассейна с прозрачной голубой водой. За ним была небольшая полянка, со свеже подстриженным газоном, а дальше парк, состоящий из множества разных деревьев. Вдалеке, в конце участка, Анна заметила еще одно строение. Это был сравнительно небольшой домик с черепичной крышей.

Женщины, как завороженные, молча, пошли по тропинке. По дороге их догнал Александр Иванович. Анна в нерешительности остановилась.

– А в этом домике кто-то живет? – спросила она сторожа.

– Сейчас я и моя жена Клавдия Петровна, она поддерживает порядок в доме. А раньше все работники. В этом доме четыре отдельных квартиры, каждая со своим выходом. Пойдемте, я вам все покажу.

– Клавдия, встречай новую хозяйку, – прокричал Александр Иванович, и на пороге моментально возникла женщина. Это была слегка полненькая невысокая, еще не старая женщина лет пятидесяти пяти с седыми волосами, завязанными в пучок и добрыми глазами. При виде женщин она улыбнулась искренней улыбкой:

– Добро пожаловать!

Анна, поприветствовав женщину, остановилась и оглядела строение. Это и вправду был дом на четырех хозяев. Но в отличие от ее старой халупы, здесь все было современно и функционально. С каждой стороны имелось отдельное крыльцо, а внутри все было продумано до мелочей. Три из четырех квартир были однокомнатными с большой комнатой, кухней и ванной, а в четвертой комнаты были поменьше, но их было две. Как и в большом доме, мебель и техника были современными и добротными, а стиль интерьера скорее напоминал минимализм, чем старую добрую классику. Но, в тоже время, казалось, что каждая вещь находится на своем месте и не хотелось ничего добавлять или менять.

– Ты говорила, что здесь и речка есть, – спросила Катерина.

– Да слева, вон за теми деревьями, – ответил за нее Александр Иванович, – пойдемте со мной, – еще есть гараж, но он с другой стороны дома. На балансе два автомобиля.

Их небольшая процессия спустилась к реке и Анна, в который раз, замерла от восторга. Множество ив склонились к самому берегу. А на небольшом пляже блестел на солнце желтый, очевидно привезенный с моря, песок. Каменный пирс на пять метров уходил в воду, к нему были привязаны два судна – моторная лодка и небольшой катер.

– Вы бы зашли к нам погреться, а я вас чаем с булочками угощу, на улице сыро, а вы совсем продрогли, – радушно, предложила Клавдия Петровна, когда они поднимались с пляжа.

– Мы, наверное, пойдем обратно в большой дом, нам с Анной Владимировной нужно многое обсудить, – Катя явно решила взять все в свои руки, видя растерянный вид новоиспеченной хозяйки.

– Конечно, я приготовлю вам чай на кухне.

Их небольшая компания пошла по тропинке обратно в особняк. Александр Иванович ушел на свой пост, а Клавдия Петровна хлопотала на кухне. Анна с подругой сели на диван в гостиной.

– И зачем мне все это? – задумчиво проговорила Анна.

– Да… это точно, ты тут с тоски помрешь, ежедневно обхаживая пустые комнаты. Может тебе по-быстрому выскочить замуж и нарожать ребятишек. Судя по количеству спален, штук пять, не меньше.

– Кать…

– Ну, ладно, шучу. А если подумать? Тут столько спален, что ты могла бы открыть мини-отель. – Катя задумчиво потерла лоб. – А и вправду, что там говориться в завещании, продать нельзя, а использовать для дела…

– Ты серьезно? – Анна недоверчиво взглянула на подругу.

– Конечно, серьезно. Сама подумай, дом есть, средства на его содержание тоже, места вдоволь, так почему бы тебе не заняться бизнесом? А главное ты ничего не теряешь. Если дело не пойдет – продашь все через пять лет и заживешь на проценты.

– Ну, я не знаю. – Анна уже с заинтересованным блеском в глазах смотрела на Катю. – Я в бизнесе ничего не смыслю – это ты у нас финансист. А я разве что могу накормить вкусно.

– Ну и корми, только за деньги и своих постояльцев.

– Хорошо, а ты тогда будешь руководить всем остальным, – улыбнулась Аня.

– Я?

– Ты, ты не отвертишься, ведь идея твоя, тебе ее и воплощать.

– Но я не могу – Катя, казалось, испугалась решительности подруги, – а Петька, а работа?

– Работа в твоей бухгалтерии тебе до чертиков надоела, сама говорила. Так что бери сына и переезжайте из своей общаги сюда – комнат на всех хватит.

– Э нет, комнаты мы переоборудуем под номера, – глаза женщины уже горели огнем от захватившего ее энтузиазма. – Смотри, я уже все продумала. На третьем один двухкомнатный с ванной и два однокомнатных. На втором если убрать кабинет, будет тоже четыре номера, только с одной ванной на двоих. Вот выходит семь номеров. А кабинет внизу можешь занимать ты, чтобы все контролировать как хозяйка.

– Вот видишь, я же чувствую, что ты уже загорелась. – улыбнулась Анна, – Только где же вы будете жить?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.