Рами Юдовин
Библейские исследования. Бытие

Вступление

Каждая из книг Пятикнижия, или Торы (Учения), имеет своё название.  По Септуагинте: «Бытие», «Исход», «Левит», «Числа», «Второзаконие». Согласно масоретской (ивритской) традиции:  «В начале», «Имена», «И воззвал», «В пустыне», «Слова». Традиция Септуагинты даёт названия согласно сюжету книги, или её особенностям. Масоретская традиция – по начальным словам текста каждой книги.

Вероятно, Пятикнижие было написано гораздо позднее времени жизни Моисея.  Об этом свидетельствует само Писание: В этой земле тогда жили хананеи» (Быт. 12:6),т. е. автор Торы рассказывает о хананеях как о предмете былого, прошлого. Во времена Моисея хананеи владели территорией, ставшей впоследствии землей Израиля:

«Хананеи и все жители земли услышат и окружат нас и истребят имя наше с земли» (Иис. Нав. 7:9).

«И вошли сыновья их, и овладели землею. И Ты покорил им жителей земли, Хананеев, и отдал их в руки их, и царей их, и народы земли, чтобы они поступали с ними по своей воле. И заняли они укрепленные города и тучную землю, и взяли во владение домы, наполненные всяким добром, водоемы, высеченные из камня, виноградные и масличные сады и множество дерев с плодами для пищи» (Нем. 9:24-25).

«Вот цари, царствовавшие в земле Эдома, прежде царствования царей у сынов Израиля» (Быт. 36:31).

В этом предложении упоминается эпоха царей Израиля, которая была позднее Исхода на несколько сотен лет.

«Не было более у Израиля пророка такого как Моисей, которого Господь знал лицом к лицу» (Втор. 34:10).

Для подобного утверждения требуется длительное время, чтобы сравнить с Моисеем последующих за ним пророков и дать столь высокую оценку его деятельности.

Несмотря на приведенные выше доводы о позднем происхождении Учения, я все же считаю, что некоторые законы Торы даны именно во время периода кочевой жизни и носят отпечаток древнейшего предания. Об этом свидетельствует описание лагерных стоянок и правил поведения, пригодных только в специфической местности, в частности в пустыне. Составитель Пятикнижия ссылается на авторитетные источники и даже цитирует их, а именно: «Книга войн Господних», «Книга Завета» и «Книга Праведного». Эти тексты, к сожалению не дошедшие до нас, являются древнейшими эпическими записями, восходящими к Законодателю (Моисею).

«Поэтому и сказано в Книге войн Господних» (Числ. 21:14).

«И взял Книгу Завета и прочитал вслух народу» (Исх. 24:7).

«Не это ли написано в Книге Праведного: стояло солнце среди неба и не спешило к западу целый день» (Ис. Нав. 10:13).

Замечательный философ средневековья Барух Спиноза считал, что Священное Писание следует понимать из самого Писания:

«Мы ведь и рассуждениями, и примерами показали, что смысл Писания устанавливается только из самого Писания и из него только должен заимствоваться, даже когда говорится о вещах, познаваемых при помощи естественного света» (Богословско-политический трактат).

Иудейские богословы полагали, что следует объяснять смысл Писания из существующей традиции, передаваемой из поколения в поколение носителями этой традиции.

Однако исторически сложились разные методы толкования Библии. Например, аллегорический метод толкования, примененный Филоном Александрийским и использованный Оригеном, был известен еще в Иудее  (I в. до н.э.). Он применялся в так называемых «пешарим» (толкованиях), найденных в большом количестве в кумранских пещерах.

Сравнительный метод толкования широко применяется современными богословами: сравнивая одни места из Библии с другими, они тем самым подтверждают (или опровергают) их.

В своих исследованиях я пытаюсь использовать историко-критический метод, включающий текстуальную и литературную критику, библейскую археологию, историю.

Не будем спорить, какой из методов толкования более правилен. Определённое время ставит перед человеком свои задачи, которые ему приходится решать, используя не только выводы прежних исследователей, но и опираясь на собственный опыт, полученный в результате размышлений над священными текстами.

Не пытаюсь убедить читателя в том, что Библия несёт в себе отголоски древних мифов или заимствований из священной литературы древнего Востока, как это может показаться на первый взгляд. Но все же для нас важно понять, разобраться – происходило ли влияние окружающих народов на законы и традицию иудейского народа или законы Торы уникальны.

Духовная эволюция происходила не только у одного народа Израиля, среди других народов появлялись носители просвещения – люди духа, которые старались понять законы метафизики, пусть даже в примитивной форме, поэтому речь не всегда идёт о заимствованиях, а скорее о параллельных путях познания истины.

Попытка каждого человека заглянуть в духовный мир Слова заслуживает уважения. Нельзя утверждать, что существует только путь снизу вверх, от человека к Богу, но возможно и сверху вниз, от Бога к человеку. И уже не важно, каким образом Бог разговаривает с людьми – через разум, озарение, откровение, или посредством человеческой души, в которой находится Знание, не позволяющее потеряться во тьме духовного невежества.

Сотворение человека

Сотворение человека согласно Библии, произошло в последний, шестой день творения мироздания. Причина сотворения человека и остальных творений не объясняется, кроме слов – «это хорошо», в которых возможно и скрыта разгадка самого факта творения.

Прежде чем сделать человека, Господь сотворил небо и землю: «В начале сотворил Бог небо и землю» (Быт.1:1).

Книга Бытие приводит последовательность творения – небо и земля, разделение между небом и землёй, сушей и морями. Земле было приказано производить зелень, траву, деревья. Сотворены два светила, кстати, автор этого текста похоже намерено избегает называть светила «Солнце» (Шемеш) или «Яреах» (Луна) в честь ханаанских божеств, и называет солнце и луну просто большим и малым светильниками:

«И да будут они светильниками на тверди небесной, чтобы светить на землю» (Быт. 1:15).

На пятый день по воле Бога вода производит пресмыкающихся, птиц и животных. А на шестой день Господь по образу Своему и подобию делает  человека – мужчину и женщину:

«И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их» (Бытие 1:27).

Вторая глава книги Бытия, вероятно, опирается на другую версию истории о Сотворении. В ней говорится о первоначальном сотворении только мужчины – Адама:

И создал Господь Бог человека из праха земного, и вдунул в лице его дыхание жизни, и стал человек душею живою (Быт. 2:7).

И уже впоследствии видя, что животные не подходят человеку, сделал существо близкое к нему, скажем по структуре ДНК, так как взял часть тела от самого Адама.

Господь Бог образовал из земли всех животных полевых и всех птиц небесных, и привел к человеку, чтобы видеть, как он назовет их, и чтобы, как наречет человек всякую душу живую, так и было имя ей.

И нарек человек имена всем скотам и птицам небесным и всем зверям полевым; но для человека не нашлось помощника, подобного ему.

И навел Господь Бог на человека крепкий сон; и, когда он уснул, взял одно из ребр его, и закрыл то место плотию.

И создал Господь Бог из ребра, взятого у человека, жену, и привел ее к человеку. И сказал человек: вот, это кость от костей моих и плоть от плоти моей; она будет называться женою, ибо взята от мужа (Быт. 2:18-23).

Сотворив первых людей, Господь заповедал им плодиться, размножаться, заполнять землю и владычествовать над животными. Функция человека сводилась не только к размножению, требовалось освоить землю и подчинить её (об этом свидетельствует глагол «реду» רְדוּ в повелительном наклонении в двух смыслах этого слова) и живущих на ней.

И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими и над зверями, и над птицами небесными, и над всяким скотом, и над всею землею, и над всяким животным, пресмыкающимся по земле. (Быт. 1:28).

Однако не позволялось убивать животных ради пищи не только людям, но и самим животным:

И сказал Бог: вот, Я дал вам всякую траву, сеющую семя, какая есть на всей земле, и всякое дерево, у которого плод древесный, сеющий семя; – вам сие будет в пищу; а всем зверям земным, и всем птицам небесным, и всякому гаду, пресмыкающемуся по земле, в котором душа живая, дал Я всю зелень травную в пищу. И стало так (Быт. 1:29-30).

Если, библейская причина сотворения мира, включая человека – «это хорошо», т.е. Господь благ и творит благое, таким образом, Он проявляет свойства Своего характера, то древние шумерские, ассирийские сказания повествуют о других причинах, весьма прозаических…

Давайте рассмотрим шумерско-вавилонскую поэму: «Когда боги, подобно людям…» (Перевод В. К. Афанасьевой).

Боги (вероятно, низшего звена), тяжко трудились более двух с половиной тысяч лет.

Начали боги выкапывать реки,

Жизнь страны, каналы, прорыли.

Игиги стали выкапывать реки,

Жизнь страны, каналы прорыли.

Реку Тигр они прокопали,

Реку Евфрат прокопали также.

Они трудились в водных глубинах.

Боги-трудяги, устроили возмущение и потребовали облегчить тяготы работы, грозясь переизбрать верховного правителя, советника высших богов-творцов Энлиля:

Они кричали, наполняясь злобой,

Они шумели в своих котлованах:

“Хотим управляющего увидеть!

Пусть он отменит труд наш тяжелый!

Он, советник богов, воитель!

Пойдем, разыщем его жилище!

Энлиль, советник богов, воитель!

Ныне ему объявляем войну!

Сражение да столкнется с битвой!

Боги вняли его речам.

Они спалили свои орудья,

Они сожгли свои лопаты,

Предали пламени свои корзины.

За руки взявшись, они пошли

К святым вратам воителя Энлиля!.

Энлиль, услышав о возмущении, так как Игиги или Ануннаки окружили его храм, призвал своего советника Нуску, который предложил обратиться за помощью к высшим богам:

Почему ты сынов своих боишься?

Позови, и пусть опустится Ану,

Энки предстанет перед тобою”.

Он послал, и Ану к нему спустился.

Энки предстал пред его очи.

Воссел Ану, владыка неба,

Внимал Энки, владыка Апсу.

Верховные боги предлагают прежде чем подавить бунт игигов, посылают Нуску, узнать о причинах возмущения.

Нуску пытается выявить подстрекателей, но бунтовщики заявляют, что нет зачинщиков, «все, как один войну объявили».

Так говорит воителю Энлилю:

“Отчего Игиги

Врата окружили,

Нуску пошли узнать и разведать;

Приказ отдай своему посланцу,

Чтоб сыны твои открыли причину!”

Энлиль уста свои открыл,

Говорит своему советнику Нуску:

“Нуску, отвори ворота!

Вооружись, предстань предо мною!

Перед собранием всех богов

Склонись, поднимись, передай наше слово;

“Меня послал отец ваш Ану,

Ваш советпик, воитель Энлиль,

Ваш управляющий Нинурта

И надсмотрщик ваш Эннуги!

Кто подстрекатель этой битвы?

Кто зачинщик этого боя?

Кто из вас призывал к нападенью?

Кто столкнул сраженье и битву?

В собрании всех великих богов

Так сказал я, ответ принесу Энлилю.

Все, как один, войну объявили!

Энлиль требует от верховных богов наказать бунтовщиков:

Энлиль его посланью внемлет,

Так говорит он воину Ану:

“Благородный, там, у себя на небе,

Закон укрепи, покажи свою силу!

Когда Ануннаки пред тобою воссядут,

Вызови бога, предай его смерти!

Однако Ану не спешит применять силу, он предлагает создать существ, которые бы заменили ануннаков на тяжелых работах, на которых можно было возложить «бремя богов»:

Ану уста свои раскрыл,

Так говорит богам, своим братьям:

“За что мы к ним питаем злобу?

Их труд тяжел, велики невзгоды.

Каждый день они носят корзины,

Горьки их плачи, их стенанья мы слышим,

Да создаст праматерь род человеков,

Бремя богов на него возложим.

Боги поддержали совет Ану, призвали Белет-или или Мами, которой были известны секреты сотворения. Она же узнав о задании, потребовала глины и крови одного из богов, так как для создания нового вида, нужна была божественная кровь, чтобы «Воистину божье и человечье соединилось». Новое создание должно было быть разумным.

Кликнули богиню, позвали

Повитуху богов, мудрейшую Мами.

«О праматерь, творец человека!

Сотвори человека, да несет он бремя!

Да примет труды, что Энлиль назначил!

Корзины богов – носить человеку!»

Нинту уста свои раскрыла,

Так говорит богам великим:

«Я не могу сотворить в одиночку,

Только с Энки исполню работу,

Ибо только он освящает,

Пусть глины мне даст, и я исполню!»

Энки раскрыл свои уста,

Так говорит богам великим:

«В первый же месяц, в день седьмой

и пятнадцатый,

Я совершу обряд очищенья.

Один из богов да будет повергнут,

Да очистятся боги, в кровь окунувшись.

Из его плоти, на его крови

Да намешает Нинту глины!

Воистину божье и человечье соединятся,

Смешавшись в глине!

Чтоб вечно мы слышали стуки сердца,

Да живет разум во плоти бога,

Да знает живущий знак своей жизни,

Не забывал бы, что имеет разум!”

“Да!” – ответствовало собранье…

Богини приготовили глину, Мами, которая получила от бога Эйа заклинания, произнесла их, отломила четырнадцать кусков глины, разделила их на две части, справа семь и слева семь и сотворила семерых мужчин и семь женщин, которые в дальнейшем сами должны производить потомство.

Ануннаки, восславили богиню, которая произвела существ, на которых можно было возложить тяжкие труды: «Владычицу божью, премудрую Мами да славят!»

Итак, мы видим существенную разницу между библейской версией причин создания человека и шумеро-вавилонской. В одной и другой, говорится о соединении божественного и земного, но цели, поставленные богами согласно шумерскому повествованию, отличаются от задач, возложенных на человека Богом Израиля. Согласно книге Бытие, человек сотворён, чтобы быть владыкой на земле «и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над всяким животным…», а не для того, чтобы «носить корзины богов». И только лишь за непослушание, человек был изгнан из рая и стал трудиться в поте лица, добывая себе пропитание: «в поте лица твоего будешь есть хлеб, доколе не возвратишься в землю» (Бытие 3:19).

Библейский рай

Слово «рай» на древнееврейском звучит «ган-эден» – сад неги (место, в котором приятно проводить время), или сад в Эдене (название местности). В Бытии 2:15 говорится о задаче, поставленной перед человеком, – возделывать и хранить этот сад. В Эдемском саду была главная река Эден (Эдем), из которой вытекали еще четыре реки (Быт. 2:10), было множество деревьев и херувим с пламенным мечом, охраняющий дерево жизни (Быт. 3:1, 3:24).

Описание Эдемского сада напоминает храмовую роспись времен царства Мари. На росписи изображены деревья и херувимы, охраняющие это место. Из кувшинов, которые держат двое существ (боги?), исходят четыре струи и растут деревья (деревья жизни?). В центре изображена богиня Астарта, поставившая ногу на льва, в руке у неё серповидный меч. Возможно, перед богиней предстоит первый человек, который показан в виде царственной особы, живущей среди богов. Также вероятно на фреске изображён марийский царь по имени Зимри-Лим.

Храмовая роспись дворца Мари (Сирия, XVIII в. до н. э. Лувр)

В 1932 году в Теп-Гав-ре, около Ниневии, был найден каменный перстень, датируемый приблизительно 3500 г. до н. э. На нём изображена картина изгнания из рая: идущие мужчина и женщина, нагие, в согнутом виде, как бы убитые горем, а за ними в некотором отдалении следует змей.

Оттиск, найденный среди древних вавилонских табличек и хранящийся в Британском музее под названием «Печать искушения», определенно имеет отношение к рассказу об Эдемском саде. В центре печати изображено дерево с семью ветвями, с правой стороны от него – мужчина, а с левой – женщина (сорвавшая плод?). И змей, что-то нашептывающий (?) ей.

Цилиндрическая месопотамская печать «Искушение» (2600 г. до н.э. Барельеф стены дворца Ашурбанипала. Британский музей. Лондон)

Мы не можем однозначно утверждать, что библейское повествование о событиях, произошедших в райском саду, имеет заимствование из мифологии других народов. Вполне возможно, существовало единое общее предание, одна традиция во всём ближневосточном регионе.

Дерево жизни

«И не взял также от дерева жизни, и не вкусил, и не стал жить вечно» (Быт. 3:22).

В египетских текстах Древо Жизни описывается как высокий сикомор, на котором сидят боги и едят плоды дерева, чтобы достичь вечной жизни. В литературе Месопотамии упоминается «трава жизни», дающая силы и продлевающая жизнь животным и людям. В шумерском мифе «Сошествие Инаны в преисподнюю» рассказывается, как посланцы Энки, бога мудрости и магии, сумели воскресить Инану посредством "растения жизни" (u-nam-ti-la) и «воды жизни» (a-nam-ti-la).

В аккадской литературе мы сталкиваемся с «хлебом жизни» (me balati) и "растением жизни" (akl balati), это пища, которой питались боги, чтобы оставаться бессмертными.

В эпосе о Гильгамеше повествуется о цветке жизни, возвращающем молодость:

«Гильгамеш ему вещает, корабельщику Уршанаби:

Уршанаби, цветок тот – цветок знаменитый,

Ибо им человек достигает жизни.

Принесу его я в Урук огражденный,

Накормлю народ мой, цветок испытаю:

Если старый от него человек молодеет,

Я поем от него – возвратится моя юность».

Итак, легенды народов, как и Бытие, рассказывают нам о пище, вкушая которую можно достичь бессмертия.

Предания разных народов о потопе

История о потопе имеет отражение в сказаниях разных народов не только Ближнего Востока, но и Армении, Индии, Китая и даже Австралии и Аляски.

Наиболее известное и подробное сказание о потопе встречаем в предании древних евреев:

«Сделай себе ковчег из дерева гофер; отделения сделай в ковчеге и осмоли его смолою внутри и снаружи. И сделай его так: длина ковчега триста локтей; ширина его пятьдесят локтей, а высота его тридцать локтей. И сделай отверстие в ковчеге, и в локоть сведи его вверху, и дверь в ковчег сделай с боку его; устрой в нем нижнее, второе и третье (жилье) …» (Быт. 6:14-16).

«И сказал Господь Ною: войди ты и все семейство твое в ковчег, ибо тебя увидел Я праведным предо Мною в роде сем; И всякого скота чистого возьми по семи, мужеского пола и женского, а из скота нечистого по два, мужеского пола и женского; Также и из птиц небесных по семи, мужеского пола и женского, чтобы сохранить племя для всей земли, Ибо чрез семь дней Я буду изливать дождь на землю сорок дней и сорок ночей; и истреблю все существующее, что Я создал, с лица земли» (Быт. 7:1-4).

«Вода же постепенно возвращалась с земли, и стала убывать вода по окончании ста пятидесяти дней. И остановился ковчег в седьмом месяце, в семнадцатый день месяца, на горах Араратских. Вода постоянно убывала до десятого месяца; в первый день десятого месяца показались верхи гор. По прошествии сорока дней Ной открыл сделанное им окно ковчега и выпустил ворона, который, вылетев, отлетал и прилетал, пока осушилась земля от воды. Потом выпустил от себя голубя, чтобы видеть, сошла ли вода с лица земли, но голубь не нашел места покоя для ног своих и возвратился к нему в ковчег, ибо вода была еще на поверхности всей земли; и он простер руку свою, и взял его, и принял к себе в ковчег.

И помедлил еще семь дней других и опять выпустил голубя из ковчега. Голубь возвратился к нему в вечернее время, и вот, свежий масличный лист во рту у него, и Ной узнал, что вода сошла с земли» (Быт. 8:3-11).

«И устроил Ной жертвенник Господу; и взял из всякого скота чистого и из всех птиц чистых и принес во всесожжение на жертвеннике» (Быт. 8:20).

Знаменитый аккадский эпос о Гильгамеше «О всё видавшем» (XVIII-XVII вв. до н. э.) очень похож на библейскую историю. Как в одной, так и в другой совпадает порядок действий: вначале указывается размер ковчега, его отсеки, осмоление, введение в ковчег разных животных и всей семьи. После того как вода покрыла всю землю, герой аккадского эпоса Утнапишти, как и библейский Ной, выпускал голубя и ворона, чтобы птицы нашли покой для своих ног, а выйдя на сушу, он также принёс жертву Богу.

Гильгамеш, царь Урука (Лувр)

«В пятеро суток заложил я кузов;

Треть десятины площадь,

борт сто двадцать локтей высотою

По сто двадцать локтей края его верха.

Заложил я обводы, чертёж начертил я:

Шесть в корабле положил я палуб,

На семь частей его разделивши ими,

Его дно разделил на девять отсеков.

Забил в него колки водяные,

Выбрал я руль, уложил снаряженье.

Три меры кира в печи я расплавил;

Три меры смолы туда налил я.

Нагрузил его всем, что я имел живой твари,

Поднял я на корабль всю семью и род мой,

Скот степной и зверей, всех мастеров поднял я.

Едва появилось сияние утра,

С основания небес встала чёрная туча.

Адду гремит в её середине.

Из-за Адду цепенеет небо,

Что было светлым – во тьму обратилось.

Ходит ветер шесть дней, семь ночей,

При наступлении дня седьмого

Буря с потопом войну прекратили,

Те, что сражались подобно войску.

Успокоилось море, утих ураган – потоп прекратился.

При наступлении дня седьмого

Вынес голубя и отпустил я; —

Места не нашёл, прилетел обратно.

Вынес ласточку и отпустил я;

Отправившись, ласточка назад вернулась:

Места не нашла, прилетела обратно.

Ворона вынес и отпустил я;

Ворон же, отправившись, спад воды увидел,

Не вернулся; каркает, ест и гадит.

Я вышел, на четыре стороны принёс я жертву».

В вавилонской поэме «Когда боги, подобно людям» (XVII в. до н. э.) также рассказывается о потопе:

«Разрушь свой дом, корабль выстрой!

Презри богатство, спасай душу!

Корабль, который ты построишь,

Шириною длине да будет равен!

Назови его именем «Спасающий жизни»!

Покрой его крышей, подобно Апсу!

Так, чтобы солнце внутрь не проникло.

Да будет зарыт и сверху и снизу!

Его снаряженье должно быть прочным.

Пусть густая смола укрепит его крепость».

Древнегреческий историк Лукиан (около 120 – 180 гг. н. э.) так повествует о потопе:

«До потопа люди были крайне нечестивы и не повиновались законам, не соблюдали никакой клятвы, не оказывали гостеприимства чужестранцам, не внимали просьбам своих ближних. Отверзлись источники бездны, дождь хлынул потоками, вздулись все реки, море разлилось по земле, и везде была вода, ничего кроме воды; все люди погибли. Девкалион был единственным человеком, который, благодаря своему разуму и благочестию остался в живых и явился звеном, связывающим первую породу людей с последующей… У него был большой ковчег, и он вошёл туда со своими жёнами и детьми; вслед за тем к нему пришли свиньи и лошади, и львы, и змеи, и всякие другие животные, все попарно… и все они вместе плыли в одном ковчеге всё время, пока продолжался потоп на земле».

Аполлодор Афинский (II в. до н.э.) рассказывает:

«Девкалион был сыном Прометея. Он царствовал в стране Фтия (в Фессалии) и был женат на Пирре, дочери Эпимитея и Пандоры, первой женщины, сотвореннойбогами. Когда Зевс решил истребить людей бронзового века, то Девкалион по совету Прометея построил ящик или ковчег и, сложив туда всякие запасы, вошел в ковчег вместе со своей женой. Зевс пролил с неба на землю большой дождь, который затопилбольшую часть Греции, так что все люди погибли, за исключениемнемногих, столпившихся на ближайших высоких горах. Тогда разделились горы в Фессалии, и вся земля по ту сторону Истма и Пелопоннеса была залита водой. НоДевкалион в своем ковчеге плыл по морю девять Дней и девять ночей; наконец,пристав к Парнасу, он высадился здесь после прекращения ливня и принес жертвуЗевсу, богу спасения. И Зевс послал к нему Гермеса с предложением исполнить любое желание Девкалиона. Девкалион пожелал, чтобы появились люди на земле.Тогда по приказанию Зевса он стал собирать камни и бросать их через свою голову. Камни, которые бросал Девкалион, превратились в мужчин, а камни, которыебросала Пирра, превратились в женщин. Вот почему люди по-гречески называютсяlaoi – от слова laas – камень».

Существует сказание о великом потопе даже на островах Малайского архипелага. Например, когда земля стала старой и грязной, создатель, которого батаки (народ Суматры) называют Дебата, наслал великий потоп, чтобы истребить все живые существа. Последняя человеческая чета нашла себе убежище на вершине высочайшей горы, и воды потопа уже доходили ей до колен, когда «господин всего сущего» раскаялся в своем намерении положить конец человеческому роду. Тогда он взял ком земли, обмял его, привязал к нему нитку и бросил его на поднимающуюся воду, а человеческая пара вступила на него и таким образом спаслась. Когда ее потомство размножилось, то ком земли разросся и превратился в ту самую землю, на которой мы ныне живем.

Итак, библейская и небиблейские истории, несмотря на схожесть описания некоторых деталей, имеют гораздо больше различий, чем совпадений. Однако они объединены общей тематикой, общечеловеческим преданием о катастрофе, или одним источником информации.

Вавилонская башня

«Построим себе город и башню, высотой до небес» (Быт. 11:4).

«И рассеял их Господь оттуда по всей земле; и они перестали строить город. Посему дано ему имя: Вавилон, ибо там смешал Господь язык всей земли, и оттуда рассеял их Господь по всей земле» (Быт. 11:8-9).

В вавилонской поэме «Энума Элиш» рассказывается о постройке башни:

«Врата бога постройте, как вы возжелали!

Кирпичи заложите, создайте кумирню!

Лопатами замахали Ануннаки.

В первый год кирпичи для храма лепили.

По наступленье второго года

Глава Эсагилы, подобье Апсу, воздвигли.

При Апсу построили зиккурат высокий.

Ану, Энлилю и Эйе, как и в Апсу, поставили там жилища.

Вот Вавилон – "Врата божьи" – жильё ваше ныне!

Радуйтесь в нём, веселитесь, ликуйте!»

В каждом священном городе Месопотамии строили широкие и высокие башни, состоящие из ступеней (ziqquratu),  т.е. высокие  здания, на которых   возводили  центральный храм. Эти здания служили для вавилонян предметом гордости. Навуходоносор I в 12 в. до н. э. начал постройку башни на месте древнего святилища и назвал её a-temen-an-ki, что означает "дом основания неба и земли". Эта огромная башня была самой важной из всех зданий Месопотамии, но постройка была внезапно прекращена и окончена только спустя 600 лет Навуходоносором II.

Греческий историк Геродот, живший в середине 5 в. до н. э., описывает эту башню так:

«В середине этого храмового священного, участка воздвигнута громадная башня, длиной и шириной в стадию. На этой башне стоит вторая, а на ней – ещё башня, восемь башен – одна на другой. Наружная лестница ведёт наверх вокруг всех этих башен. На середине лестнице находятся скамьи, должно быть, для отдыха. На последней башне воздвигнут большой храм. В этом храме стоит большое, роскошно убранное ложе и рядом с ним золотой стол. Никакого изображения божества, однако, нет».

Песнь Ламеха

«И сказал Ламэх (Лемех) жёнам своим: Ада и Цилла, послушайте голоса моего, жёны Ламэха! Вслушивайтесь в речь мою: мужа убил я за рану мне, и мальчика за побои мне. Если Каин будет отмщён всемеро, то Ламэх – семьдесят раз всемеро» (Быт. 4:23).

Значение имени Ламех интерпретируют по-разному.  Возможно, оно происходит от арабского lamaka– «месить тесто», некоторые объясняют слово למך (лемех) – «притеснение» (E. König, PRE, ХVIII, 244), другие «воин» или «победитель» (Budde, см. l. с.).

Знаменитый иудейский толкователь Раши приводит следующую легенду: потерявшего зрение Ламеха водил его малолетний сын Тувал-Каин; и однажды мальчик увидел нечто, показавшееся ему зверем; по приказу отца выстрелил из лука и попал в Каина.  Ламех в отчаянии всплеснул руками, но по неосторожности убил своего сына. Тогда его жены оставили его, и он пытался умилостивить их своей песнью.

А вот согласно Мидрашу (Beresch. r., XXIII, 5),  Ламех никого не убил, но его жены отказались от совместной с ним жизни, так как были уверены, что его потомство, являющееся седьмым поколением от Каина, обречено на гибель («ибо через семь поколений отмстится Каину», как толкует агада книгу Быт. 4, 15).  Ламех рассеял их страх, сказав: «разве я убил человека или дитя, что мое потомство должно погибнуть? Если Каин должен искупить свое преступление после семи поколений, то я, который никого не убил, должен искупить свои грехи после семидесяти семи поколений!» Эта интерпретация принята Онкелосом и Иосифом Флавием:

«Ламех же, став отцом дочери по имени Ноема и понимая хорошо и точно требования религии, был того мнения, что ему самому придется поплатиться за братоубийство Каина. Это он сообщил своим женам» (Иуд.  др. Кн.1, гл. 2:2).

На мой скромный взгляд, дело обстоит несколько иначе. Песнь Ламэха – одно из древнейших произведений Библии, и вероятно до нас дошёл лишь отрывок, ибо не вполне ясно, к какому событию относится столь громкое заявление Ламэха. Этот стих напоминает хвалебные песни древних кочевников.

Известна древняя арабская песнь кочевников, в которой основной мотив – кровная месть, т.е. одна из обязанностей, от которой зависит репутация мужчины. Честь убитого требует возмездия. Нередко, как и говорится в песне Ламэха, убивали десятерых за одного, прославляя собственный «героизм».

В арабской песне герою пели женщины:

«Мститель за кровь вернулся к племени своему – женщины выходят навстречу ему с танцами и песнями». Сравните: «…при возвращении Давида с победы над филистимлянином, то женщины из всех городов израильских выходили навстречу Саулу царю с пением и плясками» (1 Цар. 18:6-7).

Согласно древнему восточному обычаю мести, было разрешено убивать мальчика из детей кровных врагов только при достижении им возраста ношения оружия. Возможно, этот обычай проясняет непонятные, на первый взгляд, слова Ламэха об убийстве мужчины и мальчика: «мужа убил за рану мне, и мальчика за побои мне».

Гордое бахвальство выражается в том, что отмщение за Ламэха суровее, чем за предка его Каина. Подобного рода восхваление содержится и в словах Ровоама:

«Мой мизинец толще чресл моего отца, если отец мой тяготил вас тяжким игом, то я прибавлю к игу вашему: отец мой наказывал вас бичами, а я буду наказывать вас скорпионами

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.