Дмитрий Север
Свадьба в Бурдеях

Глава 1

Июльское утро в небольшом райцентре выдалось на славу. По небу проплывали безобидные тучки, и птицы весело щебетали, предвещая прекрасный день. По пыльной улице, с обеих сторон окруженной невзрачными строениями, торопливо шел молодой мужчина, лет тридцати пяти. В одной руке у него был черный пакет Босс, а в другой он сжимал потрепанный кожаный портфель.

Подойдя к синему одноэтажному зданию, с выгоревшей на солнце вывеской «Кафе – Три Кардинала», он решительно дернул за ручку и вошел внутрь. В прокуренном зале было пусто и, сделав пару шагов, он закричал:

– Эй! Есть тут кто живой?!

За стойкой бара послышался шум отодвигаемых стульев, и оттуда выглянула девичья, взлохмаченная голова.

– У нас закрыто… – сонно промямлило юное создание, и тут же зевнуло, показывая чудесные зубки.

– Я, Олег. А ты что – новенькая?… – Его взгляд за очками в золотой оправе впился в соню. – Жора тебе ничего не говорил обо мне?

– А-а! Так это вы – Профессор? – Широко раскрыв глаза, с интересом посмотрела на него девушка и махнула рукой в сторону выхода. – Ваш столик вон там, в углу.

– Сам знаю, – огрызнулся обладатель очков и положил на стойку портфель с пакетом.

Затем подозрительно взглянул на новую сотрудницу, забрал обратно портфель и вынес из маленького коридорчика железную рекламу «Куплю дорого!». Дальше шло перечисление целой кучи вещей, которые хотел бы заполучить «задорого» Профессор: иконы, патефоны, и прочая старая рухлядь. Список был внушительный и длинный. Он вынес железный щит на улицу и поставил его возле входа. Отойдя на пару метров, Олег немного полюбовался своим детищем, которое намазюкал у себя в сарае – перекрестил железяку и вернулся в кафе.

Юное создание уже вышло из своей импровизированной спальни и с усердием принялось вытирать рабочий столик Профессора.

«А ножки-то у нее славненькие!», – подметил Олег, усаживаясь на пластиковый стул.

– Звать тебя как, красавица?

– Анюта я, – мило улыбнулась девушка, не выпуская тряпку из рук.

– Кофейку мне принеси, пожалуйста… Натурального!

– Ага, щас… Бегу, и падаю, – девчонка сделала «коровьи глазки» и, повернувшись спиной, начала протирать соседний столик.

Но, Олег не замечал хамства. У него отвисла челюсть, шея вытянулась вниз, отчего дорогие очки чуть не упали на стол. «Какой же хороший сотрудник… Можно даже сказать – прекрасный сотрудник!», – он опускал голову все ниже, а Анюта все интенсивнее протирала стол.

Конец профессорской страсти положил колокольчик, противно звякнувший над дверью.

– Друг! Где афиша твоя?! – в дверях возник хозяин кафе, Жора.

– Могу тебе вторую пару очков арендовать, и заметь – совсем недорого, – с недовольством оторвав свой хищный взор от магнита в коротенькой юбочке, произнес Олег.

– Ну как работа Нюся, нравится? – спросил Жора, с одобрением разглядывая очаровательно – взлохмаченную барменшу.

– Здравствуйте, Георгий Абрамович. Конечно! Все не в поле цапкой махать…

– Адамович!.. Запомни! Я – А-да-мо-вич, – Жора присел за «профессорский» столик. – Кофейку нам приготовь, Нюся.

– Лечу!.. Абрамович, – упрямо произнесла Анюта и, размахивая тряпкой на ходу, удалилась в сторону стойки бара.

– И такой как я тебя вчера учил! – крикнул ей вдогонку Георгий. – Горячий и без сахара!

– И где ты это чудо откопал?

– Олег, да я уже и сам не рад. Ритка мне утром грандиозный скандал закатила. – Жора закурил и на минутку задумался, припоминая утренний разговор с супругой: – «Чтоб я этой шлюхи в кафе не видела!», – И чего она к ней привязалась? Молодая девчонка из села, ну юбочка коротенькая, что здесь такого?

– В чем – то она может и права, Жорик, – товарищ невольно вытер ладонью пот со лба.

– Ну да ладно, не будем о грустном. Расскажи лучше, как твоя охота?

«Охота на дураков», так Профессор называл свое занятие по скупке антиквариата. Без дурака, его взгляд тускнел, голова понуро опускалась, и даже дорогие спортивные штаны, начинали сидеть на нем обыкновенным, мешковатым трико.

– Пока никак дружище, может еще рано? – Олег метнул взгляд полной надежды на входные двери. – Сколько сейчас время?

– Десять уже, пора бы… Аня, блин! Где кофе?!

– Бегу-уу, – раздался звонкий голос барменши, которая тайком наводила помадой пухленькие губы.

– Точно сегодня выгоню к чертовой матери, – покачал головой Жора.

И тут колокольчик звякнул монетой упавшей на стекло. В зал вошла женщина огромных размеров, в черной юбке и алой блузе с вышитыми лилиями.

– Где тут монеты покупают? – грозно спросила дама у проплывающей мимо Анюты с чашечками кофе на подносе.

– Да вон, в углу, – встряхнула кудряшками официантка и плавно обошла внушительное препятствие.

– Проходите, присаживайтесь, – Профессор суетливо привстал, и его зарождающиеся залысины весело заблестели в солнечных лучиках едва пробивающихся сквозь грязное окно.

– Знамо мы! Присаживайтесь, а мы вам лапши тут на уши навешаем… Спасибо! Постоим! – решительно отрезала женщина и достала из выреза блузы что-то завернутое в белый платочек. – Кто из вас тут покупает дорого?

– Я. – Привстал, слегка наклонившись, антиквар. – Прошу вас уважаемая, вот, держите.

В его руке неизвестно откуда оказалась черная ламинированная визитка.

– Лучше паспорт покажи парень, чем всякую гадость мне совать, – пробурчала женщина, но все-таки взяла карточку.

– Обижаете мадам, я известный коллекционер, Олег Романович Черняховский, – представился Профессор.

Толстушка засунула визитку в вырез блузки и просвистела, искоса поглядывая на Жорика:

– А ну иди, погуляй.

– Да ради Бога, – обиженный хозяин забрал чашечку и пошел осматривать свои владения.

Профессор преобразился, взгляд его стал цепким, брови сползли к переносице, и правая рука небрежно достала из внутреннего кармана пачку денег. Секунд десять он их задумчиво подержал перед глазами и затем положил заветные купюры в боковой карман.

– Так что там у вас, уважаемая…?

Она проводила алчным взглядом исчезнувшие деньги.

– Зина – я. Пожалуй, присяду, – сглотнув слюну, прохрипела женщина и развязала платочек. Через мгновение стул жалобно скрипнул, и на стол высыпались увесистые рубли Николая второго.

Сзади послышался стук каблучков и из-за спины тучной дамы, появилась голова Анюты. Ее рука потянулась за пустой чашкой Профессора, а глаза с любопытством стали рассматривать монеты. Олег же наоборот, едва взглянув на стол, сразу потерял интерес к шумной посетительнице.

– Хотите чего? – официантка забрала чашечку и перевела свой взгляд на женщину.

– Топай, топай, не до тебя.

– Тьфу, подумаешь, да мы на огороде каждый год такие находим, – передернула плечиками Анюта и пошла прочь.

– Вот видите Зинаида, и так почти на каждом огороде, – Олег безжалостно опускал женщину «на землю» – А мне их несут, несут… Ей Богу, хотите такие же вам продам? Недорого…

– Ты мне баки тут не заливай! Несут ему… Сколько стоят монеты?! – глаза Зины сузились, и превратились в узенькие щелочки. Правая рука обладательницы рублей сжалась в кулак, и ее надутое лицо запылало бордовым цветом.

«Ударит. Сейчас ударит», – с тоской подумал Профессор и отодвинул от себя подальше серебро.

– Это очень дорогие экземпляры, женщина. Я бы их оценил в пару тысяч, никак не меньше.

– Я согласно, забирай! – Она пододвинула кучку обратно к Олегу.

– К сожалению, я их не могу у вас купить. – Профессор, скрипнув стулом – отдалился.

– Денег нет что ли?! – ее пальцы снова начали сгибаться.

– Да что вы! Вот взгляните, – и он опять повторил тот же самый фокус с купюрами. – Нет, дело не в этом. Я просто их оценил. У вас обязательно купят эти рубли в любом антикварном магазине Киева. Главное не продешевите… Держите цену, Зина.

Зинаида недоверчиво скосила взгляд на оценщика.

– Да, не сомневайтесь, – Олег нежно похлопал женщину по руке, – я просто жду дорогую икону, с минуты на минуту должны принести. Вот и деньги уже отложил.

– А если я их в Киеве не продам?

– Да что вы… У вас там эти рубли с руками оторвут, да еще и ноги целовать в придачу будут. – Олег усмехнулся про себя, – «Если тебе за это добро дадут сто гривен – считай, что ты вновь стала девочкой».

– Ну, смотри у меня! – пригрозила ему дама увесистой рукой, сгребла монеты в платочек и не прощаясь, вышла на свежий воздух.

Тут же словно из-под земли вырос Жора и плюхнулся в насиженное место:

– И что это было за чудовище, Олег?

– Ты разве не видишь – невменяемая. Скажи, что ее добро пятьдесят гривен стоит, удушит еще за столиком, – он поправил очки на носу и взглянул в сторону бара. – Жора, а ну-ка позови это дитя полей и огородов.

– Аня…

Вместо ответа, раздалось шуршание пакета и звон бокала.

– Аня!

Послышался цокот каблучков и хруст чипсов.

– Звал меня, Жорик?

Директор покраснел, а Олег от души рассмеялся.

– А ну-ка дыхни… – Георгий привстал со стула и поднес нос крючком к аленьким губкам. – Ах, ты ж дрянь! Коньяк пила?!

– Чуть-чуть. Две капельки…, – заныла Анюта и незаметно наступила каблучком на Жорины кеды. – Прости меня, хозяин…

– Садись рядом, Анечка, – Профессор пододвинул ей стул. – Ты ведь послушная девочка, – сказала, не будешь, значит – не будешь. Правда, Абрамович?

Жора насупившись, затряс указательным пальцем:

– Что бы это было в первый и последний раз! Ты меня поняло?! Чудо?!

– А то… Я дура что ли?

– Да, это все такие мелочи, – Олег снова начал махать деньгами, но уже перед курносым носиком девушки. – Расскажи нам солнышко, какие вы там монетки у себя находите?

– Ну, большие, как те, что баба приносила. Только там дядька не с бородой, а с усами.

От этих слов по неспортивному телу Профессора, словно ток пробежал, и он встрепенулся.

– А ты уверена, что у дядьки нарисованы только усы?! – Перед Олегом возник образ великого Петра Первого – и он выпрямил спину, слегка ударяя ладонью по столу.

– Да я точно и не помню, чего там у него нарисовано было… – нехотя ответила девушка и устремила свой взор в сторону бара.

– Э-э… Жора! Принеси коньячку, будь другом… А?

– Аню… – Георгий выпучил от такого унижения глаза и снова собрался заорать на безалаберную сотрудницу.

– Тихо, Жора… Я тебя лично прошу – принеси…

Глава 2

Георгий резко встал, и в раздражении пнул ногой стул.

– Запомни этот момент, детка, – Он наклонился к ее ушку. – Сам директор за тобой ухаживает…

– А я чо? – вяло возразила девушка, лениво приподнимаясь со стула.

– Сиди, сиди Анечка, – удержал ее Профессор, – рассказывай, сколько их у тебя?

– Кого? – покраснела официантка, и зачем-то спрятала руки под стол.

– Ни кого, а чего… Улавливаешь разницу?

– А-а… Так это вы о монетах… Так нет их уже.

– Это как уже их нет? – Олега кинуло в пот.

– Недели две назад приехал хромой дядька, и все забрал. – Она ударила пальчиком по золотой висюльке. – Сережки новенькие купила – тысячу гривен стоят между прочим.

– Гэ-гэ, – вот и все что смог вымолвить Профессор в тот момент.

«Болт! Это был точно он. Хромал недавно, хвастался Петровским рублем:

– На базар принесли…

Вот ведь рожа хитрая – опередил гад…»

– Господин Профессор, прошу, – Жора низко поклонился и поставил на стол три фужера и полбутылки коньяка. – Так ты говоришь, две капельки выпила, Нюся?

– Ну… – Анюта с удивлением посмотрела на полупустую бутылку. – Темнота там была сплошная, не видать ничего. Может трошки и больше взяла…

– Где же твоя совесть, детка?

– Жора! Да не будь ты скрягой, садись друг, выпьем.

Олег уже отошел от печального известия и решил брать крепость осадой.

– Анюта, ведь вы их в огороде находили, не правда ли?

– Ну, да… – Девушка была поглощена захватывающим зрелищем. Она в оба глаза наблюдала, как Жора разливает темно-коричневую жидкость по фужерам.

– За успех! – молодцевато произнес Георгий, поднимая бокал.

– Одну секунду, – никак не унимался Олег. – Так может Анечка, мы их там вместе поищем?

– Нет, нет, нельзя! Картошка сейчас там. Да и мама у меня строгая – не пустит.

– Фу-ух, вздрогнули! – Георгий нетерпеливо поднес к губам фужер.

И тут колокольчик над дверью забил набатом. Дверь распахнулась и на пороге предстала очень симпатичная, но злая как фурия, молодая женщина – супруга Жоры, Рита. Ее черные глазища метали молнии, а монгольские скулы, обтянутые смуглой кожей, ходили желваками.

– Ну конечно! Весь бордель в сборе!

Жора с Олегом быстро поставили фужеры на стол, а Анюта наоборот мгновенно опрокинула содержимое бокала в рот.

– Ты еще здесь?! – прошипела супруга, подкрадываясь пантерой, к не такой уж и бедной овечке.

– Рита Абрамовна, я же ничего плохого не сделала, – посоловевшими глазами уставилась на нее Анечка.

– Вон отсюда!

– Риточка, тут у Олежки такое горе случилось… – подмигивая правым глазам товарищу, попытался остановить супругу директор. – От него Танюша ушла, представляешь… Господи, горе-то какое, а?!

– Жора! – запротестовал Олег, – ты вообще иногда думаешь что говоришь?

– Да ладно тебе, Ритуля ведь свой человек – ей можно рассказать, – подмигивание Георгия уже подкреплялось показыванием кулака.

– Подождите… Я же с ней только вчера виделась, все было нормально, – с изумлением остановилась на полпути Рита.

Анюта, воспользовавшись моментом, потихоньку выскользнула из-за столика и устремилась к спасительной стойке бара.

– С вещами на выход! – прокричала ей в спину злая женщина, указывая изящной рукой на входную дверь.

– Да больно надо мне ваша забегаловка, – вдруг овечка показала клыки. – У нас в Бурдеях и столовая покраше будет!

– Вот там тебе и место. Среди коров!

– Сама ты корова, – огрызнулась Анюта, уже находясь за спасительной стойкой.

– Во нахалка! Ты посмотри на нее… – Рита трясущимися руками достала сигарету и подкурила. – Идиот! И где же ты эту шалаву нашел? На вокзале что ли?

Георгий стоял рядом с супругой и молча, переминался с ноги на ногу.

– Риточка, да не нервничай ты… – Олег попытался дипломатическим путем разрядить нависшие тучи и положил ей руку на плечо.

– А ты вообще помолчи! Еще неизвестно, из-за чего вы там с Танюшей разошлись, – встряхнув плечиком, оборвала его Рита.

Появление Анюты с пухлой клеенчатой сумкой из-за прилавка, свело у хозяйки челюсти. Она преградила путь юной особе и рукой указала на сумку.

– Чего? – наивно спросила Анюта.

– Вещи к осмотру, – севшим голосом приказала Рита, массажируя хрупкую скулу.

– Подумаешь!

И девушка без раздумий вывалила содержимое сумки на пол.

Одноразовые стаканчики, салфетки, вилки, две пачки чипсов и баночка пива, медленно подкатившаяся к ногам хозяйки… Даже Профессора впечатлили.

В зале повисла гнетущая тишина…

– Ах ты ж чмо колхозное… – только и смогла прошептать Рита.

У Ани на глаза навернулись слезы, и ее взгляд в поисках сочувствия, наткнулся на профессорские очки – и он не отвел своего взгляда. В тот момент возможно ему вновь померещился образ Петра Первого, вместо милого девичьего лица. «Там ведь могут быть десятки тысяч долларов!», – каркнула черной вороной шальная мысль. Пауза зависла секунд на двадцать, затем его взгляд опустился на пол и внимательно прошелся по вещам Анюты. Губная помада, флакончик духов, потертый мобильный, интимные вещи, и маленький зеленый плюшевый мишка. Потом Олег увидел ее пальчики ног, с алым маникюром. Грязно-белые босоножки на высоком каблуке, стройные белоснежные ноги, и ветреную юбочку… И тут он вспомнил утро, начало их знакомства… Затем в его голове возник ее грудной голос: «– Точно такие же монеты. Только там дядька не с бородой, а с усами».

Олег медленно опустился на корточки и стал собирать вещи девушки.

– Ха! Теперь мне все ясно! – снова взорвала тишину Рита. – Бедная Танюша…

– Да что ты понимаешь, – огрызнулся снизу Профессор, представляя, что собирает рубли с картофельной грядки, а не китайский ширпотреб, пропитанный сладким запахом дешевых парфумов.

– Рита, да успокойся ты… – подал наконец-то голос Жора.

– До тебя очередь дойдет дорогой, не спеши, – ее черные глаза пронзили непутевого супруга. – Не нравится что-то? На карачки становись с приятелем – и этот навоз вместе убирайте. Только потом, что бы я твоего духа здесь не видела!

Георгий безнадежно махнул рукой, подошел к столу и залпом осушил свой бокал.

– Злая ты стала Ритка, – как-то обреченно произнес он эти слова и, не оглядываясь, вышел на улицу.

Железная супруга не стала догонять свою половинку, она зорко наблюдала за сборами Анюты и Олега.

– Железяку не забудь забрать возле входа, она вам пригодится. Один пудрит мозги – а вторая в это время по карманам шарит. Сладкая парочка!

– Не хочу я с тобой ссориться Ритуля, – Олег поднялся и по-доброму взглянул на жену своего друга. – Время. Вот всему судья и адвокат. Идем Анюта, мы здесь уже чужие.

– А моя зарплата? – протянула свободную руку к хозяйке девушка.

– Ах, да, совсем забыла, – и Рита по-спортивному легко нагнувшись, подняла с пола чипсы и пиво. – Держи! И спасибо скажи – что за воровство в милицию тебя не сдала, злодюга ты малолетняя…

Профессор под локоть насильно взял бывшую официантку и подтолкнул ее к выходу, зацепив по дороге свое нехитрое имущество.

– Я тебя еще подкараулю ночью, возле подъезда! – успела выкрикнуть Анюта и колокольчик противным звоном, проводил нежеланных гостей из кафе.

На крыльце Олег с Аней остановились и зажмурились от яркого солнышка, которое стало в зените и щедро припекало провинциальную улочку, как впрочем, и весь огромный подольский край.

– Спасибо тебе за все, – неожиданно вежливо произнесла девушка.

– Куда бы это рекламу деть? – Пробормотал Профессор, разглядывая соседние здания. – О! В магазин напротив. Идем.

– Олег, а давай я тебе помогу, – предложила изгнанница, хватаясь за черный пакет «Босс».

– Смотри он тяжелый, не урони, – с удовольствием отпустил торбу с каталогами Профессор.

Сдав железное детище в новую камеру хранения, Олег подошел к терпеливо ожидавшей его Анюте.

– Давай пакет, – протянул к ней руку Профессор. – Может, отпразднуем наше изгнание?

Аня глубоко вздохнула, совсем по-взрослому. Быстро оценила нового кавалера и сделала глубокомысленный вывод: – «Зато умный!»

– Я согласна, – и крепко вцепившись под руку, нехорошо посмотрела на невзрачное кафе через дорогу, – только идем отсюда подальше, тут нас не любят.

Олег поправил очки, оглянулся по сторонам, и мысленно попрощавшись со своей Танюшей, шагнул по дороге, ведущей к заветным рублям.

Глава 3

– М-да… Так вот Анечка, – Профессор смешно причмокнул губами, и учтиво забрал пакет из рук девушки. – Интереснейшую историю я вспомнил…

– Ой, а я обожаю всякие тайны, – подражая какой-то героине из мыльного сериала, томно промолвила девушка, снисходительно поглядывая на прохожих. – Страсти… любовь до гроба.

Олег, проживая в маленьком городке, наоборот голову свою опустил, можно даже сказать – он ее спрятал как страус. Ведь каждый пятый встречный – мог быть его знакомым. Эту статистику он сам недавно и открыл. От нечего делать, как-то сидя в злополучном кафе, Профессор подсчитал всех своих знакомых, приплюсовал обманутых им граждан и разделил их на количество проживающего населения. Результат – каждый пятый прохожий мог знать его в лицо, а для его щепетильного бизнеса, пиар был вовсе необязателен.

– Так вот, совсем недавно подошел ко мне старичок один, вытягивает точно такую же монетку – мужичек на ней с усами…

– Тьфу ты, – и Анюта сплюнула на асфальт. – Опять ты о них!

Профессор слегка поежился от такого варварства, и продолжил дальше свой коварный монолог:

– Да ты себе девочка и не представляешь, сколько же я ему денег отвалил!

– Я рада за богатого дедушку, – юная спутница не хотела слушать профессорские байки.

Впереди показалось красивое здание с башенками из красного кирпича. На фасаде красовалась огромная надпись – Ресторан «Три толстяка».

– Олежка посмотри как красиво! Давай туда зайдем, отпразднуем.

– Там плохо кормят, Аня, – вспоминая драконовские расценки, отрицательно замотал головой антиквар. – Вот напротив, видишь написано – «Домашняя кухня» Ох, какие же там пельмени лепят… Пальчики оближешь…

Произнеся последние слова, Олег как-то странно взглянул на босоножки Анюты.

– А какие у моей мамы голубцы, – мечтательно произнесла девушка и сглотнула слюну.

– Интересно, а мама у тебя строгая? – невзначай поинтересовался Профессор, и перевел свою спутницу на другую сторону дороги, подальше от дорогого места.

От этого простого вопроса Анечка нахмурилась. Она отчетливо вспомнила последнее утро в родном селе. И все началось с Васьки – одноклассника слюнявого. Накануне вечером подошел с улыбочкой, – «Поехали на ставок Анечка, день рождение у меня, поляну накрываю! Будет куча народа… Ди джей из соседнего села приедет, дискотеку замутим» Анюта от воспоминаний слегка покраснела, – «Кучей народа оказались беззубый тракторист лет сорока и дебиловатый пьяница Матвей – тоже не мальчик. Поляной – трехлитровая банка самагона и огурцы с чужой грядки. Ди джеем – ветхий радиоприемник Океан» Пили они долго и отчаянно. Где-то на третьем стакане она перестала понимать, где она и кто они.

Девушка наморщила лобик – у нее перед глазами всплыл беззубый рот механизатора, выпученные глаза Матвея и прыщавая рожа одноклассника. Затем какая-то обшарпанная машина, гремящая как трактор… Дальше мысли беспомощно уткнулись в черный занавес. Свет появился в лице мамы, Раиса Семеновны.

– Анечка, что с тобой родная?! – Закричала перепуганная женщина, выводя из хлева ненаглядную буренку, пастись со стадом.

Подойдя поближе, она увидела вместо дочки застывшую мумию у калитки. Перепачканная в траве, позорных синяках на шее и еще кучей непотребных улик на одежде, она вызвала настоящую ярость у Раисы Семеновны.

– Ах, ты ж дрянь такая!!! – заголосила на все село женщина и за волосы потянула непутевую дочку в дом.

Анюта быстро пришла в чувства от дикой боли, словно у нее кто-то хотел снять скальп:

– Не надо!!!

– Я тебя породила, я тебя и убью, – твердила Раиса Семеновна и крепкой рукой тянула за волосы дочь, словно барашка на Курбан-Байрам.

В доме сломав веник на голове Анюты, мама успокоилась и милостиво разрешила ей проспаться. Когда Аня встала – вещи и документы уже были собраны.

– Какой позор! На все Бурдеи ты меня ославила! Без жениха Анюта, домой не возвращайся! – мама протянула ей двести гривен на расходы в городе и сунула в руки сумку. – Устроишься на работу, позвони!

Она вздрогнула от неприятных воспоминаний, и очень заинтересованно взглянула на интеллигентного спутника:

– У меня такая добрая мама Олег, сказала зятя – на руках носить будет…

– Ха, так ты же недавно говорила, что она строгая, – останавливаясь перед забегаловкой, вспомнил Профессор.

– Это ко мне она придирается все время, а так она добрая, – Анечка попыталась подтолкнуть своего дотошного спутника к давно некрашеным дверям, но он замер Пизанской башней.

– Послушай, а у меня ведь к тебе предложение, – вдруг осенило Профессора. – Давай-ка я твоим женихом стану… Фиктивно, на одну ночь.

«Фиктивно!», – вспыхнула в негодовании девушка и быстро забрала от него руку, собираясь возмутиться. Но, на кухне в «Пельменях» заработала вытяжка – в животе жалобно заурчало, и возмущение переросло в любопытство: – «Интересно, а это как? Не слышала такого способа… Хотя какая разница, если заплатит хорошо, то можно и фиктивно – лишь бы, не больно…»

– Ты будешь один? – подозрительно взглянула на искусителя Анюта.

– Возьмем с собой Жору, он с машиной, – Олег был весь в хитроумном плане.

– Сколько платишь? – она поставила ребром вопрос, собираясь выбить почасовую оплату труда.

– Аня, все монеты, которые я найду в огороде, я у тебя куплю, – с жаром продолжал Профессор, – верь мне девочка. А это могут быть очень большие деньги! Тысячи…

«О! Да, он шизик», – Анюта присвистнула и покачала головой:

– Так ты че, и в самом деле женихом моим хочешь быть?

– Конечно! Вечером свадьба – ночью монеты – а утром ты богатая леди, Нюся!

– Прикол… А что?! Я согласна, – осознав наконец-то торжественность момента, прошептала Анечка.

От этой восхитительной новости у нее слегка подкосились ножки, и она схватилась за жениха.

– Дай-ка я тебя расцелую, солнышко! – воскликнул Олег, распрямляя сутулую спину и вытягивая вперед узенькие губы.

– Только в щечку! – предупредила невеста, вовремя вспомнив о почти пустом тюбике губной помады.

«Какая же она однако, манерная штучка!», – с уважением посмотрел на нее Олег и вежливо чмокнул здоровый румянец. Аня в эйфории свысока взглянула на снующих мимо людишек: – «Теперь я – невеста!» Восторг от этой новости переполнил ее сознание – она от удовольствия вздохнула во всю грудь, задорно колыхнув при этом очаровательными «грейпфрутами» под блузкой и потащила Олега за руку в неказистое заведение.

– Мы должны отпраздновать это грандиозное событие, милый! – зазвенела на всю улицу белокурое создание, не понимая, откуда в ее скромных мозговых файлах, взялись эти пафосные словечки.

– Не так громко Анечка, – тревожно оглянулся Олег и нырнул вслед за решительной спутницей в пельменную.

В темном закутке, за грязным столиком, молодожены заказали желанного блюда – две двойных порции и на десерт водку с апельсиновым соком.

– Хлеб бу… и… – замерла икая официантка на полуслове.

– Кульян несите! – перебила ее Анечка, слегка исковеркав название курительного прибора.

– Два? – невозмутимо спросила рыжая в переднике.

Спутница, хлопнув длиннющими ресницами, вопросительно уставилась на Олега.

– Один, я не буду, – он замахал в знак протеста одновременно рукой и головой.

– Так и запишем, – ехидно ухмыльнулась рыжая и, пошатываясь, ушла, выполнять заказ.

За столиком повисла пауза – девушка думала о подарках и свадебном платье, а Профессор никак не мог вспомнить – заряжен ли у него металлодетектор или нет? Первой тишину нарушила Анечка.

– Олежка, я вот о чем подумала, а как же гости, праздничный стол? – она уже представила себе полный дом народа, – кольца обручальные надо купить и самое главное – платье белое и фату!

Он испуганно вздрогнул, представив себя в костюме, а Анечку в подвенечном платье.

– Ты это брось! – словно гипнотизер он замахал рукой у нее перед глазами.

– Мама тогда – не поверит, – насуплено ответила девушка.

– А ты ей расскажи так, что бы поверила, – его линзы коснулись курносенького носика. – Хочешь быть богатой? Бреши собакой!

– А я тебе не собака, – она на него зыркнула голубыми глазищами, и упрямо добавила, – Не поверит она все равно.

– Не обижайся Анечка, это я так, образно выразился, – Олег нежно погладил ее плечико. – Конечно, ты – не четвероногий друг, ты – разумная девушка, а в придачу – еще и красавица необыкновенная…

– А то… – кокетливо надула губки невеста и доверчиво положила ему свою ладошку на руку.

«Действительно она права», – размышлял в это время Профессор: – «Приперся жених! Пустите мамаша переночевать и клад ночью забрать. Ха-ха. Смешно».

– Вот Галка из нашего села приехала с женихом, а он негром оказался, представляешь Олег, смешной такой, – захихикала Анечка, и пробасила. – Галия, я тьебя лублу…

– Кто ты сказала – негр? – очнулся Профессор.

– Ну, да…

– И папа у него король, наверное. Не правда ли?

– А откуда ты его знаешь? – подозрительно спросила Анюта.

– А у них у всех папы, как ни министры, так короли. – Олег расслабился и слегка ущипнул аппетитную невесту. – А вот я буду итальянцем.

– Это как?

– А вот так. Бонжорно синьерина, – Профессор посмотрел на свою недогадливую спутницу. – Как маму зовут?

– Раиса. Семеновна… – ее челюсть слегка отвисла.

– Бонжорно, Раиса. Си белла! Мама рогацци!

– Ух, ты… Вот это да!

– Я приехал на неделю – мы влюбились, и завтра я должен уезжать. – Олег вскочил из-за столика, чуть не перевернув поднос у рыжей официантки.

– Кому бульон?

– Ей, – указал пальцем на Анечку спутник.

– А где вот этот, ну курят который? – от полученной в изобилии информации, у нежного создания совсем закружилась голова.

– У нас – Не курят! – безапелляционно отрезала официантка, и совершив идеальный разворот, пошатываясь – удалилась.

– Так, так, так, – Олег сосредоточился. – Берет, усики, и бабочку!

– А фату? – чувствуя, что колец и платья ей не видать, Анечка уже хотела малого, можно даже сказать малюсенького праздника девичьей души.

– Будет тебе и фата и платье, – Олег вспомнил о наряде сестры, который пылился долгое время в шкафу. – Кольца я у Мони куплю. Так. Машина…

И тут Олег понял, почему он вдруг итальянцем решил стать: – «У меня же номера в гараже итальянские есть! Вот ведь интуиция работает!»

– Давай детка, за успех! – наполнив фужеры до краев, Олег прикоснулся холодным стеклом к носику невесты, затем поправил очки на переносице и залпом выпил огненную жидкость.

– Будьмо! – воскликнула Анечка, копируя беззубого тракториста.

Затем она зажмурила глаза и ловко повторила «подвиг» своего суженного, осушив большую рюмку до дна.

Глава 4

От огненной жидкости кровь разыгралась в молодом теле, и ножки Анечки под столом начали выбивать дробь, а ее уста напоминали губы карася, глотающего воздух на земле.

– Анечка, с тобой все в порядке? – обеспокоенно спросил Олег, подальше отодвигая свои туфли от ее цокающих по полу каблучков.

– Эх, музыку бы сейчас… Я так люблю танцевать! – она загадочно подмигнула и привстала из-за столика, – А как я красиво двигаюсь… Хочешь, покажу?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.