Максим Горький
«Испорченная кровь – тот же яд…»

Испорченная кровь – тот же яд, чему и служит примером Лукино Луккезе. Его мать была тедеска, – вы уж сами понимаете, что отсюда не может быть ничего доброго, немец – это негр, вывернутый наизнанку, кожа у него белая, да, но душа черна, точно кожа негра. Конечно, в этом виноват не человек, а природа; всякий человек добр до поры, пока он не захочет доказать, что это неправда.

Отец Лукино был Луккезе, и это всё, что известно о нем, потому что никто из нас не видал его, по бумагам жены и сына он значился существующим, этого было достаточно для нас да, вероятно, и для него.

Человек – не солнце, видеть его не обязательно, да и не интересно было знать, каков муж столь уродливой женщины и отец такого странного парня, как Лукино.