Геннадий Авласенко
Мой друг Барабашка
Фантастическая повесть

День первый (он же третий от начала событий). Участковый

Дверь долго не открывали, и участковый решил, было, что в квартире никого нет… как вдруг за дверью послышались чьи-то осторожные шаги. Потом участковый услышал какой-то неприятный металлический скрежет, вслед за этим дверь чуточку приотворилась. Совсем немного, всего лишь на длину дверной цепочки.

– Здравствуйте! – вежливо произнёс участковый, пытаясь рассмотреть хоть что-либо в узком дверном проёме. – Квартира Васильевых?

Поверх металлической цепочки на участкового молча и внимательно смотрела женщина среднего возраста, довольно ещё привлекательная, но, как мысленно отметил участковый, давно уже махнувшая рукой на все те ухищрения, которые так широко используют женщины именно её возраста в наивной надежде хоть частично скрыть этот самый возраст…

Женщина продолжала молча рассматривать участкового, он тоже молча смотрел на неё… и это их взаимное молчание грозило затянуться до бесконечности.

– Здравствуйте! – повторил участковый ещё более вежливо. – Это вы милицию вызывали?

Женщина и на этот раз ничего не ответила. Молча, настороженно и с какой-то даже подозрительностью смотрела она на участкового, и ему, под пристально-настороженным этим взглядом стало, не то, чтобы неуютно… скорее, не по себе как-то…

«Что это она меня так рассматривает? – невольно подумалось участковому. – В самозванстве подозревает, что ли? Или ещё в чём, похуже!»

На всякий случай он сунул руку в карман кителя и вытащил оттуда удостоверение. Раскрыв, предъявил женщине.

– Капитан Митрофанов, – несколько запоздало представился участковый. – Что тут у вас такое произошло?

Женщина вздохнула, сделала какое-то невидимое капитану Митрофанову движение, цепочка негромко звякнула и упала… и вот дверь наконец-таки широко, хоть и не совсем гостеприимно распахнулась.

– Заходите! – без всякого выражения произнесла женщина, делая шаг в сторону и пропуская участкового в прихожую. – Не очень вы и торопились!

– Понимаете, вчера меня не было в городе, а сегодня с утра… – начал, было, оправдываться участковый, но женщина тотчас же его перебила.

– А я и не про вас! – сказала она, потом ещё разок печально вздохнула и добавила многозначительно: – Я – вообще, про вас!

Женщина хотела, кажется, ещё кое-что добавить к уже сказанному, но так и не успела. Где-то в глубине квартиры раздался вдруг чей-то сдавленный крик и, почти одновременно с этим, довольно чувствительный грохот.

– О, Боже! – испуганно закричала женщина, бросаясь на крик. – Лерка!

Немедленно устремившись вслед за женщиной и вбежав в комнату почти одновременно с ней, участковый подсознательно ожидал увидеть там… впрочем, он и сам не знал, что же такого, из ряда вон выходящего, ожидал он там увидеть. Но увидел лишь опрокинутый стул и рядом с ним (тоже опрокинутую) некую юную особу, рыжеволосую, в коротенькой маечке и джинсиках, порванных на коленях по самой последней моде. Увидев участкового, особа сия уселась на полу, придерживая левой рукой стул. Правой свободной рукой она принялась осторожно ощупывать собственный затылок, одновременно с этим, исподлобья наблюдая за участковым. Было юной особе лет этак четырнадцать-пятнадцать, не больше…

– Лерка! – женщина метнулась к сидящей на полу девчонке, схватила её за плечи. – Лерка, ты меня слышишь?! Как ты?!

– Да всё нормально! – девчонка встала и, подойдя к дивану, осторожно на него опустилась… мать по-прежнему не сводила с дочери тревожно-внимательного взгляда. – Ну, что ты меня так рассматриваешь?! Я ж сказала – всё окей! Порядок, значит!

– Ничего себе, порядок! – женщина повернулась к участковому. – Видите?! Видите, до чего дело дошло! Покушение на жизнь дочери!

– Ну, какое покушение, ма! – отчаянно запротестовала рыжая девчонка. – Что ты придумываешь! Просто… просто стул немного отодвинулся, а я как-то этого не заметила…

Но женщина лишь махнула рукой.

– Покушение! – упрямо повторила она. – Самое настоящее покушение! И вы… – последние слова, естественно, предназначались участковому лично, – вы должны со всем этим подробно разобраться, товарищ милиционер!

– Разберёмся! – пообещал участковый, осматривая комнату внимательно-оценивающим взглядом. – Со всем разберёмся!

А посмотреть в комнате было на что. Ещё как было!

Больше всего она, комната эта, напомнила участковому… миниатюрное поле боя, вернее, бывшее миниатюрное поле боя. На полу в полнейшем беспорядке валялось бесчисленное множество самых разнообразных вещей и предметов, никак между собой не связанных. Видно было, что рядом они оказались совершенно случайно, вопреки всяким законам логики и даже элементарного здравого смысла. Тут находилось буквально всё, начиная с кухонного инвентаря и школьных тетрадей, и заканчивая всевозможной бижутерией, косметикой, и даже нижним бельём…

– Видите?! – перехватив изумлённый взгляд участкового, пожаловалась женщина. – Видите, что тут твориться?! Виновные должны понести самое суровое наказание!

– Виновные? – участковый внимательно посмотрел на женщину, потом он перевёл взгляд в сторону неподвижно застывшей на диване девчонки (Лерке, кажется) вновь взглянул на женщину. – А кто, конкретно, должен понести наказание?

– Как это, кто? – в голосе женщины причудливо переплелись удивление и негодование, впрочем, последнего было значительно больше. – Тот, кто всё это вытворяет, кто же ещё!

– Тот, кто всё это вытворяет… – задумчиво проговорил участковый и вновь, ещё более внимательно, осмотрел комнату. – Ну, а кого-либо конкретно вы подозреваете? Кто, на ваш взгляд, мог бы всё это вытворять?

Тонкие брови женщины удивлённо и даже недовольно взметнулись вверх.

– А вот это вы и должны выяснить! – чеканя каждое слово, строго произнесла она. – Вы – представитель правоохранительных органов, а не я!

«Ого, да она с характером!» – невольно подумалось участковому.

Вслух же он произнёс нечто, совершенно иное.

– Выясним! – сказал участковый. Потом он помолчал немного, ещё раз обвёл внимательным взглядом миниатюрное поле боя. – Так, выходит, это всё… это он натворил?

– Кто, он? – самым ледяным тоном произнесла женщина.

Видно было, что капитан Митрофанов, как представитель уголовного розыска, её сильно разочаровал. Не Шерлок Холмс, одним словом, не комиссар Мегре, и даже не лейтенант Коломбо из одноименного сериала…

– Ну, не он! Она! Или оно! Какая разница! Вот всё это… – участковый довольно неопределённо прочертил рукой по воздуху широкую дугу, – это всё – его рук дело?

– Каких рук?!

Профессиональный престиж капитана Митрофанова в глазах женщины продолжал стремительно падать. Видимо, она всерьёз была уверена, что доблестному представителю правоохранительных органов достаточно лишь войти в комнату и окинуть её своим проницательным взором. И всё! Останется только схватить за руку невидимого этого нарушителя и немедленно отконвоировать разоблачённого супостата в ближайшее отделение милиции…

Ничего подобного капитан Митрофанов не совершил, и совершать, по всему видно было, даже не собирался.

– Нет у него никаких рук! – женщина раздражённо пожала плечами. – Ни рук, ни ног… ни всего остального!

Отбарабанив одним духом обличительную свою тираду, женщина замолчала и с каким-то даже вызовом уставилась на участкового. Впрочем, тот, либо не заметил явного сего вызова, либо, что более вероятно, полностью его игнорировал.

– У него, вообще, ничего нет!

– У кого? – вежливо поинтересовался участковый.

Некоторое время оба они, и женщина, и капитан Митрофанов, молча смотрели друг на друга: женщина с плохо скрываемым раздражением, капитан с доброжелательным вниманием. Потом женщина первой отвела взгляд.

– Вы будете делом заниматься? – спросила она негромко, и участковый понял, что ниже профессиональный его престиж падать уже не будет, некуда ему падать. – Или так и будете вопросики свои остроумные задавать?

– Вопросы – один из методов любого расследования, – пояснил участковый, как можно более вежливо улыбаясь нахмуренной женщине. – Поэтому позвольте задать вам ещё один вопросик… ну, а уж остроумным он будет или нет, судите сами… – капитан Митрофанов сделал паузу, выдержал её положенное время и, вновь вежливо улыбнувшись женщине, спросил: – Скажите, как вы думаете, почему сейчас ничего такого не происходит?

«Вопросик» этот, кажется, застал женщину врасплох.

– Почему не происходит? – теперь женщина смотрела на участкового уже не так уверенно, как несколько минут назад. – Не знаю! – сказала она, чуть помолчав, потом пожала плечами и добавила, чуть понизив голос: – А может… может, оно вас испугалось?

– Какое законопослушное «нечто»! – участковый саркастически улыбнулся. – Вы не находите?

– Чего? – не зразу поняла женщина. – Чего не нахожу?

Участковый вторично улыбнулся.

– Ну, того, что «оно» и в самом деле так боится милиции. Вы ведь это хотели мне сообщить?

– Между прочим, – женщина вдруг повернулась к дочери, – когда я выходила открывать дверь, вот тут… – она неопределённо провела рукой по воздуху, – вот на этом самом месте в воздухе «висел» чайник…

– С водой? – полюбопытствовал участковый.

– Не знаю! – женщина вновь посмотрела на участкового. – Он прилетел с кухни и вот тут вот повис! Сам повис, представляете?!

– Не совсем, – честно признался участковый. – Ну, и где же он теперь, ваш летающий чайник?

– Лерка? – спросила женщина у дочери. – Чайник где?

– На кухне, – не поднимая головы и без всякого даже выражения, ответствовала девчонка. – Где ему ещё быть!

– Ты что, отнесла его туда?! – закричала женщина, подступая к дочери вплотную. – Зачем ты его трогала?! Я же запретила тебе даже близко подходить к таким предметам! Я запретила или нет?!

– Да не трогала я его! – девчонка досадливо передёрнула плечом. – Я даже пальцем его не касалась, если хочешь знать! Он сам туда полетел!

– Вот! – женщина торжествующе посмотрела на участкового. – Видите!

– Сам полетел? – спросил участковый, с трудом сдерживая улыбку. – Он что, тоже меня испугался?

Женщина наконец-таки ощутила явное недоверие со стороны представителя власти и слегка заволновалась.

– Вы что, не верите мне? – с дрожью в голосе произнесла она. – Вы что, думаете, может, что это всё я сама… что я всё придумала? И вещи эти нарочно тут разбросала!

– Ну, что вы! – участковый вновь невольно окинул взглядом царивший в комнате кавардак. – Разумеется, я так не думаю! Просто пытаюсь со всем этим всесторонне разобраться, чтобы… – участковый замялся, подбирая нужное слово, – чтобы выяснить причину явления… или причины… – он замолчал, а женщина понимающе кивнула. – Только, знаете… – участковый вновь замолчал, бросил быстрый взгляд в сторону неподвижно застывшей девчонки… новая мысль промелькнула внезапно в его голове, и участковый даже удивился, как она, простая эта мысль, не пришла ему в голову раньше, как это он сразу не подумал о такой весьма вероятной возможности. – Только хочу вас сразу предупредить, что причины всех, так называемых, таинственных происшествий чаще всего бывают самыми прозаическими.

– Я не знаю, какие там у вас бывают причины: прозаические, поэтические или ещё какие! – заявила женщина, подходя к дочери. – Я одного хочу: чтобы это всё закончилось! И как можно скорее!

– Да это же полтергейст, мама! – возбуждённо воскликнула девчонка, глаза её возбуждённо блестели. – Самый обыкновенный полтергейст! Я о таком читала!

– Читала?

Участковый внимательно, даже слишком внимательно посмотрел на девчонку.

– Тебя, кажется, Леркой зовут? Если не ошибаюсь.

– Не ошибаетесь! – девчонка, исподлобья глядя на участкового, нехотя кивнула головой, потом подумала немного и добавила: – Вообще-то, Валерией.

– Валерией! – участковый улыбнулся. – И сколько же тебе лет, Лерка-Валерия, если не секрет?

– Четырнадцать ей! – женщина ласково провела ладонью по густых взлохмаченных волосах дочери. – А что?

– Да нет, это я так, – участковый откашлялся. – Четырнадцать, говорите…

– Пятнадцать! – уточнила Лерка, недовольно отстраняясь от материнской ласки. – Скоро будет!

– Пятнадцать… – участковый вздохнул. – Моему оболтусу почти столько же…

– Правда? – вежливо-безразлично поинтересовалась женщина.

Участковый снова вздохнул, внимательно посмотрел на Лерку, потом перевёл взгляд на её мать, мысленно отметив, что они и не похожи совершенно, мать и дочь. Ни внешне, ни внутренне.

Впрочем, его это не касалось совершенно.

– Вот что Лерка-Валерка, – сказал он как можно мягче, – ты пока выйди куда-нибудь, в другую комнату, например. Понимаешь, мне с твоей мамой посекретничать надо.

– Секретничайте! – немного обиженно отозвалась девчонка. – Мне то что!

Она вышла из комнаты и подчёркнуто плотно затворила за собой дверь.

Некоторое время и женщина, и участковый молча смотрели ей вслед.

– Скажите, – участковый вновь повернулся к женщине, – а вы не помните, с чего всё это началось? Когда началось, в каком месте? Здесь?

– Нет, не здесь, кажется…

Женщина задумалась на мгновение.

– Точно, не здесь! – сказала она уже более убеждённо. – Это всё началось, кажется, на кухне.

– Кажется или точно на кухне?

Женщина снова задумалась.

– Да на кухне, разумеется! – произнесла она твёрдо. – Теперь я точно вспомнила!

– А когда?

– Когда? Позавчера вечером.

– Позавчера вечером? Это точно?

Женщина кивнула. Лицо её стало серьёзным и озабоченным, ибо, по её мнению, теперь участковый явно занимался настоящим делом, и свою задачу женщина видела в том, чтобы всячески ему в этом способствовать. И тогда поиск и поимка неуловимого этого преступника станет лишь вопросом времени.

Участковый внимательно посмотрел на сосредоточенное лицо женщины и решил, что не стоит её разочаровывать. Пока, во всяком случае. Ибо, узнав имя, так называемого, «преступника», она и сама будет сильно разочарована… и это произойдёт очень даже скоро…

– Очень хорошо, что вы всё это помните, – сказал он, вынимая из кармана небольшой потрёпанный блокнотик. – Значит, на кухне, позавчера вечером?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.