Тысяча жизней
ИКра

© ИКра, 2018

ISBN 978-5-4490-5899-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие от автора

Приветствую тебя, читатель!

Меня зовут Краснов Иван (ИКра).

Я родился 10 марта 1988 года в городе Новокузнецке, где и живу по сей день.

В своей жизни я определил три важных для меня периода. До двадцати лет меня воспитывали родители, воспитатели, учители, преподаватели. Планов на жизнь не строил. Просто хорошо учился. С 2008-го по 2013-ый годы я закончил учёбу, обрёл и потерял многих друзей, нескольких родственников, любовь. Мама Валентина, выросшая в Вологодской области, и папа Владимир, выросший здесь, постоянно поддерживают меня. Они работали на Абагурской аглофабрике электромонтёрами. Поэтому настояли на этой профессии и обучении в Сибирском государственном индустриальном университете. Не стал для них новостью и мой выбор места работы. С 2013-го года я тружусь электромонтёром на заводе Кузнецких ферросплавов. К этому времени отец стал жить отдельно от нас.

И вот, с 2013-го года стали происходить большие перемены. Я стал зарабатывать и почувствовал некоторую свободу. Посещал клубы по интересам: поэзия, бодибилдинг, спелеология. Искал и продолжаю искать любовь. Полюбил поэзию и музыку, изобразительное искусство, искусство фотографии, колесил по родной Кемеровской области со своими стихами, участвовал вместе с заводчанами в экологических акциях. Определился, наконец, с мечтой. Хочу стать известным русскоязычным писателем. В движении к этой мечте я прочёл множество источников в сети Интернет, «Основы стиховедения» (В. Е. Холшевников, 2004г.). Мне знакомы труды классиков русской литературы (В. В. Маяковский, М. Ю. Лермонтов, А. П. Чехов, Ф. М. Достоевский, Е. А. Евтушенко и другие) и моих современников (О. Комарова, Е. Острых, А. Маковский, А. Карелина, М. Берестова, Д. Филиппенко и другие). Если же на пути к своей мечте я стану бардом, что ж, тем интересней.

Своими размышлениями о жизни и многом другом я и хочу поделиться в этой книге, мой дорогой читатель. Жизнь свою я собирал из тысячи других жизней. А для того, чтобы она прижилась среди других, я готов отдать тысячу своих. Что же, приятного чтения!

С уважением, ИКра.; -)

Поэт не грустит, он думает

В этом разделе я поместил стихотворения жизнеутверждающие, размышления о природе смерти, превратностях человеческого разума и взаимоотношений, выражение личного мнения о патриотизме, политике, Боге, происхождении и устройстве мира и жизни в этом мире.

Пусть

Слово «пусть» – вот уж странные звуки!

Не упусти удачи длинный хвост.

Спешите жить, не разжимая руки

И проверяя, прочен ли форпост.

Но если птицу в руки ловишь вновь,

А она трепещет в страхе клетки,

Ты отпусти отжившую любовь

Из сердца неразумной малолетки!

И отпусти ты денежные знаки

В то время когда падаешь с высот.

Но за возможность жить

держись обеими руками!

Ведь за тебя её никто не проживёт!

Так выглядит смерть в будущем

Старуха-смерть, вы знаете, безлика,

Но часто примеряла жертвы лик.

В перстах письмо сжимая: «Анжелика!…»,

Бессильно руки опустил старик.

Весь мир его узнал. Да не признали.

Он не успел старуху обмануть

И умер от клинка смертельной стали,

Когда хотел на кресле отдохнуть.

Потомки вскрыли каменные двери,

Заметили на кресле страшный груз —

Полуистлевший труп – останки в теле

Дедули, что боялся смертных уз.

И пожелтевший старый лист газеты

Накрыл плащом рассохшийся скелет.

Дедуля, как никто, страшился смерти

И прожил много больше сотни лет.

Седые волосёнки колосились,

Раскиданы по худеньким плечам.

Умерший старец жизнью молодился —

Смерть приходила даже к силачам.

Труп выносили двое равнодушных

И отправляли на большой костёр.

И закипала соль в мослах тщедушных,

Кормя огня разросшийся шатёр.

Для новых мертвецов не стало места

В руинах каменных прискорбных лиц.

Витал дух плотного людского теста

Средь космоскрёбов, свалок да гробниц.

Рассеян прах костра, седого старца.

Остался только горьковатый смог.

Для здешнего оседлого скитальца

Он новый урожай взрастить помог.

Вот только не от старости – от пепла

Скитальца голова уже седа.

Вздохнул он: «Смерть пришла. И жизнь поблекла».

Продолжил стройку. Скоро холода.

Дикорастущая смерть

Паломник усталый, под солнцем идущий,

От зноя палящего – впалая грудь,

Под яблоней старой да дикорастущей

Решился прервать свой извилистый путь.

И путника, знаешь, совсем не смутило —

Под деревом нет ни букашки одной.

Цветочным букетом в зелёном настиле

Она увлекла доходягу с собой.

Он бросился к ней – родным домом пахнуло —

И слёзно просил от жары оберег,

А древо приветливо веткой махнуло.

Сам лист разошёлся. Бедняга прилёг.

Во дерева кроне – птиц щебетанье.

Их не было видно, сколь взгляд не трудил.

Послышались песни и глас ликованья

О рощах небесных и: «Всё впереди!»

Дороги топтун в рай помчался галопом.

Забыл, бедолага, про свой Страшный суд —

Там, где во простых простынях перед Богом

Душа предстаёт без приземистых пут…

Пропитан горючей смолой мандрагоры

У яблони старой медка аромат.

До яблок, что зреют совсем не так скоро

Покойник остался под древом лежать.

«Всю жизнь я свою отдаю в руки Бога» —

Паломник в своём завещаньи писал, —

«Душа невесома. Жизнь в теле убогом.

Сколь мил белый свет!…»

Несчастливый финал.

Зверь-человек

Луна зовёт. Бегу вперёд.

Не держит клетка.

И снова человек умрёт.

Вервольфа метка.

Смерть позади и крики дам.

Собака взвыла.

И до утра по городам

Луна носила…

Шерсть на дыбы. Холодный ствол.

Охотник близко.

От выстрела в упор ушёл.

Играю с риском.

Проклятья сыплются мне вслед

Капкан пробрякал.

А шрамы, что их горький след? —

Как кот наплакал…

И снова утро. Стук дверей.

Рубашка в пятнах.

Глядит из-под густых бровей

Оскал приятный.

Сменил рубашку. Вытер кровь.

Мой взгляд с опаской.

Я ласков днём. Луны любовь

Не будет лаской.

Я не люблю пустых речей.

Люблю порядок.

Но волк не роет для людей

Могильных грядок.

Мне говорят: «Луна дурна!»

Я им не верю.

Луна бежит всегда одна,

Подобно зверю.

Дождепоклонник

Не ходи ты за пророком.

Не топчи своих сапог.

Он – пророк. Пройдёт в ворота.

Ты же – снова за порог.

Хмурый вечер. Паству вёл пророк,

Наслаждаясь полюшком зелёным;

Наблюдал, как дворник-ветерок

Тучи нагоняет клёном.

Когда небес бурлящая вода

Держать себя была уже не в силах,

Сотни капель, точно провода

Заплясали на упругих спинах.

И пугало, скорбя, скрипит

Под той средой, что «камень точит».

Но вот уже тайник открыт.

Переполняют чувства. Напророчил.

Свиток пророк изловчился достать,

Который воду в вина превращает.

Пока был жив, он пил. Не встать —

Так его земля отягощает.

Дождь предложил космический кульбит,

Как опоил продрогшего пророка,

Покинул дух пределы всех орбит,

Лишь почерпнув пьянящего порока.

Запутался

Закончен день

Напрасным делом.

Боюсь, как тень,

Разлуки с телом.

Своей иллюзией пленён.

И отовсюду – нити, нити!

Ищу я призраки времён.

Вы, нервы-струны, трепещите!

Рубить! Давить, как вошь!

Узлы. Так много связей!

Рубить? А если оборвёшь

Ту ниточку, что жизни вяжет?

Вяжу на память узелки.

Но ниточки свалялись дружно.

На расстоянии руки

Плести судьбу не так натужно.

Так потянуло веселиться!

Но навалился сверху сон.

И время, знаешь, спать ложиться.

Последний матери поклон…

И начат день

Напрасным делом.

Боюсь, как тень,

Разлуки с телом.

Трудно отказаться

Порой в погоне за здоровьем

Не замечаем простых истин:

Имеем вредные привычки,

Но жизни мы без них не мыслим.

Глаголем с алкоголем

Порою не соображаем мы, чего глаголем,

Когда патриотизм мешаем с алкоголем.

Недавно вот пошла буза такая:

На площади, шатаясь и икая,

Один пузатый выпивоха

Кричал, пуская носом дым:

«Зачем я пью?

Да потому что плохо!

Я пью за Крым,

Глаза закрым.»

Я – дома

Я увидал горшки на подоконнике.

Я посмотрел на фото в твёрдой раме.

И понял, что живу на подлокотнике

Дивана, прочно занятого мамой.

Когда мы жизни горестей накушались,

Решили, что людей и так достаточно.

И будем мы плодить зверей, цветы.

А качество их – это так, остаточно.

В комод убрали всю литературу —

Все ужасы за годы жизни с батькой.

Но вновь хватаемся. Кто – за макулатуру,

Кто – за компьютеры, а кто-то за тетрадки.

И нас вполне устроил ход вещей.

Мы здесь живём не в бедности, не в сказке.

Вы знаете, и жить повеселей,

Когда друг перед другом ходим в масках.

Сегодня мама ходит по делам.

Брат постигает тонкий english юмор.

А мы с котом сидим на чердаке.

Лишь мы, блокнот и голая натура.

Нет уважения

Нет уважения к среде

Так, как к другим недельным будням.

Нет уважения в среде

И социальной. Тошно людям.

Нет уважения среди

Единомышленников в споре.

Нет уважения. Следи,

Что за слова приводят к ссоре.

Слова

Слова сыпучи, как песок,

И оглушительны, как камни.

Замучают, стучась в висок.

Ты открываешь свою память

И засыпаешь между строк.

Не смешивать

Незачем вам на судьбу роптать!

Плакать зачем? Какого лешего?

Есть у вас Юмор, что можно взболтать.

Но Бог упаси его с Плачем смешивать!

Орлы политики

Один орлан с Европы вышел,

Да только рвётся на восток.

Другой сейчас всё выход ищет —

Нас серп и молот не сберёг.

Летает коршун многоликий

Там, где никто не садит роз,

И треплет колыбель религий.

Он из террора произрос.

А мы слепы и полуголы

Льём на политиков зло слов…

Орлы уже подняли головы,

Почуяв, что пролилась кровь.

О наш Союз!

О наш Союз, как ты велик!

(Пусть слог подобен бреду)

И на защиту встал старик

Твоих границ. Победу

В твоих тылах, госпиталях

Ковали денно, нощно.

Рвались на фронт на костылях

Врагам ответить мощно!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.