Шеннон Мессенджер
Полёт на единороге

© Чамата Т.А., перевод на русский язык, 2018

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2019

* * *

Посвящается Лизе Абрамс Миньона,

она восхитительный редактор

(и, похоже, НАСТОЯЩАЯ Бэтгерл)

Предисловие

Дрожащей рукой Софи подняла крошечную зеленую бутылочку.

В одном глотке заключались жизнь и смерть – и не только ее.

Прентиса.

Алдена.

Не сводя глаз с прозрачной жидкости, плещущейся внутри, Софи вытащила хрустальную пробку и коснулась губами горлышка. Оставалось лишь проглотить яд.

Но сможет ли она?

Сможет ли она пожертвовать собой, чтобы все исправить?

Сможет ли прожить с грузом вины, если сдастся сейчас?

На сей раз выбор был за ней.

Больше никаких записок.

Больше никаких подсказок.

Они привели ее сюда, но теперь она сама по себе.

Она больше не была марионеткой «Черного лебедя».

Она была сломлена.

И ей оставалось лишь верить.

Глава 1

– Все еще не верится, что мы выслеживаем снежного человека, – прошептала Софи, разглядывая отпечаток огромной лапы, оставленный на земле. Каждый палец был шириной с ее ладонь, а в выемке от стопы образовалась глубокая мутная лужа.

Декс, стоящий на носочках и разглядывающий царапину на коре дерева, рассмеялся, отчего на его щеках проявились ямочки.

– Неужели люди и правда думают, что где-то бегает огромный волосатый питекантроп, который хочет их съесть?

Софи отвернулась, прикрывая светлыми волосами лицо, чтобы утаить вспыхнувший румянец.

– С ума сойти, да?

Прошел уже почти год, как она узнала о своем эльфийском происхождении и переехала в Затерянные города, но иногда с языка все равно срывалось что-нибудь человеческое. Она знала, что йети на самом деле просто высокие животные с косматым зеленым мехом, глазками-бусинками и клювообразным носом; она даже работала с ними на пастбищах Хэвенфилда – огромного заповедника и реабилитационного центра для животных, который стал ее домом. Но сложно было забыть то, чему люди учили ее всю жизнь. Особенно, если учесть ее фотографическую память.

В небе над ними загрохотал гром, и Софи вздрогнула.

– Не нравится мне тут, – пробормотал Декс, подходя ближе к ней и по пути внимательно осматривая деревья своими голубовато-сиреневыми глазами. Светло-синяя туника липла к его худым рукам из-за влажного тяжелого воздуха, а серые штаны были заляпаны грязью. – Давай уже найдем его и вернемся домой.

Софи согласилась. Мрачный лес оказался густым и диким – как будто само время забыло о его существовании.

Заросли папоротника перед ними зашелестели, и тут же мускулистая серая рука схватила Софи, зайдя со спины. Ее ноги оторвались от земли, а в нос ударил тяжелый запах гоблинского пота. Ее обнаженный по пояс телохранитель толкнул Декса к себе за спину, вытащил из ножен изогнутый меч и выставил перед высоким светловолосым эльфом в зеленой тунике, высунувшимся из-за ветвей деревьев.

– Полегче, Сандор, – произнес Грейди, отшатнувшись от поблескивающего острия черного клинка. – Это просто я.

– Простите, – своим высоким голосом Сандор постоянно напоминал Софи бурундука. Слегка поклонившись, он опустил оружие. – Не распознал ваш запах.

– Наверное, потому что я минут двадцать ползал по логову йети, – Грейди понюхал свой рукав и закашлялся. – Фу, вот уж Эдалин не обрадуется, когда я вернусь домой.

Декс засмеялся, но Софи была слишком занята попытками выбраться из стальной хватки Сандора.

– Меня уже можно опустить! – едва ее ноги коснулись земли, она раздраженно отошла подальше, бросая на него недовольные взгляды и пытаясь поправить врезающуюся в тело одежду. – Есть следы йети?

– Лежбище давно уже пустует. Вам, видимо, тоже не удалось ничего обнаружить?

Декс показал царапину на коре, которую до этого изучал.

– Кажется, он забрался на дерево и дальше перемещался по кронам. Мы никогда не узнаем, куда он направился.

Сандор втянул воздух своим широким плоским носом.

– Мне надо отвести мисс Фостер домой. Она слишком много времени провела на открытом пространстве.

– Все со мной нормально! Мы в лесу, и кроме Совета никто об этом не знает. Тебе даже не обязательно было меня сопровождать.

– Куда вы, туда и я, – твердо ответил Сандор, убирая меч в ножны и шаря по карманам своих черных военных штанов, чтобы проверить остальное оружие. – Я крайне серьезно отношусь к своей работе.

– Да уж заметно, – проворчала Софи. Она понимала, что Сандор просто пытается ее защитить, но она ужасно не хотела постоянно видеть его рядом. Он был двухметровым напоминанием о том, что похитители, от которых им с Дексом едва удалось ускользнуть, все еще на свободе и дожидаются удобного случая, чтобы напасть снова…

К тому же Софи было стыдно, что за ней постоянно ходит гоблин-параноик. Она надеялась, что к началу учебного года телохранителя у нее уже не будет, но до конца каникул осталось всего две недели, а все зацепки завели Совет в тупик – так что, видимо, ее массивная и слегка похожая на инопланетянина тень пойдет с ней в Фоксфайр.

Софи пыталась убедить Алдена следить за ней через регистрационный медальон, но тот напомнил ей, что в прошлый раз похитители его просто сорвали. И даже несмотря на дополнительные шнурки, вплетенные в цепочку, и все остальные меры безопасности, Алден не хотел оставлять ее жизнь в руках бездушной побрякушки.

Софи подавила вздох.

– Софи нужна нам здесь, – сказал Сандору Грейди, притянув девушку к себе и быстро обняв. – Ничего не чувствуешь? – спросил он ее.

– Поблизости – нет. Но могу попробовать расширить диапазон, – она отодвинулась, закрыла глаза и приложила ладони к вискам, чтобы получше сосредоточиться.

Софи была единственным телепатом, способным улавливать мысли на расстоянии, четко представляя, где находится объект, и только она умела читать мысли животных. Если бы она услышала мысли йети, то проследила бы их прямо до его укрытия. Ей нужно было лишь прислушаться.

Ее концентрация невидимой вуалью накрыла местность, и щебет и поскрипывание отошли на задний план, оттесненные «голосами», заполнившими ее разум. Мелодичные рассуждения птиц на деревьях. Приглушенные думы грызунов под землей. Издалека, с небольшого луга, доносились спокойные мысли лани и ее олененка. А где-то еще дальше, в густом подлеске, слышались скрытные размышления большой пумы, выслеживающей добычу.

Но ни следа тяжелых, грохочущих мыслей йети.

Софи сосредоточилась на горах, покрытых снежными шапками. С таким расстоянием обычный телепат бы не справился, но, когда она просила помощи во время похищения, тянуться приходилось еще дальше – и это учитывая, что ее накачали снотворным. Поэтому она удивилась, когда от напряжения ее начала бить дрожь.

– Не страшно, Софи, – сказал Грейди, сжимая ее плечо. – Найдем его как-нибудь по-другому.

Нет.

Поэтому-то Грейди и взял ее с собой на поиски, несмотря на бесконечные переживания Сандора по поводу ее безопасности. Он уже трижды пытался поймать зверя, и каждый раз возвращался с пустыми руками. Он на нее рассчитывал.

Софи вытянула надломленную ресничку – она всегда так делала, когда нервничала, – и направила мысли так далеко, как только могла. Перед глазами замелькали цветные пятна, за каждым из которых следовал укол боли, не дающий вздохнуть. Но страдания стоили того: вскоре она уловила едва слышимый шепоток мыслей – размытое изображение реки с покрытыми мхом зелеными булыжниками и белой бегущей водой. Мысли улавливались легче, чем у йети, с которым она практиковалась в Хэвенфилде, но они были слишком сложными для простого лесного животного.

– Сюда, – сказала Софи, указав на север и рванув туда, петляя между деревьями. Хорошо, что сегодня она надела легкие ботинки, а не туфли на плоской подошве, которые носила с простой бежевой туникой и коричневыми штанами. В такой обуви легче бегать.

Декс догнал ее – растрепанные рыжевато-соломенные волосы замотались из стороны в сторону, когда он подстроился под ее шаг.

– Все еще не понимаю, как у тебя это получается.

– Просто ты не телепат. Я вот тоже не представляю, каково быть технопатом.

– Тшшш, тебя же услышат!

Декс попросил ее пообещать никому не рассказывать о его недавно открывшемся даре. Дама Алина – директриса Фоксфайра – запретила бы ему ходить на выявление способностей, если бы узнала, а Декс все надеялся открыть в себе талант «получше», хотя эльфы крайне редко обладали несколькими талантами.

– Не глупи, – сказала Софи. – Технопатия – это классно.

– Легко тебе говорить. Нечестно, что у тебя есть и телепатия, и инфликция.

От последнего слова Софи передернуло.

Была бы возможность – она бы моментально избавилась от своей опасной способности. Но от проявившегося таланта нельзя было отказаться. Софи узнавала. И не раз.

Дальше тропа уходила под уклон; все мышцы в теле Софи ныли, прохладный воздух жег легкие – но как же приятно было бежать. С самого похищения ее постоянно держали взаперти, стараясь уберечь от опасности. Но на самом деле получалось, что это она сидит в тюрьме, а преступники разгуливают на свободе.

Эта мысль придала сил, и она ускорилась, будто, поднажав, она могла убежать от своих проблем так далеко, что они бы испарились. Ну, или хотя бы подальше от Сандора – пусть гоблин для своих размеров и был удивительно проворным. У нее ни разу не получилось от него улизнуть, а за последние несколько недель она часто пыталась это сделать.

Чем ближе они подбирались к горе, тем больше сужалась тропа, и еще через несколько минут она свернула на восток и оборвалась у журчащего ручья. Над камнями витала белая дымка, придающая воде у подножия горы жутковатый вид.

Софи остановилась, чтобы перевести дыхание, а Декс принялся разминать ноги. Грейди с Сандором нагнали их, когда Софи перепроверяла расположение йети.

– Вы ведь должны быть рядом со мной, – посетовал Сандор.

Софи пропустила его слова мимо ушей и указала на покрытые снежными шапками горы:

– Он там.

Сейчас мысли ощущались острее; они переполняли сознание Софи удивительно яркими образами. Кружевные листики папоротников можно было разглядеть до мельчайших деталей, и Софи почти чувствовала на коже прохладные брызги воды и ветерок, щекочущий лицо. Но самым странным было тепло, охватившее ее сознание. Раньше Софи никогда не ощущала мысли как чистейшую эмоцию – особенно у тех, кто находится так далеко от нее.

– Больше разделяться не будем, – распорядился Грейди, когда они двинулись по берегу в гору. – Эта часть леса мне незнакома.

Софи это не удивило. Деревья и папоротники росли так густо, что было заметно – сюда очень давно не ступала ни нога человека, ни эльфа.

Земля была покрыта мягким зеленым мхом, приглушающим звуки шагов. Он был скользким – и когда Софи упала в третий раз, Декс схватил ее за руку и больше не отпускал. Жар его ладони ощущался даже через ткань, Софи чувствовала, что стоит отстраниться, но Декс помогал сохранять равновесие, и так было легче концентрироваться на мыслях йети.

Тот, видимо, ел, потому что Софи наполнило чувство удовлетворения, как будто она только что съела добавку маллоумелта.

Она ускорилась – опасаясь, что, наевшись, йети пойдет дальше, – и случайно наступила на упавшую ветку.

Послышался громкий треск.

По телу Софи побежали мурашки, и пусть она знала, что чувство ей не принадлежит, все равно содрогнулась от ужаса. Софи не понимала, что оно значит – но времени на раздумья не было. По образам, замелькавшим в голове, было видно, что йети кинулся бежать.

Софи вырвала руку из мертвой хватки Декса и кинулась за ним.

Зверь мчался так быстро, что его мысли расплывались. Софи, сосредоточившись, перенаправила свою внутреннюю энергию в ноги, но все равно чувствовала, что расстояние между ними и йети растет. Еще немного, и он сбежит – если только у нее не получиться ускориться.

Ментальный толчок.

Софи не особо обрадовалась, узнав, что обладает невероятно редкой способностью к телепатии. Но, направив в ноги теплую энергию, гудящую на задворках разума, и ощутив в мышцах колоссальный всплеск силы, она сразу же обрадовалась тому, как по-новому заработал ее мозг – пусть головная боль и усилилась. Она неслась по болоту, едва касаясь земли, оставив Декса, Сандора и Грейди далеко позади.

Мысли йети вновь прояснились.

Она догоняла его.

Но дополнительная энергия заканчивалась быстрее, чем Софи ожидала, и когда она совсем истощилась, у нее едва получалось тащить себя вперед.

«Все хорошо, – она передавала сигнал, отчаянно открывая свои мысли животному. – Я тебя не обижу».

Йети застыл.

В его мыслях царил вихрь эмоций, и у Софи не получалось их разобрать. Но она воспользовалась кратковременной заминкой, собралась с силами и доползла до узкого прохода среди густой стены листьев. За деревьями ощущалось присутствие йети.

Безопасней всего было бы дождаться остальных – но кто знал, сколько еще создание будет ждать? А пока что ему было спокойно. Любопытно.

Три глубоких вздоха придали решимости. А затем Софи выбралась на поляну.

Глава 2

Резкий вздох Софи эхом отразился от стоящих кругом деревьев, и она заморгала, не веря своим глазам.

В нескольких метрах от нее стояла мерцающая белая лошадь с расправленными крыльями. Это был не пегас – из прочитанных в Хэвенфилде книг Софи знала, что те меньше и крепче, с темно-синими пятнами на шкуре и иссиня-черной гривой. А у этой лошади грива была вьющейся и серебристой; она струилась по ее шее и расходилась у крученого серебристо-белого рога, растущего на лбу, как у единорога. Но она ни разу не видела единорога с крыльями.

– Кто ты? – прошептала Софи, глядя в глубокие карие глаза лошади. Обычно она считала карие глаза – особенно свои – скучными и неинтересными, но в этих плясали золотистые искорки, а смотрело животное так пристально, что было не отвести взгляда.

Лошадь заржала.

– Все хорошо. Я не обижу, – она передала ей образы, где заботилась о других животных.

Лошадь забила копытом и фыркнула, но осталась на месте, с опаской глядя на Софи.

Та сосредоточилась на ее мыслях в поисках чего-нибудь, чем можно было бы вызвать доверие. Сложность ее ума поражала. Софи ощущала стремительные наблюдения и расчеты – то же самое она испытывала, читая мысли эльфов. Эмоции также были крайне сильны. Теперь Софи понимала, каково быть эмпатом – и радовалась, что не из их числа. Сложно было различить, где чьи чувства.

– Вот ты где! – воскликнул Декс, выбегая на поляну. Лошадь заржала, взмывая в небо, и у Декса упала челюсть.

– Все в порядке! – крикнула ей Софи. – Он друг.

«Друг».

Едва она передала это слово, лошадь застыла, зависнув над ними. В мыслях Софи замелькали десятки образов; а затем она едва не задохнулась под новым нахлынувшим чувством. Глаза жгло, сердце ныло, и лишь через несколько секунд она поняла, что же ощущает.

– Тебе одиноко? – шепнула Софи.

– Это не йети, – промямлил Декс.

– Да я уж заметила, – ответила Софи. – Ты не знаешь, кто это?

– Аликорн, – пробормотал Грейди у нее за спиной, вызвав у парящей лошади новую волну паники.

«Еще один друг», – передала Софи, когда та взмыла выше.

На самом деле Грейди был не просто другом. Он был ее приемным отцом. Но почему-то ей сложно было так его называть – пусть процесс удочерения и завершился.

«Все хорошо, – уверила она аликорна. – Никто тебе не навредит».

Лошадь заржала, сосредотачивая мысли на Сандоре – и на оружии, болтающемся у его бедра.

– Сандор, ты ее пугаешь. Тебе стоит отойти.

Сандор не шелохнулся.

– Пожалуйста, – попросил его Грейди. – Мы не можем упустить аликорна. Ты же знаешь, как они важны для нашего мира.

Вздохнув, Сандор недовольно ушел с поляны, ворча о том, что в таких условиях просто невозможно работать.

– Эта лошадь и правда такая важная? – спросила Софи, с прищуром глядя в небо.

– Вообще-то, да, – до ужаса самодовольно произнес Декс. – Такую находили только однажды за всю историю. Совет ищет других аликорнов уже несколько столетий.

– Тысячелетий, – поправил Грейди. – На протяжении всего нашего существования мы старались раскрыть тайны планеты, на которой живем. А потом совершенно случайно в нашу жизнь ворвался величественный аликорн, доказавший, что у Земли остались тузы в рукавах. И с тех пор мы пытались найти еще одного. Нельзя дать ему уйти. Сможешь позвать его к нам, Софи?

Девушка пообещала постараться, ощущая возлегшую на плечи тяжесть просьбы.

«Безопасно, – передала она перепуганному созданию, подкрепляя свои слова образами, которые показывали, как она заботится о других животных. Затем она послала образ аликорна, стоящего рядом с ней на поляне. – Спускайся».

Лошадь не шевелилась, и Софи послала ей мысль о себе, поглаживающей мерцающую гриву аликорна.

И вновь ее обожгло одиночество – в этот раз более сильно. Давняя болезненная тоска. А затем аликорн сделал еще один круг и приземлился на расстоянии чуть больше вытянутой руки от Софи.

– Невероятно, – выдохнул Грейди.

– Хорошая девочка, – прошептала Софи.

– Девочка? – переспросил Декс.

Софи кивнула, сама не зная, как это поняла. Чувство было такое, будто бы сама аликорн ей сказала…

– Аликорн из Убежища – самец! – произнес Грейди, выдергивая Софи из мыслей. – Да это находка всей жизни, Софи!

Та ухмыльнулась, представляя выражение лица старейшины Бронте, когда он об этом услышит. Он презирал ее человеческое воспитание и связь с «Черным Лебедем» – загадочной группой повстанцев, стоящей за всеми тайнами прошлого Софи, – и постоянно пытался доказать, что ей не место в их мире.

– Эм… не хочу портить момент, – вмешался Декс, – но как мы отвезем ее домой?

Улыбка пропала с лица Грейди.

– Хороший вопрос. Упряжь для йети ей не подойдет, и даже если я сейчас помчусь домой, то сбрую для аликорна все равно не найду.

– Может, она нам и не понадобится, – Софи посмотрела прямо в немигающие глаза лошади и вновь передала ей: «Друг». А затем вытянула руку и медленно шагнула вперед.

– Осторожно, – предупредил Грейди, когда аликорн испуганно заржала.

– Тише, девочка, – шепнула Софи, не разрывая зрительного контакта и делая шаги вперед.

«Спокойно».

Она пересылала бесконечный поток мыслей, в которых гладила разных животных, давая понять, что она собирается сделать.

Аликорн рассмотрела все образы и сосредоточилась на Софи.

Софи понадеялась, что это приглашение. Затаив дыхание, она преодолела оставшееся между ними расстояние.

Ее пальцы скользнули по гладкой и прохладной шерсти носа аликорна. Мерцающая лошадь фыркнула, но не отступила.

– Умница, – сказала Софи, касаясь пальцами рога. Зарывшись ладонью в серебристую гриву, она поразилась, насколько же та холодная – каждая прядь словно нить льда.

Аликорн издала звук, похожий на тихий выдох, и потерлась о плечо Софи; девочка хихикнула, когда влажные ноздри защекотали шею.

– Ты ей нравишься, – прошептал Грейди.

– Правда, девочка? Я тебе нравлюсь?

По спине Софи поползла дрожь, когда что-то вторглось в ее сознание. Чем дольше оно скакало по закоулкам разума, тем более плотную форму обретало, и, наконец, сформировалось в единое слово.

«Друг».

– Что такое? – спросил Грейди, когда Софи отступила, мотая головой.

– Извини… просто не привыкла к силе ее мыслей, – она погладила лошадь по сияющей щеке, пытаясь понять, что только что произошло.

Неужели аликорн выучила сказанное ей слово? Такое возможно?

– Как думаешь, она даст мне себя погладить? – спросил Грейди, осторожно шагнув вперед.

Аликорн встала на дыбы, хлопая крыльями.

Грейди попятился.

– У нас проблема.

Чтобы перенести аликорна домой, кому-нибудь нужно было коснутся ее, чтобы сформировать физическую связь.

– Я могу прыгнуть с ней… – предложила Софи.

– Ни в коем случае! – воскликнул Грейди, отчего аликорн заржала. Перейдя на шепот, он добавил: – Это слишком опасно.

– Я справлюсь, – возразила Софи. Восторг стер и головную боль, и усталость от ментального толчка.

– Эм, забыла, что случилось в прошлый раз? – вмешался Декс.

Софи недовольно глянула на него, удивляясь, что он встал на сторону Грейди.

– Эй, не смотри на меня так. Ты чуть не исчезла.

На последних словах его голос дрогнул, и Софи не могла не задаться вопросом, сколько же Декс пережил в тот день. Когда она пыталась сбежать от похитителей с помощью прыжка, едва не стоившего ей жизни, девушка думала, что он без сознания. Но получается, что он видел, как свет затягивает ее – по крайней мере, так сказал Элвин. Они с Дексом не обсуждали произошедшее. Софи помнила лишь тепло, мелькающие цвета и притяжение такой силы, что хотелось следовать ему, куда угодно – и она едва не поддалась этому желанию.

Но она никогда не забудет, в какой агонии пыталась собрать себя воедино. И теперь при каждом прыжке у нее слегка кружилась голова. Но через пару секунд головокружение проходило, а Элвин не выявил ничего подозрительного ни на одном осмотре после ее выздоровления. К тому же все это случилось до того, как она научилась пользоваться своей повышенной концентрацией. Даже до того, как она вообще узнала, что ее концентрация повысилась. Не говоря уже о том, что похитители отобрали у нее нексус.

Софи коснулась гладкого черного браслета на своем запястье, скользя пальцами по блестящему бирюзовому камню по центру, окруженному закрученными змейками алмазов. Этот нексус создавал вокруг нее силовое поле, не дающее потерять при прыжке ни единой частицы. А значит, что она сможет воспользоваться своей концентрацией, чтобы защитить аликорна и благополучно прыгнуть с ней домой.

В голове все звучало логично – но при мысли об очередном рискованном прыжке по телу все равно пробежала слабая дрожь.

– Других вариантов у нас нет, – сказала Софи, стараясь убедить не только Грейди с Дексом, но и себя. – Или я чего-то не знаю?

Никто не ответил, поэтому она глубоко вздохнула и представила, как, концентрируясь, укутывает мерцающую лошадь защитным покровом. Голова заболела снова, а на то, чтобы охватить такое большое животное, пришлось растратить последние капли внутренней энергии, но Софи смогла найти в себе силы и ухватить аликорна покрепче.

Она справится.

Не оставляя себе времени на раздумья, Софи коснулась ладонью щеки аликорна, а второй ухватилась за медальон на длинной цепочке, свисающий с шеи. Она взяла кристалл, и луч света ударил в единственную грань, вырезанную на камне, а затем отразился на землю.

– Софи, даже не смей… – начал было Грейди, но опоздал.

Она шагнула к свету, давая теплу расползтись под кожей тысячами щекочущих перышек, и мерцающий поток унес их с аликорном прочь.

Глава 3

Полные буйной растительности пастбища Хэвенфилда, мерцая, появились перед Софи, она материализовалась посреди широкой устланной цветами дороги, прорезающей поле. На ногах она стояла крепко, но голова невероятно кружилась, а перед глазами мелькали радужные точки, как будто она смотрела на мир через калейдоскоп. Софи покачнулась, жалея, что не за что ухватиться, и тут аликорн заржала от ужаса и взмыла в небо, расписанное лучами заходящего солнца.

Софи кинулась было к ней, но успела сделать лишь несколько шагов – а затем сильные руки схватили ее за плечи и повернули к себе.

– О чем ты думала? – руки Грейди тряслись, но Софи больше волновал расплывчатый серый пузырь, проявляющийся у него за спиной. Даже сквозь вихрь цветов можно было разглядеть полный ярости взгляд Сандора.

– Все в порядке, правда, – сказала она, сглатывая; хотелось бы ей, чтобы эти слова были правдой.

Крылатая лошадь заржала, и волна паники помогла Софи сосредоточиться.

– Мне надо ее успокоить, пока она не улетела.

На мгновение Грейди стиснул ее плечи еще сильнее. Но затем покачал головой и отпустил ее.

– Поговорим позже.

Софи в этом даже не сомневалась, но у нее не было времени волноваться. Голова, наконец, прояснилась – и как раз вовремя. Верди – тираннозавр, живущая в Хэвенфилде и до сих пор не привыкшая к вегетарианскому образу жизни, – уже рычала, как будто ей очень хотелось отведать свежей конины.

Аликорн резко свернула в сторону от динозавра с кислотно-зелеными перьями и помчалась в сторону Рощи – пышного сада, полного изогнутых деревьев с большими кронами. Несколько приземистых темнокожих гномов выбежали из высоких зеленых дверей в стволах деревьев, пялясь огромными серыми глазами на кружащего в небе аликорна.

– Помогите, мне нужно заманить ее вниз! – крикнула Софи, пробегая мимо них, хотя несколько гномов уже кинулись в сторону золотистых складов с кормом, стоящих на отдаленных утесах. Гномы не были слугами – они сами решили жить с эльфами, – а с животными и растениями управлялись просто мастерски. Софи надеялась, что у них найдется какое-нибудь угощение, перед которым аликорн не сможет устоять.

– Вот это ты попала, – произнес Декс, когда догнал Софи. – Тебе повезет, если Грейди с Эдалин выпустят тебя из дома до сто пятидесятого дня рождения.

– Не помогаешь, Декс.

«Вернись, пожалуйста, Друг, – передала она, когда лошадь поднялась еще выше.

– Вот, попробуй, – сказал Грейди, стоящий позади, и передал ей несколько скрученных светло-синих стебельков.

Когда Софи подняла их над головой, ее ноздри защекотал острый запах, похожий на корицу.

– Спускайся, девочка, – позвала она, посылая образ аликорна, поедающего тонкие стебельки. «У меня для тебя угощение».

Любопытство вплелось в эмоции Софи.

«Угощение!» – повторила она.

Аликорн заржала и спустилась пониже, но не приземлилась. Софи повторяла свое обещание и махала стебельками в воздухе, пока аликорн, сделав еще три круга, не опустилась на землю, осторожно коснувшись почвы светящимися копытами.

Софи улыбнулась и протянула ей угощение.

– Вот, девочка.

Крылатая лошадь несколько секунд изучала Софи своими огромными карими глазами, а затем сделала резкий выпад и откусила верхушки стеблей, находившихся в руках у Софи. Она едва успела убрать пальцы, и аликорн жадно проглотила остальное.

– Фу, – протянул Декс, зажимая нос. – Кто бы мог подумать, что у сверкающих лошадок так разит изо рта?

– С дыханием Игги не сравнится, – напомнила ему Софи. Пусть ее домашний имп и был комочком шерсти размером с ладонь, но изо рта у него пахло горой тухлых яиц и грязных памперсов. – Кажется, нам нужно больше еды, – добавила она, когда аликорн принялась вылизывать ее ладонь своим шершавым фиолетовым языком.

– Уже несут, – Грейди указал на гнома, ковыляющего к ним с охапкой синей травы размером почти с него самого.

Внешне все гномы напоминали скорее растения, чем животных: у них была грубая кожа землистого цвета и ярко-зеленые большие пальцы. Софи до сих пор слегка пугала их странная внешность, поэтому она не удивилась, когда аликорн заржала и встала на дыбы. Но гнома это не смутило: он широко улыбнулся, демонстрируя зеленые зубы, и принялся раскладывать стебли узкой дорожкой, ведущей в сторону вольера, где обычно жили птеродактили. Нервная лошадь с подозрением оглядела угощение, но через какое-то время опустила голову и начала поедать траву, двигаясь в сторону загона. Она все еще доедала остатки, когда Грейди закрыл ворота, запирая ее внутри небольшого купола из переплетенных зеленых бамбуковых стеблей.

В Софи начала расцветать паника, когда она увидела, что аликорн безуспешно попыталась расправить крылья.

– Это только на несколько часов, – пояснил Грейди, заметив, как нахмурилась Софи. – Гномы уже начали строить купол над пастбищем Клиффсайда.

– Ух ты, серьезно? – Грейди с Эдалин прекратили ходить к Клиффсайду вскоре после исчезновения Софи, потому что не желали приближаться к пещерам, где она якобы утонула. После ее спасения они возвели высокую металлическую изгородь по всему краю утеса, чтобы никто больше не мог спуститься к пляжу. Софи не знала, пытались ли они таким образом не выпустить ее или не впустить других, но, в любом случае, она и сама не рвалась обратно к пещерам. Ей совершенно не хотелось увидеть их вновь.

Пастбище было холмистое, покрытое мягкой травой и отлично подходило для летающей лошади, увидев его, она догадалась, почему Грейди решил его использовать. Но построить над ним купол было тяжелой задачей. Хорошо, что гномы были невероятно трудолюбивыми созданиями. Они питались энергией солнца и почти не нуждались во сне, поэтому постоянно старались чем-нибудь себя занять. Если кто-нибудь и мог сотворить подобное чудо, то точно они.

– Может, хотя бы дадим ей еще угощение, чтобы подбодрить? – аликорн смотрела на нее печальными, слезящимися глазами.

– Гномы уже несут. Хорошо, что они сегодня собрали много пряной травы.

«Вот видишь, все будет хорошо, – сказала ей Софи. – Обещаю».

Аликорн отвернулась.

– Теперь она меня ненавидит.

– Она простит, – Грейди положил руку ей на плечо, и это придало Софи храбрости встретиться с ним взглядом.

– А ты? – тихо спросила она. – Все еще ненавидишь меня за то, что я прыгнула с ней?

Грейди прикрыл глаза.

– Софи, я ни за что и никогда не стану тебя ненавидеть. Но ты подвергла себя большой опасности. Если бы с тобой что-то случилось, я бы…

Софи опустила взгляд.

– Прости. Я стараюсь быть осторожной, честно.

– Знаю. Но осторожность лишней не бывает, понимаешь?

Софи кивнула, и Грейди крепко ее обнял.

В нос ей ударила вонь йети, и она, кашляя, отстранилась.

– Ну и каким будет наказание?

– Попрошу Элвина осмотреть тебя утром, убедиться, что все точно в порядке.

К сожалению, это было не удивительно. Софи, наверное, побила все рекорды по вызову врачей на дом – что весьма иронично, учитывая, как она их не любила.

– А еще весь следующий месяц ты купаешь верминиона, – добавил Грейди.

Софи застонала. Она была готова поклясться, что громадный мутант-хомяк планировал расквитаться с ней с того самого дня, как она помогла поймать его, в день, когда он только прибыл в Хэвенфилд.

– Это жестоко.

– Нет, это шикарно, – поправил Декс.

– Рад, что ты так думаешь, Декс, – сказал ему Грейди. – Потому что ты будешь ей помогать.

– Эй, я же ничего не сделал!

– А я и не отрицаю. Но ты правда думаешь, что Софи даст тебе просто стоять и смотреть, как она работает?

Он был прав. Дексу бы точно не удалось отвертеться – а приходил он почти каждый день. В конце концов они были лучшими друзьями.

Но Грейди смотрел на них и улыбался так, что у Софи почему-то горели щеки. Декс, видимо, тоже это заметил, потому что сильно покраснел, пробормотал какую-то отговорку про то, что родители начнут волноваться, если он задержится, и спешно прыгнул домой.

Грейди взял Софи за руку, и его улыбка угасла.

– Думаю, пока не стоит говорить Эдалин о твоем маленьком приключении, ну а завтра…

– Прости, что напугала.

Он грустно улыбнулся.

– Просто больше так не делай. Ладно, пойдем, надо отмыться от помета йети и рассказать Эдалин о нашей находке.

К тому времени, как Софи помылась, переоделась и накормила Игги, чтобы он не разворотил всю ее комнату – импы доставляли немало проблем, если им что-то не нравилось, – солнце зашло, а гномы закончили готовить пастбище. Мурашки забегали по коже Софи, когда она подошла к новому загону, и, хотя она старалась не смотреть, она то и дело поглядывала на скалы, где от металлических ворот отражался лунный свет.

Она силой воли перевела взгляд на толстые стебли, похожие на фиолетовый бамбук, изогнутый широкой дугой. Они переплетались и вместе образовывали купол над пастбищем в полтора километра, похожий на паутину. Другие изогнутые стебли были выстроены подобно домино, создавая крытый проход от одного загона к другому, по которому аликорн могла безопасно пройти. Но ее самой нигде не было видно.

– Она слишком волнуется, – пояснил Грейди, когда Софи нашла его у загона птеродактилей. – Гномы боятся переводить ее. Она может пораниться, пытаясь сбежать.

– Не нужно бояться, красавица, – прошептала Эдалин, приближаясь к прутьям с пряной травой в руках. – Мы хотим помочь.

Аликорн заржала и взбрыкнула.

Эдалин отшатнулась и откинула с лица свои волнистые волосы янтарного цвета.

– Я даже не знаю, как еще попытаться.

– Как думаешь, сможешь ее успокоить, Софи? – спросил Грейди.

– Может быть, – Софи подошла ближе, и вскоре аликорн заметила ее и перестала брыкаться. Лунный свет превратил ее перламутровую шерсть в сияющее серебро, а ее темные глаза засверкали, точно звезды.

«Друг?» – передала Софи.

«Друг!» – ответила аликорн, опуская морду так, чтобы Софи смогла протянуть руку между прутьями и почесать ей щеку.

– Невероятно, – выдохнула Эдалин, улыбаясь впервые за неделю, как минимум. Темные тени под ее глазами рассосались. – Сможешь отвести ее к новому загону?

– Попробую, – Софи принялась передавать образы Клиффсайда, повторяя «Твой новый дом». Это не помогло, поэтому она добавила аликорна, пасущегося внутри.

Лошадка обдумала увиденное и проецировала другую картину: темное, полное звезд небо, на фоне которого свободно летает блестящая серебристая лошадь.

– Кажется, она не хочет тут оставаться, – прошептала Софи.

– Ну придется. Она слишком важна, – напомнил Грейди. – К тому же, только здесь она будет в безопасности. Подумай, что случится, если до нее доберутся люди.

У Софи случилось видение: аликорн, облепленный миллионом жутких медицинских аппаратов. Девушка с содроганием передала: «Здесь безопасно».

«Безопасно», – повторила аликорн, но, судя по всему, настоящего значения слова не поняла. Или ей было все равно.

Софи попробовала иной подход.

«Ты больше не будешь одинока».

Аликорн обдумала это, и через несколько мгновений робко отозвалась: «Друг»?

«Друг, – сказала ей Софи, вновь показывая пастбище. – Безопасно. Пойдем в твой новый дом».

В этот раз аликорн не стала спорить. Софи кивнула Грейди, а тот дал гномам сигнал открыть ворота между пастбищами.

«Спокойно», – передала Софи напрягшейся лошади, но все равно ощутила прилив паники, едва ворота распахнулись, аликорн на полной скорости понеслась по туннелю. Софи кинулась за ней вместе с Грейди и Эдалин, и они вместе резко ахнули, когда сверкающая лошадь добралась до нового пастбища и расправила крылья, взлетая под самый купол нового дома.

– Молодчина, Софи, – сказал Грейди, сжимая ее плечи. – Что бы мы без тебя делали?

От похвалы она покраснела.

– Вы уже кому-нибудь сообщили о ней?

– Я пытался соединиться с Алденом, но он был вне зоны доступа. Попробую утром.

Софи поежилась, хотя холодно ей не было. Лишь в нескольких местах передатчик – небольшой серебристый квадратик, работающий примерно как телефон, – был вне зоны доступа, и места эти были темными, запретными. Как же ужасно становилось при мысли о том, что Алден рискует жизнью, пытаясь отыскать ее похитителей.

Аликорн заржала и приземлилась, возвращая Софи обратно в реальность.

Она протянула руку сквозь фиолетовые прутья, и через мгновение лошадь подтрусила ближе, так, что Софи смогла погладить ее сверкающую шею. «Знать бы, как тебя зовут».

Ей казалось, что неправильно называть такое прекрасное создание просто скучным «аликорн». «У тебя есть имя, красавица?»

Она не ожидала ответа, но в сознании все равно завертелась мысль. Она казалась странно теплой и мягкой, и, когда Софи сосредоточилась, она скрутилась и обернулась словом.

– Силвени? – шепнула Софи.

Аликорн всхрапнула.

– Что ты сказала? – переспросила Эдалин.

Софи потрясла головой, стараясь привести мысли в порядок.

– Кажется, ее зовут Силвени.

Силвени всхрапнула вновь.

– Погоди, ты разговариваешь с ней словами? – спросил Грейди.

– Иногда она повторяет слово, которое я передаю, но сейчас все было по-другому. Как будто она заговорила со мной на своем языке, а я перевела.

Несколько мгновений Грейди с Эдалин просто смотрели на нее, а затем Грейди рассмеялся.

– Твои таланты не перестают поражать.

Софи попыталась улыбнуться, но внутри все сжалось.

Она была полиглотом – эльфом, способным понимать все языки мира, – и этот талант тоже пробудился в ней во время похищения.Третья способность. Может, ей стоило бы гордиться множеством умений, но она волновалась о том, что это могло значить, и о том, ради чего ей их дали.

В памяти всплыл навязчивый шепот: «Ты их маленькая марионетка».

– Ты в порядке, Софи? – спросила Эдалин и на ее лбу проявилась тонкая морщинка волнения.

– Да, просто устала, – сказала она и тут же осознала, что так и есть. Все тело ныло, а остатки головной боли все еще пульсировали в висках. – Думаю, пойду спать.

Она понимала, что не убедила ни Грейди, ни Эдалин, но они не стали давить. Она погладила шелковистый нос Силвени, пообещала ей, что придет утром, и отправилась в спальню, которая занимала весь третий этаж Хэвенфилда.

В комнате было темно – лишь лунный свет лился сквозь стеклянные стены. Она остановилась в дверном проеме, щелкнула пальцами, дожидаясь, пока свисающие с потолка кристальные звезды зальют всю комнату светом, и лишь затем вошла.

Сандор уже провел свой еженощный обход ее комнаты и проверил, нет ли незваных гостей – но она все равно изучила каждый угол и каждую тень, ища какой-либо признак того, что тут есть кто-то помимо нее. Все лежало на местах, помимо изгрызенной туфли – дело рук Игги. Не был тронут ни единый лепесток цветов, вплетенных в ковер.

Убедившись в этом, Софи закрыла дверь, переоделась в пижаму и легла на огромную кровать с балдахином, утомленно потягиваясь. Прижавшись лицом к Элле, ярко-синему слоненку, без которого она не могла спать, Софи вновь щелкнула пальцами, выключая свет. Игги занял свое место на ее подушке, свернувшись в крошечный серый комочек, и через секунду захрапел подобно бензопиле. Софи почесала его пушистый животик, жалея, что не может также быстро уснуть, и хлопнула в ладоши, чтобы занавесить окна толстыми шторами.

Она надеялась, закрыв глаза, увидеть сны о сверкающих крылатых лошадях, летящих на фоне яркого синего неба. Но вместо этого ее преследовала фигура в темном плаще, набрасывалась из тьмы и утаскивала в дымку. Путы врезались в ее запястья и лодыжки, и кто-то выкрикивал вопросы, на которые у нее не было ответов. А затем горячие руки обожгли ее кожу, и во мраке послышался призрачный шепот.

Они найдут ее.

И она больше никогда от них не сбежит.

Глава 4

«Это был просто сон», – попыталась убедить себя Софи, вытирая со лба холодный пот. Но кожа ныла от воспоминаний о боли, а ноздри до сих пор обжигал сладкий запах снотворного. А тот голос…

Она никогда не сможет его забыть.

Поежившись, она выбралась из постели, на носочках прошла по ковру и прижалась ухом к гладкой деревянной двери. Колотящееся сердце замедлилось, когда она услышала ровное дыхание Сандора по ту сторону. В глубине души она была искренне благодарна ему за защиту. Но хотелось бы в ней не нуждаться.

У Декса не было охранника. Он попросту оказался не в том месте не в то время, а Софи до сих пор ужасно из-за этого расстраивалась. Это за ней они пришли, чтобы посмотреть на ее таланты.

Но… на что она была способна, по их мнению?

Этот вопрос преследовал ее больше кошмаров, и она дошла до стола, чтобы вытащить единственную вещь, способную ее успокоить.

Обернутый шелком сверток был спрятан в дальний угол нижнего ящика, и она не сняла ткань, пока не спряталась под одеялом. Прохладная серебристая сфера согрелась в ее пальцах, на ней засияла золотистая надпись «Шар-шпион», заливая ее пещерку из одеяла тусклым светом.

Софи закрыла глаза, собираясь с духом, и назвала тщательно выученные имена – имена, которые Совет запретил ей произносить.

– Покажи мне Коннора, Кейт и Натали Фриман, – прошептала она, открыв глаза, когда шар-шпион вспыхнул, а в его центре проявились три фигуры.

Ее мама похудела, сестра подросла, а в волосах отца проскальзывала седина, которой Софи не помнила – но это были они. Сидели за столом где-то далеко-далеко, ели пасту феттучини, как идеальная счастливая семья. И даже не знали, что Софи существует.

Софи сама захотела для них такой судьбы – сама молила о ней. Она хотела быть стертой, чтобы они не тосковали о ней в новой жизни. Но нелегко было быть забытой. Особенно учитывая, что их она забыть не смогла.

Софи смотрела, пока взгляд не затуманился и все не поплыло от навернувшихся на глаза слез. Она вытерла их и прошептала:

– Покажи мистера Форкла.

Шар-шпион почернел, и на нем вспыхнули слова, от которых она уже очень устала:

«НЕ НАЙДЕН».

Ее пальцы сжали сферу, пытаясь заставить ее подчиниться. Софи знала, что это не настоящее имя, но отчасти надеялась, что шар каким-то образом распознает истинную личность. Мистер Форкл был ее единственной связью с «Черным лебедем». Именно он спас их с Дексом, когда их похитили. Именно он пробудил ее новые способности. Он даже притворялся ее соседом, пока она жила в человеческой семье, и скорее всего он же и вложил в ее разум тайны.

Он мог дать все необходимые ответы.

Но он не хотел, чтобы его нашли.

Софи завернула шар-шпион обратно в ткань и вернула его на место. В ящичке над ним лежала толстая бирюзовая книга, которую она достала вместе с очередным шелковым свертком. Опустившись на пол, она прислонилась к столу и развернула баночку лунного света. Неяркого сияния хватало, чтобы все видеть и не давать Сандору понять, что она проснулась.

Пальцы Софи прошлись по выгравированному силуэту серебряной птицы на обложке.Лунный жаворонок.

Каждый раз при виде его по телу пробегали мурашки.

Алден дал ей дневник памяти, чтобы она могла записывать сны и отслеживать воспоминания, которые ей не принадлежали. Но после похищения она использовала его, чтобы вести собственное расследование о «Черном лебеде». Софи надеялась, что они оставили в ее памяти подсказки, способные привести ее к ним.

Проблема была в том, что она понятия не имела, как достать заложенную ими секретную информацию. Каждый раз перед тем, как новое воспоминание вспыхивало в памяти, его что-либо провоцировало – обычно записка или подарок от «Черного лебедя». И без подсказок ей приходилось просто продираться через тринадцать лет воспоминаний, а благодаря фотографической памяти у Софи их хватало. Но она сосредоточивалась на двух событиях, которые, как она полагала, были ключевыми.

Первое произошло, когда ей было пять лет. Она проснулась в реанимации, и врачи сказали, что она упала и ударилась головой, а сосед вызвал «Скорую помощь». С того момента она научилась читать мысли. Сейчас она понимала, что в тот день мистер Форкл пробудил ее телепатические способности. Чего она не понимала, так это зачем. Пятилетний возраст – невероятно рано для проявления таланта, и из-за него ей было куда сложнее влиться в человеческое общество. Так зачем он его пробудил? И почему она не помнит, что произошло?

Второй случай произошел, когда ей было девять. Она вновь оказалась в больнице, в этот раз из-за тяжелой аллергической реакции. Врачи так и не смогли понять, что ее вызвало, но несколько месяцев назад Софи на горьком опыте выяснила, что у нее смертельная аллергия на лимбиум, особое вещество, которое воздействует на определенные участки мозга. Ей даже приходилось носить флакон с антидотом, созданный Элвином, на случай, если она нечаянно употребит лимбиум. Только эльфы умели его делать, но теперь Софи знала, что раньше общалась, сама того не подозревала, как минимум с одним эльфом – а симптомы аллергии в обоих случаях совпадали. Значит, кто-то дал ей лимбиум. Но кто? И зачем?

Два размытых пятна в ее прошлом. Оба раза эльфы явно вмешивались в ее жизнь. Это не могло быть совпадением.

Похитителям не удалось стереть ей память – но «Черный лебедь» ее создал. И без всяких проблем вложил ей в разум секретную информацию. Значит, мог и скрыть что-нибудь?

Софи нужно было вернуть воспоминания. Где-то глубоко в подсознании должно было что-то остаться, подсказка, которая воскресила бы хоть какие-то обрывки. Ей просто нужно было найти ее.

Игги вспорхнул к ее ноге и свернулся на коленке, а Софи раскрыла дневник памяти на пустой странице.

«Ну, давай, мозг. В этот раз выдай мне что-нибудь полезное».

– Все еще плохо спишь? – спросил Элвин, сидя перед Софи на корточках и щурясь сквозь толстые переливающиеся очки. Утреннее солнце струилось через стеклянные стены гостиной, где Софи сидела на гладком белом диване. – Круги под глазами начинают напоминать синяки.

– Мыслей много.

Сняв очки, он оглядел Софи.

– Хочешь чем-нибудь поделиться?

В памяти всплыло вчерашнее головокружение, но она отвела взгляд и пожала плечами. Она уже устала от осмотров и того, как вокруг нее все хлопотали. К тому же, если бы с ней что-то было не в порядке, Элвин бы это уже выяснил. Через его очки можно было увидеть даже клетки, как под микроскопом.

Элвин встал, тяжело вздохнув; в элегантной чистой комнате он выглядел невероятно неуместно в своей ярко-зеленой тунике, принтованной гремлинами. Обычно по Хэвенфилду были разбросаны книги и приборы, придающие комнатам яркие акценты. Но сейчас их не было. Эдалин, стараясь отвлечься, буйствовала с уборкой.

– Посмотри вверх, – попросил Элвин, вновь надевая очки.

Софи подняла голову и ее ослепил свет хрусталя, ниспадающий с люстры в центре комнаты. Вспышка будто влилась прямо в мозг, и голова заболела.

– Ты в порядке? – спросил Элвин, увидев, что она сморщилась.

– А что? Вы что-то увидели?

Элвин нахмурился и склонился ближе, с прищуром глядя на ее лоб.

– Нет, все выглядит нормально.

Софи выдохнула; она и не заметила, что задержала дыхание.

Все выглядело нормально.

Все было нормально.

Она просто устала из-за бессонной ночи.

– Но тебе надо отдохнуть, – произнес Элвин, озвучивая ее мысли. – Может, тебе стоит вечером попить чай из сонной ягоды.

– Никакого снотворного.

– Это просто чай…

– Никакого снотворного, – она провела несколько недель жизни в наркотической дымке, пока ее держали в заложниках. Она не хотела пережить подобное вновь.

Элвин присел рядом с ней на мягкий диван.

– Ладно. Пока оставим бессонницу в покое. Но если ты не начнешь спать, то нам придется что-то придумать. Поняла?

Он дождался кивка.

– Хорошо. И я хочу еще раз осмотреть тебя через пару недель. Учеба уже начнется, поэтому просто зайди ко мне. Подготовлю твою обычную койку.

Софи недовольно поглядела на пол. Ну разумеется, ей придется сходить в здравпункт в первую неделю учебы. Ее друзья будут вечно дразнить ее из-за этого – особенно Киф.

– Очень рад, что ты так ждешь встречи со мной, – подмигнул Элвин, вставая и вытаскивая свой проводник.

Софи хотела извиниться, но в ней вдруг вспыхнула паника, не давая произнести ни слова.

– Что такое?

– Я… я не знаю. Кажется, что-то случилось с Силвени, – Софи встала и кинулась к арочной позолоченной двери главного входа в Хэвенфилд.

Сандор преградил ей путь.

– Если там неприятности, вы должны оставаться в доме.

Паника снова прилила холодной и резкой волной.

– Но я нужна Силвени.

Он не шевельнулся, и Софи рванула к заднему входу. Сандор зарычал – он так сильно напоминал злого кролика, что Софи не смогла сдержать улыбку и, выскользнув на улицу, помчалась по полям.

Сандор гнался за ней и кричал вслед, чтобы она вернулась, пока она мчалась мимо загонов с трицератопсами, мамонтами и какими-то огромными животными, похожими на жуков – они, должно быть, прибыли ночью. Паника Силвени возрастала, Софи ощущала ее с каждым сделанным шагом, и когда девушка взобралась на последний холм, ее сердце моментально ушло в пятки.

Толстая черная сбруя связывала крылья сверкающей лошади, а три эльфа в темных плащах с капюшонами стояли в ее загоне и тащили Силвени за собой.

Глава 5

– Стойте! – закричала Софи, начиная дрожать всем телом. Перед глазами все помутнело, а разум затянула мгла – но Сандор схватил ее за руку и затащил себе за спину, и резкое движение выдернуло ее из состояния бешенства.

– Кто вы? – требовательно спросил Сандор.

– Я не стану отвечать тебе, гоблин, – сухо и высокомерно отозвался самый высокий эльф.

Сандор достал из кармана несколько лезвий в виде звезд – они напоминали сюрикены ниндзя, но с более длинными концами и закрученными краями.

– У вас есть три секунды, чтобы представиться, или я пущу их в ход – и, можете поверить, я не промахнусь.

– Что тут происходит? – прокричал Грейди, спешно поднимаясь на холм. Он положил свою руку на плечо Софи и прищурился, глядя на эльфов.

– Вика? Тимкин? Это вы?

Одна эльфийка скинула с головы капюшон и отбросила с лица волнистые каштановые волосы.

– Ну, а кто еще?

Остатки темного тумана, затягивающего разум Софи, рассеялись, оставив после себя лишь головную боль.

Это были не они.

Хотя Хексы были едва ли лучше. Особенно учитывая, что Софи поняла, кто скрывается под третьим плащом, еще до того, как эльфийка сняла капюшон, показав ухмыляющееся лицо и копну вьющихся каштановых волос.

– Стина, – произнесла Софи, злобно глядя на девочку, которая изо всех сил старалась сделать ее школьную жизнь невыносимой. – Что вы тут делаете?

Стина потянула Силвени за упряжь.

– Мы заберем аликорна, чтобы она прошла настоящую реабилитацию.

«Успокойся, – передала Софи, когда паника Силвени переполнила ее сознание. – Я не позволю ей тебя забрать».

Ее поражало, что Силвени вообще подпустила их настолько близко, что они смогли надеть сбрую. Ей явно нужно научить сверкающую лошадку распознавать чистое зло.

– Меня не уведомили о решении, – сказал Грейди, сильнее сжимая плечо Софи, когда та попыталась шагнуть вперед.

– Умоляю тебя, ты же не думал, что они позволят тебе участвовать в реабилитации аликорна? – спросил Тимкин, дергая упряжь Силвени на себя. – Благородному животному необходим благородный дрессировщик.

– Насколько я знаю, только твоя жена была дворянкой, – поправил Грейди. – И только как Регент, а не Эмиссар.

– Всему свое время, – прорычал Тимкин, с такой силой дергая упряжь, что у перепуганной лошади замоталась голова.

Регент, Эмиссар, дворянин – Софи было плевать.

– Вы делаете ей больно! – закричала она, рванув в сторону загона.

Сандор преградил ей путь.

– Ничего подобного, – резко ответила Вика.

– Я чувствую ее боль, – возразила Софи.

Стина рассмеялась высоким свистящим голосом.

– Помнится мне, твои создатели не наделяли тебя эмпатией.

– Помнится мне, у тебя вообще никаких способностей нет, – плюнула Софи сквозь сжатые зубы. – И мне не нужно быть эмпатом. Я чувствую ее эмоции разумом.

Тимкин фыркнул.

– Невозможно.

– Если бы кто-то другой заявил такое, то я бы с тобой согласился, – произнес голос с четким акцентом, который невозможно было не узнать. – Но ты забываешь, какая Софи необычная.

Софи резко обернулась, с облегчением глядя на четырех эльфов, все еще мерцающих после прыжка. Алден, высокий и величественный в своем темно-синем плаще, стоял рядом с красивой длинноволосой девочкой возраста Софи. На другой стороне стояли два мальчика – брюнет с невероятными бирюзовыми глазами и нарочито растрепанный блондин с коронной усмешкой на губах.

Биана с Фитцем смотрели на Силвени с удивлением.

Киф ухмыльнулся Софи.

– Ага, Фостер постоянно творит безумства, которые никто не понимает. Так она напускает на себя больше таинственности.

– Лорд Алден, – произнес Тимкин, снимая капюшон и приглаживая свои темные волосы, попутно отвешивая излишне глубокий поклон. – Честь имею.

– Не нужно церемоний, Тимкин, – Алден обернулся к Грейди. – Прошу прощения за опоздание. Я надеялся успеть до прибытия Хексов. Но Фитц, Киф и Биана хотели посмотреть на давно не виденного аликорна, и кое-кому нужно было привести волосы в порядок.

– Эй, юноша должен выглядеть лучшим образом перед леди, – Киф погладил себя по голове. – Да, Фостер?

Софи ему не ответила – хотя ощутила, как краснеют щеки. Она повернулась к Алдену.

– Пожалуйста, нельзя позволить им забрать Силвени.

– Он не перед тобой отчитывается, – провозгласила Стина. – А перед Советом, и я уверена, что они сказали ему передать лошадь нам.

– Таков был план, – признал Алден. – Семья Хекс имеет огромный успех в реабилитации единорогов благодаря таланту к эмпатии, и именно бабушка Вики занималась реабилитацией аликорна из Убежища. Так что логично передать Силвени им на подготовку.

– Но она их ненавидит!

Силвени заржала, как будто соглашалась.

– Ты правда чувствуешь ее эмоции? – спросил Алден.

– Да. Сейчас она напугана, злится и хочет отойти от них подальше.

– Она выдумывает, – Вика подтащила Силвени к себе и положила руку на ее поблескивающую шею. – Я ничего такого не чувствую, а я настоящий эмпат.

Образ мелькнул в разуме Софи, и она не сдержала усмешки.

– Силвени хочет укусить вас за руку.

– Ты не можешь этого знать, – но Вика все равно отдернула руку ужасно быстро, учитывая то, что она не верила Софи.

Силвени воспользовалась заминкой и с такой силой дернула упряжь, что Вика с Тимкином повалились на грязную землю загона. Падая, они отпустили узду, и Силвени галопом поскакала на противоположную сторону пастбища, таща Стину за собой по грязи, пока та не отпустила ее.

Софи подбежала к фиолетовым прутьям и едва-едва успела протянуть руку и расстегнуть пряжку сбруи Силвени перед тем, как подоспели все остальные. Благодарная лошадь расправила крылья и взлетела под самый купол.

Вика стиснула запястье Софи своей грязной рукой.

– Проклятая ты девчонка! Сейчас же позови ее сюда.

– Зачем вам моя помощь? Разве не вы тут мастера своего дела?

Киф фыркнул.

– О-о-о, неплохо, Фостер!

– Заткнись, – прошипела Вика, сильнее сжимая пальцы.

– Отпусти ее, – прорычал Сандор, и Софи услышала металлический лязг, словно он достал из ножен свой меч.

Вика кинула на него короткий взгляд, а затем отпихнула Софи, толкая ее прямиком в руки Фитца.

– Ты в порядке? – спросил тот, помогая ей устоять на ногах и улыбаясь, как кинозвезда.

Софи, почти на все сто уверенная, что ее лицо пылает, отстранилась и пробормотала:

– Ага. Спасибо.

– Как именно ты общаешься с аликорном? – спросил ее Алден.

– Не знаю. Иногда у меня в голове просто мелькают образы. Иногда мне кажется, что она наполняет меня своими эмоциями, и я чувствую их тоже. Иногда она посылает образы слов. Но это…

– Слова? – перебил Алден.

Тимкин хохотнул – коротко и неприятно.

– И ты думаешь, что мы в это поверим?

– А откуда еще мне знать, что ее зовут Силвени?

Силвени всхрапнула.

– Просто совпадение, – возразила Стина. – Уверена, она вообще на все имена отзывается. Силвери. Филвени. Зилвени.

Силвени на нее даже не взглянула.

– Силвени, – прошептал Тимкин.

На этот раз Силвени не просто заржала – она бросилась на них троих, и они упали на землю, чтобы их не сбило с ног.

Алден улыбнулся.

– Думаю, вопрос решен.

Вика, поднимаясь на ноги, попыталась стереть грязь с лица, но лишь размазала ее еще сильнее.

– На мой взгляд, это неважно. Уверена, Совет уже отдал распоряжение забрать ее, Алден.

– А Силвени сказать не дадите? – поинтересовалась Софи.

– Конечно же нет! – крикнул Тимкин. – Животные живут там, куда мы их отведем. Они не разумные создания.

– Должно быть, я ослышался, Тимкин, – тихо произнес Алден. – Никто из нас не стал бы относиться к живым существам с подобным неуважением. Особенно тот, кто стремиться стать благородным.

Лицо Тимкина искривилось в злобной гримасе, но ответил он лишь:

– Воистину.

Алден кивнул.

– Тогда, уверен, вы согласитесь, что Силвени тоже может высказывать пожелания и мы должны их уважать. Вопрос лишь в том: чего она хочет?

– Остаться здесь, – сказала Софи.

Стина закатила глаза.

– Я вас умоляю. Она же просто придумывает это, чтобы оставить аликорна себе.

– Думаю, грязь на вашей одежде ясно дает понять, что Силвени о вас думает, – заметил Грейди.

– Но мы реабилитировали другого аликорна, – возразила Вика.

– Не лично ты. И тогда у нас еще не было Софи, – напомнил ей Алден. – Ее уникальные способности дают ей преимущество.

– Ты же не серьезно…

– Боюсь, серьезно. Совет хочет, чтобы Силвени содержалась в наилучших условиях, поэтому, если Софи способна общаться с ней так, как никто из вас не умеет, Хэвенфилд для этого подходит лучше всего.

Вика, сузив глаза, подошла к Алдену так близко, как только позволяли прутья загона.

– Поверь, Совет об этом узнает.

– Ну разумеется. Я отправлю им полный отчет, как только доберусь до дома. Это моя работа как Эмиссара. Как и принятие итоговых решений в подобных вопросах.

– Невероятно, – пробормотал Тимкин, вытаскивая проводник из своего грязного плаща и поднимая тонкую серебристую палочку к солнечным лучам. – Довериться этому ненормальному ребенку. Не удивительно, что до меня доходят слухи о необъективности Совета.

Хексы прыгнули прочь до того, как им успели ответить.

Алден тяжело вздохнул.

Софи не поднимала глаз, жалея, что в земле нет какой-нибудь дыры, куда можно было бы заползти и спрятаться. Вместо этого она позвала Силвени и погладила ее светящуюся гриву.

«Успокойся. Они ушли».

– Волнения усиливаются? – спросил Алдена Грейди.

Софи вытянула ресничку, когда Алден помедлил с ответом.

Преступления вроде похищений, должно быть, что-то неслыханное в эльфийском мире – как и восстания, и подпольные группировки, и заговоры сжечь всех людей. Их с Дексом трагический побег стал грубым нежеланным пробуждением, и чем дольше не могли найти преступников, тем больше эльфы начинали сомневаться в своих лидерах – в Совете.

– Мы изо всех сил стараемся держать все под контролем, – наконец ответил Алден. – Хотя если бы у нас был еще один Эмиссар…

– Ты же знаешь, я не могу.

– Знаю. И аликорн невероятно нам поможет. Она может решить все.

Силвени фыркнула, и Софи машинально задумалась, как такое вонючее создание может быть настолько важным.

– У меня есть кое-какая информация и по другому делу, – добавил Алден, отводя Грейди подальше – хотя Софи и так могла догадаться, о чем они говорят. О чем-то, связанном с ней, как и всегда.

– Ты в порядке? – спросила Биана, подойдя к ней. – Ты не нен… ты не такая, как они тебя назвали. Ты ведь это понимаешь?

Софи пожала плечами, не поднимая на нее глаз. Ее всю жизнь звали ненормальной. И ей было абсолютно плевать, что говорила Стина. Но после похищения она слышала это и от других эльфов. Теперь все знали о ее странных способностях – и о таинственной связи с «Черным лебедем», – и никто явно не понимал, что с этим знанием делать.

– Биана права, – сказал Фитц, выдернув ее из мрачных мыслей. – Не дай их словам тебя задеть.

«Мы все считаем твои таланты восхитительными».

Софи загордилась собой и чуть не подпрыгнула, когда в голове зазвучал глубокий голос Фитца.

Фитц помог ей освободить себя из света, когда она исчезала, и с того самого момента стал единственным телепатом, способным передавать ей мысли. Он все еще не слышал, о чем она думает – за что она была бесконечно благодарна, – и она смогла бы заблокировать его, если бы захотела. Но она не хотела.

Хотя… его мысли казались какими-то странными и неправильными. Слишком громкими, слишком теплыми, как будто они смешивались с воздухом из фена, завывающего в голове. Но, наверное, ему приходилось усиливать свои мысли, чтобы пробиться через ее блок, и она с радостью терпела легкую боль, чтобы поговорить с ним втайне ото всех.

«Спасибо, – ответила она. – Ты правда не считаешь странным, что я могу говорить с Силвени?»

«Ты серьезно? Как бы я хотел, чтобы ты меня этому научила».

Софи улыбнулась. «Могу попробовать».

– Эй, что я вам говорил о тайных телепатических переговорах? – поинтересовался Киф, пропихиваясь между ними. – Говорите в слух, если только вы не обо мне.

Фитц рассмеялся.

– Киф просто жалеет, что не может обмениваться с тобой тайными сообщениями.

– Я вас умоляю, нужны мне эти ваши игры разума. Я чувствую тайны Фостер, – он помахал ладонью в воздухе, – и вот сейчас чувствую весьма сильные эмоции.

– Наверное, потому что я раздумываю, удушить тебя или ударить туфлей! – съерничала Софи.

– Туфлей будет веселее, – влез Фитц.

Софи улыбнулась.

– Но, наверное, не стоит делать это на глазах у аристократа.

– Нет, отец поймет. Я вполне уверен, что он и сам мечтает это сделать.

Киф усмехнулся.

– Ну дерзай.

– Я бы на твоем месте была осторожнее, Киф, – предупредила Биана. – Не забывай, что Софи – инфликтор.

Биана сказала это с улыбкой, но Софи все равно захотелось спрятаться. Если она выйдет из себя, то сможет серьезно навредить кому-то – и она понятия не имела, как эту силу контролировать. Она едва не сорвалась на Хексов, когда они пытались забрать Силвени. И она случайно напала на Сандора, когда впервые его увидела. Она никогда не забудет, как его мускулистое тело рухнуло на пол, корчась от боли.

Никто не должен обладать способностями творить такое…

Необычное успокаивающее тепло переполнило разум Софи, как будто Силвени пыталась ее утешить. Но лошадь не могла этого делать – ведь так?

Софи подошла к загону ближе и погладила бархатный нос Силвени.

«Успокойся», – передала лошадь.

Софи распахнула глаза от удивления.

– Ох, и я чуть не забыла тебе показать, – сказала Биана, протягивая руку и тем самым разрывая связь между Софи и Силвени. – Замечаешь что-нибудь?

– Ты сняла нексус?

Биана гордо кивнула.

– Он расстегнулся вчера, когда я прыгнула с мамой домой из магазина. На пять недель раньше, чем Фитц.

– И она постоянно об этом напоминает.

Фитц поставил рекорд, когда его нексус расстегнулся в тринадцать лет. Большинство ребят только в пятнадцать или шестнадцать достигали уровня концентрации, достаточного, чтобы безопасно прыгать самим.

– Ну, хотя бы Кифа я обогнал, – сказал Фитц, с усмешкой глядя на друга. – Он, наверное, единственный на нашем курсе все еще носит нексус.

– Эй, это потому, что я на год вас младше! – возразил Киф.

– И все равно, тебе же скоро пятнадцать? – спросил его Фитц.

Киф закатил глаза.

– Не настолько скоро. К тому же не будем забывать, что Фостер превзошла нас всех. Ее уровень был на пределе, когда мы дали ей новый нексус.

– Ага, но это не считается, потому что Элвин все равно заставляет ее носить его, – отозвалась Биана. – Без обид, – добавила она, обернувшись к Софи.

Девушка пожала плечами и посмотрела на заполненную шкалу на обратной стороне нексуса. Как бы она ни ненавидела его, Биана была права. После того, как она чуть не исчезла, Элвин подправил замок так, чтобы тот мог открыться только когда он решит, и ни секундой раньше.

Киф ткнул ее локтем.

– Ну так что, мы можем полетать на твоем новом питомце или как?

– Думаешь, она позволит?

Мысли Софи переполнились образами себя, летящей в небесах на спине Силвени. «Летим?» – передала она, отправляя лошади ту же самую картинку.

«Летим! – отозвалась Силвени. – Летим! Летим! Летим!»

– Только один способ выяснить, – добавил Киф.

– Ни за что, – произнес Грейди, подходя к ним вместе с Алденом. – Вот только падения с небес не хватало в списке травм Софи.

Все рассмеялись, и Софи посмотрела на них с недовольством.

– Ты очень везучая, Софи, – добавила Биана, широко раскрыв глаза, когда Силвени захлопала крыльями. – Она самое прекрасное создание на свете.

– Красавица, да?

Киф застонал.

– Ну почему девчонки так любят блесточки?

– С блесточками все красивее, – сообщила ему Биана, и Софи не могла с этим не согласиться.

– Разве она не чудесная? – спросила она его.

– Ха, уж лучше кто-нибудь, умеющий выстреливать огнем.

– Или вонючим газом, – добавил Фитц, пихая его локтем. – Что насчет гулонов?

– Я настоящий фанат гулонов.

Ходила легенда, что именно Киф был организатором какого-то «Громкого случая с гулоном», но Софи все еще понятия не имела, что вообще тогда произошло.

– Так, ладно, можем обсудить твои проступки в следующий раз, Киф, – сказал Алден, доставая из кармана плаща свой проводник. – У Софи и Грейди завтра важный день.

– О-ох, вы что, идете в Атлантиду смотреть гонки эвриптеридов? Слышал, иногда они пробиваются на трибуны и… – Киф замолчал, заметив предупреждение во взгляде Алдена. – А. Ну да.

Все внезапно очень сильно заинтересовались землей под ногами.

Шестнадцать лет назад Грейди с Эдалин потеряли единственную дочь в ужасном пожаре. И каждый год в тот же день они приходили к ней на могилку.

– Мне очень жаль, друг мой, – произнес Алден, подходя ближе и сжимая плечо Грейди.

– Мне тоже, – тихо добавил Фитц, и Биана с Кифом эхом повторили за ним.

Грейди отвел взгляд, вытирая глаза, и Софи, взглянув на друзей, удивилась тому, насколько расстроенными они выглядели. Смерть была таким редким событием у эльфов, что большинство из них ничего не понимало и не сочувствовало. Она хотела спросить, что изменилось, когда в голове возникло расплывчатое воспоминание:

Убитый горем Фитц, держащий подаренного ему после экзаменов альбертозавра, говорящий, что был на ее похоронах.

Похитители так сильно опоили ее снотворным, что она не знала, где правда, а где бред, вызванный ее отчаянными попытками позвать на помощь. Но она знала, что две недели все считали их с Дексом погибшими.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.