Елена Ермолова
Волшебные краски, или Необыкновенные приключения Алес и Крылохвостика в Чудесном лесу

Глава 1
Странный художник

В одной небольшой деревушке в крайнем домике у леса жила-была девочка. Ей нравилось рассматривать яркие, красивые картинки в своих толстых детских книжках и читать волшебные сказки. А еще девочка очень любила мечтать. Каждый вечер на закате садилась она на берегу реки и подолгу смотрела вдаль. И мечты, как породистые скакуны, уносили ее в дальние страны к бесстрашным рыцарям и прекрасным принцессам. Забрасывали в дремучие леса и непроходимые болота к ужасным чудовищам. Поднимали на вершины высоких гор к одиноким гордым орлам и опускали на дно морей к затонувшим пиратским кораблям с их несметными сокровищами. И, конечно же, обещали ей самые невероятные приключения.

Но все это было только в ее детских фантазиях, а в реальной жизни с девочкой ничего интересного не происходило. Ну, совсем НИЧЕГО! Если, конечно, не считать того случая, когда она упала с мостика в речку Ледянку, которая протекала рядом с ее деревушкой. А все из-за этого прохвоста – соседского кота Васьки. Мало того что он разбил крынку с парным молоком, так еще и вдобавок слизал всю сметану. Поэтому девочка и гонялась за ним по всей деревне с хворостиной до тех пор, пока не угодила в воду. Хорошо еще, что речка неглубокая, и она только немного замочила подол платья. Вот и все ее приключения.

Хотя нет. Случилось и еще одно важное событие в ее жизни. Как-то летом заглянули в деревеньку бродячие артисты. И был у них ученый пес – Архимед. Очень умный. Он умел считать аж до десяти! Перед пуделем на подносе раскладывали цифры. Затем кто-нибудь из зрителей задавал Архимеду задачку. Например, сколько будет, если к трем яблокам прибавить четыре. Пес сначала долго думал, чесал задней лапой за ухом, уморительно мотал головой, а потом брал зубами с подноса цифру семь, да еще и гавкал семь раз. Такого чуда девочка, конечно же, никогда раньше не видела. Она очень сильно зауважала Архимеда. Наверное, потому, что еще два года назад она считала только до пяти! А это как раз столько, сколько куриц было в их курятнике. Вот такая жизнь была у нее как раз до того самого дня, когда она отправилась в лес.

А случилось это ранним июльским утром в самый разгар сенокоса. Девочка гуляла по лесу и собирала спелую, сочную землянику для воскресного пирога. Она набрала уже целое лукошко красных душистых ягод и только собралась идти домой, как вдруг увидела незнакомого Художника, который сидел на поваленном дереве и что-то вдохновенно рисовал на мольберте. Девочка тихонько подошла к нему и осторожно заглянула через плечо.

– Ой! Как красиво! – восхитилась она.

Художник прервал свою работу и внимательно посмотрел на нее.

– Тебе действительно нравится мой пейзаж? – спросил он.

– Конечно! Он такой радостный, светлый. Как настоящий. Особенно вот эта березка. Мне кажется, что я даже слышу шелест ее листьев.

– Ты очень внимательна, – улыбнулся ей Художник.

– Правда? – засмущалась девочка и протянула ему лукошко. – Угощайтесь, пожалуйста. Земляника такая вкусная.

Художник съел несколько ягод и спросил:

– Как тебя зовут, девочка?

– Алес, – ответила та.

– Какое красивое и необычное имя, – задумался он и медленно, нараспев повторил. – А-а-алес!

– Оно мне тоже нравиться. Так меня назвала моя мама.

– Я вижу, ты добрая девочка. А есть ли у тебя заветное желание?

– Да, Художник. Мне очень хочется попасть в сказку. Только, – грустно вздохнула Алес, – я ведь уже большая и знаю, что чудес на свете не бывает.

– Но ты действительно этого хочешь?

– Конечно! – мечтательно произнесла она, и глаза ее радостно засветились.

– А ты не боишься трудностей? Ведь в сказке тебя будут подстерегать разные опасности и страшные приключения.

– Нет, я ничего не боюсь.

Тогда Художник порылся в своем дорожном мешке, достал оттуда краски и протянул их девочке. Да-да – обыкновенные гуашевые краски с кисточкой.

– Бери. Они твои, – улыбнулся он.

– Спасибо, – обрадовалась Алес. – Я очень люблю рисовать.

– Только это не простые краски, а волшебные! Береги их. Краски не должны попасть в злые руки.

– Волшебные?! – удивилась Алес и хотела поблагодарить Художника.

Но того уже нигде не было. Он исчез – как будто растворился в воздухе. А вместе с ним пропал и его мольберт.

– Чудно́, – пожала плечами девочка. – Какой странный Художник.

Она еще некоторое время разглядывала подарок, а потом аккуратно положила краски в лукошко, нарвала букет синеглазых колокольчиков и отправилась домой. Настроение у нее было прекрасное. Всю дорогу девочка пела, танцевала, заигрывала с лесными зверушками, и счастье веселыми озорными брызгами так и расплескивалось вокруг нее.

А вечером на закате Алес примостилась у реки, открыла альбом и начала рисовать. Ах, какие краски! Какие замечательные краски подарил ей Художник. Рисунки получались яркие, насыщенные – совсем как живые. Вот она нарисовала Чудесный лес со зверями и птицами, диковинными деревьями и прекрасными цветами, грибами и цветочными эльфами, страшными чудовищами и злыми волшебниками. И себя в этом лесу – в своих любимых синих джинсах, ярко-красном топике и красивой черной ковбойской шляпе. «Да, непременно в черной ковбойской шляпе, – улыбнулась Алес. – Как в моей книжке про индейцев».

Девочка рисовала долго – до тех пор, пока солнце совсем не исчезло за лесом. И уже дома, засыпая в теплой мягкой кроватке, вспоминала она все мельчайшие подробности этого удивительного дня, и у нее появилось странное предчувствие того, что в ее жизни что-то должно измениться.

Глава 2
Крылохвостик

Алес проснулась на рассвете. Что-то свежее, веселое ворвалось в ее сон, взбудоражило и прогнало прочь все ночные видения. Еще в полудреме девочка прислушалась к непривычным звукам, не понимая, что это за звуки и откуда они. И вдруг ее осенило. «Это же пение птиц. Как будто я в лесу», – подумала она и открыла глаза…

Прямо над ней шелестел своей листвой огромный клен. Алес увидела голубое бездонное небо и яркое солнце, которое пробивалось к ней сквозь зеленую крону дерева, ласково согревая своим теплом от утренней прохлады.

«Это, наверное, мне снится», – решила девочка и больно ущипнула себя за руку. Но клен не исчез, а солнечные зайчики весело заплясали, и один из них даже пощекотал ей курносый веснушчатый носик.

Алес вскочила и… растерялась. Не было ни ее комнаты, ни маленькой теплой кроватки с пуховыми подушками и нежно-розовым пологом, ни мамы с кружкой теплого парного молока и свежеиспеченной булочкой. Ровным счетом – ничего этого. Ничего привычного, милого ей и дорогого. Она стояла одна посреди цветущей и благоухающей всеми запахами лета поляны, окруженная со всех сторон чужаком-лесом! Хотя нет. Что-то здесь показалось ей знакомым. Финиковая пальма, например. Как раз такую же нарисовала Алес вчера в своем альбоме. Вот на нижней ее ветке сидят и ссорятся два попугая – зеленый и голубой. Они все никак не могут решить, кто же из них красивее. Или – дупло дуба. Девочка знала наверняка, что оно доверху наполнено диким, лесным медом. А вот – трудяга-дятел. Ну, конечно, он расправляется с толстой, вредной гусеницей. И – пенек. Ага, под ним растет самая вкусная на свете земляника. А под этой елью должен спать еж. Так и есть. Сходится. Все точно так же, как на ее вчерашних рисунках.

– Ай да лес! – изумленно огляделась девочка по сторонам и тут же вскрикнула от восхищения.

Вся поляна вокруг нее была покрыта цветами – да такими дивными, какие только могут привидеться в самом прекрасном сне. Цветы были повсюду, и, казалось, они своими пестрыми головками составляли гигантский сказочный букет. Нежные незабудки соседствовали в нем с роскошными тюльпанами, скромные лютики оттеняли броскую красоту неприступных роз, неприметные вьюнки уживались рядом с важными гладиолусами, а незатейливые маргаритки соперничали в изяществе с белоснежными хризантемами…

Но что это?! Девочка наклонилась пониже. И вдруг из самого центра цветника ей подмигнул огромный пузатый арбуз.

– Не может такого быть. Арбузы в лесу не растут, – удивленно уставилась на него Алес. – Ой, – совсем растерялась она.

В траве, как на огородной грядке, вперемешку с цветами росли… помидоры и огурцы, перчики и шпинат, лук и физалис, и что-то еще, чему она не знала названия. А с диковинных деревьев свисали ТАКИЕ фрукты, каких Алес никогда в жизни не пробовала.

– Это же ананас! – удивленно подняла девочка с земли большую светло-коричневую шишку. Она повертела ее в руке, осторожно дотронулась до острых, как иглы, листьев и вдохнула сочный, душистый аромат.

– Курлы-курлы-курлы, – вдруг послышалось откуда-то сверху.

Алес подняла голову и радостно захлопала в ладоши.

– Голубь! Какой красавец! – заметила она среди зелени акации крупную ярко-голубую птицу с хохолком-короной.

Голубь неспешно наклонил к ней свою голову, а потом вспорхнул и улетел вглубь леса.

Птицы! Их здесь было очень много. Яркие, нарядные, они беззаботно щебетали, перелетая с ветки на ветку, весело резвились в траве и соревновались друг с другом в пении. Некоторых девочка знала, других же видела впервые.

– А это там кто прячется от меня? – восторженно разглядывала Алес деревья. – Да это же маленькая птичка Колибри. Совсем такая же, как в моей книге. Ха-ха-ха.

И вдруг Алес заметила краски. Те самые, что подарил ей странный Художник. Они поблескивали на солнце, а рядом с ними лежал ее альбом.

– Мои краски! – обрадовалась девочка. – Как они здесь оказались?! – стала рассматривать она свои вчерашние рисунки.

– Привет, – вдруг сказал кто-то. – Какая у тебя шикарная шляпа. Она тебе очень идет. Ты в ней похожа на ковбоя. Не хватает только парочки пистолетов и сапог со шпорами.

Алес оглянулась и увидела маленького ящерка. Он сидел на пеньке и внимательно за ней наблюдал.

– Шляпа?! – опешила девочка и только сейчас обнаружила, что она не в пижаме с розовыми цветочками, а в своих любимых голубых джинсах, ярко-красном топике и черной ковбойской шляпе. – Вот это да! – сняла она шляпу. – Я давно о такой мечтала, – она опять водрузила шляпу на голову, подошла к зверьку и осторожно погладила его. – Какой ты хорошенький.

– Ха-ха-ха. Как щекотно, – засмеялся ящерок и подставил девочке свою мордочку.

Та ласково почесала ему горлышко, провела по гладкой спинке и спросила:

– А разве ящерицы умеют говорить?

– Конечно, умеют! Еще как умеют.

– Я этого не знала.

– Да все звери и птицы умеют разговаривать. Только вы, люди, почему-то не замечаете нас.

– Да, наверное, ты прав, – покраснела Алес.

– А это что у тебя такое? – показал ящерок на краски.

– Краски. Хочешь, я тебя нарисую?

– Хочу.

Девочка примостилась под кленом, раскрыла альбом и начала рисовать.

– Это твои лапки. Я сделаю тебе их длинными, чтобы ты смог прыгать как заяц. А еще ими можно будет почесать за ухом. Здорово, правда? – залилась она звонким, переливчатым смехом.

– Здорово, – обрадовался ящерок. – Рисуй скорей.

– Вот уже готово. А это твоя мордочка. Смотри, какая веселая. Нравится?

– Очень!

Алес отошла в сторону и прищурилась. Несколько секунд она внимательно разглядывала рисунок, а потом опять продолжила работу.

– Ты что это там рисуешь?! – вдруг недовольно пробурчал ящерок. – Я стал пузатый, как вон тот арбуз, – показал он на большущий арбуз в центре цветника.

– И вовсе ты не арбуз, а маленький, хорошенький и очень симпатичный зверек, – улыбнулась ему девочка. – А животик у тебя и должен быть толстеньким. Ты же любишь покушать?

– Конечно, люблю, – облизнулся ящерок и погладил свой круглый живот.

Портрет получился хороший. Просто замечательный! Особенно удался девочке хвост – тонкий, длинный и гибкий. Ей показалось, будто кисточка сама выводила линии, так легко и непринужденно ложились краски на бумагу.

– Ну, вот и все, – закончила она работу. – Осталось тебя разукрасить. Только каким бы цветом?

В этот момент солнечный лучик прокрался сквозь густую листву клена и запрыгал по рисунку. И он заискрился, засверкал и стал необыкновенно ярким и живым.

– Знаю! – обрадовалась девочка. – Сделаю я тебя – золотистым.

– Как здорово! Я стал такой праздничный, нарядный, как солнышко. Пойду всем расскажу, – и ящерок исчез в траве.

– Твоему рисунку не хватает голубых крылышек, – вдруг пропел чей-то нежный голосок.

Алес взглянула вниз и увидела бледно-голубую бабочку, которая сидела на роскошной орхидее и высасывала своим тонким изящным хоботком сочный медовый нектар.

– Но у ящериц не бывает крыльев, – возмутилась девочка.

– Крылышки. Нужны крылышки. Это так мило, – заспорила бабочка. Она выхватила из ее рук кисточку и пририсовала ящерку голубые крылья. – Прелестно! Прелестно! – закружилась над поляной в своем бесконечном танце бабочка, перелетая с одного цветка на другой.

– Что же это такое получилось?! – растерялась Алес. – Прямо чудо-юдо какое-то крылатое.

– И никакое я не чудо-юдо. Я просто – динозавр, породы Крылохвост, – вдруг подмигнул ей портрет. – Но ты можешь называть меня Крылохвостиком.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.