Утром встал с головной болью. Наверно опять разлитие желчи. Вспомнил про другой день, ощутил бешеную злость. Вчера меня снова перевоспитывали. Собрались все возмущенные сотрудники Галактического Института, и до второго градуса, увещевали меня изменить поведение. Какие они все были озабоченные, как жаждали направить меня на путь истинный! Какие одухотворенные, возвышенные, святые лица! Какая доброта, терпимость и это дурацкое желание помочь мне! Можно подумать, что я без их идиотской помощи не обойдусь! Я представил себя таким же, как они, то есть чистым, целомудренным, бескорыстным агнцем, который весь погружен в какие-то заумные изыскания. Я представил, что с великой храбростью, высаживаюсь на какой-нибудь вулканической планете, сто раз ставлю на карту единственную жизнь, и привожу оттуда ничтожный образец, где зерна трития расположены иначе, чем в породах нашей обожаемой Земли. Мне захотелось швырнуть ботинком в каждого, кто со мной не согласен. Я, конечно, сдержался, поставил высокочастотный вибратор на волну раскаяния и угрызений совести, а вслух покаялся и обещал исправиться. Тогда они стали воздействовать на меня Высоким Искусством, показывать возвышенных мадонн с тошнотворными улыбками, всяких прилизанных пейзажи и довели до полного бешенства симфонией Разума, написанной еще в ХХ11веке, одно время забытую, а теперь воскрешенную впавшими в маразм патриархами нашей эры. Опять я симулировал при помощи вибратора блаженный экстаз, и меня, наконец, отпустили. Спасибо вибратору, что он уже в который раз спасает мою индивидуальность и свободу. В прежние, так называемые варварские времена всех инакомыслящих уничтожали физически: распинали, жгли, вешали, расстреливали, сажали на электрический стул, распыляли аннигилятором и тому подобное. В нашу глупую эру Высокого Разума и Братства не убивают. Все кто ведет себя не по норме проходят специальную проверку. Эта дьявольская машина ловит импульсы нашего мозга и расшифровывает их. И как бы человек не лгал, а все его потайные мысли, эмоции, желания биолятор фиксирует слово в слово. Если обнаруживаются значительные отклонения от существующих норм – это считается нарушением нормальной функции мозга. Человека отправляют на перевоспитание в Дом Мысли. Что там с ними делают, я не знаю, но выходят они оттуда жизнерадостными кретинами и страстно рвутся в самые опасные межзвездные экспедиции или же вкалывают, не разгибаясь в лабораториях.

Вибратор изобрел мой бывший друг Сан. Он был таким же кретином, что и другие и хотел создать аппарат, с помощью которого люди могли бы обмениваться мыслями без разговорной речи. Не понимаю, какая радость знать о человеке абсолютно все, да еще показывать свою подноготную, но Сан верил, что его изобретение стимулирует бурное развитие всего человечества. В то время я уже ждал вызова к Мудрейшим, а в перспективе маячил Дом Мысли. Я попросил Сана помочь мне. Он наотрез отказался и пригрозил сообщить Мудрейшим, но я его опередил: тяжелым предметом проломил ему голову, а потом распылил аннигилятором (аннигилятор я выкрал из музея, взломав его предохранительную систему). Вот так вибратор попал в мои руки. По рассказам Сана я знал, как им пользоваться. Принцип у него был простой, поэтому я легко перестроил схему. Теперь в нужный момент пульсар посылал импульс в несколько раз мощнее моего мозга, что полностью перекрывало мои настоящие мысли и, вдобавок, давало ложную информацию комиссии. Мне удалось разработать шкалу эмоций от тихой совестливости до бурного раскаяния, ну а изобразить соответствующие эмоции мимикой и жестами мне не составляло труда. О смерти Сана стало известно (я не успел отключить биологический сигнализатор опасности, который сразу же послал на спутник сигнал о его уничтожении). Подозрение в убийстве пало на меня. Я предстал перед Мудрейшими. Я нагло соврал первое пришедшее в голову. Меня легко было уличить в обмане, тем более проклятое гуманное воспитание, которое меня мучили угрызениями совести. К счастью эти дураки полностью доверились своей машине, а она, конечно, выдала мне самую блестящую характеристику. Мудрейшие тогда ничего не решили. Еще несколько раз мое поведение, а самое главное удивительная для этих духовных кастратов апатия приводила меня на разные обсуждения, но я выкручивался….

Принял ионный душ. Несколько успокоился. Спустился в малый обеденный зал. Ради смеха заказал автомату «мясо человечье свежее». Автомат невозмутимо сообщил, что такое кушанье в меню не значится и выдал бифштекс. В зале было многолюдно. Мне как всегда повезло: рядом оказались юнцы, спорившие о возможности существования небиологического разума. Один из них сказал, что мечтает слетать в систему Цорнк – там автоматы обнаружили биологические отклонения. Вот идиот! 30 лет лететь в коробке нашпигованной приборами, экономить кислород на каждом вдохе, болеть галактической болезнью, чтобы сдохнуть на этой безымянной планетке! А ведь за ним полетят еще сотни кретинов, как это было с планетой Мдри, где титановые корпуса кораблей таяли как сахар в кипятке, а от людей оставался лишь слабый запах аммиака. Один из юнцов спросил меня, как я отношусь к проблеме Цорнка. Я сказал, что не вижу особой радости подыхать там, потому что хочу прожить как можно спокойнее остаток своей жизни. Юнцы вытаращились на меня, и мне пришлось, чтобы избежать ненужных эксцессов поспешно выйти из зала.

В институте, те самые 4 часа, которые я должен был работать на общество, тянулись страшно медленно. У нас считается, что работа доставляет физическое и эстетическое удовольствие. Ну, не знаю. Лично для меня это самое тоскливое времяпровождение. И в самом деле, смотреть, как плавятся сплавы в -пространстве, высчитывать на автомате их молекулярный уровень, пробовать разные комбинации соединений – да разве это творческая работа? То ли дело нагло обмануть, сорвать незаслуженные почести, заставить этих кретинов работать на себя. Нет, мне надо было родиться на несколько десятков веков раньше в период развитого империализма или на худой конец загнивающего социализма – вот там бы я развернулся! Там бы я был всеми уважаемый проходимец. О какое ужасное слово для слюнтяев нашей эры! Какое презрение, какое негодование, какие патетические обличения! Только все эти ревнители добродетели забывают одну простую вещь – негодяи всегда были необходимы, полезны, без них прогресс был бы просто невозможен. Вспомним, кто были полководцы, вожди, политики, просветители, первопроходцы, изобретатели, герои. Итак, полководцы – убить миллион человек, превратить цветущую страну в пустыню и ради чего? Ради присоединения территории в 100 квадратных километров – куда как возвышенно, прогрессивно! А так называемые «народные полководцы» всяких там мятежей, революций, освободительных войн? Они умело бросали толпу мужиков против кадровой армии, расстреливали людей, молятся по латыни, а не на немецком языке. В финале могут добиться какой-нибудь фиговой конституции! А вот политические вожди. С каким пафосом они разъезжают в открытых машинах, красуются на трибунах, закладывают символические первые камни, сентиментальничают и занимаются липовой благотворительностью и говорят, говорят, говорят…О, по части говорения это непревзойденные мастера, по самому пустяковому поводу они разражаются трехчасовыми гневными речугами и потрясая воздух, потрясают наивные души сограждан, наполняют их ненавистью, исторгают гневные вопли толпы «смерть тиранам» и направляют толпу, это слепое фанатичное стадо на смерть и разрушения. Кто «тираны» толпа не знает ей все равно кого истреблять. Ну, разве не подлецы эти политики, которые ради своих честолюбивых замыслов взрывают спокойствие целых наций, устраивают братоубийственную резню, а потом прикрывают все эти преступления изящными словесами о свободе, справедливости, равенстве и нагло обещают доверчивому стаду какое-то абстрактное райское царство то на отдаленных небесах, то в не менее отдаленном будущем. Разве не похожи на панургова барана все эти провокаторы массовых боен и разорения целых континентов? Разве не увлекают они народы в пропасть? А их нравственные качества! Вот уж где слово расходится с делом: проповедуют «пушки вместо масла» – и оборудуют персональные хранилища, где чего только нет; призывают к войне до победного конца, а сами, чуть припечет, удирают в эмиграцию и преспокойно пописывают мемуары; проповедуют свободу мысли, а сами истребляют всех инакомыслящих; распинаются о широте мировоззрения и тут же насаждают узколобый догматизм, стараются даже саму жизнь разделить на параграфы; говорят о «новом человеке» а сами мелочны, раздражительны, злопамятны…

Пока компьютер считывал информацию, я открыл одну старинную книгу из запрещенного списка. Конечно, вызовы в этом разделе контролировались, но я ввел ложный идентификационный код и придумал фиктивный адрес. Пока кретины из Наблюдательного совета будут слать свои идиотские предупреждения типа «сведения из этого источника могут повредить вашим нравственным устоям» или «прочитанное не совместимо с этическими принципами эры свободного разума» я успею прочитать все, что мне интересно. Книжечка была очень древняя, даже не обработанная фонолингвой, которая воспроизводила в виде звуков, изображений и ощущений. С непривычки было странно, когда перед глазами вспыхивали строчки печатного текста на архаическом древнем языке, но это придавало особое удовольствие моему тайному занятию. В книжке подробно описывались изощренные пытки, а самое главное – методы как жестоко мучить людей, чтобы они при этом не теряли сознания. Конечно, такие примитивные технические способы как электрошок или медленное удушение перекрытым шлангом противогаза вызывали усмешку, но показалось мне полезным. Особенно понравилось, когда пытали человека на глазах его родственника или любимого. Решил позаимствовать этот древний опыт. Вообще мучительство – моя страсть. Еще в детстве, когда другие мальчики наблюдали за поведением животных в лесу или на равнинах, я любил отрывать лапки и головы лягушкам, сдирал шкуру с кроликов и даже выколол глаза льву, которому была привита эндема, которая делает хищников ручными. Конечно, меня поймали и долго воспитывали.

С тех пор, я все свои гадости делаю вдали от дома, в таких глухих местах, где никого нет или меня никто не знает. Компьютер прервал мое чтение: поступил запрос о подготовке к запуску завода роботов. Дал необходимые указания. К сожалению, ничего нельзя было испортить – охранная система завода блокирует любые команды вредящие производству. А вот месяц назад, когда я перемещал циклон из Тихого океана в Атлантический, мне удалось спровоцировать сбой системы. С каким наслаждением я наблюдал, как волна цунами смыла поселок горняков на Азорских островах! Тогда я оказался вне подозрения: решили, что не сработало атомное устройство на лунном спутнике. Другое мое преступление – катастрофа рейсового звездолета при посадке в Антарктиде – прошло не так гладко, однако я проник в центральную систему и уничтожил всю информацию. Расследование тянется долго, но так ничего и не нашли. Ведь кретинам из комиссии даже в голову не приходит, что катастрофа была преднамеренной!

Наконец автомат сообщил, что рабочий день закончился. Я знаю, что в древние времена рабочий день тянулся 8 или даже 10 часов. Как они его переживали и не свихивались при этом? Мне даже эти 4 часа показались вечностью. Принял ионный душ. Перед этим долго настраивал систему, чтобы меня обволокло запахом гнилого помидора. Это не моя прихоть, а жесткие правила конспирации: если во время акции меня заметят свидетели (а они всегда появляются не вовремя и не всех можно убрать!) то они сообщат, что от преступника пахло именно так. Теперь начиналось мое свободное время. Формально я мог его использовать по своему усмотрению, на практике многие занимались временной работой. Были даже такие кретины, которые занимались основной работой еще несколько часов. Ну конечно, я к ним не принадлежал. Спустился на 7 уровень и лег в капсулу нойера, который может мгновенно доставить в любую точку земного шара. Конечно, у него редкие остановки, но вызвать ракету было рискованно, так как на ее рейсах нужно было идентифицировать себя. Набрал на дисплее слово Австралия. Машина спросила, какую Австралию: северную или южную. Вначале нажал на южную кнопку, потом передумал и выбрал северную – в принципе мне все равно, главное подальше от моего города. Через мгновение сфера капсулы откинулась. Я оказался в пустыне, где недалеко грохотал океан. Странно, почему здесь осталась пустыня? Ведь еще 2 тысячелетия назад все пустыни на Земле были засажены деревьями или растениями. Наверно эту пустыню оставили для заповедника. Ну что ж люблю дикие уголки Земли – здесь меньше свидетелей моих преступлений! Однако меры предосторожности не помешают. Послал запрос на спутник. Через пять минут около моих ног лежал вакуумный пакет.

Сегодня я решил быть в образе старика. В пакете лежали брюки, курточка и ботинки – все вышедшие из моды 50 лет назад. Седой парик оказался мне маловат, зато накладная борода была густая и прикрывала щеки до глаз. Я быстро переоделся, и засунул старую одежду в пакет. Пакет на всякий случай спрятал под платформой нойера. Представил себя стариком, кряхтя при каждом шаге, я направился к берегу океана. Кругом никого не было. Только у горизонта промчались какие-то животные. Кажется, это были кенгуру, но они бежали так быстро, что я не успел их рассмотреть. Берег океана тоже был пустынен. Я обозлился, что свободное время пропало даром, но тут мне повезло: вдали появился летящий аппарат, который стал быстро приближаться ко мне. Там были юноша с девушкой. Девушка была красива в длинном развевающемся платье. Мне ее сразу захотелось. Ее спутник меня не смущал: раньше я просто убивал их. Сегодня я решил немного позабавиться. Для начала я изобразил страдания и стал махать руками, призывая их к себе. Они свернули ко мне. О кретины Эпохи всеобщего разума! Им даже в голову не приходило, что я мог быть для них опасен! Они искренне хотели мне помочь и, спрыгнув с его платформы, побежали ко мне. Я хотел разыграть целый спектакль, но очень вожделел девушку, поэтому я сразу выстрелил в парня. Дозу я назначил небольшую, для частичного паралича, чтобы он все видел и слышал, но двигаться не мог. Девушка кинулась к нему, совершенно забыв обо мне. Эта женская фигура на песке, в такой соблазнительной позе очень возбудила меня. Я набросился на нее сзади. Неожиданно она оказалась сильной, сбросила меня и вскочила на ноги. Я дал ей подножку, мы покатились по песку, и я разорвал на ней платье. Из прорехи высунулась нежная девичья грудь. Я стиснул ее до крови и зарычал от удовольствия. Но и тут она сумела вывернуться. Мне попал песок в рот и когда я поднял голову, то увидел ствол эолятора. Этот излучатель использовался на диких планетах, чтобы можно было парализовать хищников и низших разумных. Я медленно поднялся. Конечно, если она всадит весь заряд, то убьет меня, но я почему-то не боялся. Я сделал шаг. Она направила раструб эолятора мне в левый глаз. Я, представив, как глазное яблоко вывалится из век. Я сделал еще два шага и подошел к ней вплотную. У нее затряслись руки и губы. И вдруг я понял, почему не боюсь ее: они ведь слабаки по сравнению со мной! Этих идиотов воспитывали гуманистами, и они не могут убить человека, это просто невозможно для них. Если и случались убийства по неосторожности (очень редко) то эти слюнтяи потом кончали самубийством от угрызений совести. Ну, совести у меня совсем нет (я ее окончательно добил, когда взорвал плазменный реактор и город рядом с ним), а людей я убиваю легко. Я сделал еще шаг и выдернул иолятор из безвольных рук девушки. Изощренные мучения – моя страсть. Я хотел парализовать только ее руки, чтобы она чувствовала, как я в нее войду. Пришлось повозиться с настройками. За это время девушка могла бы убежать, но эта дура стояла, и смотрела на меня с презрением. Наконец я дал слабый импульс, парализовал ей руки и одну ногу (в прошлый раз женщина которую я пытался изнасиловать, так сильно свела ноги, что пришлось ее добивать, не насладившись). Я повалил ее как куклу, разорвал платье и грубо вошел в нее. Она кричала от боли, это лишь усиливало мое наслаждение. Вдруг я почувствовал легкий удар по затылку. Невероятно, но парализованный юнец сумел доползти до нас и даже ударить меня камнем! Я инстинктивно нажал кнопку эолятора до упора. У него почернело лицо, и кровь потекла изо рта и носа – значит разрыв сердца и внутренних сосудов. Это было плохо: через десять минут спутник примет сигнал бедствия, а еще через пять минут появится платформа со спасателями. Впрочем, я уже достиг оргазма. Не глядя на девушку, я распылил ее аннигилятором, потом распылил юношу. Честно говоря, мне было его жаль, я впервые почувствовал уважение к противнику: чтобы проползти 2 метра до меня, да еще и камнем ударить, нужны были поистине нечеловеческие силы. Однако нужно было торопиться. Я покидал щепотки пепла на платформу, вырвал спасательный блок и направил платформу в океан. В ста метрах от берега ее захлестнуло волной. Пусть теперь великие криминалисты Эры разума поломают свои мудрые головы! Когда закрывалась капсула глидера, я увидел на песке женскую туфельку. Черт! Это была серьезная улика, но уже не было времени. На всякий случай я направил нойер не в центральную Европу, где жил и работал, а в Гренландию. Там я переоделся и распылил свой маскарадный костюм, после чего сказал нойеру свой город.