Иван Сергеевич Тургенев
Письмо в редакцию <«Нашего века»>, 11/23 апреля 1877 г

М. г.!

Позвольте мне обратиться к посредству вашего уважаемого журнала для указания на некоторый неприятный казус, уже в другой раз повторяющийся со мною в течение моей литературной карьеры.[1] В начале нынешнего года я написал небольшую вещь, озаглавленную «Рассказ отца Алексея». Знакомый мне редактор небольшого парижского журнала «La Republique des lettres», которому я обещал свое сотрудничество, попросил у меня позволения поместить в своем издании перевод этого рассказа. Я согласился; самый же оригинал препроводил в редакцию «Вестника Европы» (он, вероятно, будет помещен в майской книжке этого журнала). И вдруг этот рассказ, переведенный с французского под заглавием «Сын попа» («Le fils du pope»), появляется в фельетоне «Нового времени» – да еще с таким подстрочным замечанием, что читатели могут, пожалуй, принять этот перевод за принадлежащий мне русский текст. Одна газета точно так же поступила несколько лет тому назад с одной моей повестью, немецкий перевод которой появился недели за две до напечатания русского оригинала. Но я не ожидал такой бесцеремонности со стороны г. Суворина. Оказывается, что я ошибался.

Мне остается заметить, что в переводе «Нового времени» совершенно пропал тон рассказа, вложенного мною в уста священника; кроме того, я, уже после напечатания французского текста, прибавил немалое число отдельных штрихов…[2] и потому смею надеяться, что напечатание «Рассказа отца Алексея» в «Вестнике Европы» не покажется лишним.

Позвольте мне кстати прибавить несколько слов по поводу критических замечаний г. Тора (в том же «Новом времени») на переведенную мною легенду Флобера «Св. Юлиан Милостивый». Я не стану входить в препирательство с г. Тором насчет достоинств самого произведения: у всякого свой вкус. Мне хочется только представить несколько возражений против упреков, делаемых г. критиком собственно моему переводу.[3] С двумя из них я готов согласиться: лучше было бы сказать «с пеной у рта», чем «с пеной во рту»; и слово «зияли» следует заменить другим, например, словом «рдели». Но почему «повелевать пространством», или «Если бы я не захотел… однако?», или «сон или действительность – то было» и т. д., или «Его собственная особа ему претила» – галлицизмы? Подобные обороты встречаются и под пером наших лучших писателей и в устах русских людей, в живой речи. Г-н Тор особенно недоволен тем, что у меня сказано «обитать замок», т. е. тем, что я употребил этот глагол с винительным падежом. Я очень хорошо знаю, что это считается у нас галлицизмом, и что глагол «обитать», как глагол действительный, не существует в наших словарях. Но тут я поступил сознательно, преднамеренно, – и вот какие меня к тому побудили причины.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Комментарии

1

…неприятный казус, уже в другой раз повторяющийся со мною… – Тургенев имеет в виду эпизод со «Странной историей», опубликованной А. А. Краевским в «Голосе» без разрешения автора в обратном переводе с немецкого (см. в этом томе стр. 153).

Вернуться

2

…в переводе «Нового времени» совершенно пропал тон рассказа ~ прибавил немалое число отдельных штрихов… – Сопоставление перевода в «La Republique des Lettres» с текстом «Вестника Европы»«см. паст, изд., т. XI, стр. 534–536.

Вернуться

3

…несколько возражений против упреков ~ моему переводу. – Некоторые замечания Буренина Тургенев учел при подготовке I т. изд. Т, Соч, 1880, в состав которого был включен перевод «Легенды о святом Юлиане Милостивом» (см.: наст. изд., т. XIII, стр. 684–685).

Вернуться