О германских служителях культа Вотана
Гвидо фон Лист

Максим Сиренко Переводчик

© Гвидо фон Лист, 2018

© Максим Сиренко, перевод, 2018

ISBN 978-5-4490-5336-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Гвидо фон Лист

Внимательно проследив за развитием германской культуры, как ее нам представляет история и сказания дохристианского периода существования немецкого народа, и при этом сумев отойти от общепринятых представлений, которые мелочно и предвзято опираются исключительно на христианскую точку зрения, тем самым умышленно или неосознанно омрачая немецкую старину, наблюдатель обязательно заподозрит, а часто и убедится в том, что дохристианские германцы в полном смысле этого слова имели собственную культуру. Причем она находилась на более высокой ступени развития, чем те, которые, как правило, принимаются за образец и предмет сравнения, как, например, культура современных американских индейцев.

Осознание этого возможно благодаря освобождению от уже длительное время распространяемой невероятной клеветы, согласно которой дохристианские германцы были «», идолопоклонниками. Но сейчас становится очевидным, что это попросту большая ложь. Вот, например, что пишет Тацит в девятой главе своего труда («О происхождении германцев и местоположении Германии» – ): «Впрочем, они находят, что вследствие величия небожителей богов невозможно ни заключить внутри стен, ни придать им какие-либо черты сходства с человеческим обликом. И они посвящают им дубравы и рощи и нарекают их именами богов; и эти святилища отмечены только их благочестием». слепыми язычниками Germania прим. пер.

И действительно, эзотерическая часть германского культа Вотана рождает такие возвышенные мысли, исполненные глубочайшей мудрости, которые свидетельствуют о мощной работе мысли и богатейшей чувственности души этого народа в целом. И это также свидетельствует о том, почему христианство относительно легко проникло в него – ведь христианская религия в своей эзотерической части не только была понята народом, но и значительно подверглась влиянию древней германской веры.

И именно в связи с этим все историки древнего и нового времени обосновывают государственническую силу немцев. После падения Рима волна новых германских государств не только изменила почти всю Европу, но даже продвинулась глубоко в Африку и вплоть до Канарских островов, где народ ванчей стал последним осколком вандалов. Даже сегодня престолы всей Европы, за единственным исключением султаната Стамбула и королевского дома Швеции (династия Бернадотов) заняты германскими семьями, которые, предположительно, имеют общие корни в древнем роду правителей, сформировавшемся еще в доисторические времена.

Если сама по себе государственническая сила германства признана всеми, если высокая мудрость германской теологии доказана, то можно не только предположить существование целенаправленного обучения духа. И это было скорее плановое образование всего народа в течение сотен лет, и никак не проявление той ступени полудикого существования, которое обычно принимают за неоспоримую истину, обосновывая предвзятыми и полными ненависти сообщениями римских, греческих и франкских источников.

Если же в дохристианское время религия и ее философия была продуктом мощной души народа, если эта религия, которая обожествляла и по сей день живые идеалы немецкого народа, была не только вместилищем национального чувства, но и чувства справедливости, то ее хранители, или, выражаясь точнее и понятнее, ее служители, должны были быть вождями своего народа. И действительно, они не только были, но и остаются ими по сей день. Обожествленные идеалы немцев, понятия о добродетели германского народа живы до сих пор. Немецкий поэт – их служитель, и только в том случае, если немецкий народ предаст свои идеалы, наступит ужасное время Сумерек Богов, ознаменованное погибелью немцев.

Поэтому римское духовенство, как бы оно того ни желало, опасалось на длительный срок становиться на место вождя народа, и по этой же причине все такие попытки исторически приводили к нездоровым последствиям.

Однако если признать выдающуюся власть и влияние дохристианского служителя культа Вотана – которые, несмотря на все попытки, остались недоступными для христианского священника в Германии – то мы неизбежно придем к выводу о том, что служитель культа Вотана являлся наивысшим проявлением всех идеальных понятий воплощения божественного, наделенным высшими добродетелями. Поэтому дохристианский германский король в одном лице объединял тройственность божественной власти – Возникновение, Бытие и Преходящесть – в связи с чем, будучи первосвященником, он свято почитал прошедшее и предсуществовавшее и, будучи королем, управлял сегодняшним, а в своей ипостаси судьи занимался сокращением последствий долга (наполняющегося виной прошлых поколений – ). С этим фактом связаны приведенные в семейных и гербовых сагах сказания о божественном происхождении королевских родов, ведь наместником божественного на Земле мог быть только его потомок (по-немецки .). Это и основа для толкования имен трех норн: Урда, Верданди и Скульд. Они ошибочно расшифровывались как Прошлое, Настоящее и Будущее, но вернее будет их следующее соотношение: Источник, Становление и Долг. Долг – это рок будущего, который независимо наполняется силой своего становления, которую он черпает в виновных поступках. Руководствующийся понятием Долга судья только пытается смягчить этот долг карой и искуплением и не прибегает к отмщению или наказанию; именно поэтому германцам был известен только благоволящий, но не мстительный и гневный Бог. прим. пер. Koeting – прим. пер

Очевидно, что государство, каким бы маленьким оно ни было, не может окормляться только одним священнослужителем, как не может в нем быть только один судья; да и король, если понимать его как правящую власть, должен иметь подчиненных, которые его поддерживают. Точно так же при властвующем короле существовали и священнослужители, и судьи, и чиновники, которые занимались исполнением текущих обязательств. При этом они были представителями верховной власти и естественным образом подразделялись по своим рангам.

Такие представители короля, будь то священники, государственные мужи или судьи, составили собственную интеллигенцию своего народа; именно из них вышли те, кто хранил и развивал древние предания и воспроизводил их в народе, учреждая и контролируя учебную и просветительскую деятельность.

Поэтому не требуется дополнительных указаний на то, что та часть народа, которая была призвана хранить свои духовные сокровища, и составила правящий класс, неразрывно связанный с династическим родом и состоящий из народной знати. Это доказывает, что правящие роды германцев защищали свой статус не только щитом и мечом, но и культурой. Часто власть ассоциируют только с атрибутами силы, но это – широко распространенное заблуждение. Дохристианская германская знать в идеальном смысле была именно хранилищем национальных святынь всех видов и целиком и полностью заслуживала свое привилегированное положение. Причины ее последующего одичания, наступившего во времена заката эпохи миннезанга, будут дополнительно рассмотрены в настоящем исследовании.

Служители культа Вотана в дохристианской Германии имели не меньше привилегий, чем родовая знать: как у последней, у них тоже были земли и иные богатства, требующиеся для обеспечения своего важнейшего служения – «служения учительского», выразившегося в учреждении Хальгадомов (буквальный перевод слова  – «Собор Святости» – .). Halgadom прим. пер

По сути своей Хальгадомы были первыми монастырями дохристианских германцев. В них проживали служители культа Вотана, как затем в возникших позже на месте Хальгадомов христианских монастырях жили монахи новой веры. В этих духовных центрах, расположенных в лесной чаще или священных урочищах, проживали служители культа, общность которых сложилась тв особое монастырское братство. Там они посвящали свою жизнь не только исследованию религии, но прежде всего астрономии, изучению природы и врачеванию, а также истории, искусству песнопения и всему тому, что впоследствии называли «». придворным воспитанием

Историки не сообщают о существовании в Германии таких школ, как Хальгадомы, но свидетельства о них хранят народные сказания. Да и общий фонд немецкой литературы до прихода христианства в полной мере не известен: дохристианская руническая литература стала жертвой монашеского фанатизма, оставив по себе разве что рунические алфавиты. Но сам факт наличия древней германской литературы свидетельствует о существовании Хальгадомов как института. И не только эти и другие умозаключения позволяют сделать вывод о существовании таких школ в Германии: достаточно обратиться к исследованию параллельных явлений такого рода в Галлии, Шотландии и Ирландии, где сохранились источники и доказательства работы таких школ. И сам этот факт с необходимостью объясняет наличие таких же институтов в Германии. Ведь как там, так и здесь можно сделать вывод о схожих религиозных воззрениях служителей местных древних культов. И не внести Германию в этот ряд было бы подобно разрыву цепи, несмотря на то, что историки формально могли отказывать служителям культа Вотана в наличии школ только потому, что об этом нет упоминания в источниках. К тому же, историк мог представлять себе наличие таких школ чем-то самим собой разумеющимся, и просто умолчать об этом.

Так как школы друидов Галлии наверняка имели большое сходство с учреждениями культа Вотана, мы можем привести выдержку из «Галльской войны» Юлия Цезаря (), в которой он довольно подробно сообщает о школах друидов: Bello Gall. VI Cap. 13

«Друиды принимают деятельное участие в делах богопочитания, наблюдают за правильностью общественных жертвоприношений, истолковывают все вопросы, относящиеся к религии; к ним же поступает много молодежи для обучения наукам, и вообще они пользуются у галлов большим почетом. А именно они ставят приговоры почти по всем спорным делам, общественным и частным; совершено ли преступление или убийство, идет ли тяжба о наследстве или о границах – решают те же друиды; они же назначают награды и наказания; и если кто – будет ли это частный человек или же целый народ – не подчинится их определению, то они отлучают виновного от жертвоприношений. Это у них самое тяжелое наказание. Кто таким образом отлучен, тот считается безбожником и преступником, все его сторонятся, избегают встреч и разговоров с ним, чтобы не нажить беды, точно от заразного; как бы он того ни домогался, для него не производится суд; нет у него и права на какую бы то ни было должность. Во главе всех друидов стоит один, который пользуется среди них величайшим авторитетом. По его смерти ему наследует самый достойный, а если таковых несколько, то друиды решают дело голосованием, а иногда спор о первенстве разрешается даже оружием. В определенное время года друиды собираются на заседания в освященное место в стране карнутов, которая считается центром всей Галлии. Сюда отовсюду сходятся все тяжущиеся и подчиняются их определениям и приговорам. Их наука, как думают, возникла в Британии и оттуда перенесена в Галлию; и до сих пор, чтобы основательнее с нею познакомиться, отправляются туда для ее изучения.»

«Друиды обыкновенно не принимают участия в войне и не платят податей наравне с другими [они вообще свободны от военной службы и от всех других повинностей] . Вследствие таких преимуществ многие отчасти сами поступают к ним в науку, отчасти их посылают родители и родственники. Там, говорят, они учат наизусть множество стихов, и поэтому некоторые остаются в школе друидов до двадцати лет. Они считают даже грехом записывать эти стихи, между тем как почти во всех других случаях, именно в общественных и частных записях, они пользуются греческим алфавитом. Мне кажется, такой порядок у них заведен по двум причинам: друиды не желают, чтоб их учение делалось общедоступным и чтобы их воспитанники, слишком полагаясь на запись, обращали меньше внимания на укрепление памяти; да и действительно со многими людьми бывает, что они, находя себе опору в записи, с меньшей старательностью учат наизусть и запоминают прочитанное.» 5

«Больше всего стараются друиды укрепить убеждение в бессмертии души: душа, по их учению, переходит по смерти одного тела в другое; они думают, что эта вера устраняет страх смерти и тем возбуждает храбрость. Кроме того, они много говорят своим молодым ученикам о светилах и их движении, о величине мира и земли, о природе и о могуществе и власти бессмертных богов.» ¹

На основе этих сообщений Цезаря о друидизме можно сделать довольно уверенные предположения об устройстве немецких орденов служителей Вотана. Однако и в этом случае не следует забывать о том, что немецкий культ не был таким изолированным, как галльский, не был альтернативой или противовесом правящим кругам, но был неразрывно связан с ними. Такая поверхностная характеристика уже объясняет, почему христианство проникло в Галлию намного легче, чем в Германию. Короли Германии видели в приходе христианства ограничение своих властных полномочий – то ограничение, которым пренебрегли правители Галлии.

Что же касается самих школ, то, по сообщению Цезаря, мы видим, что их должно было быть много, и что он определенно упоминает широко известную высшую школу такого рода в Британии. В то время она соответствовала тому, что в Средневековье называли «высшей школой», а затем «университетом».

Но и в германских землях должны были существовать подобные учебные заведения, ведь доказано, что служители культа Вотана уже в ранние времена обладали астрономическими и медицинскими познаниями, которые вместе с практикуемыми ими другими искусствами могли развиваться и передаваться только через настоящие школы – единообразно осуществляемое воспитание народного духа.

Доказано, что готам древних времен очень хорошо были известны двенадцать знаков Зодиака, они понимали ход планет, смены фаз Луны и положения созвездий. Йорнанд свидетельствует об этом, рассказывая о живущих за пределами Скандинавии готах. Аре Фроде, древнейший нордический сказитель саг, пишет следующее:

« [А именно 364 дня по большой сотне древнейшего исчисления, которая состояла из двенадцати десятков, то есть 12х10=120 дней. Это значит, что год рассчитывался так: 3х120+4=364 дня.] [52 недели] .» Так было, что мудрейшие мужи страны в двух полугодиях четыре дня над тремястами днями считали; это составляет две недели до шестого десятка или двенадцать месяцев, каждый по тридцать ночей и четыре дня сверху. И заметили они по ходу Солнца, что так лето больше к весне передвигалось, но никто не мог сказать им, что еще один день к тому добавить нужно, чтобы равное число недель в обоих полугодиях сохранить, в том и дело было

Аре Фроде хотел сказать, что ошибка состояла в том, что раз год разделяли на две равные части, каждая по 26 недель, то в их календарь нужно было добавить еще один день. Затем Аре Фроде упоминает, что исландец Торстер Сурт на всеобщем государственном празднике предложил после каждого седьмого лета добавлять в календарь епакту, равную семи дням. Однако было принято решение о том, что обычный год должен длиться 365 дней, а високосный год должен быть на один день дольше.

Это сообщение о реформе календаря в древнейшие времена со всей очевидностью указывает на наличие передовых познаний в астрономии и на то, что эти знания принадлежали народу, а не поступали откуда-то извне. И это тоже говорит в пользу существования школ, о которых в том числе есть указание в Саге об Инглингах: «» С помощью рун и песен передавал Один свои искусства; большинству их обучил он своих служителей, что приносили жертвы, от них учение приняли многие другие, и так искусство волшбы распространилось дальше

Теперь неудивительно, что знание рун как инструмента письменности было всеобщим, и что даже обычный человек считал смену времен года и отдельные дни с помощью рунических или календарных отметок, которые римский церковный клир объявил языческими уловками, убив эту древнюю традицию и поместив вопросы применения календаря в ведение синода. Например, католический прелат Клаус Магнус пишет, что шведские крестьяне «». по перешедшему к ним знанию их предков на своих рунических жезлах все им необходимые расчеты времени самостоятельно проводить могли; имели также переходящие праздничные дни и знали о смене фаз Луны, и так за десять, шестьсот и тысячу лет ранее было

Этот факт тоже убедительно свидетельствует в пользу всеобщего школьного образования, причем всеобщего до такой степени, которая вновь была достигнута христианской Германией только в новейшее время; но к этому мы вернемся несколько позже.

То, как сильно была распространена руническая письменность, видно из того, что она еще долго существовала и использовалась наряду с латинской, а многие люди умели писать исключительно рунами. Даже сегодня доступные крестьянские календари печатают вместе с похожими на руны знаками, которые рассчитаны на неграмотных.

Если до сих пор для обозначения сохранявшего культ Вотана ордена использовалось слово служитель (в оригинале – , синоним слова ), то это было сделано только в целях облегчения понимания; теперь же перейдем к правильному обозначению, которое лучше полнее отражает суть данной работы. Priester священник – прим. пер.

Служителей культа Вотана часто упоминали под названиями, которые привели к путанице – мы говорим о тех, кого называли скальдами и бардами.

Выше уже было сказано, что в  основное внимание уделялось максимальному развитию силы памяти, которая была нужна для того, чтобы не было нужды поручать тайны и науки изменчивой письменности. Учения этих школ с помощью мнемотехники передавались в форме поучительных стихотворений; для той же цели служило употребление аллитераций. Единственным вспомогательным средством для памяти оставался рунический жезл или руностав (та самая сказочная волшебная палочка, на которой нанесены ), на котором в ряд были вырезаны руны, напоминающие своему владельцу об аллитерации в строфах. Одни поучительные стихотворения произносили речитативом, другие пели. Служители культа, которые хранили их в памяти, передавали потомкам или сочиняли новые, – это поэты-исполнители или, как их называли раньше, скальды или барды. школах друидов магические письмена

Прежде чем продолжить наше исследование, нужно предоставить доказательство того, что оба эти слова, которые обозначают одно и то же, часть немецкого языка, так как существует поверхностное мнение, что слово «бард» имеет свои корни в кельтском языке и обозначает друида, а скальд – явление скандинавской культуры; мы считаем, что следует более подробно рассмотреть возражения против такого толкования.

Слово «бард» имеет в своей основе корень , что значит громко или звонко шуметь (по утверждению конректора Рюля из Ашерслебена (1720), этот корень восходит к наименованию медведя – ). Простонародное употребление этого корня дает производные слова типа , обозначающие шум. Корень обозначает шум (по-немецки , []. [] – это крикун, певец. До сих пор в Тюрингии певцов называют [], причем это слово может быть даже фамилией. Корень встречается в следующих словах: [] (певец); [] (поэт); [] (бардовская или героическая песня, былина), [], имя, которое Тацит использовал, взяв за основу – [] или []; [] (певец победной песни), [] (столовый бард); [] (громкая песня, боевой напев, поле, где исполняется песня, Ольден Барнвельд – пример фамилии) и другие. Особенно важно то обстоятельство, что в табулатуре Нюрнбергских мейстерзингеров их пение называется Bar []. Конрад фон Вюрцбург, знаменитый мейстерзингер и скрипач, прямо назвал свою песню для короля Отто [бардовская песня]. baren, barlan, bairen

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Гай Юлий Цезарь (Перевод: М. М. Покровский) Gaius Iulius Caesar. De Bello Gallico

Вернуться