Шанс был невелик
Макс Романов

© Макс Романов, 2018

ISBN 978-5-4490-4879-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Был обычный вечер 17 декабря 2006 года. Я сидел за столом своего старенького компьютера в маленькой уютной комнатушке, уединённом и довольно скромным на вид уголке, который был одной из трёх ячеек целой комнаты, включающую остальную часть моего семейства: жену и двоих детей, слушал песню «Разве она не прекрасна» в исполнении Стиви Уандера, и при этом писал что-то, на тот момент довольно важное (возможно это было связано с работой). Ещё со школьных времён я любил что-либо писать, не важно что, с аккомпанементом любимой музыки (не подумайте: это не будет типичная история типа «Как я провёл лето», просто именно с музыки и началась вся эта история, которая, я искренне надеюсь, не покажется читателю такой же обыденной и безвкусной как это предложение). Как и у многих (по крайней мере я думаю, что это случается у многих) в течение взросления вкусы менялись: сначала это была танцевальная музыка, которую я начинал слушать когда учился в начальных классах. Она всегда поднимала мне настроение, даже когда я получал неут по одному из школьных предметов, а порой по нескольким в один день (случалось это, по правде говоря, довольно часто, не считая физкультуры – по ней я получал четыре только тогда, когда мне было лень подтягиваться или отжиматься, в основном же в дневнике гордо красовалась красиво выведенная красной ручкой в массивной, как у гориллы, и никогда не дрожащей руке учителя по физре). Причём танцевальная музыка любого рода, будь то хип-хоп, ай рен би, хаус и тому подобные мелодии, которые, признаться честно, я и не вспомнил бы сейчас даже если бы очень попытался (хотя, скорее вспомнил бы парочку, но, как по мне, если ты не помнишь хотя бы треть из того, что ты слушал, значит и называть нет смысла… ведь так?). Со временем, как и у всех или, по крайней мере, у большинства, у меня менялись вкусы, и, пройдя через порог такой музыки, как поп, драм энд бэйс и «всего остального» (под «остальным» я вкладываю ту музыку, которую я мог когда-либо слушать, т.е. всё то, что мне нравилось, а нравилось мне столько всего, что я мог бы смело называть себя меломаном), я, если кому интересно, остановился на музыкальном творчестве таких исполнителей, как: Дэвид Боуи, Эси/Диси, Зед Зепелин, Блэк Кейс, Стиви Уандер и другие, но не будем убегать далеко…

Именно та песня, которую я слушал пока сидел за компьютером («Разве она не прекрасна»), допивая позавчерашнее пиво (которое больше смахивало на мочу, так как стояло в холодильнике уже второй день, не имея совершенно никакого вкуса и аромата), ел холодный чикенбургер и сидел за стареньким компьютером (доживавшим, видимо, свои последние недели или, если повезёт, месяцы, судя по постоянному несмолкаемому треску, издалека напоминающему на непрекращающуюся работу какой-нибудь дробилки в руках фанатичного служащего, не привыкшего останавливаться на половине работы), напомнила мне один случай, произошедший со мной и о котором я собираюсь рассказать.

После того, как я услышал ту самую песню Стиви Уандера, о которой говорилось выше мне почему-то сразу вспомнилось то, что я давно спрятал глубоко в сейфе сознания и старался не ворошить, поскольку, как мы знаем, прошлое нельзя изменить или отмотать назад, как фильм, когда у вас на кухне надрывается, свистя изо всех сил, чайник и вы, не успев поставить фильм на паузу, быстрым шагом направляетесь поскорее выключить плиту дабы не услышали соседи (почему-то, по крайней мере, у меня такое чувство возникает каждый раз, когда я иду к чайнику, который уже пять секунд как надрывается, давая понять, что вода уже давно вскипятилась.) и затем, вернувшись, берёте пульт и перематываете до того места, с которого резко встали и пошли выключать неугомонный чайник. Так или иначе, в тот момент, когда я невольно вернулся в прошлое вся история (про которую в дальнейшем пойдёт речь) пронеслась в моей памяти в одно мгновение, не давая ни единого шанса переключить свои мысли и подумать о чём-нибудь другом…

Дело было в сентябре 2002 года, когда я учился в одиннадцатом классе. Проявлял я себя как самый обычный парнишка, который уже считает себя ответственным, главным, не считается с мнением родителей (по крайней мере, ему так кажется) и старается быть самым эпатажным из одноклассников. Учился на все оценки, разве что кроме двоек (да и пятёрки, по правде говоря, попадались довольно редко). Именно в это время я увидел Марину – свою одноклассницу, вплоть до вступления в одиннадцатый класс считавшуюся «серой мышкой» в коллективе и, как призрак незаметно перемещавшуюся из класса в класс. Думаю, многие или хотя бы некоторые из вас хотя бы раз в жизни встречали таких людей. Она ни с кем особо не общалась, разве что с парочкой отличниц и только ради того, чтобы вместе выполнить проект, который был предназначен для нескольких человек. В остальном же о ней никто толком ничего не знал да и не особо хотел знать, так как все считали её скучной, не способной на неформальное общение девушкой. Но всё это было вплоть до той поры, пока весь класс не увидел её в новом свете на линейке в сентябре. Если бы она проходила мимо меня в своём новом образе на улице я не смог бы узнать её, не смотря на то, что лицом она не изменилась. Её образ в корень отличался от того, какой мы её себе представляли на протяжении пяти лет, начиная с шестого класса (начиная с «шестого» класса, потому что именно с этого времени все стали заботиться о том, в чём они одеты и примечать остальных): серые, однотонные бесформенные вещи, никаких аксессуаров, а волосы, в основном, были разбросаны по периметру головы, прикрывая её лицо и как бы отдаляя от остального мира. На линейке же Марина была в чёрных коблуках, чёрных приталенных джинсах, подчёркивающих её плавную линию бёдер, которые обращали на себя взоры любого, кто был на линейке, в том числе и взоры молоденьких учительниц, завистливо представляющих себя на месте этой «чересчур вульгарно одетой», как они в последствии говорили о Марине – той, которая всегда была лучшей учиницей практически для всех учителей, девушке; чёрно-розовой футболке, которая опять же сидела по фигуре и невероятно красивые, горделиво качающиеся из стороны в сторону при каждом её шаге волосы (на этот раз аккуратно собранные в хвост и зафиксированные розовой резинкой). Так же присутствовали аксессуары, придававшие её образу ещё большей утончённости и (не знал, что когда-либо применю это слово к ней) сексуальности. В то время, как её одноклассницы с одолевавшей их яростью и завистью обсуждали новый образ Марины и то, что сподвигло её на такие, я бы сказал, кардинальные изменения – парни, не долго думая, все как один подошли к «бывшей серой мышке», надеясь на то, что она с её скромностью (которую, как впоследствии оказалось, как ветром сдуло) не откажет симпатичному, по их самомнению, парню прогуляться вечерком и что один из них сможет сегодня же заняться с ней сексом. Лишь только я стоял особняком от других (не подумайте, что я не хотел к ней подойти и порасспрашивать об изменениях – опять же влечение к ней и желание переспать не давали мне повода думать о чём-то ещё как и моим одноклассникам, как минимум, первую неделю учёбы в школе), разглядывая её новое обличие и, сам не зная по какой причине и видя в этом связь с чем-то очень трагичным, из-за чего это ясно отражалось в её взгляде и уловимым лишь только тем, кто смотрел не на её внешнюю оболочку, а именно в глаза, в которых, как мне показалось, скрывалась острая боль, будто протыкающая её изнутри и в тоже время тщательно замаскированную под маской уверенной и не знающей невзгод девушке.

Теперь она не только не сторонилась общения с одноклассниками (и с парнями в частности), но даже сама принимала инициативу куда-нибудь сходить всей компанией выпить или что-то в этом роде. Несмотря на то, что с ней последний год нашей учёбы проходил намного активней прошлых лет (даже завидовавшие ей одноклассницы, раньше хоть изредка ловившие на себе желанные взгляда одноклассников, – смирились с её превосходством по красоте и, дабы не показаться белой вороной, все как одна следовали за ней как за лидером, лишний раз поинтересовавшись что модно в этом сезоне, как правильно подбирать вверх под низ и тому подобную информацию, о которой я не имею ни малейшего представления) и Марина не пропускала не одной вечеринки в компании всего класса – она по-прежнему была отстранена ото всех, скрываясь под маской активной и жизнерадостной, но, безусловно, никто этого не замечал. Никто, кроме меня. Кто бы мог подумать, что первый человек из нашего класса, кто с ней переспит, буду я (при том, что по привлекательности, да и другим признакам, которые могут приглянуться девушке (особенно такой, как Марина) я ничем особо не отличался от парней, учившихся со мной в одном классе.

Но давайте по порядку: первый наш разговор (не считая мимолётных диалогов, направленных лишь на то, чтобы узнать домашнее задание или другие формальности по учёбе) состоялся в баре «Блюз и только..». В тот пятничный вечер, плавно перетекающий в ночь, весь наш класс, как обычно, собрался на очередной совместный поход, чтобы, как сказал Петя: «узнать у кого какие произошли изменения в жизни, кто как изменился за год» и тому подомную информацию, которая, на самом-то деле, ничем особо и не могла отличаться от жизни прошлогодней. С вашего позволения напишу немного о самом Пете как об отдельной личности, больше всего запомнившейся мне из всего класса. не считая Марину: он старался всегда быть самым ярким и общительным, принимал участие во всех мероприятиях, проводимых как в школе, так и во всём городе, надеясь на то, что данная деятельность и постоянная коммуникабельность помогут ему стать лучшим юмористом из всех школьных команд КВН. Петя выступал от нашей команды КВН в качестве капитана только лишь потому, что шутить любил один лишь он, в то время как остальные члены команды нужны были только чтобы сама команда существовала. Также он любил всё всегда (или почти всегда) предлагать первым, любил организовывать все наши совместные походы и, надо признаться, был по этой части настоящий ас. Не буду продолжать перечислять всех достоинств Пети, иначе это заняло бы весь лист и мы отдалились бы от сути рассказа, поэтому плавно перейду от одной личности ко всему классу и продолжу. Сначала многие думали пойти в клуб, но, так как некоторые из женского коллектива были против из-за успевшей надоесть за долгое время походов в данные заведения громкой музыки и учитывая тот факт, что Петя хотел обсудить план будущих выступлений в КВН и продемонстрировать всем нам несколько, заранее приготовленных во время летних каникул с остальной командой шуток, которые якобы рассмешат всех нас настолько, что, по словам самого Пети, мы будем валяться по полу, не выпив при этой ни грамма алкоголя (хотя все знали, что как раз таки алкоголя нужно было выпить предостаточно, для того, чтобы отключить разум и включить то звериное, что раскрывается в нас когда мы пьянеем как раскрывается вкус вина при непродолжительной задержке его у себя во рту. Так как команда, под названием «Злые мопсы» под предводительством сами знаете кого никогда не занимала лидирующих мест, за исключением того раза, когда из четырёх команд они заняли третье и только потому, что в жюри сидел знакомый отца одно из членов команды Пети. В итоге было принято решение пойти в бар.