Сказки
Татьяна Славина

Иллюстратор Татьяна Николаевна Головкина

© Татьяна Славина, 2020

© Татьяна Николаевна Головкина, иллюстрации, 2020

ISBN 978-5-4490-4977-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Княжеская лилия

Глава 1

В давние-давние времена жил на Руси молодой князь. Уж таким он был пригожим да веселым, что все девушки в округе тайно по нему вздыхали. Что ни вечер, на лужайке перед княжеским теремом собирался хоровод. Звонкие девичьи голоса заводили песни, зазывали князя.

– Ах ты, сокол – князь,

Выходи на двор,

На зеленый луг,

На высок бугор!

Вьется, кружится хоровод, колышутся подолы ярких сарафанов, струятся по спинам косы из-под пестрых венков. Никак не устоять князю!

Каждый вечер спускался он с высокого тесового крыльца и с улыбкой присоединялся к плясуньям. Ах, как трепетали сердечки девушек, как покрывались румянцем их нежные щеки, как лукаво блестели из-под ресниц глаза! Каждая надеялась, что именно ее заметит князь, именно ее выберет, полюбит. А князю все нипочем! Со всеми он ласков, каждой доброе слово скажет, каждой улыбнется.

Но как-то раз появилась в хороводе новая девушка. Была она такой юной и застенчивой, что даже глаза поднять на князя стеснялась. Пушистые длинные ресницы подрагивали на щеках, румяных, словно спелые осенние яблочки. Густые светлые волосы были собраны в тяжелую косу, которая едва не доставала до земли. А какая тонкая белоснежная рубашка с затейливой вышивкой украшала хрупкие девичьи плечи!

– Кто она такая? – поинтересовался князь.

– Новая белошвейка с дальнего городища, – отвечали девушки.

– Как звать тебя, красавица?

Юная белошвейка залилась румянцем и еле слышно прошептала:

– Онежка.

– Что же ты прячешь глаза, Онежка? Может, совесть твоя нечиста? Или я такой урод, что на меня и глядеть тошно?

– Что ты, князь! – испуганно воскликнула девушка и обожгла его взглядом, полным синего пламени.

В ответ сердце князя замерло, а потом забилось часто-часто. Такого с ним раньше не случалось. Стараясь не выдать своего смятения, князь взял Онежку за руку и повел ее впереди хоровода. А когда пришло время расставаться, шепнул ей на ушко:

– Жду тебя на рассвете у круглого озера. Придешь?

И без того алые щеки вспыхнули еще ярче. Пушистые ресницы скрыли от князя синий блеск девичьих глаз. Онежка опустила голову, что-то неразборчиво пролепетала и умчалась в темноту, словно дикая козочка.

– Так придет она или нет? – пожал плечами князь.

Всю ночь он тщетно пытался заснуть, но сон бежал от него. Едва небо за окошком терема посветлело, князь вскочил с пуховых перин и поспешил к заветному озеру. Заря не успела еще окрасить небо румянцем, а он уже был на месте.

У самой воды под ветвями плакучей ивы неподвижно сидела Онежка. Видимо, девушка уже давно была здесь. Она успела продрогнуть и пыталась согреться, уткнув подбородок в колени и обхватив ноги руками.

Сердце князя радостно забилось:

– Она пришла!

Он тихонько подошел к девушке и осторожно прикрыл озябшие плечи своим кафтаном.

– Ты давно уже сидишь здесь? – заботливо спросил князь, пристраиваясь рядом.

– С вечера, – прошептала девушка дрожащими губами.

– Ах ты, голубка моя!

Князь обнял Онежку и прижал ее к своей горячей груди.

Из-за леса показалось алое солнышко. Оно взглянуло на парочку возле озера и улыбнулось ей. Солнышку нравилось, когда в сердцах людей вспыхивал огонь любви, такой же жаркий, как и само великое светило.

С тех пор молодой князь не расставался со своей избранницей. На веселых пирах она сидела рядом с ним за столом. На охоте она скакала с князем по полям. Вечерами она пела ему песни и рассказывала занимательные истории, которых знала великое множество.

Но тут нежданно-негаданно приключилась война. Соседний князь вторгся со своей дружиной в дальние пределы княжества.

– Придется наказать наглеца! – сказал молодой князь, надевая кольчугу. – Не печалься, милая Онежка. Не успеет растаять снег, как я вернусь к своей любимой голубке.

Всю зиму ждала князя Онежка. С раннего утра до позднего вечера вглядывалась она в даль. Метель заметала околицу снегом, а Онежка все смотрела на дорогу. Январское солнышко слепило глаза, а Онежка все смотрела и смотрела. Сосульки повисли на крыше, а потом стали сочиться водой и растаяли совсем. А Онежка все ждала и смотрела на дорогу, все смотрела и ждала.

Наконец дорога потемнела, сугробы осели. Высоко-высоко в небе зазвенел первый жаворонок. Ветер донес издалека топот конских копыт.

– Едут! Едут! – закричали мальчишки. – Ратники возвращаются!

Онежка накинула на плечи заячью шубку и выскочила на крыльцо. Где же он, любимый князь?

На улицу высыпал ликующий народ. Полетели вверх шапки, радостные крики вспугнули с деревьев грачей. Однако ратники в ответ не вскинули копья. С горькими улыбками на губах они прятали глаза. Неужто не победа? Неужто – поражение?

Впереди дружины ехал князь. Был он тоже невесел, хотя и старался это скрыть. Заметив на крыльце Онежку, опустил глаза и покраснел. И только тут девушка увидела, что рядом с князем на вороной кобыле едет закутанная в собольи меха молодая женщина. Гордо вскинув голову, она свысока поглядывала по сторонам.

Вот и княжеский терем. Спешившись, князь помог сойти с коня незнакомке. Потом он протянул ей руку и повел вверх по ступенькам.

– Прошу любить и жаловать молодую княгиню, мою жену и вашу хозяйку, – обратился князь к челяди.

Онежка едва удержалась на ногах. Она так ждала князя, так молилась о его благополучном возвращении! И вот он здесь – живой и невредимый, но теперь совершенно чужой.

– А как же я? – хотелось крикнуть девушке, но слова застряли у нее в горле.

– Смирись, голубка, – прошептал ей сокольничий князя. – Наша дружина была наголову разбита братом княгини. Условием мира стала женитьба нашего князя на сестре победителя. Теперь уж ничего не поделаешь.

– Но как же…

– Смирись! – повторил сокольничий и потянул ее с крыльца. – Тебе лучше не попадаться на глаза молодой хозяйке.

Так Онежка снова оказалась в маленьком домике у самой околицы. С утра до вечера сидела она перед окном с иголкой в руке, расшивая сорочки княгини. С утра до вечера капали слезы из ее глаз на затейливые цветные узоры. А когда белошвейку известили о новом заказе – рубашонках для будущего наследника князя – слезы бедной Онежки стали еще солонее.

И все же на столе стали расти две стопки сшитых рубашонок. Одна, побольше, из тонкого полотна с красивой вышивкой – для будущего ребенка княгини. Другая, поменьше, из небеленой холстинки – для дочки белошвейки. Девочка родилась в конце лета, за три месяца до рождения княжича.

Глава 2

Прошло пять лет. Ни разу за эти годы князь не видел Онежку. Ему сказали, что девушка ушла в тот самый день, когда он возвратился из похода с молодой женой. Сначала князь опечалился, а потом и рад был тому, что не нужно объясняться с любимой.

– Должно быть, все к лучшему, – уговаривал себя князь. – Онежка со временем утешится, замуж выйдет, матерью станет.

Но однажды на лугу он увидел светловолосую девчушку. Та весело гонялась за бабочками, хохотала, рвала одуванчики. Рубашонка девочки, хотя и сшитая из серого небеленого холста, была украшена затейливой цветной вышивкой.

– Кого напоминает мне эта малышка? – задумался князь.

Наивные ярко-синие глаза взглянули на него, и князя словно обожгло.

– Онежка! Это же вылитая Онежка!

Раскинув руки в стороны, князь пошел на девчушку.

– А вот я тебя сейчас поймаю!

Девочка залилась звонким смехом и с готовностью вступила в игру с взрослым дядей.

– Не догонишь! Не поймаешь! – кричала она.

Однако через пару шагов малышка запуталась в высокой траве и упала бы, не окажись в крепких мужских руках.

– Чья же ты, такая озорница? – улыбнулся князь.

– Мамина! – не задумываясь, ответила та.

– А где же твоя мама?

– Там! – махнула девочка рукой в сторону маленького домика у самого края луга.

– Давай-ка я отнесу тебя домой, – сказал князь. – Наверное, мама и папа уже соскучились по своей дочке.

– А у меня нет папы, – пожала плечиками кроха. – Только мама. Она со мной редко играет, потому что работает белошвейкой у самого князя.

Белошвейка! Сердце князя сжалось от догадки. Боясь ошибиться, он спросил:

– Ты знаешь, сколько тебе лет?

– Вот сколько! – ответила девочка и вытянула вперед ладошку с растопыренными пальцами.

Пять лет! Ровно пять лет назад уходил князь в поход, оставив Онежку дожидаться его возвращения. Неужели он держит на руках собственную дочь?

Князь остановился как вкопанный. Он не знал, как поступить. Ворошить прошлое не хотелось, объясняться с Онежкой – тоже. Князь давно привык к своей властной жене, любил своего сынишку. Может быть, опустить девчушку на землю и постараться забыть о ней?

Нет! Мужчина прижал ребенка к груди и зашагал с ним к своему терему.

– Вот! – сказал он жене, поставив перед ней девчушку. – Это моя дочь. Я не виделся с ее матерью пять лет и не увижусь больше никогда, не волнуйся. Но я желаю, чтобы моя дочь жила со мной. Пусть с ней обращаются, как с княжной.

Княгиня была не только властной, но и умной женщиной. Она сразу поняла, что спорить с мужем не стоит.

– Пусть живет, – сказала она спокойно.

Однако про себя решила, что чужой ребенок ей ни к чему.

– Иди сюда, милочка, – притворно улыбнулась княгиня, протягивая девочке пряник.

Но стоило князю повернуться к ней спиной, женщина больно ущипнула малышку за щеку.

– Только попробуй заплакать или пожаловаться кому-нибудь! – прошипела она, зло сверкнув черными глазами.

– Я к маме хочу! – глотая слезы, прошептала кроха.

– Зови меня мамочкой! – расхохоталась княгиня.

Онежка с ног сбилась, разыскивая пропавшую дочку. Она обшарила весь луг, думая, что девочка задремала среди одуванчиков. Она заглянула под каждый кустик в ближней рощице и в дальнем лесу. Она, наконец, обежала все дома, выспрашивая, не видел ли кто-нибудь ее девочку?

Когда несчастная женщина уже совсем потеряла надежду найти дочку, ей повстречалась кухарка из княжеского терема.

– Не видала ли ты мою Лялечку?

– Как же, как же, видела давеча.

– Ох, не томи, говори – где она?

– Князь еще утром принес ее на руках. Сказал, что это – дочка его. Велел обращаться с ней, как с княжной.

– Как он мог! – вспыхнула Онежка. – Забрал ребенка, мне ни слова не сказал.

– Э, милая, остынь! – кухарка схватила за рукав Онежку, которая собралась бежать к терему князя. – Ты на глаза княгине и не думай попадаться – она тебя со свету вмиг сживет. А девочке твоей при отце, глядишь, и лучше будет. Дочка князя – это тебе не дочка белошвейки! Вырастет большая, замуж за хорошего человека выйдет, за знатного, за богатого. Или ты хочешь, чтобы она, как ты, всю жизнь горе мыкала?

Онежка опустила голову. В самом деле, много ли могла дать своей дочурке бедная белошвейка? Она не подумала, что материнская любовь и забота гораздо дороже всех богатств мира.

Глава 3

Совсем не сладкой оказалась для Лялечки жизнь в княжеском тереме. Отец редко находил время, чтобы приласкать девочку. Гораздо чаще он делал ей подарки. То колечко с бирюзой наденет на пальчик, то тряпичную куклу принесет.

Из челяди только кухарка осмеливалась сунуть малышке сладкий пирожок, да по головке погладить. Остальные слуги и домочадцы боялись гнева княгини, приголубить девочку опасались.

Княгиня же при муже изображала заботливую мачеху. Но стоило князю покинуть терем, как она коршуном налетала на бедного ребенка.

– Опять ты путаешься под ногами, негодная! – шипела княгиня.

– Пошла прочь с моих глаз! – кричала она в другой раз, не упуская случая щипнуть падчерицу.

– Не смей приближаться к княжичу! – захлопывала княгиня дверь в детские хоромы. – Место твое – в свинарнике, а не в тереме!

Однажды князь показал жене прелестные сережки из речного жемчуга.

– Как думаешь, дорогая, понравятся эти сережки…

Князь не успел договорить, а княгиня уже выхватила украшения у него из рук и приложила к своим ушам.

– Чудесные сережки, милый! Они мне к лицу.

– Но я хотел подарить их своей дочке.

– Ах, вот как? – помрачнела княгиня. – Теперь ты даришь драгоценности не мне, своей законной супруге, а какой-то приблудной девчонке!

Женщина швырнула серьги на пол и, гордо вскинув голову, вышла из светлицы. Князь поднял жемчуга, пожал плечами и пошел искать дочку. А княгиня, кипя злобой, обрушилась на слуг.

К вечеру, однако, она взяла себя в руки и притворилась, что уже забыла о размолвке.

– Есть много способов отомстить девчонке, – думала хитрая мачеха. – И вовсе необязательно об этом знать князю.

Прошли осень и зима. Весной, едва просохли дороги, князь собрался со своей дружиной объехать границы княжества. Проводив мужа, княгиня открыто занялась травлей падчерицы. То и дело в тереме слышался плач несчастного ребенка. Тумаки и шишки сыпались на девочку без остановки.

– Мама, мамочка! – звала Ляля.

– Я твоя мамочка! – хохотала княгиня и в очередной раз щипала падчерицу за щеку.

Незадолго до возвращения князя из похода княгиня и вовсе решила сжить со света ненавистного ребенка.

– Князь ни о чем не догадается, – твердила она сама себе. – Мало ли от какой хвори могла умереть слабенькая малышка! Вот я ей эту хворь и устрою.

Как-то утром княгиня появилась на кухне с пучком ядовитой травы. Она повязала передник и принялась стряпать зелье.

– Скажешь хоть слово князю – не сносить тебе головы! – прошипела княгиня кухарке.

Когда ядовитый отвар оказался в чашке с молоком, кухарка догадалась, для кого он предназначался. Княгиня и не скрывала этого.

– Отнеси молоко княжне, да проследи, чтобы она выпила все до капли, – приказала она кухарке.

Бедная женщина не посмела ослушаться хозяйку, но на пороге споткнулась и разлила молоко.

– Ах ты, неуклюжая корова! – выругалась княгиня и пошла за новой порцией ядовитой травы.

А кухарка схватила Лялечку на руки и помчалась с ней к домику белошвейки.

– Беда, милая Онежка! – закричала она с порога. – Князь в отъезде, а княгиня-змея задумала извести твою дочку. Спрячь ее скорее.

Не успела кухарка вернуться в княжеский терем, как встретила псарей со сворой собак.

– Маленькая княжна куда-то исчезла, – сказал один из псарей. – Госпожа велела отыскать ее, во что бы то ни стало.

И он побежал за громко лающими собаками.

Онежка выглянула в окно и обомлела от страха. К ее домику во весь опор мчалась дюжина собак. Бедная женщина сразу догадалась, кого ищут собаки. Она схватила Лялечку и, прячась за деревьями, побежала к темному лесу. Сердце матери стучало часто-часто, громко-громко. Но собачий лай был еще громче.

Добежав до леса, Онежка бросилась в самую чащу. Она спотыкалась о валежник. Ветки деревьев хлестали ее по лицу. Одежда цеплялась за сучья. Женщина прижимала ребенка к груди и молилась о том, чтобы собаки потеряли след. На некоторое время шум погони стал тише. Онежка остановилась перевести дух и огляделась.

В такой чаще ей еще никогда не приходилось бывать. Огромные сумрачные ели со всех сторон обступили крошечную поляну. Паутина и седой мох клочьями свисали с ветвей. Яркие шляпки мухоморов там и сям пестрели между черных пней. На краю поляны примостилась вросшая в землю избушка.

Собачий лай снова стал приближаться. Не раздумывая, Онежка побежала к избушке и толкнула скрипучую дверь.

В лесном жилище было темно и сыро. Скудный свет едва пробивался сквозь крохотное окошко. На лежанке среди кучи тряпья Онежка заметила старую-престарую женщину.

– Кого это принесло ко мне в гости? – проскрипела старуха. – Дверь закрой – сквозит.

– Бабушка, милая, спрячь нас! – упала на колени Онежка. – Слышишь, собаки лают? Это княжеская погоня.

– Ох, давненько никто меня бабушкой не называл! – хихикнула старуха. – Все больше ведьмой кличут, да я не в обиде. Я и есть ведьма, али не признала, молодка?

– Бабушка, ты ведь добрая, – Онежка словно и не слышала слов хозяйки избушки. – Пожалей мою дочку, спаси ее от злой княгини!

– Где же тут спрятаться ребенку? – пожала плечами старуха, перетряхивая ветхое тряпье на лежанке. – От собак нигде не укроешься.

– Придумай что-нибудь! – взмолилась Онежка. – Погоня сейчас здесь будет.

– Есть один способ, – задумчиво прошамкала беззубым ртом ведьма. – Только не пожалеешь ли ты о том, что воспользовалась моей помощью, девонька?

– Не пожалею, родимая! Спаси дочку от верной смерти!

– Ну, ладно.

Старуха покопалась под лавкой и вытащила оттуда глиняный горшок с землей. Зачерпнув горсть земли, она протянула ее девочке.

– Ну-ка, милая, поешь землицы.

Лялечка зажала рот руками и спряталась за мамин подол. А собаки уже лаяли у порога.

– Не бойся, родная, – Онежка присела перед девочкой и заглянула ей в глаза. – Сделай, как бабушка велит.

Лялечка послушно открыла рот, и старуха всыпала в него горсть земли. Не успела девочка проглотить «угощение», как дверь избушки с грохотом распахнулась. Целая свора собак влетела в тесное жилище и бросилась к ребенку. Но в то же мгновение девочка исчезла, а на ее месте оказалась небольшая луковица лилии. Старуха проворно подхватила луковицу и сунула ее в горшок с землей. Ворвавшиеся вслед за собаками псари уже не увидели маленькую княжну.

– Где она? – закричали псари, заглядывая под лавку и разбрасывая по избушке тряпье.

– Вам понадобилась эта молодка, или я – старая ведьма? – расхохоталась старуха.

– Старая ведьма? – испугались псари и попятились к двери.

Они были наслышаны об этой ужасной старухе.

– Здесь никого больше нет. Поищем девчонку в другом месте, – решили псари и выскочили за порог.

А старуха протянула Онежке горшок.

– Ну вот, теперь твоя дочка в полной безопасности. Никогда княгиня не догадается, что ее падчерица – белая лилия, которая вырастет из цветочной луковицы.

Онежка взяла из рук ведьмы горшок и побрела домой. Материнские слезы капали на землю. А из горшка уже поднимался нежный зеленый росток прекрасного цветка.

Глава 4

Не один день Онежка поливала слезами свой цветок. Каждое утро она подходила к окошку, на котором стоял горшок с лилией.

– Здравствуй, доченька! Как спала-почивала?

Вечером, устав от работы, она садилась у окошка и пела цветку колыбельные.

Однажды Онежка заметила, что лилия слегка поблекла.

– Ей не хватает солнышка! – всполошилась мать.

В самом деле, стоило Онежке высадить растение из горшка на солнечной лужайке перед домом, как оно повеселело, стало ярко-зеленым и даже зацвело. Ах, что это была за лилия! Огромный белый цветок с изящными желтыми тычинками привлекал внимание всех прохожих.

Как-то у домика Онежки появился княжеский садовник. Он частенько прогуливался по лесу и лугу в поисках красивых цветов. Найдя необычное растение, садовник осторожно выкапывал его и пересаживал в княжеский сад.

– Какая прекрасная лилия! – восхитился садовник, увидев на лужайке белое чудо. – Ей не место здесь, у самой околицы. Я пересажу ее на самую красивую клумбу в саду.

Онежка, склонившись над очередной сорочкой, ничего не заметила. Вечером, придя пожелать спокойной ночи и спеть колыбельную, бедная женщина нашла только свежевырытую ямку. Конечно, она догадалась, кто унес цветок. Кляня садовника, Онежка побежала к княжескому терему.

Тем временем наступила ночь. В саду стало темно. Даже луна не вышла на небо, только звезды сияли в вышине. Онежка осторожно шла по дорожке, боясь встретить стражников. Вот и клумба с цветами. Женщина быстро прошла мимо роз и левкоев. Не обратила она внимания ни на ромашки, ни на колокольчики. А вот и клумба с лилиями. Оранжевые, красные, розовые, белые – их было не меньше трех дюжин! Земля на клумбе рыхлая – не поймешь, какую лилию посадили сюда недавно.

Онежка склонилась по очереди над каждой из белых лилий.

– Доченька, где ты?

Ни один цветок не дрогнул, не шелохнулся.

– Доченька, отзовись!

Онежка потрогала лепестки цветов руками. Все они были одинаково шелковисты и холодны.

– Как же мне понять, которая из лилий – моя девочка? – заплакала Онежка.

– Кто здесь? – голос стражника раздался совсем близко.

Бедная женщина метнулась к кустам. Ей совсем не хотелось, чтобы ее приняли за воровку. Когда стражник прошел мимо, Онежка снова подошла к клумбе. Она уже не плакала.

– Видно, такая твоя судьба, доченька – жить на княжеском подворье, – тихо сказала мать. – Ты же не просто девочка – дочь князя. Пусть садовник ухаживает за тобой как за княжной. Я знаю, он добрый и старательный. Здесь тебе будет хорошо. Никто не посмеет сорвать твой белый цветок, отщипнуть листочек. И злая княгиня никогда не догадается, что ее ненавистная падчерица – прямо у нее под носом. Прощай, моя Лялечка, прощай, моя лилия прекрасная. Прости, что не сумела сохранить тебе жизнь по-другому!

Онежка повесила голову и побрела прочь из сада.

Проходили зимы, пролетали весны. В день, когда Ляле исполнилось бы шестнадцать лет, на одной из белых лилий распустился цветок необычайной красоты.

– Смотри-ка, отец, какая прекрасная лилия, – сказал старому садовнику его сын Ярик. – Как замечательно смотрится ее белоснежный цветок рядом с красной лилией! Ну-ка, порыхлю возле нее землю.

И юноша склонился над грядкой.

На следующее утро он снова пришел к любимой клумбе. Но что это? Прекрасная белая лилия растет на другом месте, рядом с оранжевой кудрявой. А у красной лилии на рыхлой земле отчетливо виден след маленькой женской ножки.

– Кто же пересадил лилию на новое место? – недоумевал Ярик, разглядывая след. – Что-то я не замечал среди слуг женщин с такими крохотными ножками.

Следующее утро преподнесло новый сюрприз: белая лилия теперь росла на самом краю клумбы, у дорожки.

– Что за ерунда? – Ярик в изумлении открыл рот. – Кому это понадобилось каждую ночь пересаживать лилию на новое место? Нужно с этим разобраться.

И юноша решил подкараулить неизвестного «садовника». Как только стало смеркаться, он спрятался за кустом шиповника рядом с клумбой.

Вот и луна взошла на небосклоне, освещая сонный терем и сад. Стражники топают где-то далеко, а у клумбы слышно только жужжание ночных бабочек – бражников. Ярик смотрит на клумбу, а сам прислушивается: не скрипнет ли песок под ногами загадочной незнакомки.

Но что это? Белый цветок лилии задрожал и начал стремительно расти. Легкое мерцающее марево окутало растение. Не успел Ярик протереть глаза, как на месте цветка оказалась стройная девушка в зеленом сарафане и тонкой белой сорочке. Она озорно взглянула на луну, потянулась и ступила на дорожку маленькой босой ногой.

Обежав клумбу, она легко коснулась нежными пальчиками лепестков своих подружек, что-то прошептала им и понеслась к терему князя. Вот она уже под окном, заглядывает в него, улыбается.

– Я снова увижу тебя! – слышит Ярик шепот девушки.

Ее глаза светятся любовью, щеки пылают.

– Это же окошко княжича, – догадался сын садовника. – Это его, Мирослава, так рада видеть девушка. Ну-ка, посмотрим, что будет дальше.

Время промчалось незаметно. Девушка любовалась спящим княжичем, Ярик любовался девушкой…

С первым криком петуха юная красавица оторвалась от окошка и нехотя побрела к клумбе. Она выбрала местечко между розовой и оранжевой лилией, задрожала, окуталась мерцающим туманом – и снова превратилась в цветок.

С тех пор каждую ночь Ярик приходил к заветной клумбе и наблюдал за превращениями белой лилии. С каждым разом сердце его билось все сильнее. Нежность наполняла душу. Сын садовника влюбился в девушку-цветок. Он никак не мог решиться выйти из своего укрытия, боялся спугнуть прекрасное видение. А девушка каждую ночь стояла под окошком Мирослава и влюбленными глазами смотрела на спящего княжича.

– Что это ты, словно сонная муха, сынок? – спросил однажды Ярика старый садовник. – Может, влюбился, ночами не спишь, о ком-то мечтаешь? Может, пора уже и сватов засылать к твоей избраннице?

Ярик опустил глаза и отвернулся. Как объяснить отцу, что его любимая – белая лилия на клумбе у княжеского терема?

– Так дольше продолжаться не может! – решил про себя юноша. – Я должен узнать тайну волшебного цветка. Возможно, я смогу развеять чары и навсегда превратить лилию в девушку?

И сын садовника принялся расспрашивать цветы о белой лилии – он ведь умел разговаривать с ними. Но никто не мог раскрыть ему тайну девушки-цветка.

Красная лилия рассказала, что белоснежная соседка совсем недавно стала по ночам превращаться в девушку. До этого она была обыкновенной, как все цветы на клумбе. Оранжевая лилия предположила, что тут не обошлось без колдовства. А роза, растущая под окнами княжеского терема, мудрая старая роза, сказала вот что:

– В далекой юности, когда я была крошечным зеленым росточком, в терем пришла старушка-странница. Много историй знала она. Вечерами, усевшись на крыльце терема, старушка рассказывала их княгине и княжичу. Как-то она поведала о чудесном источнике в горах. Вода из этого источника обладает способностью снять любые чары. Охраняют тот источник каменные великаны. Редко кому из людей удавалось добраться до волшебного ключа. А уж добыть воду и вовсе смогли считанные смельчаки.

– Вот что мне нужно! – загорелся Ярик. – Я добуду эту чудесную воду, во что бы то ни стало. Как бы мне узнать, в какой стороне те горы?

– Каждую осень журавли улетают из наших мест. Они летят за синее море. А море-то как раз за горами лежит. Иди за журавлиным клином – не ошибешься!

И Ярик с нетерпением стал ждать осени.

Глава 5

Как только с деревьев полетели желтые листья, а в небе закурлыкала первая стая журавлей, сын садовника собрался в путь. Он очень спешил: впереди зима. Стебли и листья лилий засохнут, только луковицы останутся в земле. Что будет тогда с девушкой-цветком? Не замерзнет ли она в лютые зимние морозы, не задохнется ли ночью под снежными сугробами?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.