Наталья Петрова
Я прошу тебя – живи!

– Ну что, подъём? – ОНА потянулась и похлопала рукой по одеялу.

Муж не ответил.

– Ми-и-илый, па-а-адъём, – пропела ОНА, встала с кровати и, сдернув с него одеяло, направилась в ванную.

Душ принимать не стала, просто почистила зубы и умылась. Когда вышла из ванной, увидела пустую кровать. Мужа в спальне не было, одеяло валялось на полу, дверь на лестницу была распахнута.

– Эй, а зубы кто будет чистить? – крикнула ОНА в лестничный пролет.

Муж не ответил.

Она хмыкнула, быстро застелила постель, натянула джинсы и футболку. Взмахнув несколько раз щеткой, собрала густые волосы в небрежный хвост.

Спускаясь по лестнице со второго этажа, ОНА в который раз отметила, какой красивый дом построили они с мужем. Дубовый паркет, лестница из мрамора, песочные обои и кожаная мягкая мебель – интерьер был выдержан в светлых тонах.

Первый этаж представлял собой единое открытое пространство. Зоны кухни, столовой и гостиной были отделены друг от друга парой колонн, элементами мебели и кадками с растениями.

Посреди гостиной лежал шелковый ковер ручной работы; по его светло бежевому фону в причудливом узоре переплетались бледно-розовые цветы с нежной зеленоватой листвой. Букеты похожих цветов стояли в высоких напольных вазах. В большие окна заглядывали лучи июньского солнца. Они отражались в хрустальных подвесках нескольких люстр и настенных бра. Блики играли на стекле аквариума, в котором неспешно плавали экзотические рыбки.

Муж был в кухне, ОНА поняла это по звукам открываемого холодильника.

– Ну, нет, – ОНА не дала ему достать из холодильника любимые продукты, – никакой яичницы с беконом, это холестерин, тебе нельзя. Будем есть геркулесовую кашу.

Муж обиженно насупился, но спорить не стал. По его шагам и скрипу стула за своей спиной ОНА поняла, что он направился в столовую, прошла за ним и включила телевизор, пульт положила перед мужем на стол, затем вернулась в кухню.

Много лет назад она завела в доме несколько правил. Одним из них было никогда не есть в кухне, завтракать, обедать и ужинать только в столовой. «А иначе зачем мы построили такой огромный дом» сказала ОНА тогда, муж с ней согласился.

Вот и сейчас ОНА суетилась в кухне так, как делала это уже много лет: поставила на плиту маленькую кастрюльку, достала из шкафчика тарелки, чашки и блюдца из любимого их с мужем японского сервиза. Вместе с двумя салфетками отнесла в столовую, ловко сервировала стол на двоих.

– Как приятно пахнут, правда? – спросила ОНА мужа, кивая на вазу с мохнатыми пионами.

Муж внимательно смотрел передачу по телевизору, поэтому просто молча дернул головой в знак согласия.

ОНА еще несколько раз сходила в кухню и обратно, принесла кастрюльку с кашей и кофе. Увидев геркулес, муж поморщился.

– Ешь, – строго сказала ОНА, – и никакого кофе, даже не мечтай.

Он вздохнул и снова дернул головой. ОНА налила себе в чашку ароматный напиток и присела за стол рядом с мужем.

По телевизору шла утренняя передача, посвященная здоровью. Ведущая увлеченно рассказывала о правильном питании.

– Вот, видишь! – назидательно произнесла ОНА и подняла указательный палец, – а ты прямо, как маленький ребенок «…хочу жареный бекон… хочу яичницу…» – передразнила ОНА мужа.

Тот в ответ только сокрушенно хмыкнул. Затем он поднялся и прошел в кухню. ОНА не видела мужа из-за колонны, только слышала его шаги и шум льющейся из бутылки минеральной воды.

– Сказал бы, я налила, – немного обиженно пробормотала ОНА, когда он вернулся.

Он в это время пил воду, поэтому ничего не ответил, только махнул рукой, типа «ничего страшного, я сам».

ОНА сделала последний глоток кофе, решительно поднялась из-за стола и выключила телевизор.

– Ну, что, принимаемся за работу? – посмотрела ОНА на мужа, он кивнул.

ОНА быстро перенесла в кухню посуду, отметив, что к каше муж так и не притронулся, и направилась в гараж.

– Давай, ты за тот конец, я за этот, – предложила ОНА, и они схватились за стремянку.

Вдвоем они вынесли лестницу из дома и установили ее на крыльце.

Легкий ветерок шелестел зеленой листвой, по голубому небу плыли редкие перистые облака. День обещал быть прекрасным.

– Посмотри, как у нас красиво, – ОНА оглядела ровно постриженный газон и цветник с распустившимися ирисами и разноцветными пионами, – тебе нравится?

Он молча улыбнулся.

– Ты ведь мне поможешь? – тихо прошептала ОНА, обращаясь к нему.

Он внимательно посмотрел на НЕЕ, затем протянул руку и нежно коснулся ЕЕ щеки. ОНА жалко улыбнулась и тихо всхлипнула, на глаза навернулись слезы. «Так, прекрати сейчас же» мысленно приказала она себе и полезла по ступенькам.

Вчера вечером они договорились отремонтировать навес над крыльцом. Во время шквалистых ветров от стального каркаса оторвался край листа поликарбоната. Вот уже месяц он стучал по металлу, особенно в ветреную погоду. А потом из листа вывалился следующий крепеж, парусность увеличилась. Теперь даже в безветренную погоду днем и ночью было слышно постоянное дребезжанье.

ОНА позвонила в несколько строительных фирм. Везде ЕЙ стразу же задавали два вопроса: где находится дом и как давно был сделан навес. Услышав название дорогого коттеджного поселка и узнав, что фасадные работы проведены двенадцать лет назад, все консультанты, как один начинали предлагать заменить старый пластик на более современный. В результате копеечная работа (прикрутить к каркасу край листа) превращалась в дорогостоящую реконструкцию объекта и тянула уже на несколько десятков тысяч.

ОНА категорически отказалась от услуг мастеров, муж ее поддержал. Дело было не в деньгах. Просто они с мужем никогда не уважали наглецов, разводивших доверчивых хозяев на дорогой ремонт. Предпочитали все всегда делать самостоятельно и обязательно вместе.

– Слушай, а тут серьезное дело. Намного хуже, чем я думала, – обратилась ОНА к мужу.

Он держал лестницу и внимательно смотрел на нее снизу вверх.

– Я-то думала прикрутить лист проволокой, а тут, оказывается, край отломался, – пробормотала ОНА, обозревая фронт предстоящих работ, – да-а-а, без дрели не обойтись.

ОНА спустилась со стремянки и вздохнула, – придется сверлить. Давай, ты идешь за дрелью, а я принесу удлинитель.

Муж кивнул и скрылся в доме. ОНА прошла в гараж, взяла в руки катушку и, разматывая провод, вынесла ее на крыльцо. Мужа не было.

– Эй, ты скоро? – позвала ОНА его, заглядывая в дом.

И снова ответом ей стала тишина, муж ничего не ответил.

ОНА осторожно перешагнула порог, сделала несколько шагов и замерла посреди холла.

Дубовый паркет уже давно не сверкал золотом. И он, и мраморная лестница, и шелковый ковер ручной работы были покрыты толстым слоем пыли. На полу были отчетливо видны протопанные ею дорожки: от лестницы к кухне, из столовой в гостиную, от входной двери до гаража. Они пересекались и снова расходились в сторону неровными лучами, образовывая причудливую магическую гексаграмму.

Через грязные разводы оконных стекол и пыльные серые занавески в дом с трудом пробивались лучи июньского солнца. Они не отражались в хрустальных подвесках люстр и не бликовали на мутных стенках аквариума: она давно не мыла окна, а в аквариуме еще год назад забарахлила система очистки; сейчас в зеленоватой воде неспешно плавали экзотические рыбки из пластмассы.

– Милый мой, мне так плохо без тебя, так одиноко… я больше не могу … – прошептала ОНА.

И снова ей никто не ответил. Уже много лет дом безмолвствовал. ОНА села на диван, закрыла лицо руками и горько заплакала.

***

С тех пор, как три года назад умер муж, ее жизнь потеряла всякий смысл. Похороны прошли, как в страшном сне. Накачанная лекарствами, она вообще не понимала, что происходит. Во время отпевания потеряла сознание, ее вынесли на свежий воздух. На кладбище вырывалась из рук державших ее друзей и выла, как сумасшедшая. Когда гроб с телом мужа опускали в яму, снова упала без чувств. Глаза от слез опухли так, что она ничего не видела. Поминки помнила плохо.

Потом были девять и сорок дней. Снова собрались родственники и друзья. Они говорили добрые слова об усопшем и, как могли, ободряли женщину. Она их не слышала. Сидела, уставившись стеклянным взглядом в одну точку и твердила «Я не верю». А потом все разошлись, дочка с мужем и детьми вернулись к себе домой, а она осталась один на один со своим горем.

На работе отнеслись с пониманием к ситуации и предложили ей пойти в отпуск. Она категорически отказалась. Она боялась оставаться одна, особенно в родном доме. В нем все напоминало о муже. Каждый вечер, приходя домой, она ждала, что сейчас откроет дверь и увидит его. Он примет у нее сумку и поможет снять пальто. Но чуда не происходило, и сердце сжималось от боли и одиночества.

Приготовленные для стирки рубашки мужа она принесла обратно в спальню и положила рядом с собой на кровать. По вечерам обнимала их и, уткнувшись лицом в родной запах, снова и снова плакала. Ей постоянно слышался шум его шагов или тихое покашливание, иногда казалось, что он включает на первом этаже телевизор или открывает на кухне холодильник. В такие мгновения она замирала и прислушивалась. Но в доме было тихо.

Каждую субботу она ездила к мужу на могилу и подолгу сидела около нее на скамеечке. Помня строгие наказы пожилых людей «не беспокоить усопшего», никогда не причитала. Конечно, сдержать слезы было нелегко, но она старалась плакать беззвучно. А еще рассказывала мужу последние новости. Она обсуждала с ним последние новости, делилась переживаниями о работе, зачитывала эсэмэски от дочери и показывала на экране планшетника фото подросших внуков. Со временем разговаривать с умершим мужем вошло в привычку.

На кладбище она обычно сидела допоздна, совершенно не боясь темноты. Напротив, она была готова к встрече с кем угодно «оттуда», чтобы поговорить о муже и узнать, как он «там». Если бы она могла воскресить мужа, то сделала бы это, не раздумывая ни секунды. И не важно, каким бы он стал. Она согласилась бы на любое колдовство и продала бы душу кому угодно, только бы увидеть его еще разочек, только бы услышать его родной голос.

Много раз с территории кладбища ее и некоторых других припозднившихся посетителей выводили ночные сторожа. Она садилась в машину и ехала в пустой дом, не представляя, чем там можно заняться. Она садилась на диван и раз за разом просматривала фильмы, сделанные в путешествиях. Когда на экране появлялся муж, она включала стоп-кадр, подолгу смотрела в родные глаза с легким прищуром и гладила его по голове и лицу. А потом ложилась в одинокую постель, обнимала его рубашки и горько плакала.

Так прошел год. Земля на могиле уже осела, и она привела ее в порядок, поправила ограду и заказала мраморную плиту. На вопрос каменщика, почему на плите под именем и датами осталось так много пустого места, ответила «Это для меня».

Все. Делать ей было больше нечего и не для кого.

Первое время она еще убирала и поддерживала в доме чистоту. Потом перестала делать и это. Дочка с мужем и детьми жили в Европе, у зятя был долгосрочный контракт с какой-то фирмой. Вернуться на родину они должны были только через несколько лет. Пару раз она летала к ним в гости, пытаясь обмануть себя, что муж остался дома и встретит ее по приезду. То же самое было и с друзьями. Она не приглашала их к себе, предпочитала ездить в гости к ним. И снова убеждала себя в том, что муж ждет ее дома.

Так прошло еще два года. Она перестала за собой следить, забыла дорогу в спортивный зал и салон красоты. Выплаканные глаза покраснели и запали, она их не красила, надевала затемненные очки. На лице залегли глубокие морщины, в волосах появилась проседь, ей было все равно. Многочисленные эффектные костюмы и платья, которые когда-то выгодно подчеркивали ее полную грудь, тонкую талию и крутые бедра и очень нравились мужу, пылились в гардеробной. Там же в коробках валялись туфли на шпильках. Их сменили бесформенные балахоны и обувь на низком каблуке, больше похожая на галоши.

А еще она стала прикладываться к бутылке. Не каждый день, нет, только по выходным, но алкоголь стал ее верным спутником по жизни. С ним действительность не казалась такой страшной, да и засыпалось легче. О внешности она не думала. Производить впечатление ей было не на кого. Мужа не было, а вариант завести другого мужчину она не рассматривала.

В результате за три года она набрала двадцать килограммов лишнего веса и постарела на десять лет, превратившись в свои пятьдесят с небольшим в неопрятную седую толстуху.

***

В свое время они с мужем сделали в доме очень качественный ремонт. За отделку можно было не переживать – паркет, мрамор, обои и покраска обещали послужить еще долго. Но иногда текли краны, перегорали лампочки и ломалась техника. Муж справился бы со всеми этими мелочами за пять минут, ей же приходилось вызывать мастеров, зачастую обычных неумех. За краны и электрику ОНА не бралась, но вот навес твердо решила отремонтировать самостоятельно.

ОНА перестала плакать, еще немного посидела, а потом с тяжелым вздохом поднялась с дивана. Путь к гаражу лежал мимо большого зеркала в тяжелой раме. Как всегда, ОНА прошла мимо него, даже не взглянув на свое отражение. С полки стеллажа достала чемоданчик с инструментами, прихватила дежурную табуретку и направилась обратно на крыльцо. Поставила табуретку, на нее взгромоздила чемоданчик, откинула крышку.

ОНА несколько раз взбиралась на стремянку, примеряясь к листу поликарбоната. В памяти всплывали некоторые слова «саморез, фиксатор, шайба». ОНА уже знала, что надо делать. Ей предстояло просверлить лист и металлическую конструкцию насквозь и скрепить их. ОНА даже присмотрела в инструментах мужа нужный саморез… или винт… или шуруп… короче, железяку. ОНА не знала, как правильно это называется, но провела испытание, все железяки проваливались в дырку. Нужна была… ОНА назвала ее «прокладкой». Кусок плоской резины заметила в гараже. Дело осталось за малым.

– Родной, подскажи, что и как тут надо сверлить, – прошептала ОНА, карабкаясь вверх по лестнице с тяжелой дрелью в руках.

Самым страшным было забраться на верхнюю крошечную площадку стремянки. Для этого требовалось отпустить поручень.

Муж виновато смотрел на нее снизу и молчал.

– Господи, как же это сделать? – растеряно бормотала ОНА. – Я ничего не вижу, надо будет встать на носочки и держаться, а еще придерживать лист и сверлить. Ладно, была не была, господи, помоги мне… и ты, милый, тоже помоги.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.