# Жестокое притяжение

Юрий Иванович

Случайное совпадение нескольких, казалось бы, независящих друг от друга событий приводит к урагану в пространстве между мирами. Безжалостные силы стихии выбрасывают Дмитрия Светозарова в совершенно незнакомое место, при этом становится невозможным перемещение из мира в мир. Выжить при падении – это только полдела. В мире Мерлан, где оказался Торговец, мире, в котором хищники, перед тем как напасть на свои жертвы, сковывают их страхом и дикой магией, надо спасать не только себя и людей, его населяющих, но и сам мир…

## Пролог

Тварь застыла на опушке леса, присматриваясь к работающим на поле крестьянам. Прикормыши-прилипалы вокруг нее, стадом в два десятка особей, тоже припали к земле, словно единым организмом ощущая эманации своего повелителя. А сама тварь пыталась разобраться со своими ощущениями. Омываемый бурными потоками крови и голода, сравнительно маленький мозг создания боролся с желанием немедленно броситься на пищу. И делал это с инстинктивной, наработанной предками за века осторожностью.

Да и сама тварь прожила уже более восьмидесяти циклов. Ума у нее как такового не было, но сообразительности хищника, подкрепленной имеющейся в теле природной магией, хватало для ощущения себя хозяином положения. То есть положения расчетливого охотника при погоне за жертвой, заведомо обреченной на съедение. Да и вся масса шестиметровой ящерицы, похожей на варана, не мешала ей на короткой дистанции набрать скорость несущейся на скаку лошади. К атакующей мощи еще следовало добавить пятиметровый хвост с тяжеленным костяным наконечником, крепчайшую кожу, огромную зубастую пасть и довольно длинные лапы, с высовывающимися клиньями острейших, по прочности не уступающих сырой стали когтей. Эту кровожадную, прожорливую ящерицу люди называли строкоци, за характерный стрекот длинным языком во время нападения на жертву. Причем строкоци, если приподнимала тело на длину лап, превышала в высоту два метра. Но самым главным ее оружием был не рост и не длина, не зубы и когти, не хвост и с трудом пробиваемая бронированными стрелами кожа, и даже не масса, совмещенная с огромной скоростью. И уж тем более не прикормыши, в данном случае похожие на метровых сурков, являющиеся, по сути, ментальными придатками твари и помогающие ей в загоне добычи. Этих грызунов-переростков их хозяйка частенько и сама могла схарчить в случае резкого приступа голода.

Строкоци страшна была природной магией, которой могла оглушить, парализовать, а в некоторых случаях, на близком расстоянии, – умертвить свою жертву. Питалась ящерица всем, что шевелилось или шевелилось когда-то, но самым ее любимым лакомством считались крестьяне. Именно такие, которые сейчас маячили у нее перед глазами: в длинных холщовых рубахах, пропахшие потом и чесноком. Причем с чесноком – были предпочтительнее. Этот острый по вкусу овощ и его запах строкоци обожала, именно поэтому и пришла, руководствуясь чутьем, к данному полю.

Причем прежде тварь никогда не сомневалась и атаковала сразу. Невзирая на воняющих железом и страшно невкусных защитников, с которыми следовало всегда держать ухо востро и парализовать в первую очередь. Но сегодня все было не так: крестьян на поле работало сразу шесть особей, но ни одного обвешанного железом защитника рядом не было. (Легкие мотыги, которыми земля лениво взрыхлялась, железом не считались.) Что хищнику очень не понравилось. Да и любимый запах чеснока от поля и его работников шибал такой, что вызывал в маленьком мозгу недоумение. Получалось, что крестьяне специально натерлись пахучей приправой, чтобы скрасить собой намечающийся обед. Поэтому и замер охотник на опушке, остановив своих прилипал, поэтому и оценивал несколько непривычную для него обстановку.

Если бы крестьян было двое-трое, а укутанных в железо защитников трое, а то и четверо, то охота бы не состоялась. Потому что не все воины порой поддавались магической атаке и их стрелы и копья доставляли немало боли. Вернее, тварь бы поспешила обратно в лес, пытаясь отыскать себе подобную товарку призывным стрекотом, и уже потом, сдвоенными командами они вернулись бы к совместной охоте. Но тут в поле виднелись только одни беззащитные работники! И так призывно пахло любимой приправой!

Последние сомнения утонули в обильно стекающей из пасти слюне, голод окончательно завладевал сознанием. И строкоци рванула в сторону своей законной добычи.

Крестьяне заметили опасность слишком поздно. Попыток убежать не предприняли, а пораженные страхом так и застыли на местах, выронив из рук бесполезные мотыги. Да и магическое стрекотание наверняка уже парализовало всю суть шестерых несчастных людишек. Легкая добыча! Много еды!

В преддверии первого глотка горячей крови хищник еще более ускорился, примеряясь сразу перекусить своей огромной пастью ближайшего человека. Хрипящие от азарта прикормыши широкими дугами охватывали добычу, замыкая круг и препятствуя тем самым даже случайному побегу. Иногда случалось, что, упившись свежей кровью и не в силах оторваться от слишком вкусной пищи, ящерица теряла магический контроль над парализованными, те приходили в себя и бросались наутек. А так голодные прилипалы будут с рычанием пресекать любые попытки побега. Ну и когда их хозяйка утолит первый голод, то им тоже достанется вдоволь и мяса, и крови.

Когда до цели оставалось всего два-три метра, назначенная к обеду добыча вдруг стала вести себя совсем не по сценарию. Ни в коем случае не парализованные крестьяне вдруг задвигались со сноровкой обычно укутанных в железо защитников. Четверо нагнулись, подхватили из зеленой массы растений луки и с бешеной скоростью стали пускать торчащие до того в земле стрелы в рычащих прикормышей. А вот двое, резко разойдясь в стороны, выхватили из-под своих холщовых одеяний мечи и шагнули вперед в атакующих движениях. К тому же один из них оказался мастером двуручного боя, и его пара стальных клинков сразу ослепила противника короткими, но яркими бликами.

Мгновенной растерянности строкоци замаскированным под крестьян воинам хватило для первой атаки на самые уязвимые места твари, на ее лапы. И обе передние оказались удачно повреждены. Причем мастер двуручного боя нанес сильные раны сразу в трех местах. Ошарашенная, несколько сбитая с толку, тварь стала подниматься на задние лапы, одновременно бросая в атаку на мечников сразу по два прикормыша. Но люди на такую мелочь не обратили никакого внимания, и уже в следующее мгновение стало ясно почему: под рубахами они оказались плотно увешаны металлическими доспехами, зубы прилипал заскрежетали по наручам, наколенникам и поножам. Да и мастер двуручного боя, не останавливая своего движения к задней лапе твари, умудрился раскроить обоих грызунов на две части.

Его товарищу пришлось несколько тяжелей. Хоть он и выглядел мощней и больше по габаритам, прикормыши его значительно приостановили, чем и воспользовалась для ответной атаки ящерица. Резкий наклон зубастых челюстей и громкий скрежет зубов на том месте, где только что была голова человека. Только чудом воин успел отшатнуться в сторону, заваливаясь на бок, а затем и разок перекатившись по земле. На ноги он вскочил мгновенно, но теперь его уже на месте связали атакой сразу четверо прикормышей.

А вот мастер двуручного боя действовал с изумительной скоростью и невероятным умением. Пока тварь пыталась откусить голову его большому товарищу, он домчался до задней лапы и виртуозно рассек ее в двух наиболее уязвимых местах. Затем, так и не прекращая движения, перепрыгнул в нырке несущийся на него костяным наконечником хвост и нанес искусный удар с оттяжкой по кончику хвоста. Наконечник оказался отсечен начисто, а тварь испустила ужасающе громкий рык. С такими повреждениями она уже могла надеяться только на свою пасть, но вот разворачиваться на перебитой лапе к противнику оказалось весьма трудно, и она потеряла те несколько драгоценных мгновений, которые могли еще как-то затянуть поединок.

Воин оббежал строкоци сзади и перерубил последнюю лапу. С хриплым стоном тварь завалилась животом наземь, не в силах даже приподняться. Короткая пробежка прямо по спине ящерицы, и один из клинков вонзается в глазницу хищника.

Затихающий рев и приближающаяся тишина, нарушаемая только лишь завершающими ударами тетивы: лучники заканчивали отстреливать последних прикормышей, которые после гибели своей хозяйки попытались вернуться к лесу.

Тогда как мастер, оставив свой меч в глазнице гигантской ящерицы, так и уселся на спине монстра, опустив второе оружие вниз и с интересом поглядывая на своего большого товарища. Тот как раз в азарте боя закончил добивать последнего прилипалу, резко крутнулся на месте, осматриваясь в поисках нового врага, и наткнулся взглядом на улыбающееся лицо. И только потом рассмотрел, на чем восседает его боевой товарищ, командир и учитель. Шумно выдохнул, расслабился, выпрямляясь и расправляя свои широкие плечи. Ну и подспудно уже ожидая или замечаний, или подначивания со стороны старшего по чину и по званию воина.

И те прозвучали:

– Скирт, что-то ты долго копаешься! От любого крестьянина с мотыгой и то пользы было бы больше.

Не обращая внимания на нервный смех одного из лучников, здоровяк оторвал с себя мешающие остатки холщовой рубахи и деловито стал протирать ими заляпанный кровью меч. При этом признался без всякой обиды или стеснения:

– Я, наверное, седой стал после этого щелканья зубами возле самого уха.

– Да седой – это ерунда! – веселился товарищ. – Главное, что сухим остался.

– Да и запах у строкоци настолько зловонный, что меня до сих пор мутит. И чеснок не помогает отдышаться.

Мастер спрыгнул с поверженной туши и поморщился.

– А меня вот уже чесночный запах раздражать стал! – Он повернулся к лучникам, которые как раз обошли распластанных прикормышей, добивая подранков, и собрали некоторые стрелы: – Никто не ушел?

– Все здесь! – с гордостью в голосе доложил самый старший по возрасту воин. – Двадцать две прилипалы!

Прежде чем отдать следующую команду, командир внимательно всмотрелся в опушку леса. Затем вздохнул с некоторым сожалением:

– Жаль, что больше там никого нет, а то бы мы и второй комплект трофеев собрали. – После чего разрешил одному из лучников, уже приготовившему боевой горн: – Зови подмогу!

Звук горна унесся к дороге, теряющейся средь пологих холмов, и вскоре из-за них выехали три солидные повозки, запряженные парами лошадей. На каждой восседало по четверо, а то и пятеро крестьян, напряженно вглядывающихся в даль. Крестьян сопровождало пятеро верховых, одоспешенных воинов с копьями. Появись они раньше или находись сразу на поле, тварь бы ни за что не пошла в атаку на людей.

Но в любом случае пятеро воинов, которых возглавлял один из лучших и прославленных кудесников королевства, были весьма довольны результативной засадой. Это уже далеко не первое боевое крещение и на сей раз закончилось без единого ранения для людей. Некоторые ушибы, ссадины и царапины не считались.

Зато имелись потери в магическом прикрытии, и первым на это обратил внимание именно Скирт:

– Амулет-то мой того, песком осыпался! Смотри, Эрик.

В самом деле, к прочному шнурку, который обвивал шею здоровяка, теперь крепился только кусочек хрупкой дужки, все, что осталось от довольно дорогого в изготовлении медальона защиты от парализующего стрекота ящеровидной твари. Точно такие же огрызки с озабоченным видом продемонстрировали лучники.

– М-да! Это я погорячился, надеясь на вторую строкоци, – с досадой констатировал Эрик За́рнар. А потом со злостью пнул окованным сапогом по горе бездыханной плоти. – Тьфу, мразь какая! Видимо, старая уже, опытная была. Ну да ладно, половина мехов от прилипал уйдет на покупку руды кэфэц, ничего не поделаешь. Это если нам в форте Восточный ничем разжиться не удастся. Зато потом будете иметь еще более мощные амулеты, мне теперь их делать проще простого. С каждым разом все лучше получается. Думаю, что за неделю справлюсь.

Сам Эрик обладал врожденным умением сопротивляться магическим атакам хищников. Да и, будучи невероятным искусником в мастерстве двуручного боя, мог лично с мечами выходить против молодой строкоци и десятка прикормышей. А вот его команде без амулетов идти в бой или устраивать новую подобную засаду – никак. Так что волей-неволей, но придется после визита в форт возвращаться в главный город провинции, где только и можно было купить редкостную руду кэфэц.

Вынужденному отпуску больше всего обрадовался Скирт, у которого в этом городе имелась симпатичная зазноба.

– Ух ты! Неужели возвращаемся в цивилизацию?

Но его радость оказалась преждевременной.

– Вначале еще три дня побудем в поселке и походим с крестьянами простыми защитниками. Наверняка на место гибели этой твари вторая товарка подтянется. А вот когда и вторую добьем, тогда у тебя и самые основные тренировки начнутся. Плохо еще с мечом работаешь, плохо…

После чего Эрик Зарнар неспешным шагом отправился к опушке. Ему в небольшой медитации требовалось постоять на том месте, где застыла тварь перед нападением. В недавно начавшейся для него карьере охотника-истребителя такие вот медитации порой давали отрывочные картинки того, что думала тварь перед атакой и как выбирала приоритеты намеченной охоты.

Но все равно оставшиеся за спиной боевые товарищи выглядели довольными. Пусть еще три дня работы и пусть потом очередные тренировки, но скорое возвращение и побывка в большом и хорошо защищенном городе позволит расслабиться, да и отметить удачные засады последних дней хотелось неимоверно.

Тогда как командир отряда замер на опушке, пытаясь уловить еще недавно бушевавшие здесь эмоции хищника. Постоял. Прочувствовал. И самодовольно улыбнулся: задумка с чесноком сработала превосходно, перебивая запах железа и приманивая самое большое бедствие здешнего мира в подстроенную западню.

А потом уже открытыми глазами посматривал, как его воины споро помогают крестьянам прямо на месте схватки с тварью снимать с нее ценнейшую кожу, вырубать клыки, когти и прочие дорогостоящие магические детали костяка. В центре королевства подобные трофеи весьма ценились. С прикормышей тоже бережно снимали ценный мех, пока они оставались теплыми, но и останки тела не выбрасывали. В пищу подобное мясо не употреблялось, а вот если закопать у корней фруктового дерева, то потом в течение двух десятков лет оно плодоносило троекратно больше.

Посматривал Эрик на скудные поля, вспоминал про тяжкую долю здешних крестьян, и его настроение, несмотря на удачные трофеи и бескровную победу, начало скатываться в пропасть пессимизма и уныния. Да и было отчего.

Особенно если думать не о своих личных успехах, а о всеобщих поражениях.

Родной Мерлан. Мир, где хищники, перед тем как напасть на свои жертвы, сковывают их страхом и обездвиживают дикой магией. А в роли самой желанной и вкусной жертвы для кровожадных тварей – люди.

И́рцшулар – единственное мощное королевство мира Мерлан, которое имеет силы бороться с превалирующими числом и силой хищниками. В Ирцшуларе люди живут только за крепостными стенами и никогда не покидают свои твердыни в ночное время. Правда, и стены порой не спасают от смерти обитателей весей, небольших поселков, а то и целых городов. Зато днем, благодаря наличию оружия, дружной сплоченности и многочисленности населения, подданные этого королевства позволяют себе обрабатывать землю, получая желанную добавку в виде злаков, корнеплодов, овощей и фруктов в свой скудный рацион. И то обрабатывают землю по устоявшейся уже давно поговорке: «Один сеет, двое с луками наизготове – стоят рядом. Если крестьянин пашет на лошади, то вокруг стоят уже пятеро лучников».

Конечно, есть и гульде́ны, так называемые кудесники магии, владеющие необычными силами, умеющие управляться с чарами. Благодаря своим умениям они учатся сопротивляться магической атаке дикого хищника, а то и создавать амулеты сопротивления для обычных людей. Гульдены своими руками или оружием могут останавливать, а то и убивать диких монстров. Да только подобных кудесников так мало, что любой из них обитает если не в столице, то лишь в крупных городах. И увы, гульдены – наибольшая ценность мира Мерлан, так что отправить их на защиту крестьянского поля считается святотатством. Даже просить их об этом сам король не осмеливается. Обычно. А сами они только в некоторых исключительных случаях покидают город своего постоянного проживания.

Но ведь всегда бывают в жизни исключения. Вот одним из таких исключений и стал маркиз, гульден Эрик Зарнар. Красавец двадцати шести лет от роду, знатного происхождения, редкостный мастер боя сразу с двумя мечами, выпускник столичной магической академии, получивший звание магистра и умеющий самостоятельно разрабатывать новые виды амулетов защиты. О последнем стоит сказать, что подобных умельцев в королевстве можно было сосчитать на пальцах одной руки, а высший ранг магистра выпускнику академии удавалось получить один раз в три, а то и четыре выпуска. Настолько это было редкостное явление. Да и вообще этих магистров в самом мощном государстве было всего лишь чуть более двадцати человек. А в иных землях несчастного мира – и того меньше.

Маркиз Зарнар ни в коем случае беден не был, как поговаривали у него за спиной недоброжелатели и завистники. И подался в охотники-истребители не из-за наживы. По большому счету он мог зарабатывать столько же лишь на производстве охранных амулетов. Но вот усидеть в безопасном месте, зная, что творится в окрестных лесах и равнинах, он себе позволить не мог и, поварившись два года в бестолковой сутолоке придворных пустозвонов, отправился сражаться с хищными тварями. И не только сам отправился, а собрал команду, в которую вошли четыре отменных воина и его друг детства, баронет Скирт Данью. Причем дружище Скирт в своих кругах за умение владеть мечом считался чуть ли не мастером высочайшего класса. А вот против своего более настойчивого в обучении товарища смотрелся значительно слабее.

Но в любом случае команда истребителей за последний год обрела предельную известность не только в королевстве Ирцшулар, но и за его пределами. Старосты наиболее страдающих от тварей поселков буквально в очереди стояли к маркизу, умоляя его за любые деньги избавить их земли от опаснейших магических хищников. Потому что остальные команды истребителей, воевавшие без магического прикрытия, частенько сами становились жертвами. Твари не гнушались нападать парами и, хотя считались полностью неразумными созданиями, действовали порой очень слаженно и организованно. А уж умение управлять различными прикормышами, коих насчитывалось до сорока видов, сразу ставило пару атакующих бестий в невероятно выгодное положение в столкновении с людьми. С такой парной атакой могли справиться только не менее десяти тяжеловооруженных воинов, имеющих вдобавок по дорогущему амулету, защищающему от ментального удара.

Ну и те самые желанные для всех амулеты. Их невероятно малое количество обуславливалось отсутствием в городах редкого минерала, называемого кэфэц. С каждым годом его добывалось все меньше и меньше, хотя еще каких-то две сотни лет на восточной границе Ирцшулара кэфэц добывали в неограниченных количествах. Но потом горный массив Кальпири так обильно заселили магические хищники, что оттуда за последние пятьдесят лет не вернулась ни одна экспедиция, не вырвался ни один старатель. Маркиз Зарнар как раз и двигался к форту Восточный, чтобы уточнить на месте, что творится на ведущей дальше на восток дороге и можно ли попытаться по ней прорваться к горам. Хотя магистру уже заранее и все дружно предрекали неудачу в этом деле.

Предрекали и отказывались помочь воинами и амулетами. Вот и приходилось действовать самому на свой страх и риск, опираясь только на боевые качества своих верных товарищей. Ну и по ходу своего движения на восток уничтожать каждую попавшуюся возле крестьянских полей тварь. Да только, увы, даже отряд Эрика, а то и сотня ему подобных, не мог решить море проблем всего мира.

Ведь если в данном королевстве еще как-то боролись с хищной магической напастью, то в других государствах дела обстояли с каждым годом все хуже и хуже. Доходили упорные слухи, что некоторые княжества и малые королевства на окраинах материков вообще прекратили существование. Последние жители из умирающих городов бежали так далеко, что некоторые из них добирались и до Ирцшулара. И приносимые ими вести становились с каждым годом все печальнее и трагичнее. Дошло до того, что некоторые дальние столицы человеческих государств оказались на осадном положении и их обитатели выживали лишь за счет взращенных в подвалах грибов да разведения нутрий. А жизнь в такой обстановке, без нормального питания и открытого пространства, никак не способствовала органическому развитию последующих поколений. Люди становились слабее, мельчали, все реже рождались дети с зачатками кудесника, и когда где-то не оставалось гульденов вообще, то тамошнее государство или вымирало, или его подданные всем скопом покидали насиженные места и отправлялись к более благополучным соседям.

Ну а в последние годы и на окраинах Ирцшулара стало твориться невесть что. По слухам, твари стали более многочисленны, более организованны и более огромны. А все остальные магистры так и продолжали оставаться в городах, ни в коей мере не собираясь рисковать своими шкурами в открытых столкновениях с магическими тварями.

Над миром Мерлан все больше и больше нависала угроза полного исчезновения людского населения. Вот потому и тосковал Эрик Зарнар, стоя на опушке леса и посматривая на своих боевых товарищей. Вот потому и разрывалось его сердце от черного пессимизма, несмотря на недавно одержанную победу.

## Глава первая. СУЕТА СУЕТ

Последние сутки прошли настолько суматошно и на пределе физических сил, что когда графиня Светозарова случайно выловила своего мужа в одном из коридоров их замка в Свирепой долине, то бросилась ему на грудь, с отчаянием восклицая:

– Дорогой! Ты меня разлюбил? И решил бросить?

– И не стыдно такие вопросы задавать? – укорил супругу Дмитрий Петрович Светозаров, подхватывая ее на руки прямо на ходу и не прекращая движения. – Сама ведь видишь, что творится.

– А вдруг ты меня потеряешь?

– Тебя? Не с моим счастьем! – хохотнул граф, на что сразу же получил легкий щипок в шею и нахмуренные в подозрении бровки своей ненаглядной.

– В каком смысле?

– Да в прямом. Раз уже мне повезло тебя найти, то будет везти и дальше: потеря такого счастья мне не грозит.

– А куда ты меня несешь, – забеспокоилась она. – Я ведь шла в другую сторону.

– Нечего было на меня кидаться и настолько запугивать своим видом сбежавшей от удушения Дездемоны.

– Ты бы знал, насколько меня утомила эта нудная учеба с твоими стажерами. Удивляюсь, как твоя сестра с ними высиживает.

– Ну, ей по штату положено рвать когти и восстанавливать утраченные врожденные способности. Теперь она имеет хорошие шансы стать четвертым Торговцем наших вселенных.

В самом деле Елена, родная сестра Дмитрия, не так давно спасенная из многолетнего плена, позавчера впервые увидела легкую вуаль стыка между мирами. За что была тут же безжалостно отдана в руки огромного баюнга Шу’эс Лава. Хотя тот и сам до сих пор числился в ученичестве у графа Светозарова, но он был второй разумный человек в его жизни, который умел пусть и со скрипом, но перемещаться между стыками миров. Причем за последние три ночи память к баюнгу вернулась еще за два года жизни, и он уже припомнил массу теоретических знаний по специальности-призванию Торговец. Ну и раз от него никакой помощи пока не было в переносе иных объектов через пространства, то для него организовали класс из тех, кто мог и должен был вскоре составить компанию графу на межмирских тропах.

Первым в этот класс, конечно, был зачислен Хотрис, тринадцатилетний отрок из мира Кабаний, который не только считался стажером номер один, увидевшим створ между мирами, но являлся единственным из современников, кто побывал в замке Свинг Реальностей, висящем где-то в подпространстве между мирами. И не только побывал, но в критической ситуации сумел геройски выжить и вырваться оттуда. Вторым учеником числился Аристарх Великий, придворный маг короля Ягонов. Более чем столетний по возрасту Аристарх различал смутные образы створа между мирами уже давно, но дальше этого сдвинуться пока не мог. Третья – уже упомянутая сестра Дмитрия, Елена. Ну и четвертой в этот импровизированный класс попала графиня Светозарова. Причем попала лишь по причине пока еще не изученных в ней возможностей и нераскрытых способностей. Надеяться, что она станет в будущем Торговцем, было бы слишком, но для выявления талантов супруг и ее заставил пройти курс обучения вместе со всеми.

Сейчас он про это вспомнил и добавил в голос строгости:

– Почему ты не на занятиях?

– Так уже ужин на носу, а мы и на обеде не виделись.

– М-да. А что делать?.. И так ничего не успеваю. – Они уже были в лифте и теперь спускались на подземные этажи замка. – Так ты со мной?

– Странный вопрос мужчины, который на руках несет на все согласную женщину.

– Действительно. В подвале меня ждут с испытанием ловушки для Крафы.

– О-о! Неужели так быстро что-то получилось? – поразилась Александра.

– Вот сейчас и посмотрим. – Дмитрий поставил жену на пол, чмокнул в губки, и дверь лифта открылась. – Все-таки лучшие ученые умы мира Зелени над этой проблемой работают.

В последние дни самой главной задачей, отметающей все остальные исследования и проекты, стало создание некоей обороны против главного врага, а в идеале – создания ловушки для поимки этого врага. После преобразований в мире баюнгов уже не мифический, а вполне реальный Крафа мог заявиться в давно не посещаемый им мир Ба с разборками и наказанием виновных. А так как Крафа мог оказаться и посильней Светозарова и его команды, то воевать с ним в открытом единоборстве было бы крайне неосмотрительно. Поэтому Дмитрий постарался подбросить всем своим ученым коллегам и соратникам одну осенившую его идею.

Крафа использовал для переброса монстров в мир Ба импульсный портал с привязкой обратной сути. Уникальное и наверняка собственное научное открытие, которое позволяло узурпатору и тирану перекидывать в пещеры милых и пушистых туюсков полчища хищных болотных тварей из болот Зеленого Перекрестка. В ответном противостоянии граф Светозаров тогда сумел за несколько дней создать устройства с магическими зеркальными отражателями – контрдействующими структурами, которые и нарушили четкую работу вражеского портала. Тогда это помогло невероятно.

Но землянин на этом не остановился, рассуждая примерно так: раз уж Крафа умудрился соорудить ловушки между мирами, действующие полторы тысячи лет, то почему и Светозарову не попробовать сотворить нечто подобное? Тем более что знания о строении кокона, почерпнутые в мире Кабаний, весьма пригодились. Ведь в любом случае враг всех Торговцев захочет наведаться в мир баюнгов, а значит, точку его перехода высчитать можно. Только и следует в той точке соорудить нежданное для врага препятствие. А еще лучше – прочную, неразрушимую ловушку.

Ученые самой академии и несколько светил научной мысли со всего мира Зелени идею графа поняли, оценили и все свои знания и умения бросили на ее воплощение. Причем им для этого совсем не требовалось видеть, щупать или бывать в подпространстве, хватило и тех объяснений, которые давали побывавшие там Торговцы и пассажиры.

И вот она, ловушка: на самом нижнем подвальном этаже замка, который как раз и служил этаким испытательным полигоном, переливался еле прозрачный кокон, весьма похожий на трехметровое веретено с пряжей. Когда-то примерно в такой были пойманы в Кабаньем Светозаров и его очаровательная супруга. Так что они знали, насколько пленнику внутри него неудобно. Тем более что новый кокон-ловушка был значительно усовершенствован, модифицирован, троекратно укреплен и подпитывался невероятной по силе энергией сразу пяти кристаллов-накопителей. Благо что последних аккумуляторов, после экспроприации бесхозных башен в мире баюнгов, в распоряжении ученых имелось более чем достаточно.

Первым заметил супружескую парочку ректор академии, Верховный целитель всей империи Рилли, старый друг и соратник Тител Брайс. За два метра ростом, но худой и нескладный, он и руками всегда размахивал страшнее ветряной мельницы.

– Наконец-то! – воскликнул он и нервно стал потирать ладонями. – У нас уже все готово, а ты словно на прогулке двигаешься.

Графиня не удержалась от ответного укора:

– Мы даже не ужинали.

– Отлично! Пустой желудок – чуть ли не главное условие! Ха-ха! – Тител несколько ехидно рассмеялся. – Мы тут некое усовершенствование придумали.

Понятно, что испытывать ловушку, кроме как Дмитрию, было некому: юный Хотрис еще не умел, а громадным баюнгом Шу’эс Лавом рисковать не хотелось. Но, услышав о неведомом усовершенствовании, граф напрягся.

– В чем суть?

– Сюрприз! – порадовал Верховный целитель своего приятеля. – Если будешь знать заранее, весь интерес пропадет.

– Чей интерес?

– Общий! Так, давай сюда. – Ректор чуть не за руку подвел Дмитрия к определенному месту, а потом ткнул рукой в сторону зеркальных отражателей. – Попытайся сместиться ровно в центр треугольника. Начинаем! Эрлиона, у тебя все готово?

Магическая дочь академии, детище научной мысли, искусственно выращенное создание, родившееся из колдовской суспензии, которое уже могло просматривать и прослушивать каждое помещение замка, тут же отозвалась у всех присутствующих в сознании мягким женским голосом:

– Да. Колыбели ничего не грозит.

В академии за последние недели создали и вторую вертушку с суспензией, которую и называли колыбелью. В скором времени оттуда собирались воспроизвести на свет то ли братика, то ли сестричку для Эрлионы. Но в данный момент она больше всех, а может, и правильнее всех остальных заботилась о помещении с вертушкой и о самой суспензии, постепенно оживающей в бассейне. В намеченном испытании ожидались как сотрясения, так и вибрации, которые весьма могли повредить здоровью новой, зарождающейся магической сущности.

– Тогда… – Тител Брайс ткнул графа кулаком в плечо. – Пошел!

Ну, Торговец и сместился в пространстве всего лишь на какой-то десяток метров. Сместился и с определенной радостью осознал, что ловушка сработала. Но вот дальше все пошло совсем не так, как он ожидал. Вместо свободного пространства внутри кокона вокруг пленника сомкнулись упругие космы магической паутины, и по всему сознанию ударило принизывающим холодом. И ладно бы только это, все-таки подобные варианты рассматривались, и научная группа их смогла воплотить в жизнь, так еще и сам кокон стал вести себя совершенно непредсказуемо. Он вращался и крутился сразу в двух плоскостях! А это лишало не только ориентации, но и начисто нивелировало так необходимую для освобождения концентрацию. Особенно в первые моменты.

Но Светозаров попытался сосредоточиться на уже хорошо знакомых ему наработках. Хоть внутренности выворачивало наизнанку и действительно повезло, что не успел поужинать, но постепенно мелькающий калейдоскоп пятен стал складываться в знакомую картинку: вот отражатели, вот две группы людей, а вот чуть осторонь и его супруга.

Вдобавок послышались направленные мысли Эрлионы:

– Папа, ты как?

– Нормально. Готовлюсь вырываться отсюда. – Даже мысли прорывались сквозь сжатые со скрипом зубы. – Пусть ставят защиту!

– А папа Тител поспорил с мамой Александрой, что ты не вырвешься.

– Это он зря. Ты сам за кого болеешь?

– Конечно, за тебя! Но с другой стороны, хотелось бы и этого Крафу поймать.

– Да уж!.. Если я не вырвусь, то и у него вряд ли получится. Р-р-р!

Порядочно разозлившись, но так и не сумев выплеснуть вокруг себя нужную энергию с искорками-разрушителями кокона, Дмитрий попробовал вначале стабилизироваться в пространстве. Сюрприз с вращением и в самом деле смешал все его предварительные задумки.

И как только задумался о новой задаче, сразу отыскался и достойный выход. Раз уничтожить или хотя бы разорвать кокон не получается, то следует его вначале остановить, а там видно будет. Но изнутри даже руками кусочек силового поля двинуть было проблематично. А если снаружи? Почему не попробовать «усилить» кокон, прибавив ему большей толщины и пространственности? Да еще не просто по всей площади, а в точках искусственно созданных наростов?

И это вначале не получалось, но зато уж как пошло, так пошло! Вначале один шип отрос в сторону на метр, потом второй на три, а затем уже последующие превратили веретенообразный кокон в устрашающего магического ежа. Как следствие, иголки зацепились за окружающее пространство стен, з а щиты людей, за стоящие без всяких креплений зеркальные отражатели, и, намотав все это на себя, вращающееся веретено так дернуло силой зацепления, что содрогнулся весь графский замок с пристроенной к нему академией всемирного целительства.

Каким-то чудом в самый последний момент Тител Брайс успел расформировать, растворить кокон в пространстве, прекращая эксперимент. Иначе если не людей, то уж отражатели точно размолотило бы об окружающие монолитные стены вдребезги. Потом вытер пот со лба и без всякой деликатности набросился с руганью на хозяина замка и всей Свирепой долины в целом:

– Ты что творишь?! Что творишь?! Или хочешь из нас отбивных наделать?

К сидящему на полу и мотающему головой графу бросилась его супруга и уже знакомыми для нее способами попыталась ликвидировать головокружение.

– Ты как?

«Папа, может, чего надо?» – послышался в голове встревоженный голос Эрлионы.

Тогда как ректор и не думал прекращать поток льющихся обвинений:

– Какая задача перед тобой стояла?! Вырваться! Только это! А зачем ты кокон решил остановить? Ну скажи мне, зачем?!

– Ну так… – стал обретать дар речи граф. – Сконцентрироваться-то надо.

– Кому надо? Крафе надо! А где ловушка будет стоять? В межмирском пространстве возле мира Ба! Так? Так! А там есть за что зацепиться разросшимся коконом?

– Действительно, – понял наконец-то задумку ученых Светозаров. Здесь, когда вокруг стены и твердая материя, такое возможно, а вот в клубящемся тумане пустоты зацепиться будет не за что. – Но если честно, то сразу воспользоваться иными средствами для разрушения кокона у меня не получилось бы. Уж так телом колотит, так мозги выкручивает и мотает!

Тител Брайс заметно оживился и с восторгом обратился к группе своих коллег, учеников и соратников:

– Вот видите! Все работает! А если мы в кокон еще и вибрации добавим… Ха-ха!

Граф Дин Светозаров не удержался от досадного восклицания:

– Но тогда этот Крафа вообще может копыта отбросить! А нам он желательно живой нужен. Мы ведь совершенно ничего не знаем о его месте обитания. Где, что, как? В каком мире он вообще ошивается и как этот мир соприкасается с болотами Зеленого Перекрестка? Есть ли у него пленники и где они?

Верховный целитель, руководствуясь логическими размышлениями, с такой постановкой дела не соглашался:

– Мы даже приблизительно не знаем сил Крафы и его умения. Но зато знаем, что он уничтожил или пленил всех Торговцев, перекрыл межмирское пространство ловушками и тем самым нанес невообразимый вред всем мирам и народам. Следовательно – перед нами враг! И в таком случае его предпочтительнее уничтожить сразу, при первой же встрече. И лучше перестараться с орудиями убийства, чем создавать мягкие путы и укутывать в шелковые простыни. Поэтому мы все настаиваем на крайне жесткой ловушке, именно такой, в которой Крафа при попадании будет сразу умерщвлен.

– Ого! Прямо вот так и «все»? – удивился Дмитрий Светозаров, с некоторым сомнением обводя присутствующих взглядом. Ответные кивки и положительные ответы заставили его задуматься всерьез. – Ладно, раз среди вас такое единодушие, то пусть будет по-вашему. Но как долго затянется переоснащение ловушки?

Еще прежде, чем ответить, Тител Брайс благословляющим жестом отдал команду своим помощникам, и те приступили к работе. А сам ректор позволил себе улыбнуться с некоторым превосходством:

– За кого ты нас принимаешь? Два часа работы, и все готово! Структуры самых убийственных заклинаний давно созданы, как и прочие технические дополнения, усовершенствования и разнообразные сюрпризы. Это ты у нас попал в ласковые сети кокона, словно спеленатый младенец, всяк другой неопознанный пришелец в межмирское пространство будет сразу же порезан и покроен на мелкие кусочки.

– Ничего себе! Так тоже вроде как нельзя! – нахмурился граф. – Вдруг там окажется кто-то из моих коллег?

Ректор академии экспансивно замотал головой, разводя руками и дивясь тупости своего товарища. Но вместо него раньше стала отвечать Александра:

– Что за сомнения? Ты ведь уже десятки раз мотался в мир Ба, изучил там обстановку досконально и сам уверовал, и нам доказывал, что никого из Торговцев там не осталось. А вот Крафа точно наведается, причем по двум причинам. Одна возможная: выяснение обстоятельств, при которых погибли его твари из Хохочущего тумана. И вторая, не менее явная: ему вроде как пора наведаться в мир альресков и проверить деятельность пляшущего под его дудку Совета старейшин. Раньше он никогда с плановыми инспекциями не задерживался.

Доводы супруги и в самом деле соответствовали исторической действительности. Так что Дмитрий сдался окончательно, хотя и проворчал:

– Но если погибнет кто-то из моих коллег, я себе этого никогда не прощу. – Потом сразу стал деловым и собранным. – Так вам точно хватит два часа?

– Вполне! – подтвердил ректор целительской академии. – И можешь устанавливать ловушку в мире Ба. Ну разве что… – Было похоже, что он мысленно переговаривается с Эрлионой. – Разве что дай нам еще один час времени. Наша детка предлагает установить и тотальный гаситель любых эмоций и деструктуризации памяти. Тот самый, который она использовала при лечении бывшего императора Успенской империи. То есть ты понимаешь, для чего?

В свое время самого страшного тирана и сатрапа мира Зелени удалось взять в плен. А так как он обладал изумительной магической силой, чуть ли не сродни, а то и больше, чем сам Верховный целитель, то просто уничтожить такое тело показалось ученым недопустимым разбазариванием врожденных талантов. Эрлиона слегка поработала над пленником, стирая ему всю память после тринадцатилетнего возраста, и теперь плотно и ежесекундно опекала и воспитывала бывшего диктатора. Тот уже имел титул целителя третьего уровня и числился Арчивьелом. Следовало добавить, что «юный» гений и в данный момент трудился здесь, вместе со всеми учеными, а его невероятные умения весьма и весьма помогли при устройстве кокона захвата.

Деяние весьма спорное и экспериментальное, но, с другой стороны, вполне понятное. Если вдруг Крафа, оказавшись в ловушке, перестанет вести себя агрессивно и лишится хотя бы основных эмоций злости и бешенства, то убийственные структуры могут и не уничтожить его полностью. То есть пленник получит начальный паралич собственного сознания, и останется несколько шансов, что его удастся впоследствии склонить к признаниям и некоторому сотрудничеству. Такое добавление устраивало Торговца больше всего.

– Вообще даю вам три с половиной часа для полного урегулирования всех деталей и согласования привязок. А мы пока поужинаем и… наведаемся к Бормоту. Попробуем опустить в тамошний Хохочущий туман наши летные устройства из мира Ситулгайн.

Тотчас из толпы соратников отделилась Ледовая Владычица, которая формально все еще считалась пленницей Торговца, но фактически уже отдавала все свои силы на благо общего дела.

– Я с вами! – И, спохватившись, добавила: – Можно?

Прежде чем ответить, Дмитрий мысленно обратился к Эрлионе:

«Детка, что ты по этому поводу думаешь? И спроси, пожалуйста, мнение Александры».

Магическая сущность отозвалась сразу:

«Разве что присутствие Леды возле Бормота крайне необходимо. Ее помощь здесь весьма желательна. Ну и мама Саша… возражает категорически!»

Еще бы она не возражала против присутствия такой красотки в их маленьком коллективе. Во время последних событий в мире альресков она не скрывая ревновала к Ледовой Владычице и в любом случае старалась не подпускать ту к мужу.

Но теперь Светозарову пришлось быстро выискивать самый деликатный повод для отказа:

– Леда, в любом случае внутрь вулкана мы опускаться не будем. А если удастся хоть что-нибудь заснять, ты будешь первой, кому мы покажем эти кадры. Не сомневайся!

И, не прощаясь, поманив за собой супругу, поспешил к лифтам. Уже поднимаясь наверх, Саша поинтересовалась:

– Кого с собой возьмем? Бонзай всегда туда рвется, как маленький ребенок. Видать, вы очень интересно провели свое время в плену?

– Еще бы! Пришлось каждую минуту думать, как спасти свои буйны головушки. Но сейчас и его брать не будем. С банальным запуском устройств дальней разведки мы и сами справимся. Зачем время терять?

– Согласна! – Графская чета отправилась прямиком на кухню замка, намереваясь сократить даже время ужина. Но, уже сидя за столом и стараясь утолить голод, не слишком присматриваясь, что им подали, Шура вспомнила про одну из проблем, требующую постоянного контроля. – Когда на Землю наведаемся?

Торговец тяжело вздохнул и мотнул в расстройстве головой. Нехватка времени его в последнее время убивала больше всего.

– Разорваться, что ли? Но война с Крафой – пока намного важней. Так что заглядываем в вулкан, потом я закидываю ловушку к миру Ба… – Он скривился от сомнений и все-таки решился. – Затем мы постараемся выспаться! И не спорь! А завтра с утра наведаемся в монастырь. Такие преобразования и в самом деле следует держать под полным контролем.

Имелась в виду операция «Воззвание», во время которой в мир Зелени на короткое время было переброшено двадцать групп землян по двести человек в каждой. Таким образом молодые гении и юные дарования в целительской магии пожелали доказать всему миру Земля, что человечество не одиноко во вселенных. А значит, следует бороться за свои права и как можно быстрей ликвидировать созданные цивилизацией, преступно взращенные опасности в виде банковских систем нещадного побора, религий и организованной преступности.

Причем отобраны были либо тяжкие инвалиды, либо те, кому осталось совсем мало жить при тяжких болезнях. После момента переноса с Земли четыре тысячи самых лучших целителей мира Зелени, практически за час или чуть больше, постарались вернуть туристам между вселенными здоровье, а то и дать начальные импульсы в отращивании утерянных конечностей. Предполагалось: если такая группа вернется на родную планету, то своими действиями и личным примером создаст переворот в сознании своих земляков, подвигнет их на тотальное изменение всей деятельности и модернизирует духовное восприятие действительности.

Сам Торговец в положительные изменения на родной планете верил слабо, но все было запущено в ход во время его отсутствия лучшими выпускниками целительской академии, так что остановить раскрученный маховик оказалось проблематично. Молодые Маурьи и Арчивьелы, которых он перед тем попросил о максимальной помощи и содействии в своих личных делах, его бы не поняли и не простили равнодушия к остальным людям. При своем юношеском максимализме, молодые дарования не понимали всей сложности, а то и невероятной длительности воспитательного процесса. Им все хотелось сразу и сегодня.

Да и трудности с четырьмя тысячами землян в операции начались еще во время посещения столицы империи Рилли, сразу после начавшегося лечения. То есть при отправлении обратно. Из четырех тысяч людей на Землю решило вернуться менее трех тысяч. Все остальные буквально в слезах и истерике умолили их оставить в новом мире. И это при том, что у каждого из них дома оставались и родственники, и любимые люди, и преданные товарищи. Настолько их пугал сам факт возвращения в место, где правит жестокость, насилие и жажда наживы любой ценой.

Не помогли и напоминания про обязательства вернуться, сражаться до конца и личным примером, словом и действием поднимать за собой на борьбу миллионы. Слишком уж люди разочаровались в подобной борьбе, а некоторые так сразу не сомневались, что будут уничтожены власть имущими или забраны в секретные лаборатории для изучения и опытов, как только распространится слух про их чудесное исцеление.

Вот тогда организаторы всерьез задумались над проблемой. Оказалось, что вылечить смертельно больного человека или дать ему конечность взамен утерянной – мало. Следует его охранять и в дальнейшем. А вот это, увы, не под силу оказалось никому. Так что назад отправились только самые стойкие, решительные и активные, которые верили, что обязательно добьются поставленных перед собой целей. Жить хотели все, но вот бороться за улучшение этой жизни отправились самые мужественные.

Возврат на Землю немного подкорректировали прямо на ходу: излеченных «возвращенцев» Торговец забросил в иные места, отличные от места первой отправки. То есть люди успели рассосаться по своим домам незаметно, не привлекая ничьего внимания к своим персонам. Даже если за ними следили до того спецслужбы или прочие недоброжелатели, вряд ли удастся отследить хотя бы некоторых и сообразить, как они оторвались от слежки. А чтобы координировать всю последующую деятельность нового движения «Наш мир не одинок!», поддерживать их материально и информационно, в монастыре Желтых Грез установили самую современную аппаратуру, уникальную даже для высокотехнической цивилизации Ситулгайна. Казимиру Теодоровичу и монахам во главе с их настоятелем отцом Клодом оставили еще по парочке Маурьи и Арчивьелов, фактически лучших выпускников всемирной академии целительства.

Так что проект не замер, а просто перешел в совсем иную плоскость своего продвижения. На месте помощь велась постоянно, но и сам Торговец был не вправе оставлять дело без личного контроля. В любой момент могло понадобиться нечто, что мог сделать, доставить или совершить лишь ходок между мирами, вплоть до полной эвакуации всех участников движения «Наш мир не одинок!» и обитателей монастыря.

По здравом размышлении на Землю следовало податься сразу после установки ловушки в межмирском пространстве, но тогда и выспаться будет некогда. А без освежающего сна даже сильнейшие уникумы вселенных долго протянуть не могут. Усталость в любом случае скажется и приведет к непоправимым ошибкам в действиях и к необратимым, весьма негативным преобразованиям в психике.

## Глава вторая. БОРМОТ

Вулкан в столице южной империи оставался совершенно неизменным с тех пор, как Дмитрий его увидел в первый раз. Все та же скользкая громадина высотой в тысячу триста метров, гигантским массивом нависающая над городом, и все тот же глухой смех, больше на улицах слышимый как неразборчивое бормотание пьяного великана. Когда-то к самому пику вздымалась полоска каменных плит, со ступеньками, но впоследствии плиты были разобраны по приказу престарелого, слегка неадекватного умом императора. Ну, разве от прошлых исследований на верхушке конуса, сотворенного из так и неизвестного материала, виднелась окантовка с металлическими платформами. То есть можно было сразу определяться именно туда и приступать к намеченной разведке. Удобно, безопасно (перила по внешнему периметру), и никто из обывателей не помешает своим назойливым любопытством.

К сожалению, невзирая на предполагаемую утерю четверти часа, приходилось делать короткий визит вежливости к самому императору, потому что, появись Торговец с супругой на верхушке Бормота, его все равно заметит большинство жителей столицы, и потом верховный правитель будет явно обижаться. Поэтому еще при составлении первого договора о соблюдении таких нюансов, как небольшой разговор с обменом приветствиями и новостями, условились сразу.

Повезло, император континента Юг изволили отдыхать после сытного обеда. Чему Дмитрий от всей души обрадовался.

– Тогда не смейте его беспокоить! – приказал он нервно заметавшимся после его прибытия придворным. – Только и передайте от нас приветы и наилучшие пожелания. Мы тут с коротким рабочим визитом, заглянем в вулкан и сразу обратно отправимся.

Летающие зонды они оставили на платформе сразу, так что во дворце засветились с пустыми руками. Не следовало раньше времени раскрывать суть предстоящей разведки: что народ, что их не всегда адекватный правитель могли этим сильно обеспокоиться. Так и метались среди горожан слухи, что, если чужаки будут слишком беспокоить Бормот, тот содрогнется, осерчает и всех в столице уничтожит разъедающим все подряд зеленым туманом. То, что эта загадочная субстанция не причиняет вреда плоти человеческой и разрешает свободно дышать, многие не знали и знать не хотели. Да и то, что главный город материка здесь стоит испокон веков и ни разу никаких катаклизмов зарегистрировано не было, тоже казалось обывателям неправильным. Как следствие, народное творчество изгалялось в создании душещипательных легенд, драм и трагедий, в которых дерзкие возмутители спокойствия уничтожались Бормотом в разных позах и разными способами. А порой уничтожались, дескать, со всеми соседями, а то и горожанами.

Исследователи для данной работы облачились в свои универсальные сюртуки, не поддающиеся разъедающей мощи Хохочущего тумана. Да и все оборудование, и даже оружие, было сотворено по специальному заказу в техногенном мире Ситулгайна. Так что за себя они нисколько не опасались, с местом были ознакомлены, а посему сразу приступили к работе.

Естественно, что продолжали обмениваться мнениями и обсуждали свои действия:

– Запускаем первый зонд и вначале понаблюдаем, что он нам покажет на экранах.

– Согласна. В любом случае дальность сигнала в тумане ограниченна.

Подобные испытания уже проводились шафиками в королевстве Ягонов, и тогда воздушные разведчики зарекомендовали себя как весьма надежные технические устройства, управляемые на расстоянии. Но все равно силы передающих устройств не хватало, чтобы прорваться сквозь толщу сгустившегося зеленого тумана больше чем на полтора-два километра. Причем в болотах Зеленого Перекрестка туман был в гораздо более разреженном состоянии, чем в Бормоте.

Первый прибор, загудев, словно пчела, своими гравитационными двигателями, отправился в полет. Для просмотра передаваемого изображения оператор управления имел на выбор либо экран, либо специальные очки. Но пока пользовались только одним экраном.

– Меня уже в который раз смущает сама вот эта постройка, – бормотал Торговец, одетой на руку перчаткой управляя начавшим спуск устройством. – Ну какой с нее толк? Никакой логике не поддается, да и нигде на планете не существует чего-то подобного.

– А слантерс? А корешки акстрыга? – напомнила Александра про удивительное сырье для наилучшей медицинской резины и про наркотические, но страшно полезные в той же медицине произрастающие в полости вулкана растения. – Вполне возможно, что при постройке этого мастодонта как раз и руководствовались определенным заказом тогдашних обитателей материка.

– Может быть, может быть. Но тогда получается, что создатели этого чуда изначально замышляли гуманное и доброе дело? Откуда же тогда появились эти мерзкие твари, да и сами болота? И почему зеленый туман разъедает почти все, вплоть до обычного железа?

– Мало ли для каких дел предназначался газ. – Казалось, у самоуверенной графини на все имеется ответ. – Ну а болота с монстрами уже потом создал захвативший этот нижний мир Крафа.

– Ага! То есть ты утверждаешь, что там внизу и есть вотчина нашего самого главного врага? И эта вотчина располагается под морями и континентами?

– Вряд ли. Скорее Зеленый Перекресток и Бормот – это некие порталы, которые строители оставили для своих нужд.

– Почему тогда Крафа этими порталами не пользуется? – Дмитрий настойчиво пытался разрушить логические построения супруги. – Ни его следов, ни наличия его влияния в этом мире не было и нет.

– Это тебе так кажется. А появление Леды на северной земле? А уничтожение всех местных шафиков методом каторжных работ?

– Ха! Создание арки призыва и арки контроля на стенах вокруг столицы Юга – это уже дело рук какого-то столичного идиота, возмечтавшего прибрать к рукам всех конкурентов. Аркам не более пятисот лет, и если бы не созданный древним колдуном орден сумеречных монахов, то после его смерти популяция шафиков на планете возродилась бы давно. Ну а по поводу Ледовой Владычицы, так она, скорее всего, и попала сюда через один из порталов. Похоже, что сила ее матери сотворила чудо, помогая девочке преодолеть немыслимые силы и пространства. По всей логике девицу тоже надо отдать в ваш класс начинающих Торговцев. У нее в наличии все признаки немалой силы и умений к перемещениям.

Александра после таких обобщений скривилась и напомнила именно о своем нежелании видеть Леду слишком часто в компании графской четы:

– Я была против этого сразу по той причине, что она пленница. По ее вине погибли невинные люди, и она еще долго должна замаливать свои грехи и стремиться к оправдательному приговору. – А потом опять вернулась к основной теме: – Ну и учитывай самый главный парадокс: Крафа банально может и не знать про эти порталы. Вот потому он Леду и не нашел после ее побега.

– Именно! Как раз к этому я и веду. Если Крафа о порталах ничего не знает, значит, его вотчина не здесь, не во внутренностях планеты. Уж всяко-разно такой ученый и исследователь, как он, изучил бы свой «личный рай» до последнего обломка камня. Следовательно, имеются некие совершенно таинственные пространственные переходы.

– То есть? – не могла понять Александра.

– То есть ту самую вотчину наверняка и создали Торговцы для каких-то своих научных целей, но некоторые секреты им удалось припрятать даже от своего соратника. Ведь недаром мать Леды в насылаемых ей видениях настойчиво твердила отыскать именно Зеленый Перекресток. Она знала точно, что дочь именно в этом мире и именно через Перекресток может организовать помощь своей родительнице.

– А почему не через Бормот?

– Логичный вопрос. И правильный. И опять-таки, на него есть два варианта ответа: либо здесь под нами выхода нет, либо про него мать Ледовой Владычицы тоже не знала. Ну и может существовать более простое объяснение: в вотчину Крафы забраться сквозь вулкан многократно тяжелее, чем из столицы моего друга Бонзая. Там можно идти, пусть и голому, а здесь надо уметь летать, и то, если перья туман не растворит на первой сотне метров. Хм! Однако! Три с половиной сотни метров разведчиком пройдено, а туман только гуще становится.

Если раньше на экране просматривалось расстояние на десяток метров, то теперь универсальное устройство с уникальными, в том числе и инфракрасными, объективами просматривало клубящуюся субстанцию не далее чем на четыре-пять метров. Ко всему прочему, на экранах стали возникать помехи: передающие антенны не справлялись с такой плотной толщей Хохочущего тумана. На это первой обратила внимание Александра:

– Первые снежинки помех, сигнал приема вон как упал.

– Ничего, еще резерв есть.

Когда отметка погружения перевалила за пятьсот метров, видимость практически стала нулевой. Пришлось замедлить спуск до максимума и больше вслушиваться в передаваемые звуки, чем бесполезно всматриваться в зеленую мглу. На тех уровнях грохот, скрип, резкие щелчки и непонятные стоны раздавались, по показаниям приборов, с утроенной силой. И все это на фоне бормотания и искусственного хохота самого тумана навевало сознанию страшные и неприятные картинки.

– У меня такое впечатление, – графиня непроизвольно стала говорить тише, – что мы сейчас рассмотрим колонну невольников, которые под ударами бичей, словно бурлаки, тянут гигантские скрипучие телеги или ржаные вагонетки с камнями.

– Похоже, – согласился Торговец. И нехотя признался: – Хотя в моем представлении картина еще более непритязательная: словно тысячи прикованных к коловоротам людей вращают несколько десятков воротов. А уже от тех крутятся камнедробильные механизмы, превращая скалы в гравий.

– Брр! – Его супруга вздрогнула всем телом. – Неужели и в самом деле такое увидим?

– Да, хотелось бы ошибиться. Если вообще что-то удастся рассмотреть.

Ну и ближе к отметке в шестьсот метров пришлось менять формы исследований.

Помехи к тому времени стали настолько ощутимыми, что к экрану следовало присматриваться с резью в глазах, а звуки из динамиков перешли в сплошной хрип и щелканье. Пришлось дать команду на остановку и поменять задание для устройства. Команда там имелась на всякий случай: при полной утере связи – немедленно возвращаться на конус вулкана. Но сейчас приходилось рисковать хотя бы этим одним устройством. Пошла команда: в осторожном режиме спуска достичь твердой поверхности, автоматически исследовать там пространство в течение пяти минут и вновь подняться вверх до уровня устойчивой связи с поверхностью. Предел спуска был установлен тоже: полчаса времени или полтора километра.

Большего себе пока супруги позволить не могли.

Связь потерялась быстро – действуя в автоматическом режиме, разведчик позволил себе гораздо большую скорость спуска, чем когда его визуально вели люди. Так что те не успели еще обговорить дальнейшие перспективы и направления работы в случае сегодняшней неудачи, как связь вновь восстановилась и на поверхность отправился пакет информации. И в этом пакете, который тут же просмотрели, таилась новая загадка.

Вначале туман стал рассеиваться и видимость улучшилась. Потом снизу стало еще светлей. Ну и наконец устройство совершило посадку на прозрачное покрытие, глядя сквозь которое вниз можно было рассмотреть… белесые клубящиеся облака! Причем кое-где их пронизывали не слишком мощные солнечные лучики.

– Что это?! – поразилась Александра. – Неужели там, внизу, создано искусственное, обитаемое ядро со своим освещением и подогревом?

Отвечая, Дмитрий уже деловито и сноровисто готовил к отправке вниз сразу четыре устройства, в задачи которых входило собирать пробы, делать спектральный анализ и осуществлять более глубокую эхолокацию:

– Извини, дорогая, но твои фантазии уже ни в какие ворота не лезут. Если уж Торговцам или, пусть и самым выдающимся, ученым удалось сотворить некий мир, то делать его внутри какой-либо планеты – полный абсурд. Миров, пригодных для обитания людей, в моем представлении, неисчислимое множество. В том числе половина из них – необитаемы. То есть не заселены разумными существами. Еще столько же миров вообще никогда не отыщут, потому что на них нет привязок. Так что поверь, гораздо проще создать секретные лаборатории на одном из них, а то и прикрыть его для проникновения снаружи, как мир Кабаний или как вселенную Ситулгайна, которые я отыскал практически случайно, чем менять основы физического мира. Такие, например, как силы притяжения, сохранения энергии или законы гравитации.

– Но ведь ты и кокон вокруг Ситулгайна прошел, и в марево вокруг Кабаньего прорвался, – справедливо напомнила ему жена. – А значит, и все остальные смогут. А вот здесь…

– Именно! Стоит себе вот такой преогромный вулкан и только своим видом провоцирует любого путешественника: «Вот он я! Исследуй меня!» Так что здешний мир не сравнивай. А вот по остальным… Не хочу лишний раз хвастаться, но напомню. Не забыла, что сказал о возможностях его соотечественников-Торговцев Шу’эс Лав? Три собственных веса в переносе за собой – это уже предел даже для героев. Выходит, что я со своей силенкой проскакивал тамошние преграды, просто их не замечая.

Снаряжение и краткая диктовка заданий для других устройств не заняли много времени. И вот уже они довольно стремительно понеслись к поджидающему их на большой глубине собрату. Собрались в единую связку и продолжили спуск. Все пять экранов покрылись рябью помех, изображение исчезло. На этот раз надолго: теперь уже программа исследований задавалась обширной. Узнать, из чего покрытие, затем разлететься по дальним периметрам и рассмотреть, где и как это смотровое окно свода соприкасается со стенками самого вулкана, ну и по возможности определить, откуда именно в Бормоте появляется туман. Если удастся выяснить, откуда раздаются такие страшные и неприятные звуки, то тоже будет неплохо. Но на исполнении последнего задания Торговец не настаивал, уже после отправки устройств давая объяснения Александре:

– Не столь важно. Разве что где-то невдалеке, непосредственно в самом тумане, находится вторая каторга, о которой мы ничего не подозреваем.

– Но эти страшные стоны?!

– Скорее всего, и не страшные и не стоны, а только подтверждение моих прежних мыслей. По моим предположениям, там внизу – просто маленькое окошко-портал в иной мир. Когда-то давно, может, этого окошка там и не было, может, его вообще установили некие иные цивилизации, о которых даже вездесущий Крафа и полслова не слышал…

– Не сходится в твоих размышлениях ничего, – сердилась графиня. – Как же тогда Леда оттуда именно в этом мире оказалась? Куда пешком, ты представляешь себе – пешком, бежала обнаженная мать Леды? И почему тогда из того, другого мира не рассмотрят зеленую точку на небе, когда облака расходятся?

– Ха! А вдруг они никогда не расходятся. Или под этими тучами голая, без клочка растительности каменная пустыня? И я ведь не говорил, что окошко создали Торговцы или соратники Крафы. Может, и они об этой дырочке в небе ни слухом ни духом? А вот про Зеленый Перекресток знали и своему врагу-предателю не проболтались. Скорее всего, на болотах с тварями есть некая непреодолимая грань, за которую пешком пройти нельзя. Ну а несчастная женщина мчалась именно поближе к той грани по той причине, что с того места гораздо легче наладить ментальную связь с дочерью и хоть таким вот жестоким для себя, изуверским способом передать весточку родному человеку. Крафа и не подозревает об этом, скорее всего.

– И все-таки ты так и не озвучил дельного объяснения всем этим звукам.

Дмитрий ухмыльнулся:

– Если бы ты могла слышать все звуки в межмирском пространстве, тебе бы и объяснять не пришлось. Все эти скрипы, хрусты и стоны там присутствуют постоянно. Но! По отдельности. А тут все вместе, и по единственной возможной причине: никогда и нигде миры не соприкасаются визуально! А здесь? Да они банально трутся друг о друга, сминая между собой межмирское пространство и создавая данную звуковую какофонию. – Неожиданно, обладающий более тонким слухом, граф строго приказал: – Замри! И не вздумай смотреть вниз!

– А что там?

– Императорские глашатаи пытаются до нас докричаться, сейчас присмотримся… – Он быстро направил объективы остававшегося у них устройства и включил его для наблюдения за подножием Бормота. – Нам только не хватает сейчас отказаться от назойливого приглашения побеседовать и попить чаю. Будем делать вид, что ничего не слышали, занятые работой.

Когда они как на ладони рассмотрели творящееся внизу действо, Светозаров забеспокоился:

– Что говорит твое предвидение опасности?

– Спокойно дремлет, как сытый младенец. Так что, скорее всего, пушку они заряжают холостым выстрелом, чтобы привлечь наше внимание.

– Хм! Я тоже так думаю. Ничего, и от звука выстрела потом откажемся, не такой уж он и громкий.

Снизу бабахнуло хоть и слышимо, но не так уж громко в самом деле. А вот по поводу холостого выстрела исследователи вулкана ошиблись: в их сторону полетело огромное ядро, которые обычно начиняют картечью.

## Глава третья. НОВЫЕ ПРОБЛЕМЫ

По здравом размышлении немедленно уходить в подпространства смысла не было. Ну, ядро! Ну, пусть даже со шрапнелью! Ерунда! Ведь кроме ухода в иное место вариантов имелось несколько: закрыться общим силовым щитом, который, при наличии сразу парочки кристаллов, под завязку набитых энергией, ничего не стоило. Просто присесть на платформах, которые создавались из толстенного рифленого листового железа. А то и создать персональный кокон защиты.

Торговец выбрал первое, жалко ему стало систем управления летающими разведзондами. Ну и присели на всякий случай.

– Что-то твое предчувствие опасности сегодня явно сметаны объелось, – сердито пробормотал Светозаров, недоуменно прислушиваясь к слишком запоздавшему разрыву ядра. И только когда понял, в чем дело, опять глянул на экран. – Вот те раз! Ядро, до нас не долетев, упало вниз по склону и только там разорвалось!

– Так им и надо! – фыркнула графиня, тоже внимательно всматривающаяся в экран. – Вроде как убитые… Или раненые?

– Нет, вон все встают и ругаться начинают друг на друга. Ха-ха! Не рой яму другому! Зато все живы, и раненых нет. Работаем! – Они встали опять к экранам лицом, а спинами к глашатаям. – Я и забыл, что их пушки в высоту, даже при тройном заряде пороха, могут не больше километра выстрелить, сам продавал. А тут ведь на триста метров выше.

– Но какое хамское, угрожающее к нам отношение! – стала заводиться Александра. – Да нас так только явные враги встречают! Неужели ты вот так это им спустишь с рук?

– Конечно нет! Но ты понимаешь, сладенькая, в данный момент нам более важно закончить осмотр этого нового окошка в иной мир. Разбирательства с местными придурками мы всегда можем отложить на иное, менее напряженное время. Тем более что я почему-то уверен, произошло явное недоразумение.