# Километры веры. «Random side point»

Виктория Куба

Если ты, прошедший сквозь время узник миндалевых вспышек.Если ты, облепленный предрассудками как перьями, выглядишь словно беженец Камбоджи идуалистические мысли твои любовь и голод, война, агония и холод стремятся к одному и правильному, то теперь главное идти и не останавливаться, ступая на мозоли. Что касаемо структуры духовности, то однажды, сломав ее или же вовсе утратив, ты поймешь, что стоя на краю не упал, а открыл новую дверь…

© Виктория Куба, 2018


ISBN 978-5-4490-4370-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

> «Единственное о чем я пишу последние месяцы это о разломе рёбер, о пулях в в висках и о порванных тканях тела. Сплошная баллистика с анатомией и элементами антропологии. Только так у меня получается передать чувство душевной боли. Уставшей мысли. Душа она ведь как болит, она от горла до грудной клетки стоит сгустком и набухает. От чего собственно в последствии и рёбра ломаются и пулю в висок пускаешь. Но хуже всего то, что это все «образно». Мысленно. Тело вроде живет а сознание уже погибло и каждый день стреляется… Так и живешь. Человека вообще можно рассмотреть, в принципе в роли «маленького мирка» в котором проживает множество людей которые устраивают различные катаклизмы и создают себе собственному препятствия. От дитя малого до философа и профессора. Каждый включается от ситуации и проживает свой момент. Но есть один момент для всех. Это когда такая усталость, что все «внутренние» жители жмут один курок. И вот ты ходишь, как одно сплошное поле боя после битвы и видишь как один выжил после внутреннего самосуда и этот «один» тот, кто как бы ты не рушил себя, не потеряет надежду и веру ни в момент ни в случай.

> Этот «один», будет до последнего вздоха греть в себе километры веры.

> Он будет стреляться каждый день и тосковать обращаясь к внутреннему философу, будет падать и снова подниматься. Будет любить жадно и по настоящему. Будет хотеть быть счастливым!

> Это и есть собственное «Я»


> А все строки, это настроения, рассуждения, а где то и фантазия моих «внутренних жителей», очень четко согласованные с моим собственным «Я»»


> Виктория Куба©

∞

Сегодня ночью мне приснился сон, будто бы я стою совершенно один на пустом пляже, а черные как жженая смола волны Карибского моря вылизывают мои ноги. Звезды светят ярко как маленькие лазерные лучи и прожигают мои зрачки. Я продолжаю стоять неподвижно. Медельин не спит сладким сном. Вся Колумбия, никогда не спит спокойно. Если ты не местный, то тебе не понять какая тревога происходит по ночам. Но сегодня, я пытаюсь абстрагироваться от всего. Очень красивая и волшебная ночь. В душе и мыслях я хочу отыскать, забитый мною же покой. Меня сейчас ничего не волнует кроме теплого моря ласкающего мою кожу.. Я скидываю одежду с себя и пускаюсь обнять волны и вот уже море всего меня обнимает словно я его дитя. Обволакивая меня собой, оно принимает меня и я понимаю что безумно устал, а этот момент придает мне легкости и наполняет силами перед началом новой битвы. Лежа на спине, неподвижно, я поддаюсь укачиванию волн. Звезды продолжают жалить мои глаза своим ярким светом…


∞

Песок врезался в ногти на пальцах ног.

Становилось слишком холодно.

Я грел себя надеждами о встрече с тобой.

Горячие, невероятные звезды, заполняли и согревали меня изнутри, как только я открывал широко рот.

Звезды падали с неба, прямо в меня. Мое нутро светилось словно ночной Лондонский фонарь.

Воздух пропитан рисовой водкой и вишнями.

Я точно знаю, что ты где то рядом, словно одинокая сакура стоишь одна под звездным динамо ночного неба, посреди пустыни и светишься маня меня – отшельника.

Если я не дойду или собьюсь с пути, то визуализируй меня светящегося звездами, перед каждым своим сном.

Я буду являться тебе в образе дикого Апачи, с перьями на голове и с огнем в глазах и магическими движениями рук, укрывать тебя от всех пустынных негод…


∞

Нарушая баланс внутреннего состояния тобой

Я пью это мгновение с жадностью.

Мои мысли рождаются и умирают каждую секунду. То, что рожденное, сливается с пряным и пропитанным тобой воздухом, который служит эквивалентом того, чем заполнены мои легкие до краев. Время не остановить но я бы этого безумно хотел, чтобы успеть воплотить все мечты в реальность и чтобы губы твои касались меня бесконечное количество раз.

Я бы хотел жить в твоих глазах, в твоем мозгу и поселившись в одном сосуде с твоей душой закрывал бы ее от встрясок.

Роковые прощания наши как скулящие бездомные собаки зимней ночью. Ненавижу с тобой прощаться.

Ненавижу пускать в свои легкие дым, а я так много его пускаю без тебя.

Ты знаешь который сейчас час?

Это время «Ч». Время человека. Время важного человека в моей жизни.

Настало время тебя.


∞

Я вижу ваше сердце.

В нем множество отверстий.

В вас стреляли?..

Расскажите мне, как это происходило?…


– «Когда я ее встретил, сложилось такое чувство что мне сразу привязали пистолет к торсу дулом в лопатку противоположную сердцу и как только я терял контроль рядом с ней и начинал переживать то он мгновенно, словно запрограммированный на мои такие эмоциональные всплески выстреливал и горячая непоколебимая пуля пробивала сначала ткань тела как плотную материю, затем как в кусок сливочного масла входила в мое сердце и вылетала через грудную клетку цепляя рёбра. Мои ноги подкашивались. Боль становилась ноющей. Ее глаза волшебными а голос заглушающим периодическую очередь пробивающих меня патронов.

Да.

В меня стреляли. Все верно.

И сердце как решето.

Я в каждое отверстие могу засунуть по пальцу. А их у меня 10.Так ещё дырки останутся..

Я так пробит…

Я ей пробит.»


∞

Я дарю тебе эту дождливую ночь.

Ты не видишь ее и не знаешь количество звёзд, но поверь мне на слово эта ночь удивительна.

Льёт ливень. Льет шумно. Капли казалось бы пробивают листья деревьев на сквозь. Буд то бы это не капли воды вовсе, а автоматная очередь. Очень громко. Очень темно. Знаешь, так темно что кажется что на всей планете отключили свет. Вырубили билборды, вывески, уличные фонари, электростанции.

Только на эту ночь.

На небе блестят звезды как стразы. Точно! Словно мы в банке и вместо крышки натянута пленка с блестящими стразами!

Это очень красиво…

Я хочу передать тебе воздух..Он ночной, прохладный, свежий.

Настойчивый.

Если бы ты попробовала задержать дыхание и не дышать, то на долго тебя бы не хватило! Сегодняшний воздух врывается в лёгкие ураганом и объявляет себя, захватчиком!

Тебе бы понравилась эта ночь…

Березы шелестят листьями и мне начинает казаться что они ведут беседу о чем то важном, на языке известном только им…

Я стою на крыльце и прислушиваюсь. Я пытаюсь разгадать шифры звуков природы. Но увы. У всего в этом мире есть некая закономерность и своя тайна и эта ночь не исключение.

Я дарю тебе эту свежую, таинственную ночь.


∞

Я

Вырву пальцами

Покрытыми слезами как оловом

Сердце своё

Из грудной клетке!

Укутаю в салфетки испачканные своими текстами

измятые!

И отдам первой встречной

Проститутке-Малолетки


Я

Гений живущий в муках!

Атлант-

Чей талант предан и спущен тобой в унитаз!

Громко и Чётко-

Заявляю Сука!

Что в ванне своей, вступаю в Амфетаминовый абордаж!

И вот тогда!

Посыпится и повалится текст мой

отталкиваясь от твоего языка кусками!

А я себя изувечу! Расцарапаю! Истерзаю!

Но вершу воедино НАЧАЛЕ!

То

Что богом завещано,

Мне!

Ещё до создания мира!

То

Что, правдой мысли венчано

До появления в Египте Каира!


То

Что в текстах моих

Заключённое в гигантское поле!

Березовый сок с молвой!

И простое людское горе!


А не признанность и противостояние,

Всегда будут биться об ноги таких как ты, не влюбившихся в обаяние

Честных поэтов своей страны!


∞

Carl Sandburg

«Chicago»


Мне говорят: ты развратен, – я атому верю: под газовыми

фонарями я видел твоих накрашенных женщин,

зазывающих фермерских батраков.

Мне говорят: ты преступен, – я отвечу: да, это правда, я

видел, как бандит убивает и спокойно уходит, чтоб вновь

убивать.

Мне творят: ты скуп, и мой ответ: на лице твоих детей

и женщин я видел печать бесстыдного голода.

И, ответив, я обернусь еще раз к ним, высмеивающим мой

город, и верну им насмешку, и скажу им:

Укажите мне город, который так звонко поет свои песни,

гордясь жить, быть грубым, сильным, искусным.

С крепким (ловцом вгрызаясь в любую работу, громоздя урок

на урок, – вот он, рослый, дерзкий ленивец, такой живучий

среди изнеженных городков и предместий,

Рвущийся к делу, как пес, с разинутой пенистой пастью,

хитрый, словно дикарь, закаленный борьбою с пустыней,

Простоволосый,

Загребистый,

Грубый, —

Планирует он пустыри, :

Воздвигая, круша и вновь строя.

Весь в дыму, полон рот пыли, смеясь белозубой улыбкой,

Под тяжкой ношей судьбы, смеясь смехом мужчины,

Смеясь беспечным смехом борца, не знавшего поражений,

Смеясь с похвальбой, что в жилах его бьется кровь, под

ребром – бьется сердце народа.

Смеясь.

Смеясь буйным, хриплым, горластым смехом юнца, полуголый,

весь пропотевший, гордый тем, что он – свинобой, машино-

строитель, хлебный ссыпщик, биржевой воротила и хозяин

всех перевозок.


∞

Франсуа Вийон

«Баллада поэтического состязания в Блуа»


От жажды умираю над ручьём.

Смеюсь сквозь слёзы и тружусь, играя.

Куда бы ни пошёл, везде мой дом,

Чужбина мне – страна моя родная.

Я знаю всё, я ничего не знаю.

Мне из людей всего понятней тот,

Кто лебедицу вороном зовёт.

Я сомневаюсь в явном, верю чуду.

Нагой, как червь, пышней я Всех господ.

Я всеми принят, изгнан отовсюду.


Я скуп и расточителен во всём.

Я жду и ничего не ожидаю.

Я нищ, и я кичусь своим добром.

Трещит мороз – я вижу розы мая.

Долина слёз мне радостнее рая.

Зажгут костёр – и дрожь меня берёт,

Мне сердце отогреет только лёд.

Запомню шутку я и вдруг забуду,

Кому презренье, а кому почёт.

Я всеми принят, изгнан отовсюду.


Не вижу я, кто бродит под окном,