Душа на подоконнике
Дневниковая проза, миниатюры, зарисовки
Владимир Владимирович Едапин

© Владимир Владимирович Едапин, 2018

ISBN 978-5-4490-3117-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Под утренний чай

Я не вернусь

Я не вернусь. Я сорвался. Я полетел. Стрелки часов перевалили за час «Х». Время провозгласило наступление новой эры. Огни погасли, или наоборот – ударили светом сотни прожекторов, наотмашь. Выстрел и – дан старт. Одно событие в жизни, определяющее настоящее и будущее, всё изменяющее, необратимо, навсегда. Революция. Вдруг, какая-то доля секунды становится – Гранью, проводит жирную линию, разделяющую жизнь напополам, вырисовывается бездонной пропастью, без возможности перехода как на одну, так и на другую сторону по краям обрывов. Теперь ты другой. И вокруг – всё стало другим, по – крайней мере, – для тебя. Нет дороги назад. Лечу.

Отражение пустоты

Я смотрел на отражение в зеркале своего обнажённого тела и вдруг поймал себя на каком-то странном ощущении, сотканном из неловкости, стыда и – неясного происхождения протеста, возмущения (особенно ярким, сильным импульс этого неосознанного внутреннего сопротивления становился при фокусировании взгляда на половых органах). Я вдруг осознал, что это отражение, это тело – вовсе не я, вернее – я, но заключённое («пойманное») в эту («чужую») плоть, и главным признаком этой неволи, этого рабства, словно цепь на шее, бирка, номер, знак, метка пленника, исполнителя чьей-то воли, является именно детородный орган. И только глаза – будто излучали что-то своё, родное, настоящее, истинное. Взгляд, из почти недосягаемой отсюда, с Земли, неведомой, непознанной (или забытой, когда-то и кем-то очень искусно и ловко спрятанной) Глубины, кричал или шептал, пытался пробиться до моего сознания: «Это – Я. Я – здесь. Я – пленник».

Под утренний чай

На старой квартире у меня было целых три стола… Целых – три – письменных – стола! На этой – ни одного. Чем не мучения для «человека бумажного»?

У меня теперь: ни одного стола и – ни одного человека… Одиночество хорошо только тогда, когда оно добровольно, когда у тебя есть выбор и это состояние является не приговором, а только строчкой из «меню душевного комфорта и личных потребностей»: уединиться на время, закрыться, спрятаться «под своим одеялком» (в гараже, на даче, да хоть под скульптурой русалки в городском парке) или же – быть рядом с «самой-самой», или «самыми-самыми». Когда такого выбора нет, это больше похоже на заключение, или пытку, или – и то и другое вместе.

Найти человека для общения (не для поболтать, не для перекинуться парой бестолковых фраз) намного сложнее, чем найти кого-то для секса…

Последнее тебе, бывает, даже предлагают. Сами. За деньги. Конечно же. Как правило.

«Привет», – вдруг пишет кто-то и где-нибудь… в соцсетях. Например. И ты сразу думаешь: «О, здорово! Кому-то захотелось со мной поговорить!»

Но… Упс! Девушка – всего лишь предлагает себя, по тридцать американских рублей за час…

Тебе же нужен секс?! Ну да, конечно… Ну, так берёшь? Эээ… а поговорить? Нет? Никак?

Итак, – в блокнот, с пометкой «без вариантов»:

1. купить – СТОЛ!

Душа на подоконнике

Неведомому другу посвящаю…

Давно заметил, что население Рунета становится всё более неприветливым, необщительным, закрытым, подозрительным.

Боюсь, как бы «вирус недружелюбия» не перекинулся чёрной волной и на остальную часть обитателей виртуального мира, тогда социальные сети попросту превратятся в ненужный терабайтовый хлам и уйдут в историю.

Всё большую популярность приобретают хлёсткие отмашки от «стучащихся» в друзья: «А мы знакомы?», или «Цель добавления?».

Другое дело знаменитости. Поп-звёзды, например. В обоих смыслах… «Зафрендиться» с ними – круто, и к этому стремятся толпы поклонников. Наверное, так у них внезапно просыпается безграничная любовь к человечеству в целом и к отдельным его представителям в частности.

Но звёзды непреклонны. Спасибо им за это. Всех этих «друзей» они автоматом направляют на… «трибуны болельщиков», то есть в подписчики. Так «небожители» мстят этим лицемерным юзерам за всех отвергнутых. И поделом.

Я не звезда. Даже ни в одном из смыслов этого слова. Ко мне «стучатся» очень редко. Поэтому я никак не мог не заметить и забыть одного из немногих, но необычных предложений дружбы. Оно поступило вместе с коротким сообщением: «Здравствуйте! Пожалуйста, станьте моим другом…».

Я даже немного оторопел, честно говоря. В друзья просился некто Алексей, мужчина лет пятидесяти. Тоже – не знаменитость.

Но я ответил, – «Конечно, с радостью! Я уже вас добавил».

«Спасибо».

И всё. Так началась, но по сути на этом и закончилась наша «дружба».

Признаюсь, я и забыл об этом человеке. Никогда не наведывался к нему «в гости», не просматривал его фотоальбомы, не отмечал лайками и не оставлял комментарии. Я не знал, какую он любит музыку, какие фильмы смотрит, да вообще – ничего о нём не знал. Он просто – был. И был – «в друзьях». И всё.

И только где-то спустя год я всё-таки забрёл на его страницу.

Ничего особенного, необычного, «выдающегося». Всё как обычно, как у всех, «без понтов»: цитаты, картинки…

А самой последней записью на стене были слова самого хозяина странички: «У меня в друзьях 47 человек. Спасибо… что вы были…».

И – отрывок из стихотворения Дмитрия Мережковского:

«Стремясь к блаженству и добру,

Влача томительные дни,

Мы все – одни, всегда – одни:

Я жил один, один умру.

На стеклах бледного окна

Потух вечерний полусвет.-

Любить научит смерть одна

Все то, к чему возврата нет».

Дата поста – 26 октября 2013 года. С тех пор Алексей на свою страничку не заходил.

А совсем недавно… Совершенно случайно наткнулся на необычную социальную сеть – сеть, посвящённую памяти умерших.

И среди аватарок уже ушедших, я увидел знакомое фото – того самого Алексея…

Кликнув на фото, я оказался – на его новой странице…

Дата рождения, дата смерти… Причина смерти – инфаркт. И запись:

«Мой папа.

В последнее время мы очень редко с ним виделись. Практически не общались. Я всё не находил времени, чтобы хоть раз поговорить с ним… «по душам».

Знаете, а ведь, откровенно говоря, я ведь, наверное, очень мало, что знаю о нём. Чем жил, о чём мечтал…

Вот так вот… Прости».

Про собаку и не только

На покрытой грязным льдом обочине тлел трупик безхозного, безродного, никогда и никому не нужного (ну разве что мамке в далёком-далёком и быстро убежавшем детстве) существа: дворняги. Бездыханное тельце могло теперь не бояться ни холода, ни голода, ни людей, не своих четверолапых собратьев, но жестокое, бездушное вороньё, слетевшееся на свой безумный пир, не давало покоя и после смерти.

Душа на подоконнике

Я – душа. Душа одного человека. О, нет! Не подумайте ничего! Он жив! Здоров. Почти. Несчастлив? Да, несчастлив.

Не сложилось у нас с ним как-то. Он сам по себе. Мается… Я – сама по себе.

Конечно, я всегда рядом. Но – не с ним. И вместе, и врозь получается. Почему у нас так вышло? Хм. Да просто: потерял он себя. Меня, в смысле.

А я… Я люблю смотреть в окно. Наблюдать за людьми, за тем, что там, в «мире» происходит. Конечно, мир этот ограничен небольшим двориком, но всё же.

Так и живу.

А он… Живёт какой-то не своей жизнью. Дом? Да – дом. Жена? Да – жена. Дети? Да – дети. Работа? Да. Нелюбимая… Мечты? Были… В прошлом.

Иногда он будто вспоминает о чём-то, подходит к окну, смотрит во двор… Задумчивый. Грустит. «Обо мне! – понимаю. – Бедный… А вдруг? а если? вернётся?»

Но – он отворачивается и уходит. Как всегда. И всё остаётся по-прежнему. Для него. Для меня.

Отворачиваюсь и я… Невидимые слёзы катятся по моим щекам. Смотрю в окно. «А ведь не поздно ещё, – надеюсь, – не поздно…»

Мысли прохожего

В тот момент, когда ты появился на свет, кто-то другой отбыл в «мир иной»… Кого-то в этот же самый миг убивали, грабили, насиловали. С кем-то – подобные вещи происходят прямо сейчас.

«О боги, где вы?!»

Не важно, где боги и чем они заняты в это время. Возможно, все эти «ужасы бытия» просто не стоят каких-то особых переживаний «небожителей» и только с «высоты человеческого полёта» выглядят такими страшными и что-либо значащими. Важно то, что когда-нибудь придёт и твоя очередь: после горячих рук врача, принимавшего роды, вечно не высыпающейся и всем недовольной медсестры, а потом, наконец, и обессилившей, но счастливой матери, после уютной кроватки для новорожденного, – оказаться на холодном как лёд прозекторском столе, а затем и на жёстком днище деревянного ящика для мертвецов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.