Дни
Поселковая поэзия
Андрей Драгунов

© Андрей Драгунов, 2018

ISBN 978-5-4490-3034-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

дни
поселковая поэзия

Начало

1
Оставайся на месте, не двигайся, ибо шаг
может закончиться там же, откуда начал —
так как с рождения – глуп – к сожаленью… и наг,
то есть – червяк, живущий всю жизнь на даче…
под абрикосиной. Не двигайся – просто стой…
Не говори – простая смешная шутка —
станет последней, сказанною тобой…
только в окне – опять – улетают утки.

2
Далеко от яблони падает яблочко…
по песку… на камушки – не молодильное —
«Антоновка» или «Синап» – с червячками, с язвочками…
потом доживает свой век в холодильнике —
на свежем воздухе… или под лампочкой,
чтобы созреть и выглядеть поприличнее…
чтобы ходить по комнате в тёплых тапочках…
или по блюдцу кататься в ином обличие.

ноябрь 1—2. 2017 год

Дни

1
О, выжженное сердце октября —
пожарами из облетевших листьев…
только ленивые о них не говорят,
за цветом пряча собственные мысли
о виденном… О, как сгорает жизнь!.. —
погода в это только помогает…
и под листву заложенная мысль —
горит быстрей… и с пеплом улетает…
и где-то там, уже – на облаках,
рассыпавшись – потом – дождём – на землю…
короткими словами на губах…
признанием, которому не верят…
Но всё пройдёт, как сон, как сладкий дым
с роскошных яблонь… время – увы – лечит…
а тот солдат, убитый молодым,
сидит себе, как ангелок на печке.

2
Осень начинается весной —
грязью, ветром, долгими дождями…
перебранкой – между ты – и мной —
с глупыми красивыми словами
про любовь… и что-то там ещё…
Ветер осыпается листвою,
как словами – кто – потом прочтёт —
что меж нами было той весною.

3
Свет, выпадающий из окна
на пустую скатерть – всегда – некстати…
будто бы просит, чтобы она
всё принимала… и плюс объятья —
доброго утра.. и крепкий чай…
Всё, что могло бы – уже случилось…
и, даже, чайки в окне кричат —
однообразно… почти уныло —
медленно… и с водой во рту —
то ли с похмелья… то ли от жажды…
то ли нашли единственную правоту,
что видели в детстве – птенчиками – однажды.

4
День начинался, как всегда, дождём,
несветлым утром, мусором в подъезде,
соседским криком, как бы ни очём…
и клинописью капель на железе —
того дождя, что лил уже вю ночь…
до самого утра… до строчки в песне…
и никого, кто мог бы мне помочь…
и никого, кто был бы рядом – вместе.

5
Я сплю, как маятник в разрушенных часах,
остановившихся ещё весной, во вторник…
и взвешиваю душу на весах,
как перед смертью – старый уголовник,
всю жизнь боявшийся – не срока, но суда!.. —
кто – не придёт… и что о нём не скажет…
Вода, вода… кругом – одна вода…
и чайки наслаждаются пейзажем.

6
Из двух, оставшихся на берегу реки,
опавших листьев – соберу рисунок…
в чернилах закреплю… О, как легки —
ещё чуть-чуть – до снега и до сумок —
с едой на Новый год и Рождество,
до мандаринов, водки и сосулек,
что вырастают дворникам назло…
В них – точно – чьи-то слёзы утонули.

7
Когда устанет день мне говорить,
что я не прав – пусть будет понедельник…
и можно воскресенье обвинить —
почти во всём… и даже звёзд движенье —
ошибка неба, а не Божий знак!.. —
на то, что жизнь кончается – внезапно…
или, что ты – дурак… Дурак, дурак…
уставший в понедельник – вероятно.

8

Станиславу

Когда воротишься обратно – не скучай —
иных – не буде… а других далече
уже свезли… Предложат, может чай…
с запиской от разносчика – До встречи!

ноябрь 2—8. 2017 год

Сумерки

1
…чиркнешь спичкой – да будет свет!.. —
сумрак – не лучшее время суток —
для разговора – дневной привет,
не защищающий от повтора —
косноязычного… мёртвый звук —
так безразличный собаке и волку…
так бесполезный в сплетении рук,.
а в полумраке – без смысла и толку —
только дыхание – хрип или стон…
и без надежды на пониманье…
пальцы похрустывают в унисон —
при написании воспоминания
про то, что… спичка… и ярок свет —
чиркнешь и всё… завершается тенью…
и пропадает твой силуэт,
и наступает хандра и забвенье.

2
С видом на воду комната у реки —
между деревьями – выпавшее пространство…
только – опять – увы – коротки деньки,
чтобы увидеть – как выглядит это царство,
ибо садится солнце и меркнет свет…
и, даже, спичка вечером – не помогает
в определении, в общем, знакомых мест —
быстро сгорает… лишь дым ещё долго тает.

3
У зимы есть запах замёрзшей речки,
то есть – мёрзлой воды, как из преисподней,
где уже сдохшие человечки
промышляют смертью – в одном исподнем…
с головною болью… опричь – с мигренью —
тронешь голову – пол дня – в таблетках…
это, как начинаешь вечером стихотворенье —
утром читаешь, стоя на табуретке.

4
Я буду печалиться – только потом… Потом!.. —
почему ты уехала последним тогда паромом
без багажа, оставив мне всё за бортом…
всем говоря, что я – лишь – увы – знакомый…
или попутчик… откуда – теперь – куда!.. —
перебираю вещи, открытки, письма —
с места на место – естественная ерунда!.. —
так – вариант уже невозможной жизни.

5
…потому что ноябрь… и всё, что могло бы сказать
о будущем – умерло вместе с сожжённой листвою…
с крахмальным бельём, что – опять – на кровать… под кровать…
или – сквозь ветки – подальше – за бледной луною…
чтобы уже не встречаться и вместе не пить,
не провожать бесконечные длинные ночи —
в новое завтра… а просто – забыться… Забыть!
Знать, что никто ни о чём тебя больше не спросит.

6
Мне в подарок – небо и посёлок —
чтобы жить – не меньше – до ста лет!.. —
вот, тебе, отчаянный ребёнок —
проездной – до вечности – билет.

ноябрь 9—12. 2017 год

Отражения

1
В парке, на алее воздушный змей —
кем-то забытый, брошенный – замерзает —
от безысходности… и хвост его всё длинней…
только, как раньше, больше уже не летает,
не бороздит бесцветный – теперь – пейзаж…
в облако больше не тычется, улыбаясь,
не устремляет в небо весь свой кураж —
просто валяется в листьях, почти сливаясь
с их разноцветием… длинным своим хвостом —
вот тебе радость, осень – бесплатной краски…
вроде бы просто – бумага с красивым бантом…
то ли – ещё одна весть, но без громкой огласки.

2
…но начинает заканчиваться воздух слов —
с примесью дыма, гари, сырой страницы,
что так горчит – на запах, как Твой улов —
в серо-зелёных… скомканных утром лицах…
и никакой возможности повторить,
или запомнить – кто там, с тобой в трамвае
переезжает вечность… Кого винить!.. —
чей отражается профиль в оконной раме.

3
В двух-трёх словах рассказанная суть —
от одиночества – конечно – ранним утром —
после чего – конечно – не заснуть…
и все слова – из жалости – как будто.

ноябрь 13—14. 2017 год

Упражнения в вечности

1
Вот проснусь и буду смотреть в окно —
как там осень… как там мои деревья,
как последние листья летят на дно
жёлтого парка – предмет забвенья…
то есть – беспамятства – до весны.
Мокрый туман заползает в карманы,
не продлевая холодные сны,
а добавляя – что были – не правы —
в перечислении – времени… мест,
длинных имён и коротких фамилий,
и полустанков, где всё это есть,
даже – смотрители, в общем-то – милые
и говорливые, как – никогда —
мало ли кто, там, заедет на станцию…
чаще – пустышка – так – ерунда —
к происходящему – лишь – иллюстрация.

2
Запечатаю сон свой в страницы своей тетради —
без лишних подробностей, чтобы – потом – не стыдно…
и никому не рассказывать – чего ради!.. —
в клеточках всё и останется строчкой длинной
и многоточием. Всё сохранит страница —
кто-то прочтёт и… выбросит на дорогу…
после склюют – скворцы, воробьи, синицы…
и хорошо, наверное… Слава Богу!

3
В субботу началась зима.
Снег выпал сразу и надолго —
почти пожизненно – сполна
решив проблему с чувством долга —
перед пейзажем за окном…
перед водой в холодной луже…
Кто там в товарищах – потом?..
Кому – потом – ты будешь нужен —
как грязный прошлогодний снег —
не тот, что нынче – под балконом
красуется в ногах у всех,
кто выглядит почти знакомым —
приятелем – из тех времён,
когда бумага всё терпела…
когда – любовь – со всех сторон
без подозрения смотрела…
и вечность, завершая взгляд,
так не казалась – бесконечной!.. —
до фонарей, что там горят —
на берегу – над чёрной речкой,
где время, замедляя ход,
перебирает лист с листвою…
где чей-то старый огород
зарос – не былью… а травою.

ноябрь 15—16. 2017 год

«Отколется строка и пропадёт…»

Отколется строка и пропадёт
весь смысл текста… звук прольётся мимо…
никто – потом – в остатках не найдёт,
что там – в начале – было и не было…
как тоненькая ниточка из слов
витийствует – не рвётся, не хлопочет
по пустякам – о, Времени улов!..
Издатель злится, а поэт – хохочет —
над вымыслом, свой завершая суд,
коря себя – что до сих пор не умер…
и, что других на кладбище несут
и в воздухе многоголосный зуммер —
Шопена. Духо-медный перезвон
с влиянием вороны – на бемоли —
после вступления… подстриженный газон
и пара слов – знакомых – на заборе.

ноябрь 17. 2017 год

Асфиксия

1
Отправляют же родители своих детей
умирать на чужбину!.. – за чьи-то планы —
в статистический список немых смертей,
а потом восклицают, что были – не правы
в выборе цели… но гаснет свет
при причитаниях… не тронешь уже руками
чьё-то лицо, которого рядом – нет…
и Назон склоняет голову на холодный камень —
в перечислении странностей… Метаморфоз!.. —
длинного списка – сосланных и убитых —
с просьбой ответить всего на один вопрос —
где тот предел, за которым они забыты,
или растоптаны, как прошлогодний снег —
в грязную кашу, в вылепленную дорогу,
чтобы понять – как выглядит этот век —
чтобы к границам двигаться понемногу.

2
Только бы раз ещё – по Радищевской выйти на площадь —
медленным шагом, утром, мимо больницы и почты,
мимо рассказов, что – раньше – гуляли здесь лошади…
а в ресторане еду подавали – хорошую!
Только бы раз… мне по огненному переулку —
в парк на скамейку, вымеренную – до стука…
до последнего гвоздика – вколоченная разлука.
когда вечер вползает, точно руками в сумку —
тебе запазуху… и ты говоришь – Послушай!.. —
эти шаги – не по твою ли душу…
и даже птицы слетаются – прямо в лужу,
ибо больше на этом свете – ты – никому не нужен.

3
…и кто-то там с тобою говорит.
Сны прекращаются – на самом интересном…
и в зеркале твой сокращённый вид
и усечённый взгляд – так неуместны,
когда уже бессмысленны глаза…
и речь – лишь – похоронное посланье —
Создателю – куда-то в небеса,
где – тоже – остаётся без вниманья,
и без участия… Кто это говорит!?. —
туман с реки, с той стороны дороги,
что над деревьями, как облако висит,
чей вид – теперь – совсем без листьев – строгий.

4
Когда проходит головная боль
и страх проходит – остаётся память
о пережитом, что всегда с тобой…
хотя, порою кажется, что с нами.

ноябрь 18—19. 2017 год

Ноябрь, 20-е

1
Всё то, что я хотел бы видеть поутру —
в моём окне – пожизненно – до ветки —
бесстыдно-голой, в парке, не углу —
опять кончается, увы, балконной клеткой…
и чем-то проезжающим под ним —
толи машина в чёрной оболочке…
толи автобус, крашеный, как мим,
что в вымысле своём дошёл до точки
и стал самим собой – уже – в стекле,
то есть – замёрзшей веткой или тенью,
что так бесстыдно тянется ко мне,
отодвигая странные виденья —
автобусов… Туман через стекло
вползает в комнату и ничего не видно…
балконная решётка – всё одно —
стоит на месте в позе пантомима,
не двигаясь, не убыстряя шаг,
чтобы не портить общую картину —
пейзаж и так – бесстыдно – слишком наг,
хотя трава – ещё наполовину
истёрлась только медленным дождём
и первым снегом, выпавшим досрочно…
но глаз – опять – о чём-то о своём
моргает в даль… и ставит многоточья.

2
Где же та птица, которая мне прокаркает
в восемь утра понедельника, что на работу —
больше не надо… а после на шляпу накакает,
как бы – на счастье, которого очень охота,
чтобы во вторник – не вспомнить и в среду – не вымолвить —
как это будет в четверг… или, может быть – в пятницу…
или в субботу, наверное, взбалмошно выглядеть…
Вот ведь – опять – воскресенье – пинает под задницу.

3
Девица, проходя, кивает мне —
здоровается, будто – издеваясь…
всем видом говоря, что на войне —
убитые – не так преображались,
как я в свои неполных шестьдесят…
О, знала бы девица в чём тут смысл —
когда глаза восторженно глядят,
а яйца до земли, увы, повисли
и возбуждают только перегной
из прошлогодних листьев и суглинка…
глаза же видит то, что предо мной,
а жизнь идёт под каблуком ботинка.

4
…чтобы мне было утром кому позвонить —
вот и вся радость… Дожить до скончания света,
чтобы слова говорящего – вслух – повторить,
не дожидаясь в конце – ни кивки, ни ответа…
только бы слышать кого-нибудь – с той стороны,
где отпускают грехи и не требуют плату,
где все – Прости – как одно – сочтены. Сочтены!
Все до копеечки, как алименты в зарплату.

5
Каблук ударился об пол и было звонко…
полоска – свет от фонаря, как тень ребёнка,
которого и ты, и я всегда хотели —
тогда в начале января… в конце недели.

ноябрь 20. 2017 год

Сосед

О, старые морщинистые руки,
таскавшие песок и грязь на стройку
большого дома… может быть от скуки,
а, может быть, чтобы забыть про койку
в пустой квартире… и не спиться раньше —
положенного срока… не забыться —
от осознания, что – больше – нету – дальше…
и вечером в тоске своей напиться…
потом уткнуться в грязную подушку,
вдыхая собственный свой запах перегара,
а утром мыть издёрганную душу…
и есть яичницу со сковородки старой.

ноябрь 21. 2017 год

«В окне всё то, о чём – не пожалеть …»

В окне всё то, о чём – не пожалеть —
уже потом… то есть – картина мира:
собака, дерево, фонарь горит на треть —
от мощности, дорожка до квартиры,
в которой я и, чёрт возьми, окно,
в которое гляжу – не отрываясь…
немного неба, но оно – одно,
размноженное тем, что все скрывают,
то есть – любовью. Ветрено и дождь —
картина мира – в сточную канаву
сливается – стекает – не поймешь —
что выдумка, а что её – по праву
наследницы. Холодная вода
перетекает, как меридианы —
из карты в карту, чтобы иногда
быть в курсе – где покинутые страны…
деревни, поселенья, города —
из бывших жён, куда – лишь – только – мыслью,
не возвращаясь больше никогда,
ну, разве, в той, другой – возможной жизни.

ноябрь 21. 2017 год

«…и подпись сокращается до «А» …»

…и подпись сокращается до «А» —
из пункта «Д»… В процессе сокращенья
объект состарился – до пыльного угла,
в котором вариант преображенья —
не так хорош – не как могло бы быть…
Хромой стрик идёт из магазина
с одним вопросом – Жить или не жить!.. —
в пейзаже запах жареной резины,
гнилой травы, дешёвых сигарет —
в войну такие шли по разнарядке,
как говорили – с родины привет…
и подпись в разлинованной тетрадке —
за получение. Объект из пункта «А»
спешит добраться до своей квартиры,
чтоб букву «Д» увидеть из окна…
и сохранить – чуть-чуть ориентиры.

ноябрь 22. 2017 год

«…и потолки такие, что небо – ближе…»

…и потолки такие, что небо – ближе,
даже туман вползает чуть ниже крыши
и растекается – будто бы – был обижен…
тем что его сослали на землю – свыше…
дальше обычного, к чужому, увы, порогу,
откуда – уже – автобусом – по расписанью…
далее поездом, где проводница за ради Бога —
напоит чаем и выслушает признанья
беглого пасынка облака – в грязном тамбуре…
Знал бы отца сидел бы послушно дома…
не гулял бы по миру вместе с цыганским табором,
а где-нибудь рядом в парке, где всё знакомо.

ноябрь 23. 2017 год

«Чем пахнет утро понедельника?..»

Чем пахнет утро понедельника?
Горячей булочкой… и чаем.
Возможностью быть собеседником
того, с кем встретился случайно…
и разделил с ним воскресение…
ещё ноябрьским туманом,
травой неубранной – последнею
и дворника – хмельным обманом,
что уберёт до потемнения
и будет пахнуть лишь морозом —
слова его – для утешения —
не более – так – не серьёзно,
поскольку – понедельник, утро —
не до травы, не до работы…
Кукушка – не года – минуты —
отсчитывает для кого-то,
кто выжил утром понедельника,
договорившись о прощении —
под чай на кухне – с собеседником,
что встретил прошлым воскресением.

ноябрь 24. 2017 год

«Я привык засыпать под шипение телевизора…»

Я привык засыпать под шипение телевизора
или под трещание репродуктора…
под верещание соседа капризного,
почти, как женщины – в форме кондуктора —
контролёра на станции – так!.. – озвученное одиночество…
то есть, койка в комнате, заставленной книгами,
не вникая в прочитанные пророчества —
всего – телевизор – с переводными фильмами…
Просто привычка… потрескивание поленьев —
почти снотворное, выписанное в поликлинике,
сваренное из листьев редких деревьев,
но однажды выпитое пьяными собутыльниками —
до последней капли… Спасаешься телевизором —
новостями из прошлого, чужим – слишком громким голосом,
то есть, снотворное, сделанное провизором —
было для школьного возраста – не для взрослого…
и засыпаешь, как будто не будет завтрака…
крепкого кофе и выкуренной сигареты —
на пустой желудок… и дикторша – вдруг – заплакала,
что не стало певца, а это – плохая примета.

ноябрь 25. 2017 год

Попытка романса

В посёлок письма часто не доходят…
известия – порой – «цыганской почтой» —
с оказией… какой-нибудь другою
возможностью, но с длительной отсрочкой,
когда уже – ни словом и ни делом…
ни шпагой, ни пером, ни опахалом —
не выправить чернила… Не успела
поцеловать посланника в забрало —
так забрало известие – что едет…
остановился только на побывку —
в другой – по трассе – маленькой деревне,
но высылает с вестником открытку…
В посёлок – почта – не приходит – часто —
ходи на почту – вплоть до воскресенья…
а где ещё с соседями встречаться…
Плюс-минус – сплетни… или впечатленья.

ноябрь 25. 2017 год

Снег

1
Автомобиль – под окнами – только к соседям…
Сумки с припасами, объятия, поцелуи.
К старику на балконе – больше никто не едет —
разве что потрёпанные гули-гули…
и ещё ворона на фонаре напротив —
молча кивает, как будто бы понимает…
Автомобиль моргает на повороте
и уезжает.

2
Опять сугробы на балконе
и в комнате светлей.
Никто нас больше не догонит —
беги быстрей —
чернильная строка на склоне
осенних дней…
Трава под снегом – не утонет…
и жизнь длинней.

3
Ты просто возвращайся когда-нибудь,.
когда все камни на берегу сотрутся,
состарятся… или вода по грудь —
станет холодной… и дальше – не окунуться,
не стать причастием, вымыслом между строк…
Возвращайся – просто – без объяснений
своего отсутствия… не выученный урок
лишь добавляет – не слёз – но ещё волнений.

4
Обращается в прах всё, сказанное на кануне…
даже – бумага – не терпит вымысел и издёвку,
как из-под снега – траву… или гули-гули —
не на балконе – рядом, где спать так жёстко
и не удобно… Временное просветленье,
чтобы на белом – чёрное, как сквозь пальцы…
Вот тебе, милый, варежки – до потепленья,
а вот и подштанники, чтоб не замёрзли яйца…
вот тебе шапочка, чтобы не дуло в уши,
чтобы вода, нахлынувшая – не беспокоила —
при потеплении, когда вдруг всплывают души —
с осени мёртвых листьев – единовременно,
то есть – все сразу – снегом теперь прикрытые —
от посторонних, от лишнего к ним внимания…
чтобы осталось, хоть что-нибудь, не забытое —
между снежинок спрятанное воспоминание.

5
Похолодало. Стали заметней на белом следы.
Стала темней, продолжительней длительность суток…
всё остальное – как будто напиться воды…
или другого – не повредившись рассудком —
по поводу, или в связи – с наступленьем зимы…
Ветки ссыпаются – чёрным – на белую простынь…
– Просто следы, говорю тебе… просто – следы!
Это зима отменила красивую осень.

6
Вторую неделю снег и многоточия
соседской собаки – на выходе – у подъезда —
как будто бы память до потепленья отсрочена…
и длинные капли перебивают железо —
глупыми шутками… Ветрено и бессмысленно…
Снег – сединой – опять прикрывает голову —
только теперь – вневременно и пожизненно…
и капли стекают с крыши в другую сторону.

ноябрь 26—28. 2017 год

«В начале зимы у меня появился брат …»

В начале зимы у меня появился брат —
лет… сорок назад… Хоккей. Ледниковый период.
Предчувствие Нового года, подарков, наград…
какая-то радость была, а теперь – только вывод…
Произошедшее… Голубоглазый герой —
нового отчима – плод нерастраченной страсти…
плюс – плодородный – тамбовской земли перегной…
и в результате – красивый ребёнок – как – Здрасьте…
то есть – вполне обеспеченный радостью быт…
ни тебе – больше – потерь, ни какой-нибудь брани…
с точностью знанья, что больше не будешь забыт
и не отправят тебя – через строй – на закланье…
только лишь – пасынка – выблядка волжских степей,
что у собаки – в кормушке – на завтрак – похлёбку
ищет себе… и надеется – будет теплей…
или, по крайней мере, не слишком жёстко —
этой зимой, когда появился брат…
и в морозном небе ворона – кар-кар – три раза —
оповещение, повторенное стократ —
для понимания – только потом – не сразу.

ноябрь 29. 2017 год

«До последнего слова… или до первой правды …»

До последнего слова… или до первой правды —
всё написанное – в уши тебе и в память,
чтобы запомнить название той державы,
из которой – побегом – с землицей – в карман – руками
у полустанка, чтобы – на цвет, на запах
определять – откуда ты, всё-таки, родом,
если тоска – в полуночи – вдруг – внезапно…
и не сбежать, расплакавшись – огородом…
Всё – до последней капли, до помутнения —
детской слезы… ребёнок от боли плачет…
Вот тебе Юрьев день… и его прощение —
только с другими родственниками – незадача,
не понимание сути происходящего…
как это – с точки зрения – всепрощения —
всё – до последнего – через порог уходящего…
за полночь – поздно, с субботы на воскресение.

ноябрь 29. 2017 год

Голос

1
Чайки в морозном небе, как потерпевшие…
как пострадавшие… Погода летит на север…
и облака – снизу – чёрные, как подгоревшие,
видимо, чтобы – я им сегодня поверил —
в их откровения… Чайки в холодном воздухе
над переблёском реки у песчаного берега,
где малыши вперемежку с печальными взрослыми
от непогоды страдают и бьются в истерике…
в непонимании – как это всё обозначено —
сверху и снизу – пунктиром – небесной отметиной…
будто в учебнике – неразрешимой задачею…
вспомнишь ответ – и увидишь – как всё это светится.

2
Голос – в связках – путается, спотыкается,
как на дороге утром хромая лошадь,
будто не помнит – как место то называется —
откуда приехала… и что там было хорошего…
Буквы слипаются в одно – сплошное – мычание,
перебиваясь длинными многоточиями,
не избегая, впрочем – уже – молчания,
так как в субботу – и память – уже просрочена…
Переиначена… В воздухе – снова – ладаном —
это погода?.. или опят – происшествие…
Пальцы хватают за горло и, видимо, надо бы —
выпустить голос – сквозь тонкое в связках отверстие.

3
Вода, озвученная голосом…
словами, вымытыми – набело —
песчинки, что вдоль речки – волоком —
волной и ветром – без названия…
Пересыпания – в учебнике —
размытых фраз в определениях…
вода и голос – в откровениях
переплетаются – последними —
возможными – с рекой замёрзшею —
не родственными, но другими связями…
и вытекают в лужу мёртвую —
письмом, отправленным с оказией.

ноябрь 30-декабрь 2. 2017 год

Новое происходящее

1
Черты лица искажены… изъедены —
морщинами – не помогает зеркало —
в происходящем… скомканные временем,
что – сжатое!.. – от попаданья меткого.
Стекло рябит, язвит изображение…
морщины – будто – брак слепой поверхности.
Черты лица – почти что без движения —
теряются в холодной неизвестности

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.