# Завтра на двоих

Дарья Сергеевна Кожевникова

Волей случая студентка Лера стала владелицей квартиры в старинном доме на окраине города. В нем всего четыре квартиры, соседей почти не видно, рядом лес… Но Лере не радостно, а тревожно. Как оказалось, не зря: непонятные личности начали вынуждать ее отказаться от роскошной жилплощади, а сосед посоветовал не бродить одной в окрестностях дома. Предосторожности не помогли: девушку похитили, чтобы заставить подписать нужные бумаги. На помощь Лере пришел Игорь, случайный знакомый, которого она когда-то спасла от смерти. Игорь – надежный и преданный, но он еще не знает, что невзгоды понравившейся ему девушки только начинаются…

© Кожевникова Д. С., 2018

© Оформление. ООО «Издательство «Э», 2018

* * *

Странное это было предложение! Лерка до сих пор не переставала удивляться, хотя уже и приняла его, и все было оформлено, и отступать некуда. И вроде как должна была радовать ее такая неслыханная удача, но… Не радовала! Никак не радовала. Скорее оставалось чувство растерянности. И какой-то непонятной тревоги тоже.

А все началось с того, что она, студентка третьего курса, устроилась подрабатывать в отдел социальной защиты. С первого взгляда работа казалась несложной: навещай стариков, выполняй их просьбы и поручения. А главное, ей, студентке, почти всегда можно было договориться со своими подопечными насчет времени посещений, и это давало ей гибкий график работы, так необходимый в учебном процессе. Но характеры у стариков были очень разные! Такие попадались вечно всем недовольные брюзги, что хоть плачь! К счастью, их таких было немного. Но Лерка с радостью обошлась бы вообще без них.

А вот Анна Макаровна оказалась совсем другой. Сдержанная, воспитанная, интеллигентная женщина, которая ни разу не позволила себе ни единого грубого слова. У нее Лерка не заводилась на весь остаток дня, а напротив, отдыхала душой. И нередко с удовольствием принимала приглашение посидеть за чашечкой чая, когда все необходимые дела уже были переделаны. Просто так, для компании. Анна Макаровна была умной и интересной собеседницей. И именно у нее в гостях Лерка познакомилась с ее подругой. Такой же интеллигентной пожилой женщиной. Только эта, Инна Васильевна, не нуждалась в помощи соцработников. Точнее, просто отвергала ее. Несмотря на свои годы, женщина по-прежнему ровно держала спину и полагалась только на себя.

Они встречались с Леркой у Анны Макаровны не раз. Инна Васильевна обращалась к Лерке только на «вы» и называла ее всегда только полным именем – Валерия.

У Лерки сразу возникло ощущение, что женщина к ней присматривается. И расспрашивала она ее всегда с каким-то особым интересом – о доме, о семье, о жизни. Лерке скрывать было нечего. Дом – однокомнатная квартира, в которой Лерка осталась одна после смерти долгие годы болевшей мамы. Семья – только мама, пока была жива. Ну, а жизнь… Студентка экономического факультета, все свое время посвящающая либо учебе, либо работе – на большее этого времени все равно не хватало. Почти… Исключения, естественно, были. И как-то, незаметно для себя, Лерка иногда начинала рассказывать Инне Васильевне и о своих студенческих забавах, и о дружбе с сокурсниками, и о всевозможных проделках. Женщина слушала ее все так же внимательно, и какая-то искорка зажигалась иногда в ее глазах, делая их намного моложе. А потом, как-то в конце августа, женщина вдруг пропала. Лерка поинтересовалась у Анны Макаровны, где Инна Васильевна. Оказалось, в больнице: сердце. И при первой же возможности Лерка кинулась ее навещать. Без всякой видимой причины, просто ей полюбилась эта не совсем обычная женщина. Вот там, в больнице, Инна Васильевна и сделала Лерке свое предложение:

– Знаете, Валерия, я долго присматривалась к вам. И решила, что вы будете моей достойной преемницей… Нет, не перебивайте меня, вы даже еще не представляете, о чем я поведу сейчас речь. Я живу совершенно одна, Валерия, у меня абсолютно никого нет на этом свете. Вы тоже живете одна. Но вы так очаровательно молоды! И у вас в отличие от меня впереди еще целая жизнь! Вот в связи с этим, Валерия, я и хочу предложить вам обменяться нашими квартирами. Ваша однушечка совершенно меня устроит, она для меня даже предпочтительнее: в ней старому человеку легче двигаться, обслуживая себя, легче проводить уборку. Я же предлагаю вам взамен свою квартиру, состоящую из трех комнат. Есть еще кладовая и гардеробная. Квартира находится в старинном доме. Когда-то это был барский особняк в два этажа, теперь из него сделали жилой дом на четыре квартиры, по две на каждом этаже. Моя – на первом, но в доме высокий цоколь, так что прохожих из окон вы никогда не увидите. Главный недостаток этого дома в том, что он находится на отшибе, пешком до автобусной остановки надо добираться почти километр, и других домов поблизости нет. Но он в очень красивом месте! На высоком берегу реки. По другую сторону от дома то, что когда-то было барским парком. Но этот лесок и сейчас не лишен своей красоты! Кроме того, в доме есть и газ, и горячая вода, и соответственно отопление – провели благодаря тому, что близко проходят обе магистрали. Я могу дать вам ключи, Валерия, чтобы вы съездили и посмотрели квартиру. Вы молоды и в отличие от меня даже не заметите, как пройдете этот километр до остановки. А если у вас будет семья – я надеюсь, вы будете счастливы в браке! – то у вас не окажется проблем с жизненным пространством.

– Инна Васильевна… – Лерка была как громом пораженная. – Это так неожиданно… и слишком щедро с вашей стороны.

– Про неожиданность я с вами не спорю, Валерия, поэтому и предлагаю подумать, оглядеться. А что касается щедрости, то для меня сейчас дороже всего мой собственный комфорт, и я вам уже объяснила, что мне сейчас куда удобнее будет малогабаритная квартирка. Мне уже не раз предлагали варианты обмена, но до этого я всем отказывала: не хочу, чтобы моя квартира, в которой я столько пережила, попала бы в случайные руки. А предлагаемая доплата мне не нужна, завещать мне ее некому, а в гроб с собой не положу. Вы же, Валерия, напомнили мне о моей молодости! Я уверена, что этот дом примет вас! В общем, вот вам ключи. Возьмите, не отпирайтесь! Я буду ждать вашего ответа, документы на квартиру у меня уже почти все собраны.

Не скрывая своего удивления и растерянности, Лерка взяла ключи и пообещала Инне Васильевне как можно скорее все осмотреть и сообщить о принятом решении.


Дом действительно оказался красивым! Высокий, с лепниной по фасаду, с высокими же окнами и широким парадным подъездом.

– Лерка, да ты еще и ломаешься?! – ахнула Тинка, то есть Валентина, Леркина сокурсница и подруга, которую та взяла с собой для компании. – Тебе, наоборот, надо быстрее хвататься за этот обмен, пока старая кошелка не пришла в себя и не передумала.

– Она не кошелка! – резко возразила Лерка. – Ты ее просто не видела. Это истинная леди, иначе не скажешь.

– Ну, прости, – пожала плечами Тинка. – И тем более хватайся за эту возможность! От хорошего человека и подарок незазорно принять. Ты знаешь, сколько эта квартира стоить должна?

– Мы еще не видели, что внутри, – остудила Лерка пыл подруги.

Они подошли к подъезду по однополосной асфальтированной дорожке, пронзающей насквозь старый парк, упомянутый Инной Васильевной. Одичавший парк не подходил вплотную к дому, отделяясь от него обширной лужайкой. С другой стороны, под высоким берегом, негромко шумела река.

– И вода под боком! – восхитилась Тинка. – Летом купаться можно, не отходя от дома!

– Да было бы где, – возразила Лерка. – У этой реки только русло глубокое, а сама она, говорят, измельчала давно.

Девушки не поленились, добежали до берега, заглянули вниз. Речка сверху казалась глубокой, но узенькой, в обрамлении широких песчаных отмелей. Чуть дальше девушки разглядели переброшенный через русло старинный каменный мост, до этого скрытый домом. А за ним, за лесополосой, судя по звукам, было какое-то оживленное шоссе. Но достаточно далеко для того, чтобы шум проезжающих машин причинял неудобства.

– Ну, пойдем уже, саму квартиру посмотрим, – вдоволь налюбовавшись пейзажем, позвала Тинка.

Квартира поразила их уже одной только входной дверью – высокой, массивной, толстой.

– Наверное, из дуба, – предположила Тинка. – Не всякая стальная крепче выглядит.

Лерка молча переступила порог. Потолки были еще выше двери, метра три с половиной точно. А может, и больше. Три комнаты и кухня, в которых одинокой женщине действительно можно было потеряться и себя не найти. Кладовка с гардеробной тоже оказались, по сути, комнатами, в которых даже окна были, хоть и не такие широкие, как в других помещениях. Но тоже защищенные красивыми коваными решетками, что, учитывая первый этаж и глухое место, было вполне разумно. В ванной тоже было окно, от потолка до середины стены. Эта комната поражала своим размахом, а сама ванна была явно старинная. Массивная, с толстыми стенками. Лерка затруднилась сказать, из чего именно она была сделана. Бронза? Из такого же металла были и батареи в комнатах – некрашеные, они тускло поблескивали золотистым цветом.

– Лерка, даже не думай! – снова горячо заговорила Тинка. – Если ты откажешься, будешь самой большой дурой на свете!

– У меня даже мебели на все эти комнаты не наберется, – Лерка растерянно остановилась в коридоре. – И штор на все окна нет. И даже на самый примитивный косметический ремонт я денег не наскребу…

– Ремонт здесь срочно и не просится. И вообще это все преходяще, скопишь потихонечку. А вот на такую квартиру ты точно никогда не наскребешь, за всю свою честную жизнь! Даже не раздумывай! Если мебели нет, так просто закрой пока лишние комнаты. Обживай для начала одну.

– А коммуналку-то платить за все.

– Ну, пусти кого-нибудь к себе на постой. И тебе веселее будет, и с коммуналкой полегче, – разумно предложила Тина.

– Тинка, у тебя на все ответ готов! – всплеснула руками Лера. – А ты сама-то пошла бы сюда жить?

– И не колебалась бы! А подожди, я еще поговорю с предками, может, отпустят? Да мы тут такую компанию сколотим, что ты еще радоваться будешь! Надо только подумать, кого позвать!

– Я еще даже не начинала обмен, а ты уже план по заселению разрабатываешь, – улыбнулась Лера.

– Так беги, беги ты быстрее к своей старой леди! – Тинка подтолкнула ее к порогу.


И вот, все документы были оформлены, обмен совершен, переезд состоялся. И Лерка оказалась в своей новой квартире, в первый день, по стечению обстоятельств, совершенно одна. И в растерянности ходила из комнаты в комнату, спрашивая себя, а сможет ли она вообще здесь сегодня уснуть? Теряющийся в вышине потолок создавал у Лерки впечатление, что она не у себя дома, а под открытым небом. Да еще и соседей не было слышно. Вообще! В ее прежней квартире до позднего вечера слышались через вентиляцию голоса, особенно на кухне, и звон посуды, и шум включенных телевизоров, и крики разыгравшихся детей. И со двора доносились всевозможные звуки. Это никогда не позволяло Лерке чувствовать себя в одиночестве. Здесь двор был пуст, и из-за стен не доносилось ни звука! Есть ли там вообще кто-нибудь? Безмолвным был этот дом! Как будто стоял в каком-то другом измерении… Лерка едва удержалась от того, чтобы выскочить в подъезд и начать колотить во все три остальные двери. Но постеснялась. Хотя даже официальный повод для визитов имелся: сегодня на подъездной двери отчего-то не работал замок. Можно было бы попытаться выяснить причину, а главное – заверить соседей в том, что не она со всеми своими сегодняшними перемещениями является причиной этой поломки. Однако, взглянув на часы, Лерка обнаружила, что для решения деловых вопросов уже поздновато. А еще подумала о том, что, возможно, в остальных квартирах живут старики. И не такие, как Инна Васильевна, а из тех, которые своими придирками не раз доводили ее до слез. Нет, уж лучше как-нибудь самой!

Включая и выключая свет, Лерка снова обошла все комнаты. Инна Васильевна не стала забирать с собой всю мебель, взяла только то, что могло поместиться в новой квартире и пригодиться там. Лерке в наследство остались массивные люстры, до которых без стремянки было ни за что не добраться. Остались комод, бельевой шкаф, большой обеденный стол в гостиной, три необъятных старинных дивана, по качеству – вот же делали раньше! – едва ли не лучше, чем магазинные. Еще два тяжелых кресла и портьеры на окнах. Плотные, практически не пропускающие свет. Лерка то сдвигала их, словно отгораживаясь от мира, то снова раздвигала в разные стороны, потому что ей казалось, что при закрытых окнах с ней остается кто-то внутри. «Этот дом примет вас!» – вспоминались слова Инны Васильевны. Да, старая леди знала, о чем говорила! Только принял ли? Или раздумывает, продолжая изучать? Лерка устала сегодня, с раннего утра была на ногах. Вначале – суматоха с переездом. Хорошо, что одногруппники помогли! Потом она помогла обосноваться на новом месте Инне Васильевне, прибралась у нее. Потом поехала сюда, и выгрузила свои вещи, казавшиеся в этих хоромах жалкой кучкой. Расставила свою мебель и тоже сделала уборку, драила все несколько часов. Но все равно мысль о сне не шла на ум, хотя время было уже позднее. Даже постель расстилать не хотелось, словно этот простой каждодневный ритуал был способен снять с Лерки какие-то незримые доспехи.

Позвонила Тинка, спросила жизнерадостно:

– Ну, как тебе на новом месте?

– Я с тебя шкуру спущу! – только и пообещала Лерка.

– Ты думаешь, я сама мечтала с предками к бабушке уехать? – жалобно спросила подруга. – Но я же не виновата, что все так совпало! Картошку им приспичило копать. Да пропади она пропадом, эта картошка! А тебе что, совсем тоскливо?

– В следующий раз тебя здесь одну запру, – пообещала Лерка, – на себе проверишь. Тут даже соседей не слышно. Живы ли они вообще?

– Так ты телик-то включать не пробовала?

– А это мысль! – одобрила предложение Лерка. – Думаешь, здесь примет хоть один канал?

– А ты антенну-то поищи. Наверняка ведь твоя старая леди жила не без телевизора.

– Тинка, я тебя люблю! – сменила Лерка гнев на милость, действительно найдя в средней комнате черный хвостик антенного кабеля.

– А то! Что бы ты без меня делала? Ну, бывай! Продержись эти выходные и понедельник, потом мы тебе скучать не дадим!

«Продержись»! Легко сказать! Лерка притащила телевизор, подключила его и устроилась на оставленном Инной Васильевной диване. Кожаный, с мягкой спинкой и подлокотниками. Такой удобный, как будто игрушечный медвежонок, вдруг обнявший ее толстыми лапами. Нет, все-таки этот дом принял ее! Или свое дело сделали усталость и умиротворяющее бормотание телевизора, потому что буквально через полчаса Лерка уже спала, как младенец.


Проспать до утра ей не дали. Разбудил ее дверной звонок. Незнакомый и оттого еще больше запутавший ее, и так ничего не соображающую спросонья. Девушка вскочила, пытаясь сообразить, где она, сфокусировала разъезжающиеся глаза на часах. Четыре часа! Кого могло принести в такое время? Соседям телевизор помешал? Да вряд ли они его вообще слышали. А звонок прозвенел снова. Лерка встала, накинула халат и осторожно подошла к двери. Опасаться, что ее выломают, не приходилось. Но кто-то за ней стоял, беспрепятственно проникнув в подъезд с его неработающим сегодня замком! Лерка видела смутную тень через дверной глазок. Потом ей вдруг пришла мысль, что это загулявшие братья-студенты решили завернуть к ней на новоселье. И не столько из гостеприимства, сколько из большого желания надавать всем по шее за неурочный визит она открыла дверь. И тут же попыталась захлопнуть ее обратно. Но снаружи ее уже чем-то подперли – похоже, ногой.

– Пожалуйста, помогите, – попросил мужской голос.

– Вы кто? – Лерка придерживала дверь, не торопясь открывать во всю ширь. Этого человека она не знала. Хотя тут и лучшего друга можно было бы испугаться, заявись он в таком виде: не лицо, а кровавая маска! Не во всяком кошмаре такое приснится!

– Я не сделаю вам ничего плохого. Мне нужна помощь. Я попал в аварию, на шоссе, за мостом.

Лерка все еще колебалась. Даже самые отъявленные бандиты, чтобы попасть в дом, вряд ли начали бы с угроз. Они бы тоже сказали: «Я не сделаю вам…» Но парень был действительно в плачевном состоянии, и на дверь он не напирал, а просто прижал ее, чтобы не закрыли перед носом. И стоял, тяжело опираясь на наружную стену, ждал, что скажет хозяйка. Ну что она могла при этом сказать?

– Ладно, входи! – сказала Лера и посторонилась.

Он скорее ввалился, едва не запнувшись о коврик у порога, и опустился на корточки, прямо на пол, сразу у входной двери.

– Что, так плохо? – спросила Лерка. – Нет, давай-ка соберись еще на пару шагов. До дивана. Давай руку.

– Подожди минутку… я сам… – мужчина поднялся вдоль стены, неровной походкой прошел в ближайшую, самую маленькую комнату и тяжело опустился на стоящий там кожаный диван, под стать тому, который был в Леркиной комнате. Откинулся на спинку, закрыв глаза.

– Ну, и что мне с тобой делать? – спросила Лерка.

– Мне бы отлежаться немного. Просто прийти в себя.

– А ты уверен, что этого хватит? Выглядишь-то ты, честно говоря, не очень. Может, «Скорую» тебе вызвать?

– Нет, только не это.

– Это еще почему?

– Слушай, давай я тебе утром все расскажу? А сейчас голова просто раскалывается.

– Так, погоди, – Лерка принялась рыться в поисках своей аптечки, в которой было много непросроченных лекарств еще после мамы. Выудила нужное: – Вот тебе от головы. Сейчас воды принесу.

Он послушно выпил. А потом, ничего не говоря, скинул с себя ботинки и с болезненной гримасой лег на диван, свернулся на нем калачиком. Лерка пожертвовала ему подушку, сильно подозревая, что потом ее придется выбросить, выпачканную в крови. Одеяло тоже нашла.

– Спасибо, – прошептал незваный гость чуть слышно.

– Ну давай спи, – кивнула ему Лерка. Постояла над ним, спрашивая себя: самой-то что теперь делать? Спать хотелось так, что хоть голову руками поддерживай, чтобы вниз не свешивалась. А этот доходяга никаких опасений ей не внушал. И Лерка решила, что большой беды не случится, если она тоже уляжется сейчас на свой диван, в своей комнате, и продолжит прерванный сон.

Надо было быть либо слишком легкомысленной, либо слишком уставшей, чтобы так крепко уснуть! Проснулась Лерка уже в одиннадцатом часу, от звука льющейся воды – в этой полупустой квартире с ее высокими потолками только соседей не было слышно, а все «внутренние» звуки отдавались эхом. Надев халат, она вышла из своей комнаты и в коридоре встретилась со своим ночным гостем. Пошатываясь, он шел из туалета, назад к дивану.

– Доброе утро! – приветствовала его Лерка.

– Доброе, – ответил он, хотя для него, судя по всему, утро было не очень. – У тебя еще такой таблеточки не найдется? Такой, как ты мне ночью давала?

– Найдется. Иди, сейчас принесу, – она принесла ему и таблетку, и стакан со свежей водой. Спросила: – Есть хочешь?

– Нет пока, мутит.

– Похоже, у тебя сотрясение.

– Может быть, – мужчина принял таблетку и снова попытался лечь.

– Ты бы одежду снял, – предложила она. – Я бы ее хоть простирнула. Целее она от этого уже не станет, но выглядеть все-таки будет получше.

– Я бы и помылся, если можно. Но попозже. Не сейчас.

– Ну, тогда хоть найди в себе силы раздеться. Я могу помочь. А то ведь от крови все заскорузло. Как ты в этом лежишь?

Мужчина послушно принялся расстегивать рубаху. Лерка ускорила процесс, осторожно помогла ему снять ее через голову. Потом стащила с него брюки. Остался он в одних трусах-боксерах, на которых спереди была изображена эдакая яркая, горящая фаллическая свечка, истекающая воском.

– Задорненько, – оценила Лерка.

Незнакомец взъерошил волосы рукой, выдавая свое смущение. Поморщился – видимо, зацепил на голове какую-то болезненную точку. Потом спросил:

– А у тебя какого-нибудь халата пока не найдется? Желательно не с рюшечками.

– Поищу. У меня вещи еще толком не разобраны, я ведь только вчера сюда переехала. А ты вот как здесь оказался, хотелось бы знать?

– Попал в аварию на шоссе, – повторил он вчерашние слова. – Потом по мосту перебрался на этот берег. И увидел твой дом, он здесь единственный на всю округу.

– Я в курсе.

– А что тогда спрашиваешь?

– Хотелось бы понять, что за авария? Почему ты покинул место ДТП? И наконец, почему не надо было «скорую» вызывать?

– О, это отдельная песня, – мужчина поморщился, и вроде как не от боли. – Поганая история. Но ты не бойся, тебе мое появление здесь ничем не грозит.

– Ладно, поспи еще, потом все расскажешь, – кивнула Лера, оценив его бледный вид. Достала из сумки с вещами длинную футболку. – Вот, надень пока это. А халат потом получишь, после ванны.

Мужчина не стал спорить, оделся и снова лег. Проспал долго. Лерка успела и отстирать его вещи – благо, была не особо брезгливой, – слив при этом две ванны кроваво-красной воды. А еще снова прибраться. И разложить по новым местам часть своих вещей. И даже обед приготовить. Правда, в нынешних походных условиях это были всего лишь макароны с тушенкой, но она настрогала к ним салатик, и потому все вместе выглядело весьма аппетитно. Раздумывая, то ли приняться за все это самой, то ли дождаться к обеду незваного «доходягу», Лерка заглянула к нему в комнату. Он проснулся от скрипа открываемой двери, весь подобрался спросонок.

– Это я, – сообщила ему Лера.

Он заметно расслабился, окончательно проснувшись.

– Из какой же ты все-таки выбрался заварухи? – поинтересовалась Лерка, наблюдая за своим гостем. Потом сообщила: – Времени почти три часа дня. Обедать будешь? Или я без тебя сажусь.

– Я бы помылся вначале, – он поднялся, одернул футболку, закрывая свои пикантненькие трусы. – Если не очень голодная, подожди меня, пожалуйста.

– Ну, валяй, – кивнула Лера. – Сейчас откопаю тебе полотенце. Мочалка новая тоже есть. И даже одноразовый бритвенный станок могу презентовать. Правда, дамский.

– Нет, станка не надо, – мужчина осторожно коснулся своего разбитого лица. – Вряд ли у меня с ним что-то сегодня получится.

Снабдив своего гостя всем обещанным, включая байковый халат без рюшечек, Лерка принялась ждать его из ванной. Ждать пришлось довольно долго, почти час. Она даже забеспокоилась, постучалась в дверь:

– Эй, ты там живой?

– Живой, – донеслось в ответ. – Отмокаю.

И действительно, этому залитому кровью герою было что отмачивать. Весь масштаб Лерка оценила тогда, когда он наконец-то вышел. Она уже как-то пригляделась к нему, в его кровяных корках, а теперь он выглядел совершенно иначе. И только теперь она смогла его толком рассмотреть. Он был старше ее лет на пять-семь. Среднего роста, спортивного сложения. Коротко стриженный, темный шатен. Широкие брови, одна из которых рассечена и опухла. Высокий лоб, тоже с глубокой раной, все еще продолжающей мокнуть, хотя уже и не кровью. Глаза темно-серые, небольшие. Один, разумеется, почти целиком заплыл. Но взгляд оставшегося глаза Лерке понравился – умный, внимательный. О губах было трудно судить, все по той же причине их состояния. Костяшки на обеих руках сбиты в кровь, и, надо сказать, совсем не по-аварийному. Ребрам, судя по тому, как он осторожно запахивал халат, тоже изрядно досталось. В драке? Нападении? Разборке?..

– Садись, – Лерка подвинула ему стул. – Поесть сможешь? Надо, а то таблетки на пустой желудок не слишком полезны.

Мужчина осторожно поднес ложку ко рту. Было ясно, что есть ему не только не слишком хочется, но еще и больно. Но он тоже понимал, что надо. Лерка, уже не дожидаясь просьбы, подала ему очередную таблеточку.

– Спасибо, – приняв таблетку и не торопясь снова приниматься за еду, он сосредоточил свое внимание на Лерке. – Как хоть зовут тебя, добрый человек?

– Валерия, – ответила Лерка. – Ну, можно Лерка. Никаких «-унчиков» и «-очечек»!

– Запомню. А я Игорь. Ты одна здесь живешь?

– Здесь я начала жить только вчера после обеда. И… да, до того, как ты нарисовался, была одна.

– Я к тому спрашиваю, что ты сама себя приговорила пока к моей компании, выстирав мои вещи. Значит, ни с кем не придется объясняться по поводу моего появления здесь?

– Раньше вторника не придется.

– Ну, так долго я тебе надоедать не стану. Прости, что вообще вторгся. Но без твоей помощи мне и правда было не обойтись. Ночи теперь очень холодные, трава сырая, так что, упади я на улице, я бы вообще, наверное, загнулся к утру.

Лерка лишь кивнула в ответ, соглашаясь. Недавно она с девчонками загулялась почти до рассвета, и все они при этом едва не околели от холода, находясь в добром здравии. А он еще и избит на славу, подумала она, продолжая рассматривать его.

– Вчера, поздно вечером, я возвращался по шоссе домой на своей машине, – отвечая на немой вопрос Лерки, начал Игорь. – Остановился заправиться. Потом чуть отъехал от колонок и снова притормозил, на парковке возле заправки, покурить. Устал за день, хотелось немножко передохнуть, учитывая предстоящие в городе пробки. Недалеко от моей машины мужик стоял, сытый такой амбал. Я на него сперва и внимания не обратил. А потом к нему вдруг подлетает девчушка, ну максимум лет пятнадцати. И, рыдая, выдает:

– Я больше не могу! Не могу!

А он хватает ее за волосы, запрокидывает ей голову и шипит в лицо:

– Ты что, вообще страх потеряла? Иди, деньги отрабатывай!

Тут и второй отморозок подоспел, тот, от которого она к этому убежала. Схватил ее и потащил к какой-то сараюшке на краю заправки. Она упирается, а он ее тащит.

Лерка вся подобралась, слушая его, и невольно сжала кулаки.

– Тебе вот даже слышать об этом тошно, а я все это видел своими глазами, – заметил ее реакцию Игорь. – Вскипел, как чайник! Подскочил, вначале тому, что девчушку волок, в морду дал, тот так и шмякнулся об асфальт затылком, только зазвенело. Я ко второму развернулся, к сутенеру этому, тоже ему врезать успел. А потом еще один тип выбежал, видимо, охрана. Тут-то они, сутенер с охранником, за меня и взялись! Я вроде в драках не новичок, но и они свое дело знают. Ни рук, ни ног своих не жалели, об меня их обмолачивая. Я, чувствуя, что дело дрянь, каким-то чудом сумел вырваться. Запрыгнул в машину, двери успел заблокировать. Хорошо, завелся сразу, двигатель еще не успел остыть. Пока выруливал, они мне окна успели разбить. Пытались через них до меня дотянуться, но я на трассу вывернул, дал по газам, и им пришлось отцепиться. Да только ребята попались настойчивые! Я толком отъехать не успел, как увидел их сзади, уже в машине. Рванул от них, они за мной. Двинули меня пару раз сзади бампером, потом я от них чуть оторвался. Потом они меня снова нагнали. Так мы и играли в салочки на трассе. Никак мне от них было не оторваться надолго: в разбитые окна ветер задувает, да еще и кровь заливает лицо. Долетели мы так до поворота. А там еще насыпь и мост над чем-то вроде оврага, но высокий. Тут-то они меня и пихнули с разгона в бок! Наверное, специально ждали, когда к этому месту подъедем! Я с дороги слетел, через обочину. Ограждение сбил – и вниз. Спасли меня только те молодые деревца, что росли внизу: они вначале на себя мою машину поймали, смягчили удар, а потом я уже и приземлился, на крышу. Очухался немного. Похвалил мужиков за то, что окна мне перебили, кое-как выбрался. Отполз как мог подальше. Затаился и все ждал, что они вниз за мной спустятся. Но то ли поленились, то ли решили, что шансов у меня и так никаких. А я потом отлежался немного в кустах, выбрался из того оврага и пошел. С трассы сразу свернул, мало ли, мог еще с ними там повстречаться. Набрел на ту дорожку, что вела к вашему каменному мосту через реку. Ну, и так, то спотыкаясь, то падая, и доковылял до тебя. Спасибо тебе, что приютила!

– Какое «спасибо»! – с чувством воскликнула Лерка. – Ты прости, что я тебя так неприветливо встретила! Если бы я знала!

– Неприветливо? Что ж тебе, с цветами надо было стоять у порога? Другая на твоем месте вообще могла бы дверь не открыть. И правильно бы сделала, честно говоря. Добрые дела в нашем мире наказуемы, это давно доказанная истина.

– Нет, неправда, так не должно быть!

– Но чаще всего бывает именно так. Впрочем, если разобраться, что я сделал-то? Влез в заведомо проигрышную драку, огреб по первое число, вдребезги разбил машину. А чего ради? На одно только надеюсь: что когда эти две твари за мной рванули, а третья все еще на асфальте валялась, девчушка догадалась и сумела сбежать. А если все-таки нет?

– Надо в полицию сообщить!

– Не смеши! То, с какой наглостью эти отморозки себя вели, говорит о том, что с законом у них полный порядок. В том плане, что все нужные люди куплены.

– Ты поэтому и в «скорую» не захотел обращаться?

– Догадалась, – кивнул Игорь. – Да если бы этим браткам захотелось меня все-таки найти, они первым делом обратились бы туда. Там ведь регистрируют все обращения. ФИО, адрес и прочие подробности… Черт! – воскликнул он вдруг.

– Что?! – всполошилась Лерка.

– Куртка у меня осталась в машине. А в ней – портмоне и все документы!

– Вот блин! – выдохнула Лерка. – И что теперь делать?

Игорь осторожно, боясь задеть рассеченное место, потер рукой лоб. Помолчал, обдумывая ситуацию. Потом сказал со вздохом:

– Надо вернуться туда. Если машину еще не нашли и если те отморозки так и не собрались спуститься вниз, то шансы у меня еще есть.

– А если нашли? Или если те спустились?

– Ну, по крайней мере, я это увижу. И уже буду знать, чего мне следует ждать.

– Я с тобой! – тут же вызвалась Лерка.

– Не хотелось бы мне тебя в это втравливать, – с сомнением произнес Игорь.

– Раз уж вчера объявился, то ничего другого не остается. Я все равно здесь вся изведусь, пока ты там будешь бродить.

– Ну, я сразу-то на шоссе не полезу, огляжусь вначале. Хотя сомневаюсь, чтобы у разбитой машины выставили почетный караул. А что касается самого пути, то если я уж вчера проделал его, то сегодня сумею это как-нибудь повторить.

– Туда и обратно, – напомнила Лерка.

– Туда и обратно, – вздохнул Игорь. И вдруг спохватился: – А в чем? Может, попробовать утюгом мои вещи высушить?

– Ну, халатик я тебе уже дала поносить, – усмехнулась Лерка. – Так и быть, спортивный костюм тоже выделю. Правда, боюсь, он тебе и тесноват будет, и коротковат. Но местность здесь пустынная, дело уже к вечеру, так что, надеюсь, слишком слабонервные нам на пути не встретятся.

От костюма взяли только брюки, которые пришлось распустить в талии до предела. Куртка оказалась слишком тесна Игорю в плечах, так что Лерка выделила ему свой серенький ангорский свитер, явно не мужского фасона, но зато он растягивался и не стеснял движений, и если не присматриваться, то издали сойдет. Игорь только тяжко вздохнул, оглядывая себя.

– Не привередничай, – сказала Лерка. – Не до того сейчас.

– Я не привередничаю, я печалюсь, потому что терпеть не могу одеваться как пугало, – проворчал он, выходя из квартиры.

До пресловутого автодорожного моста через овраг они добирались часа два. По узенькой, но тем не менее не заброшенной дорожке. Когда-то по ней в сторону особняка наверняка ездили роскошные экипажи, запряженные лошадьми, а теперь едва ли раз в неделю проезжала какая-нибудь машина. В одиночку Лерка проделала бы этот путь гораздо быстрее, но Игорю он давался нелегко. Дважды им приходилось присаживаться у обочины, передохнуть. Впрочем, особо торопиться все равно было некуда.

– Ну, со мной тебе, по крайней мере, веселее, – на очередном привале утешила она сама себя, понимая, что больше все равно ничем не сможет помочь Игорю.

Он посмотрел на нее, улыбнулся. Снова тяжело поднялся и пошел вперед. Лерка – рядом.

Когда они вышли к шоссе, солнце уже закатилось. Но осеннее небо в этих широтах долго оставалось светлым, сияя после заката нежной позолотой. В этом роскошном золотом сиянии неба Лерка, настоявшая на том, чтобы выбежать на разведку, и увидела, заглянув под насыпь, изломанные деревья. И машину, лежащую на самом дне оврага вверх колесами.

– Иди, тут никого, – махнула она Игорю.

Дождавшись затишья на шоссе, он торопливо проковылял через дорогу, а потом они вместе спустились с обочины чуть вниз, чтобы их было незаметно из пролетающих мимо машин.

– Понятно, почему машину до сих пор не нашли, – сказал Игорь, присаживаясь на насыпь. – С шоссе ее не видно, а сбитое мною ограждение эти умельцы кое-как подправили, я заметил. Так что, останься я здесь, лежать бы мне неделю, не меньше. За это время не то, что все следы посмывало бы, а и труп-то мой опознать было бы уже непросто. Разве что по документам.

– Стали ли они спускаться за твоими документами? Или все-таки не захотели лишний раз следить возле трупа? – Лерка поежилась, рассматривая останки машины. – А в том, что в ней ничего другого, кроме трупов, оставаться не должно, я бы даже не сомневалась. Если бы ты со мной рядом сейчас не сидел. Вон, все вокруг кровью залито!

– Это не кровь, это тормозная жидкость такая была у меня залита в систему. Только что, перед выездом, поменял! Прошел, блин, техобслуживание, – Игорь поднялся и начал спускаться вниз, к машине. Лерка снова пошла с ним рядом, по мере сил пытаясь поддержать его под руку. Выписав несколько зигзагов, они таки достигли своей цели, оказавшись возле искореженной машины.

– Н-да, – Игорь посмотрел на нее, потрогал. – Ну что ж, хоть куртку заберу, если она все еще там.

– И Бога поблагодарить не забудь, что сам жив остался, – подсказала Лерка, пока он шарил рукой в сплющенном салоне.

– Да, я думаю, стоит, – ответил он, наконец-то нащупав и извлекая куртку. Сунул руку во внутренний карман: – Похоже, все на месте, кроме телефона. Он у меня был в держателе, на торпеде. Может, и его поискать? Авось уцелел? Так, а еще в бардачке были документы на машину. На, подержи, – он сунул Лере куртку и снова присел возле покореженного авто. Согнулся и опять принялся обшаривать рукой доступную часть салона.

Лерка стояла над ним, обеими рукам прижимая к себе его куртку. Ей было очень тревожно в этом месте, где едва не погиб человек. Где его пытались убить. А тут еще и небо гасло, свечение вместо золотого становилось белым, опускалось от зенита к западной части горизонта и уступало место надвигающейся с востока густой ночной синеве.

Игорь наконец-то отыскал телефон. Разбитый. Вытащил из него симку и стал рыться дальше, пытаясь отыскать бумаги на машину. В овраге залегли тени, и изломанные деревца, спасшие Игорю жизнь, стали сливаться в одну сплошную темную массу. От этой надвигающейся тьмы Лерке стало и вовсе не по себе. Наверное, именно поэтому она и услышала тихий шелест гравия сверху, когда какая-то машина съехала на обочину.

– Игорь! – метнувшись к нему, прошептала Лера. – Там, наверху, кто-то остановился!

– Потерпи немножечко, – тоже шепотом ответил Игорь, – я сейчас. Почти нащупал.

– Нет! Потом вытащишь. Мне страшно. Не надо, чтобы нас здесь видели. Бежим пока в кусты! Быстрее!!! – скомандовала Лера, услышав, как наверху хлопнули по очереди дверцы и послышались голоса выходивших из них.

Игорь не стал спорить. Быстро, как мог, он вместе с Леркой отбежал к кустам на склоне оврага, а потом – дальше, под еще более густые заросли, стараясь при этом не шуметь. Впрочем, их предосторожность была напрасной: люди наверху не прислушивались и сами говорили в полный голос.

– Идиоты! – ругался кто-то. – Радуйтесь, что машину еще гаишники не нашли!

«Идиоты» начали оправдываться в ответ, в два голоса. А вот Игорь с Леркой, услышав такое вступление, рапластались по земле. Игорь осторожно подтянул к себе пару еще не потерявших листву, обломанных при аварии веток, стараясь прикрыть их с Леркой понадежнее. А приехавшие тем временем спускались вниз по насыпи. Лера с тревогой прислушивалась к их шагам. И к разговору тоже.

– Да надо быть полным дебилом, чтобы не подумать про видеорегистратор! – бушевал все тот же голос. Игорь рядом с Леркой вздрогнул, досадливо вздохнул. Он тоже, поняла она, вспомнил про регистратор только сейчас. – Нашли бы гаишники машину с трупешником, врубили бы аппаратуру и любовались бы на ваши рожи у заправки! И что там еще успело запечатлеться?! Одно то, что вы начали свои разборки с девкой, не убедившись, что стоящая рядом машина пуста…

– Да она сама истерику закатила! Вырвалась от клиента!

– И все равно можно было все это дело по-другому повернуть! Без таких последствий!

– Да может, и нет там еще никакого регистратора, – неуверенно отгавкнулся другой голос.

– Ручаешься?! – спросил прежний. Судя по затихшим шагам, остановившись. – Я не стану рисковать ради парочки идиотов! А если на вас выйдут, вы за собой кого еще потянете? И ты думаешь, я бы вам это позволил?!

На минуту в овраге воцарилась зловещая тишина. Видимо, парочка осознала, что, не вспомни они про регистратор, в живых бы их не оставили.

– Ладно, шеф, – тихо произнес кто-то. – Обошлось ведь. Больше таких проколов не будет.

– Не будет! – кивнул шеф. И как-то сразу стало понятно, почему именно. Троица стала спускаться дальше, уже молча. Дошли до машины, начали ее осматривать.

– Так, говоришь, нет регистратора? – вкрадчиво поинтересовался шеф, когда один из его подчиненных что-то выковырял из-под машины в том месте, где должно было быть лобовое стекло. И еще более вкрадчиво спросил: – Кстати, а где труп?

– Труп? – растерянно переспросил один, оглядываясь как будто в поисках оного.

«Труп» одной рукой обхватил Лерку, еще сильнее прижимая ее к земле. И к себе тоже, почувствовав, что девушка дрожит как осиновый лист.

– Я предупреждал! – послышался от машины голос шефа.

– Шеф, нет! – крикнул кто-то из двоих, а следом раздался выстрел. Наступившая за ним зловещая тишина прервалась шумным дыханием второго подчиненного.

– Шеф, пожалуйста! – он упал на колени.

Чуть живая Лерка отчетливо видела это, так как находилась немного выше места разыгрывающейся трагедии. Увидела, как шеф провел дулом пистолета по бледному лбу коленопреклоненного бандита.

– Он тебя видел? – спросил шеф.

– Нет! Я потом подскочил, когда уже драка началась!

– Ладно, поверю, – кивнул шеф, убирая оружие. – У тебя последнее предупреждение.

– А с этим что? – спросил бандит, неуверенно поднимаясь на ноги и кивая на машину. – Может, я обшарю кусты? Может, он вчера не уполз далеко?

Лерка с Игорем обмерли, понимая, что при таком резко простимулированном рвении бандит отыщет их в два счета.

– Ты думать научишься или нет? – спросил шеф. – Если он околел в кустах, то пусть себе там и лежит. Ты-то что с ним делать собираешься? Хоронить? Оркестр не забудь заказать! Но нет, он, скорее всего, взобрался по насыпи и поймал попутку. И давно уже в городе. Номера машины… – шеф нагнулся, посмотрел. Заключил: – Всмятку, не рассмотреть. Вы вчера пока за ним гнались, ты хоть какие-то цифры запомнил? Перед-то он при падении разбил, а вот зад весь ему вы расколотили.

– Нет, не запомнил, – промямлил бандит.

– Вот что, завтра проскочи по больницам, узнай, не обращались ли к ним вчера вечером с травмой. Скажи, другана ищешь!

– Хорошо! Сделаю, шеф!

– Давай! А пока неси из машины канистру!

Посланный вспорхнул по насыпи, как мотылек, и так же резво вернулся обратно.

– Поливай, – кивнул шеф. – Пусть раньше обнаружат, но все меньше следов останется.

В воздухе почувствовался запах бензина. Лерка уже не просто дрожала, ее трясло. Игорь сильно сжал рукой ее плечо, призывая ее этим жестом взять себя в руки. Да разве она не старалась?! Причем изо всех сил! Но смогла добиться только того, чтобы зубы не клацали! Впрочем, от машины в их сторону даже не взглянули ни разу. Вылив бензин, оба бандита вскарабкались наверх и уже оттуда бросили вниз какую-то зажженную паклю.

– Отползаем! – шепнул Игорь, едва взглянув на то, как расползаются огненные языки. – У меня полный бак вчера был заправлен!

– Они же могут увидеть! – выдавила из себя Лерка.

– Через кусты и в противоположную сторону, – Игорь потянул ее. И уточнил на всякий случай: – Ползем не к мосту, а от него!

Но Лера и сама не утратила способности соображать, ей нужен был лишь небольшой импульс. Скользя ящерицей, стараясь не зацепить и не всколыхнуть ни единого кустика, она устремилась прочь от начавшей источать жар машины. Игорь не отставал, хотя для него с его ребрами это испытание было вдвойне тяжелым. Потом шепнул ей:

– Все! Поднимаемся и бежим.

– А если увидят?!

– Ты думаешь, они еще здесь? Стоят и засвечиваются номерами своей машины возле разгорающегося пожара? Бежим, Лер! Скорей!

Они побежали. Через кусты, царапая руки и лица. Раздавшийся сзади взрыв ударил им в спины волной горячего ветра, но большего вреда причинить уже не сумел. Не сбавляя скорости, они добежали до того места, где овраг почти сходил на нет. Там вконец запыхавшаяся Лерка попыталась притормозить, но Игорь, которому должно было быть гораздо хуже, чем ей, упрямо потянул ее дальше:

– Нет! Сейчас здесь будут пожарные, полиция! Уходим! Делаем круг и выбираемся к твоему дому.

Лерка послушно прибавила шагу. Они обогнули овраг, стараясь не выходить из зарослей. От моста до них донеслись чьи-то крики: пожар уже увидели из проезжающих мимо машин. Несколько машин остановились возле моста, люди выбежали из них, заглядывая вниз. Потом Леркиных ноздрей коснулся запах гари. И не просто гари, а…

– О боже! – выдохнула она, чувствуя, как съеденные макароны давят снизу на горло.

– Он все равно был уже мертв, – напомнил Игорь. – Не тормози!

И они снова побежали. Остановились лишь раз, добравшись окольными путями до шоссе: затаились в кустах и выжидали момент, когда на трассе не будет машин. Дождались, перебежали на другую сторону. И снова двинулись вперед, не по дорожке, а лишь придерживаясь нужного направления. Пока Игорь просто не упал, уже возле реки.

– Игорь! – Лерка и сама была чуть жива, и ей приходилось лишь удивляться тому, как он до сих пор продержался, с его-то травмами! Такое испытание мог выдержать только человек с очень сильным характером и с достойной уважения волей.

– Нормально… Живой, – выдохнул он, не делая попыток подняться. – Сейчас…

– Вот, ты только воспаление легких не схвати, – Лера подсунула Игорю его куртку. Надо же, не потеряла! Все это время продолжала судорожно сжимать в руке! Наверное, подсознанием своим понимая, как это важно: не оставить в овраге куртку с документами, ради которой, собственно, и затеяли весь этот вояж!

Игорь при виде куртки приподнялся, опираясь на руку, а другой рукой проверил внутренний карман.

– Все на месте? – живо спросила Лерка.

– Все, – подтвердил он, снова опуская голову на землю. – Блин, как плохо! Вчера, даже во время драки, так не было!

– Сумеешь подняться? До дома осталось немного пройти! А там сейчас…

– Нет, Лер. К тебе мне возвращаться не стоит. Не надо светиться лишний раз, после всего, что произошло.

– Но как же ты? Что, здесь собираешься ночевать?

– Нет. Вот что, Лер, я пока полежу, а ты сбегай домой, принеси мне мои вещи. И таблеточку не забудь, – его плохое самочувствие не мешало ему четко и ясно мыслить. Или, может, этот человек уже достаточно часто бывал в экстремальных ситуациях, так что просто научился не теряться в трудные минуты, подобные этой.

– И что потом?

– Потом я переоденусь, доковыляю до остановки и поеду в город. Нельзя терять время. Теперь, чтобы меня не связали с догорающим в овраге трупом, я должен как можно скорее заявить об угоне моей машины. Мол, напали вчера, избили, выкинули в лесу, уехали. А я вот добрался как сумел и знать ничего не знаю о том, что было после. Только так, иначе у меня могут быть очень крупные неприятности. Тебя я вообще постараюсь не упоминать, ни под каким видом. Но, если вдруг что, ты имей в виду: явился к тебе вчера ночью избитый мужик, мало что соображающий и ничего толком не сумевший рассказать о себе. Попросил приюта, проспал до следующего вечера, немного оклемался, поблагодарил и ушел. Поняла? И кто бы тебя ни выспрашивал, стой на своем, не отклоняясь ни на сантиметр. Попросили – помогла, потом проводила и больше знать ничего не знаешь.

– Ясно. Ладно, полежи. Тебе хоть не холодно?

– Нет, нормально. Просто очень болит голова. Принеси скорее таблеточку.

– Сейчас принесу, – больше не теряя времени, Лерка метнулась к реке. До моста оставалось каких-то несколько метров. Она перебежала его и устремилась к дому.

Возле дома, как и прежде, было тихо и пустынно, как будто, кроме Лерки, в нем обитали одни лишь призраки. Впрочем, нет, из приоткрытого окна на втором этаже был чуть слышен работающий телевизор, а еще из нескольких окон лился приглушенный шторами свет. Лерка быстро перебежала от берега к подъезду. Замок на подъезде, как выяснилось, уже успели починить в течение этого дня, так что Лерке пришлось с непривычки немного около него повозиться. Потом она быстро проскочила к своей двери, отперла ее и скользнула внутрь, едва приоткрыв и снова захлопнув за своей спиной. И сразу как будто упала в чьи-то объятия, настолько защищенной почувствовала себя в этих толстых старинных стенах. Нет, все-таки принял ее этот дом! Окутал теплом и тишиной. И если бы не Игорь, брошенный у реки, то ей сейчас ничего больше было бы и не нужно. Но необходимо было торопиться. Лерка схватила упаковку таблеток, налила в пластиковую бутылку воды. Потом кинулась в «гардеробную», где повесила сушиться выстиранную одежду Игоря. К ее облегчению, вещи оказались почти сухими. Выбирая из двух зол меньшее, она быстро досушила их феном: пусть лучше Игорь подождет лишние двадцать минут, зато наденет на себя все сухое и теплое. Чтобы вещи не слишком остывали, она свернула их и сунула себе за пазуху. Подумав, сделала пару бутербродов, сложила их в пакет вместе с водой и таблетками и кинулась к выходу. Но уже у самой входной двери замерла, приникла ухом к замочной скважине, пытаясь уловить, не слышно ли что на лестнице. И, как выяснилось, не зря! Во дворе пискнула включаемая автосигнализация, потом кто-то вошел в подъезд и неторопливо поднялся по лестнице на второй этаж. Лерка еще постояла, прислушиваясь, но больше ничего не было слышно. Даже тогда, когда она приоткрыла свою дверь и стала прислушиваться уже через щелку. Поэтому, решившись, она выскользнула во двор. Оставленная кем-то машина, темная «БМВ», стояла во дворе с выключенным светом. Опасливо покосившись на нее, Лерка прошмыгнула к реке, туда, куда уже не попадал свет установленного возле дома уличного фонаря. И снова побежала по уже проторенному пути, через мост, назад к Игорю. Чтобы найти, ей пришлось его тихонько окликнуть.

– Я здесь, Лер, – так же приглушенно отозвался он, приподнимаясь.

– Что, так плохо? – она метнулась к нему, присела рядом.

– Даже с большого бодуна так не бывало, – вздохнул он. Схватил поданную упаковку, выдавил таблетку и сунул в рот, убрав остальные таблетки в карман. Потом долго и жадно пил из бутылки, отказавшись от принесенной еды. Потом спросил: – Тебе там по пути никто не попадался? Тут по дороге к мосту какая-то машина проезжала. Темная легковушка.

– Стоит у подъезда, – кивнула Лера. – С хозяином мы разминулись. Похоже, он в этом доме живет.

– Что-то только он вернулся к себе домой не из города, а свернул с федеральной трассы, – проворчал Игорь.

– По лестнице он шел очень спокойно. И потом, мало ли, человек в другой город ездил по делам. Или на ту же заправку. Далеко до нее?

– Да нет, не очень. Я думаю, с пяток километров. Точнее не скажу, не до этого было.

– Да уж, понимаю, – вздохнула Лерка и вытащила вещи Игоря. – Вот, одевайся быстрее, пока теплые, я все досушила. Потом я провожу тебя, ведь время уже позднее, а мы даже не знаем, когда мимо здешней остановки проходит последний автобус.

– Ты меня проводишь до своего дома, – сказал он, кое-как одеваясь. – И все. Дальше – это уже мои проблемы. Ты и так уже сделала для меня гораздо больше того, что можно было ожидать от незнакомого человека.

– Ну, мы же с тобой уже познакомились, – напомнила она.

– И все же, – улыбнулся Игорь и тут же сморщился от боли. – Ну, пойдем.

Они перешли через мост, потом прошли вдоль берега в сторону парка, стараясь не попадать на участки, освещенные из окон дома. Потом Игорь остановился и сказал:

– Ну, все. Теперь ты давай домой, а я – через парк и на остановку.

– Может, я все-таки тебя провожу? – предложила Лера. – Тебе же плохо. А вдруг автобусы уже не ходят?

– Ничего, деньги остались, поймаю попутку.

– А как до остановки дойдешь? Не упадешь по дороге? Ты же едва на ногах стоишь. Давай все-таки провожу? Это куда лучше, чем мне сидеть дома и из-за тебя изводиться.