Мария Аксёнова
Знаем ли мы русский язык?

От автора

Как я, математик по образованию, дерзнула написать такую книгу? Сама себе без конца задаю этот вопрос. И вот мои «оправдательные» аргументы: во-первых, я всю жизнь пишу стихи. А у поэтов особенно трепетное отношение к слову.

Во-вторых, так уж распорядилась жизнь, что после окончания механико-математического факультета МГУ я стала ломать голову не над математическими задачами, а над решением задачи гуманитарной: как создать самую полную и увлекательную энциклопедию для детей? И такая энциклопедия появилась. Многие её знают – «Аванта+». В энциклопедии в том числе есть и огромный том, посвящённый русскому языку.

Друзья и знакомые стали «мучить» меня вопросами: что означает то или иное слово или выражение? Как правильно сказать? Где поставить ударение? Не всегда зная ответ, я открывала словари, купила и прочитала всё, что продавалось на тему русского языка, без конца «приставала» к знакомым филологам…

Я поняла: нужна книга, написанная не учёным-лингвистом, а обычным человеком, любящим свой родной язык. Его сомнения, поиск правильного ответа, иногда даже отчаяние – нет, всё знать невозможно – понятны миллионам людей, для которых русский является родным языком.

Тем более что к тому времени я с единомышленниками подготовила цикл телевизионных программ под названием «Знают ли русские русский?».

Знаем ли мы русский? «Странный вопрос», – скажете вы. Ведь говорить на родном языке для нас так же естественно, как дышать. Наша речь сама льётся без всяких на то усилий с нашей стороны. Но интересно ли нам разбираться в языковых тонкостях русского языка, узнавать новые слова и вспоминать забытые старые?

Истории о происхождении слов увлекательнее любого романа и таинственнее любого детектива.

Оказывается, эмигрантами могут быть не только люди, но и слова. На родине их уже забыли, а в русском языке они обжились и укоренились настолько, что мы считаем их своими.

Мы поимённо вспомним авторов многих слов, разберёмся с названиями цветов и грибов, узнаем, что за некоторыми словами скрываются фамилии известных и неизвестных нам людей…

В русском языке множество крылатых слов и выражений! Мы легко и непринуждённо их используем! Интуиция и чувство языка нас почти никогда не подводят! Но вопрос – «почему мы так говорим?» – порой заставляет нас глубоко задуматься!

Давайте задумаемся вместе. Почему пресса бывает «жёлтой», а рынок – «блошиным»? Как слово «липовый» появилось в значении «фальшивый»? Почему ворона – птица, которая своего уж точно не упустит, а то и чужое прихватит, – стала символом ротозейства? Какие слова пришли к нам из игроцкого арго? А молодёжный жаргон – это хорошо или плохо?

«Одеть» или «надеть»? «Сходить» или «выходить»? «Кушать» или «есть»? Мы без конца поправляем и одёргиваем друг друга. А всё-таки как правильно сказать?

Какие ошибки мы «ловим» из радио– и телеэфира чаще всего? И над какими ошибками работал Пушкин?

Трудно безупречно говорить по-русски. Ошибки допускают самые грамотные люди. Главное – стараться их исправлять, постигать логику языка, интересоваться его историей и бесконечно наслаждаться его красотой.

Мария Аксёнова

Глава первая
Язык и время

Попробуйте сравнить себя сегодняшнего с собою же, но только двадцатилетней давности, если возраст, конечно, позволяет. Вам придётся признать, что вы сегодня говорите на другом языке. Нет, разумеется, вы по-прежнему говорите по-русски. Но это уже другой русский.

Во-первых, мы стали говорить быстрее. Дикторы в начале эпохи радиовещания говорили со скоростью 80 слов в минуту. Темп речи современных ведущих – 120 слов в минуту. Может быть, пока я пишу об этом, они стали говорить ещё быстрее. Впрочем, ничто не мешает вам взять часы и самим засечь время.

Знаю, люди старшего поколения этим недовольны. Но что делать? Бешеный ритм жизни и вал информации не оставляют нам иного выхода.

Кстати, иногда от скорости речи зависит ни больше ни меньше как исход военных действий.

Известно, что американские учёные, проанализировав статистику боёв с японцами во Второй мировой войне, обнаружили: несмотря на равенство сил, войска США побеждали чаще. Причину своих побед они нашли… в речи американских командиров. Их приказы были короче и быстрее. И дело вовсе не в том, что японцы многословны. Просто в английском языке средняя длина слова составляет пять букв, а в японском – тринадцать.

Вам, конечно, интересно узнать, помогает ли язык нашим военным, или же мы крепки только силой духа? В русском средняя длина слова оказалась равной семи буквам. Однако проведённые полевые исследования показали, что, управляя боем, наши командиры переходят на мат. Информативность речи сразу же возрастает в два-три раза.

Язык живой, он меняется. В нём появляются новые слова, а старые наполняются новым смыслом.

Новый смысл слов

Любопытно сравнить, что пишет о себе человек в резюме сегодня и что писал вчера.

Устраиваясь на работу в советское время, люди в качестве достоинств указывали о себе следующее: трудолюбивый, аккуратный, дисциплинированный, исполнительный. А в конце была непременная приписка: «морально устойчив, политически грамотен».

Сегодня акцентируют внимание на другом: адекватный, позитивный, коммуникабельный, креативный… Для того чтобы выехать за границу, политикой теперь интересоваться не обязательно. А моральная устойчивость, похоже, стала и вовсе каким-то анахронизмом.

Почему всё так изменилось? Да потому, что в обществе изменились ценности.

Чем чаще обсуждают психическое нездоровье населения, тем больше ценится норма, то есть адекватность или даже вменяемость. Нам говорят: «Я тебя с ним познакомлю – он вполне вменяемый!» И мы понимаем, что с рекомендованным человеком можно разговаривать о деле.

Теперь представьте, что подобную рекомендацию мы бы услышали три десятка лет назад. Мы бы подумали, что речь идет о человеке, лечившемся в клинике неврозов и чувствующем себя после лечения вполне сносно. Разумеется, ни о каком деле мы бы с ним говорить не стали – зачем напрягать? А просто поболтать о жизни – почему бы и нет?

Сегодня мы чаще подвержены депрессиям. И потому рекомендация «позитивный» невероятно окрыляет.

В эпоху коммунальных квартир и отсутствия Интернета никаких проблем с общением люди не испытывали. Сегодня такая проблема есть. Не то что встретиться, а просто позвонить для человека иногда становится испытанием. Я знаю семьи, где домочадцы, находясь в одной квартире, общаются друг с другом по аське (так в народе называют программу ICQ). Жена пишет мужу: «Еда на столе». Он отвечает: «Иду». Словом, характеристика «коммуникабельный» приобретает вес.

«Русский язык, – полагает доктор филологических наук Алексей Шмелёв, – скептически относится к получению выгоды. И в этом смысле он один из немногочисленных в европейском ареале».

Однако в наши дни положительное звучание приобрели словосочетание «успешный человек» и слово «карьера».

В общем, слова, как и люди, способны неожиданно взлететь по карьерной лестнице и оказаться «в цене». Например, слово «беспредел» из лагерного жаргона перекочевало в документ МИДа, а слово «кошмарить» – в послание президента Федеральному собранию.

Кстати, одно-единственное слово показало, насколько внимательно народ слушает своего президента. В прессе сразу же появились сотни статей, в которых журналисты пытались осмыслить сказанное. Что это было? Почему президент не употребил вполне литературное «угрожать» или «пугать»? Он хочет говорить с народом на понятном ему языке?

Во всяком случае, Дмитрий Медведев заставил носителей русского языка в массовом порядке заглянуть в словари. И это уже прекрасно! Обращение к Далю и Ушакову позволило нам убедиться, что такого глагола у мэтров русской словесности нет. Есть только существительное «кошмар», трактуемое как «сон с ощущением удушья». Зато в Словаре тысячелетнего русского арго под редакцией Грачёва слово «кошмарить» прописано. Его первое значение – «создавать невыносимые условия для заключённого».

И вообще, может быть, впервые речь руководителя страны была детально проанализирована в Сети с точки зрения норм русского языка.

Тех, кто недоволен новым смыслом слов, я могу успокоить разве что афоризмом Виктора Степановича Черномырдина: «Сроду такого не было – и вот опять то же самое!» Какой гениальный подтекст!

Да, ТАКОГО не было, но меж тем было другое – аналогичное тому, что сейчас.

Во все времена слова наполнялись новым смыслом.

Корней Иванович Чуковский вспоминал, например, как знаменитый юрист, академик Кони восставал против употребления слова «обязательно» в значении «непременно». Вы, наверное, удивлены. А какое же ещё может быть значение у этого слова? Александр Фёдорович Кони требовал, чтобы слово «обязательно» значило только «любезно, услужливо». «Представьте себе, – говорил он, хватаясь за сердце, – иду я сегодня по Спасской и слышу: «Он обязательно набьёт тебе морду!» Как вам это нравится? Человек сообщает другому, что кто-то любезно поколотит его!»

Или такой пример. Сегодня мы желаем друг другу счастья, полагая, что это самое объёмное пожелание, включающее в себя и любовь, и здоровье, и благополучие. А два века назад это слово не было столь безукоризненным. «Счастье» было чем-то весьма сомнительным – сродни шальному везению, воровству у судьбы. У Даля, в частности, мы найдём такие значения этого слова: рок, случайность, желанная неожиданность. Полководец Суворов говаривал: «Сегодня счастье, завтра счастье – помилуй бог, а ум-то где?»

Нельзя ненавидеть язык за новый смысл слов. Его вообще нельзя ненавидеть. Язык – зеркало нашей жизни, в котором отражаемся и мы сами.

Не разбивайте зеркало – это плохая примета!

Модные слова

Оказывается, модными бывают не только одежда, книги, фильмы, но и слова. Модные слова – явление почти социальное! Людям кажется, употреблять их – значит не быть выброшенными на обочину жизни, значит приобщиться к «сливкам» общества – быть яркими и оригинальными!

«Я люблю, когда мода выходит на улицу, но не допускаю, чтобы она приходила оттуда», – говорила Коко Шанель.

Выпущенное однажды кем-то «в люди» диковинное словцо подхватывается уличной толпой и уже оттуда, с улиц, активно вторгается в наш язык! Как обожает петь обычно тот, кто лишён слуха, так и модными словечками часто «козыряет» тот, кто некомпетентен в области их применения!

Вот вам для разогрева первое модное словечко – «концепция».

Недавно слышала в гастрономе разговор двух молодых людей: «Ну что? Возьмём четыре пива?» – «Нет, концепция меняется – лучше бутылку водки!»

«Концепция» от латинского conceptio – «общий замысел, руководящая идея». Общий замысел молодых людей на этот вечер был мне понятен.

Концептуальным всегда могло быть искусство, анализ, мышление… А сегодня таковым является и выбор спиртных напитков в винном магазине.

В последние годы в нашу жизнь бесцеремонно вошло и модное словцо из трёх букв – спа (SPA)!Спа — коротко и… неясно!

Кто его знает, что такое это спа? Но для женщин оно звучит соблазнительно: спа-салоны, спа-процедуры, спа-отели… Я просила расшифровать загадочные буквы многих знакомых мне дам. Увы! Ответы получила невнятные: это то, что чрезвычайно приятно, то, что сказочно омолаживает, то, что дорого стоит…

На самом деле загадочное SPA — аббревиатура латинского выражения Sanitas pro aqua, что означает «здоровье через воду».

Предложу вам ещё одно модное слово – «культовый»! Культовым сегодня может быть всё, что угодно, – телеведущий, книжка, песня, коктейль… В принципе, значительным словом «культовый» заменяют то, о чём можно сказать просто и незатейливо – «популярный».

Между тем солидные толковые словари объясняют, что «культовый» – это широко известный в узких кругах. Культовость несовместима со всеобщим признанием! Она всегда альтернативна и оппозиционна!

Вот некоторые «народные» определения слова «культовый», взятые мной из Интернета: «Что такое культовый фильм?» – «Это тот, который ты будешь ждать до трёх ночи, когда его показывают по ТВ, даже если он у тебя есть на видеокассете». «Культовая книга?» – «Это та, после которой ты не сможешь читать никакую другую!»

Кстати, единственная русская книга, попавшая в список газеты The Telegraph «50 культовых книг», какая, вы думаете? Ну конечно же «Мастер и Маргарита» Михаила Афанасьевича Булгакова!

Мастер оставил человечеству волшебной красоты книгу о всесилии Зла и слабости Добра! И загипнотизировал целые поколения!

«Культовый» – опасное слово! С ним надо обращаться осторожно!

Куда как безобиднее ослепительное, благоухающее, блестящее слово «гламур»! Безусловно, самое модное слово среди всех модных слов!

Гламур – это жизнь в розовом цвете! Это глянцевые журналы, а в них длинноногие красотки, брутальные мужчины! Это неоновые рекламы дорогих бутиков! Это прилавки, заполненные диковинными баночками-скляночками с чудодейственными кремами и ароматами… Это лысенькие собачки в дорогущих попонках и фантастические в своем уродстве редкой породы кошечки! Это сладкий запах ванили в уютных кофейнях… «Гламур – мур-р-р!» Слово урчащее и пушистое!

Его мгновенно полюбили и те, кому «до шестнадцати», и те, кто значительно старше… Да и могло ли быть иначе? Ведь «гламур» – это «оторваться» по «полной»! Это наконец-таки, после стольких лет воздержания, «сделать себе красиво»!

«Гламур» в переводе с английского – «чары», «волшебство».

Словарь Вебстера толкует «гламур» как «ускользающую, загадочно-волнующую и зачастую иллюзорную привлекательность, которая будоражит воображение и разжигает вкус к необычному, неожиданному, красочному или экзотическому».

В общем, это такая «ренатовщина-литвиновщина». Разве кто-нибудь будет спорить, что актриса и режиссёр Рената Литвинова самая гламурная дама нашей страны?

Прилагательные «креативный», «продвинутый» и «пафосный», междометие «супер», существительные «харизма», «имидж», «драйв» и «мессидж»… – все эти слова в лексиконе людей, следящих за модой во всех её проявлениях.

Надеюсь, модные слова не испортят имидж этой книжки, которая не стремится быть пафосной и продвинутой, но на креативную претендует!

Вы спросите: каков ее мессидж? Отвечу афоризмом Геннадия Малкина: «Употребление модных слов – это жажда выделиться своей похожестью на других!»

Впрочем, мне тоже хочется «запустить в народ» одно слово – вдруг да и станет модным? Это слово испанского происхождения – «дуэнде». Точно его перевести трудно. Испанцы употребляют слово «дуэнде», когда говорят о страстном искусстве фламенко. Дуэнде – это жажда жить и любить, быть свободным и вдыхать полной грудью все ароматы жизни!

Усечённые слова

Согласитесь, сегодня мы всё чаще отдаем предпочтение короткой стрижке, удобной одежде и обуви – женщины всё реже встают на каблуки. Сумасшедший ритм жизни заставляет нас экономить время буквально на всём.

Язык под нас подстраивается и тоже стремится к упрощению.

Помните детскую загадку: «А» упало, «Б» пропало, что осталось на трубе?» Давайте выясним, что происходит, когда слово в целях экономии теряет не только буквы, но целые слоги, а то и сразу несколько!

Существует такой термин – «гаплология». Haplos в переводе с греческого – «простой». Гаплология – это упрощение слова, при котором усекается один из соседних одинаковых слогов.

Так, «знаменоносец» давно стал «знаменосцем», «минералология» – «минералогией»… Любопытно, что само слово «гаплология» при этом свой «лишний» слог не потеряло.

Согласитесь, для нас привычнее сказать «такси», чем «таксомотор», «кино», чем «кинематограф», «метро», чем «метрополитен»… Университет превратился в «универ», компьютер – в «комп», мобильный телефон – в «мобильник»… Все эти слова сократил XX век. Блюстителям норм языка это не нравится, но ведь слова в процессе своего развития сокращались всегда!

Экономия в языке достигается и путем усечения одного слова в словосочетании. Нам достаточно «докладной». При этом «записка» мы уже не произносим. Мы говорим, что пишем «курсовую», а слово «работу» не добавляем. Спортивные комментаторы ограничиваются словом «запасной». При скорости их речи им некогда добавлять «игрок».

А бывает и так, что два слова сливаются «в объятии» и рождается третье. «Новорождённое» слово похоже на каждого из «родителей». От одного ему достаются первые слоги, а от другого – последние. «Магнитофон» плюс «радиола» – мы получили «магнитолу».

Поистине незаменим при образовании усечённых слов суффикс «ка».

«Наличка» – «наличные деньги». «Косметичка» – «сумочка для косметики». «Самоволка» – «самовольная отлучка». «Кругосветка» – «кругосветное путешествие». «Дублёнка» – «дублёная куртка». «Газировка» – «газированная вода». «Кофеварка» – «кофеварочная машина». «Оборонка» – «оборонная промышленность»… «Гречка», «пшёнка», «манка», «овсянка»… Они заменяют нам гречневую, пшённую, манную, овсяную крупу. «Наливка», «запеканка», «тушёнка»… – этот ряд можно продолжать и продолжать.

Вы скажете, что подобные слова используются только в разговорной речи. Пока да! Но лингвисты уверяют, что ещё на нашем веку они могут быть признаны литературной нормой. Ведь слово «открытка» сегодня в этом смысле ни у кого не вызывает сомнений. А это тоже сокращение, про которое мы уже забыли. «Открытка» – «открытое письмо», то есть письмо, которое можно пересылать по почте в открытом виде. Почти за 150 лет существования открытки люди привыкли к такому сокращению.

Иногда превратиться в одно слово может целое предложение. Не верите? А вот вам и пример – «беруши». Это слово на законном основании прописалось в словарях как существительное, имеющее форму только множественного числа. Не каждый сразу и сообразит, что это сокращённое предложение: «берегите уши».

Берегите уши! В том числе и от неграмотного потока слов!

«нехорошие» слова

Нормальная человеческая речь невозможна без хлёсткого бранного словца. Чего не скажешь в сердцах? Нервируют нас – вот и нервные мы! А если потом остановиться, выдохнуть и подумать: «А что это я такое сказал?!»

Что же означают употребляемые нами сегодня в запальчивости слова? И такие ли уж они нехорошие?

«Зараза»… Слово вполне литературное… В скобках можно было бы поставить, как это делается в словарях, – (медицинское). Но если произнести это слово в определённом контексте и с определённой интонацией, обращаясь к женщине, она вряд ли расценит его как комплимент. Популярная несколько лет назад песенка кабаре-дуэта «Академия» тоже не оставляет в этом никаких сомнений…

Ты отказала мне два раза,
«Не хочу!» – сказала ты,
Вот такая вот зараза девушка моей мечты!

Девушка его мечты, наверное, обиделась на слово «зараза». А зря! Каких-то 250 лет назад это слово было комплиментом – синонимом «прелести» и «очарования».

В доказательство я приведу две стихотворные строчки поэта XVIII века:

С Сореной мне расстаться!
Не зреть её очей! Не зреть её зараз?!

Очевидно, «заразить» означало «сразить наповал» – в данном случае, видимо, красотой!

Хорошо, когда знаешь первоначальный смысл слова. Теперь, по крайней мере, клеймом «зараза» нашу женскую красоту не очернишь!

Ну-с, дорогие мужчины! Какие у вас там есть ещё в запасе оскорбительные слова? Знаменитое «мымра», так запомнившееся нам по фильму «Служебный роман»?

Сейчас узнаем, что оно означает. Открываем словарь Даля. Находим: «мымрить – безвылазно сидеть дома». Может быть, «мымра» – это тоже комплимент, означающий, что женщина домовита, хорошая хозяйка? Но нет! «Мымрой» стали называть нелюдимого, скучного, угрюмого человека – чаще всего женщину.

Однако что это такое получается? Как ругательство, так адресовано женщине?! Позор!

А вот оно и следующее слово – само вырвалось!

Итак, «позор». В былые времена оно означало «спектакль», и ничего больше. А слово «позорищный» – «к спектаклю относящийся». Позже слово «позор» приобрело более общее значение и стало синонимом слова «зрелище».

Находим у Баратынского: «Величествен и грустен был позор пустынных вод, лесов, долин и гор».

Впрочем, в некоторых славянских языках, например в болгарском и сербском, слово «позорище» до сих пор означает «зрелище».

Молодёжный жаргон

Мы говорим «хорошо», а они – «прикольно», «клёво»… Мы – «не повезло!», а они – «ну и облом!». Мы «восхищаемся» – они «тащатся»! Нам «безразлично», а им «фиолетово». Нам «нездоровится», а их «плющит», «тараканит» и «колбасит». Мы резюмируем: «Сильно сказано!» А они произнесут одно слово – «жесть»!

Молодёжный жаргон – это игра, ирония, маска, желание переиначить мир на свой манер, а ещё показать – «я свой»! Главное в этом явлении – уйти от обыденности.

Как же нас раздражает в наших детях их «птичий язык», то есть жаргон, на котором они говорят. Однако злиться на него – всё равно что злиться на дождь или снег! Молодёжный жаргон был, есть и будет!

Папы и мамы, бабушки и дедушки, вспомните! В дни вашей молодости ведь были свои жаргонные словечки – какие-нибудь «чуваки» и «чувихи», которые где-то там «хиляли»…

Больше того, на жаргоне порой начинает говорить вся страна, вне зависимости от возраста. Ну разве поймёт иностранец, что «петля Горбачёва» – это очередь в винный магазин во время антиалкогольной кампании, а «кормовые» – доплата студентам на питание; что «арбуз» – миллиард рублей до деноминации; «Андроповка» – водка «Московская», цена на которую была снижена в 1984 году, во время пребывания Юрия Владимировича Андропова на посту генсека КПСС, а «бориски» – денежные купюры, выпущенные при Борисе Ельцине.

Так стоит ли осуждать молодёжь?

Поколения молодых сменяются через пять – семь лет, а с ними меняется и жаргон. Новое время рождает новые слова. «Серафима» – мобильная сеть SIM. «Емеля» – e-mail. «Бишур», «бишура» – тест для подтверждения беременности (от англ. be sure – будь уверенной).

Молодёжный жаргон – это настолько серьёзно, что филологи выпускают сегодня специальные словари, а родители, психологи, преподаватели их мгновенно раскупают.

Кстати, замечательного лингвиста Максима Кронгауза молодёжный жаргон не раздражает. Он пишет: «А я, например, завидую всем этим «колбасить не по-детски», «стопудово» и «атомно», потому что говорить по-русски – значит не только «говорить правильно», как время от времени требует канал «Культура», но и с удовольствием, а значит, эмоционально и творчески (или, может быть, сейчас лучше сказать – креативно?)».

Так что мягче и добрее относитесь к языку ваших потомков. В худшем случае – пусть он вам будет «пако рабана», что на молодёжном сленге означает «безразлично».

Устаревшие слова

Мы иногда десятилетиями храним старые вещи. Вроде и не носим, а выбросить жалко. Вдруг пригодятся? И в самом деле, наступает момент, когда древний бабушкин ситчик становится остро модным и из него выходит дивный сарафанчик.

Так и некоторые слова язык выбрасывает на обочину, но настаёт момент, когда они внезапно напоминают о себе. И тот, кто их забыл, выглядит глупо и смешно.

Давайте вспомним некоторые устаревшие слова.

Русскую классическую литературу, к счастью, ещё никто не исключал из школьной программы. Наши дети по-прежнему изучают её и пишут сочинения. Сколько же неприятностей доставляют им устаревшие слова.

Например, невероятное количество казусов связано с женскими прелестями – ланитами и персями. Если помнить, что «перси» – это грудь, а «ланиты» – щеки, то можно умереть от хохота, читая в сочинениях, как «перси» «краснеют от стыда», «розовеют и румянятся от мороза», а «ланиты» «вздымаются от волнения». Однако не надо удивляться фразе: «Перси оказались стоящими у подножия скалы». Второе значение слова «перси» – «выступ городской стены, род бастиона».

А как прикажете понимать ребёнку фразу из «Мёртвых душ» Гоголя: «Позволь, душа, я тебе влеплю один безе»? Воображение подростка мгновенно рисует сцену Ноздрёв бросает в Чичикова это вкусное пирожное. С Ноздрёва станется! Он такой! Но оказывается, речь идёт всего лишь о поцелуе. «Безе» – от французского baiser – «поцелуй».

Ну а следующая филологическая загадка под силу разве что телевизионным знатокам: «Бутондамуры были самым замечательным украшением её лица».

Какие версии насчет «бутондамуров»? Маленький букетик, прикрепленный к волосам? Не угадали! «Бутондамуры» – это возрастные прыщи. Да, всего лишь! Но как красиво звучит! На месте сегодняшних производителей косметики я бы взяла на вооружение это слово.

Выражение, которое встречаем у Бунина: «Ты что же это, за пельки хватать?» Не подумайте чего неприличного. «Хватать за пельки» то же, что «хватать за грудки».

Кстати, устаревают не только вполне литературные слова, но и сленговые. А они тоже порой встречаются в литературе и поражают своей меткостью. Пример из рассказа русского писателя и драматурга Петра Боборыкина: «С кем разговариваешь: с женой ли сановника или с горизонталкой?» Оказывается, «горизонталками» в XIX веке называли продажных женщин.

Жаль, что некоторые выражения ушли из нашей речи – очень уж они яркие, «вкусные». Сегодня мы говорим – «прошёл огонь, воду и медные трубы». А раньше бы сказали – был «и в мяле, и в пяле». «Пяло» – это то, чем раскатывали сукно. «Мяло» – то, чем мяли лён и кожу.

А вот дивное выражение для тех, кто ещё не оставил пагубную привычку давать и брать взятки, – «барашек в бумажке». В позапрошлом веке взятку называли именно так.

Мне очень хочется вернуть в нашу разговорную речь ещё одно милое выражение – «стреньбрень с горошком». В XVIII веке его употребляли, когда хотели сказать о чём-то нестоящем, чепуховом. В Словаре русского языка XI–XVII веков есть слово «брение».

Забавно, что приходится переводить с русского на русский, но сделаем это. «Брение» значит «глина», «грязь», «тина».

В словаре Даля «стреньбрень» пишется слитно, в одно слово, и толкуется как «хлам», «скарб», «ветошь».

У лингвистов есть предположение, что это «стреньбрень» образовалось от крика старьёвщиков: «Старьё берем!» Ну а горошек, видимо, был добавлен как «несерьёзный» продукт. Почему-то именно так к нему относились наши предки. Это видно из выражений «шут гороховый» или «чучело гороховое».

Да, сегодня возвращается мода на ретро. Вновь в цене и старинная мебель, и старинные украшения… Почему бы не вернуть цену и словам, возле которых в словарях стоит грустная пометка – «устарелые»?

Недавно слышала, как девушка просила продавца: «Дайте мне померить перчатки – вон те, без пальчиков». Прозвучало смешно. Впрочем, продавец ее понял. Перчатки, в которых пальцы остаются открытыми, сегодня пользуются спросом у женщин. Ведь в них очень удобно водить машину. Только дамы забыли, что такие перчатки называются «митенками».

Многие мужчины и женщины носят головной убор из дорогой ткани с отворотами из меха. Как его называют? Да никак! А ведь у него есть название – «мурмолка».

У молодых людей нынче в моде маленькие шапочки, обтягивающие голову. Мода ведь возвращается, и такие шапочки когда-то уже носили. А вот как они называются, забыли. Наверное, стоит напомнить юношам, что они носят чаплажки.

Если заглянуть в толковый словарик русского языка, изданный в XIX веке, то начинает казаться, что это словарь иностранных слов так много непонятного!

Любителям пропустить рюмочку-другую мы подарим весёлое забытое словечко «опрокидонт». Читаем у Николая Лескова: «Вели скорее дать маленький опрокидонтик». Заодно добавим, что выпивку за чужой счёт называли «опитухой».

Ещё немного о питии. И сегодня можно услышать, как мужчины просят продать им шкалик спиртного. А сколько это – шкалик? Отвечаю: «Половина чарки». Вы спросите: «А сколько же содержимого в чарке?» – «¹/₁₀ штофа!» Опять непонятно?

Не буду вас больше мучить. Шкалик – это 0,06 литра, то есть 60 граммов. Содержимое чарки и штофа вы теперь без труда вычислите сами.

А как вам нравится выражение «порато баско»? Скажете, что-то итальянское? Отнюдь! Исконно русское! «Поратый» – бойкий, сильный. «Баский» – красивый, пригожий. Таким образом, «порато баско» означает «весьма красиво».

Порато баско сегодня на улице, господа!

Уверена, каждый не раз укорял отпрыска: «Хватит тебе шляться без дела!» А что, если попробовать сказать как встарь: «Хватит тебе слонов продавать!» Вдруг такая фраза не только детину рассмешит, но и заставит-таки взяться за ум?

Признаться, мне очень нравится и выражение «кока с соком». Встречаем у Николая Щедрина: «Город здесь хороший; как раз будущий муженёк коку с соком наживёт». «Кокой с соком» называли богатство, достаток. «Как есть у Фоки кока с соком, вотрется Фока всюду боком!»

А уж если, не дай бог, ты промотал своё богатство, то о тебе говорили, что ты «проюрдонился» и «пробубенился».

Возвращение некоторых устарелых слов существенно обогатило бы наш язык. Смотрите, какой великолепный ряд синонимов у того же Николая Щедрина: «Он слыл фатюем, фетюком, фалалеем…» И все три слова обозначают нерасторопного, несообразительного человека.

Почему-то немецкое «шахер-махер» у нас прижилось. И мы по-прежнему говорим так о мошенничестве. А вот «цирлих-манирлих» забылось. Хотя иную жеманную девицу было бы не грех так назвать!

О манерном поведении чопорных барышень говорили и так: «она вся на симах», то есть на пружинах – как механическая кукла.

Теперь, когда мы стряхнули пыль с некоторых устаревших слов и выражений, они снова стали как новенькие! Право, хочется прямо сейчас пойти и влепить кому-нибудь один безе.

В конце концов, новое это хорошо забытое старое! Ещё римский поэт Гораций сказал: «Многие из тех слов, которые уже исчезли, возродятся, а те, которые сейчас в почёте, исчезнут».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.