# Братья Гавв. Операция «Крепкий орешек»

Ольга Коханенко

В зверином городе паника: жители боятся выходить из дома, выползать из нор, выплывать из аквариумов. Кто-то стащил золотой орех! Увёл из-под носа и даже из-под клюва! Этот «кто-то» совершенно отбился от лап!
Преступления продолжаются. Как их остановить? Решительный Тюбик и забавный Арахис бросают вызов злодею. Но братья Гавв не подозревают, как он коварен и хитёр…

© Ольга Коханенко, текст, 2016

© Максим Коваленко, ил., 2017

© ООО «Издательство АСТ», 2017

* * *

## Глава 1. Золотой орех

> Если вы нашли случайно
> Где-то золотой орех,
> Не скачите, не кричите.
> Спрячьтесь поскорей от всех.

> Пёс Арахис – поэт, репортёр и просто красавец


Белка Бусинка прогуливалась в Ореховой роще и вдруг заметила в траве что-то блестящее.

– Золотой орех! – Бусинка схватила его. – Какой красивый!

Белка нежно протёрла находку хвостом. Орех засиял, как кусочек солнца.

Ветер поднял траву у ног Бусинки, закружил подол лёгкого жёлтого платья. Счастливая, она принялась танцевать. И по поляне запрыгали сотни солнечных зайчиков.

Ветер усилился, начал трепать одежду, словно предупреждая белку о чём-то. Перестав танцевать, Бусинка нахмурилась.

Кусты неподалёку затряслись. Белка замерла.

Показался пёс Арахис в мятой зелёной кепке, сползшей на один глаз. На его шее болтались сумка и микрофон. Пёс был поэтом и репортёром, повсюду совал свой нос и ужасно всем надоел. Где бы он ни появлялся, там всегда случались неприятности. Звери старались держаться от него подальше.

Арахис подбежал к застывшей белке и завопил в микрофон:

– Сенсация! Сенсация! Все сюда! Белка Бусинка нашла на дереве золотой орех! Скоро мы все сказочно разбогатеем! Золотой урожай!

– Чего орёшь? – шикнула на него белка. Но было поздно. На поляне начали собираться жители звериного города.

Первым притопал ёжик Трюфель-Пуфель с корзиной в лапах. Он задумчиво глядел вниз, словно что-то искал. Поравнявшись с белкой и псом, ёжик спросил:

– Мне кажется, или я видел какое-то сияние?

Но никто не успел ему ответить. Прямо с неба на ежа рухнула ворона Карлита. Замахала крыльями и возмущённо закаркала:

– Карраул! Кор мне что-то пррилипло! Оно корлется!

Трюфель-Пуфель попытался стряхнуть с себя надоедливую птицу. Но это оказалось не просто.

Под оглушительные вопли вороны на поляну неуверенно вышел хомяк Хома. Маленькими лапками он с трудом поддерживал преогромные щёки.

Последним, важно вышагивая, заявился помощник мэра крыса Зловред. Он был в строгом костюме и с кислой миной на тощей морде. Не глядя ни на кого вокруг, Зловред направился прямиком к белке.

Звери последовали за ним. От восхищения многие пооткрывали рты: золотой орех искрился на солнце, поражая красотой.

– Вот это даа! – поправляя очки на носу, протянул Трюфель-Пуфель.

– Пррелестно! – Карлита закатила глаза и шлёпнулась в обморок на Хому.

– Разве на дереве растут золотые орехи? – процедил Зловред.

– Кар! А цепочки ррасти могут? – неожиданно прокричала ворона. Её шёлковое платье скользило, как Хома ни старался её удержать. Кроме того, хомяку мешали перевешивающие щёки.

Звери галдели. Радуясь суматохе и перекрикивая всех, пёс Арахис предложил белке:

– Погрызи его! Я читал в книжке, что внутри изумруд!

– Вот ещё! – возмутилась белка. – Он красивый, зачем его грызть? – Бусинка нежно прижала находку к груди.


– Это ж какие зубы надо иметь, простите, – подтвердил Трюфель-Пуфель.

– Позвольте, – грубо прервал их Арахис и сцапал орех.

Перебросив драгоценность из одной лапы в другую, пёс постучал по нему микрофоном. И даже лизнул. Звери затаили дыхание. Арахис закричал в микрофон:

– Да это самый настоящий орех из золота!!!

– Кар! Безобрразие! – на что-то обиделась Карлита.

Помощник мэра Зловред сверкнул золотым зубом:

– Ты богата!

– Белка – миллионерша! – заохала толпа.

У Бусинки голова закружилась от избытка чувств:

– Друзья! Я приглашаю всех в гости, разделить мою радость. Обещаю, будет весело!

– Ура! – заревели все. – У белки лучшие вечеринки в зверином городе!

Пёс Арахис подхватил:

– Давайте поздравим белку! Ух, какая получится статья…

– Стойте! – вдалеке показался брат Арахиса, пёс Тюбик. От неожиданности ворона снова упала в обморок на Хому.

Звери повернулись к Тюбику. У белки защемило сердце от дурного предчувствия.

Раздался шёпот:

– Один брратец Гавв – плохо, два – катастррофа!


Пёс был всклокоченный, в грязном белом халате. Спотыкаясь, он с трудом тащил какой-то предмет.

Тюбик считал себя гением, но его изобретения редко работали. А если и работали, как-то не так. Поэтому его прозвали чокнутым изобретателем.

Пёс дотащил свою штуковину и радостно пролаял:

– Давайте я сниму счастливый момент! Это новый, сразу проявляющий суперфотоаппарат! Я назвал его СырПроСуп!

– Сырр… что?! – облизнулась Карлита.

– Суп – это хорошо! – подмигнул Арахис.

– А это не опасно? – заволновалась Бусинка, отбирая у Арахиса золотой орех.

– Это красиво! – заверил её Тюбик.

Белка начала поправлять платье и многочисленные бусы. Потренировавшись, она встала в красивую позу.

Как по команде, звери ринулись к ней, пытаясь влезть в кадр. Всем хотелось красивую фотографию.

– Я хочу сделать снимок! – закричал Арахис и выхватил фотоаппарат у брата.

– Но ты не знаешь, как… – пытался остановить его Тюбик, но опоздал. Арахис нажал на самую большую красную кнопку СырПроСупа. Собравшихся ослепила вспышка.

Фотоаппарат зашипел и взорвался. Во все стороны повалил едкий дым.

Звери кашляли и толкали друг друга. Доносились крики: «Лапы прочь от моего хвоста!» и «Немедленно уберите свой клюв!»

Промямлив: «Кажется, его нужно доработать», – Тюбик стал пятиться назад. Прихватив изобретение и упирающегося Арахиса, пёс шмыгнул за дерево. Братья скрылись в лесной чаще.


Вскоре дым рассеялся. Лапы и хвосты нашлись.

И тут раздался ушераздирающий плач белки: золотой орех пропал.


## Глава 2. Удивительный куст

> Братья бранятся – только чешутся.

> Поговорка жителей звериного города, страдающих от блох (со слов пса Арахиса)


Золотистое солнце, улыбаясь, беззаботно клонилось к горизонту. Тем временем в лесной чаще смолкли все птицы и, затаившись, перестали жужжать насекомые. Казалось, деревья с кустарниками замерли, прислушиваясь. Спор разгорался нешуточный.

Пёс Арахис напялил грязную кепку на ухо и раздражённо ходил вокруг потрёпанного Тюбика. Тот сидел на земле, уставившись на своё расплавленное изобретение.

Арахис посмотрел на брата. Затем с досадой бросил на землю сумку и микрофон:

– Почему ты утащил меня? Это был мой лучший репортаж! Теперь я – звезда! Тебе что, завидно?

– Звезда? – вытаращил глаза Тюбик. – Да ты – метеорит, рухнувший на город!

Усмехнувшись, пёс снял халат и стёр гарь с лица.

– Это почему? – обиженно спросил Арахис. – Что такого я сделал? Подуумаешь, немного дыма! – репортёр легкомысленно махнул лапой. – Было весело. Просто у тебя нет чувства юмора.

– Весело? Произошла катастрофа! – рассердился Тюбик. – А если бы кто-нибудь пострадал?

Изобретатель аккуратно отложил в сторону почерневший корпус СырПроСупа и поднял глаза на брата:

– Мне надоело с тобой нянчиться!

Вытащив из кармана серую шляпу, Тюбик нахлобучил её на уши.

В это время от лесной чащи отделился странный куст и поплыл в сторону братьев.

– А мне надоело, что ты вечно умничаешь! – Арахис злобно растёр лапами следы сажи, от чего его морда стала ещё чернее. – Такой весь пра-авильный, пёс-всезнайка! Туда иди, сюда не иди. Надоело!

– Это потому, что ты безответственный! – обвинил брата Тюбик.

Куст ещё немного приблизился, но его никто не заметил.

– Это я безответственный?! – возмутился Арахис. – Я очень даже ответственный!

Каждое утро чищу зубы сгущёнкой! Это я первый увидел, что белка нашла золотой орех! А твой, как там его… СырныйСуп не работает! – Арахис с силой пнул лежавший возле ног камень. Тот полетел прямиком в таинственный куст, раздалось сдавленное «ой». Но взволнованные братья не обратили на это ни малейшего внимания.

– Он работает! – Тюбик вскочил и в сердцах бросил халат на землю. – Зачем что попало нажимать?! В этом весь ты!

– Ну, прости, на нём не написано, на какую кнопку жать! – Арахис обиженно плюхнулся на землю. Пёс поднял валявшийся микрофон и что есть сил запустил им в сторону говорящего куста. Раздалось «ай-яй», и куст припустил со всех лап в лесную чащу, подальше от братьев.

Раздражённый Арахис решил, что ему почудилось:

– Понимаешь, я хотел всех поразить…

– Но ты мог меня спросить? – Тюбик печально вздохнул. – Поэтому нас не любят…

– Нас?! Не любят? – поразился Арахис. – Да меня все любят! Я прекрасен, посмотри! – пёс оскалил перепачканную сажей пасть:

– Ну? Как меня можно не любить?

– … и поэтому над нами все смеются, – с ухмылкой взглянул на брата Тюбик.

– А мне нравится, когда смеются. Что в этом плохого? – не понял чумазый Арахис.

– В смехе – ничего, – вздохнул Тюбик. – Но я говорю о другом. Неужели тебе не хочется сделать что-нибудь полезное? Помочь кому-то? За что ни возьмусь – всё плохо кончается!

– Почему же, не всё, – Арахис хитро улыбнулся. – А как же тот здоровенный водяной пистолет? А-ха-ха! – пёс ухватился за живот. – До сих пор помню мокрые усы мэра!

– Это был не водяной пистолет, а опрыскиватель для газона! – обиделся Тюбик, – сокращённо ОпЛяГаз.

– ОпЛяГаз? – не унимался Арахис. – Ха-ха-ха! Да какая разница? Оказывается, наш мэр панически боится воды! О-хо-хо! И у него чудный голос. Особенно, когда он визжит!

– Неудобно получилось с мэром, – улыбнулся Тюбик. – Я так и не понял, почему опрыскиватель сработал на него…

– Может, твой ОпЛяГаз решил, что так у мэра быстрее вырастут усы? – захохотал Арахис.

Тюбик засмеялся:

– А мне нравятся твои стихи. Не все, конечно… – пёс задумался. – И ты – хороший репортёр. Правда, любишь приукрасить.

– Никогда! – Арахис завилял хвостом. – Это профессия такая!

И процитировал:

Не хочу я быть пожарным.
Дрессировщиком – не то!
Я хочу быть репортёром,
В тёмной шляпе и в пальто.

За углом дождавшись жертву,
Я напрыгну на неё!
Обожаю я вопросы!
Репортёром быть – моё!

Пусть боятся все в округе
Не потопа, не огня.
Пусть боятся все в округе
Исключительно меня!

Арахис подмигнул брату:

– А ты не всегда зануда, бываешь нормальным.

Тюбик хихикнул:

– Иди сюда!

Братья крепко обнялись. Где-то на дереве запел соловей, словно обрадовавшись их примирению.

Шальной куст пронёсся в обратном направлении. Он спешил так, будто за ним гнались. Арахис начал извиваться, пытаясь заглянуть за спину Тюбику.

– Ну, что опять? – недовольно разжал лапы Тюбик.

– Показалось, что деревья двигаются! – воскликнул Арахис. – Ой-ой! Смотри, мне кажется, у нас неприятности.

К поляне приближалось облако пыли. Впереди него бежала очень сердитая белка.


## Глава 3. Девчачьи штучки

> Опять больше всех виноват тот, кто меньше всех виноват!

> Возмущённый пёс Арахис


День таял как леденец в жару. Последние лучики солнца едва касались верхушек деревьев. Казалось, деревья вот-вот расплавятся и потекут зелёной рекой, а воздух – заискрится и задымит. Обстановка в лесной чаще была накалена.

Разгневанная толпа окружила братьев Гавв.

– Верните мой орех! – белка Бусинка грозно наступала на Тюбика и Арахиса. Звери глядели осуждающе.

– Какой орех? Мы ничего не брали! – обиженно мямлил Арахис, отступая в кусты.

– Почему сразу мы? – недоумевал Тюбик, закрывая брата.

– А кто ещё?! – белка всплеснула лапами. – Один обещал интересную статью, другой – красивые фотографии! Сами ослепили нас дымом из этой штуковины. Ещё и плели что-то непонятное. Про сыр или суп?!

– А ни сырра, ни супа! – возмущённо каркнула Карлита.


– Извините, ни статьи, ни фотографий! – ёжик Трюфель-Пуфель поправил очки с треснувшим стеклом.

– Ни моего орешка! – в глазах Бусинки сверкнули слёзы. – Мало того, что украли орех, посмотрите, во что вы превратили моё платье! – Бусинка провела по свисавшим с боков грязно-жёлтым лохмотьям.

– Кошмарр! Испорртили такой нарряд! – покачала головой ворона. – Соверршенно не рразбирраются в моде! Кошмаррные брратья Гавв!

Карлита укоризненно пялилась на несчастных псов.

– Платье, золотой орех! – фыркнул осмелевший Арахис, – девчачьи штучки! Нам до них дела нет!

– Ах тааак! Девчачьи штучки?! – белка была готова взорваться от возмущения. – Да я тебя сейчас… поколочу!

Бусинка начала решительно закатывать рукава платья, словно и правда умела драться. Арахис испуганно спрятался за спину брата.

Вместо драки, белка шмякнулась на траву и зарыдала:

– Ну, пожаалуйста, верните мой орех! Мне никогда не везло! У меня и так одни неприятности!

– Какие у тебя неприятности? – сочувственно спросил Тюбик.

– Вчера, – всхлипнула белка, – вышла из дома и грохнулась в яму. Посмотрите, какая шишка! – Бусинка показала распухшую голову.

– Ты это, приберись, что ли. Зачем так запускать двор, – посоветовал Арахис.

Бусинка метнула на пса сердитый взгляд:

– Да не я это! Не знаю откуда. Проснулась, а весь двор перекопан!

– Коршмарр! – воскликнула Карлита. – Карк теперрь шляпу носить?!

– Двор перекопан, извините? – деликатно вмешался ёжик Трюфель-Пуфель. – Но это же очень странно…