Роман Соловьев
Пока город спит

Если долго всматриваться в бездну,

то бездна начинает смотреть на тебя.

Ф. Ницше

Глава 1

День был ясный и безветренный. Он шел по ромашковому лугу босиком. Стебельки и листья цветов ласково щекотали босые ноги. Было легко и беззаботно идти, вдыхая полной грудью. Вдруг растения стали резко увеличиваться в размерах, стебли становились толще. Листья хлестко цеплялись за ноги. Из-под земли стали вырастать тонкие лианы, на кончиках которых были кисти с длинными, толстыми пальцами, шевелящиеся будто черви. Разрастаясь в разные стороны, они больно били по телу. Вдруг он услышал сзади странный пронзительный визг, и оглянувшись, увидел страшное, мохнатое существо, с головой волка и телом человека. Оно быстро приближалось к нему, из передних лап чудовища торчали огромные когти. Монстр в несколько прыжков оказался за спиной, издавая визжание, давящее на барабанные перепонки. Он попытался убежать от чудовища, но замешкавшись, упал и почувствовал сзади зловонное, холодное дыхание монстра…

Клим проснулся и привстал с кровати. Один и тот же сон – уже второй раз за неделю. Он прошел на кухню, прикрыл за собой дверь, и поставил чайник. Включил негромко радиоприемник. Вскоре заглянула встревоженная, полусонная жена Юля:

– Клим, ты чего так рано? Сегодня же не твоя смена.

– Потапов сегодня попросил подменить. Шесть часов уже, пока соберусь…

Жена зевнула, и ушла в спальню к дочке.

Клим Сычев работал дежурным электромехаником на заводе «Фрегат». Это был единственный в городе Зареченске завод, который не развалился после экономических реформ в стране, а скорее наоборот, постоянно наращивал обороты: строил современные цеха, набирал новые рабочие кадры. Может быть, потому что большинство заказов было связано с «оборонкой» и на территории завода существовал даже один секретный, закрытый цех. Впрочем, Клим был не из любопытных. Он хорошо знал специфику своей работы, и оттрубив смену всегда спешил домой, к семье.

Климу недавно исполнилось тридцать два. Среднего роста, худощавый,

с темными волосами, и выразительными карими глазами с немного насмешливым взглядом.Он по-своему считал себя счастливым: семья, дом, работа. Да и много ли человеку нужно для счастья? Его друг, Ванька Залипаев, любил повторять фразу, вычитанную в какой-то умной книге:

«Мудрый человек довольствуется малым, а глупцу все время чего-то не хватает…» Примерно по такому же принципу жил и Клим.

В их семье ведущей была жена Юлия, а он – скорее ведомым. Именно Юля настояла, чтобы Клим заочно поступил в Энергетический институт два года назад, поменял свои старые, ржавые «жигули» на подержанный, но вполне приличный «Опель», хоть и пришлось для этого взять ссуду в банке. Супруга вела учет всех финансовых средств в семье, планировала семейные мероприятия на выходные. Впрочем, Клима это вовсе не раздражало, а скорее забавляло. Он вовсе не считал себя «безвольным» подкаблучником.

Сычев подъехал к заводу и отыскал свободное место на автопарковке, проверил пропуск, взял сумку, и направился к стеклянной проходной. Пожилой Андрей Васильевич на вахте кивнул, и быстро открыл ему вертушку.

После планерки Клим пришел в свой третий цех. Сегодня работала бригада монтажников-подрядчиков, а это значило, что прибавится работы по подключению нового электрооборудования. Мужики в курилке активно обсуждали прошедший Чемпионат Европы по футболу.

– И когда уже наша сборная научится играть…– возмущался пожилой Прошкин, бригадир сварщиков.– Меня бы на поле выпустили – я бы показал, как мячом в ворота попадать!

– Жене своей показывать будешь, Петрович, – хохотал толстый водитель Ляпичев. – Ты окурком в урну не можешь попасть, а все туда же!

Мужики заржали. Прошкин махнул рукой, и побрел в цех.

Клим хоть и не курил, но ему нравилась веселая, непринужденная атмосфера в курилке – шутки здесь сочинялись на ходу, а незамысловатые байки обрастали, как старое дерево мхом, новыми подробностями, превращаясь в легенды.

– А, вот ты где, Сычев! – начальник цеха, Шерстобитов, большеголовый, кряжистый, с огромными руками, похлопал Клима по плечу.

– Мне сегодня в управление нужно съездить. Вы с Васиным смотрите внимательно за новыми подрядчиками. Если хоть от одного работника перегар почуете – гоните в шею из цеха!

Мастер Васин, ответственный за реконструкцию третьего цеха, худощавый, с большим костлявым носом, стоял рядом, переминаясь с ноги на ногу.

– Не волнуйтесь, Аркадий Андреевич. Можете ехать в управление со спокойной совестью. И про квартальную премию там не забудьте спросить.

Шерстобитов хмыкнул, и громко втянул носом воздух.

В открытые ворота уже входили монтажники, и Клим направился к ним.

Допустив бригаду к работе, Сычев немного понаблюдал, и убедился, что мужики действуют быстро, слаженно – за два часа уложили восемь «пасынков» под фундамент для новых станков. Клим решил подготовить новые, силовые электрощиты, и сев на низкий табурет, развернул схему.

Вдруг он услышал металлический свист,звук тупого удара и короткий, приглушенный крик. Он быстро поднял голову и увидел, что трос, закрепленный на кран-балке лопнул, унося вниз тяжелый трехметровый бетонный «пасынок», который ударившись концом о цементный пол, ударил в плечо монтажника, тот отлетел и упал к станине, «пасынок» медленно сползал, скользя по металлической полусфере станка прямо на парня. Клим, мигом пробежав пятнадцать метров, задержал скользящую громадину руками, крикнув растерявшемуся монтажнику:

– Быстрей вылезай оттуда!

Опешивший паренек пулей вылетел из-под станины, отбегая на безопасное расстояние. И только тогда Сычев отпустил конец «пасынка», который гулко ударился о пол, раскрошив его в месте падения. Подбежавшие мужики удивленно смотрели на Клима. Васин стоял, от изумления разинув рот:

– Клим Иванович, я и не знал, что вы тяжелой атлетикой увлекаетесь, «пасынок», наверное, тонну, не меньше весит.

– Тонна сто пятьдесят,– сглотнув слюну пробубнил краснолицый бригадир монтажников. – Спасибо вам огромное человеческое! – он протянул Климу сухую широкую ладонь. – С меня причитается…

Сычев пожал плечами, и вернулся к своим электрощитам.

Вечером, после смены, Клим заехал в магазин. Вышел из машины и вдохнул запахи теплого летнего вечера:нежной дымки перед закатом, жаренных шашлыков у кавказской кафешки, и остывающего, еще теплого асфальта. Запахи городских каменных джунглей.

Через дорогу переходила маленькая старушка, с двумя пакетами продуктов. Неожиданно со двора выскочил черный «Форд», и резко притормозил в паре шагов от испуганной бабушки. Она от неожиданности выронила пакеты, по асфальту покатились яблоки и апельсины.

– Куда прешь, овца? – в окно высунулся бритый парнишка, играя желваками.

Сычев подошел, и помог женщине собрать фрукты, оглянувшись на «Форд»:

– А нельзя ли повежливее, молодые люди?

Парнишка вышел из машины:

– А ты че, правильный такой?

Из машины вылез еще один: высокий, рыжий, в спортивном костюме. Он держал руке бейсбольную биту.

– Мужик, иди базар перетрем!

Старушка благодарно кивнула, и подхватив пакеты, пошла домой.

– Пацаны, давайте разойдемся краями, – Клим попытался успокоить парней.

– «Череп», ты слышал? «Баклан» бузу затеял – а теперь заднюю врубает! – бритый хмыкнул.

– Да обделался он уже, «лошара»…

Сычев спокойно подошел к наглому водителю, и заметил, что глаза у того были красные, с расширенными зрачками. Парнишка резко выбросил вперед кулак, но быстро уйдя в сторону, Клим атаковал его боковым ударом в челюсть. Соперник охнул, сложился и рухнул под колеса, будто куль с мукой.

Услышав сзади свист, Сычев пригнулся, в ту же секунду над головой пролетела бейсбольная бита, ударив по лобовому стеклу, и оставляя на нем крупную сетку мелких паутинок. Клим ударил рыжего ребром ладони по затылку, тот захрипел, падая на капот.

Сычев пошел к машине, и обернувшись, посмотрел на «отморозков». Они, покашливая, не торопились приподниматься. На тротуаре уже собралось с десяток зевак. Он завел «Опель» и поехал в другой магазин.

Подъехав к дому, Сычев остановился и призадумался. Когда-то в молодости, еще до армии, он занимался боксом. Прошло уже без малого пятнадцать лет. Да и дрался Клим последний раз лет семь назад, на свадьбе у друга. Как он мог легко раскидать двух крепких отморозков? Откуда взялись эти рефлексы, моментальная реакция? И главное – почему парни падали от его ударов, как срезанные колосья под комбайном? Это не укладывалось в голове. Да и сегодняшний случай на заводе тоже был загадочный. Сычев взял пакет с продуктами, и закрыв машину, направился домой.

В субботу Клим собирался в гараж, позаниматься с машиной. Положил спецовку и термос с чаем в сумку, нарезал бутерброды.

– Ну, и куда мы опять из дома сбегаем? – жена заглянула в кухню.

– Юля, мне в гараж нужно – масло в машине поменять и ходовую посмотреть…

– Клим, ну какой гараж? Ты Темку видел? Весь в слезах сидит в комнате. Ты уже вторую неделю обещаешь его в кино сводить!

Обиженный сын выглянул из-за двери.

– Артем, а что смотреть будем?

– «Пиратов Карибского моря»!

– На «Пиратов» обязательно нужно сходить. – Сычев махнул рукой, – хорошо, завтра «Опель» в сервис отгоню… Собирайся, Артем!

После фильма они зашли в просторную пиццерию и заказали две больших горячих пиццы с сыром. Артем уплетал за обе щеки.

– Ну что, Тема, понравился фильм?

– Класс! Папа, давай завтра еще сходим…на «Люди Х»

– Завтра, сынок, папе на работу…

За крайним столиком ругалась парочка. Парень «поносил» свою спутницу трехэтажным матом, люди недовольно оборачивались, а пожилая кассирша попыталась успокоить дебошира:

– Молодой человек – это общественное место, успокойтесь, здесь дети…

Клим терпеливо ждал, когда сын доест пиццу, и они пойдут домой. Внутри у него почему-то нарастало чувство тревоги.

Неожиданно парень привстал и вытащив из пиджака пистолет, направил дуло на спутницу.

– Тварь продажная!

– Не надо, Коля! – девушка попыталась закрыть лицо руками.

Кассирша шепнула официантке:

– Таня, беги за охраной.

Все происходило очень быстро, как в кино. Раздались три гулких выстрела. Девушка упала со стула, охнув, на груди ее светлой блузке выступили пятна крови. Люди вскочили с мест и кинулись бежать к выходу.

– Тема, быстро беги за остальными!

– Папа…

Клим легонько подтолкнул сына, и развернулся в сторону парня с пистолетом. Стрелок медленно шел, с оружием в вытянутых руках, вытаращив стеклянные глаза. Он выстрелил еще два раза в сторону кассы, пули пробили полку, разбив несколько бутылок с кетчупом.

Сычев схватил пластиковый стул и бросил в стрелка, но тот легко отбил его левой рукой и направил пистолет прямо на Клима. Раздались несколько выстрелов подряд, одна пуля просвистела возле уха. А потом он почувствовал чудовищную боль в ноге, и упав на пол, вскоре потерял сознание.

Как в тумане Сычев помнил, как его несли на носилках и поездку на «скорой», яркий свет прожектора в операционной, и серьезные лица людей в белых халатах. Вечером он пришел в себя, и попросил воды, после наркоза все внутри пересохло. Молодая, стройная медсестра подала граненный стакан с водой:

– Вы не волнуйтесь, раны не серьезные, пули извлекли. Вы скоро пойдете на поправку.

– Где мой сын?

– Ваша семья – жена, сын и дочь приходили два часа назад. В палату их пока не пустили.

Клим тяжело вздохнул.

– Да, и ваша жена просила перезвонить, как только вы придете в себя.

Медсестра подала с тумбочки мобильный. Сычев набрал номер жены:

– Юля! У меня все нормально…

– Слава Богу, Клим! Перепугал ты нас…завтра утром приедем к тебе. Я люблю тебя.

– И я тебя люблю, Солнышко…

Утром Клим чувствовал себя на удивление хорошо. Он даже хотел подойти к раковине, чтобы умыться, но медсестра не разрешила.

После обеда его осмотрел доктор Кравцов, пожилой, худощавый, с густой шевелюрой седых волос:

– Значит, уже чувствуете себя хорошо?

– На пять баллов, доктор.

– Сколько вам полных-то годиков?

– Тридцать два.

Доктор удивленно снял очки, и внимательно посмотрел на Клима:

– Если честно, никогда не видел такой быстрой регенерации мягких тканей. Пуля вошла в бедро довольно глубоко. Нашему светиле, Ивану Анатольевичу, пришлось потрудиться, чтобы ее извлечь. Прошло менее суток, а вы цветете – будто роза в летнем саду,–доктор улыбнулся. – Хорошо, пока отдыхайте, мы будем наблюдать за вашим состоянием…

На следующий день в палату вошел бледный, худой мужчина, с короткой стрижкой, в костюме под белым халатом:

– Капитан Ларин. Зареченское ГУВД. – он показал красное удостоверение. Сосед по палате, Гена Травников, оживился и отбросил кроссворды в сторону.

– Как ваше самочувствие Клим Иванович?

– Да хоть сейчас в космос. Вы задержали его?

– К сожалению, нет. Гражданин Перцев погиб при задержании, попытавшись оказать сопротивление.

– Товарищ капитан, а почему он вообще начал стрелять?

– Трудно сказать. Жена призналась в измене, плюс парень находился под наркотическим воздействием. Убил жену прямо в пиццерии, а после начал палить направо и налево.

– А откуда у него пистолет? – неожиданно спросил Травников со своей койки. Капитан хмыкнул, и покосился на него:

– Следствие установит. Клим Иванович, вы не были знакомы с гражданином Перцевым?

– Конечно нет. Никогда его не видел.

– Так я и думал. Хорошо, выздоравливайте. После выписки мы вас пригласим повесткой, чтобы уточнить пару вопросов. Да, и кстати, если бы вы его не остановили – он бы точно положил еще двоих-троих человек.

– А разве я его остановил?

– Свидетели утверждают, что после того, как он стрелял в вас, Перцев упал и схватился за голову, пробыв в таком положении несколько минут. А когда появился наряд полиции, попытался вновь открыть огонь…но был убит на месте.

Капитан пожал Климу руку, и быстро вышел из палаты.

После обеда Кравцов вновь осматривал Сычева, но уже не один. На кресле сидел солидный полноватый мужчина средних лет.

– Александр Александрович, взгляните – это просто нонсенс, – бормотал Кравцов, – парня хоть завтра на выписку. Посмотрите, я в жизни не встречал такой регенерации. На этом товарище научную диссертацию можно защитить. А анализы и показатели у него – как у здорового двадцатилетнего юноши. Может позвонить профессору Иванникову, в Москву? Случай уж очень уникальный…

Мужчина в кресле нахмурился:

– Вот и хорошо Юрий Сергеевич. Выписывайте парня, когда посчитаете нужным. И никуда сообщать не надо. – он сдвинул брови домиком, неторопливо встал и вышел из ординаторской.

Клима выписали через два дня. Выйдя на улицу, после пятидневного пребывания в палате, он вдохнул воздух уходящего лета, немного постоял и направился к выходу из больничного комплекса. По пути Сычев любовался ровно остриженными кустарниками вязов, аккуратными круглыми цветочными клумбами, а свежевыбеленные бордюры напомнили ему далекие армейские будни.

– Клим Иванович! – окликнул его женский голос.

Сычев обернулся, и увидел на скамейке, под березкой, симпатичную женщину в джинсовом костюме. Он подошел и осмотрел незнакомку: приятное открытое лицо, большие серые глаза, короткие светлые волосы:

– Извините, вы меня звали?

– Добрый день. Виталина Павловна. – она протянула руку, рукопожатие у незнакомки оказалось довольно крепким. – Извините, я займу буквально пять минут вашего драгоценного времени.

– Вы тоже из полиции?

– Почти. – она изучающе смотрела на него. – Как вы себя чувствуете, Клим Иванович?

– Прекрасно.

« Может, журналистка?» – подумал Сычев.

– Можно я буду называть вас Клим?

– Конечно.

– Клим, вы ничего не заметили в последнее время, каких-либо странностей в своем поведении?

« Психотерапевт…» – вновь промелькнула мысль у Клима.

– Да особенно ничего… так, пустяки…

– А вас не настораживает тот факт, что огнестрельные раны, с которыми лежат в больнице две-три недели, у вас стянулись за четыре дня? Или это особенности вашего организма? Когда вы последний раз простужались?

– Лет пять назад. А что?

– Вы занимаетесь оздоровительными методиками? Спортом?

– Да какой там спорт, Виталина Павловна.

– Можно просто Виталина.

– Так, на заводе иногда с мужиками в теннис настольный или бильярд…

– В принципе, я давно уже все поняла.

– Что-то не так?

Она улыбнулась. Трудно было на первый взгляд определить, сколько ей лет. Может быть тридцать, или сорок. Но в женщине чувствовалась и физическая и внутренняя сила.

– Клим, я оставлю вам свою визитку. Позвоните через пару дней. У меня для вас будет интересная информация, – она протянула пластиковую карточку и быстро привстала. – И запомните, это в ваших интересах.

Когда она ушла, он рассмотрел визитку: «Токарева Виталина Павловна. Инженер-дизайнер ООО «Алые Паруса».

Глава 2

Ночной туман обволакивал дорогу, по которой, нарушая тишину, не торопясь ехал полицейский «Уазик». Фыркая мотором, он миновал старый парк. В сумерках деревья зловеще выпирали своими размашистыми ветками. Машина подъехала к заброшенной стройке, оконные проемы в доме зияли во тьме страшными пустыми глазницами.

– Серый, на хрена мы сюда приехали? – водитель Зверев поерзал, – место какое-то жуткое.

– Леша, давай к дому подъезжай, тут постоянно «торчки» толкутся, – старший сержант Николаев кивнул напарнику на скамью возле подъезда. – Сейчас кого-нибудь зацепим. План-то нужно выполнять. У тебя, я смотрю, абсолютно нет служебного рвения…

На скамейке никого не было.

– Может, поехали отсюда? – Зверев передернул плечами. – Что-то мне здесь не по себе.

– Погоди, слышал шорох? – старший сержант вылез из машины, – жди меня здесь.

Он вошел в темноту подъезда, где явно слышался придавленный смех, ему даже показалось, что в окне промелькнуло бледное лицо в капюшоне.

Водитель нервно барабанил пальцами по рулю, и вдруг услышал звуки борьбы и придавленный стон.

– Да что за хрень там творится! – он схватил автомат и побежал к подъезду.

Из темноты на него вышел напарник, с обезумившими глазами, держась за горло. Николаев безвольно опустил руки, кровь хлынула из-под кадыка темным фонтаном, он захрипел и упал на асфальт.

Зверев неожиданно почувствовал сзади удар небывалой силы, ночь перед глазами вспыхнула на тысячу ярких вспышек, и он упал вперед, прямо на окровавленного сержанта, потеряв сознание…

Рано утром следователю Дронову позвонил дежурный из ГУВД.

– Виктор Степанович, нужно выезжать на происшествие. У нас двойное убийство. Возле стройки, у Вишневой, напали на наших патрульных.

– Через двадцать минут буду, – буркнул майор, потирая виски.

Уже почти рассвело, но утро выдалось пасмурным, моросил мелкий дождь. Дронов подъехал к стройке: там уже стояли несколько машин, место происшествия было оцеплено. Он вылез и поводил своими тяжелыми плечами, чтобы взбодрится. В его мощной фигуре чувствовалась большая физическая сила. Подойдя к дому, он увидел трупы патрульных. Вся бетонная площадка вокруг была в бурых пятнах подсохшей крови.

«Да здесь была настоящая бойня…» – следователь закурил.

Светлана Михеева, судмедэксперт, невысокая блондинка, лет сорока, подошла и попросила у него огоньку.

– Витя, похоже дело нелегкое. У нас непростые убийцы, это не какая-то шелупонь. Николаеву перерезали шею от уха до уха, быстро и четко, орудие убийства уточняем. Звереву пробили череп сзади, чудовищным ударом, он умер мгновенно. Все произошло быстро, в течении одной-двух минут.

Майор бросил окурок, притоптал его ботинком, и тяжело вздохнул:

– Похоже, их было двое?

– Да, двое или трое, здесь много следов. Говорят, здесь часто наркоманы ошиваются.

Следователь потер переносицу, и принялся осматривать место преступления.

– Товарищ майор, вот в двадцати метрах, в кустах лежал, – сержант подошел, показывая автомат.

– Так, а что это за вмятины на прикладе?

Михеева внимательно осмотрела оружие:

– Виктор Степанович, похоже, это следы зубов, но вряд ли человеческих…

– Да…– задумчиво сказал Дронов,– как говорится – ни хрена себе неделька начинается…

Виктор Степанович недавно возглавил отдел по особо тяжким преступлениям в Зареченском ГУВД. «Убойный» отдел – как любят называть киношники. Человек он был простой, но дотошный, никогда не упускал мелочей на службе. Иногда, чтобы добиться быстрых результатов расследования, ему приходилось применять к преступникам не совсем «законные» методы. Коллеги прозвали майора«волкодавом». Дронов мог сутками пропадать в отделе, вникая с головой в каждое дело, присутствуя на допросах, задержаниях, и прочих оперативно-розыскных мероприятиях. ЖенаЕкатерина давно махнула рукой, и всегда с терпением относилась к его ночным выездам и срочным командировкам.

Дело с убийством патрульных было неслыханным в городе. Майор решил взять расследование под особый контроль, и даже не из-за того, что это жестокое преступление будет иметь огромный общественный резонанс, а потому что найти убийц «своих» – было делом чести каждого офицера полиции. На совещании полковник Громов поручил создать оперативно-следственную группу для скорейшей поимки преступников и преданию их суду. Но Виктор Дронов уже знал, что до суда преступники вряд ли доживут. В кабинете он достал из сейфа свой незарегистрированный тяжелый «глок». Подержал пистолет на ладони, ощущая холодную вороненную сталь, на рукоятке слева были видны три маленькие незаметные насечки.

В дверь постучали.

– Товарищ майор! Разрешите войти!

Дронов спрятал оружие и пошел открывать.

Капитан Ларин втолкнул в кабинет худощавого, чернявого паренька.

– Вот, познакомьтесь – Юрка Клещ. Вечерами торгует «травкой» на стройке, у старого парка. Практически живет там.

– Ну, Юрий, присаживайся, – Дронов придвинул юноше стул.– Рассказывай.

– А что рассказывать? Не было меня той ночью на стройке. Ушел я рано, еще в семь часов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.