М.И.Н.У.Я.
Сборник стихов
Роман Кулиев

Дизайнер обложки Вероника Александровна Данилова

© Роман Кулиев, 2018

© Вероника Александровна Данилова, дизайн обложки, 2018

ISBN 978-5-4490-2155-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Верлибр читателю

Вы читаете это, сейчас, сиюсекундно;
Вы читаете это, губа ваша, десна
Шевелятся в такт букв, мутно
Понимая по то пространство листа.
Но неважно, вы это больше,
Вы – это сложно, вы – почти вечно
Дышите в строки, сути из кожи,
Сути, как время, т.е, как речка.

Словно природа, идейности в этом —
В том, что «P.S.» дыхание с лиры
После прочтения, как корень поэта,
С вами сходящей поступью с мира.

Вы же Р.S.
Стимул и вирус.
Вы, что осталось,
Вы – что вернется.
Вы все сгорите
В ропоте времени,
Но вы это время,
Т.е. самосожжение.

– Конец-

Прогулка до квартала

От дома пройти до квартала,
Бесцельно, бездумно,
Как ветер.
В маршруте тебя потеряли,
Но встретили
Хмурые дети.

В глазах отчужденного дома,
Дорога всегда свежа.
От лома
Удар – деликатнее, чем
От любого ножа.

Ну что же? Ну что же?

Рыхлое прошлое стынет,
Глаза стекают слезой.
Ничто не со мной отныне,
Отныне ничто не с тобой.

Все развенчала дорога,
На зло уходящей звезде
По ней стекают немного
Образы в темноте.

Прогулка до тела квартала
Кончится все таки может:
Полями за тротуарам
Границею города с рощей!

Она снизойдет – воздух
Свободы обнимет… плечи.
Главное, что не поздно
Познать отчизну и вечность.

– Конец-

Несколько строк про незначительное

Снег на земле утрамбовался,
Старик плетется в виде камня,
И сердце с тромбом в виде вальса
Сорвется, развивая платье.
Ему остался путь недлинный,
Почти секунда, единица —
Чтобы под старческой грудиной
Сердце разучилось биться —
И память вычерненная тенью
Людей безмерных, слов и стенок,
Постылых дней и кадров с бедной
Осиной из иссохших веток.
Сие мелькнуло в моно-кадре,
Пустилось по широкой вене —
Остановилось ровно за день
Конца очередной недели.

– Конец-

За чаем

Смотрю на дно стакана – чай остыл,
Черты мои размыты, как от Пабло.
Черты мои со мною не на «ты»,
Черты мои отброшенные за борт.

Нужды точить над шеей гильотину,
Дабы срубить все связи позвонков
По сути нет; приятнее покинуть
Дом после нерешительных звонков.

Идти зачем, откуда? То есть,
Кем создана тропа, бросающая в страх,
И к буквам, что рисуют эту повесть
На ваших шевелящихся губах.

– Конец-

Можно

Симфонию можно разбить: на части, слои, ноты.
Можно разбить этот мир, на города и страны.
Можно всю жизнь просидеть без работы,
Можно умереть, не получив раны.

Можно увидеть море, и сдобрить его телом
Своим. Можно прыгнуть с крыши, как птица
Небывалая. Но кончить, очерченным мелом,
Испорченным – не это ли повод напиться?

Можно найти дорогу, что приведет к храму,
Можно найти любовь, и потерять ее.
Можно ее не найти, но отыскать даму
И под венец провести ее энным днем.

Можно, можно, можно,
Рыдая о проигранной жизни
Подушку кусать, грызя ее пух.
Можно остаться внутри отчизны,
Умерев. И если потух

Костер твой, зажечь его снова
Можно. Можно разбавить тишину
Перво попавшим в голову словом,
Как пулей, ушедшей лететь на войну.

– Конец-

К бродскому

Иосиф Александрович Бродский – великий русский поэт, американский эссеист.

Теперь вы – пыль, всего, увы, И не скрипите медной вилкой
Об блюдце голое; зимы
Не наблюдаете из ссылки. Я
слышу тихое дыханье, Иль вы сжимаете мне сердце?
На снимках живо увяданье
Вашей пролысины в Венеции. К
уда? На что дымится жизнь, В масштабах сосуществованья?
Купить в уценке спелых дынь – Смысл дерущего страданья?

И если так, кричим мы – аве, Держа над головой секиры, Только чтобы глас кортвый
Переварил сие под лиру. Д
жон Донн уснул? И вы
Оставили и испарились
В широтах легкой синевы – Не исписались – но изжились. Э
то упадок, иль величье, Конечно, ни черта не пан ты, Также далек, как Береатриче
Недосягаема для Данте. Н
о я пишу, себя забросив. Вы… не Есенин, но не хуже. Вы – вечно дышащий Иосиф, Один Иосиф в этой гуще. И ль под эгидой Мичигана, Небрежно ручкою набросив, Под коркой написали странно
Вместо Иосифа, лишь – Joseрh. К
акие буквы заключили, В манящей тиши, далеке?
Отныне – живы, живы, живы, Как Низами, Гомер, Рильке.

– Конец-

Минуя

Ну что? Минуя ветер пряный
Колеса сотый раз дают осечку.
Но все равно доколесят упрямо
До энной недовыцветевшей речки.

И если тут я – значит я не дома.
Я там, где тишь, там где звездопад.
Или, напротив, где плавилась Содома,
И где огни витали томно над

Крышами домов, роняя на пороги
Тела людей. Дорога пронесет
Мимо тех оргий ноющие ноги,
Где ветер пряный медленно поет.

Пишу тебе, с конечного дурдома,
И это значит – путь окольцевав,
Причалил я к родному дому,
Стену сухую вновь поцеловав.

– Конец-

Новое старое

В картину вместить способны
Круг, овал ли, квадрат?
Искусство, как голос свободы

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.