Алекс А. Алмистов
Транссферы: Проклятие Плутона

Книга Первая
Призраки Подземелья

Пролог. Долина Советского Спутника

Из-за сильной азотно-снежной пурги и ураганных порывов ветра Европианский Космотрейлер долго и нудно кружил над Долиной Спутника[1] и ещё только строящимся в самом её центре комплексом Трансгалактической Космобазы Плутона[2].

И только когда беспросветная мгла стала немного рассеиваться, а сила самого бурана заметного пошла на убыль, долгожданный гость-нарочный с «Большой земли», наконец, грузно и вызывающе неуклюже плюхнулся на дискообразную посадочную платформу – вот уже более полувека верой и правдой служившую беспредельно надежной «крышей» Главного Командно-административного здания Титановой Каторги.

Как и следовала ожидать, посадка тяжело гружённой «космической фуры» прошла достаточно жестко. Отчего доселе «неприступная» цитадель плутанианского Закона и Права, по древней англосаксонской традиции имевшая форму безукоризненно правильного пятиугольника-пентагона и ровно пять надземных этажей, судорожно вздрогнула – от самого «пентахауса» Администрации и до своего двухуровнего фундамента-казематов. И вполне даже может быть, что кое-где ещё и пошла зловещими трещинами в железобетонных стенах и цельнолитых титановых перекрытиях…

К счастью, последнее особо никак не повлияло на морально-психологический «дух» как весьма немногочисленного личного состава «живых» надзирателей и бюрократов-управленцев Каторги, так и сугубо гражданского населения Плутонианской Колонии – технических специалистов Космобазы, её «офисного планктона-менеджеров» и членов их семей.

И всё потому, что много чего подобного уже повидавшая на своем недолгом веку пятигранная призма-«табакерка» Тюремной Администрации не только располагалась в почтительно-безопасном отдалении от серебристых остовов гражданских построек городка Колонистов и военно-гражданского Космопорта самых дальних Рубежей Солнечной Системы, но… Но ещё и, вдобавок, сиротливо ютилась на самом дне глубокой впадины-ямы, за миллионы циклов регулярного таяния-замерзания уродливо прорезавшей девственные недра вечного ледника на добрые две-три дюжины метров вниз от поверхности.

В свою очередь, ещё на заре Эпохи Великих космографических открытий гостеприимно-великодушно приютившая саму Плутонианскую Колонию Долина Спутника, названная так в честь первого, притом – сугубо Советского, искусственного спутника Земли, представляла собой западно-левое, более светлое, полушарие «Сердца Плутона»[3] – более известного астрономам под названием Материка Томбо.

Простираясь на добрые пятьсот километров в обе стороны от будущей Космобазы, эта, безупречно гладкая и щедро припорошенная сверху сияюще-блёклым метановым снегом, Равнина была со всех сторон окружена грязно-коричневыми ледяными скалами, пятикилометровыми горными острогами и водно-ледяными вулканами-«отдушинами» местных, исключительно подземных, водно-аммиачных морей и океанов.

Между тем и всего какой-то жалкий, в пространственно-временных масштабах Вселенной, разумеется, миллиард лет назад на её месте располагался огромный, диаметром более одной тысячи километров, ударный кратер. Этакая огромная и вечно незаживающая рана-оспина – прямое наследие сверхдревних космических столкновений и катастроф. Каждый, последующий за возникновением кратера, год, когда Плутон завершал свое путешествие вокруг Солнца, толщина своеобразной осадочной «накипи-наледи» из замёрзших и принявших кристаллическую форму атмосферных газов Плутона – в основном азота, окиси углерода и метана – на поверхности кратера худо-бедно, но при этом уверенно и непреклонно, росла. В результате и в один прекрасный момент, бесформенно-склизкая груда этого нахлебника-льда доверху заполнила сильно разрушенную по краям водно-ледяную котловину кратера. Более того и ещё через какое-то время на месте бывшей впадины-ямы сам собой возник своеобразный «горб» из окаменевших в невыносимо лютой стуже Плутона газов, который начал тянуть планету вниз, в сторону ее экватора. Ну а когда высота этого злосчастного ледяного «горба» превысила несколько сотен метров, то под его неимоверной тяжестью ось вращения Плутона вымучено и уже безвозвратно, хотя и достаточно плавно и без никому особо ненужных конвульсий при этом, сместилась почти что на 60 градусов вниз. Последнее автоматически привело к тому, что бывший приполярный кратер как-то в одночасье и самопроизвольно превратился в Сердце Плутона, ныне уже расположенное почти у самого экватора незаслуженно разжалованной в 21-ом веке до статуса неприкаянного космического булыжника карликовой планеты.

А ещё по прошествии нескольких сотен миллионов лет оставшийся после падения на Плутон гигантского заблудшего интервента-астероида кратер вообще оказался полностью и безнадежно скрыт от посторонних глаз многометровым слоем умиротворяющее-безмятежного летучего азотного льда и углекислотно-метанового снега. Более того и уже очень скоро, вся внешняя поверхность-корка всего, сугубо слудяного[4] по своей природе и, как если бы по воле местной Снежной Королевы Плутоны, заиндевевшего навечно, безобразия, в свою очередь, оказалась вдоль и поперек испещрена не только множеством новоиспеченных водно-ледяных утесов-нунатаков[5], углекислотно-ледовых «озер», метаново-снежных «дюн» и даже невысокими горами из полупрозрачного водяного льда, но… Но ещё и разновеликими по ширине и белесыми по цвету азотно-ледяными желобами-бороздами, беспардонно и по-хозяйски самоуправно поделившими Равнину Спутника на своеобразнее соты-ячейки – каждая размером в 20–30 километров в диаметре. Внутри этих самых «ячеек», центры которых со временем явочным порядком приподнялись на несколько десятков метров относительно краев, и по самим ограничивающим их по периметру «желобам»-каналам теперь вальяжно, хотя и чрезвычайно медленно и потому почти неуловимо для глаз стороннего наблюдателя, плавали огромные айсберги и более мелкие блоки из чрезвычайно, из-за сверхнизких температур на поверхности Плутона, прочного водяного льда. В то время как расположенные по краям самой Равнины угловатые, почти что пятикилометровой высоты и аналогичные по своему физико-химическому составу айсбергам горы с течением времени лишь только немного смещались и поворачивались вокруг своей центральной оси…

Однако, и несмотря на всё это студено-пышное великолепие плутонианской Природы, благодарно лицезреть и вполне закономерно восторгаться всеми её белоснежно-промозглыми прелестями в эти, сразу приземления на Плутоне Европианского Космотрейлера, минуты было попросту некому.

Ну если, конечно, не брать в расчет уже давным-давно ко всему неслужебно-возвышенному равнодушного Первого Надзирателя Колонии Аида, который самолично и в гордом одиночестве, как оно было заведено ещё с момента закладки и начала строительства Космобазы «Плутон-Зеро», контролировал прибытие с «Большой Земли» на Плутон драгоценного «живого товара» – своих новоявленных «верноподданных»… Равно как и окружавшую его сейчас на перроне служебно-тюремного аэродрома «придворную свиту» из дюжины-другой безропотных и по самой своей природе бездушно-исполнительных роботов-автопогрузчиков, космомехаников и личных телохранителей.

И, уж тем более, все эти ледяные красоты Плутона никоим образом не могли восхитить самих, успешно доставленных Космотрейлером на Плутон грузом «200-бис», изгнанников-каторжан, коих здесь всегда и традиционно встречали без всякого там хлеба и соли. Не говоря уже про свежесрезанные в местной космической оранжерее цветы и «торжественно-праздничные» розанчики…

Тем более, что они все, как один, всё ещё мирно и беззаботно спали в своих полностью герметичных транспортных саркофагах – или «гробах Трамп-Пампама» – как их уже давно окрестили транспортные логистики и обычные гражданские путешественники из народа. По этой банальной причине никто из вновь прибывших в принципе не мог быть очевидцем ни «радушного», ни любого другого «приема» не слишком почетных гостей коренными обитателями Плутона.

Между тем, первый штабель-паллету «гробов», включая тот, в котором вот уже несколько долгих месяцев находилось замороженное в стазис-анабиозе тело лейтенанта Леваневского, роботы-автопогрузчики натужено вытолкали из брюха космотрейлера на девственно припорошенный метанновый лед Космобазы минут за десять. Оставшиеся девять – в течение следующего часа и не взирая на стремительно затягивающую Космобазу Аида беспросветным туманом ледяную мглу и угрожающе закручивающиеся прямо на глазах вихри не на шутку разошедшейся снежной пурги.

А как только последний из «гробов» оказался вне стен транспортного отсека Космотрейлера, те же автопогрузчики принялись торопливо и с завидным усердием запихивать в необъятную космическую «фуру» блестящие свинцовые контейнеры с драгоценной «кровью Плутона» – чрезвычайно редко встречающейся в недрах планет Солнечной Системы «праной».

Разумеется и как всегда, места для всех «кубиков» со свежедобытой Аидскими старателями рудой не хватило. Весьма значительная часть из них так и сталась стоять на платформе – немым укором пилоту грузового Космотрейлера, без промедлении и в заметной спешке стартовавшему в обратный путь на «Большую Землю» – спутник Юпитера Европу[6].

Глава первая. Старатели и Дуболомы

Первое, что бросилось в глаза Герману, когда он судорожно очнулся после стазис-анабиоза, был густой вонючий сумрак и снежная изморозь на потолке априори ему незнакомого медицинского бокса.

Однако, долго и с нескрываемым любопытством разглядывать хитросплетения ледяных узоров на заиндевелых стенах его новой тюрьмы лейтенанту Леваневскому так и не дали дюжие то ли медики-санитары, то ли охранники «заведения». Эти «мил-человеки», даже не дожидаясь его полного пробуждении, торопливо, но и явно со знанием дела, влили Леваневскому с помощью портативных фармоинжекторов в вены «слоновью дозу» реабилитирующего физраствора. А затем и чуть ли не силой поставили его обнаженное, мертвенно-синее и всё ещё заиндевевшее от лютого холода, тело на ноги. После чего небрежно и без всякого должного пиетета к бывшему Герою Лиги наций всучили ему серый, с брюками в белую полосочку, комбинезон и вместе с остальными реанимированными зэками выгнали взашей из своих медицинских пенатов. Причем и к счастью для полуодетых каторжан-новобранцев, не сразу на промозглую до космического холода «улицу», но в крытый ангар – своеобразный карантинно-приемный покой для всех недавних узников «гробов Трамп-Пампама».

Там их всех уже и в нетерпении ждали – дюжина с головы до ног укутанных в черный кевлар и зеркальные бронепластины охранников с армейскими парализаторами и бластерами наперевес и вызывающе тучный чиновник Транспортной Служб Лиги Наций с экспедиторским планшетом-«Подорожной ведомостью» в потных и сальных руках. При этом и в отличие от охранников чиновник был одет в строгий деловой костюм – с огромной, как у спортсменов, но вышитой поверх ткани золотыми нитями, цифрой «2» на горбатой спине и тщедушно-впалой груди. Кроме того и сугубо в интересах его личной безопасности, лицо полномочного вертухая надежно скрывала от пытливо-недобрых глаз уголовников защитная пластиметовая маска с идиотско-благожелательной улыбкой на месте прорези для рта.

Достаточно расторопно, как опытный фермер овец или свиней у себя в деревенском загоне, пересчитав всех зэков по головам, чиновник-вертухай Лиги Наций удовлетворенно хмыкнул и торопливо убрал «Подорожную ведомость» за спину. И только после этого уступил свое «премьерско-предводительское» место, судя по всему, самому Главному и «Первому из равных» Надзирателю Плутонианской Каторги. Как минимум, на это указывало то, что это был долговязый и взирающий на всех свысока мужчина, лет пятидесяти – пятидесяти пяти, в дорогом парадно-представительском скафандре высших чиновников Лиги Наций и огромной, вызывающе светящейся в полумраке ангара, цифрой «1» на груди, на спине и на обоих нарукавных шевронах. При этом и само собой, его лицо тоже было надежно скрыто от любопытных глаз «зэков» зеркально-непроницаемой полусферой сплошного черного шлема. Вдобавок, в своей правой руке Первый Надзиратель крепко и явно со знанием заплечного дела сжимал увесистый, больше похожий на увесистую полицейскую дубинку, чем на изящный офицерский жезл-стек, парализатор-двузубец[7] – с остро отточенными колюще-режущими кромками на конце.

– Ну что ж, закоренелые негодяи, отъявленные подонки и прочие неблагодарные мрази и выродки Вселенной, добро пожаловать на Титановые Рудники Плутона! Или, как говорили древние греки – прямиком в мрачный и проклятый всеми разумными существами Тартар!.. – бесцеремонно отодвигая в сторону и, вдобавок, полностью заслоняя собой чиновника Лиги Наций, по-хозяйски взял слово Первый Надзиратель Плутонианской Каторги.

Этого, цинично-многообещающего и как гром среди ясного неба прозвучавшего из его уст, «приветствия» всем вновь прибывшим новичкам-«колонистам» оказалось более, чем достаточно для того, чтобы в карантинном ангаре мгновенно воцарилась испуганно-мертвая тишина.

На что сам виновник «торжества» удовлетворенно хмыкнул и, со всё возрастающим воодушевлением и, одновременно с этим, с подчеркнуто презрительной ненавистью в своем трубном голосе к собравшимся, деловито продолжил свою нравоучительно-тронную речь:

– Это я к тому, паршивцы, что если вы все ненароком подумали, будто бы мы здесь действительно добываем такой драгоценный и столь важный и нужный для дальнейшего развития всей Человеческой Цивилизации металл, как титан, то… Совсем нет!.. Самородного металла титана на Плутоне до обидного мало, и вряд ли его наберется больше двух-трех тонн… К тому же, пока так ещё и не найденных нашими доблестными геологами-разведчиками!.. «Титановыми» же мои рудники называются исключительно в честь мифических древнегреческих недотеп-самозванцев – Титанов, которые возомнили себя равными богам и дерзко бросили вызов на бой самим истинным вседержителям – Олимпийцам… Ну и в итоге, за это своё неслыханное вероломство, ненасытную гордыню и наивное скудоумие заслуженно поплатились – вполне закономерно и при этом навечно угодив в самую бездонную и зловонную жопу тогдашнего мира – мрачный Тартар!.. Вот и в нашем, то есть, я хотел сказать, исключительно в вашем, случае – история повторяется вновь! Но уже в виде банального фарса… Проще говоря, да будет вам известно, олухи, что сюда, на Плутон, с Земли и со всей Солнечной Системы традиционно ссылают бывших мировых знаменитостей… Тех самых уродов и псевдо-титанов, то есть – вас всех, здесь предо мной стоящих, кто посмел гнусно и вероломно восстать против власти и воли современных и нами, законопослушными гражданами Земли, искренне-глубоко уважаемых богов-демиургов – добропорядочных бизнесменов и априори непорочных чиновников Лиги Наций!.. Это я к тому, что пасть ниже – попросту невозможно! А посему мне изначально и глубоко наплевать на имена, фамилии, громкие титулы, регалии, почетные звания и слезливые биографии из ваших прошлых, здесь, на Плутоне, никому нафиг не интересных, жизней! Вот реально – плевать! И всё потому, что для всех вас на Плутоне теперь есть единственный и вседержавный Царь, Бог и Отец Родной! И это – Я!.. Уж что-что, а это я обещаю вам бесповоротно и твердо… Что же касается вашего сиюминутного будущего, господа безымянные отщепенцы, то уже к концу этого часа мой Суперком каждому из вас присвоит его личный регистрационный номер-идентификатор, по которому я в дальнейшем и буду к вам обращаться! В свою очередь, вы сами должны меня при всякой нашей будущей встрече величать не иначе, как «Гражданин Главный Начальник»!.. Хотя… Что-то я сильно сомневаюсь, что с кем-либо из вас мне ещё предстоит когда-либо лично увидеться в будущем… Ну да ладно!.. Всякое в жизни бывает! Даже – самое что ни на есть невозможное!!!

Закончив на этой патетической ноте сугубо «гостеприимно-приветственную» часть своей речи к собравшемуся «народу», Первый Надзиратель перевел дух, выдержал многозначительную паузу, и только после этого, уже куда более «жизнеутверждающе» и вполне прагматично, перешел к делу:

– Теперь о деталях и вашем, ничтожные твари, хлебе насущном!.. Прямо здесь и сейчас мои помощники каждого вас взвесят, измерят и, в очередной раз признав не годными для обычной цивилизованной жизни, заставят, если надо, то и грубой силой, прилежно работать на благо всего Человечества!.. Для этого, ну мы же – не звери, всем вам выдадут его сугубо личный планетарный скафандр. Отныне этот скафандр, как раковина у земного моллюска, станет для каждого из вас родным домом и единственной защитой в мире Плутона от неминуемой и мучительной смерти! Кроме того и ввиду чрезвычайно низкой, не сильно отличающейся от классической невесомости[8], силы тяжести, здесь, на Плутоне только он и его опорно-голеностопные гравицапы[9] способны отныне обеспечить все необходимые условия для вашего, злыдни и брандахлысты, более-менее привычного и естественного передвижения по планете!.. Так что, берегите свои личные скафандры как зеницу ока!.. Ибо в местном климате, который, смею вас заверить, мало чем отличается от условий открытого космоса, без оной «одёжки» никто из вас не протянет на поверхности Плутона и двух-трех минут… Это я к тому, что если кто-то из вас грешным делом хоть что-то и знал раньше про Плутон, то сразу и авторитетно советую… Забудьте! Равно как и выкиньте из своей дурной башки все эти дешёвые праздно-туристические агитки для престарело-богатеньких простофиль-путешественников по планетам Солнечной Системы! Я уж молчу про то, что в реальности всё совсем не так, как вам рассказывали в ваших дебильно-начальных школах и расфуфыренных колледжах!.. И уж точно не имеет ничего общего с тем, как вы себе всё это когда-либо представляли – в своих самых влажных мечтах… Оно есть, и будет для вас совсем по-другому!..

– По-другому – это как, Ваша Честь?! – неожиданно донесся из толпы застывшим перед ним в благоговейном оцепенении заключенных некий «глас» вопиющего в пустыне, тем самым беспардонно перебив Первого Надзирателя на самом интересном месте. – Простите, я хотел сказать – Гражданин Главный Начальник!

– По-другому… – угрожающе морщась и, судя по всему, тщетно выискивая взглядом в толпе излишне любопытного возмутителя спокойствия, раздраженно буркнул ему в ответ «Владыка» Титановых Рудников Плутона, при этом начиная нервно и недвусмысленно поигрывать в руках своим грозным двузубцем. – Для особо «одаренных» жертв аборта поясняю: по-другому – это значит строго по законам МегаКорпорации «Трамп-Пампам энд Санз», как основного владельца и попечителя Рудников, и на моё величайшее усмотрение, как их главного управителя… Ну а для начала и прямо сейчас подчиненные мне офицеры вас всех поделят на команды. Те, кто в своей прошлой жизни имел такое счастье, как получить техническое образование – отныне и до конца своих дней станут здесь, на Плутоне, добропорядочными Старателями и Геологами-разведчиками. Первым предстоит обслуживать всех наших горнодобывающих роботов, вторым – усердно искать новые жилы и месторождения для обеспечения их всех полноценной работой в части добычи плутонианской руды, известной клиентам МегаКорпорации «Трамп-Пампам энд Санз» под номенклатурно-кодовым наименованием «прана»… Что же касается тех, кто когда-то получил сугубо гуманитарное образование и был на Земле банальным пустобрехом-«пустышкой», то… То на Плутоне ему теперь предстоит искупать свою вину перед Лигой Наций и всем Цивилизованным Человечеством своим усердным трудом в качестве презренных «дуболомов» – чернорабочих, ремонтников и строителей нашей будущей Космобазы «Плутон – Зеро»! А так же – лично участвовать в сборке и монтаже ангаров для сверхдальних звездолетов Галактической Косморазведки, Интернационального управления по аэронавтике и исследованию космического пространства – ИАСА[10] и жилых комплексов для их линейных экипажей и гражданского технического моей Космобазы. Ну а тех, кто окажется вообще ни на что не годен… М-м-мм, я им, честно говоря, вообще не завидую! Здесь вам не курорт! А посему – законы моей Космобазы «Плутон-Зеро» чрезвычайно суровы и прагматичны… Кто не работает – тот не ест!!! Ну а кто не ест, тот, как вы уже все, наверное, догадались, в плутонианской ледяной пустыне долго не протянет, но тупо пойдет на корм местной живности или, того хуже, в переработку на «питательный концентрат»!.. Ну это я к тому, что вам всем, отступники и голодранцы, предстоит отныне и до скончания своих лет усердно и с полной отдачей своих знаний и сил работать исключительно за «еду» и «право на жизнь», а не ради личного обогащения! Это есть главный, испокон веков установленный и свято-неукоснительно соблюдаемый нашим благодетелем – МегаКорпорацией «Трамп-Пампам энд Санз»» – принцип управления Плутонианской колонией и её Титановыми рудниками… Проще говоря, пока каждый из вас, дегенератов, будет добросовестно выполнять свою суточную нормы выработки – он будет за это получать – строго в необходимых его организму количестве – еду, воду и термоэлементы для внутреннего обогрева своих скафандров. Ну а если кто-либо вдруг, по собственной глупости или из мелочного тщеславия, начнет отлынивать от работы или, что ещё хуже, попробует бузить и качать типа его «общечеловеческие» права и свободы, то… То, не обессудьте, но мой Суперком незамедлительно, и притом дистанционно— принудительно, вот просто возьмет и отключит все системы жизнеобеспечения его персонального скафандра… Сначала, сугубо в воспитательных и отрезвляющих целях – только на час… Затем – если урок бунтарем так и не будет усвоен, а наказание должным образом на него не подействует – на целые рабочие сутки. Ну а потом – для особо злостных, заядлых и априори неисправимых нарушителей установленного Порядка – уже окончательно и навсегда! Помните об этом и зарубите себе на носу, господа недоумки! Помните об этом всегда и везде – каждую минуту своей текущей и совершенно никчемной здесь, на Плутоне, жизни… Как говорится, с этой минуты каждый сам жнец и кузнец своего текущего личного счастья и будущего благополучия… Лодырей и бунтовщиков я на Плутоне не потерплю! Равно как и грубейшего нарушении незыблемых Законов и вековых деловых Традиций МегаКорпорацией «Трамп-Пампам энд Санз»»!..

– Ну а все остальные детали и бытовые нюансы вашей новой каторжной жизни, – вновь выдержав паузу, куда более спокойно и без прежних эмоций добавил Первый Надзиратель Плутонианской Колонии уже, без сомнения, под самый занавес своего, и без того непомерно затянувшегося и сложного для восприятия, монолога-напутствия, – каждому из вас приватно и персонально уже, в сугубо рабочем порядке, любезно сообщит мой Суперком!.. Спросите его и обрящете… Я же, свой доклад закончил!.. И, ещё раз, добро пожаловать в Каторжную Тюрьму на Плутоне, господа вселенские отморозки и прохиндеи!..

Таким образом закончив своё «тронную» речь практически тем же, с чего он её и начал, Первый Надзиратель демонстративно повернулся ко всем новоявленным зэкам спиной и демонстративно неспешной, вразвалочку, походкой направился прочь из промозглого ангара – в свои, без сомнения, теплые и предельно комфортные ВИП-апартаменты в основном, сугубо гражданском, секторе Главного Командно-административного здания-пентагона Титановой Каторги.

То же касается продрогших до мозга костей каторжан, то ими сразу же, по факту убытия из расположения «карантинной зоны» их главного Начальника, занялись Надзиратели рангом пониже и роботы-«контролеры».

Первые грубо, нередко, при этом, орудуя тяжелыми прикладами своих парализаторов и бластеров, построили всех заключенных в четыре колонны и повели их к полностью автоматизированным пропускным турникетам.

Вторые – с сугубо машинным педантизмом принялись на этих самых турникетах усердно сканировать запястья левых рук каторжан – на предмет генетической идентификации всех вновь прибывших и их сиюминутной же сортировки на новоиспеченных «Геологов-разведчиков», «Старателей», «Чернорабочих-строителей» и «Никчемных Болванов».

В итоге и на выходе из турникетов – условные «геологи» получили контейнеры со скафандрами едко-оранжевого цвета – ну что бы, в случае чего, гражданским спасателям было их проще искать в ледяной пустыне Плутона. «Старатели» – своеобразные ИТР – скафандры благородно-синих и навязчиво голубых оттенков. «Подручные и строители» – само собой, грязно-черные робы-скафандры упрощенного образца…

А вот «безусловно никчемным», коих среди каторжан набралось всего-то три штуки, уже достались чужие обноски – замшелые, перепачканные разноцветной краской, заметно потертые, в бесконечных заплатках и с давным-давно исчерпавшими свой технический и моральный ресурс, но на скорую руку отремонтированными, системами жизнеобеспечения…

Как и следовало ожидать, бывший космопилот и несостоявшийся подполковник Военно-космических сил Лиги Наций Герман Леваневский, а ныне просто – пожизненно заключенный Плутонианской Каторги, был в итоге, после успешного напяливания на себя скафандра, весь в синем…

Мелочь, конечно, но Герману, всё же, было приятно осознавать свое, пусть масенькое, но все-таки превосходство над обычными уголовниками…

Но вот дальше…

Дальше Надзиратели просто и грубо запихнули его, уже в надетом поверх арестантской робы-неглиже скафандре, в тесный и предназначенный исключительно для транспортных нужд металлический контейнер для запчастей. После чего плотно закрыли сам этот «гроб-ящик» снаружи, поддели его вилами допотопного автокара и, как позже выяснил Герман, оттащили в грузовой отсек уже стоявшего под парами ВПП дискообразного «везделёта» Службы Технического Обеспечения Вахт Полевых Старателей.

А ещё через полчаса, он, благодаря выработанному годами чутью и интуиции многоопытного пилота, безошибочно понял, что снова находится в воздухе и над землей…

Вот только на этот раз уже в не уютной и до боли ему родной пилотской кабине, но в сумрачных и насквозь продуваемых лютой космической стужей недрах «багажника» априори ему неподконтрольного летательного аппарата и в цепких стальных объятиях изначально к нему враждебного мира…

Всего этого оказалось более чем достаточно для того, чтобы Герман вдруг и, пожалуй, впервые за всю свою жизнь почувствовал чисто животный страх и гнетущую всё его естество горечь безграничного отчаяния…

Глава вторая. Муха

Неполный час полета над безжизненно-ледяной поверхностью Плутона показался Герману целой вечностью…

А когда его «воздушная тюрьма», наконец, прибыла в пункт назначения, и его великодушно высадили, точнее, просто сбросили прямо в контейнере с высоты полутора-двух метров, на твердую землю, Герман, ну уж никак такого от себя не ожидая, отчетливо почувствовал самое что ни на есть настоящее и столь долгожданное для него облегчение… Как если бы до этого он никогда не был прославленным космопилотом, и этот короткий полет, почти – прыжок, на до неприличия тихоходном везделёте был для него первым и пока единственным в жизни.

Между тем, самостоятельно выбравшись из транспортного контейнера, что на поверку оказалось не таким и сложным делом, Герман сразу же увидел встречающего его «вахтовика»-Старателя.

Это был невысокого роста мужчина в точно таком же, как и у самого Германа лазурно-голубом, скафандре и с непропорционально длинными и худосочными руками в явно самодельных, потому толстокожих и доходящих ему почти до самых локтей, рукавицах.

Завидев рядом со сброшенным с дискообразного везделёта контейнером живого и невредимого Германа, незнакомец живо сорвался с места и, не обращая внимания на угрожающе скрипящие и раскачивающиеся на ветру нагромождения ледяных торосов и вновь зарождающуюся снежную вьюгу, самоотверженно и со всех ног устремился к нему навстречу. При этом весьма забавно, как если бы отчаянно отмахивался от тысячи его окруживших мух, размахивая руками в разные стороны.

Успешно добравшись до Германа, забавно-неказистый «вахтовик» замер, как вкопанный, на расстоянии около метра от него – в робкой нерешительности переминаясь с ноги на ногу и исподлобья, если судить по витиеватому углу наклона его гермошлема, разглядывая статную и вызывающе широкоплечую фигуру «вечного» лейтенанта Леваневского. А ещё, и при этом особо пристально, его новенький, весь как с иголочки и как будто бы только что сошедший с автоматизированного конвейера заводов Европы, и до сих пор безупречно синий скафандр. Между тем, как служебная одёжка самого «вахтовика»-старожила Плутона имела весьма жалкий – во многих местах изрядно потертый и беспощадно потрепанный временем и всеми стихиями – вид. Последнее однозначно говорило в пользу того, что его обладатель, без всякого сомнения, провел на Титановых Рудниках самых задворков Солнечной Системы не один стандартно-расчетный, а попросту – обычный земной, год.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Равнина Спутника или Долина Спутника (Sputnik Planum) – обледеневшая равнина на поверхности Плутона размером 1050 на 800 км – самый примечательный геологический объект, обнаруженный на этой планете. Долина Спутника – это не совсем равнина, но ледниковый щит с движущимися ледниками. По факту – это впадина размером больше 1000 км, занимающая 5 % поверхности Плутона – вероятно, сильно разрушенный ударный кратер. Она заполнена замёрзшими газами (в основном азотом) и пересечена множеством борозд, которые делят её на ячейки размером в десятки километров.

Вернуться

2

Плутон (134340 Pluto) – здесь и далее (выделено прописью) смотри – Авторские (чтоб не перегружать текст ссылками) Примечания и пояснения в конце книги. – Прим. авт.

Вернуться

3

«Сердце Плутона» или область Томбо— большая светлая область в экваториальной зоне поверхности карликовой планеты Плутон, названная так по аналогии с изображением-символом сердца. Это в целом сглаженная ледяная поверхность, которая простирается примерно на 1800 км с востока на запад и 1500 км с севера на юг (условная ширина – около 1590 километров). Считается, что левая доля представляет собой кратер, заполненный кристаллическим азотом. Хотя и лишённая кратеров, область Томбо покрыта трещинами и горами.

Вернуться

4

Слуд, слудь (уст.) – наст (корка) на поверхности снега, лежащего на льду. Тонкий слой льда, сверх выступившей воды, второй слой, наслойка; самая вода эта, на льду; снег, обмерзший сверху, зажоры и проломы от этого.

Вернуться

5

Нунатаки (эскимосск. от нуна – одинокий и так – пик, вершина; гренл. – nunataaq) – одиночная скала или вершина, поднимающаяся над поверхностью ледника и обтекаемая им. Полностью окружённый льдом скалистый пик, горный гребень или холм, выступающий над поверхностью ледникового покрова или горного ледника. Нунатаки характерны для краевых частей материковых ледников в зоне абляции, где мощность льда меньше. Нунатаки типичны для периферийных районов Гренландии и Антарктиды.

Вернуться

6

Европа(др. – греч. Eυρώπη), или Юпитер II– шестой спутник Юпитера, наименьший из четырёх галилеевых спутников. По размерам уступая земной Луне, Европа состоит в основном из силикатных пород, а в центре содержит железное ядро. Поверхность состоит изо льда и является одной из самых гладких в Солнечной системе; на ней очень мало кратеров, но много трещин. Легко заметная молодость и гладкость поверхности привели к гипотезе, что под ней находится водяной океан, в котором не исключено наличие микроскопической жизни. У спутника есть крайне разрежённая атмосфера, состоящая в основном из кислорода.

Вернуться

7

Древние греки и римляне изображали Плутона/Аида с двузубцем или жезлом в руке, иногда с рогом изобилия. Плутон внушал всем людям непреодолимый ужас, так как он появлялся на поверхности земли только для того, чтобы выбрать себе очередную жертву и утащить её в своё мрачное жилище. – Прим. авт.

Вернуться

8

Ускорение свободного падения на Плутоне– g = 0,07g = 0,78 м/с2. Для справки – на Земле она равна – 1g = 9,78 м/с2. Проще говоря, если на Земле человек весит 60 кг, то на Плутоне его вес составит всего лишь 4 кг. (при 75 кг— вес на Плутоне будет – всего 5 кг). По другим планетам СС – для того же «земного» веса: Меркурий -28.3 кг; Венера – 68 кг; Луна – 12.4 кг; Марс – 28.2 кг; Юпитер – 177.2 кг; Сатурн – 68.7 кг; Уран – 66.6 кг; Нептун – 84.3 кг— Прим авт.

Вернуться

9

Гравицапы и/или Супергравитационные ботинки/сапоги (авт.) – специальное высокотехнологичное техническое устройство (встроенное в скафандр приспособление-модуль), предназначенное для кратного увеличения, а не ослабления – как в классических НФ, гравитации для объектов и людей на Плутоне. Без таких, встроенных в обувь и частично в структуру скафандра устройств вес среднего человека на астероидах и малых планетах был бы равен всего около 5–7 кг. – Прим. авт.

Вернуться

10

ИАСА, IASA (INTERNATIONAL Aeronauticsand Space Administation) – интернациональное управление по аэронавтике и исследованию космического пространства

Вернуться