И. Д. Афанасенко, В. В. Борисова
Торговое дело. Учебник для вузов
2-е издание
Стандарт третьего поколения

© ООО Издательство «Питер», 2018

© Серия «Учебник для вузов», 2018

* * *

Афанасенко Иван Дмитриевич – доктор экономических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ, заслуженный работник высшей школы РФ, почётный профессор Санкт-Петербургского государственного экономического университета. Научной общественности профессор И. Д. Афанасенко известен как учёный в области экономической теории, теории логистики, теории предпринимательства, закономерностей развития мировых цивилизаций. И. Д. Афанасенко разрабатывает новую проблему – особенности развития русской цивилизации. Им опубликованы фундаментальные труды: «Экономика и духовная программа России» (Изд-во «Третье тысячелетие», 2001. 416 с); «Россия в потоке времени. История предпринимательства» (Изд-во «Третье тысячелетие», 2003. 512 с); «Русская цивилизация. История развития» (Изд-во СПбГУЭФ, 2007. 506 с). В 2007 году вышло второе издание этих книг в виде трилогии под общим названием «История Русской цивилизации». В том же году издательство «Питер» выпустило в свет книгу «Есть ли будущее у Русской цивилизации?» (384 с). В 2011 году опубликована монография «Россия в пути» (Изд-во СПбГУЭФ, 495 с). Книги вызвали большой интерес у читателей. На них опубликованы положительные рецензии, в том числе за рубежом. В 2010 году издательство «Питер» выпустило в свет книгу «Логистика снабжения: Учебник для вузов» (336 с), а в 2012 – «Коммерческая логистика: Учебник для вузов» (352 с); в 2013 – «Экономическая логистика: Учебник для вузов» (432 с). В 2015 году вышел в свет учебник «Торговое дело: Учебник для вузов» (384 с). Учебники написаны в соавторстве с профессором В. В. Борисовой.

В 2012 году опубликована книга «Хозяйственный строй России: Учебник для вузов» (Изд-во СПбГУЭФ, 432 с). Учебники пользуются повышенным спросом. В 2013 году в соавторстве с проф. В. В. Борисовой опубликован фундаментальный научный труд «Логистика в системе совокупного знания» (Изд-во СПбГЭУ, 395 с). В 2016 году вышла в свет книга «Хозяйство и государство в системе Русского мира» (Изд-во «СПбГУЭФ», 399 с).

Оценке научной деятельности профессора И. Д. Афанасенко посвящён ряд специальных исследовательских работ.

Борисова Вера Викторовна – доктор экономических наук, профессор. Почётный работник высшего профессионального образования РФ. Вице-президент Южно-российской ассоциации логистики. Автор более 100 научных публикаций, в том числе монографий, учебников и учебно-методических пособий по логистике, маркетингу, коммерции, экономико-математическому моделированию в логистике. В. В. Борисова читает учебные курсы «Логистика снабжения» и «Коммерческая логистика», «Формирование института логистических операторов», «Организация государственных закупок и прокъюремент» для студентов, магистрантов и аспирантов, руководит магистерской программой «Коммерческая деятельность на рынке товаров и услуг» в СПбГЭУ. Принимала участие в исследовательских проектах по разработке программ развития товарообмена на межрегиональных товарных рынках, член докторских диссертационных советов. С 2010 по 2015 годы издательство «Питер» выпустило в свет серию «Логистика снабжения: Учебник для вузов» (336 с.) и «Коммерческая логистика: Учебник для вузов» (352 с), а в 2013 – «Экономическая логистика: Учебник для вузов» (432 с, в соавторстве с профессором И. Д. Афанасенко). В 2013 году в соавторстве с И. Д. Афанасенко опубликован фундаментальный научный труд «Логистика в системе совокупного знания» (Изд-во СПбГЭУ, 395 с). Книги пользуются повышенным спросом. В 2015 году вышел в свет учебник «Торговое дело: Учебник для вузов» (384 с.) в соавторстве с И. Д. Афанасенко.

Введение

Уважаемый читатель! Перед вами новый, оригинальный учебник, написанный в соответствии с Федеральными государственными образовательными стандартами высшего образования третьего поколения (ФГОС ВО).

Торговля – первооснова экономической деятельности как таковой; коммерческая сделка – начальный импульс экономического оборота. Но получилось так, что учение о торговле, возникшее как практическая область политической экономии и выполняющее функцию фундаментальной науки для других экономических дисциплин, оказалось как бы заслонённым отпочковавшимися от него маркетингом и логистикой. Это заметно уже по количеству опубликованной литературы. Постараемся устранить возникшее недоразумение, возвратим торговле её природное свойство и представим теорию торгового дела в свете современных достижений.

Прежде всего уточним предмет изучения. В стандарте третьего поколения направление подготовки бакалавров и магистров «Коммерция (торговое дело)» было переименовано в направление «Торговое дело». В русской речи этот термин используется с давних времён и включает смысловое значение двух слов: «дело» и «торговля». Он шире понятия «торговля» и его синонима – французского слова «коммерция», рассматриваемых в чистом виде, и трактует торговлю как вид предпринимательской деятельности, промысла (что, кстати, было зафиксировано в российском законодательстве: налогом на капитал облагались лишь те, кто занимался торговлей профессионально, как промыслом. Их именовали купцами).

Ныне содержание понятия «торговое дело» включает три разных явления в их единстве: организация рынка товаров потребительского и производственного назначения и услуг во всей полноте этого процесса; определённый тип специализированного предпринимательства; вид профессии – специальность (в совокупности всего к ней относящегося).

Единство трёх взаимосвязанных явлений, определившее понятие «торговое дело», хорошо прописано в стандарте третьего поколения. В пространство торгового дела включены: коммерческая, логистическая, маркетинговая, рекламная и товароведная деятельность.

Логистика как научное направление и практическая деятельность описана авторами в трёх учебниках: «Логистика снабжения», «Коммерческая логистика», «Экономическая логистика».[1]

Теоретическое и методологическое обоснование полной логистической системы авторами изложено в монографии «Логистика в системе совокупного знания».[2]

Оригинальность учебника определяется не только тем, что торговому делу возвращается его природное свойство, а материал подобран особым способом. При написании данного учебника применён принципиально новый методологический подход, который учитывает двойственную природу человека: как существа биологического, материального и существа социального, духовного. Поэтому ядром творимого им мира являются хозяйство и государство.

Национальное богатство – результат взаимодействия этих двух созидающих начал.

Политическая экономия как самостоятельная наука впервые сформировалась в виде учения о богатстве.

Представление о сущности богатства различно. В учебнике использовано понятие «богатство», выработанное в русской национальной культуре,[3] где богатство представлено в материальном, вещественном состоянии и в социальном, невещественном выражении. В хозяйстве воспроизводятся все виды материальных благ, а государство обеспечивает правопорядок, правосудие, безопасность, то есть участвует в создании невещественного богатства.

В такой связке функции государства обретают новое качественное состояние: Российское государство выражает общенародный интерес и является носителем общего блага. Роль государства в эволюции общества конкретизирована, и его функции представлены в принципиально ином виде.

В науке о торговом деле количество накопленного теоретического материала достигло такого уровня, когда необходим переход на качественно более сложный этап научного обобщения. Обилие информационного материала меняет форму мышления человека. Количество усваиваемой информации относительно уменьшается. Вместе с полезной накапливается и некачественная информация (информационный мусор).

Авторам пришлось конкретизировать ряд основных научных понятий и категорий теории торговли, усилить интеллектуальную плотность их содержания. Учебный материал не должен быть перенасыщен ненужной информацией. Избавиться от информационного сора можно, если заранее чётко определена цель исследования.

Перед авторами стояла задача определить роль торгового дела в эволюции российского общества – общества не просто многонационального, но объединяющего коренные народы, которые выработали свою экономическую культуру, формы организации труда и стиль образа жизни. Функцию всеобщего объединяющего начала здесь исторически выполняет хозяйственная деятельность. Торговля объединяет интересы всех хозяйствующих субъектов, способствует установлению всеобщей связи и проверяет её на прочность. В таком понимании торговля – область народного благосостояния.

В учебнике широко представлен и исторический аспект теории и практики торгового дела. Авторы, обращаясь к истории развития форм товародвижения и товарного обращения, учитывали следующее: а) в истории отброшены все частные, незначительные детали – сохранилась лишь информация, свободная от сора; б) история не вырывает отдельные события из общего эволюционного процесса и позволяет представить целостную картину событий. Например, история торгового дела IX–XII столетий позволяет установить суть торговой политики, которую осуществляли русские князья. Они стремились создать коммерческую империю, вели вооружённую борьбу за контроль над мировыми торговыми артериями. Кто властвовал над Великой степью, тот и контролировал мировые торговые пути. Как видим, в этой информации нет ничего лишнего.

Учение о торговле как области научной мысли претерпело определённые издержки из-за некоторого снижения к нему научного внимания в связи с отпочкованием от него маркетинга и логистики. Ныне оно набирает силы и по-прежнему сохраняет по отношению к ним свою фундаментальность. Именно подвижность пространства коммерческой деятельности открывает для логистики и маркетинга новые горизонты научной мысли.

Наметилась тенденция их сближения. Так, маркетологи, сгоряча заявившие, что переключают свой интерес на маркетинг взаимодействия, продуктом которого является «влияние», к своему удивлению обнаружили, что буйный спрос на маркетинговые услуги в системе управления не состоялся. Но маркетинг по-прежнему востребован в торговых сетях. И логисты, и маркетологи устремлены к общей цели – заключению коммерческой сделки.

Человек рождается только с задатками; мир он познаёт через систему образования.

В современных системах общественного образования, применяемых в разных странах, акцент, как правило, сделан на обучение; просвещение, если оно и присутствует, находится в лучшем случае на втором плане. Когда профессиональная выучка не сопровождается расширением сознания человека до соответствующего уровня, то фактически применяется урезанная система образования, ограничивающаяся обучением. Она, конечно, позволяет готовить профессионалов, однако подобным образом обученные специалисты сами могут представлять для общества социальную опасность. Такой пробел в системе образования невосполним. Его нельзя заменить продуктом законотворчества даже самого высокого качества: законодательная база ограничена юридическими законами, которые не действуют в зоне нравственных норм, понятий и принципов.

Нынешнее состояние мировой системы образования в целом характеризуется как глубочайший кризис. Причина кризиса – разрыв образования с системой нравственных ценностей. В результате система образования оказалась неспособной решать свою основную задачу – воспитание нравственного человека, носителя высокой духовности.

Ещё в древние времена было выработано правило, которое соблюдали многие народы: особо ценные знания доверяли людям, прошедшим специальные испытания, позволяющие судить об их духовности и уровне сознания. Понимали,[4] что иначе эти могущественные силы попадут в руки «неуправляемого человека» и будут обращены против человечества. Исследователи находят всё более свидетельств, подтверждающих, что именно несоблюдение данного завета стало причиной гибели прежних цивилизаций.

Ныне система проверки уровня сознания у претендента на обладание знаниями не существует – и не только потому, что способы получения знаний становятся всё более доступными. Сами нравственные ценности перестают быть показателями образованности.

Уже и в нашей стране обозначился разрыв образования с системой нравственных ценностей. Российское общество, лишившееся своих идеалов, не сможет передать подрастающему поколению нравственные установки, которые определяли бы стереотип его поведения. Отличительной чертой обучающейся молодежи становится прагматизм; молодые люди стремятся жить только сегодняшним днём.

Нельзя отказываться и от такого проверенного веками правила: каждая учебная дисциплина должна содержать в себе и функцию просвещения. Авторы учебника следовали этому правилу.

Примечание. Уважаемые читатели, сообщаем, что часть материала учебника в бумажной версии отсутствует. Она доступна в электронном виде по ссылке: http://goo.gl/7l7hre. Вот этот материал: «Эволюция научной мысли о торговом деле» (глава 1, раздел 1.3); «Инновации в торговом деле» (глава 8); «Словарь терминов».

Глава 1
Торговля – основа экономической деятельности

1.1. Отрасль народного благосостояния

Организационная деятельность людей ведётся по двум направлениям: организация мира природы и организация самих людей. Поскольку новый мир создаётся для людей, он должен соответствовать сущности самого человека. Человек имеет двойственную природу: он существо материальное, биологическое и существо социальное, духовное. Этим определено отличие мира человека от мира природы: его основами являются хозяйство и государство.

Природа распорядилась так, что каждый человек по-своему воспринимает окружающую его реальность и имеет свой духовный мир. Эти различия в восприятии мира конкретизируются в сознании этнического сообщества как некий особый взгляд, под влиянием которого выстраивается шкала нравственных ценностей. Учитывается и географический фактор: каждый отдельный народ проживает и осуществляет свою хозяйственную деятельность в определённой (как правило, отличной от других) природно-климатической среде. В результате своей деятельностью он по-своему преобразует мир природы, создаёт свою неповторимую экономическую культуру и собственную культуру государственности. Учёт данного обстоятельства имеет принципиально важное значение для понимания мироустройства.

Россия – единственная современная северная цивилизация. Цивилизационные особенности влияют и на организацию хозяйственной жизни, и на определение назначения и формы государственного устройства.

Экономическая культура учитывает главное – особенности организации хозяйственной жизни при дефиците природно-климатического потенциала. В её структуру входят: общественные институты; ценностно-мотивационные отношения к труду; особое понимание содержания, структуры, способов достижения и предназначения национального богатства; стереотипы потребления; стили образа жизни.

Культура государственности вырабатывает особую политическую форму организации российского общества на основе его неформальных и формальных институтов. В российском обществе эти институты способствовали осознанию людьми необходимости государственного единения как общего блага.

Российское государство развивается под воздействием этногенеза русского суперэтноса и особенностей северной цивилизации. По своей природе оно принципиально отличается от государств западного типа. Этот тезис обретает ясность только в диалектической связке хозяйства и государства: в хозяйстве воспроизводятся материальные блага, а государство обеспечивает необходимый правопорядок, правосудие, безопасность, то есть принимает участие в создании социального блага. В итоге сотворённое богатство по своему содержанию двойственно – оно предстаёт как материальное (вещественное) и невещественное (социальное, духовное). Создавая невещественную часть богатства, Российское государство выражает общенародный интерес и является носителем общего блага.[5] В западной научной мысли акцент сделан на материальное богатство. Государству отведена, по образному выражению, роль «ночного сторожа».

И ещё одна особенность сущностного порядка. Российское общество не просто многонационально. В России проживают коренные народы, и многие из них выработали свою экономическую культуру, свои формы организации труда, стили образа жизни. Поэтому в эволюции российского общества и государства функцию объединяющего начала всегда выполняла хозяйственная деятельность, которая формирует всеобщую зависимую связь. Чётко обозначена и роль торговли: она объединяет интересы всех хозяйствующих субъектов, способствует установлению этой связи и проверяет её на прочность.

Нужно учитывать и состояние текущего момента. Пореформенная Россия выходит на мировой рынок, опутанный сетью транснациональных корпораций, ослабленная экономически, утратившая своё прежнее политическое влияние, без предпринимательства, имеющего нравственную поддержку со стороны общества, испытывая острую потребность в положительных сведениях о национальном торговом деле. Впереди длительная и жестокая борьба за достойное место России в изменяющемся мире.

Чтобы выстроить настоящее и обеспечить будущее, нашему народу предстоит обратиться за положительными примерами к своему прошлому – к тому периоду российской истории, когда создавалась материальная и духовная культура торгового предпринимательства, которая и ныне содержит предпосылки грядущих изменений. Прежде всего необходимо возродить положительный образ отечественного предпринимателя.

Нечто подобное происходило во второй половине XIX века, когда российское общество, опираясь на собственную культуру, готовилось к решительному рывку в сторону прогресса.

В 1846 году Иван Саввич Вавилов, русский первостатейный купец, один из идеологов русского купечества, по поручению Императорского вольного экономического общества опубликовал цикл публичных лекций по практическому курсу коммерческих знаний,[6] чтобы «пополнить недостаток в положительных практических сведениях о торговле, ибо в них имело нужду Русское купеческое сословие». Он надеялся, что подобный труд совершит и кто-либо из «русских трудолюбивых писателей». Но в отечественной литературе положительный образ русского предпринимателя так и не был создан. Видимо, сказались результаты разлома русского общества «по самому глубокому, по культурному слою», как следствие «бездумной европеизации», начатой Петром I. Характерно, что предприниматели, выходцы в основном из купечества и крестьян, остались при таком разрыве единства общества в лоне национальной культуры и не порывали связи со своим народом, чего нельзя было сказать о большинстве русских писателей – представителей дворянского сословия.

Роль торгового предпринимательства в русской хозяйственной жизни искони определялась так: «Торговля есть главнейшая отрасль народного богатства, следовательно, и народного благосостояния: истина эта доказательств не требует, события веков, история народов нам её достаточно подтверждает».[7]

Научное обоснование учения о торговой деятельности требует определения понятия торговли (понятие означает фиксацию мысли о предмете), из которого логически вытекали бы основные принципы этой деятельности. Оно, по мнению отечественных исследователей, могло быть установлено лишь при условии выяснения связи, существующей между торговлей и всей хозяйственной жизнью в целом. И такой подход оказался верным.

В любом многотрудном деле самым сложным является первый шаг – наш путь к нахождению начала исследования лежит через преодоление ступеней процесса познания: от видимости (бытия) предмета к сущности и от неё к явлению и действительности. Предмет исследования должен быть изучен до полной конкретности. Конкретное как категория философии означает, что многообразие объекта объединено познанной сущностью, синтезировано развитием исходного противоречия, благодаря чему объект выступает как диалектически развитая система, отражённая в единстве определений. Нам предстоит преодолеть ряд ступеней познания, выйти за пределы известного, чтобы подойти к истине исследуемого предмета, видимость которого весьма далека от его сущности. Учитываем мы и такое обстоятельство: сложные явления (к ним относится и торговое дело) нельзя исследовать, опираясь только на экономическое знание. Нужно использовать совокупное знание о предмете, накопленное разными науками.

Применив такой методологический подход, мы обнаружили свидетельства, отвергающие миф о якобы исконной отсталости русского торгового дела, что торговать русских учили скандинавы. Установить истину помогли лингвисты.

Термин торговля является производным от слова торг (синонимы: торжо́к, то́ржище, торго́вище, торгова́нье) и означает производство торга, куплю и продажу, промысел купеческий. Выражение торговать имеет два значения: а) продавать; б) приценяться, рядиться – сулить свою цену на запрос.[8] Французское коммерция означает то же, что русское слово «торговля».

В русском языке имеют одинаковое толкование термины «торг» и «рынок»: торг – привоз, рынок, базар, место продажи и купли; рынок – торг, базар, площадь в городах и сёлах для купли и продажи.

По свидетельству историков и лингвистов, славянское слово «торг» перешло в язык древних скандинавов со значением «рынок» и в таком виде возвратилось в русский язык. Одинаковое толкование этих терминов сохраняется и ныне. Корень «куп», звучащий в русском слове «купить», сохранился в названиях населённых пунктов у скандинавов с окончанием «-чёпинг», «-кёпинг». Слово торг сохранилось, например, в названии русского города Торжок и финского – Турку.[9]

Коренной состав русских слов, обозначающих конкретный тип хозяйствования, заимствованный другими народами и утвердившийся в их языке, – важное свидетельство того, что товарное производство и товарный обмен присущи экономической культуре славяно-русов с глубокой древности и что центром торговли на Северо-Западе были не скандинавские поселения, а Русские земли.

Когда торговля выделилась в особый вид деятельности, людей, профессионально занимающихся торговым промыслом, стали называть купцами. Жену купца именовали купчиха. Но так называли и женщину, которая самостоятельно вела торговое дело и была записана в купеческую гильдию.

Не менее важен и такой факт: к занятию торговым делом наши предки относились серьёзно. Торговое дело на Руси почиталось издревле. Об этом свидетельствует существовавшее почтительное обращение к купцам и их женам – степенство (в соединении с местоимениями «ваше», «его», «их»).

Принципиальное значение имеет понимание сути и назначения торгового дела. Ныне бытует мнение, что смысл торговли сводится к спекуляции – купить дешевле, продать дороже. Это превратное мнение. Вот какой смысл вкладывал в него И. С. Вавилов: «Под словом торговля разуметь должно действие, приводящее в движение избытки. Избытки эти приобретаются одним лицом от другого посредством взаимного размена… Мы видим тут два лица, одно отдающее, а другое принимающее, само действие в двояком и различном виде, то есть что отдающий делает промен, или продажу, а принимающий вымен, или покупку, хотя оба эти вида по сущности их в раздельном смысле противоположны один другому, но при совокупном слиянии составляют собою одно целое – неделимое; ибо купля без продажи, а продажа без купли существовать не может; и это целое называется торговлею, само же слово торговать означает собою приводить в движение свои собственные и чужие избытки на условных началах; человек, приводящий их в это движение, называется купцом и в этом положении представляет собою звено той великой цепи, которая тесно соединяет между собою гражданские общества, служа, так сказать, посредником к сношению между производителями и потребителями».[10]

В определении акцент сделан на назначение, основную функцию торговли – увеличение, возрастание богатства. И (что особо важно) так приобретаемое богатство распространяется на все слои народа: «Богатство, приобретаемое посредством торговли, незаметным образом разливаясь между всеми сословиями народа, начиная от производителя до потребителя, неминуемо влечёт за собою благодетельное последствие, – разлив этот представляет собою взаимное круговращение и движение избытков потому, что один производит, другой потребляет, и наоборот, один потребляет, другой производит, и таким действием уравновешивается общее с частным».[11]

Роль торгового дела в эволюции российского общества ныне недооценивается, и связано это с неправильным пониманием природы национального богатства. И. С. Вавилов исходит из понимания богатства, которое выработано русской культурой и в оформленном виде впервые представлено Иваном Тихоновичем Посошковым: «…То самое царственное богатство, еже бы весь народ по мерностям своим богат был самыми домовыми внутренными своими богатствы».[12] Торговля есть взаимный размен избытков. Избытки эти происходят от усиленного труда, и побуждением, заставляющим человека усилить труд, является чувство самосохранения и желание улучшить свой быт.

Между торговлей и национальной промышленностью имеется тесная взаимозависимая связь. Торговля – основной импульс развития промышленности, и в то же время «торговля имеет своё происхождение от промышленности». «Земледелие, скотоводство, рыболовство и рудокопство сначала доставляют произведения свои в таком первообразном сыром виде, в каком они не всегда могут удовлетворять естественную потребность человека, требующего по крайности хотя бы несколько улучшенного и сообразного ей вида. Приведение же их в качество есть дело промышленности. После этого, но не прежде, произведения эти переходят уже в руки торговли». Приводить в движение произведения промышленности может только торговля. Равным образом и торговля, не получая предметов для своего движения, существовать не может. Следовательно, промышленность и торговля, идя рука в руку, усиливают общее движение и обращение избытков. «Торговля и промышленность, представляя совокупную взаимосвязь причин и последствий, находятся между собой в тесной связи, которая направляет их движение к общей и частной пользе».[13] Совместно они способны решать «то великое и многотрудное дело» – «еже бы народ весь обогатить».

Русских мыслителей всегда отличало гражданское мужество, способность жертвовать собою ради истины. Вот и Посошков, наш первый экономический гений, не побоялся заявить венценосному «преобразователю», тирания которого не знала границ, державшему в ужасе всё российское общество: «О всенародном обогащении подобает пещися без уятия усердия».[14] Это стоило ему заключения в 1725 году в Петропавловскую крепость, узником которой он и умер.

В своей «Книге о скудости и богатстве» И. Т. Посошков не только показал ограниченность позиции меркантилистов, замечающих лишь материальную составляющую богатства и сводящих его к накоплению денег, но и своими воззрениями на эту основную проблему экономической науки как бы перешагнул через головы будущих классиков в политэкономии. Никто из них так и не поднялся до понимания того, что мерилом вещественного богатства служит жизненный уровень всех слоёв населения. Напомним, сочинение Адама Смита «Исследование о природе и причинах богатства народов» было написано в 1776 году, то есть 52 года спустя.

И. Т. Посошков выделил в национальном богатстве две составляющие: вещественное (материальное) и невещественное (социальное). Невещественное богатство это «истинная правда», правда в образе, правда на деле, правосудие, правопорядок, безопасность, православие, справедливость. При утрате невещественного, нравственного богатства и материальное богатство «отончевает и в нищету приводит и смерть наводит». По-настоящему богатым общество делает накопление и сохранение невещественного богатства – истинной правды.

Мы уже выяснили, что торговля объединяет интересы всех хозяйствующих субъектов, способствует установлению всеобщей зависимой связи и проверяет её на прочность. Но этим не ограничивается её роль в эволюции российского общества. Торговое дело увеличивает вещественное богатство и участвует в создании общего блага – невещественного богатства. Все действия торговца подвергаются так или иначе проверке на нравственность, оцениваются по масштабу доверия, честности и порядочности.

Только в такой совокупности положительных действий и при таком понимании содержания национального богатства раскрывается во всей полноте эволюционная роль торгового дела.

Глубина мысли И. Т. Посошкова до сих пор сохраняет заряд творческого вдохновения. В 2014 году российская научная общественность отметила 290-летие «Книги о скудости и богатстве». Но это выдающееся творение Посошкова, составляющее гордость национальной научной мысли, было скрыто от общественности: книга пролежала в архивах Тайной канцелярии почти сто двадцать лет. М. В. Ломоносов разыскал один из рукописных списков книги и передал его в Академию наук. Однако «Книга о скудости и богатстве» впервые была издана лишь в 1842 году благодаря усилиям акад. М. П. Погодина. Поэтому юный Евгений Онегин не мог прочитать творение Посошкова и рассуждал о природе богатства по модному в то время Адаму Смиту (на русском языке его книга «Исследование о природе и причинах богатства народов» была издана в 1802 году).

Шотландский учёный в своих ранних работах следовал общей традиции и писал об идеале успешного и процветающего общества, когда «взаимные услуги вызываются взаимною любовью, благодарностью, дружбою, уважением».[15] Но в книге «Исследование о природе и причинах богатства народов» отошёл от этой традиции и рассматривает отношения в чисто рыночном смысле: «Дай мне то, что мне нужно, и ты получишь то, что тебе нужно».[16]

Сочинение И. Т. Посошкова ценно уже тем, что оно – последнее свидетельство достижений русской самобытной экономической научной мысли XVIII столетия. После петровских «преобразований» естественный ход развития самобытной хозяйственной жизни России был нарушен. Приостановились и экономические исследования, дающие материал для осмысления естественного процесса. Самостоятельная русская научная экономическая мысль словно замерла на столетие. И только начиная с последней четверти XIX столетия, когда произошёл поворот российского общества к собственной культуре, сложились национальные формы организации труда и хозяйства, в мировой сокровищнице экономических знаний вновь засверкали российские самоцветы.

Нынешние «гении» экономической мысли, одобряющие «шоковую терапию», далеки от былой национальной традиции; гражданское мужество и самопожертвование ради утверждения истины им не знакомы. Они не стремятся постигать способы «всенародного обогащения», а предпочитают обслуживать новых «реформаторов», изыскивающих пути собственного, личного обогащения. Плоды такого сотрудничества ужасны. За первое десятилетие «реформ» экономическое развитие России было отброшено на уровень начала XX века и даже времени царствования Елизаветы Петровны. По официальным данным Госкомстата РФ, в 1989 году в нашей стране было 61,3 млн овец и коз, а в 2001 году – 15,2, то есть столько, сколько их насчитывалось в 1750 году. По наличию крупного рогатого скота мы опустились до уровня 1885 года, свиней – 1936, производству мяса – 1953, молока – 1958 года. Ярко выражен регресс и в промышленности. Производство обуви сократилось до объемов 1900 года, тканей и железнодорожных вагонов – 1910, шерстяных тканей – 1880, тракторов – 1931, зерноуборочных комбайнов – 1933, грузовых автомобилей – 1937, радиоприемных устройств – 1947, телевизоров – 1958 года. Не лучше обстоит дело и с обеспечением средствами производства самой промышленности. Кузнечно-прессовых машин в 1989 году произвели 27800, а в 2001 году – только 1290 штук (уровень 1933 года); стальных труб изготовлено соответственно 12510 и 5404 тыс. тонн (уровень 1965 года), металлорежущих станков – 64 600 и 8288 штук (уровень 1931 года – начала индустриализации страны). Даже добыча нефти – основного экспортного продукта снизилась почти вдвое, до показателя 1972 года.

Подсчитана общая сумма невосполнимых материальных потерь, понесённых народным хозяйством России за первые четыре года «реформ». Она составила 3,5 трлн долл.[17] Но ведь и последующие годы «преобразований» стали не менее ущербными, так что общий размер невосполнимого урона нужно удвоить. Сумма потерь, понесенных экономикой СССР во время самой разрушительной Великой Отечественной войны, на несколько порядков ниже, она составила 375 млрд долл. Потери невещественного богатства, которые понесла и продолжает нести Россия в связи с торжеством неправды, не поддаются исчислению в деньгах. Когда наше общество станет способно их осознавать, оно содрогнется от причинённого ему нравственного и материального разорения.

Торговля и промышленность «представляют совокупную взаимосвязь причин и последствий». Эта истина была доступна отечественной научной мысли. И. С. Вавилов писал, что «те страны, где промышленность и торговля находятся в пренебрежении, угрожаются всеобщею нищетою, и рано или поздно, погрузясь в нищенство, вычёркиваются из списка самобытности». Разрушение российской промышленности в ходе нынешних либеральных реформ отразилось на состоянии национального торгового дела: оно лишилось своего коренного основания, перешло на обслуживание импорта и способствует обогащению чужих стран.

Торговля не только способствует материальному и нравственному процветанию общества. «Без купечества никаковое, не только великое, но ни малое царство стояти не может». Развитие торговли и укрепление государственности взаимосвязаны, и такая связь осуществляется по нескольким направлениям:

1) наращивание финансовой и политической мощи государства. «Торговля, преуспевая, возводит государство на высшую степень величия и славы в политическом и финансовом отношениях». «События веков, история народов, доказывают нам, что одна торговля давала политическую жизнь народам, служа обильным источником для пополнения хранилищ, из которых черпались средства к их самостоятельности и силе»;[18]

2) укрепление военного могущества государства. «Купечество и воинству товарищ, воинство воюет, а купечество помогает и всякие потребности им уготовляет». «И царство воинством расширяется, а купечеством украшается».[19] «Торговля наравне с военного силою производит благодетельное влияние на политическое положение каждого народа, потому что одна собирает, а другая охраняет; и таким образом они взаимно пожинают плоды их деятельности». Между воинством и купечеством существует и более тесная, органическая связь: «Воин по ремеслу своему не будучи производителем, не имеет средств доставлять себе всего нужного для его физического и политического существования, и заботу об этом предоставляет купцу, который в свою очередь без него беззащитен в своих занятиях и под сению оружия, как мирный сочлен общества приводит в движение плоды своего трудолюбия, взамен того требует одного только охранения и защиты».[20] Оба вида взаимосвязи торговли и государственности наглядно подтверждает и история первого русского государства – Древней Руси. Но об этом мы поговорим позже.

Польза, проистекающая от торговли, касается каждого гражданина и общества в целом. В торговле принимает участие всякий – либо в виде покупателя, либо в виде продавца. И каждый ощущает её влияние: она приносит пользу. Польза эта состоит:

1) в удобстве; каждый может приобретать себе всё то, что удовлетворяет его нужду и прихоть, ибо нет такой земли, которая бы не имела изобилия в одном или многих произведениях природы и искусства, и наоборот, нет такой земли, в которой бы природа и искусство производили всё нужное для удовлетворения необходимости, спокойствия, удовольствия и роскоши;

2) это имеет последствием умножение естественных произведений в государстве; чем более их употребляется на внутреннее потребление или чем более спрашивается в другие земли, имеющие в них нужду, тем более прилагается старания для их умножения и улучшения. Напротив, в государстве, где торговля, не возбуждаясь к деятельности, находится в усыплении, земля, несмотря на её плодородие, пребывает в запустении, уменьшает благосостояние народа, её населяющего;

3) за умножением естественных произведений следует процветание мануфактурной и ремесленной промышленности. Где она процветает, там должен находиться постоянно большой запас как материалов, нужных для её существования, так и орудий, служащих к обработке последних, и при этом должно происходить деятельное движение изделий; а так как торговля, сбывая избыток и доставляя нужное, содействует этому, то она есть лучшая и прямая распространительница мануфактур и ремесел.[21]

Торговля, как было отмечено выше, способствует накоплению и второго элемента общественного богатства – невещественного. «Паче вещественного богатства надлежит всем нам обще пещися о невещественном богатстве, то есть о истинной правде».[22] Вспомним, словом «правда» в те времена называлась «истина на деле, истина в образе, в благе; правосудие, справедливость».[23] Рассмотрим это подробнее.

Торговле обязаны многие величайшие изобретения человеческого разума, и среди них: деньги, кредит, письменность и счёт, которые стали пособиями торговли. «Деньги – пятая стихия человеческого быта». «Кредит – душа человеческих обществ». Они приводят в движение область труда и всю массу избытков. Деньги – суть первообраз и меритель ценности. Кредит в нравственном отношении рассматривался как внутреннее сознание достоинства другого, а в политическом был условием между отдающим и принимающим, доверием, которое отдающий оказывал принимающему, вследствие которого последний за условленное вознаграждение приобретал себе право пользоваться собственностью первого до известного срока. Сравним с ним нынешнее отношение к кредиту – и обнаружим, что он утратил свою нравственную основу.

Промышленность и торговля – побудители образованности и просвещения. Торговля без промышленности и, наоборот, промышленность без торговли ни существовать, ни процветать не может. Промышленная деятельность есть «последствие нужды, природное побуждение и источник довольства». Эти три условия заставляют человека добывать простые произведения природы в их первообразе, обрабатывать их, соображаясь с потребностью, изобретать способы к лучшей обработке, передавать их в улучшенном виде в руки торговли, перевозить из одной страны в другую взаимные потребности, стремиться к тому, чтобы из всего извлекать произведения в улучшенном виде и большем количестве.

Промышленность, возрастая всё более, заставила человека заняться ею на «положительных и определённых началах». Человек, утрачивая природную свою простоту, делал первый шаг к образованности.

Прибегая к взаимному размену, люди вначале ограничивались «видимою существенностью», а впоследствии обмен стал производиться с «предварительным определением условной ценности», представителями которой позже сделались металлы.

Образованность относительно к торговому делу есть не что иное, как «непреодолимое желание изыскивать средства к большему удобству жизни». Использование в качестве денег металлов, а потом и знака стоимости свидетельствует, что образованность народов сделалась уже ощутительнее. За образованностью последовало и просвещение.

Потребность в образованности – объективна, она исходит из самой природы торговой деятельности. Пришло осознание того, что купца нужно обучать торговому делу. Образованность торговца предполагает усвоение им ряда наук и практического опыта.

Вот как определяли круг знаний, необходимый для профессиональной подготовки торговца. Купец должен иметь точные понятия о качестве и сведения о количестве приобретаемого им товара, без чего вместо ожидаемой пользы получит убыток. Познания качества товаров приобретаются посредством навыка. Однако этого недостаточно: круг предметов торговли безгранично обширен и разнообразен. Разнообразие это увеличивается вместе с ходом усовершенствования и открытий, а так как «товары суть произведения природы или искусства», то средством познания их качества служат специальные науки: товароведение, естественная история и технология. Сверх того купец должен «обращать внимание на сбережение, улучшение или приведение в лучший вид, укладку, нагрузку товара и т. п., и сообразно этим условиям назначать уже цену товару». Кстати, необходимость включения в состав обязательных учебных дисциплин наряду с товароведением технологии объяснялась так: «Товароведение не может составлять собою точной науки, потому что круг предметов торговли безгранично обширен и разнообразен. Вспомогательным средством к познанию их качества служат науки, как то: естественная история и технология».[24] Такая аргументация необходимости изучения технологии в экономическом вузе, тем более при подготовке коммерсантов, логистов и маркетологов, остаётся доказательной и в наши дни.

Так как товары «имеют своё происхождение из трёх царств природы: прозябаемого, ископаемого и животного», то купец должен обращать такое же внимание на: «происхождение (они произведения природы или искусства); вид и существо (они грубые, сырые или обработанные); прочность (могут ли сохраняться в неповреждённом состоянии долгое время); свойство (жидкие или сухие, жирные, окрашенные или некрашеные, твердые или мягкие); время произведения – свежие или лежалые; испытание, то есть свойства, которые распознаются посредством осязания, вкуса, запаха и зрения, или соединено этими способами; доброту, что они превосходные, высокие, лучшие, хорошие, среднехорошие, средние, обыкновенные, низкие, настоящие или поддельные, цельные или повреждённые, толстые или тонкие, широкие или узкие, тяжёлые или лёгкие; употребление необходимое, нужное, полезное, прихотное, ненужное и вредное; сбыт скорый или быстрый, обыкновенный или постоянный и медленный или тупой; порядок продажи и покупки, мерою весом, счётом и наглядно; места произведения и сбыта; цены; расходы, неминуемо сопряжённые с приобретением оных. Вот условия, которые должны иметь в виду при приобретении товаров».

Купец сверх этого обязан знать происхождение предметов торговли и уметь их классифицировать: сырые, мануфактурные (подвергшиеся обработке), колониальные (которые производятся не везде, но в известных только местах), бакалейные, москательные, аптекарские товары, хлебные или сыпучие товары.[25]

Спрос и предложение товаров – две составляющие торговли. Современная классификация включает не менее десятка видов спроса. С давних пор спрос подразделяли на постоянный, большой и слабый. На них и заостряет внимание И. С. Вавилов.

Постоянным спросом называется такой, «когда на какой-либо товар, который необходим или нужен, бывает требование беспрерывное, например, на хлеб, сало кожи и т. п.». Если не вмешается спекуляция, то цены на такие товары «не терпят значительного возвышения или понижения», при постоянном спросе «они удерживаются без больших изменений».[26]

Большим спросом называется такой, «когда от недостатка в товаре или, лучше сказать, от того, что для употребления нужно оного более, нежели сколько произведено или, если запас истощился, а скорого подвоза ожидать нельзя, то при возникающем требовании потребители стараются приобрести его для себя в нужном, а иногда в излишнем количестве, надеясь получить пользу, что имеет вид спекуляции или скупа. При этом цены неминуемо возвышаются быстро, чему содействует содействие покупателей».[27]

Слабым спросом называется такой, «когда от каких-либо причин в каком-либо товаре уменьшается потребность и вместе с этим оказывается мало желающих его купить. Следствием этого есть неминуемый упадок цены, которую ещё более роняет соперничество продавцов, старающихся с усилием сбывать товар. При этом положении иногда происходит с усилием так называемая заминка – товар в течение некоторого времени вовсе не находит покупателей».[28]

Купец обязан различать виды спроса и изучать рыночную конъюнктуру.

В современном представлении спрос – это желание, потребность, подкреплённая покупательной способностью; зависимость между ценой и количеством товара, который покупатель способен купить по определённой цене и в определённый период времени (ёмкость рынка).

Уметь читать, писать, знание счёта и купеческой бухгалтерии – всё это само собой подразумевалось. В XVIII веке появились специальные коммерческие науки.

Примечательно, что первые системы профессионального образования в странах Западной Европы и России возникли примерно в одно время и были созданы для обучения детей купцов коммерческим наукам. Очень серьёзно к профессиональному образованию детей относились в семьях старообрядцев. Вовсе не случайно, что именно из среды старообрядцев происходили все самые знаменитые династии российских предпринимателей.

Из товарооборота исходит необходимость выработки правил общей игры. Проверенные опытом правила усваивались субъектами рынка и передавались во времени от поколения к поколению через обычаи и традиции (обычное, копное право), а позже их стали сводить в писаное право. Так обеспечивалась истина на деле – правосудие и справедливость. Торговое право всегда являлось одним из самых юридически разработанных видов права.

Тезис «торговля есть и будет неисчерпаемым источником богатства и силы государства» учитывает обе составляющие общественного богатства – вещественное и невещественное богатство. Торговая деятельность обусловливает выработку у субъекта, её осуществляющую, таких человеческих качеств, как честность и порядочность. Когда верх берёт стремление получить барыш вопреки нравственным нормам, оно подталкивает торговца к корыстным целям, надувательству, мошенничеству. Поэтому все специальные законы о торговле были направлены к тому, чтобы очистить её от язв корыстных тенденций, удержать торговлю и её носителя – торговца на пути полезной хозяйственной деятельности и честности, освободить от всего, что противоречит добрым нравам.

Итак, толкование понятия «торговое предпринимательство» исходит из общих положений русской философии хозяйства:

1) приоритета нравственного начала (торговая деятельность способствовала выработке у предпринимателя уважительного отношения к честности и порядочности; вся деятельность торговца оценивалась по масштабу доверия к нему);

2) восприятия народного богатства как состоящего из двух начал (торговля способствовала накоплению материального богатства – изобилия благ и духовного богатства – установлению правопорядка, правосудия и справедливости).

Учение о торговле придало её положительным качествам обоснование и конкретность.

Все действия торговца оцениваются по масштабу доверия. Высший руководящий принцип торгового законодательства состоит в охране честности. Но юридические законы не способны решить проблему честности в полном объёме. Доверие, честность, порядочность – понятия нравственности. Юридические законы в пространственной сфере общественного сознания, которую заполняет нравственность, малоэффективны. Решается такая проблема через систему образования, основной целью которой должно являться воспитание нравственного человека.

Мы коснулись проблемы народного образования относительно купечества по той причине, что исторически именно интересы торговли пробудили у людей потребность к обучению, познанию неведомого. Но надобность в нём распространяется на все слои общества.

Сделаем ещё одно пояснение. Торговое дело не ограничивается коммерцией. За данным понятием стоят торговое предпринимательство и подготовка профессионалов – коммерсантов, логистов, маркетологов. Этим объясняется невозможность одностороннего взгляда на исследуемые проблемы.

Как известно, знания о мире, правила взаимоотношений людей генетически не наследуются. Их передача от поколения к поколению осуществляется через систему образования, которая и запускает в человеке механизм саморазвития, расширения его сознания и в итоге – формирования личности. Человек – часть Вселенной. Все люди связаны воедино, пронизаны энергиями и настроены на одни и те же космические ритмы. Звук, свет, цвет, магнетизм, электричество – все эти типы вибрационного движения играют огромную роль в нашей жизни. Они воздействуют на наше здоровье, эмоциональное и духовное состояние. Развитие каждого человека и человечества в целом подчиняется единым космическим законам. Человек мыслящий в отличие от других видов живой природы имеет и другой канал связи с Вселенной – через мышление. Однако такая причастность к ней осуществляется только через созидание личности человека.

К сожалению, в настоящее время отсутствует чёткая и понятная молодым людям система нравственного самосовершенствования. Прежде такая система существовала. Попытаемся её реконструировать. Начнём с современной научной теории человека. Согласно этой теории, наделение мышления свойством служить каналом связи человека с Вселенной происходит лишь в том случае, если человек разовьёт себя в личность. Подобная установка имеется и в ведическом учении о строении мира, которое создавалось на заре современного человечества. Понятие «личность» здесь конкретизировано. Личность – это такой Лик Всевышнего, в котором он является к людям и к которому они могут стремиться и обращаться. В христианском учении Лик Бога проявлен в его сыне – Иисусе. Дорога к Богу – это путь Прави;[29] преодолев его, человек достигает высшей степени совершенства, превращает себя в личность и становится проводником воли Всевышнего, духовным наставником людей.

По Пути Прави человек «проходит несколько ступеней», которые обозначены достаточно чётко, могут быть понятны и нашему юношеству. «Первая ступень самосовершенствования – это служение близким и обществу. Поднимаясь на вторую ступень, человек встаёт на путь Знания. Человек напрягает свой разум, стремясь постичь Истину». «Третья ступень – это ступень овладения знаниями духовными». «Высшая ступень – четвертая. Взошедший на эту ступень становится учителем учителей. Побудителем Воли Человечества. Взошедшего на эту ступень славяне называли – Побудом (Будаем)».[30]

Отметим ещё один общий подход, свойственный этим разным по времени, но доступным по смыслу учениям: особо подчёркивается, что человек должен сделать себя личностью сам через самовыражение и самосовершенствование в труде, что доступ к новым знаниям можно получить лишь при достижении определённого уровня сознания.

Процесс народного образования протекает по двум линиям, которые могут и не пересекаться: обучение и просвещение. Обучение направлено прежде всего на профессиональную выучку. Главным объектом процесса здесь является интеллект (то есть ум, рассудок, разум), его расширение – в смысле развития мыслительной способности.

Просвещение означает проникновение в саму суть полученных знаний, их осознание до той степени, когда они превращаются в достояние, свойство духовной жизни человека и порождают чувство ответственности за применение полученных знаний. Просвещение нацелено на запуск в человеке механизма саморазвития, на расширение его сознания. Именно с уровнем сознания связаны понятия, характеризующие личность, нравственность, честь, совесть, вера, любовь, надежда, ответственность, чувство собственного достоинства. В учебных планах при отборе дисциплин, подлежащих изучению, важность того или иного предмета определяется не их информационной насыщенностью, а способностью расширять уровень сознания у обучающихся. В российской системе образования этому принципу прежде следовали на всех уровнях обучения.

Ещё в древние времена было выработано правило, которое соблюдали многие народы: особо ценные знания доверяли людям, прошедшим специальные испытания, позволяющие судить об их духовности и уровне сознания.

Нынешнее состояние мировой системы образования в целом характеризуется как глубочайший кризис. Причина кризиса – разрыв образования с системой нравственных ценностей. В результате система образования оказалась неспособной решать свою основную задачу – воспитание нравственного человека, носителя высокой духовности.

Проблема просвещения непосредственно связана с использованием свободного времени. Индустриализация принципиально изменила среду обитания: резко возросло количество городского населения (за счёт притока сельского населения). Значительная часть молодёжи стала теперь горожанами и получила в своё распоряжение финансовые средства (более высокая заработная плата) и свободное (от работы и занятий домашним хозяйством) время. Она не была подготовлена – ни этически, ни культурно – к тому, как расходовать то и другое, чтобы это пошло на благо себе и обществу.

Свободное время можно использовать для самосовершенствования либо для развлечения. Человек устроен так, что выбирает путь наименьшего сопротивления: значительная часть «новых горожан» предпочла развлечение. Возрастание спроса на развлечение сопровождалось конфликтом с традиционными моральными нормами и представлениями о культурных ценностях. Спрос на субкультуру не только поощрялся, но и навязывался пропагандой. Индустрия развлечений превратилась в высокоприбыльный вид бизнеса.

В западной литературе это явление исследовали Г. Маркузе[31] и А. Пигу.[32] Избыточные потребности в развлечении они отнесли к индуцированным, вменённым потребностям «массового человека». Их мотивация: «надо жить так, как принято в обществе потребления».

Современный рынок стимулирует неоправданное разрастание индустрии досуга, чрезмерное потребление и финансовые спекуляции со всеми вытекающими отсюда экономическими и социальными последствиями. А. Пигу назвал косвенные последствия экономической деятельности «экстерналиями». К последствиям такого рода отнесены: пагубные воздействия на культуру и этику современного человека; социально-экономическое поведение, которое ведёт к деградации среды обитания, распаду генома и разрушению стабилизационных социальных механизмов.

Искажённая ориентация использования свободного времени – одна из причин глобального кризиса, который разразился в 2008 году. Следует отметить, что никогда прежде избыточное потребление не являлось причиной возникновения глобального кризиса. Для этого оно должно было стать массовым явлением.

Среди форм проявления кризиса образования наиболее заметны те, которые уже оказывают негативное влияние на безопасность человечества и его способность выживания в изменяющемся мире:

1) угрожающие размеры экологической катастрофы как прямое следствие безнравственного и расточительного отношения к природе человека «образованного», которому не привили экологическое самосознание;

2) новый, противоречащий природе просвещения характер установившейся связи между образованностью и преступностью. Так, нравственный облик образованного человека, утвердившийся, например, в сознании нашего народа, не допускал даже мелких моральных проступков. Теперь о нравственной чистоте интеллектуалов уже не говорят. Более того, появляются всё новые виды преступлений и способы совершения ранее известных правонарушений, которые доступны только людям, получившим высшее образование, причем нередко в престижных вузах (например, экономические преступления, некоторые «наукоёмкие» виды терроризма и т. д.).

Кризис системы образования уходит своими корнями в мировоззрение, в неправильное истолкование природы человека и его назначения. Поэтому, чтобы преодолеть кризис, необходимо систему образования увязать с современной теорией человека, согласно которой человек – результат земных и космических факторов и наряду с земными выполняет и вселенские функции. Человек обязан своей эволюцией труду и мышлению. Благодаря труду сознание человека приобретает новое качество. Оно является инструментом изменения окружающего мира и самого человека.

Вывод о том, что основной целью образования является не просто заполнение памяти человека информацией, которая якобы пригодится ему во всех случаях жизни, а расширение его сознания,[33] – обоснован. С осознанием мировым сообществом причины кризиса образования должно измениться отношение людей к предельным величинам, применяемым к социальной жизни, которые становятся всё более значимыми, несут глубокий нравственный смысл, что придаёт им необходимость учёта духовности как определённого уровня сознания.

Сотрудничество в сфере образования между Россией и странами Западной Европы, в том числе в сфере подготовки «образованных детей купечества», возникло ещё три столетия назад. Имеет длительную историю и интеграция между образовательными системами. Меняется лишь её причинная необходимость. Прежде основой интеграции служила потребность в общениях по линии науки и культуры. Сейчас в связи с развитием мирового хозяйства на первое место перемещаются хозяйственные связи, что углубляет интеграционный процесс и расширяет его сферу.

История свидетельствует, что межстрановая интеграция может быть успешной лишь при соблюдении определённых условий. Об этом свидетельствует и выступление Президента Российской Федерации В. В. Путина на Валдайском форуме в сентябре 2013 года: «Очевидно, что наше движение вперёд невозможно без духовного, культурного, национального самоопределения, иначе мы не сможем противостоять внешним и внутренним вызовам, не сможем добиться успеха в условиях глобальной конкуренции. А сегодня мы видим новый виток такой конкуренции».[34]

Рассмотрим это явление подробнее. Межстрановая интеграция, во-первых, не должна превратиться в жалкое подражание, способное разрушить духовную культуру, те ценности, с утратой которых любой народ обрекает себя на гибель.

Интеграция относится к тому виду межстрановых связей, который в большей мере позволяет учитывать сильные стороны образовательных систем, созданных разными культурами. Она не может рассматриваться как форма перехода к монокультуре, поскольку это противоречит:

1) природе человека. Принадлежность человека к той или иной культуре не сводится вопреки распространенному мнению к самооценке, с какой культурой он сам себя отождествляет. Человек объективно принадлежит только к той культуре, которую способен создавать и развивать. Через просвещение индивид выходит на осознание своей принадлежности к культуре, создаваемой его народом. Культурная идентичность объединяет людей в этнические сообщества. Могут ли русские творить, например, германскую или французскую культуру – и наоборот, могут ли немцы и французы творить русскую культуру? История это не подтверждает; напротив, она свидетельствует, что бездумное заимствование чужой культуры оборачивается деградацией личности. В России людей, утративших связь с национальной культурой и не нашедших себя в чужой культуре, принято называть «лишними». В русской литературе начало исследованию проблемы «лишнего человека» положено А. С. Грибоедовым и А. С. Пушкиным;

2) сути эволюции человеческого общества. Наука подошла к пониманию того факта, что этнические сообщества, из которых слагается человечество, представляют собой систему периодических колебательных движений с собственными частотами. У существующих ныне этносов разный возраст и их частоты (фазы этногенеза) не совпадают. А фазы этногенеза характеризуются неодинаковой активностью людей в созидательной деятельности. К тому же каждый этнос по-своему воспринимает реальность и соответственным образом воспроизводит его при строительстве своего оригинального мира.

Кстати, в русский суперэтнос входят этносы, находящиеся в разных фазах этногенеза, что отражается на их активности. Базисом эволюции человечества как части Вселенной является не ставка на монокультуру, а наличие множества культур, созданных разными народами, в которых оно находит своё выражение.

Культурно-исторические миры, выработав собственное представление о предназначении человека, особое мировоззрение, свои идеалы и нравственные нормы, обращая природные предпосылки в средство развития человека, превращают в действительность различные варианты преобразования мира. На этом поле совместного творчества и происходит отбор возможностей эволюции человечества в целом. Назначение интеграции в образовательной сфере состоит в отборе возможностей эволюции мировой системы образования.

Во-вторых, поскольку каждый народ вырабатывает свою систему нравственных ценностей, усвоение которых наделяет национальную систему образования способностью воспитывать не только профессионала, но и нравственного человека, то наиболее доступной видится интеграция по линии обучения, то есть профессиональной выучки.

Задача воспитания нравственного человека стоит не только перед системой образования. Нравственное воспитание действует на человека не механически, а органически, через живой пример. Необходимо и на практике действовать «с старательностью честного коммерсанта». Только так можно очистить торговлю от язв корыстных тенденций.

В пореформенной России (вторая половина XIX века) в торговом деле появились новые люди, так называемые сумасшедшие: они пришли туда не за скорыми деньгами, а по призванию, со своей особой идеологией. К истине ведёт длинная и зачастую смертельно опасная дорога, только смелые и сильные духом способны пройти по ней. Творчество есть особое состояние разума и души. Оно – проявление человеческого духа. Творческие люди делают то, чего не было. Поэтому творчество – это социальный риск. Новые люди обладали харизмой, особой притягательной силой. Харизматический лидер является генератором и носителем потока новых идей. Он был способен выйти за пределы известного, познанного, включиться в новый виток эволюции. В качестве примера предпринимателей, отличающихся таким отношением к торговому делу, можно назвать династию Елисеевых.

Родоначальник предпринимательской династии Пётр Елисеев был крепостным садовником у графа Шереметева. Он однажды удивил гостей графа свежей земляникой, которую смог вырастить в условиях русской зимы. В знак благодарности Пётр получил вольную. В Петербурге Елисеев поразил горожан, уже избалованных новинками: стал на Невском проспекте торговать с лотка апельсинами – диковинными фруктами: по копейке за штуку. Чувство новизны, изобретательность и готовность предпринимателя к риску отразились на результатах начатого им торгового дела, которое сразу получило мощный толчок развития. Уже через год, в 1813 году, Елисеев открыл на Невском проспекте собственную лавку. Она привлекла покупателей тем, что в ней были выставлены только лучшие вина, качественные колониальные товары (колониальные – товары, которые производятся в известных заморских местах) и экзотические фрукты. Безграмотный купец оказался по своей природе выдающимся маркетологом и логистом. Он первым из российских купцов, чтобы не переплачивать перекупщикам, стал ездить за колониальными товарами в страны, где их производят. Магазин Елисеева приобрёл большую популярность. Купец Елисеев слыл честным коммерсантом, вёл торг по чести и достоинству. Через десять лет, в 1824 году, Елисеев, бывший лавочник, выкупил большой дом на Биржевой линии Васильевского острова и открыл в нём шикарный магазин.

Торговое дело Елисеева продолжили его жена, сыновья и внуки. Молодые предприниматели вели активную торговлю: отказались от посредников, сами ездили по Европе и заключали выгодные сделки, имели там собственные виноградники, арендовали подвалы и амбары в странах, где производилась продукция. Вскоре появился торговый дом «Братья Елисеевы». Использовались самые передовые технологии по переработке и хранению продукции. Так, став в Петербурге владельцами «Новой Баварии» – предприятия по производству пива, они прежде всего провели коренную реконструкцию завода, соорудили подвалы протяжённостью в один километр, применив технологию, которая не только позволяла сохранять продукцию свежей в течение длительного времени, но и каким-то образом препятствовала затоплению подвалов даже при больших наводнениях. Эти сооружения функционируют до сих пор.

Вот положительный пример русского предпринимательства, в котором организаторский талант и чувство новизны сочетались с высокими нравственными потребностями.

Наследники бывшего крепостного заслужили высочайшие правительственные награды, получили титул дворянства. Авторитет торгового дома «Братья Елисеевы» был так велик, что ему предоставили право печатать на этикетках компании государственный герб России. Торговый дом стал поставщиком императорского двора.

Особым талантом отличался и внук Петра Елисеева Григорий Григорьевич. Торговое дело Елисеевых при нём достигло небывалых высот: торговали продукцией только высочайшего качества, обслуживание покупателей было на самом высоком уровне, на прилавках всегда изобилие товаров и отличный выбор. Была правильно поставлена логистическая служба: компания имела собственный торговый флот, свои железнодорожные вагоны-холодильники. Продукция в таких вагонах доставлялась даже во Владивосток и Хабаровск. Реклама для предприятия заказывалась в лучших типографиях Германии. Григорий Григорьевич Елисеев завёл в Москве и Петербурге сеть роскошных продовольственных магазинов. Торговая марка «Елисеевы» сохранилась до сих пор.

В тот исторический период (вторая половина XIX и начало XX века) в развитии отечественного торгового дела удавалось сделать очень многое – прежде всего через укрепление нравственных традиций, которые влияли на стереотип социального поведения деловых людей. Так, в промышленно-торговой среде, а она в России формировалась под влиянием взглядов старообрядцев, к стяжательству традиционно относились с резким осуждением. О неприятии стяжательства свидетельствует, например, негласный кодекс чести русских предпринимателей, осуждающий все виды паразитического, ростовщического, спекулятивного капитала. В общественном мнении всех предпринимателей условно сортировали по нескольким группам. К первой относили промышленников, фабрикантов, крупных торговцев-оптовиков, финансистов и предпринимателей в области страхования и кредита. Во вторую группу включали торговцев крупных, средних и мелких, ведущих своё торговое дело «по чести и без обмана». Обе группы предпринимателей – почтенные, уважаемые люди. К третьей, «презираемой» группе относили спекулянтов, перекупщиков, процентщиков.

Кодекс чести, хотя и считался негласным, но, как оказалось, не являлся корпоративно замкнутой оценочной системой. Он отражал устойчивые нравственные принципы, выработанные национальной культурой. Исследования на уровне массового сознания, первородных образов-архетипов, проведённые в 2000 году, то есть спустя почти сто лет после разрушения в России самобытных форм предпринимательства, показали, что историческая память народа до сих пор хранит именно те признаки и понятия о честности и порядочности предпринимателей, которые были присущи России традиционно, и отторгает образ новоявленного российского предпринимателя, рождённого нынешними реформами и сфокусированного только на получение прибыли.[35]

1.2. Учение о торговой деятельности в историческом контексте

Чтобы шагнуть вперёд, нужно оттолкнуться от чего-то. Движение от ничего или из ничего невозможно. Мы начали изучение торгового дела с установления понятия честного коммерсанта. Именно так поступали основатели данной науки. Кстати, во всех научных трактатах, посвящённых торговому делу, уделено повышенное внимание нравственным аспектам. Уже в трактате «О семье», написанном Леоном Баттистой Альберти в 1434 году, охарактеризованы моральные качества предпринимателя.

Установление понятия честного коммерсанта относится к числу важнейших задач современного учения о торговом деле, что соответствует взглядам и основателям этой науки. При этом они уточняли: такое «становится возможным лишь в том случае, если при определении торговли имеется в виду то, чем она должна быть»,[36] учитывая её предназначение. Следовательно, трактовка природы и назначения торговли определяют критерии нравственной оценки хозяйственного поведения торговца.

У нас имеется возможность рассмотреть эволюцию научной мысли о торговом деле. Причиной возникновения торговли является хозяйственная целесообразность. Это и составляет сущность её бытия.

Но торговлю ошибочно рассматривали, да и сейчас рассматривают как профессию, сводящуюся к добыванию средств существования, при этом делают акцент на погоню за прибылью: «Торговля представляет собою производимую в виде промысла закупку товаров в целях перепродажи с прибылью».

Такой подход не оправдан. Известно, что ложная исходная позиция делает и всё исследование недостоверным. То, что выдаётся за торговую прибыль, фактически имеет три составляющие, которые относятся к общим для всех видов предпринимательской деятельности: плату предпринимателю за труд (так называемая нормальная прибыль – минимум, который позволяет предпринимателю сохранять интерес в данному делу); процент на его «операционный» капитал; и остаток, служащий возмещением за предпринимательский риск, который «может быть назван прибылью». «Эта прибыль законна в той же мере, как и прибыль, извлекаемая из всякого другого предприятия».

Происхождение торговли, сама причина её востребованности, развития форм обусловлены тем, что она содействует успешности хозяйственной деятельности, связанных ею воедино звеньев общественного воспроизводства – и тем самым целесообразна. Конечно, хозяйственная деятельность торговца, как и всякого хозяйствующего субъекта, направлена к добыванию средств существования. Но так как торговец приносит пользу обоим хозяйствам, которые он связывает, то он имеет право на соответствующее вознаграждение с обеих сторон.

Формула «дёшево купить, дорого продать» трактуется некорректно, в спекулятивном ракурсе. «Дёшево купить» означает, что в цене производителя не учтены затраты на реализацию товара на рынке. Эти затраты теперь переносятся на покупателя – торговца. «Дорого продать» означает, что торговец, став продавцом, включает в цену продажи издержки обращения и среднюю прибыль на вложенный им капитал (так называемая нормальная прибыль).

Признавая стремление к прибыли за основной и единственный мотив торговца, якобы являющийся «существенным признаком» именно коммерческой деятельности как таковой, «мы получаем ложное понятие о торговле». Учение о торговой деятельности, будь оно построено на основе такого понятия, легко могло бы «превратиться в учебник торговых уловок и ухищрений». Поэтому следует считать «не только фактической ошибкой, но и логическим заблуждением признание существенным признаком торговли особого характера оплаты торговых услуг».

Понятие торговли должно иметь такое определение, чтобы оно могло служить критерием того, как надо вести торговый промысел, чтобы было проведено глубокое различие между настоящим коммерсантом и всеми злоупотреблениями торгового искусства, надувательством, мошенничеством, обсчитыванием и т. п.[37]

Для учения об организации торгового дела решающее значение имеют правильно очерченная задача и вытекающее из неё определение торговли. Профессор Иоганн-Фридрих Шерр возглавлял Коммерческую Академию в Берлине в тот период, когда закладывались основы учения о торговой организации и определялось место нового научного направления в системе экономических наук. Происходило это в последней четверти XIX столетия. Его взгляды на содержание новой науки и ныне представляют особый интерес. Приведём его трактовку задачи торговли: «Торговля имеет своей задачей в пределах всего народного хозяйства в целом собирать в органическое целое отдельные звенья мирового хозяйства, вследствие разделения труда зависящие друг от друга, посредством обмена его продуктов в согласии с экономическими законами». Вспомним: И. С. Вавилов видит задачу торговли в том, чтобы «приводить в движение свои собственные и чужие избытки на условных началах». Этим действием торговля «тесно соединяет между собою гражданские общества». Фактически речь идёт об одном и том же, различие лишь в интерпретации. Подчеркнём главное, что присутствует в этих определениях: функция торговли состоит в организации в органическое целое отдельных звеньев хозяйства.

Из очерченной таким образом задачи торговли вытекало и научное определение её понятия: «Торговля есть обмен продуктами между отдельными членами мирового хозяйства, организованный по законам хозяйственной целесообразности. Он осуществляется посредством перемещения собственности (купля и продажа), перемены места (транспорт) и образования запасов (склады) продуктов, вырабатываемых для удовлетворения чужих потребностей. Запасы и потребности встречаются на рынке в виде предложения и спроса, которые образуют цены. Поэтому торговля, как орган мирового рынка, участвует в образовании цен».

В данное определение понятия торговли вложено и состояние, именуемое спекуляцией: «поскольку в предложении он (обмен) вводит на рынок также и будущие запасы, а в спросе – будущую потребность, возникает спекуляция. Она учитывает будущие возможности развития мирового рынка, то есть использует конъюнктуру».[38] Таким образом, спекулятивная деятельность торговца это создание им запасов не для наживы за счёт будущих высоких цен, а для потребности развития производства.

Итак, в определении понятия торговли первостатейный купец И. С. Вавилов акцент сделал на способность торговли наращивать богатство таким образом, что оно распределяется на все слои общества. При этом внешняя торговля способствует присвоению богатства, созданного вне данной страны. Профессор И.-Ф. Шерр выделяет роль торговли в объединении отдельных рынков в органически целое, в мировой рынок. Оба автора устанавливают истинную причину происхождения торговли: это хозяйственная целесообразность. Определение Шерра отражает более позднее состояние мировой торговли, когда международное разделение труда уже приняло достаточно чёткие черты и мировой рынок проник во все звенья народного хозяйства.

Учение о торговом деле как новое научное направление строилось так, что охватывало все отдельные отрасли коммерческих (экономических) знаний. В то время к коммерческим относили все учебные предметы, знание которых требовалось торговцу в его повседневной деятельности: бухгалтерия, коммерческая арифметика, коммерческая и экономическая география, коммерческая корреспонденция, теория торговли, основы торгового права, товароведение, технология, история торговли и др. Учение о торговом деле рассматривалось как основополагающая и фундаментальная теоретическая дисциплина.

Центральным пунктом учения о торговом деле стала наука о торговом предприятии – «этой клетке в общем организме народного хозяйства». Торговое предприятие представляет собой организацию труда и средств, служащую для обращения торгового капитала. Она является внешним выражением коммерческой деятельности.

Вспомним, связь науки о торговом деле с политической экономией трактовалась так: политэкономию делили на общую (теоретическую) и специальную, или практическую – учение об отдельных отраслях народного хозяйства. Политическая экономия делает торговое дело предметом научной разработки в практической своей части. Она рассматривает торговое дело как науку, объединяющую во времени, пространстве и идейно хозяйственные отправления, связанные между собой товарооборотом.

Итак, мы располагаем определением двух исходных понятий новой науки: понятие «торговля» и понятие «торговое предприятие». Добавим к ним ещё трактовку самого учения о торговом деле. В системе коммерческих (экономических) знаний учение о торговле отнесли к области теоретических знаний. В такой же мере, как и политическая экономия, оно представляет собой «чистую науку», которая занимается только описанием и объяснением и исходит из объективных предпосылок в своих оценках и выводах, определяющих цели и пути. Оно служит методологическим и теоретическим обоснованием для всех прочих коммерческих (экономических) дисциплин.

Учение о торговом деле изучалось в двух плоскостях: 1) с точки зрения народного хозяйства торговля исследовалась во времени, пространстве и идейно как соединение отдельных хозяйственных единиц, связанных между собой обменом; 2) с точки зрения частного хозяйства исследовалось функционирование торгового предприятия в качестве хозяйственной единицы: как посредством приложения труда, энергии и средств пускаются в обращение требуемые рынком товары так, чтобы в результате затраченный труд и капитал приносили доход.

Учитывалось, что между двумя подходами к изучению торгового дела нет строгого разделения. Учение о торговой организации мыслимо только при том условии, что оно выходит за пределы изучения отдельного хозяйства и устанавливает его зависимость от всей организации народного хозяйства.

Отдельное хозяйство подчинено общим законам народного хозяйства: а) общие нормы торговой организации нельзя вывести из изучения отдельного торгового предприятия. Для этого необходимы сопоставление и критическое рассмотрение возможно большего числа торговых организаций, их сотрудничества и взаимодействия в рамках народного хозяйства; б) в науке о торговом деле вряд ли можно найти такую проблему, которая допускала бы исчерпывающее объяснение и решение в плоскости отдельного предприятия.

Не стоит забывать, что в науку о торговом деле изначально закладывалось методологическое положение, исключающее отождествление его с учением о прибыли. Учение о частном хозяйстве не есть учение о прибыли. Коммерческое стремление к наживе, учение о прибыли ни в коем случае не может составить предмет науки о торговле. В качестве доказательства использовали тот факт, что в условиях свободной конкуренции доход торговца не может ориентироваться на неэквивалентный обмен.

С появлением торговца-предпринимателя прежде единый рынок распадается на три рынка. Тенденция к повышению цены на продукт проявляется три раза. Этой тройной тенденции к повышению цены противостоит противоположная тройная тенденция. В силу чего собственные интересы отдельного торговца – дёшево купить и дорого продать – в переменной игре конкуренции должны постоянно подчиняться интересам производителя и потребителя. Торговец в нормальной конкурентной среде может претендовать лишь на среднюю прибыль: равная прибыль на равный вложенный капитал.

И.-Ф. Шерр разъясняет почему в понятие торговли должен включаться и спекулятивный момент, который имеет объективное основание. Он объясняет это тем, что рынком учитываются будущие запасы и будущие потребности. Природа спекулятивной торговли такова: а) благодаря торговле и торговцу рынок учитывает будущие запасы, что понижает цену наличных запасов; б) представители противоположных интересов противопоставляют этому учёт будущих потребностей, который повышает цену наличных предметов потребления. Влияние обоих течений на рынок свободной конкуренции выражается в непрерывном колебании цен – вниз, когда перевешивает предложение, вверх, когда перевешивает спрос, пока эта борьба цен не приводит под влиянием естественных факторов к соглашению по какой-нибудь средней величине, экономически приемлемой для обеих сторон. Это противодействие накладывает на торговлю двойной отпечаток, так что она распадается на эффективную и спекулятивную торговлю.

Торговля как общественное явление – срез культурного слоя, один из видов экономической культуры. Она – продукт общей культуры и восходит до колыбели человечества. Развитие торговли всегда идёт рядом с прогрессом всего хозяйства. В эволюции хозяйства выделяют четыре периода: 1) замкнутое хозяйство; 2) городское хозяйство с цеховым разделением труда; 3) национальное хозяйство; 4) мировое хозяйство. Это и четыре ступени развития торговли.

До тех пор пока отдельное хозяйство производит в замкнутом кругу всё, что требуется для удовлетворения его потребностей, обмен продуктов оказывается необходимым только в виде исключения. Торговля ограничивается лишь случайным обменом.

На стадии ремесленной торговли и рыночных связей между городским и сельским хозяйством денежное хозяйство начинает вытеснять натуральное. С укреплением денежного хозяйства возникают предпосылки расширения городского хозяйства на всю страну. Создаются экономические (торговые) пути и соответствующие транспортные средства межрегионального сообщения. Формируется национальное хозяйство, и торговля превращается в национальную торговлю. Внутреннее национальное оживление в сфере хозяйства и торговли способствует разделению труда, возрастанию потребности в сырье, орудиях труда и предметах потребления. Когда национальный рынок уже не удовлетворяет возросшие потребности, национальное хозяйство развивается в мировое хозяйство, а торговля – в международную торговлю. Она превращается в организованный товарообмен между звеньями мирового хозяйства, побуждаемыми к обмену разделением труда.

Появление торговца, выполняющего при обмене функцию посредника, вызвано расширением замкнутого домашнего хозяйства в городское, городского – в национальное и национального – в мировое. Посредник устанавливает тесную, органическую связь между производителем-продавцом и потребителем-покупателем. По мере развития этого многослойного и противоречивого процесса функции торговца наполнялись всё более значимым для всего общественного хозяйства содержанием.

Однако такая классическая схема не исключает наличие других вариантов. Нередко международная торговля возникает прежде, чем завершится межстрановое разделение труда, и даже прежде формирования развитого национального рынка. В таком случае она мотивирует развитие этих процессов.

Следует учитывать способность торговли возвращаться к простым, примитивным формам товарообмена. Такое неоднократно бывало и в истории России. Обычно это связано с разрушением системы общественного труда в результате войн, народных бедствий. Наиболее тяжкие последствия разрушения системы общественного труда Русь переживала после татаро-монгольских погромов XIII–XV веков. Тот факт, что возврат к натуральному хозяйству и бартеру произошёл в российской экономике в 1990-х годах, в мирное время, является прямым следствием либеральных реформ по западному образцу, которые в новой для них среде вместо созидания обернулись разрушительными действиями.

Торговля связывает конечные звенья хозяйства в сфере производства и потребления, которые вследствие разделения труда зависят друг от друга. При этом торговле приходится преодолевать тройное разделение: личное, пространственное и временное.

Личное разделение преодолевается самим процессом обмена посредством денег. Обмен – двусторонний акт: а) передача купленного предмета; б) обратная передача условленной цены – денежный платёж. При этом происходит смена собственника – собственником проданного товара становится покупатель, а деньги переходят к продавцу. Так как оба акта могут иметь пространственное и временное несовпадение, для их преодоления вводится кредит. Кредит – порождение торговли, он основан на доверии и означает временное использование чужой собственности на определённых условиях. Изначально понятие торговли объединяло платёжное, денежное и кредитное обращение, а также денежный рынок и всё банковское дело. Со временем эти операции стали самостоятельными хозяйственными функциями.

Для преодоления пространственного разделения (перемещения товаров) потребовалось введение новой специальной организации (рыночной инфраструктуры) – товарного транспорта и связанных с ним многочисленных предприятий, а также системы страхования грузов. Ныне теоретические проблемы преодоления пространственного разделения сведены в отдельную науку – логистику.

Торговая деятельность неодинакова по содержанию и характеру, в связи с чем торговля распадается на заготовительную, распределительную и посредническую.

Заготовительная торговля выполняет работу по собиранию продуктов: отдельные, разрозненные, незначительные и более крупные запасы должны быть собраны в одни руки, в определённых местах (прежде их называли погосты), приспособленных к транспортированию грузов на другие рынки, в том числе международный.

Задачей распределительной торговли является доставка с мирового или регионального рынка товаров, соответствующих по объёму спросу и характеру потребностей покупателей в районе её действия, сосредоточение их здесь на складе и удовлетворение в каждый данный момент мелкого и единичного спроса.

Между обоими этими видами стоит посредническая торговля, которая не связана ни с каким местом, опирается, с одной стороны, на заготовительную, с другой – на распределительную торговлю и представляет собой важнейший орган мирового рынка.

Три звена торговли порождают противоположные интересы. Борьба противоположных интересов составляет существенную часть учения о торговом деле.

На торговлю приходится функция уравновешивания запасов и потребностей. Рынок определяет сбыт продуктов в отношении количества и цены, поэтому он превращается в силу, регулирующую производство в целом и по отдельным отраслям.

Торговля создаёт единство рынков, что обеспечивается общей организацией торговли, а главное – её развитой службой связи и передачи известий.

Основа мирового хозяйства – международное разделение труда. Мировой рынок – сердце мирового хозяйства. Национальные хозяйства и их элементы – отдельные хозяйственные единицы становятся членами мирового хозяйства, которое со временем охватывает все страны и народы, связанные товарооборотом. Отдельное хозяйство связано с мировым как производитель и как потребитель предназначенных к обмену предметов (товары, услуги, капиталы).

С расширением национального хозяйства в мировое, товарооборот также превращается в мировой рынок, а торговля – в мировую торговлю. Мировой рынок с помощью спроса и предложения устанавливает цену вымениваемых продуктов, учитывая издержки производства и обращения. Он становится регулирующей силой: определяет размеры и характер производства хозяйственных благ теми потребностями, какие должны быть удовлетворены. Продавцы и покупатели вынуждены ориентироваться на цены, нормированные мировым рынком. Такое воздействие мирового рынка часто бывает неудобно для заинтересованных лиц – производителей, потребителей, торговцев. Но мировой рынок является силой, коренящейся в самом организме мирового хозяйства, и её нельзя игнорировать.

На этой почве возникают противоречия, приводящие в действие противоположные силы: центростремительную тенденцию мирового хозяйства и центробежную тенденцию отдельных национальных хозяйств. Чувство самосохранения побуждает национальные государства осуществлять экономическую политику, направленную на защиту хозяйственных интересов своих граждан.

Стремление к хозяйственной самостоятельности таково же, как и стремление к политической независимости. У государственного суверенитета, таким образом, две составляющие: хозяйственная самостоятельность как гарант экономической безопасности и политическая независимость, содержащая возможность осуществления собственной торговой политики. Именно экономическая мощь государства определяет его силу и внешнее политическое положение. Захват мирового рынка транснациональными корпорациями сопровождается стремлением разрушить обе стороны государственного суверенитета.

У мирового рынка особая пространственная ориентация: он не сосредоточен в каком-то одном месте, а функционирует всюду, где продавцы и покупатели имеют случай встретиться для заключения сделки. Его организатором изначально являлся торговец, который устанавливал связь между отдельными рынками; он являлся и носителем информации о спросе и предложении в разных странах на разные товары. Острая потребность рынка в информации способствовала развитию средств её передачи. С изобретением телеграфа связь между отдельными рынками окрепла. Появилась возможность нивелировать цены и уравновешивать спрос и предложение. Отдельные рынки превратились в единое целое.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Афанасенко И. Д., Борисова В. В. Логистика снабжения: Учебник для вузов. СПб.: Питер, 2010; Афанасенко И. Д., Борисова В. В. Коммерческая логистика: Учебник для вузов. Стандарт третьего поколения. СПб.: Питер, 2012; Афанасенко И. Д., Борисова В. В. Экономическая логистика: Учебник для вузов. Стандарт третьего поколения. СПб.: Питер, 2013.

Вернуться

2

Афанасенко И. Д., Борисова В. В. Логистика в системе совокупного знания. СПб.: Изд-во СПбГЭУ, 2013.

Вернуться

3

Посошков И. Т. Книга о скудости и богатстве. М.: Наука, 2003.

Вернуться

4

Щюре Э. Великие посвящённые. Калуга: Типография Губернской Земской Управы, 1914. 420 с.

Вернуться

5

См. подробнее: Афанасенко И. Д. История Русской цивилизации: В 3 кн. СПб.: Изд-во СПбГУЭФ, 2007. Кн. 1. С. 114–134.

Вернуться

6

Вавилов И. С. Беседы русского купца о торговле: В 2 ч. СПб., 1846.

Вернуться

7

Там же. С. 1.

Вернуться

8

Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка. М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2001. Т. 4. С. 246.

Вернуться

9

Семенова М. Мы – славяне! СПб.: Азбука, 1997. С. 192.

Вернуться

10

Вавилов И. С. Указ. соч. С. 5–6.

Вернуться

11

Вавилов И. С. Указ. соч. С. 1.

Вернуться

12

Посошков И. Т. Указ. соч. С. 21.

Вернуться

13

Вавилов И. С. Указ. соч. С. 8–9.

Вернуться

14

Посошков И. Т. Указ. соч. С. 13.

Вернуться

15

Смит А. Теория нравственных чувств. М: Республика, 1997. С. 40.

Вернуться

16

Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. М: Эконом-Ключ, 1993. С. 97.

Вернуться

17

Львов Д. О научных дискуссиях в реформированном обществе // Общество и экономика. 2001. № 9. С. 61.

Вернуться

18

Вавилов И. С. Указ. соч. С. 9.

Вернуться

19

Посошков И. Т. Указ. соч. С. 103.

Вернуться

20

Вавилов И. С. Указ. соч. С. 9–10.

Вернуться

21

Вавилов И. С. Указ. соч. С. 10–11.

Вернуться

22

Посошков И. Т. Указ. соч. С. 21.

Вернуться

23

Даль В. Указ. соч. С. 308.

Вернуться

24

Вавилов И. С. Указ. соч. С. 18.

Вернуться

25

Там же. С. 18–19, 21.

Вернуться

26

Вавилов И. С. Указ. соч. С. 18–19, 21.

Вернуться

27

Там же.

Вернуться

28

Там же.

Вернуться

29

Книга Велеса / Пер. и поясн. А. И. Асова. СПб.: Политехника, 2000. С. 480.

Вернуться

30

Книга Велеса. С. 237.

Вернуться

31

Маркузе Г. Одномерный человек. Исследование идеологии развитого индустриального общества. М.: Ювента; Наука, 1999. С. 340.

Вернуться

32

Пигу А. Экономическая теория благосостояния: В 2 т. М.: Прогресс, 1985. Т. 1. С. 34.

Вернуться

33

Человек и хозяйство: философско-методологический аспект: Учебное пособие / Под ред. проф. И. А. Сафронова. СПб.: Изд-во СПбГУЭФ. 2012. С. 203.

Вернуться

34

Путин В. В. Выступление на заседании международного дискуссионного клуба «Валдай» 19 сентября 2013 г.

Вернуться

35

Зудин А. Общественная легитимность частного предпринимательства в России // Мировая экономика и международные отношения. 2000. № 10. С. 90–96; № 11. С. 65–74.

Вернуться

36

Шерр И.-Ф. Учение о торговле. М.: Перспектива, 1993. С. 85.

Вернуться

37

Шерр И.-Ф. Указ. соч. С. 81–85.

Вернуться

38

Там же. С. 68.

Вернуться