Александр Гущин
Империя зла

Предисловие

Книга составлена сотрудниками издательства «Большой дом» по предсмертной исповеди предателя Родины – работника Главного разведывательного управления Генерального штаба Вооружённых сил СССР Михаила Исаевича Федосеева. Дневники шпиона, голосовые записи на магнитофон, информация с электронных носителей, профессиональные термины, подверглись литературной обработке, чтобы стать доступными широкому кругу читателей.

Трудно понять, например, такое выражение шпиона: «Инженеры человеческих душ, кодировкой на подсознание, изготавливают из лохов патриотов России. Если лоха-патриота отпатриотить, патриот становится отпатриотизненным».

Рассказ беглый разведчик сопровождал множеством заковыристых выражений и междометий, кои в произведении опущены в целях связности повествования. Издательство предупреждает, что совпадение фамилий с реальными людьми не является случайным. Читатель любой национальности, живущий в любой стране, не подозревает, что представители спецслужб работают рядом с ним, используя его самого как человеческий материал, в России – как человеческий мусор. В рукописях Федосеева находится информация о многих людях, которых вербовали советские и российские спецслужбы. Редакцию заинтересовала методика вербовки Гущина Александра Александровича.

В СССР КГБ и ГРУ характеризуют Империю зла, в которой жил Федосеев.

Михаил Исаевич скончался 21 мая 2008 года, оставив потомкам литературное наследие, кое изучается представителями вышеуказанного издательства.

Империя зла

Последующим, после Владимира Лукина, борцам за права человека в Российской федерации, посвящается.

Не варите козленка в молоке матери его.

Как Илья Васильевич бился с Монтемиром, сын Равилем

В 1768 году, в годы правления Sophie Auguste Friederike von Anhalt-Zerbst-Dornburg, в годы правления царицы Екатерины II, предки Ильи Васильевича Гущина и Монтемира Равильевича Шарипова вынуждены были двигаться навстречу друг другу. Гущины прошли Муромские, Тамбовские леса, обосновались в местечке Верхний Карачан. Шариповы двигались навстречу со стороны Казахского мелкосопочника.

В 1836 году Гущины пришли на место встречи из Воронежской губернии, из Голого Карачана. Обосновались переселенцы в двадцати пяти километрах на юг от реки Самары. Укрепились в двадцати трёх километрах от крепости Тоцкое, основав с поселенцами, у речки Сорока, село Марковку.

Предки Монтемира родом из Младшей орды, пришли из Тургайской степи, убежав от киргизов. Поселились беженцы в селе Приютном, что в семи километрах южнее села Марковки. Поселились Шариповы среди толерантных русских поселенцев. Место встречи азиатов и представителей европеоидной расы называлось Общий сырт. Сырт располагается в Оренбургской области, что близ Южного Урала.

Селяне Марковки и Приютного жили мирно. Зимой, на льду старицы, что меж селами, происходила драка стенка на стенку. Судил битву казачий волостной старшина от уральских казаков.

После 1881 года финал драки был всегда одинаков. На поле боя оставались два молодых бойца. Это был Илья, который наступал на противника с севера от села Марковки и «южанин» Монтемир, выступающий за Приютное.

Илья утверждал, что род его ведется от Ильи Муромца, он не срамил фамилии. Мощным ударом в левый висок валил противника на землю. Валился Монтемир, будто сосенка в Бузулуцком бору, под смолистый, под корень подрубленная. Илья поднимал и швырял противника на восток, в сторону Крутого каменного яра. Объявлялась победа села Репного, так казаки называли село Марковку.

Революции, мировая бойня, гражданская война и коллективизация

Годы царствования Александра Второго прошли, прошли годы и Александра Третьего. Миновали годы правления Николая Кровавого. К революциям 1917 года Илье Васильевичу и Монтемиру Равильевичу было уже за пятьдесят. Их дети сражались на русско-германском фронте, затем на фронтах войны гражданской. Старики и молодёжь наблюдали за убийством последнего российского императора, наблюдали и за уничтожением селянами друг друга. Потом была коллективизация. Причем в коллективизацию народу погибло от голода боле, чем в гражданскую войну от убийств.

После большевистского переворота появилась другая империя, безобидные битвы на льду старицы прекратились. Внук Монтемира Равильевича, юный отпрыск Иван Шарипов – Иванов побеждал всех марковских бойцов своей ловкостью и могучей силой. У репинских славян хрустели скелеты от его объятий. Удар кисти руки приютинского богатыря был могуч. За богатырскую силу Иван получил прозвище «Лапа». Фамилию русской жены «Иванов» взял отец Ивана, Шарип, изменив ее еще до революций. Селяне продолжали называть его семью Шариповыми.

В 1924 году умер лидер большевиков Ленин. В этом году Лапа, он же Иван Шарипович Иванов ушел служить в вооруженные силы Советского Союза, в Красную Армию. Ушёл и исчез. Это были издержки Сталинской эпохи. Где был, неизвестно, но появился в селе Приютном через четыре года в новенькой форме командира Красной Армии.

Печальная судьба Иванова Ивана Шариповича

Родные Ивана крепко отругали служивого, и с 1929 года он регулярно присылал письма в родное село, где сообщал о службе. В 1942 году пришло сообщение, что Иванов Иван Шарипович пропал без вести, уже вторично, теперь на фронтах второй мировой войны.

С тех пор прошло двадцать лет. В 1944 году умер Монтемир Равильевич, горюя о пропавшем своём внуке. Руководителя СССР Сталина в 1953 году отравили сатрапы. Сталина сменил Никита Сергеевич Хрущов.

В 1961 году Приютном из Шариповых в живых осталась старшая сестра Ивана, звали ее, кстати, Тося, муж ее тоже помер. Дети и племянники Тоси разъехались по российским городам, так как в глухом оренбургском селе, которое располагалось за 30 километров от железной дороги, не было даже электричества.

В 1962 году колхозница Анастасия получила письмо от брата Ивана. Радость была настолько полной, что она в этот же день послала ответное письмо. Но не выдержало радости больное её сердце, ночью, при свете керосиновой лампы, Анастасия умерла.

Сотрудник ГРУ из полковника Федосеева превратился в безымянного беглеца

Полковник Главного разведывательного управления Генерального штаба Министерства обороны СССР Михаил Исаевич Федосеев в смертной тоске уходил от погони. Карибский кризис 1962 года поставил точку на его великолепной карьере. Ведя украденную автомашину «Победа» по улицам ночного Тбилиси, который раз перебирал возможные варианты спасения, причины своего провала.

Когда его проверили на дистанционном детекторе Правды? Кто санкционировал?

Предпоследнее место работы разведчика была Канада, где в посольстве СССР он выполнял функции Младшего лидера. Дипломаты, добывающие офицеры ГРУ, действующие под дипломатическим прикрытием, работали по добыванию секретов в соседнем государстве, в Соединенных штатах Америки.

Федосеева, по непонятной причине, сняли с должности Младшего лидера, сместили с предпоследнего этажа вниз. Официально он был направлен с повышением на Остров Свободы, организовывать работу молодого советского представительства в Гаване.

Из Гаваны, где полковник обеспечивал информационную маскировку доставки на Кубу тактических ядерных ракет, его эвакуировали в Тбилиси, якобы на учебу. Матерый шпион понимал, что его заподозрили в предательстве. Если докажут вину, будет нейтрализован. Нейтрализация разведчика ГРУ это смерть, либо сумасшедший дом.

Предварительно, чтобы подтвердить выводы секретного дистанционного детектора Правды, проведут нейролингвистическое кодирование мозга, допрос с использованием контрольных слов ответов.

Советского полковника поставят на конвейер.

Главное разведывательное управление с опозданием, но все-таки вычислило, что Федосеев выдал врагу множество важных государственных секретов.

Михаил Исаевич предполагал, что ГРУ в 1957 и 1958 годах зафиксировало его встречи с советским офицером Петром Семеновичем Поповым. Пётр Семёнович служил в ГДР. По наблюдениям Федосеева Попов имел контакты с сотрудниками Центрального разведывательного управления Соединенных штатов Америки. Михаил Исаевич не доложил о подозрениях руководству. Федосеев использовал Попова в своих целях: для работы против Главного разведывательного управления.

Жаннета Лиммер

Причиной предательства, причиной ненависти к собственному управлению, ненависти к СССР, стала Жаннетта Лиммер, легкомысленная жена американца. На Жанетту руководство ГРУ ещё в 1951 году «положило глаз». Тридцатиоднолетнему, начинающему разведчику не удалось завербовать очаровательную француженку, но с Жаннеттой Михаил Исаевич пережил короткий, бурный роман. В постели Жаннетта смеялась над неумелым поклонником, утверждая, что не он выбрал её для флирта, а она. Якобы они с мужем никак не могут завести детей, поэтому Жанетта флиртует на стороне.

– Если будет мальчик, назову его Жаном, если девочка, именем Жанна, – смеялась над русским кавалером француженка навсегда прощаясь с невеселым Михаилом. Русский разведчик добился победы, но не выполнил задания руководства. Позже Михаил Исаевич узнал, что Жаннетта умерла при родах. С её родившейся девочкой, спустя пять лет, случилась страшная трагедия. Трагедия толкнула Федосеева на работу против собственной страны, против СССР, который он стал называть Империей зла.

– Допрос с применением нейролингвистического программирования мозга, – размышлял Михаил Исаевич, – работу против ГРУ, безусловно, подтвердит.

Схватка в номере гостиницы

Четыре дня назад оставалась надежда, что его ещё не вычислили, но условное сообщение, переданное фронтовым другом, высокопоставленным офицером ГРУ Дмитрием Фёдоровичем Поляковым, развеяло иллюзии.

В Тбилиси, в гостинице, что на улице Шота Руставели русский разведчик принял решение. Федосеев решил уйти за кордон. Вечером в номере умышленно напился, и на глазах сопровождающих захрапел. Пьяному полковнику провожатые решили вколоть шприц-тюбик нейтрализующего лекарства «Блаженство». Полковник внезапно проснулся и протрезвел. Троих конвоиров он беспощадно убил. Двоих из бесшумного именного оружия.

С третьим советским разведчиком Федосееву пришлось повозиться. Третий выбил пистолет из рук Федосеева; третьего полковник убил в жестоком рукопашном бою.

Забрав сумку с деньгами, с поддельными паспортами и гримерными принадлежностями, Михаил переоделся. Прихватив портативный бинокль, документы и оружие убитых, Михаил Исаевич покинул гостиницу.

Бегство в сторону истока реки Аргун

25 октября 1962 года на улицах ночного Тбилиси было мало машин. Угнать автотранспорт оказалось не простым делом. Времени катастрофически не хватало. Полковник знал, какой организации он бросил вызов.

Сидя в автомобиле «Победа», которая неслась по улицам спящего Тбилиси, Федосеев в тоске прикидывал, сколько времени сможет путешествовать в своем реальном обличье. Утром все шоссе перекроют. Нужно будет изменять облик, накладывать грим, искать другой транспорт. Это опять время.

И … куда двигаться? В какую сторону? Основные силы ГРУ будут брошены на юг, для перекрытия границ с Турцией, с Ираном. Федосеев повернул на север. Выскочив из ночного города, понесся на Михету. Путь полковника лежал вдоль реки Арагвы, дорога поднималась выше, приближаясь к Большому Кавказу. Достигнув реки Терек, Михаил Исаевич наскоро замаскировал следы автомашины. «Победу» с обрыва сбросил в горный поток.

Далее двинулся пешком в сторону истока реки Аргун.

Как вооружённые военные ловили полковника Федосеева

Кто жил в 50-х годах двадцатого века в селениях Казбеги или Барисахо, что в Грузии, тот помнит бородатого, сгорбленного седого старика, юродивого деда Вано. Дед разговаривал сам с собой по-русски, грузинского языка не знал. Юродивый изредка покупал в селениях провизию, табак, и уходил в горы. Якобы в дальний разрушенный монастырь. А может, сумасшедший старик врал про монастырь и жил в пещере, пряча сокровища? В 1956 году двое лихих горцев решили проверить, задержали на горной тропе старика. Лучше бы они этого не делали. Дед Вано задал грабителям такую трёпку, что юродивого оставили в покое.

В 1962 году в ноябре месяце, утром в селение Казбеги прибыло множество вооруженных военных на больших и маленьких машинах; военные проверяли у жителей документы, расспрашивали о посторонних, о незнакомых горцам людях.

Военные сообщали, что из тюрьмы города Тбилиси совершён побег, кто видел посторонних?

Дед Лапа

Старика Вано вооруженные люди застали у почтальона, проверили документы, и оказался юродивый много раненным, контуженым фронтовиком Ивановым Иваном Шариповичем, уроженцем села Тоцкого, Бузулуцкого уезда, Самарской губернии. Фронтовик Иван был почти нормален, разговаривал с какими-то приговорками, видимо с намеками. Вооружённые люди понять намеки не смогли. Иван Шарипович под конвоем вынужден был отвести группу военных в свое жилище.

Путь был не близок, и через семь или восемь часов не легкого пути Иван привел служивых в свое селище. Жилище юродивого оказалось не пещерой и не монастырем, а полуразрушенной саклей. В пути два советских офицера сорвались в пропасть. Один хотел помочь другому, поскользнулся и повис над бездной, рядом с товарищем. Дед Вано склонился над погибающими, спросил,

– В бога веруете?

Несчастные от напряжения стонали, скатывались вниз, царапали камни, сдирали ногти о скалы, матерились и хрипели,

– Веруем хоть в черта, помоги!

Дед вытащил их одной рукой за шиворот, вместе с оружием и экипировкой. Это оказалось непосильной нагрузкой для сердца старика. К тому же молодые конвойные так торопили Ивана, что тот выбился из сил, бессильно прислонился к скале, не в силах войти в свое ветхое жилье. Саклю обыскали, ничего подозрительного не обнаружили. Недавно выпавший снежок следов посторонних не скрывал и не показывал. Близилась ночь. У старика нашли письмо от сестры, она просила брата приехать к ней в село Приютное, в Чкаловскую область. Переночевав в жилище старика, утром военные ушли.

Старые раны Великой Отечественной войны подточили здоровье седого, некогда могучего деда Лапы. После отбытия вооруженных военных Иван Шарипович почувствовал, что силы покидают ветхое тело. Старик прилег на каменный топчан, покрытый овчиной. Иван знал, что скоро умрет. Час смерти настал. Дед Лапа приподнялся.

– Федос, Федос! – позвал умирающий прятавшегося постояльца.

Как встретились Иван Шарипович и Михаил Исаевич

Постояльцем деда Вано был полковник Главного разведывательного управления Генерального штаба министерства обороны СССР Федосеев Михаил Исаевич. Полковник набрел на саклю деда, день-два наблюдал за ним, затем замерзающий разведчик решил попросить помощи. Старик не поверил ни в одну из легенд «уголовного прошлого» беглеца, помогать отказался. Михаил Исаевич понял, что одинокого старика придется нейтрализовать. Не спеша, шпион вытащил из кармана плаща оружие.

– Я вынужден тебя убить, – сказал с сожалением полковник обернувшемуся отшельнику.

– Убивай, – спокойно ответил старик, – меня такие как ты, из СМЕРШа, уже убивали. – Ты их породы. Беглый гебешник. Натворил дел, свои и ловят.

Полковник ГРУ опешил. Как полуграмотный старик так быстро его вычислил? Блаженного убивать не поднималась рука.

– Если я против СМЕРШа, против ГБ, поможешь? – вымолвил шпион, соображая, как проще оболванить проницательного деда.

– Помогу, ежели поверю. Беглый ты против кого хошь воевать будешь. Расскажи свою историю так, чтобы я тебе поверил. Я-то не беглый. В горы, от таких как ты ушел, век бы вас не видать, кровопивцев. И в горах достали, нелюди. Рассказывай, стервятник, что натворил.

Федосеев, тщательно подбирая слова, употребляя выражения деда, начал рассказ. Суть его заключалась в том, что работал он в организации нелюдей. Организация не простила ошибку и хочет его убить. Сам он кого-то убил и бежал. Просит разрешения перезимовать.

Дед подобрел, когда полковник рассказал, что убил троих «подлых людей».

Разрешил юродивый погреться у очага полковнику.

Смерть деда Лапы

В процессе общения полковник узнал историю блаженного. В 1942 году юродивый, точнее капитан Иванов, выполняя приказ командывания, попал к немцам в плен.

По словам Иванова, он был офицером разведывательного отдела штаба армии. Бежал из плена после выполнения задания. Но русские, как выразился дед Лапа, определили его после плена в штрафбат, так как штаб армии, вместе с командирами, был уничтожен немцами прицельной бомбежкой пятьсот килограммовыми бомбами. Никто не смог подтвердить, что Иванов был заброшен к немцам по заданию советского командования. Из штрафбата его забирали представители СМЕРШ и били за то, что он якобы навел фашистские самолеты на штаб собственной армии.

– Сломали меня не тогда, а в 1944 году, – заговаривался старик.

По окончанию войны был ГУЛАГ. После смерти Сталина из советского концлагеря Иванова выпустили. Сломленный чудовищной силой, он ушел в горы, чтобы не общаться с людьми. Всех представителей власти дед Лапа боялся и ненавидел.

Подходы к сакле легко просматривались, днем полковник помогал старику по хозяйству, ухаживая за немногочисленной скотиной отшельника. С десяток коз, пара овец паслись недалеко от сакли, выщипывая траву из-под выпадавшего временами снега. Федосеев, зорко оглядывая подходы к жилым развалинам, выполнял поручения старика по приготовлению козьего сыра. Шпион ожидал «гостей».

Юродивый старик называл полковника Федосом, своей проницательностью опять поразил матерого шпиона.

В полночь, 10 ноября 1962 года дед ушел в селение Казбеги, откуда на следующий день привёл вооруженных военных. Полковник наблюдал за военными из-за дальнего укрытия. Находясь в трех километрах и выше, разведчик ГРУ держал окресности на ладони. Выпал снег, следов не было никаких. Наблюдая за пришельцами в бинокль, Федосеев узнал среди них знакомого офицера. Значит автомобиль «Победа» найден, и разведывательное управление раскручивает машину поиска.

В жилище старика Федосеев вернулся 13 ноября. Военные ушли 12-го утром, сняв отпечатки пальцев у Ивана Шариповича. Когда Михаил Исаевич вернулся, дед был уже при смерти. Умирающий шептал, что военные обмолвились, что беглец, вероятно, ушел на юг, в сторону границы.

– Они не доказали, что в автомобиле «Победа» был именно я, – подумал с некоторым облегчением Федосеев.

Жизненный путь старика Шариповича завершался, он просил только пить и привести священника. Подавая воду, советский шпион обронил:

– Зачем священник, ни одной иконы нет, поздно вспоминать бога.

– Потому нет икон, за иконы судить будут. В 1944 году СМЕРШ нашел икону в моем вещмешке. В НКВД били долго меня, ну и четверых костоломов я изувечил, силушка была, слава богу…

Ивана Шариповича как будто забила падучая, он застонал и заскрежетал зубами.

– Заставили съесть икону, нелюди. Сломали меня…. Матушка в бога православного нарекла верить. А прадед мусульманином был…. Слушай Федос…

Дед Лапа умирал. Слова его звучали то громко, то звенели свистящим шепотом. Он вспоминал детство, войну.

– У прадеда бороденка была жидкая, татарская, а я весь волосами оброс, – дед приподнялся и показал рукой на север, северо-восток.

– Федос…. Поезжай в Приютное, Федос…. Видел я видение…. Где речка Сорочка встречается с Новотоцкой подойдет к тебе мальчик…. Мальчишка лет двенадцати. Он Спаситель от СМЕРШ… от ГБ, от НКВД. Помоги ему, Федос…

Поезжай в Приютное…. Там я дед Лапа…. Первый боец я…. Поклонись могилам предков…. Помоги….

Как полковник ГРУ стал дедом Вано

Иван Шарипович Иванов умер днем, к вечеру Федосеев подготовил покойника для погребения. Просмотрел документы, фронтовые фотографии умершего. Осознал, что усопший внешне похож на него, полковника ГРУ Федосеева. Волосы у обоих седые. Усы и бороду можно отрастить. Состарить лицо с помощью солнца и с помощью гримерных принадлежностей не представит трудностей.

Из письма сестры следовало, что родных Ивана, кроме неё самой, в селе Приютном нет.

Звание юродивого позволяет не помнить подробностей прошлой жизни. Мешали полковнику отпечатки пальцев, но для человека, работающего в ГРУ, нет ничего невозможного.

В чемоданчике с гримерными принадлежностями, кои изготавливал богатый институт маскировки Главного разведывательного управления, нашлось несколько тюбиков. Вернее баллончиков с твердеющим на воздухе жидким спреем. При распылении на кисти рук спрей затвердевал и копировал отпечатки ладоней и пальцев. Превращался в дышащие для предотвращения отпотевания рук тонкие незаметные, гибкие пленки-перчатки. Незаметные плёнки несли на себе нужные для разведчика следы.

Перчатки-плёнки советские разведчики называли «варяжками».

Методом зеркального отражения с выворачиванием наизнанку оттисков, применяя вспомогательный тюбик для фиксации зеркального отражения, Михаил Исаевич изготовил несколько пар тончайших «варяжек» с отпечатками рук покойного. «Варяжки» советские разведчики не любили, так как они требовали тщательной подгонки к собственной руке, легко повреждались. При внимательном исследовании, их можно было обнаружить. Потом их надо было смазывать специальным жиром, чтобы они оставляли следы.

С варяжками полковник работал долго. Специальным штампом вырезал отверстия для ногтей. Затем изготовил несколько тончайших, плоских пленок – отпечатков ладоней и пальцев усопшего деда Лапы. Специальным клеем Федосеев укрепил гибкие пленки на своих руках.

Весной 1963 года, когда лицо шпиона скрыла отросшая борода и усы, Федосеев, под личиной юродивого деда Вано, посетил селение Казбеги, где почтальон вручил ему письмо. Соседка оповестила о смерти сестры Анастасии, о том, что дом Ивановых пуст.

Вернувшись в жилище деда Лапы, бывший полковник ГРУ принял решение. Еще раз разровнял, замаскировал могилу деда, разбросал камешки на могиле, уничтожил ненужные одежду и вещи.

Взяв необходимое, матёрый шпион отправился на край земли, в глухую Оренбургскую область, планируя переправить оружие, и некоторые нужные для шпиона вещи после того, как освоится на новом месте.

Как дед Лапа отстаивал своё имя

22 июня 1963 года разговор стариков в селе Приютном, что в Тоцком районе Оренбургской области не сулил ничего хорошего полковнику ГРУ Федосееву Михаилу Исаевичу. Федосеев жил в доме Дёминой (по фамилии мужа) Анастасии, что умерла в прошлом году. В селе и в новом убежище Михаил Исаевич вел себя осторожно, зная, что любой промах ведет его к смерти. Отпечатков пальцев в жилом помещении полковник не оставлял, позаботился, чтобы в случае обыска обнаружили отпечатки пальцев Ивана Шариповича.

Шпион выдавал себя за деда Лапу, юродивого брата Анастасии, и никто ничего не заподозрил. Никто, кроме старика Дёмина, родственника мужа Анастасии.

Старикан Дёмин утверждал, что приехавший не похож на Ивана Шариповича, дескать, Лапа был широкоплеч и могуч, а этот какой-то сгорбленный дохляк. Доходяга, еле передвигает ноги!

Дёмину отвечали, дескать, война кого хошь изувечит. Федосеев стоял в очереди в магазин, слушал разговоры стариков, понимая, что они не сулят ничего хорошего. В приютинский магазин завезли портвейн, по этому случаю образовалась очередь колхозников за фирменным напитком эпохи социализма.

Помещение магазина было небольшое, основной народ стоял на улице, и, естественно, заволновался, когда группа молодых парней, что прикатила на четырёх мотоциклах ИЖ-49, стала всех расталкивать, пробиваясь к прилавку. Рослые мускулистые парни, числом восемь человек были из села Тоцкого, или из села Богдановки, там и сейчас много таких лихих и крутых парней.

Очередь сельских баб, хмурых стариков, ворча, расступалась. У двери крутолобые мотоциклисты наткнулись на беглого полковника в личине Ивана Шариповича Иванова. Беглец робко сторонился, уступая дорогу.

– Лапа не сдрейфил бы, некому приютинских защитить, этот не нашей породы, – услышал полковник зловредный шепот старика Дёмина.

Федосеев решил:

– Покажу селянам деда Лапу!

– Ну-ка дохляк, шевелись, дай пройти! – изрек один из настырных парней, стараясь отстранить от двери полковника ГРУ.

– А ты дед, заткнись, а то нарвешься, – добавил второй, обращаясь к старику Дёмину.

Дёмин молча отступил на шаг назад.

– Я в очереди стою, мил-друг человек, – сказал Федосеев драчливому парню. Шпион-«дохляк», выпрямился и не сдвинулся с места.

– Щас на мазарках, будешь лежать, – схватив полковника за плечо, ответил парень и не понял, как кувыркнувшись, очутился на земле.

Очередь замерла, не ожидав такого поворота. Второй добрый молодец, повторив «подвиг» первого, оказался у крыльца магазина в горизонтальном положении. «Молодцы» с удивлением поднимались, отряхивая с лиц и одежды оренбургскую пыль Тоцкого атомного района. Восемь парней, осознав опасность, образовали полукруг. В руках нападавших тускло блеснули, распространенные в то время среди агрессивной молодежи, кастеты и свинчатки:

– А ну дед, выходи на чистое место!

Фронтовику Федосееву приходилось переходить линию фронта, чтобы добыть «языка». Приходилось биться в рукопашной схватке во вражеской траншее с превосходящими по численности фашистами, биться всеми подручными средствами. Однажды Михаил за линией фронта финкой в блиндаже вырезал десяток спящих фрицев, причём четверо проснулись, с ними пришлось повозиться в страшной смертельной схватке.

После войны разведчик Федосеев сражался на смерть с «куклами», с профессиональными бойцами. То, что увидели селяне, напоминало голливудский боевик.

Семеро парней с выкрутасами врезались головой в плетни, в завалинки, в свои мотоциклы, оставаясь оглушенными лежать на земле. Восьмому полковник показал фирменный удар кистью, «лапой» в шею, отчего тот, сделав несколько шагов назад, рухнул навзничь в грязную лужу, всплеском воды распугав гусей.

Наступила тишина. Громкий голос старика Дёмина разрушил тишину, приютинские старики после слов Дёмина заговорили, бабы заулюлюкали на драчунов неудачников. Колхозники уважительно поглядывали на Федосеева. Дёмин, как на колхозном собрании, торжественно провозгласил: «Мужики, это дед Лапа!»

Под гогот приютинских гусаков мотоциклисты покинули неприветливое село.

Тоцкий район Оренбургской области и учения «Снежок»

Кто путешествовал по Оренбургской области, тот знает Тоцкий район, что расположен на Меловом сырте, меж реками Бузулук и Самара. За рекой Самара находится знаменитый Тоцкий полигон. 14 сентября 1954 года Министерство обороны СССР на этом полигоне проводило учения «Снежок». Близ села Тоцкого взорвали атомную бомбу мощностью в две Хиросимы. С тех пор космический холод недоверия к московской власти исходит от жителей Оренбургской области.

Километрах в тридцати трёх, к югу, к юго-западу от эпицентра взрыва, встречаются две речки: Кермешка, которые местные жители называют Новотоцкой и речка Сорока. Сороку аборигены зовут Сорочкой. Речки эти мелкие, всегда богаты рыбой. Речушки являются нерестовыми для подводных обитателей великой русской реки Волги.

Речка Сорока впадает в реку Самару, а река Самара в реку Волгу.

Там, где Самара сливается с Волгой, построен город. Во времена советской власти город на Самаре именовали Куйбышевым. Атомный взрыв был произведен над речкой Самарой, в двухстах километрах от города Куйбышева. Радиоактивные нуклиды в советском городе появились только через неделю после взрыва. Об этом неприятном факте работники КГБ и сотрудницы ГРУ подопытному населению не докладывали.

Село Приютное находилось в 37 километрах от ядерного взрыва, но пострадало меньше, чем город Куйбышев. Речка Сорока от Приютного текла в сторону взрыва. Лихой ветер пронёс смертельное облако мимо села.

После драки с оренбургскими агрессорами, точнее 24 июля, самоутвержденный дед Лапа рыбачил в двух километрах от Приютного, у слияния двух рек, Новотоцкой и Сорочки. Полковник ГРУ знал, что девятилетней давности радиоактивное облако пошло на юго-восток и задело лишь город Сорочинск. В городке Сорочинске кое-кто от радиации помер, но Приютинский радиационный фон был практически в норме. Приютинское кладбище, где были захоронены предки деда Лапы, принимало древних старух и стариков. Умерших от радиации не было.

– «Экологически чистый район», – усмехаясь в душе, думал разведчик.

Книжки в сумце, а хер на думце

Михаил Исаевич был уроженцем Смоленской земли, 1920 года рождения. Войну 1941–1945 годов его поколение испытало сполна. Друзей и одноклассников у него не было – погибли на фронтах этой чудовищной мясорубки. В декабре 1941 года командиром пехотного взвода, безусым лейтенантом Михаил начал воевать с фашистом, под Москвой. Закончил войну в 1945 году седым майором, командиром полка под озером Балатон. Видно много белой краски у войны, если ровесники майора были седыми.

Из боевых наград Федосеев особенно ценил медаль за город Будапешт. Его полк сыграл не последнюю роль при взятии этой крепости.

Вернувшись домой в деревню Ляхово Глинковского района, Михаил не нашел ни семьи, ни родной хаты. Обнаружил заросший травой бугорок – могилку жены своей, Прасковьи. До самой смерти Михаил Исаевич так и не женился.

Одинокого молодого майора, который за время войны освоил немецкий язык, заметили советские спецслужбы. Под шумок освоения языка врага, Федосеев выучил и английский. Успешного майора, всего лишь с легкими ранениями за всю войну, заметила внешняя разведка СССР. Федосеева направили в разведшколу. Благодаря способностям, за время учебы Михаил овладел французским и турецким языками.

В высшей школе разведки жизнь его вывернули наизнанку. Заставили вспомнить все грехи за прожитые годы.

Особенно раздражали преподавательницы из психологического отдела. Женщин интересовали сведения его интимной жизни, с какого возраста он стал заниматься половой жизнью, с кем и как, занимался ли онанизмом и тому подобное.

– Набрали баб в разведку, у этих книжки в сумце, а хер на думце. Похабная контора баб-психологов, – мысленно плевался Федосеев после общения с представительницами психологического отдела.

Как и все курсанты, он был проверен с помощью нейролингвистического программирования, с применением контрольных слов ответов. Проверяли Федосеева на обычном и на дистанционном, секретном полиграфе.

Примечание эксперта: Советский «Аппарат Правды», основанный на эффекте нейролингвистического программирования человеческого мозга, начал называться детектором лжи только с 90-х годов двадцатого века.

Ни слова неправды не было замечено в ответах майора. Жизнь Федосеева Михаила Исаевича лежала перед глазами преподавателей разведшколы. По завершению учебы выпускника определили в инспекцию ГРУ.

Работа в инспекции позволила майору понять, что всех военнослужащих, солдат и офицеров военная разведка незаметно проверяет на секретных дистанционных детекторах Правды. Советская разведка составляет на каждого солдата, на каждого офицера моральное досье.

Разведчики ГРУ знают всё

Разведчики-психофизики, с помощью нейролингвистического кодирования мозга, выявляли по контрольным словам ответам, что представляет собой человек. Современные разведчики могли руководить поступками человека! С помощью грязных провокаций определялась чистота совести испытуемого. Разведчики работали на заводах, предприятиях, много их было и в простых торговых точках.

Велась с захожим военным беседа, хотя бы о товаре, о погоде, но представитель спецслужб, с помощью такого разговора, выявлял у военного человека признаки национализма, склонность к предательству Родины, вероятность его измены жене. Выявлялись признаки некрофилии, педерастии, склонность к скотоложству, педофилии и людоедству. Только сотрудники ГРУ и КГБ знали, что вот этот человек, вон тот, например, прохожий в военном мундире на самом деле скрытый педераст или явный будущий педофил. А вот эта, похожая на Василису Премудрую, прекрасная девушка-милиционер, на самом деле внутренняя проститутка.

Только Главное разведывательное управление и Комитет государственной безопасности знали, сколько потенциальных маньяков-убийц в Советской армии, сколько человек могут предать Родину, какие из них жадны до денег, какие склонны к взяточничеству и воровству. На подсознательных склонностях развивалась советская наука подсознательной вербовки. Подсознательно завербованный совершает поступки, которые необходимы работникам КГБ и ГРУ.

Перед выходом атомной подводной лодки в поход, экипаж тайно допрашивался специалистами из разведки. Экипаж не подозревал о допросе! На моральные досье подопытных подводников, ставился индекс «степени доверия». Но у военослужащих степень доверия к собственному государству понижалась. Михаил Исаевич видел, как появляется в Советской Армии невиданная ранее, так называемая, дедовщина.

У фронтовика Михаила Исаевича уважения к советской власти совсем не осталось, когда Федосеев узнал, что районные отделы КГБ составляли моральные досье и на гражданских жителей СССР! Более того, и на школьников, на детей! Подсознательный допрос производился и в школах и на медкомиссиях. После незаметного допроса происходили изменения в организме ребёнка. Нарушался желчно-выводящий тракт, изменялась речь. Часто менялись функции левых и правых полушарий.

В диссертациях ученых из разведки было доказано, что все, что происходит в детстве, отражается во взрослой жизни. Академики-атеисты не догадывались, что ребенком управляет не разум, а бог. Простые люди изобрели уголовный кодекс, где грехи детского возраста не осуждались.

Разведчики Советского союза не соглашались с уголовным кодексом. Над каждым гражданским лицом или военнослужащим вершился тайный виртуальный суд. Подопытного отсортировывали к определённой касте, ставя на секретном досье определённое клеймо или каинову печать. По данным, взятым из морального досье, присваивалась степень трудности вербовки. Каждый человек, если он имел достойные грехи, легко вербовался и становился информатором советских спецслужб.

Двадцатый век менял лицо вербовки. Явная вербовка уступала место незаметной подсознательной вербовке. За каждого подсознательно завербованного, вербовавшие его разведчики, получали солидную денежную премию, повышение по службе. Ты, читатель, недогадываешься, что завербован!

Федосееву довелось читать досье на певца Валерия Ободзинского, на писателя Корнея Чуковского. Черным по белому указывались у певца признаки педерастии, у писателя признаки педофилии. За Чуковского заступился Сталин. Волчицы из ГРУ отступили, не загрызли писателя.

Валерий Ободзинский – певец самородок, был один, без защитников. Поэтому он вдруг исчез с советской эстрады. Песни в исполнении Ободзинского Федосеев слышал на борту теплохода «Адмирал Нахимов». Коллеги-разведчики лирический тенор певца называли «педерастичеким воплем». Михаил Федосеев такую реакцию коллег объяснял наличием первобытных категорий мышления в диссертациях советских разведчиков. В разведке правил грязный компромат. Научный потенциал нейролингвистики, кодировки мозга, ломал психику человеку, работающему в ГБ. Чекист подсознательно понимал, что не сможет противостоять системе советских спецслужб. Поэтому становился частью грубой системы, предназначенной для слома психики «чистеньких» граждан. Грубая система явилась из гражданской и второй мировой войн.

Большевистская система заставляла советского шпиона ходить по лезвию ножа. Выжить! Шпионы не желали знать, что в мирное время своих мирных граждан надо оберегать. Шпионы создавали на любых граждан смертельный компромат.

Арифметически невозможно получить огромное количество подстав, преступлений, мошенничества при таком количестве работников спецслужб. Отсюда следовало, что советские спецслужбы генерировали подставы, мошенничества и прочие преступления. КГБ и ГРУ оказались пятыми колоннами, подточившими основы государственности СССР. КГБ и ГРУ – могильщики Советского союза.

Лечение больных советских людей

ГРУ легко выявляло замаскированные порочные натуры, способные на будущие уголовные, на государственные преступления. Порочных, подозрительных людей лечили до совершения ими преступлений. Всякому врачу ясно, что легче предотвратить раковую болезнь заранее, чем лечить в последней стадии. Лечили в психиатрических больницах людей не подходящих по стандарту мышления советских работников Главного разведывательного управления. Лечили диссидентов и не диссидентов. Людей, подобных Григорию Явлинскому тоже лечили. Лечили Владимира Высоцкого, лечили Михаила Шемякина. Благодаря советским спецслужбам Григорий Явлинский так и не смог совершить уголовного преступления, он даже стал выдающимся российским политиком.

По моральному досье каждого неугодного можно было обвинить в явлении у него психопатического состояния, что подразумевает необходимость психологической экспертизы.

Если за границей Советского союза русский разведчик неумело и неудачно вербовал жителя иностранной державы, шпиона-неудачника иностранные державы сажали в тюрьму.

В своей собственной стране, в Советском союзе, было всё наоборот! Если русский разведчик неумело и неудачно вербовал своего земляка, а земляк жаловался на советского внутреннего шпиона в милицию, жалобщик немедленно оказывался в тюрьме или психиатрической больнице! В диссертациях советских ученых, современных вербовщиков, работающих по психологическим цепочкам, с использованием нейролингвистического кодирования головного мозга было начертано: простому человеку вербовщиков заметить невозможно. Если кто-то из рядовых жителей СССР замечал, что его курируют спецслужбы – значить он ненормальный.

Как знает любознательный читатель, психиатрические больницы Советского союза были переполнены.

Федосеев приводит работу психотерапевта Кашпировского Анатолия Михайловича. В записях Михаил Исаевич утверждает, что Кашпировский – сотрудник научного отдела ГРУ. С 1963 по 1987 год Кашпировский работал психотерапевтом в психиатрической больнице. Свои возможности как гипнотизёра Кашпировский показал в 1989 году, выступая по телевидению. Замечательные способности у Кашпировского! И это может психотерапевт, не применяя нейро лингвистического кодирования головного мозга человека! Какой же страшный результат получит учёный, применяя такое кодирование! В своей исповеди шпион Федосеев настаивает на допросе Кашпировского, чтобы выявить бесчеловечные опыты ГРУ над собственным народом. Кашпировский до сих пор «лечит», занимаясь частной практикой. Каких граждан Кашпировский «лечил» в психиатрической больнице в годы советской власти?

В психиатрическую больницу, в сумасшедший дом всех не загонишь. Кого нельзя было лечить в сумашедшем доме, того сажали в кутузку. Использовался любой повод или подлог. У Федосеева Михаила Исаевича есть точная информация, что непокорного подводника Александра Маринеско, именно ГРУ после Великой Отечественной войны засадило в тюрьму.

Война против своего народа

Все разведчики мира военные люди. Разведка всегда воюет. В данном случае советские разведчики воевали с мирным населением собственной страны. В каждом советском учреждении, фабрике, заводе, на корабле, тайные работники спецслужб были как тайные пастыри рядовых людей, отвечая за них своей карьерой. Если моряк заграничного плавания не возвращался на судно и оставался жить за границей, он становился предателем Родины. Этот моряк был закреплен за тайным работником спецслужб. Секретный сотрудник работает на этом же судне. Сексот, обычно, начальник радиостанции. После бегства моряка за границу будет наказан первый помощник капитана (комиссар), и почему-то невиновного начальника радиостанции (который и курировал беглеца!) переведут на худшее судно с меньшей зарплатой. Карьерный рост начальника радиостанции приостановится. Как военного разведчика его могут лишить офицерского звания.

Такие условия работы в советских разведорганах, порождали вынужденную грубость российских разведчиков, неуважение к представителям собственного народа. Творилось беззаконие по отношению к рядовым трудящимся; говоря современным языком – творился беспредел по отношению к совкам, к простым советским людям, к лохам.

Чтобы себя обезопасить, советские разведчики как угодно, чаще всего по-хамски, вербовали представителей собственного народа. Грамотно опускали психику советских людей ниже ватерлинии, ниже плинтуса, превращая народ в рабов, в стукачей.

– Поганое войско советских спецслужб души советского народа поделило,

– пишет в своей исповеди Михаил Исаевич.

– Внутри советского государства счету нет врагу, – добавляет матерый шпион.

В гитлеровской Германии была великолепная разведка с огромным количеством завербованных информаторов. Сейчас фашистской Германии нет. Советская разведка в условиях страха перед жестоким наказанием от своего руководства вынуждена была действовать фашистскими методами. В Москве, в разведшколе, преподаватель, который лично курировал Федосеева, пожилой, совершенно седой генерал с планкой четырех орденов Красного Знамени, с потемневшим знаком «Почетный чекист» на габардиновом кителе, требовал от Михаила Исаевича вербовок не только иностранцев, но и советских граждан. Вербовок любой ценой, с преломлением психики человека. Как фронтовик, майор Федосеев не мог понять фашистского отношения к собственным гражданам. Не мог простить Федосеев советской власти безбожного отношения к собственному народу. Так как требовал генерал, можно было вербовать только врагов, военослужащих не дружественной страны. Федосеев к сорока годам своей жизни понял, что такое государство как СССР, долго просуществовать не сможет.

Служба в психофизическом отделе ГРУ совсем подорвала его веру в человечество. При необходимости спецслужбы СССР сами могли толкнуть любого человека на любые низменные поступки. Безбожным советским разведчикам проводить грязные провокации помогает такая наука, как психофизика. Официально, для несведущих людей, психофизика это наука, изучающая взаимодействие между объективно измеримыми физическими процессами и субъективными мысленными переживаниями. Военные разведчики Советского союза превратили науку психофизику в боевое оружие. Например, советские разведчики знали, что Нинель Кулагина не может силой мысли перемещать предметы. Эти предметы психологи ГРУ сами незаметно перемещали, уверяя Кулагину, что у неё паранормальные способности. Психологи ГРУ управляли Кулагиной, вели наблюдения за изменениями психики подопытной женщины.

Психофизика по-советски или фундамент ГРУ – вчерашний день

Психофизика по-советски, это незаметное физическое воздействие на психику Homo sapiens, на подсознание человека, для дистанционного управления людьми их собственными подсознательными страхами. Строители виртуального коммунизма навязывали народу виртуальную психологию.

– Застонала русская земля, чистые реки замутились! Старыми, забытыми грехами и ошибками опускают сознание советских людей! Не годится покойника в дом с погосту нести!

– пишет в своей исповеди полковник Главного разведывательного управления.

Представители спецслужб в народе маскировались под «простых» людей. Над Русью стоял отборный мат маскирующихся сотрудников КГБ. Михаил Исаевич пишет, что после гибели Есенина, первой жертвы разведчиков-психофизиологов из НКВД, на Руси плакучую иву стали называть слезливой ветлой. ГРУ смотрело на любого человека так, будто он жулик и вор, нагло и подло обокравший государство. Народ такое отношение «государевых людей» чувствовал на каждом шагу, становясь этим же жуликом и вором.

Советские разведчики из психофизической группы легко превращали человека в зомби, подопытный хомо сапиенс делал то, что требовали сотрудники психофизиологических отделов разведки, ничего об этом не подозревая. Найдя по дистанционным детекторам Правды в биографии клиента такие поступки, недостатки и страхи, о которых клиент старался не признаваться даже самому себе, психофизики из ГРУ легко влияли на память клиента. Нейро кодировка подсознания диктовала, что клиент должен помнить, а что он должен забыть. Выполнение задания чужими руками достигалось с помощью кодировки подсознания.

Один из психофизических отделов советской разведки назывался «Мнемосина» – в переводе с греческого – Богиня памяти. Если психофизический отдел ГРУ подчинил память подопытного человека, значить разведка управляет его разумом, сотрудники отдела могут направлять такого зомби на выполнение любых заданий.

Против собственного народа организациями КГБ и ГРУ велась тайная холодная война.

Михаил Исаевич критически относился к появлению огромного количества маньяков, убийц и насильников. Он знал, что таким образом психофизические отделы ГРУ оттачивают свою практическую работу, подчиняя разум подопытных. Федосеев верил, что наступит время, когда дело маньяка Чикатило будут расследовать вновь. Независимые эксперты, владеющие всей информацией, выйдут на милиционеров-оборотней, на следователей, секретных агентов психофизических отделов ГРУ.

Мы, коммунисты, правдой своей сильны!

В 1956 году Михаил Исаевич получил орден Красной Звезды за работу в штате Алабама по добыванию документов, связанных с изготовлением термоядерной бомбы.

Советские разведчики, с помощью нейролингвистического дистанционного кодирования мозга сделали так, что американский ученый сам, не ведая о том, что его ведут психофизики ГРУ, привез из американского закрытого научного центра секретные документы в свой коттедж. Скопировать в незащищенном помещении секретные бумаги советским разведчикам не составило труда. За эту операцию Михаил Исаевич досрочно получил звание подполковника. По отзывам руководства, подполковник обладал редкостным талантом делать правильные выводы из минимума данных.

В этом же году Михаила направили завербовать учёного-ядерщика, некого Альберта Розенгауза.

Американский еврей с трудом поддавался дистанционному нейролингвистическому кодированию. Розенгауза нужно было завербовать быстро, и любой ценой. Ученый жил без жены, с пятилетней дочкой. Месяц назад, предварительно выпив алкоголя, он нечаянно, во сне, изнасиловал свою собственную дочь. Об этом никто не знал. Федосеева информировали, что самоубийства после извращения Розенгауз, слава богу, не совершил, теперь готов к вербовке. Военной разведке Главного разведывательного управления удалось получить снимки сексуального извращения американца. Михаил Исаевич должен был грамотно предъявить фотодокументы, и мягким шантажом заставить ученого работать на советское государство.

– Вот она, правда!

– говорил Федосееву Навигатор, показывая фотографии процесса изнасилования извращенцем собственной дочери. Навигатором называли резидента канадской дипломатической резидентуры ГРУ генерал майора

Примечание эксперта: фамилия резидента изъята из произведения по соображениям государственной безопасности.

Разведчики за глаза называли его «Лукавый». Лукавый, закуривая сигарету, смотрел в глаза Федосееву и на прощание всегда изрекал:

– Мы, коммунисты, правдой своей сильны!

Где моя дочь?

Настало время любопытному читателю узнать, почему Федосеев передал секреты врагу, почему он предал Родину.

Фронтовик Федосеев знал, что изнасилование произошло не без «помощи» психологов ГРУ. Советские разведчики применили нейролингвистическое кодирование мозга американца. Американец превратился в извращенца.

Жалости к американцам, к врагам, подполковник не испытывал. Вербовку еврея предполагали провести в доме Альберта Розенгауза, на вечеринке, куда был приглашен и mr Fedoseeff.

Примечание эксперта: Штат, город и городской адрес американского ученого, изъяты из произведения по соображениям государственной безопасности.

Альберт Розенгауз после трагедии с дочерью запил, начал чаще прикладываться, как говорят в России, к рюмке, теперь он не был врагом бутылки; по выходным дням Альберт устраивал шумные вечеринки.

В процессе хмельного веселья Федосеев нашел хозяина в кабинете, решил тут с ним и поговорить. Молодой русский шпион в подарок хозяину принёс баночки с черной и с красной икрой, оные упаковал в изящные шкатулки. Кивая Альберту как старому знакомому, Федосеев с улыбкой предложил подарки со словами:

– La bonne chere avant tout, mon ami, – вдруг Михаил на столе увидел фотографию Жаннетты. Шкатулка с черной икрой выпала из рук, Михаил судорожно собирал раскатившиеся баночки. Жестом, не в силах выговорить хотя бы одно слово шпион показывал на фотографию. Альберт пояснил, что это фотография его покойной жены. Жаннетта умерла при родах, завещав, чтобы родившуюся девочку назвали именем Жанна. Федосеев испытал шок.

– Где м… дочь? – сиплым голосом спросил он, чуть не сказав: «Где моя дочь?»

– В пансионе, мой друг, – отворачивая лицо от собеседника, отвечал Альберт.

– Отправил Жанну в пансион для получения аристократического воспитания и получения светского, разностороннего образования, – так отвечал Альберт Розенгауз, залпом выпивая стакан бурбона.

С вечеринки Федосеев спешно ушел. Объяснил руководству ГРУ, что по каким-то причинам не может вербовать ученого, ранее он неудачно вербовал его жену, поэтому просит дать задание о вербовке Альберта Розенгауза другому человеку.

В сознании подполковника все перевернулось. Постепенно, незаметно для себя, незаметно для окружающих, он становился врагом советской системы. Понимая, что и своих сотрудников разведка проверяет на секретных дистанционных полиграфах, стал тщательно маскировать свои тяжёлые думы. Уж кто-кто, а Федосеев знал, что военные разведчики, ученые из секретного института СССР, могут читать даже мысли людей!

Операция «Подстава»

Работа инспектора ГРУ в чем-то напоминала деятельность разведчика Судоплатова. Инспектора ГРУ проводили проверки по всей территории Советского союза. И за рубежом. Михаил Исаевич проверял работу резидентов в США, Бельгии, Нидерландах, Швейцарии, в ФРГ, в ГДР. К 1962 году Федосеев обзавелся собственной агентурной сетью.

Полковник Федосеев был одним из немногих офицеров, знающих детали советской операции «Подстава», в которой участвовал советский разведчик Олег Пеньковский. Но в своём «Предсмертном завещании» Михаил Исаевич не указал, действовал ли Пеньковский по заданию руководства ГРУ официально, или его вели сотрудники главного нейролингвистического отдела программирования человеческого мозга. Разведчику Федосееву известно, что информация, уходящая за рубеж от Олега Пеньковского, поставлялась руководством Комитета Государственной безопасности. Разведка социалистической страны проводила очередную операцию «Блеф», не зная, в конечном счёте, кому больше она принесёт пользы. Впрочем, матёрый шпион догадывался, что это борьба за власть. Пеньковского использовали втёмную, чтобы свалить начальника ГРУ Серова.

Официально Михаил Исаевич работал по нескольку месяцев в дипломатических резидентурах многих стран, готовя отчеты для отделов инспекции.

За точные, грамотные прогнозы, за выявление собственных недобросовестных сотрудников, которые приносили вред советской разведке, Михаилу Исаевичу досрочно присвоили звание полковника. Федосеев пошёл на повышение. Его назначили Младшим лидером в Оттаву.

Оценка личностей Христа и Магомета

При вербовках иностранных граждан Федосеев сам применял методы нейролингвистического программирования, ориентируя сознание вербуемых на добровольное сотрудничество.

Руководство ГРУ ценило Федосеева и за то, что он умел незаметно вербовать священников религиозных конфессий. Когда Михаил Исаевич возвращался в Оттаву, в советское посольство, коллеги, равные ему по званию здоровались и спрашивали:

«Вербанул Иисуса или подчинил Магомета?»

«С Аллаха начал, дойдет очередь и до Магомета», – отвечал полковник, улыбаясь.

Или он слышал, как сотрудники говорили ему вдогон:

«Опять Младший лидер Христа вербанул.»

«Вербануть Христа» на жаргоне разведчиков означало завербовать священника какой-нибудь христианской религии. «Вербануть Магомета» соответственно завербовать какого-нибудь муллу или иного религиозного деятеля ислама.

Полковник для себя уяснил, что тестовые вопросы религиозному деятелю, его ответы, характеризуют разведведомство и испытуемую личность. Привычки и высказывания клиента разведки оценивались специальной шкалой учёных Главного разведывательного управления. Отсюда являлась оценка характеристики личности.

В отпуске Михаил Федосеев произвёл оценку личностей Иисуса Христа и пророка Магомета. Использовал материал из Библии, Корана и некоторых древних источников. Результат был ошеломляющим. Выявился характер Христа с явными признаками педерастии, склонностью его к предательству, и с явным движением этого сына Бога к шизофрении, к сумасшедствию. Магомет, женатый на девятилетней малолетке, получился как человек с педофилическими способностями, и… Примечание эксперта: характеристика Магомета, полученная методом оценки личности советской разведки, изъята из произведения по соображениям государственной безопасности.

Весной 1962 года полковника Федосеева направили в Северо-Кавказский военный округ, в особую группу офицеров генерала И.А. Плиева. Плиев возглавил группировку советских войск на Кубе. Группа офицеров Плиева должна была обеспечить информационную маскировку перевозки советских тактических ракет с ядерными боезарядами на остров Свободы.

31 мая 1962 года Михаил Исаевич заехал в Новочеркасск, где посетил завод синтетических продуктов, уточнил с директором завода сроки поставки соответствующей продукции для нужд армии. Вечером этого же числа встретился с полковником Наумовым, которого знавал ещё с боевых лет Великой Отечественной войны. Друзья вспоминали события 18-ти летней давности. Наумов спешил.

Война в Новочеркасске

– Полковник Наумов командует полком, офицер торопится к месту службы, – думал разведчик ГРУ.

1-го июня 1962 года Федосеев работал в ценре города, на спецквартире, близ здания горисполкома. Вечером, гуляя по площади, узнал, что на электровозостроительном заводе имени Будённого произошла стихийная забастовка.

За границей Федосеев видел десятки случаев забастовок. Борьбу рабочего класса за свои интересы Михаил приветствовал. Информацию о забастовке советских рабочих в Новочеркасске воспринял с удовлетворением.

– Молодцы, работяги! – злорадно думал бывший фронтовик.

– Растрясите жирок у чиновников! Не хотят кормить народ! Сколько ни хожу по Новочеркасску, не могу купить приличной колбасы!

2-го июня, днём, выглянув в окно, Михаил Исаевич понял, что в Новочеркасске творится нечто экстроординарное. Толпы народа, с красными знамёнами стремились на площадь к зданию горисполкома. Это его не удивило. Удивило количество военных с автоматами, которые преграждали путь демонстрантам. Мальчишки забирались на деревья, чтобы лучше видеть дивное для них диво. Выйдя на прохладный воздух городской улицы, заметил в городе танки.

– Что случилось? Неужели из-за забастовки?

– думал разведчик, всё ещё занятый мыслями о работе по тайной переброске ядерных ракет через атлантический океан. Жаркий тропический остров Куба владел сознанием шпиона. Секретная операция переходила пиковую стадию.

Новочеркасск дышал холодом танковых орудий. Индевели ледяные штык ножи советских солдат. То ли полковник оделся слишком тепло, то ли его взволновали события, но шпион почувствовал, что взмок. Рубашка была мокрая, он расстегнул пиджак.

Подойдя к площади перед горисполкомом, Федосеев смешался с толпой и вдруг услышал автоматные очереди. С деревьев посыпались то ли перепуганные, то ли сбитые пулями дети.

– Холостыми выстрелами разгоняют народ,

– размышлял профессиональный военный.

– Не будут они боевыми патронами по детям стрелять!

В ответ на мысли Федосеева послышался частый треск выстрелов, крики раненых. Полковник понял, что советские солдаты ведут по толпе массированный огонь из автоматов боевыми патронами. Как на фронте мгновенно упал, ища укрытие. Ощутил знакомое животное чувство страха смерти. Страх вытесняла надвигающаяся беспощадная злость к противнику. Мокрая рубашка мгновенно просохла. Пробрало профессионального шпиона! Он судорожно искал кобуру пистолета, но вспомнил, что не на фронте, и у него нет, ни пистолета, ни кобуры.

– Как на войне, – быстро перебирая варианты спасения, думал бывший командир полка.

По Федосееву бежали люди, некоторые были ранены, другие падали. Лёжа на животе, полковник извивался ужом, стараясь, чтобы его не затоптали. По привычке разведчика отметил, что падали люди постарше. Пожилые, как и Федосеев, были в прошедшей войне обстрелены. Если были живы, ползли к деревьям, к укрытию.

Молодые, необстрелянные панически бежали кто куда, оставляя за собой трупы и раненых.

За деревьями было безопасней. Федосеев, слыша знакомый свист пуль, короткими перебежками покидал опасный район. Окинув поле боя взглядом, насчитал несколько десятков трупов, сотни раненых. Площадь Новочеркасска была залита кровью.

Расстрел Новочеркасска организовало ГРУ

В квартире Михаил Исаевич помылся и переоделся. Третьего июня, вечером, добрался до штаба Северо-Кавказского военного округа. Там разведчик ГРУ узнал, что полковник Наумов отказался применять оружие против населения. Наумов застрелился перед строем полка.

Кто-то шёпотом обвинял во всём генерала Плиева, но Михаил Исаевич знал, что Плиев сейчас должен быть на Кубе. Его убеждали, что Плиев в Новочеркасске.

– Двойник? Зачем? – размышлял полковник. Вот тут у Федосеева и зародилось сомнение о реальности происходящего:

– Демонстрация рабочих спровоцирована советскими спецслужбами, как одна из составляющих маскировки переправы ядерных ракет через океан! Отвлечь внимание прессы, разведок мира! Расстрел нескольких десятков человек спланировала группа офицеров ГРУ. Группа советских шпионов на пиковом рубеже обеспечивает информационную скрытность переброски ядерного оружия в Карибский бассейн! Иначе, зачем утверждают, что Исса Александрович Плиев скомандовал открыть стрельбу? Плиев сейчас на Кубе!

Но зампредседателя КГБ Ивашутин здесь! Здесь члены высшего руководства СССР Микоян, Козлов, Кирилленко, Шелепин, Полянский, секретарь ЦК Ильичев.

Почему сотрудник Главного разведывательного управления предал Родину?

Михаил Исаевич терялся в догадках. И это советское руководство! И это советские спецслужбы! И это советская власть! В августе 1962 года сорокадвухлетний полковник определился в убеждениях и понял, что работает на процветание Империи зла. В сентябре 1962 года он отправил сообщение американцам, утверждая что, несмотря на отсутствие договора о военной помощи, на Кубе размещены советские ракеты с ядерными боеголовками.

Рыбалка у слияния рек

Вот так фронтовик Федосеев Михаил Исаевич стал предателем Родины. Под личиной деда Лапы устроился в глухомани: в селе Приютном, Тоцкого района Оренбургской области. Посадил в огороде картошку, пристрастился к рыбалке. Никогда так хорошо не отдыхал.

Рыбачил у слияния рек Сорочки и Новотоцкой четырьмя удочками с самодельными поплавками. Вокруг не было ни души. Степь и холмы просматривались на километры. Был 24-й день июля 1963 года.

– Экологически чистый район, – думал полковник и вдруг услышал за спиной:

– Дед, чего мое место занял?

Полковник обернулся и увидел младенца лет десяти, с выпуклыми веснушками по всему лицу и волосами приблизительно такого цвета, как обложка журнала, который Федосеев покупал в киоске, в штате Алабама в городишке Highs, спеша на поезд восемь лет назад. Мальчишка держал в руке удочку, кукан с тремя пескарями и нахально, сверху вниз смотрел на полковника.

– Как ты подошел, что я тебя не заметил?

– удивился Михаил Исаевич, подвигаясь и освобождая место для младенца.

– Меня заметит только разведчик, ты, дед, как дикобраз, оброс волосами. Из-за шевелюры, грязной бороды и тараканьих усов ничего не видишь, – ответствовал пацаненок. – Брови подстриги, наблюдать мешают, – добавил младенец, усаживаясь рядом.

Через пару часов совместной рыбалки Федосеев узнал, что мальчишку зовут Шурик, что прадед его Илья Васильевич умер в 1945 году, а дед Федот Ильич четыре года назад. Отца Шурика зовут «Мертвый Лейтенант», а мать прозывают «Колоколом». Набив рот хлебом с грудинкой, мальчишка болтал, что его бабушка Дёмина родом из Новотоцкого. В 1911 году переехала в Приютное. В 1914 году вышла замуж за Федота Ильича. Умерла в 1938 году. Есть еще бабушка Вера, которая живет в селе Павло-Антоновка. В городах Москве и в Калуге есть дяди, тёти и двоюродные братья. Еще у него есть старшая сестра Люда, старший брат Олег и младшая сестренка Рита, которой всего шесть лет. Дед Лапа не успевал усваивать информацию, которую выкладывал ребенок. Потом младенец засыпал вопросами профессионального разведчика, скорее произнёс застольную речь в таком роде:

– Мне тут здорово нравится. У меня был ручной ёжик, а в прошлый день рождения мне исполнилось двенадцать лет. В школу я люблю ходить! Лучше учиться самостоятельно по книгам. Хорек сожрал шестнадцать штук яиц из-под черной курицы тетки Агронихи. А клады в развалинах есть? Хочешь пожевать хлеба с салом? Ветер, отчего дует? У нас было пять штук щенят. Дед, отчего у тебя нос такой красный? Мой отец в плену на немецком аэродроме сжёг мессершмитов видимо-невидимо! А звезды горячие? В среду я стукнул Вовку Дахнёнка, а он меня отлупил. Не люблю драться! Дюжина – это сколько будет? Двенадцать? Ученые неправильно структуру атома рисуют. Сколько штук тетраэдров можно поместить в полый шарик? Меня в прошлом году зубной доктор как-то хитро расспрашивал, тайно, засекречено. Учительница-счетовод Иванова допрашивает и кодирует. Утверждает, незаметно, что я сестёр тыкаю. А в этом году тётя Шура Абаринова также допрашивала. Доктор, учительница, тётя Шура кто, шпионы КГБ?

Проживал болтливый младенец в селе Марковка, что в трех километрах от места рыбалки. Проживал на Сладком Конце, в доме Каргаевых.

Родители младенца купили убогий дом, работали в школе учителями. У мальчишки были приятели: Шурик Коршиков, Петька Леньшин, Юрик и Сергей Мазаевы, Вовка Дахно, кто-то еще. У друзей конопатого имелись многочисленные братья и сестры. Федосеев их не запомнил, так как был занят думами ухода за рубеж. Облегчённо вздохнул, когда мальчишка ушел. Болтовня младенца ему не понравилась. Болтовня отвлекала от планирования дальнейших действий. Информацию о докторе-шпионе, об Ивановой, о тёте Шуре «из КГБ», которые «тайно» допрашивали дитя, Федосеев пропустил мимо ушей.

Как оказалось напрасно.

Автомобиль «Победа» и сусел из контрразведки

1963 год прошел в подготовке вариантов пересечения границ СССР и стран социалистического лагеря. Осенью этого года Федосеева потревожили. Деда Лапу проверяли сотрудники военной контрразведки на предмет информации о беглом полковнике ГРУ.

28 ноября 1963 года мнимый дед Лапа шел по степи рядом со скошенным полем зерновых угодий. Заметил автомобиль «Победа», не похожую на автомашину, которую он угнал. Оренбургская «Победа» была выше, с ребристыми шинами, вероятно с двумя ведущими мостами.

– Внедорожник, – подтвердил про себя матерый шпион, когда «Победа подъехала ближе.

Фронтовик мысленно прикидывал, за сколько секунд сможет обнажить ствол безотказного в работе нагана, который в таких случаях предпочитал всем другим системам. Наган был под темным плащом, под рубахой мнимого деда Лапы, и мгновенно достать его было проблематично. Михаил Исаевич забормотал, подражая поведению покойного старика Иванова Ивана Шариповича, с облегчением определяя, что никаких сумок, пакетов в машине «Победа» и в руках пассажиров не было. В сумках или пакетах обычно находилась психофизическая аппаратура, необходимая для допроса с использованием подсознания проверяемого. В машине вместе с водителем было три человека.

– Слишком догадливых контрразведчиков, в случае чего, положу рядышком, как голубков, машина пригодится, чтобы добраться до Бузулука, а может и до Куйбышева,

– холодея, просчитывал ситуацию Михаил Исаевич, профессиональный шпион и убийца.

– Что дед, хорош нынешный урожай?

– весело спрашивал его, чистенький, благоухающий тройным одеколоном, молодой человек. Он выпрыгнул из «Победы» и пошел около деда с левой стороны. «Победа» медленно поехала рядом по правую сторону от беглого шпиона. Боковое стекло задней дверцы было открыто. На Федосеева смотрели пронзительные, слишком уж умные глаза второго пассажира «Победы».

– Уполномоченный контрразведки, звание, вероятно, старший лейтенант,

– думал про выбритого, аккуратного, пахнувшего одеколоном молодого человека Федосеев.

– Второй постарше, поопытней, вероятно капитан, оружия у них нет или его пока не видно,

– размышлял беглый полковник.

– Кто же из них старший?

Шофером был худой блондин, с темными хитроватыми глазами на бледном лице.

Михаил Исаевич отвечал пассажиру «Победы» цветным голосом юродивого, подражая местному говору старожил села Приютного:

– В прошлом годе засеяли сто гактаров пышаницы!

– Ну и хорош был урожай? – весело повторил молодой человек.

– Куды там. Усё сусел съел, – отвечал мнимый дед Лапа, показывая удочками в степь, добавил,

– В нонешнем годе засеяли двести га пышаницы.

– Cобрали что-нибудь? – не отклеивая с лица улыбки, спрашивал контрразведчик.

– Усё сусел съел, – твердил псевдо юродивый, указывая на норы сусликов и обращаясь к небу, доложил уполномоченному:

– У будушшем годе, присядатель сказал, посеем пятьсот га пышаницы.

– Это зачем же? – удивился чистенький, взглянув на коллегу в автомашине.

– Пушшай подавитца, – отвечал старик, грозя удочками суслиным норам.

– Эй, ты, сусел, садись в машину, холодно! Говорю тебе, пустышку тянем,

– гаркнул из автомобиля молодому контрразведчику его старший коллега. При этом капитан отслеживал реакцию «юродивого». Дед Лапа, не моргнув глазом, продолжал ровно брести по холодной степи. Благоухающий тройным, не слушая старшего, жестом остановил машину, достал фляжку и пару стаканов. Федосеев заметил, что один стакан он старался держать за донышко. Советский контрразведчик аккуратно налил в стакан водку. Предложил юродивому.

– Земляк, домой я вернулся, на родную оренбургскую землю,

– заявил старику «чистенький», выпей со мной, ты первый кого я встретил.

Дед, поплевав на руки, чтобы смыть грязь с искусственного рисунка на пленке, облегающей его пальцы, вытер их о плащ. Грязной рукой взял стакан, наблюдая, как чистенький наливает себе.

– Будь здоров, земляк! – собеседник деда опрокинул водку в рот.

– Будь здоров, сынок, ежели как што, – проговорил дед Лапа и тоже выпил.

Молодой, забрав стакан у старика, нырнул в салон. «Победа» с контрразведчиками умчалась, показывая направление пыльной чертой бесснежной ноябрьской степи 1963 года.

– Сняли отпечатки пальцев,

– определил матерый шпион.

– И как это я не скатал варяжки, почти всегда их скатываю, когда иду на рыбалку. Видно есть бог,

– рассуждал мнимый дед Лапа, вытирая холодный пот со лба.

В селе Приютном Михаил Исаевич обнаружил, что в доме был тщательный, незаметный обыск. Такой поворот событий он предвидел, этого не боялся. Компрометирующих мелочей в доме не было. Шпионских дел мастер понял, что обыск связан с гибелью президента Кеннеди.

Десять лет назад, в 1953 году, Федосеев завербовал Джейкоба Леона Рубинштейна. Джейкоб стал именовать себя Джеком Руби. 22 ноября 1963 года Освальд застрелил президента Кеннеди. 24 ноября 1963 года Руби застрелил Освальда.

Михаил Исаевич знал, что Освальд не убивал президента Кеннеди. Но у Освальда была, неподходящая для СССР, биография. Освальд мог под диктовку ЦРУ наболтать столько, что испортились бы отношения США с СССР. ГРУ дало команду агенту Руби убить Освальда.

Руби был завербован пропавшим Федосеевым. Советская военная разведка активно возобновила поиски пропавшего полковника ГРУ.

Владимира Высоцкого пресовали психофизики ГРУ и КГБ

С 1964 года, когда в результате заговора против Хрущова к власти в советской империи пришел Леонид Ильич Брежнев, положение Михаила Исаевича ухудшилось. Его человека в ГДР, надежного офицера западной группы войск, который готовил ему переход на Запад через Берлинскую стену, уволили в запас и отправили на пенсию. Последующие четыре года Федосеев несколько раз пытался пересечь границу, но это ему не удавалось. Селянам дед Лапа говорил, что идет бродить по советской земле. Длительное отсутствие в селе Приютном юродивого старика-странника никого не волновало.

В шестидесятые годы двадцатого века Михаил Исаевич Федосеев, по привычке, следил и за работой режиссёров, создававших советские фильмы. В основном рождались фильмы-агитки, прославляющие советскую власть и великие победы в войне 1941–1945 годов. Как бывший сотрудник психофизического отдела видел влияние военных разведчиков на мировоззрение советских людей. В начале 60-х годов услышал блатные песни некого доморощенного поэта Владимира Высоцкого.

– Зубастые частушки, – определил матёрый шпион. – Почему, чуждые официальной идеологии песни, могли оказаться в магнитофонных записях у советской молодёжи? Нестандартным поэтом вскоре займётся психофизический отдел КГБ или Главного разведывательного управления. Жаль, но эти песни Высоцкого последние, поэт не вынесет незаметной психофизической опеки советских «учёных». Поэт прекратит писать собственные стихи, у него появятся прославляющие советский строй произведения.

Прошло несколько лет. Шпион Федосеев с удивлением отметил, что за эти годы появилось несколько десятков острых стихов и песен вышеуказанного поэта. Смысл произведений показывал профессиональному разведчику, что с Высоцким плотно работает один из психофизических отделов военной разведки Советского Союза. Каждая новая песня поэта, была как ответ на наводящее психологическое, вернее на психофизическое воздействие КГБ и ГРУ.

– Коллеги из разведки заинтересовались поэтом, попал Высоцкий в чужую колею, глубокую, – размышлял Михаил Исаевич.

– Разрабатывают психологические цепочки для незаметной нейтрализации непокорного. Ждут, когда Высоцкий сломается, имидж создают отрицательный. Даже в советском фильме Высоцкий врага, американского военного, играет,

– так, непонятно для непосвящённых, думал мнимый дед Лапа, беглый советский шпион. Шпион из сверхсекретного отдела Главного разведывательного управления мыслил иначе, чем большинство рядовых советских граждан.

Подросток и КГБ

Наступил 1967 год. Дед жил на отшибе, страшась контрразведчиков, друзей у него не было. Летом Лапа повстречал старого знакомого, мальчишку-рыбака, подростка задумчиво сидевшего на берегу речки, не следя за поплавком. Мальчишке было лет 16, поэтому уместнее назвать его пареньком. Паренёк был одет в цивильный костюм с тусклоцветным галстуком на рубашке цвета хаки. В разговоре о рыбалке пацан попросил деда рассказать о КГБ.

– Зачем младенцу КГБ, тебе оно ни к чему, – улыбаясь, отвечал дед Лапа, вытаскивая жирного пескаря.

– Если у КГБ есть дело до младенцев, у меня к КГБ вопросы, – отвечал паренек, пристально глядя на собеседника.

Паренёк утверждал, что читает вопросы, направленные на подсознание, что его, якобы, допросили сотрудники КГБ, врач и медсестра, задавая идиотские вопросы в Тоцкой поликлинике, когда школьник лечил зуб.

– Почему думаешь, что допрашивало КГБ, может с ума от страха сошел, опасаясь зубной боли, – вопрошал полковник.

Федосеев вспомнил слова настоящего деда Лапы: «Там, где встречается речка Сорочка с речкой Новотоцкой подойдет к тебе мальчик…»

– Сегодня в комсомол принимали, тайные вопросы на подсознание задавали. Кому кроме КГБ нужны мои мысли и поступки в прошлом, тем более что мне только 16 стукнуло. И раньше замечал подсознательно вопрошавших, не обращал на них внимания. КГБ так составляет досье на жителей СССР?

Полковник заинтересовался, расспросил вундеркинда, чем он занимается, кто родители, давно ли школьник заметил способность читать вопросы, направленные на подсознание.

Фамилия паренька была Гущин, именем Шурик. он был третьим ребёнком директрисы сельской школы, любил читать, перечитал всю школьную библиотеку, увлечен «настоящей философией». Интересовался Супер объединением четырёх фундаментальных взаимодействий.

О четырех фундаментальных взаимодействиях Михаил Исаевич узнал в 37 лет, когда занимался в США кражей секретной документации американских ученых, касающейся технологии изготовления термоядерных бомб. Что такое «досье» Гущин знает из книг. Вопросы на подсознание, которые сотрудники КГБ задавали с помощью незаметного психофизического воздействия, воспринимает как сенсор, реагируя на каждый вопрос со смущением психики. В пареньке бьется мальчишеская правда: «На каком основании меня допрашивают?». Какие вопросы задавали школьнику, Федосеев знал.

– Теперь КГБ знает, что вы кувыркались с девочками в раннем возрасте, тебя и твоих друзей в восемнадцать лет завербуют, пользуясь вашими страхами. Будете стукачами, вас засекло КГБ как нестандартных, никчёмных подростков, – говорил полковник улыбаясь.

– Откуда знаешь, что мы где-то с кем-то кувыркались? – вопросил паренек, смутившись.

– На рыбалке громко обсуждаете подвиги. Вовка Дахно так хвастался, что-то доказывая Шурику Коршикову, Леньшину Петру, да и тебе, что любой мог слышать. Я недалеко от вас рыбачил, слушал, – говорил полковник, подмигивая вундеркинду.

– Я читал, что такое случается часто, это от 10 до 20 процентов населения земного шара, в зависимости от государства. На этом материале КГБ собирается меня запугать и завербовать? – ответствовал ершистый паренек. – А где же правосудие, суд?

– Правосудие это паутина, которая задерживает мелких насекомых и рвется от больших. КГБ само для себя пишет законы. КГБ плевать на заповедь Петра Первого: «Всуе законы писать, тогда их не хранить», – объяснял недорослю состояние вещей матерый шпион.

– Этого КГБ не прощу, буду бороться с такой системой, – на глазах у паренька появились слезы.

Вот так, совершенно случайно полковник ГРУ нашел родственную душу. В голове Федосеева вертелись слова настоящего деда Лапы: «Мальчишка лет двенадцати. Он Спаситель от СМЕРШ… от НКВД…».

– Самое время поверить в бога, – философски подумал полковник.

Вслух сказал неразумному пареньку,

– Чтобы бороться с такой системой, надо стать разведчиком, много не болтать, больше слушать. Если хочешь, научу. Первое тебе задание – никому не говори, о чем с тобой беседуем. Понял? Разговариваем только о рыбалке. КГБ сложная организация, тебе ее ни за что не просчитать. По одному твоему галстуку, по его цвету и форме, по галстуку, который ты носишь, сотрудник КГБ может сказать, какой у тебя характер, какие склонности и привычки.

У паренька высохли слезы, он вдруг предложил полковнику, раз тот знает методику КГБ, определить его привычки и склонности. Федосеев без труда описал характер мальчишки, носящего такой галстук. В советской разведшколе Михаила учили не только этому.

Ответ паренька удивил матерого шпиона.

– Дед, занимаюсь я настоящей философией, просчитываю Вселенную, примитивную организацию КГБ уже вычислил. Секретные сотрудницы КГБ учительница-счетовод Иванова, колхозница Кочкина-Абаринова не одни. Бабка Химака, Гриднев, Наумовы, Кочкины…. Я знаю больше, чем ты думаешь.

А галстук в сельпо один был. В совдепии выбор небольшой. Сегодня в комсомол принимали, оделся соответственно. Галстуки не ношу. Плевал я на вашу госбезопасность.

Пристально взглянув на Федосеева, паренек ушел.

Ерохин, Гусь и Рыжий

Последующее общение со школьником Сашей Гущиным выявило, что подросток может стать помощником беглому шпиону. Вундеркинд был уверен, что КГБ приказало сжечь Марковскую восьмилетнюю школу. Весной 1966 года техничка школы, сотрудница ГБ, школу ночью сожгла. Деревянная школа сгорела, мать вундеркинда, как директриса, угодила под суд. Александр продолжил учёбу в селе Тоцком. Федосеев объяснил Гущину, что в СССР конкурируют две военные разведки. Конкуренция и сожгла школу директрисы, которая проводила независимую от спецслужб политику. Честную дуру-директрису глупый народ выдвигал в местные депутаты. Но депутатов в СССР выдвигали только с тайного утверждения ГРУ и КГБ.

Шурика Гущина новая информация не удивила, как будто он знал о конкурирующих спецслужбах и о войне спецслужб против мирных народов СССР.

На вид школьник казался простоватым и словоохотливым, но это только с первого взгляда. Разговаривал он много, ловко избегая критических высказований о политике СССР. Саша охотно говорил на разные общие темы. За время бесед умудрялся похвалить существующий советский строй и выказать негативное отношение к капитализму. При этом школьник простецки добродушно улыбался, лицо его, казалось, говорило: «Иначе говорить нельзя, мне в этой стране жить!» Он никогда не говорил о КГБ, будто его и не было; меж тем полковник Федосеев проникся мыслью, что именно КГБ он более всего боялся. Пацаненок в чем-то разбирался неплохо, в чем-то был полный профан. Гущин подробно рассказывал деду Лапе как жил и учился в восьмилетней школе села Марковки.

В Марковке живет семья Гущиных-Бунаковых на Сладком конце. Есть еще Поповка, Заречка, Козловка, Свищевка, Просвет. Центральная часть Марковки называется Село.

У отца с матерью четверо детей и хозяйство. Куры, утки, гуси, поросенок, овцы и корова. Корове недавно отрубила хвост видимо старуха Дахниха. Дахниха просила мать Александра, директора сельской школы, написать куда-то письмо по поводу увеличения пенсии. Мать отказалась, и мстительная Дахниха ночью отрубила корове хвост. Теперь корову придется сдать на мясокомбинат, так как без хвоста её заедят мухи.

Матёрый шпион, зная методику военной разведки СССР, не согласился с такой точкой зрения. Председателем колхоза в Марковке был Алексей Иванович Абаринов. Следя за председателем, Федосеев быстро вычислил, что Алексей Иванович является зитц председателем. Мешком. Всем заправляла Кочкина-Абаринова, его жена. Кочкина-Абаринова была сотрудницей ГРУ, носила кличку тётя Шура. Тётя Шура проводила операцию, кодируя мозги не понравившемуся ей подростку.

Великовозрастную деточку, подростка, Александра Гущина, советские спецслужбы ориентировали на зоофилическое преступление. Тёте Шуре не удалось незаметно заставить паренька совершить сексуальное извращение. Тогда Абаринова отрубила корове хвост. От этого деяния у работницы ГБ воспалилась мозговая оболочка. Образовался гемиспазм лица. Лицо ГБешницы перекосилось постоянной, нечеловеческой гримасой.

Лица ГБешников перекашивало, а у Шурика было ангельское лицо. В него влюблялись многие девицы. Александр Гущин из Марковки перешёл в школу села Тоцкого. Жил подопытный на квартире, в семье Корчагиных. Глава семьи работал пастухом стада коров. Федосееву стало ясно, что вундеркинда стараются жестоко скомпрометировать на коровах, на тёлках, чтобы изготовить из него зомби. Гущин от Корчагиных ушёл на квартиру к своим трём одноклассникам. Юрий Мазаев, Александр Коршиков и Вовка Дахно жили на улице Ленина у неопрятной бабы Насти, жены старого гармониста по кличке «Брест-Литовский». Баба Настя школьникам щи варила с тараканами. Начали жить марковчане в одной комнате вчетвером, платя восемь рублей за тараканов и за квартиру.

Выяснилось, что Гущина допрашивал, методом работы на подсознание, директор школы Курапов. Рядом крутилась сесотка ГРУ – преподавательница химии, и сексот КГБ – физрук средней школы села Тоцкого.

– Твои преподаватели, химичка и физрук, работники спецслужб, как их фамилии? – прояснял ситуацию мнимый дед Лапа, собирая для ЦРУ картотеку шпионов советской госбезопасности.

– Их, наверное, заставили. Может, показалось, что они задавали «двойные» вопросы? – ответствовал Александр.

Даже деду Лапе младенец не показывал методику засвечивания работников секретных служб. Гущин считал, что КГБ в Москве. В Тоцкое приезжают из Москвы жестокие сотрудники КГБ, чтобы заставить «хороших», честных оренбургских людей временно поработать на страшную организацию.

– Либо паренек глуп, либо этот доморощенный «настоящий философ» использует и меня, полковника ГРУ в своих интересах,

– думал Федосеев после каждого общения с этим Гущиным, то ли вундеркиндом, то ли тупым деревенским мыслителем.

Наталья Азарникова и живописец Малявин

Михаил Исаевич узнал, что мыслитель влюблён в одноклассницу Наталью Азарникову. Летом, вместе со своим однофамильцем Николаем Гущиным, школьник часто посещал село Казанку, где Наташа отдыхала в семье дальних родственников.

Тоцкий район знаменит не только атомным взрывом. Метла взрыва народного негодования, времен бунта Пугачёва, тоже оставила след.

Село Тоцкое посещал великий поэт Александр Сергеевич Пушкин, собирая материал для исторического романа «Капитанская дочка». Бродил по улицам этого, некрасивого, забитого царскими и советскими правителями, села и писатель Ярослав Гашек.

В селе Казанка Тоцкого района, а тогда Логачёвской волости в 1869 году родился художник Филипп Андреевич Малявин.

Но не дивными окрестностями, воспетыми знаменитым художником, любовался Александр. Он смотрел в голубые очи Азарниковой, не замечая ничего вокруг, не в силах вымолвить слово. Азарникова уговаривала деревенщину не приезжать к ней. Шестнадцать километров преодолевал влюблённый, чтобы только посмотреть на красавицу. Красавица была влюблена в другого, в белобрысого паренька Ерёмина из параллельного класса. Александр Гущин не волновал сердце прекрасной девицы, также как не волновалось сердце Ерёмина при виде Азарниковой.

Полковник Федосеев записал несколько худых слов, относящихся к невнимательному деревенскому простофиле. Гущин не ценил красот берегов Малой Погромки, обходил мрачный овраг Волчий, не замечал таинственных развалин в урочище Репное. А ведь тут бывал не только Малявин. В 1897 году здесь отдыхал живописец Илья Репин, о котором народная молва оставила память в непонятных теперь для потомков названиях.

– Надо будет выяснить, какие клички недалёкий юноша имеет в своем селе, размышлял дед Лапа, – клички многое проясняют.

Кличек оказалось три – Ерохин, Гусь и Рыжий.

– Хорош Гусь! Рыжий Гусь может работать в отделе кадров ГБ. Кадровик со знаком минус пригодится. Эту операцию надо обдумать, – решил беглый, загнанный в угол предатель Родины.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.