Проспиртованные нити…
Татьяна Чайкина

Иллюстратор Алина Хмара

Иллюстратор Полина Зверева

Иллюстратор Лёша ОмfG

Иллюстратор Александр Гафиатулин

© Татьяна Чайкина, 2017

© Алина Хмара, иллюстрации, 2017

© Полина Зверева, иллюстрации, 2017

© Лёша ОмfG, иллюстрации, 2017

© Александр Гафиатулин, иллюстрации, 2017

ISBN 978-5-4490-0741-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Называется – Любовь

Мне страшно, отпуская твою руку,

Что не дотронусь до неё я больше никогда.

Мне страшно представлять, что твои губы,

Впредь, больше никогда не ощутят мои уста.

Мои глаза желают тебя видеть.

Боюсь я очень зрение потерять,

Ведь, если не смогу тебя я видеть,

Никто меня не сможет вдохновлять…

Прикосновения рук теплее солнца.

Солнце не греет, греешь только ты,

И кажется теперь, что лишь с тобою

Смогу осуществить свои мечты!

Испытываю сильные я чувства,

Когда тебя я вижу вновь и вновь…

И в первый раз душевное безумство.

Наверно, это называется – любовь.

***

Ты знаешь, а мне нужна была только ты…

Та девушка, которую всем сердцем полюбил я.

Мне так хотелось дарить тебе цветы

И видеть, как ты улыбалась бы, когда я их тебе дарил бы…

Ты знаешь, ты, наверное, одна такая…

Взвинченная, нервная немного, но такая смешная.

Мне так хотелось держать тебя за руку,

И говорить тебе о том, какая ты родная…

Мне каждый день хотелось столько тебе рассказать,

Поделиться всем, что в жизни происходит,

Но в один холодный вечер ты ушла.

Я стоял и смотрел, как счастье медленно уходит…

Вокруг всё стало чужим,

И я не видел лиц, не слышал голоса.

Я почувствовал себя совсем другим,

И в моей жизни прекратились чудеса…

Я надеялся найти тебя в толпе прохожих,

Только твоё имя повторялось в голове,

Но не встречал я даже капельку похожих,

Я заблудился в жёлтом сентябре…

Я не знаю почему ты ушла,

И что заставило тебя уйти,

Но я всегда буду помнить твой голос,

Буду помнить глаза твои…

Мне будет не хватать тебя всю жизнь,

И эти чувства теперь со мной навсегда.

Я тебя искренне полюбил…

Моя родная, путеводная звезда.

Скажи мне почему, скажи, зачем ушла!

Вернись хоть на минуту, я пойму…

Внутри так больно, разрывается душа…

Ведь, я тебя одну всю жизнь люблю.

Бродячий кот

Был вечер, выходила я из дома.

Осенний ветер холодом встречал.

Раздался звук и я остановилась.

В траве мне кот отчаянно кричал.

Он был лохматый, взгляд такой печальный…

Туманно-чёрным был его окрас…

Он был голодный и совсем отчаянный…

К тому же, был слепой на левый глаз.

Со мной он говорил, как будто плакал.

Кричал, мяукал, душу изливал…

Фонарный свет на нас немного падал,

И ветер напряженно завывал…

Я не могла уйти, его оставить

На произвол судьбы… Уж наступала ночь,

Но к моей грусти и к моей печали,

Я не могла ничем ему помочь…

И каждый день у дома мы встречались,

И каждый вечер с ним я говорила.

К нему я очень сильно привязалась.

Его колбаской, рыбкой я кормила…

В один холодный день тот кот пропал.

Он больше не мяукал у порога…

Он больше вечерами не встречал,

И на душе вдруг стало одиноко…

Бродячий кот… Измотанный судьбой…

Таких котов везде ведь очень много.

И сердце кровью обливается порой,

Когда к бродягам все относятся жестоко…

Я чувствую пред ним свою вину,

Ведь я не помогла, не приютила!

Душа моя как будто бы в плену…

Того кота я очень полюбила…

И каждой ночью снится мне туман,

Сплошная тьма и только взгляд за травкой.

А взгляд уставший, левый глазик слеповат…

И кот бродячий машет тихо лапкой.

Я люблю тебя – Оха!

Ненавижу, когда люди

Говорят, что здесь дыра!

Я люблю тебя, мой город!

Я люблю тебя – Оха!

Здесь такое всё родное:

Площадь, улицы, дома,

Школа и Дворец культуры…

Здесь красивая зима!

Пусть наш город не огромный,

Пусть он даже не большой!

Даже если я уеду,

Всё равно он будет мой!

Здесь росла, ходила в садик,

Начинала свою жизнь…

Многие тебя не любят,

Так что ты, Оха, держись!

Пережила столько боли,

Столько слёз, и столько бед,

Но, конечно, было больше

Счастья, радости, побед!

Верю я – в Охе всё будет!

Пусть не скоро, но я жду…

Эх, Оха – родное слово!

Как же я тебя люблю!

Все тихонько уезжают,

И родные, и друзья…

Я пока с тобой останусь,

Уезжать пока нельзя!

Я люблю, когда октябрь.

Осень, дождик, ветерок.

Без зонта иду и мокну.

Дома плед и кофеёк….

Может, мало развлечений,

Некуда нам здесь сходить,

Но воспоминаний много.

Мне в Охе приятно быть!

Как же дорога душе ты,

Сердце трепетно стучит.

Ночью выгляну в окошко.

Тишина… Оха молчит…

Днём совсем всё по-другому,

Городу охота петь.

Всем гостям и горожанам

Душу ласково согреть!

Осенью или весною,

Летом, или же зимой,

Где бы я не находилась,

Ты, Оха, всегда со мной!

Ненавижу, когда люди

Говорят, что здесь дыра!

Я люблю тебя, мой город!

Я люблю тебя – Оха!!!

Я сяду на пол

Я сяду на пол, о своём подумать.

И не подумайте, что это странно…

Я много напишу и мысли сберегу я,

И вы беречь их будете, я знаю…

Умна я, не умна – совсем не знаю…

Об этом мне глаголить будут люди.

Я предстаю умам людей под фразой «не такая»,

Хотя откуда знать мне…. Не они мне судьи.

Так вот. Я села на пол, чтоб подумать,

И вот, сижу я на полу,

И понимаю, что при этом,

Людей я многих не пойму.

Встречала я уже ни раз

Людей красивых, остроумных,

С сиянием стеклянных глаз,

И, вроде бы, довольно умных,

Но что-то было в них не так,

В глазах и фразах не хватало

Души, хватало лишь зараз…

Души сегодня очень мало.

И люди говорят: «Зачем?

Зачем ты пишешь, голову ломаешь,

И днями, и ночами ты не спишь,

И свои строки в полночь сочиняешь?»

А я молчу в ответ…. Мне нечего сказать…

И веру я в умы людей теряю,

Но, если встречу я родную душу в человеке,

То, впредь, нигде и никому её я не оставлю!

Наш мир жесток и добр не ко всем…

И если бы меня опять спросили,

То чувствую, что где-то там, на пустыре,

Меня б мои колени подкосили…

О господи, куда катился мир,

Когда окутанная дымом, средь эгоизма и душевного насилия…

Когда стояла там, на пустыре,

И умоляла, чтоб меня об этом не спросили…

Но, встав с коленей, на ногах держась,

Не попросив руки о помощи,

Я молча развернулась и ушла,

Считая в голове часы до полночи.

О боже… Тараканы в голове,

Какую ересь вы подсунули мне снова!

Ведь вы же знаете, сейчас понравится всё вышесказанное мне,

И утром, рассказать свой стих я буду вновь готова!

ГотОва…. Не готОва….. ГотовА!

И даже здесь на память это мне останется,

Но, боже мой, дурная голова,

Ну для кого ж ты, всё-таки, стараешься?

Ах, люди…. Ну конечно. Для людей!

Они ведь слушают и норовят подкинуть ложку дёгтя в бочку с мёдом.

Ну что же, слушайте же все подряд…

Моё стихотворение готово!

И пусть их лица задрожат,

Когда в фонтане моих мыслей искупаются!

В меня, как в море, заглянут,

Хоть многие того стесняются.

Не нужно спрашивать, зачем и почему,

Пускай же это всё во мне останется.

И, когда город вновь задремлет в темноте,

Мне доля вдохновения достанется!

А я хочу, чтоб не было войны!

А я хочу, чтоб не было войны!

Чтоб в мире не было убийств и не было насилия.

Чтоб дяденька, с колючей бородой,

Не напивался, от душевного бессилия…

Я так хочу, чтоб всем светило солнышко,

И чтобы мамы слёзы не роняли…

Наверно, страшно видеть слёзы матерей,

Которые в войне своих детишек потеряли…

Я так хочу, чтоб не было ни драк, ни ссор,

Хочу, чтобы друг друга все ценили.

Чтобы мужчины, женщинам своим,

В знак настоящих чувств, цветы дарили.

Мне так обидно за детей,

Которых матери оставили в детдоме.

Ведь надо думать головой своей,

Если не хочешь оказаться ты в роддоме!

Я не могла понять и раньше, и сейчас,

Как могут люди выбросить животное!

Оно такое же живое, как и ты!

Одумайся, да что ж ты за создание жестокое!

Я плачу, мне обидно, я грущу!

Должно же в людях что-то быть хорошее!

Но в людях многих замечаю только то,

Что сами они хуже дикого животного!

И каждый раз вопросами я задаюсь,

И так хочу, чтоб хорошо всё было.

Да, я подросток. Мне не всё равно.

Во мне ещё надежда не остыла!

Мы – Театралы

Мы – театралы! Загляните в нашу душу.

Тут иногда взрывается наш мозг.

Смеяться по команде нам не чуждо,

И удирая, плакать, поджимая хвост.

Мы – театралы! Нам не расслабляться…

У нас же, что не день, то суета.

Но театралам нечего бояться,

Друг друга выручить готовы мы всегда.

Попробуйте понять иронию и слёзы

Актёра, что пред вами выступал.

Аплодисменты зала дарят нам эмоции,

Овации поддержат, если кто упал.

Мы – театралы, и на сцене мы, как дома.

Артисты за кулисами – сплочённая семья.

И чтобы не происходило в жизни нашей,

Так было, есть и будет навсегда!

Мы познаём актёрскую культуру,

В костюмах пёстрых мы готовы жить.

Мы призываем всех людей на свете

Театром и искусством дорожить!

И не скрывай эмоции за маской.

Дай волю чувствам, крылья пусть растут.

Приди в театр, посмотри спектакль,

И пусть в душе твоей тюльпаны расцветут!

***

Вы! Не умеющие слушать.

Перебивающие и хамящие вослед.

У вас сжигающие, тлеющие души.

Я дать хочу вам трепетный совет…

Учитесь слушать, думайте, старайтесь.

Тяните творческую нить!

Чтоб, не проживши жизнь свою напрасно,

Страдая глупостью, не сгнить…

Прекрасна, как весна

Она была прекрасна, как весна!

Мягкий шёлк волос свисал на плечи.

В её улыбке пели птичьи голоса.

Красивый тембр и манера речи.

Она любила сказки про любовь,

Смотрела мелодрамы и рыдала.

И в ней кипела молодая кровь!

Но многого она не понимала…

Спокойной жизни оборвал кулису,

С ней танцевал на огненных углях.

Он сделал из неё свою актрису.

Играть заставил в главных лишь ролях…

Часы настенные стучали точно в такт,

Казалось, быстро наступала полночь.

Раздался крик: «Пожалуйста, антракт!»

Вытаскивал из ангела он сволочь.

Ворвался в жизнь, ломая все замки,

Снося все принципы и унося запреты.

И начались манящие шаги,

И робкие, игривые приветы.

Горящий взгляд уже не исчезал.

Она в него так трепетно влюблялась…

Не понимала, что смотря в глаза,

Душа его надменно издевалась!

По-умному глупа её любовь,

Что к коже гладкой нежно прикасалась.

И тут же снова закипала кровь,

И мысли все плохие испарялись.

Он платья модные и каблуки дарил.

Она спала в его мужской рубашке.

Но вот беда… Он будто разлюбил,

На сердце оставляя ей затяжки…

Она кричала, плакала, ждала,

От стресса очень резко похудела,

Но красная помада, каблуки

Тихонько заменяли это дело.

И жили так. И годы проходили.

Они любили или… Не любили…

Но точно также страсть не покидала.

Он прикасался, а она стонала…

С годами исчезали каблуки…

Да не нужны ей модные одежды!

И не нужны подарки и цветы.

Она хотела лишь любить, как прежде…

Она ждала, она его любила.

И вот, он наконец-то поумнел.

Она в глаза так робко посмотрела…

Он вспомнить всё былое захотел.

И, вспоминая все мгновенья счастья,

Он понял, что всю жизнь её любил.

Что не было ни с кем такой же страсти,

И слов таких же он не говорил.

И воскресали чувства неземные,

И кровь кипела на его губах.

И двое понимали, что любимы,

И исчезал бывалый раньше страх.

Любовь моя, живи во мне всегда!

Не увядай, как орхидея в вазе.

Я пронесу тебя, возможно, сквозь года,

И не заставлю горевать ни разу!

Любовь моя, я знаю, ты со мной.

И ты во мне опять… Опять запела!