Апокалипсис с небес
Кровавая жара. Ледяные трущобы
Дмитрий Королевский

Иллюстратор Арина (CheshireCatArina) Жанжора

© Дмитрий Королевский, 2023

© Арина (CheshireCatArina) Жанжора, иллюстрации, 2023

ISBN 978-5-4490-0663-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Часть 1

Кровавая жара

Посвящается моей жене, Эльмире

Глава 1
Сквозь девять этажей

Черный город, черный дым,
Черное небо, земля под ним,
Черные люди, деревья, дома,
На грешную землю надвинулась тьма.

(Песня «Черный город». Автор – Королевский Д.)

Жара.

Она, казалось, поглотила и расплавила все: разрушенные и обожженные здания, перевернутые автомобили, деревья и троих несчастных, перемазанных засохшей кровью людей, что вынуждены были сидеть на раскалившейся крыше девятиэтажки и ждать спасительных сумерек. Однако наступивший вечер мог спасти только от одного, от второго же он был абсолютно бесполезен и, в большей мере, помогал этому. И этим вторым были – ЗОМБИ.

Жара.

Жуткая, изнуряющая, густая от стоявшего в ней запаха разлагающейся человеческой плоти. И никакого намека на дуновение ветра. Полный штиль.

Денис перевернулся на живот и выдернул из уха вакуумный наушник.

– Еще два часа – и солнце скроется, – тихо сказал он, оглядывая друзей.

Да, потрепала же их жизнь за последние два месяца! Санек все свое недолгое существование (17 лет) подвергавшийся насмешкам за излишний вес и носивший обидное прозвище Пона (от слова пончик), в данный момент мало чем напоминал страдающего ожирением человека. Выпирающий из-за ремня живот, как и пухлые, обросшие юношеским пушком щеки, исчезли, как будто их и не было. А Пашка, и без того худющий, Кощей Бессмертный, как порой называла его тетя Надя, его покойная мать, которой он собственноручно отрубил голову, стал буквально прозрачным. Подранная, грязная одежда висела на нем, как на вешалке. Сам Денис, имевший довольно неплохую фигуру, что называется, от природы, выглядел сейчас куда хуже, чем два месяца назад. Черные от солнца лицо и руки парня избороздили кривые, рваные шрамы, уже зажившие, и совсем недавние, слегка зарубцевавшиеся.

– Я посмотрю? – шепотом спросил Пашка, друзья его звали просто Клим, по первому слогу фамилии Климов.

Лёс (свое прозвище Денис получил среди друзей и одногруппников за безумную, многолетнюю любовь к немецкой рок-группе «Rammstein». Прим. Автора: «Los»_album – «Reise, reise» 2004 г.) и Пона одобрительно кивнули. Клим отложил двуствольное охотничье ружье в сторону и подполз к краю крыши.

– Трое! – одними губами сказал он, для понятности показав три пальца, один из которых был перемотан побагровевшим от крови бинтом, и пополз обратно. – Уходят потихоньку, ублюдки! – уже громче проговорил он, поравнявшись с друзьями.

– Не факт, что их в здании нет, – садясь на корточки, отрешенно проговорил Лёс, щурясь от солнца и от текущего в глаза пота. – Надо же было так нарваться, вот вам парни и центр города! Я сразу не хотел сюда соваться!

– Зато теперь у нас есть жратва! – блаженно потягиваясь и потирая живот, прошептал Санек Пона.

– Да, есть, а заодно и сами чуть ею не стали, – сказал Лёс, вставляя наушник в ухо и нажимая что-то на своем MP3-шнике.

* * *

– Ах ты, щенок!!!

Отец в который раз заорал на меня, но сейчас, ко всему прочему, добавилась звонкая, обжигающая, словно крапива, пощечина. Я пошатнулся, хмель разом вылетел из заполненной туманом головы, и я увидел плачущую мать.

– Вместо того, чтобы найти работу и, наконец, научиться зарабатывать самому, ты пьешь и целыми днями шатаешься по городу!!!

Отец сжал кулаки.

– Витя, не трогай его! – Рыдающая мать подскочила к нему. – Денис, что же ты делаешь, сынок?!! – это уже ко мне.

– Уйди, мать! – Отец освободился от ее рук. – Я сам с ним поговорю!

Я молча подошел к столу, сгреб с него флэш-плеер и пару MP3-дисков.

– Куда собрался?!! – Сильная рука отца развернула меня, его глаза, полные бурлящей, словно кипяток, злобы, казалось, прожгут меня. – Куда собрался, спрашиваю?!! Опять к своим дружкам, таким же бесполезным и бездарным созданиям?! Ты посмотри на себя, вымахал верзила под два метра, а что толку?!! Да на тебе пахать можно!

Я не побоюсь этих цифр, но, наверное, 90% молодых людей из сотни выслушивали нечто подобное от своих родителей, а иногда и по несколько раз за день. И, чтобы навсегда избавиться от всего этого, выбирали, как тогда казалось, единственное правильное решение – уход из дома. На день, на два, а то и на недельку. Пусть поволнуются, побегают, обзвонят морги, больницы, милицию! Пусть поймут, что какой бы я ни был, я им дорог и они меня любят! Однако мало кто задумывался, уходя из дома, хлопая дверью, оставляя рыдающую мать за порогом, о том, что всего этого может не стать. И, вернувшись с очередного такого «побега», усталый, похудевший и голодный, вместо родной пятиэтажки на знакомой с детства улице ты обнаружишь воронку от взрыва.

В ту ночь я тоже ушел, ушел, нисколько не сомневаясь в том, что делаю правильно. Теперь я даже не знаю, правильно ли я поступил. Останься я тогда дома с родителями, меня бы сейчас не было, однако нам бы удалось примириться, и весь последний в нашей жизни вечер мы бы провели вместе. Но я ушел.

Вдавив кнопку домофона, я с силой пнул железную дверь.

– Да пошли вы все!!! – заорал я в пустой подъезд.

В глазах всплыло заплаканное лицо мамы, она до последнего держала меня за рукав куртки.

– Пусть идет! – гремел голос отца. – Но назад не возвращается!

– И не вернусь…

Если б я тогда знал, что слова мои окажутся пророческими!..

* * *

– Лёс, Лёс, спишь что ли?

Денис резко открыл глаза. Пашка Клим теребил его за плечо.

– Блин, сколько раз говорил тебе, не буди меня резко! – недовольно забубнил Денис, убирая руку с рукояти топора. – Не рискуй почем зря!

– Все, можно спускаться! – объявил Пона, возвращаясь с осмотра прилегающей к девятиэтажке территории.

Денис огляделся, смахивая со лба крупные капли пота. Солнце почти село, но в городе по-прежнему стояла духота. Он с досадой посмотрел на миниатюрный экран плеера – индикатор батарейки почти на нуле. Подзарядить аккумулятор в городе, в котором нет электричества, было невозможно, а найденных алкалиновых батареек хватало ненадолго.

Лёс отключил устройство, аккуратно свернул наушники и, положив все в тряпичный чехол, убрал в карман. В это время Клим и Пона были заняты подготовкой к тому, чтобы наконец покинуть крышу, пройдя девять, таивших в себе кучу опасностей, этажей, и выйти на улицу. Парни сейчас выглядели так, словно собирались пройти сквозь задымленную или сильно запыленную территорию. На обоих были прозрачные пластиковые очки, какие используют для работы у станков. На лице Клима – забрызганный кровью респиратор, у Поны простая матерчатая повязка. Лёс тоже последовал их примеру, натянул марлевую повязку и очки. Слизистую лучше держать закрытой. И это парни знали не понаслышке. Бедный Ванек Сивый, ему было всего пятнадцать! Денис вспомнил, как первый ударил его топором после того, как тот, наглотавшись зараженной крови в результате жуткой резни с живыми мертвецами, через час обратился в такого же.

– Сколько у тебя патронов? – спросил Лёс, оглядывая тощего Клима.

– Десять.

– Лишь бы Главаря не было, – со вздохом произнес Пона, поудобнее перехватывая биту с торчащими из нее гвоздями. – Я так и не увидел, ушел ли он.

– Ладно, парни, пошли! – как можно бодрее произнес Лёс, чувствуя, как сжимавшие ручку топора ладони стали влажными. – Действуем как обычно!

На мрачной, с ободранными стенами, лестничной площадке девятого этажа было могильно тихо, да и запах здесь был соответствующий. Такая же картина на восьмом и седьмом.

Сюрприз, в появлении которого никто не сомневался, поджидал этажом ниже. Сидевший на корточках зомби резко развернулся и вскочил. Безгубый рот раскрылся, выпуская глухой звук – стон, на пропитанную кровью грудь и пол ливанула желто-зеленая пузырящаяся пена. Тварь хотела жрать! Не обмолвившись ни словом, парни перешли к действиям. Они знали – промедление чревато последствиями куда более плачевными, чем могут произойти в данную минуту.

Пона первым выскочил навстречу атакующей твари. Бита врезалась, втыкаясь гвоздями, в плешивую голову, парень с силой дернул ее на себя, и зомби рухнул на четвереньки. Руки мертвеца замотались по сторонам в отчаянной попытке ухватить человека. Перепрыгивая через три ступеньки, Лёс в доли секунды оказался рядом с бушевавшим трупом. Пона навалился на вонзенную в голову биту, и жуткая морда уткнулась в ступеньки. Первый удар топора пришелся на затылок, действующий в спешке Лёс промахнулся. Черно-красная жижа брызнула по сторонам. Однако другие два более точных удара довершили дело, голова отлетела от тела.

– Мразь поганая! – зашипел Пона, наступая на еще скалящуюся морду для того, чтобы выдернуть из нее так удачно вонзившуюся всеми десятью гвоздями биту. – Сдохни, сволочь!

– Мне кажется, он и так не особо живой был! – пошутил Пашка Клим, отпинывая в сторону еще трепыхающееся тело. Он шел сзади, держа все на прицеле охотничьего ружья, оставшегося в наследство от покойного отца, заядлого охотника и рыбака, который в свое время и пристрастил сына к таким видам отдыха. Клим владел ружьем мастерски. Однако сейчас, из-за нехватки патронов, ружье применялось только в особых, экстренных случаях.

Ободренные быстрой победой над живым мертвецом, друзья двинулись дальше. И, опустившись ниже еще на один этаж, услышали вызывающие дрожь во всем теле звуки, что издают зомби, а также нарастающий топот нескольких пар ног.

– Все, пацаны, нам хана! – оглянувшись на друзей, и в испуге округлив глаза, констатировал Лёс. – Их, походу, до хрена!

– Да подожди ты! – нервно махнув рукой, произнес Клим, отстраняя друга к стене и заходя вперед. – Не гони волну раньше времени!

Шаги приближались. Клим взял ружье наизготовку.

– Я им по мордам, а вы добивайте! – не оборачиваясь, сказал парень.

Люди напряглись. Всего лишь этаж отделял их от вечно голодных и жутких созданий. Сколько же их? Один большой вопрос пульсировал в трех человеческих головах. Через несколько секунд этот вопрос разъяснился. На площадку, давя и толкая друг друга, ворвались четверо зомбированных. Два точных выстрела, после которых одна женская и мужская особь опрокинулись на спину с раздробленными лицами, оглушили так, что в ушах зазвенело. Клим отскочил назад, заряжая ружье, а его место заняли Лёс и Пона. Удары людей, вооруженных «колючей» битой и топором, обрушились на двух уцелевших мертвецов. Топор Лёса в очередной раз врезался в плечо зомби, фонтан крови (которая по всем законам должна была свернуться, так как человек мертв) ударил в лицо, забрызгивая очки. Есть! Он добился своего, тварь осталась без верхних конечностей, и не сможет хвататься, теперь ему легче ее добить. В это время Пона яростно орудовал битой, вырывая куски из головы в угол упавшего мертвеца.

Бах! Бабах!

Клим снова разрядил ружье, что называется, сделав контрольный выстрел в недобитых им мертвецов. Спустя еще минуту все было кончено.

– Вот суки! – задыхаясь, прохрипел Пона, опускаясь вдоль стены. – Еще одну такую атаку я явно не потяну! – Он тяжело выдохнул и добавил тихо, доставая из мешка за спиной пластиковую бутылку с водой: – Сил уже нет, да еще эта проклятая жара.

– Тихо! – подняв руку, призывая к тишине, произнес Лёс, глядя на уходящую вниз лестницу. – Возможно, это еще не все!

Друзья притихли, оглядывая заваленную изуродованными телами площадку, постепенно заполняющуюся черно-красной жижей, которую парни называли просто кровью, что сочилась из под тел.

– Вроде пронесло, – с облегчением сказал Лёс, вытирая рукавом залитые потом и кровью очки. – Это нам еще повезло, что Главарь ушел и забрал с собой добрую половину своей «гнилой дружины»!

Парни, соглашаясь, закивали.

– Даааа! – протянул Пона. – Эт точно, с этой тварью я больше не хочу встречаться!

Друзья полностью разделяли мнение Санька Поны, никто не хотел еще раз попасться на глаза Главарю.

Главарь. Такое нехитрое имя друзья придумали сами, и принадлежало оно зомби-командиру. Более умному и, посредством издавания различных звуков, управляющему десятками других, более слабых и тупых мертвецов. От остальных зомбированных Главари отличались сильно. И от человеческой внешности в них не осталось ничего, разве что способность передвигаться на прямых ногах. Рост Главаря более двух метров, руки, длиннее обычных, заканчивались острыми когтями, огромная пасть, набитая двумя рядами загнутых назад кривых клыков, четыре беспорядочно разбросанных по лицу глаза (у каждого из Главарей они были в разной части жуткой морды), и одна заполненная слизью щель посередине, заменяющая нос. Ко всему прочему, эти твари обладали недюжей силой, звериной ловкостью и проворностью. Некоторые люди, коих знали друзья, поговаривали, дескать, с них, Главарей, все и началось. Они заварили всю эту кашу, которую уже никому не расхлебать, укусив людей и заразив неизлечимым вирусом, а те, в свою очередь, других, и так пошло-поехало. Однако откуда они сами взялись – ответить никто не мог.

– Надо выбираться отсюда, и побыстрей, зомби могут вернуться! – собирая пустые гильзы, которые потом снова зарядит «начинкой» собственного приготовления, сказал Клим. – Найдем, где загаситься, и похаваем, а то уже кишки разговаривать начали!

– Да, пошли, пока не поздно. – Лёс встал со ступенек, поправил очки и повязку. – Чувствую я, ребята, что с таким вооружением, какое у нас сейчас, мы далеко не уйдем! Надо что-то думать, искать…

– Да что тут думать! Где ж нам его взять, все оружейные магазины давно разграбили! Может, у самого Десятника спросим, а? Он человек состоятельный, и добрый, наверное, в душе! – Клим, как всегда остроумничал. – Как вам мое предложение?

Друзья заулыбались, понимая, какую ересь несет Пашка. Спросить оружие у самого Десятника – это надо быть абсолютно безбашенным или просто ненормальным.

– Ага, вот ты у него и спросишь! – весело произнес Пона. – Раз такой умный, а заодно и бабу мне, у него их много! А то девственником умирать как-то в падлу!

Друзья, давясь от смеха, прикрывая рты ладонью, чтобы не выпустить слишком громких звуков, начали спускаться.

Глава 2
Тайны убежища, или в первый раз не больно

Трое людей появились из темного проема разрушенного здания и, переступая через упавшие железные двери, озираясь по сторонам, быстро двинулись через двор.

Начавшаяся относительно недавно, война очень быстро изменила лик молодого и прогрессивного городка. Еще месяц назад тут бушевали нешуточные страсти. Стреляли, взрывали чуть ли не из-за каждого угла и куста. Стражи порядка были бессильны перед натиском живых мертвецов и вдруг почувствовавших свободу криминальных элементов. За считанные дни всех, кто не успел сдаться, перебили, а некоторые «счастливчики» пополнили ряды мертвой армии. Прибывшие на подавление восстания, а также для защиты мирного населения от зомбированных, пограничники (город стоял в приграничной зоне) так же были разбиты. И, позабыв о долге, бежали, куда глаза глядят, а точнее, к своим семьям, оставшимся без защиты в заполненной живыми мертвецами стране. Еще работающие какое-то время телевизоры показывали одно – СМЕРТЬ! А, как известно, смерть – это начало новой жизни, другой, не терпящей рядом старой. Позже из радиоприемников объявили о полной планетарной оккупации. Живые мертвецы были везде, и существование человечества оказалось под большим вопросом.

– Зомби!!! – крикнул Клим. – Вон, со стороны проспекта тащатся!

Все завертели головами. Друзья переходили разрушенную детскую площадку, заваленную разлагавшимися трупами.

– Делаем ноги, парни, мне кажется, они нас не видят! – переходя на бег, крикнул Лёс. – Быстрей!

Разрушенные дома и магазины сменялись один другим, люди бежали, что есть силы. Недавняя нерасторопность, в результате которой парни были загнаны на раскаленную крышу девятиэтажки, едва не стоила им жизней. Надо было как можно дальше убраться от шнырявших в поисках пищи мертвецов. Найти укромное местечко и тихо-тихо переждать ночь.

– Стоять!!! – требовательно и громко произнес выпрыгнувший из разбитого окна незнакомец, наставив на друзей дробовик. Он возник так быстро, что убегавшие друзья ничего не успели сообразить. Резко остановились, тяжело дыша и кашляя.

– Куда и от кого это мы так бежим? – не опуская оружия, более спокойно произнес незнакомец. Выглядел он совсем обычно для этого времени: порванная и заляпанная неизвестно чем футболка, такие же штаны и кепка. Мужик щурился, глаза его блестели и постоянно бегали по сторонам, губа нервно подергивалась.

– Зомби там! – едва выговаривая из-за нехватки воздуха начал Лёс. – Вот мы и побежали…

– Зомби, говоришь?!! – резко вскрикнул мужик, так, что напугал их, заглядывая за спины друзей. – Так вы их, значит, за собой ведете? – нахмурился он.

– Нет, они нас не заметили, – вмешался в разговор Клим. – Ты оружие-то опусти, не на тех наставил!

– А откуда я могу знать, те вы, или ни те, а?! Может, вы мародеры, и грохнете меня, а ствол мой… мой любимый, защитник мой, – ласково заговорил незнакомец, потираясь о приклад небритой щекой, и вновь вскрикнул, меняясь в голосе: – ствол мой себе захапаете!!!

– Да не нужен нам твой ствол, мужик!

Дениса все происходящее начало бесить. В любой момент сзади, а может, и еще откуда-нибудь могли появиться мертвецы. А они стоят посреди двора! Нате, мол, жрите, не жалко!

– Грохнуть мы тебя и сейчас можем, уж поверь! – Пашка Клим осторожно, чтобы показать мужику, что они настроены дружелюбно, повертел в руках ружьем и повесил за плечо. – Но, как видишь, нам это не надо! Мы не мародеры и не Десятники, и враг у нас один – это зомби!

Мужик склонил голову набок.

– А курить у вас есть?

– Да, есть немного, угостим, ты только ствол опусти, – примиряющие попросил Лёс.

– Опасно здесь! – вдруг резко сменил тему незнакомец и прислушался. – Тихо, только тихо, – поднося палец к потрескавшимся до крови губам, шепотом добавил он, опуская дробовик.

– На вот, возьми, – не принимавший доселе участия в разговоре, и громко дышащий, Саня Пона протянул ему сигарету. – Отсырели, правда.

– Сойдет! – быстро забирая дарованное, махнул мужик рукой. – Третий сорт – не брак!

– Как звать-то тебя? Меня Лё… то есть, Денис!

– Валера я, Токарев.

– Пашка.

– Санек.

Представились остальные.

– Я так понимаю, укрыться вам негде? – Валера поджег спичкой сигарету и с жадностью затянулся. – А скоро ночь, да?

Друзья закивали, соглашаясь.

– Ну, тогда пойдем ко мне! – снова залезая в окно, через которое выпрыгнул, предложил он. – Пойдем, пойдем, че ссыте? – Валера хрипло заржал, ловко запрыгивая на подоконник. – Мы с женой любим гостей!

– Так ты с женой тут живешь? – хватаясь за любезно протянутую руку нового знакомого, спросил Лёс. – А она не будет против?

– Нет, она у меня добрая и покладистая… стала, – кряхтя от натуги, говорил Валера, затягивая Лёса в дом. – С того самого времени, когда эти твари появились! Будто подменили мою жинку! Так что я, вроде как, благодарен даже ожившим мертвецам! В семье у меня теперь полный лад!

– И как давно вы устроили здесь убежище? – спросил Пона, когда они все залезли, и шли, петляя по темным заброшенным комнатам и длинным коридором пятиэтажного здания общажного типа.

– Так это, почти сразу, как только эта херня началась!!! Нас было тут двадцать, забили, заколотили двери подъездов, окна!

Валера быстро шел вперед, ориентируясь в кромешной тьме, ни разу не споткнувшись и не останавливаясь на раздумье. Зажигать спички или единственный карманный фонарик, что Клим таскал с собой, он категорически запретил. «Доберемся до моей конуры, вот там можно! Там вообще много что можно!» – загадочно сказал он и хрипло заржал.

– А куда все остальные делись? – спросил Лёс.

– Далеко они теперь от этого сраного местечка, на том свете! Вдвоем мы остались с любимой!

Больше вопросов никто не задавал. Друзья шли молча, каждый думая о своем, прислушиваясь к указывающему путь Валере.

– Ну, вот мы и на месте!

Объявил их новый знакомый, когда впереди едва видно забрезжил тусклый свет, выступающий тонкой полоской из-под двери. Валера зазвенел ключами.

– Будьте как дома, но не забывайте, что в гостях!

Он широко открыл двери, и в носы вошедших ударил неприятный, застоявшийся запах гнили. Парни сделали вид, что ничего не заметили. Не стоит обижать человека, предоставившего, на свой страх и риск, убежище незнакомцам. Тем более, что запах этот был практически везде, и на него уже почти не обращали внимания.

Захламленная маленькая прихожая «однушки» едва уместила вошедших. Дверь в единственную спальню была закрыта.

– Прошу к нашему шалашу! – не переставал шутить вежливый хозяин, указывая жестом на кухню. – Располагайтесь!

Парни проследовали на кухню, освещенную небольшим фонарем, что лежал на заваленном разным содержимым кухонном столе. Тут были разнокалиберные кастрюли, пустые и наполненные неизвестно чем, и это «неизвестно что» жутко воняло, сковородки, грязные чашки, кишащие тараканами и мухами. Кухонный гарнитур, частично целый, держащийся всего лишь на одном креплении, криво нависал над раковиной, заставленной до краев битой, окровавленной посудой. Единственное окно забито деревянным щитом, кусками жести, и укреплено железными прутьями. Почти от самого порога пол кухни был устлан грязными, испускающими резкий запах мочи, матрацами, по которым резво носились насекомые.

– Ну, не совсем «пять звезд», но сойдет! – бодрый голос Валеры нарушил затянувшуюся тишину, в течение которой друзья не без удивления рассматривали помещение. – Чуток не убрано, но зато безопасно! Да вы садитесь, не очкуйте! Стульев вам не предлагаю, потому как, нет их, так что прямо на матрацы! А я к супруге загляну, поздороваюсь!

Валера вышмыгнул в прихожую, послышался звук открывающегося замка, скрипнула, отворяясь, дверь, и снова закрылась.

– Ну и как вам?

Прислушиваясь, что происходит за стеной в комнате, куда отправился Валера, спросил Лёс.

– Да, не совсем «пять звезд»! – сострил Клим.

– Странный он какой-то, – выбирая место почище и садясь, тихо произнес Пона. – Мутный, одним словом, тип.

– Да, это точно, так что, будьте начеку, парни, – сказал Лёс, присаживаясь в дальнем углу комнаты, возле упавшего со стены кухонного шкафчика.

– Я всегда на взводе, – поглаживая ружье, сказал Клим, садясь рядом с Поной. – Может, пожрем, наконец, парни?!!

– Давай, давай!

Пона, таскавший с собой большую часть провизии, засуетился, снимая с плеч вещмешок. В это время в соседней комнате что-то загремело, послышался голос. Говорил Валера, судя по интонации, вкрадчиво и разъясняющее, но что именно, разобрать было не возможно.

– Что там у нас? Ага! Консервочки! – с наигранным удивлением произнес Пона. – А вот и «тушняк», говядина, правда, но в связи с обстановкой в стране, сойдет!

Он разложил содержимое вещмешка перед собой и принялся открывать банки с едой протянутым Климом ножом. За стеной продолжали шуметь, началось методичное поскрипывание мебели. Друзья обменялись улыбками, понимая этот характерный звук.

– Война войной, а секс по распорядку! – мотнул головой Лёс, присаживаясь поближе к друзьям и вытаскивая из своего рюкзака ложку.

– Угу, – промычал Пона с набитым ртом.

Не успели друзья как следует насытиться, как дверь в спальню скрипнула, отворяясь, и на пороге возник улыбающийся до ушей Валера.

– Ну, кто следующий? – бодро спросил он, вытирая со лба капли пота. – Прошу, только в порядке очереди! – Валера сделал пригласительный жест рукой.

Парни недоумевающе переглянулись.

– Так это ж, вроде, твоя жена, как ты?.. – начал было Клим.

– Да брось ты! – махнул рукой Валера. – Говорю же вам, сговорчивая она стала, некапризная! Не то, что раньше, неделю не допросишься, то голова у нее болит, то понос, то золотуха! А сейчас каждый день, а то и по нескольку раз!

Слезящиеся глаза Валеры светились от счастья, исцарапанные, покрытые вздутыми венами руки заметно тряслись.

– Послушай, и пойми меня правильно, Валера, – Лёс поднялся с матраца. – Ты предоставил нам на ночь своё укрытие, за это тебе большое спасибо, но заниматься сексом с твоей собственной женой – это уже будет слишком для нас…

– А что ты за всех базаришь! – бесцеремонно оборвал его хозяин убежища. – Может, кто-то из твоих друзей не прочь расслабиться?

Он вопросительно оглядел парней.

– Не-а! – махнул головой Пашка Клим. – Спасибо, не надо.

– А ты че притих, малец?!

Хитрый взгляд Валеры остановился на продолжавшем жевать Поне. Друзья знали его слабое место, бывший толстяк был еще девственником. Никто из знакомых девушек не хотел с ним дружить, не то что вступать в интимные отношения с объектом насмешек. Для девушек из их многочисленной компании он всегда оставался пухлым, неуклюжим медвежонком, с которым интересно поговорить, пошутить, посмеяться, но не более. Чего не скажешь о Лёсе и Климе, парни буквально купались в женском внимании и окружении. Однако это было до войны, всего несколько месяцев назад. А сейчас у всех трех друзей были абсолютно равные шансы привлечь к себе внимание противоположного пола. Похудевший на двадцать килограммов Саня Пона выглядел довольно привлекательно. Только вот замечали парней чаще ожившие мертвецы, чем живые люди.

– Чего молчишь, говорю?

Пона закашлялся, давясь едой, обводя всех присутствующих виновато-вопросительным взглядом.

– Твоё дело, – пожал плечами Лёс, глядя на смутившегося друга. – Хочешь, иди, никто тебя в этом не упрекнет, время сейчас не то. Каждый новый день может стать последним!

– Да иди уже! – махнул рукой Клим, встретившись с Поной взглядом. – Первый раз замужем, что ли!

Парень нерешительно поднялся с пола, еще раз посмотрел на друзей, еле сдержавших смех, вытер рот рукавом и направился в сторону дверей.

– Давай, давай! – Валера одобряюще похлопал его по плечу. – Не переживай, больно не будет! – он хрипло заржал. – Тебе понравится, еще спасибо скажешь доброму дяде Валере!

Пона наконец-таки преодолел такое маленькое, но, в тоже время, нескончаемое расстояние, как кухня, и вышел в прихожую. Заскрипела дверь.

– А, черт, мать твою!!!

Парни, лишь только хотевшие обсудить меж собой смешную неуверенность друга, были прерваны его жутким воплем. Вскочили, и, бесцеремонно оттолкнув хозяина убежища, бросились в спальню. То, что они увидели, повергло их в шок. Нет, они не были уже теми семнадцатилетними пацанами, коими являлись некоторое время назад. Это были мужчины, повидавшие смерть, по шею измаравшиеся в крови людей, пусть даже не живых, а некоторые – и в крови родственников, родителей и друзей! Однако увиденное поражало своей необычностью. Посреди заваленной переломанной бытовой техникой, мебелью, одеждой и постельным бельем комнаты стоял стол. А к нему, точнее, к его столешнице было привязано в весьма деликатной позе тело обнаженной женщины. Женщины-МЕРТВЯЧКИ! С явными признаками разложения.

– Это что за хрень, мать твою!!! – Лёса бросило в дрожь. – Ты что ж творишь, Валера, она же живой труп, зомби!!!

– Кто, Нинка?! – брызгая слюной, зло заорал Валера. – Моя Нинка, моя любовь! Да как ты смеешь, пацан!!!

Стол с привязанной к нему женщиной заходил ходуном. Мертвячка, издавая мычащие звуки, пыталась освободиться от сковавших ее движения веревок. Жуткие, не выражающие ничего, глаза следили за вошедшими людьми.

– Парни, смотрите, этот урод кормит ее человечиной!!! – завопил пришедший в себя Пона, ногой поддевая заляпанное кровью покрывало на полу, под которым обнаружился десяток окровавленных кусков человеческих тел.

– Что ты теперь скажешь, шизофреник?! – вскидывая ружье, зарычал Клим. – Отвечай, мразь поганая!

Валеру затрясло, глаза налились кровью, с угла губ текла, капая на пол, тонкая струйка зеленоватой слюны.

– Это вы зря так со мной, пацаны!!! – хрипло, сквозь зубы произнес он. – ОБИДЧИВЫЙ Я ОЧЕНЬ!!! – дико заорал сумасшедший хозяин убежища, бросаясь на стоящего ближе всех Лёса. Парень проворно увернулся от удара и нанес его сам. Кулак впечатался в кривую переносицу, разбрызгивая по искаженному от злости лицу крупные капли крови. Валера опрокинулся в гору мусора, однако ж, как ни в чем не бывало вскочил обратно, теперь в его руке сверкал широкий кухонный нож.

Бабах!!!

Сделавший первые шаги Валера отлетел к столу с раздробленной грудью.

– Будет знать, сука, как на нас дергаться! – заключил Клим, опуская ружье. – Жалко, патрон на него потратить пришлось!

– Ну вот, Санек, первый секс оказался неудачным, как у большинства подростков! – попытался пошутить Лёс.

– Грохнуть ее надо! – кивнул Пона в сторону стола.

Мертвячка Нина присмирела, казалось даже, что она умерла! Умерла по-настоящему, как если из зомби вышибаешь мозги, и он перестает двигаться, жрать и убивать.

Остаток ночи парни решили все-таки переждать, как оказалось, в не совсем безопасном убежище. Тем более, сейчас в нем никто и ничто не угрожало их жизням. С мертвячкой Ниной быстро и без лишних церемоний расправился Лёс с помощью своего топора. Закрыл двери в спальню и вернулся на кухню.

– Надо хорошенько выспаться, – сказал он, вставляя наушник плеера в ухо и переключая что-то на компактном устройстве. – Блин, батарейка сдыхает! Так-так-так, что сегодня мы будем слушать? Ага, начнем, пожалуй, с моего любимого альбомчика «Liebe ist fur alle da»!

– И не надоело тебе слушать одно и то же каждый день? – сонным голосом поинтересовался Клим.

– Нет, Пашка, нет! Это ж моя любимая группа! А что-то новое, увы, мне уже никогда не доведется услышать! Так что, под старые треки понастальгирую!

Глава 3
Неожиданная встреча

«Жизнь остановилась, зашла в тупик, потеряла всякий смысл! – думал проснувшийся раньше всех Лёс. – Один день не отличить от другого! Простое, тупое выживание! Но для кого? Ради чего? Весь мир кишит мертвецами, и нет больше места, где их нет! Или все-таки есть? Черт, от этих мыслей с ума сойдешь!» Денис сел на корточки, с брезгливостью смахивая с себя наглых тараканов. Друзья спали, развалившись на грязных матрацах. Клим даже во сне не выпускал ружье из рук. «Сколько же это будет продолжаться? Сколько? Ведь, как ни крути, рано или поздно все они погибнут, или, что еще хуже, станут зомби! Хотя и первое, и второе не слишком отличалось друг от друга. Итог один – СМЕРТЬ!» Денис включил плеер, батарея которого была на исходе. Но ничего, на пару песен хватит. Любимые песни всегда помогали взбодриться, собраться с духом, взять себя в руки. Ну и, конечно же, вспомнить ту недавнюю беззаботную жизнь, которую он нисколько не ценил.

Сильный толчок в плечо и громкие крики Клима и Поны выдернули Дениса из сна. МP3-шник молчал, вконец разрядившись, а в закрытые двери спальни кто-то тихо постукивал и скребся. Лёс рывком вскочил, хватаясь за топор.

– Ты что, не добил эту любвеобильную Нинку? – спросил Клим, выплевывая и затаптывая недокуренную сигарету.

В отличие от двух своих друзей, Лёс не курил. С раннего детства вдолбленные в его голову лекции отцом-физруком о вреде курения были вняты и услышаны. Чего не скажешь о другой, не менее, а, может, даже и более пагубной привычке к алкоголю.

– Я снес ей башку, это не может быть она! – твердо парировал Лёс. – Кажется, я понял, кто там.

Удары в дверь стали агрессивней.

– Валера, что ли! – наигранно весело воскликнул Клим, проверяя ружье. – То-то меня беспокойство одолевало! Неужели, думаю, он ничего не подхватил от своей зомбированной женушки!

Дверь, закрытая Лёсом на ключ (на всякий случай), с треском разлетелась, вылетая в прихожую вместе с живым мертвецом. Валера протяжно и даже как то жалобно мычал, пузыри зеленоватой пены, лопаясь, вырвались изо рта, проливаясь на кровавую, развороченную выстрелом грудь. Заметив трех живых людей, мертвец изменился в лице! Что было удивительно. Его застывшая, словно маска, бледно-синяя рожа выражала что-то наподобие обиды и злости. Он зарычал, судорожно перебирая верхними конечностями, будто те ему с трудом повиновались.

– Чего стоим-то?! – Пона не выдержал затянувшейся паузы, и бросился на мертвеца, размахивая своей битой, усеянной гвоздями. – Получай, извращенец!!!

Однако ни один из его ударов, нацеленных в голову зомби, не достиг нужного результата. На вид казавшийся беспомощным, Валера на деле проявил невиданную ловкость, закрывая руками голову и отталкивая орудие Поны. Подоспевший Лёс с разбегу врезал ногой в грудь мертвяка, и тот отлетел к стене. Почти одновременно с Денисом, воспользовавшись моментом, саданул и Пона. Бита парня просвистела в нескольких сантиметрах от Лёса и завязла, разбрызгивая кровь из лопнувшего глаза, в лице мертвяка. Еще один точный удар топором, отделивший голову от туловища, Лёс нанес быстро, и даже успел отскочить, увернувшись от фонтанов бурой, почти черной жижи.

– Все, пора выбираться отсюда, – сказал Клим, убирая за спину ружье и глядя на наручные часы. – Девять часов доходит.

Найти то самое выбитое окно, через которое они попали в здание, оказалось непросто. Никто из парней не успел запомнить маршрут, по которому вел их Валера. Да и как его запомнишь, если вокруг царил непроницаемый мрак. Однако, как гласит одна из народных мудростей, кто ищет, тот всегда найдет. И они нашли.

Шум приближающегося транспорта в этом, по-мертвому тихом, разрушенном городе слышался за многие километры. И это, конечно же, не осталось без внимания. Друзья решили не покидать своего убежища, точно зная, кто и зачем ездит сейчас по дорогам.

– Десятники, – уверено сказал Клим. – Опять на поиски жертв отправились.

Десятники – криминальная группировка, получившая название от прозвища своего так называемого крестного отца, ныне самопровозглашенного мэра города, Десятника.

Юрий Алексеевич Десятников всегда был фигурой властной и весьма весомой не только в этом городе, но и далеко за его пределами. И, конечно, выпавший на его долю шанс стать полноправным правителем пусть и разрушенного города он не мог упустить. Это его люди бесцеремонно расправились на главной площади города с не желающими сложить оружие полицейскими, и без того потрепанными борьбой с полчищами мертвецов. А потом пришел черед и небольшого погранотряда, прибывшего в город на единственном БТРе и трех УАЗиках.

Вся техника и оружие перешли во владение засевшего в «Белом доме» нового мэра.

– Главные отморозки пожаловали, – недовольно пробубнил Пона, прячась подальше от выбитого окна.

Лёс же, напротив, сел ближе, положив на колени взятый у Валеры дробовик, к которому нашлось двадцать пять патронов, пытаясь увидеть хоть одним глазом, что происходит во дворе. А происходило следующее. Со стороны Новосибирской улицы, едва протискиваясь между двумя девятиэтажками, въезжала колонна. Во главе ее шел разукрашенный, как новогодняя елка, БТР, облепленный со всех сторон разношерстной, вооруженной до зубов компанией. Следом, держа двухметровую дистанцию, двигались три военных УАЗика.

– Куда это они намылились во всей красе? – еле слышно проговорил Лёс, но ответа так и не дождался, потому как, не сдержав эмоций, резко выкрикнул, округлив глаза: – Мать твою! Это что за хрень такая?!!

Из черного оконного проема одной из девятиэтажек, выбив остаток рамы, появилось огромное нечто. Сначала Лёс подумал, что это Главарь. Однако когда существо одним прыжком прямо с третьего этажа буквально рухнуло на движущуюся броневую машину, Денис в корне изменил свое мнение. Его глазам преставилось новое, невиданное ранее существо. Высотой более трех метров, корявое и несуразное, костлявое, с торчащим позвоночником, с длинным змеевидным хвостом, венчавшимся черным крюком. Оно ворвалось в сгрудившихся на броне людей.

– Переродыш!!! – завопил кто-то. Завопил жутко, истерически, и его крик заглушила начавшаяся стрельба.

Успевшие спрыгнуть с БТРа Десятники застрочили из множества стволов, однако это почти не действовало на странное, диковинное нечто. Существо невероятно быстро двигалось, подпрыгивало и уворачивалось, в то же самое время уничтожая одного за другим нерасторопных людей. Длинный хвост с крюком служил ему, как ловчая снасть. Существо нанизывало на его острый загнутый конец человека, подтягивало к себе и дело довершали когтистые, с шипами на локтях, руки. Куски плоти, словно ужасные цветы, лепестками которых являлись фонтанчики крови, разлетались по сторонам. Так же существо не упускало момента и полакомится, вырывая куски мяса из своих жертв мощными, кишащими острыми, неровно растущими зубами, челюстями.

– Боже мой, это что за жуть! – возмущенно прошептал Пона. – Откуда эта тварь взялась?

Друзья втроем облепили окно, стараясь как можно меньше высовываться.

Тем временем, машины, набитые людьми, остановились. Все разом бросились на монстра. БТР тоже встал, поводя из стороны в сторону своим спаренным пулеметом, но открывать огонь никто пока не решался, наверное, боялись зацепить своих. И тут друзья заметили то, что никак не могли ожидать в данную минуту. Из одного из УАЗиков, пригнувшись, почти припадая к земле, выбрались грязные испуганные девушки, а следом за ними пацаненок лет десяти. Белокурая, худенькая девушка ухватила растерявшегося мальчика за руку, и они втроем бросились прочь. В завязавшейся суматохе их попросту не заметили. Беглецы поспешили в проход между домами, и друзья уже почти потеряли их из виду, как те снова повернули назад с перекошенными от дикого страха лицами и ринулись во двор, преследуемые шустрыми мертвяками.

– Вот это замес! – процедил сквозь зубы Лёс. – Надо что-то делать, их надо спасти!

– Да? И как?!! – Клим растеряно смотрел на друзей.

В это же время картина боя во дворе приобрела новые краски, но, как и несколько минут назад, в ней преобладали лишь красно-бурые цвета. Застигнутые врасплох, Десятники были вынуждены переключить свои силы на внезапно появившихся мертвецов. И, в довершение всего творившегося хаоса, на поле боя появился Главарь! Он зычно и призывно гаркнул, и несколько десятков зомби бросились на БТР.

– Мочи ублюдков!!! – слышалось сквозь непрекращающуюся стрельбу. – Получи, сука… убью падлу… а, черт, Колян, меня укусили, укусили суки… А-а-а-а-а-а!!!!

Бронетранспортер пришел в движение, набирая скорость, ворвался в скопление живых мертвецов, на его башне застрочил пулемет. Крупнокалиберные пули рвали зомби в лоскуты, а по уцелевшим остаткам прокатывалось восемь колес, давя тринадцатитонной массой.

– Они бегут сюда, в нашу сторону! – закричал Пона, от волнения поднявшийся выше подоконника. – Надо позвать их!

Девчонки, одна светлая, тянувшая за собой плачущего навзрыд, перемазанного с ног до головы, мальчика, и темненькая, смуглокожая, бежали что есть силы в сторону пятиэтажки, где скрывались друзья.

– Эй, сюда!!! Хотите жить, бегите сюда!!! – ничего не придумав лучше, как попросту высунуться из окна, закричал Лёс. – Бегите к нам, пока вас не заметили!!! Бегом к нам!!!

Что заставило их поверить ему? Наверное, страх, жуткий, первобытный, затмевающий все, сжигающий мозг и все какие-либо умные мысли. Они подбежали к окну. По трем измученным, грязным лицам, оставляя светлые дорожки, струились слезы, смешиваясь с потом.

– Сережку, мальчика возьмите! – сквозь слезы пролепетала белокурая, пытаясь приподнять пацана трясущимися непослушными руками. – Сережа, лезь, давай, не бойся!

Лёс ухватил мальчика за руку и одним рывком втащил не по годам легкого, истощенного ребенка.

– Быстрей, держи руку! – На помощь пришел Клим. – Опа! – Он втащил девушку на подоконник.

– А ты чего ж стоишь?! – Лёс нагнулся к темненькой, протягивая руку. – Хватайся скорей!

Успешно укрывшись, так, что никто не заметил, беглецы стали наблюдать за происходящим вместе со своими спасителями. Во дворе кипела жуткая резня. Зомби практически все были уничтожены, досталось и их Главарю, но он все еще был жив. А вот новое существо по-прежнему оставалось неуязвимым. Вот и сейчас, уворачиваясь от пулемета БТРа, будто зная его огневую мощь, оно ухватило очередную жертву. Мужик, одетый в камуфляж, завопил что есть мочи, выронив автомат Калашникова (почти все Десятники были вооружены ими), окровавленный крюк на хвосте твари пробил ему грудную клетку. Однако мучения его длились недолго, существо подтянуло беднягу поближе, и с хрустом раскусило черепную коробку.

Главарь, волоча левую ногу, словно поняв свое невыгодное положение – мертвецы, управляемые им, были превращены людьми в фарш, – стал отступать, прячась за остатками некогда красивой детской площадки. Но столь ненадежная защита его не спасла, пулеметная очередь с бронетранспортера прошила монстра насквозь. Тварь рухнула, изрыгая черную кровь, и затихла.

– Есть! – радостно воскликнул Клим. – С одной тварью покончено!!! Ну, а эта, как ее назвать-то…

– Переродыш, – тихо произнесла светленькая, обнимая прижавшегося к ней мальчишку. – Десятники назвали ее Переродышем.

Монстр со странным именем Переродыш невероятно жутко и громко завопил. Этот, полный чужеродности, звук, ни одно существо на земле не могло бы его издать, разнесся по двору, заглушая выстрелы. Лёс почувствовал, что волосы на голове и руках зашевелились. И почти сразу прогремел взрыв. Кто-то из Десятников выгадал момент для использования гранаты. Существо подбросило вверх взрывной волной, а когда оно упало, все еще пытаясь встать на перебитые, кровоточащие темно-зеленой жидкостью, конечности, на него навалилась вся масса подоспевшего БТРа.

– Все, хана ему! – констатировал факт Пашка Клим. – Пипец котенку, больше срать не будет!

Десятники, тем временем, принялись за привычную в это время процедуру – избавление от тел погибших. Ведь в любой момент кто-нибудь из убитых мог обратиться в зомби и напасть. Уцелевшие бандиты не придумали ничего лучше, как попросту скидать тела в одну кучу и сжечь. Убежавших во время боя трех пленников, конвоируемых в логово Десятника, никто не рискнул искать. Потрепанные нападением, бандиты быстро ретировались. Вскоре шум, издаваемый транспортом, перестал быть слышен совсем.

Для постепенно приходящих в себя молодых людей настало вызывающее трепет в душе время для знакомства, из которого они узнали много интересного друг о друге, ну и, конечно же, сделали свои личные выводы, внутренне определившись в симпатиях.

Оля (так звали светленькую) и Эльмира были подругами с детства, сидели за одной партой в школе, а потом вместе учились в институте. Напуганный и молчаливый десятилетний Сережка был родным братом Оли. Это был единственный выживший член ее многочисленной семьи. Отца, находившегося с ними рядом до вчерашнего дня, убили в перестрелке Десятники, когда он отказался добровольно примкнуть к многочисленной армии рабов, что день и ночь трудились на нового правителя города, укрепляя его резиденцию. А Олю, как и ее оставшуюся без родных в первые дни войны подругу, ждало одно – стать подстилкой Десятника, а потом и его отморозков.

– Вот вроде и познакомились. Что делать дальше будем? – Лёс осмотрел присутствующих. – А?

– Жить, – тихо произнесла Оля, глядя в пол. – Папа говорил, надо жить, несмотря ни на что. Приспособиться к новым условиям, потому что лучше уже не станет, нам не победить мертвецов.

– Легко сказать, «жить»! – хмыкнул Клим. – Чтобы приспособиться к новым условиям и выжить в них, нужно хоть что-то для этого делать! У твоего отца был план?

– Да, он хотел создать что-то вроде общины, собрать как можно больше людей, которые еще не примкнули к бандитам и мародёрам. Сделать и укрепить собственное убежище для сотни желающих, а со временем наладить связь с ближайшими городами, где наверняка найдутся единомышленники. Он говорил, что нам надо сплотиться, держаться вместе, только тогда мы сможем дать отпор любой угрозе, будь то Десятники, зомби или монстры.

– А кого он подразумевал под монстрами? – спросил заинтересовавшийся Лёс.

– Этих, кто управляет мертвяками….

– Главарей, – вставил Клим.

– Да, и Переродышей…

– Так вы что, и раньше видели этих тварей? – удивился Пона.

– Да, только мы не знали, как их назвать, а точнее, его…

– Кого его? – перебил заерзавший от нетерпения Лёс. – Что вы знаете об этих существах?!!

– С нами вместе была наша соседка, Вика, находившаяся на седьмом месяце беременности, муж ее превратился в зомби, и папа его убил, – Оля говорила без интонаций, не обращая внимания, что ее перебивают. – Она не сказала нам, что тоже заражена, но скрывать это долго ей не удалось. Мы сами все поняли. Но с ней все пошло не так… – девушка запнулась, подбирая слова. – Прошло несколько часов, а она так полностью и не обратилась, живот ее рос на глазах. В целях безопасности мы связали стонущую от мучений соседку и, не в силах ничем ей помочь, стали наблюдать. – Оля вздохнула, оторвав взгляд от пола, и посмотрела на парней. – А потом живот ее лопнул, и появилось это, что напало сегодня на Десятников, но намного меньше, поэтому папа, хоть и не сразу, смог его уничтожить.

– Так это что получается, заражение, значит, повлияло на развитие плода, он мутировал и появился на свет раньше положенного срока! – сделал вывод Клим.

– Да, он переродился в новое существо, еще более опасное, чем Главарь! – воскликнул Лёс. – Офигеть можно, ну прямо фантастический фильмец!!!

– А то, что происходит вокруг, разве не фантастика? – молчавший долгое время Пона, не сводивший глаз с разговорчивой Оли, вдруг заговорил. – Разве мог кто-то подумать, что по улицам нашего города будут разгуливать мертвецы?

– Да, и не говори, – поддержала его Оля. – Иногда мне кажется, что это один сплошной ужасный сон, и я жду и надеюсь проснуться и увидеть свою прежнюю жизнь!

Минуту они молчали. Девушки и мальчик, сидевшие в одном углу, начали приводить себя в порядок, пытаясь очистить лицо и руки от пыли.

– Жара, – со вздохом произнес Лёс, глядя на догорающую кучу трупов во дворе. – К обеду она станет невыносимой! Надо выдвигаться, дойдем до Бункера, а там решим, как быть дальше.

Друзья закивали, соглашаясь.

– Ну что, милые дамы, вы с нами?! – весело спросил Клим. – Или как?

Подруги быстро переглянулись.

– Да, – сказали они одновременно.

– Ну и отлично! – нисколько не сомневавшийся в ином ответе, сказал Лёс. – Перед дорогой не мешало бы подкрепиться, а то, я смотрю, вы совсем отощали, да Сережка?

Молчаливый мальчик едва заметно кивнул.

– Ага! – бодро подхватил начатую Лёсом тему Клим. – Словно грачи «весенние-обезжиренные»!

Глава 4
Чем дальше, тем страшней

Запах разлагающейся человеческой плоти был вездесущ, и вот уже несколько месяцев подряд присутствовал рядом надоедливым, но вполне привычным спутником людей. Поэтому медленно бредущие по изнуряющей жаре, спасаясь, разве что, тенью домов, пятеро молодых людей и ребенок даже не обмолвились на эту тему.

До убежища, или, как его называли сами друзья, – Бункера, оставалось ровно шесть кварталов, когда, казалось бы, не издававшие лишних звуков люди вновь привлекли к себе внимание мертвых. Зомби повалили со всех сторон, и парни на какое-то время растерялись, не зная, что им делать. Одно дело, когда их было всего трое, и они всегда успевали прикрыть спину далеко не беззащитного товарища. А тут девушки, да еще и напуганный до смерти пацан! Однако растерянность была делом минутным. Появившийся в арсенале друзей четырехзарядный дробовик некрофила Валеры начал приносить пользу.

– Мочи мразей!!! – зло заорал Лёс, разряжая свое оружие почти в упор в разлагающиеся, обезображенные лица мертвецов. – Девчонки, за спины! Никому не высовываться, не бежать и не истерить!!! – выпалил он на одном дыхании.

– На, сука, получай! – Пона, как единственный из трех друзей, орудовавший самым примитивным оружием, с размаху вонзил усеянную гвоздями биту в череп напавшего мертвеца. – Ну же, давай, нападай, что, не можешь?!!

Словно по взмаху волшебной палочки, ходячие мертвецы стали возникать почти всюду. Кто, волоча конечности, выбирался из кустов, кто просто из дверных проемов заброшенных полуразрушенных зданий, а иные прямо из канализационных колодцев. Лёс и Клим едва успевали заряжать оружие, а патроны были уже на исходе. И вот уже Пашка, закинув за спину охотничье ружье, принялся отбиваться от нападающей нечисти топором, натянув на лицо марлевую повязку и очки. Двум девушкам и мальчику, взятым в кольцо защитников, только и оставалось, что, сцепившись вместе, медленно брести вперед с пробивающими дорогу друзьями.

Жара, что может быть хуже для дерущегося в рукопашную воина, ну, разве что, лютый холод. Да и разве может быть что-то из этого лучше другого? Тут один итог – силы быстро покинут пусть и привычное, натренированное тело. Так может случиться даже с матерым, закаленным в боях воином. Но что взять с них, семнадцатилетних разгильдяев, частенько прогуливавших уроки физкультуры? Соленый пот заливал защищающие от заразной крови мертвецов очки, резал глаза, руки, и ноги, будто налившись свинцом, едва ворочались, а сердце, того и гляди, лопнет от бешеного ритма, разорвав грудную клетку. Казалось бы, куда еще хуже? Но жестокая судьба вновь нахально показала мягкое место, повернувшись задом. Впереди, окруженный десятком зомби, появился Главарь!

– Ну, это уже слишком, все, пиздец! – задыхаясь, прохрипел Лёс, добивая упавшего мертвеца прикладом дробовика, заряжать который было нечем, а его топором из последних сил размахивал Пашка Клим. – Это Главарь!!!

Из-за орущих, мычащих и стонущих на все лады живых мертвецов и смертельной усталости, изнемогавшие от жары люди не сразу услышали рев мотора. Помятая, с частично выбитыми стеклами «Волга 3102», вылетевшая на огромной скорости из-за угла девятиэтажки, влетела в толпу зомби. Парень, сидевший на переднем сиденье рядом с водителем, швырнул в неуклюже поднимавшихся на ноги покалеченных мертвецов канистру. В ту же секунду водитель резко сдал назад, а его сидевший рядом товарищ, высунувшись в боковое стекло, шмальнул по канистре из обреза. Раздался взрыв, сверкнуло пламя. Все это произошло так быстро и оперативно, что даже Главарь, прикрываемый телами своих подчиненных, не успел вовремя отреагировать. Куски тел разметало по сторонам, и лишь предводитель зомби смог снова подняться. Однако и в этот раз «оперативный дуэт» не сплоховал. «Волга» протаранила обожженного и кровоточащего Главаря, впечатав его в стену здания. Дело довершил выстрел дуплетом из обреза прямо в раскрытую в диком рыке пасть монстра.

Друзья, добившие последних из нападавших мертвецов, остановились, с опаской глядя на машину. Тем временем, «Волга» вырулила на дорогу и медленно двинулась в их сторону. Не имевшие патронов, Лёс и Клим все же взяли ее на прицел. Откуда сидевшим в машине будет известно, что они блефуют?

– Что будем делать? – ни к кому конкретно не обращаясь, спросил Пашка Клим.

– Говорить, – коротко ответил Лёс, изображая сосредоточенного на прицеле человека.

Теперь, в более спокойной обстановке, в то время, как «Волга» приближалась, всем удалось внимательнее разглядеть саму машину и тех, кто был в ней. На когда-то белом, а теперь заляпанном красно-черной жижей, капоте красовался яркий знак анархии. Из открытых (а может и выбитых) боковых окон звучала громкая музыка. Лёс не мог не узнать ее. «Король и шут», легендарная панк-рок группа, которую сам Денис слушал с детства, но в сравнение с любимым Рамштайном она не шла, не выдерживала конкуренции.

…Там в монастыре был доверен мне
Предков след, вековой секрет, древний рецепт.
Не сказал монах главного тогда,
Что судьба у души своя, в том-то и беда.
И нет эмоций никаких
Лишь память направляет их.
Заполонили улицы
Живые Мертвецы…

(«Король и Шут» – Город мертвецов)

Бодрая музыка питерских музыкантов сделалась тише. Парень за рулем высунул голову на улицу. На вид ему было не больше двадцати пяти, русые, коротко стриженые волосы, голубые глаза.

– Живые люди, да практически в центре города, как это вас сюда занесло?! – удивленно произнес он, осматривая друзей. – Что скажете, молодежь?

Второй парень, черноволосый, загорелый, атлетического телосложения, как будто бы не замечал стоявших, пристально оглядывал, насколько позволял обзор из машины, ближайшую территорию.

– Жрать хотели, – честно ответил Лёс, опуская оружие. Клим тоже последовал его примеру. – Так вот и добрались сюда.

– А вы счастливчики, если вас еще самих не сожрали! – сказал водитель «Волги».

– Ага, может быть и так, или просто хорошо умеем мочить этих тварей! – Пашка Клим пнул гнилые останки зомби.

– Что тоже хорошо! – назидательно подняв палец вверх, произнес парень, все это время в его голосе проскальзывала едва заметная ирония, его явно что-то забавляло. – Однако, как бы хорошо мы не научились убивать ублюдков, нам не уничтожить их всех!

– Серж, хорош базарить, как курнешь этой дряни, так тебя на философию прет! – недовольно произнес второй парень. – Говори по делу, или поехали, не хватало еще, чтобы трупаки снова сюда сбежались!

– Куда путь держим? – сделав серьезное лицо, спросил Серж. – Может, подбросить, а?

Друзья переглянулись, словно мысленно совещаясь говорить начистоту, или не стоит. Откуда им знать, кто эти двое? Мародеры? Или просто два абсолютно безбашенных отморозка, накурившихся наркоты и любящих разъезжать по городу на своей тачке, громя и убивая всех вокруг? А может, они работают на Десятника?

Версий было много, и парни, конечно, это понимали, поэтому с чистосердечным признанием никто не спешил. Чего уж говорить о напуганных жуткой бойней девчонках и пацаненке. Они стояли, не шелохнувшись, словно вросли в забрызганный кровью и гнойными выделениями асфальт.

– Понятно, боимся, значит, говорить, – заулыбался Серж.

– Опасаемся, – спокойно ответил Лёс.

– Слыхал, Макс, «опасаются», – хмыкнул водила, на секунду повернувшись к приятелю. – Молодцы, парняги, с головой!

Издевательский тон Сержа вызывал все большее негодование, Лёс сжал кулаки. Тем временим, взгляд нагло ведущего себя парня пал на девушек.

– А девочки в наше время редкость, тем более, такие красивые. – Маслянистый взгляд Сержа, казалось, раздевал двух подруг. – Повезло вам, пацаны, ох как повезло, может быть… это… ну, поделитесь по-братски?

– Слышь, ты… – не выдержал Пашка Клим.

– Эй, эй, эй, Серж, ты что-то перегибаешь палку, друг! – вмешался черноволосый атлет, и это, конечно же, немного разрядило обстановку. – Не надо гнать, мы же все люди, а люди должны помогать друг другу! На вот, лучше, затянись, расслабься, – он протянул наглецу «беломорину»¹, и тот с жадностью выхватил ее из его руки.

Секундная манипуляция со спичками, и Серж глубоко затянулся, подержал одурманивающий дым в легких и с кашлем выдохнул.

– А жратвы здесь тоже почти не осталось, – он вдруг резко сменил тему, оглядывая стоящих слезящимися глазами. – Проглоты все опустошили, а, как известно, после этих тварей практически ничего не остается, а если и уцелеет какая еда, то есть ее себе дороже!

– Что за Проглоты такие? – Саня Пона обрел дар речи, заинтересовавшись сказанным.

– Да это мы их так с Максом окрестили, – осипшим голосом ответил Серж, выпуская дым. – Жуткие твари, жрут все подряд, ничем не брезгуют, появились недавно, во всяком случае, мы их раньше не встречали, но успели обшарить почти все продовольственные магазины!

– Кислый, неприятный запах, который даже гниль вокруг перебивает, почуяли?.. уносите ноги, а то Проглот и вами не побрезгует! – сказал отрешенно качок Макс. – Ну, тронулись, Серж, хватит демагогии. – Он слегка саданул кулаком в бок товарища. – Такую информацию надо продавать, а не выкладывать каждому встречному, укурыш хренов!

– Спасибо, что помогли… – искренне сказал Лёс, видя, как Серж послушно завел машину.

– Не стоит благодарности, мы все равно все умрем. Не сегодня, так завтра! Это вторжение, пацаны, прямиком оттуда! – сказал осоловевший от выкуренного парень, подняв указательный палец вверх. – Оккупация, мать ее!

В уши стоявших ворвалась громкая музыка, машина, буксанув на месте, рванула вперед. А звучавшая из ее окон песня, как будто специально подобранная под этот момент жизни, звучала очень угнетающе:

Наш бренный мир задуман Им
Как царство света и покоя.
Наш мир и должен быть таким,
Но где вы видели такое?
Любому в душу наплюют
Не пощадив заслуг и судеб,
Тут и ограбят, и убьют,
И оболгут, и обессудят.
Люди, добрые люди
Пусть наш мир добром,
Добром прибудет!
Не подадут, не пощадят
На гроб земли не бросят горсти,
Друг друга поедом едят,
Хрустя, обгладывают кости,
Своих детей едят отцы
Творцы себя съедают сами.
По свету бродят мертвецы
С такими добрыми глазами.
Люди, добрые люди
Пусть наш мир добром,
Добром прибудет!

(«Король и Шут» – Добрые люди)

– Что он имел ввиду, «это вторжение, пацаны, прямиком оттуда»? – Клим смешно спародировал уехавшего.

– Да бред какой-то! – пожал плечами Пона. – Проглоты, вторжение, по-моему, эти парни просто обкурились, и несут всякую чушь!

– Недалеко от нашего дома, где мы долгое время скрывались с Олиным и Сережиным отцом, был магазин, – робко начала темноволосая, с длинными и пышными ресницами, несмотря на то, что накрашены они не были, Эльмира. – Помнишь, Оль, твой папа запретил нам самостоятельно ходить в него? – Оля кивнула, хотела что-то добавить, но не стала перебивать подругу. – …в тот день его не было дома, он ушел на поиски уцелевших людей. – Эльмира неспешно продолжала, пряча глаза от довольно пристального взгляда Дениса, которому девушка явно нравилась. – Нам захотелось шоколада, ну, «сникерсов» там, «марсов», в общем, ослушались мы…

– Давай по дороге расскажешь, стоять на открытом месте опасно, пошли. – Хоть и не хотелось Лёсу этого делать, но ему пришлось прервать девушку, чтобы продолжить путь.

Они осторожно побрели вдоль разрушенных зданий, изнемогая от невыносимого зноя, меж тем, Эльмира стала рассказывать вполголоса.

Конечно, поход двух девушек в магазин, Сережку они оставили дома, не закончился ничем трагическим, все обошлось. Однако теперь они знали, к чему могло привести их непослушание. Довольно обширный универмаг с расположенным на первом этаже продовольственным отделом был натуральным образом вычищен, что называется, под метелку. Переломанные, погнутые ряды прилавков лежали на полу, а все, что на них было, бесследно испарилось. Не все, конечно, кое-где встречались мятые обертки, гнутые жестянки и осколки стекла от разбитых банок, но все это покрывал толстый слой вязкой зеленоватой слизи. Слизь дорожками около полутра метров в ширину пересекала выложенный кафелем пол вдоль и поперек. В воздухе стоял кислый, тошнотворный запах, поэтому девушки, сразу же заподозрившие неладное, убрались прочь.

– Кто-то специально лишает нас еще одного шанса на дальнейшее существование, – задумчиво проговорил Лёс, когда Эльмира закончила свой рассказ. – Вам так не кажется, ребят?

Глава 5
Обреченные

– Юрий Алексеевич, нам удалось, мы взяли в плен одну из гадин! – заорал ворвавшийся в кабинет Слава Сивый, позабыв обо всех рамках приличия, так тщательно прививаемых ему боссом. – Мы с ребятами прочесывали 240 квартал, и тут они… свет, шум за домами! Ну, мы туда, чуть не ослепли, эта хреновина метров тридцать в длину… зависла, значит над землей, хорошо, что Фома с собой РПГ прихватил…

– Ты слюни-то подбери, – властный баритон оборвал взволнованную речь бандита.

Десятник оторвался от созерцания унылого ночного пейзажа за окном своей девятиэтажной резиденции, отгороженной от остального города четырехметровым забором. Электричество, вырабатываемое генератором, позволяло хозяину города освещать свое убежище и еще несколько сот метров за его пределами с помощью различных прожекторов.

– Новость и впрямь хорошая, – продолжил хозяин. На вид ему было чуть за сорок: высокий, широкоплечий, с черными, как смоль, волосами, в которых едва заметно пробивалась седина на висках, с холодными голубыми глазами. Одет он был в шикарный костюм кремового цвета, белую рубашку и галстук. – А вот еще раз без стука ввалишься, Сивый, отрежу ухо.

Слава Сивый – правая рука Десятника, жестокий и беспощадный, отмотавший немало сроков, в том числе, и за убийство, безвольно потупил взор под обжигающим, словно морозный ветер, взглядом хозяина.

– Что ж, пойдем, глянем на это чудо, – несколько смягчив тон, произнес Десятник. – Веди, Сивый.

* * *

Этот месяц, по большей части проведенный в подвале разрушенного дома, в убежище под названием Бункер, был самым прекрасным за всю недолгую жизнь подростка. Впервые в жизни Саня Пона был действительно счастлив и впервые любил и был любимым, отчего-то он не сомневался в словах, слетевших в порыве страсти с губ Оли. И даже тот факт, что за стенами убежища бродят живые мертвецы и неизвестные монстры, лишь чудом не обнаружившие их, не омрачали мысли сгорающего от любви парня.

Однако сегодня был особый день. День большой вылазки. Еда, принесенная две недели назад, закончилась, и друзьям снова надо было идти на поиски пропитания. Напичканные стандартными фразами, типа «все будет хорошо», «мы обязательно вернемся», «да мы сто раз так делали!», девушки со слезами на глазах и мальчик остались в бункере.

– Как у вас с Эльмирой? – хитрый взгляд Пашки Клима, оставшегося без второй половинки, пал на Дениса.

– В смысле?

– В плане секса?

Друзья часто делились своими сексуальными победами, смакуя пикантные подробности, касающиеся той или иной девушки. Однако в этот раз Лёсу не хотелось рассказывать друзьям о том, что было между ним и Эльмирой. Денис сам с удивлением заметил, что абсолютно не хочет этого делать. Ему даже стало стыдно и неприятно.

– Нормально, – пробурчал он себе под нос.

– Хех! – хихикнул Клим. – И ты туда же, что, тоже влюбился? Ну, вы, пацаны, даете! Ладно Пона, он впервые бабу попробовал, ну а ты, Лёс?!

– По-моему, ты просто завидуешь? – вмешался Саня Пона.

– С чего это? – хмыкнул Пашка. – Сюси-пуси, все эти сопли, зачем они нужны, чему тут завидовать?!

– Хорош гнать, вы не забыли, где мы находимся? – Лёс не на шутку рассердился на спорящих друзей. – Нашли время и место!

Парни притихли, озираясь по сторонам, понимая, что Денис прав. Охотничье ружье, пять патронов в придачу к нему, топор и бита – вот и весь арсенал, коим располагали путники. Дробовик Валеры, что Лёс взял себе, остался в Бункере, зарядить оружие было нечем.

Наступивший сентябрь так и не принес ожидаемую людьми прохладу. Казалось, что даже солнце не смогло пережить того, что творилось теперь на его излюбленной планете, и решило превратить ее в пепел.

Друзья медленно брели вперед, точно зная пункт своего назначения – магазин «Перекресток», единственное место поблизости, куда парни еще не рискнули сходить. Несколько часов пути по безлюдным, тихим улицам, – животные и птицы не встречались уже давно, разве что, их разлагающиеся тушки, – и они достигли цели.

Двери одноэтажного здания с красной вывеской, на которой значилось название магазина, как и почти все в этом городе, были снесены и валялись теперь рядом с многоступенчатым крыльцом. В помещении царил мрак.

Клим молча снял с плеча ружье, достал из рюкзака за спиной небольшой фонарик и примотал его скотчем к стволу. Найденный недавно Лёсом мотоциклетный шлем был переоборудован специально для поисков в темноте. Теперь он не только защищал лицо хозяина от заразной крови мертвяков, но и, с помощью установленного на нем фонарика, позволял исследовать мрачные улицы и дома оставшегося без электричества города.

– Значит, я пойду сзади, – сказал Пона, разведя руками. Фонарика у него не было.

– Значит, пойдешь, – согласился Лёс, надевая шлем.

Первым в магазин вошел Клим, потом Лёс и Пона, щелкнули кнопки фонариков, и два ярких луча метнулись вдаль. На первый взгляд, все было более или менее в порядке. Продукты питания, пусть и просроченные, а многие просто испорченные беспощадной жарой, лежали там, где им и полагалось лежать. Кое-что, конечно, валялось на полу, было разбито, растоптано и рассыпано.

– Так, сначала все осматриваем, убеждаемся, что все нормально, потом набиваем рюкзаки, – проинструктировал Лёс.

Друзья, не разделяясь, принялись за осмотр магазина. Это только в дешевых голливудских ужастиках герои расходятся поодиночке, когда явно чувствуется угроза. В жизни все не так, друзья прекрасно понимали, что вместе они хоть какая-то сила, врозь – ничто.

– Что за хрень?! – возмущенно зашипел Пона, когда его нога с чавкающим звуком вляпалась во что-то на полу.

– Слизь, – одними губами проговорил Клим, осветив пол помещения, и добавил шепотом, округляя глаза: – Да и кислятиной несет неимоверно.

– Теперь совсем тихо, к выходу, быстро, – прошипел Лёс, нервно перехватывая топор. – Пошли, пош…

Он не успел договорить, грохот опрокинутого прилавка с едой заглушил все звуки, заставил от страха и неожиданности подпрыгнуть на месте. Вынырнувшее из разлома в полу существо громко и протяжно замычало, взгромоздись на поваленную конструкцию.

Бах!!!

Выстрел дуплетом испугавшегося не на шутку Клима, чей луч фонаря первым осветил монстра, прозвучал оглушительно громко. Тварь около двух метров в длину, напоминающая гусеницу и слизня одновременно, дернулась, получив заряд в грудной сегмент своего зелено-коричневого тела, покрытого щетиной острых игл. Челюсти, которым позавидовал бы любой аллигатор, судорожно заклацали, Проглот бросился в атаку. Люди метнулись врассыпную. Несмотря на внушительные размеры и массу, существо двигалось на удивление быстро. Действовать в соответствии с поговоркой «за двумя зайцами погонишься, ни одного не поймаешь», Проглот не стал. Его целью – неизвестно, по каким соображениям, если вообще этому существу присуще мыслить, – стал Лёс. Разнося все на своем пути, гигантская гусеница-слизень гналась вслед за бегущим к выходу человеку.

Видя незавидное положение друга, Клим, зарядив ружье, бросился наперерез монстру.

Бах! Бах!

Новые выстрелы загремели в мрачном помещении. Самодельная дробь из рубленых гвоздей и шариков от подшипника вошла в мягкое тело Проглота, как нож в масло. Тварь зашипела, струи зеленой слизи вырвались из простреленного тела.

– Лови, сука!!! – хрипло заорал Пона, вскакивая на судорожно сотрясающегося Проглота и нанося удар битой, усеянной острыми иглами арматуры, заменившими часто гнувшиеся гвозди. – Тварь вонючая!!!

Несколько быстрых ударов Поны, в результате которых голова монстра превратилась в вязкую кашу, конечно же, сыграли немалую роль. Однако Проглот и не думал сдыхать – еще секунда, и подброшенный вверх парень падает на залитый слизью пол. Выпрыгнувший из-за прилавка Лёс появился как нельзя кстати. Топор со свистом врезался в мягкую плоть твари, разбрызгивая слизь по сторонам. Проглот выгнулся дугой в предсмертных конвульсиях и затих. Подскочивший к друзьям Пашка Клим наставил на гадину ружье, последний заряженный патрон ждал своего часа.

* * *

– Мы его связали, ну так, на всякий случай, чтобы не трепыхался, – некрасивое, все в мелких рубцах, словно изъеденное оспой, лицо Славы Сивого приобрело услужливое выражение, когда он взглянул на хозяина. – Отворяй калитку, Фома.

Невысокий, мордатый толстопуз в растянутой камуфляжной майке сдвинул железный засов. Толстая ржавая дверь протяжно скрипнула, открываясь.

– Пришлось повозиться немного с его «доспехами», но ребята справились, – хвастливо сказал Сивый, заходя в мрачную комнатушку с висящей под потолком тусклой лампочкой.

Молчаливый, погруженный в свои мысли, Десятник зашел следом и застыл в изумлении.

В углу обшарпанной, сырой комнаты, которую так и хотелось назвать камерой, стояло нечто, выпучив на вошедших два огромных, как блюдца, черных глаза. Высотой оно было не более полутора метров, длинные худые руки, притянутые к телу веревкой, висели чуть ниже иксообразных ног, заканчивающихся большими трехпалыми стопами. Свет в камере был тусклый, но даже при таком скудном освещении было видно, что цвет кожи этого существа – тёмно-жёлтый. Кожа была настолько тонка, что скелет уродца был виден на просвет, как на рентгеновском снимке. Большой, лишенный волос, череп существа настолько не гармонировал с худым тельцем, что казалось, державшая его тонкая и длинная шея готова вот-вот сломаться.

– Даже и не знаю, что сказать, Сивый, – нарушил затянувшеюся паузу Десятник. Впервые в жизни на его лице была заметна неуверенность. – С живыми мертвецами я смирился, с монстрами тоже, а теперь, вот, инопланетяне, как их там, гуманоиды! Это слишком, даже для меня.

– Шеф, а давайте грохнем его! – оживился Фома. – Они это все затеяли, вот и спросим с чудика по полной…

– Фома, закрой хавальник, – сморщился Сивый. – Хочешь кого-нибудь замочить, так отправляйся с Косым, он с ребятами через час в ночной рейд собирается!

Гуманоид, все это время наблюдавший за людьми немигающими, бездонными, как космическая бездна, глазами, сделал робкий шаг вперед. Вены на его черепе вздулись, ротовая щель раскрылась, испуская какой-то непонятный звук-писк.

– Чё это он? – Фома передернул затвор Макарова.

– Наш космический гость хочет что-то сказать, – спокойно произнес Десятник.

В это время голова существа засветилась, словно бы изнутри, становясь прозрачной, так, что стоящим людям открылась картина довольно крупного головного мозга, в отличие от земных существ, имеющего три полушария.

Люди застыли, не в силах стронуться с места или пошевелить конечностями. Информация, что гуманоид транслировал им в головы, была одной и той же, только подавалась по-разному, исходя из умственных способностей индивидуума.

В глазах Десятника пестрело от смены ярких картинок-образов, с каждым мгновением открывавших ему тайну, отвечавших на засевшие в мозгу вопросы. Он узнал все. И от осознанья всего не становилось легче. Хозяин города понимал: его жизнь, его город, в конце концов, вся планета со всеми ее формами жизни – обречены!

* * *

Обратная дорога была адски трудна. Обессиленные многомесячным полуголодным существованием и нестерпимой жарой, нагруженные тяжелыми рюкзаками с раздобытой пищей, молодые люди тащились по раскаленному асфальту. Бой с Проглотом, пусть и короткий, забрал оставшийся запас силы. Люди были на грани обморока.

Лёс отшвырнул пустую бутылку из-под минеральной воды, покосился на друзей, шагающих вперед с молчаливым упорством.

– Надо передохнуть, – еле слышно сказал он, направляясь в тень от разрушенной пятиэтажки.

Клим снял с плеча ружье и первым делом осмотрел подъезд здания, убедившись, что никого в нем нет, присоединился к расположившимся на лестнице, мокрым от пота, друзьям.

– Что скажете о Проглоте? – спросил Лёс, доставая из кармашка на рюкзаке потерявшую всякую форму шоколадку.

– Да что тут скажешь, тварь, одним словом, – тихо произнес Клим, поднося зажженную спичку к сигарете. – Но, благодаря нам, этих гадин стало на одну меньше.

– Да не, я не о том. Откуда они взялись? Да и вообще, за последнее время монстров стало больше… С Переродышами все более или менее ясно, это мутировавшие в утробе матери детеныши. А вот Главари и Проглоты – это ж чистой воды монстры, которые не имеют никакого отношения к людям.

– Это ты к чему клонишь? – Пона, как заядлый курильщик, только завидевший, как кто-то рядом задымил, полез за сигаретами.

– Что кто-то специально их на нас натравил, ну, может быть, это было и не специально…

– Типа, США разрабатывало новое бактериологическое оружие, что-то пошло не так, твари вышли из под контроля, – продолжил бодро Пашка Клим. – Вырвавшиеся из лаборатории уроды стали кусать и жрать людей, попутно заражая их каким-то вирусом, заставлявшим трупы оживать.

– Ну, как одна из версий, конечно, годится, – согласился Лёс, откусывая расплавленную сладость. – А почему сразу США?

– Ну, не знаю… мне кажется, у нас в России у всех где-то на подсознательном уровне принято считать Америку потенциальным врагом.

– Ага, а у них наоборот, – улыбнулся Саня Пона. – Вот сидит сейчас какой-нибудь среднестатистический нигер, не посвященный в правительственные тайны, и на чём свет стоит поливает Россию, мол, заразили, суки, весь мир своей отравой!

– Как бы там ни было, кто-то в этом точно виноват, – заключил Лёс. – Все эта «эпидемия» началась с Главарей, они заразили людей и стали управлять ордами мертвецов. А вот появление Проглотов опровергает твою, Пашка, версию. Монстры появились совсем недавно, а значит, наш главный враг жив и руководит всем процессом. Проглоты засланы для одного – лишить нас оставшейся еды, а значит, совсем ослабить. Это не спонтанная бактериологическая катастрофа, а четко спланированная операция планетарных масштабов!

– Допустим, это так, – спокойно сказал Клим, затушив окурок. – Но от того, что мы приблизимся к правде или узнаем ее, ни хрена не легче.

– Меня больше заботит, как там девчонки без нас, – выглядывая из подъезда, сказал Пона. – Пойдемте скорее, а то что-то на душе неспокойно.

Глава 6
Ответы, что порождают вопросы

– Мой батя говорил: «Дом – это когда тебя там кто-то ждет, а если ждать некому, то это просто пристанище», – сказал Саня Пона в оправдание.

– Значит, ждет тебя Ольга, своего кормильца ненаглядного, – продолжал язвить Пашка Клим. – А может, она просто жрать хочет, и при встрече не на тебя кинется с объятиями, а на рюкзак с едой!

– Да иди ты! – обиделся Пона. – Тебе лишь бы все обосрать, что ты за человек?!

– Нормальный я человек, – развел руками Клим. – Я это к чему говорю, время сейчас не такое, не до любви тут, не до высоких чувств, не сегодня-завтра тебя или ее не станет, и что потом?! Разбитое сердце, слюни, сопли пузырями…

– Мать твою, накаркал! – не в силах сдержать крик отчаянья, заорал шедший молча Лёс.

Увиденное ввергло друзей в жуткий, заставляющий цепенеть каждую клеточку организма, шок. Тщательно замаскированная скоплением мусорных баков, всевозможным сторойматериалом, которого было в достатке в разрушенном городе, дверь Бункера, находящегося в подвале здания, была открыта, и оттуда столбом валил черный, густой дым.

– Эльмира! – первым сообразил что к чему Лёс и бросился в подвал. – Эльмира!!!

Расстояние в шестьдесят метров было преодолено с такой скоростью, что ее смело можно было занести в книгу рекордов Гиннеса. Лишь вынырнувший из дыма живой мертвец заставил друзей в ужасе отпрянуть назад. Мальчик Сережа, с едва державшейся на обглоданном, окровавленном позвоночнике, головой, протяжно замычал, выставив вперед изувеченные, обгоревшие руки.

Еще не до конца веря в страшную действительность, Лёс на автомате махнул наотмашь топором. Голова мальчика с глухим звуком ударилась об асфальт, страшно кривляясь и изрыгая черную жидкость.

Тем временем, Пона с бледным, покрытым холодным потом, лицом, нисколько не опасаясь за то, что может случиться, натянул марлевую повязку и прошмыгнул внутрь Бункера. Забежавшие несколькими мгновениями позже Лёс и Клим едва не упали от увиденного. Все, что они с таким упорством и трудом наживали, обустраивая и усовершенствуя свое убежище, все было уничтожено и постепенно исчезало в вечно голодной пасти огня. Дым заполнял довольно просторное помещение, поделенное на несколько комнат перегородками из гипсокартона или просто старыми шкафами.

– Пона! – закричал Клим. – Саня, ты где?

В ответ ему откуда-то из-за завесы дыма прилетел полный ужаса и отчаянья крик друга.

– Эльмира! – мечась по подвалу, вопил Лёс. – Ты где, Эльмира?!!

Мертвец, как и положено по законам жанра, если конечно происходящее было бы фильмом, возник неожиданно, словно материализуясь из дыма. Холодные руки вцепились в одежду Дениса, но парень, находясь, что называется, за пределами своих возможностей, открывающихся в человеке в особо критических ситуациях, среагировал незамедлительно. Отшвырнув гнильца к стене, при одной только мысли, что этот ходячий труп мог укусить Эльмиру, внутри парня все закипало. И одним отработанным ударом снес ему голову топором. Обезглавленное тело рухнуло под ноги, разбрызгивая струи красно-черной жидкости, бьющей будто под давлением.

Тем временем, Пона, задыхаясь в дыму, забрызганный свежей кровью убитого несколькими мгновениями раньше мертвяка, ворвался в маленькую комнатку. В ту самую комнату, которая стала для него самым прекрасным местом на земле. В ту самую комнату, где он стал мужчиной, и где они с Олей проводили бурные, жаркие ночи.

Она лежала на их тесной, но такой родной и мягкой кровати вниз лицом и, казалось, уже не дышала.

– Оля!!! – парень подскочил к возлюбленной, теребя девушку за плечо.

В тот же миг она резко обернулась, «обжигая» Пону пустым, ничего не выражающим взглядом мертвых глаз. Времени на выражения чувств просто не было, мертвячка с вырванным из шеи большим шматком мяса незамедлительно перешла в атаку. На плохо соображающего из-за шока парня обрушился шквал раздирающих кожу ударов. И кто их наносил? Она, его Оля!

«Нет, это уже не она, это зомби, живой мертвец, бей его, что ты стоишь, как истукан! – зло огрызнулось сознание. – Бей, если хочешь выжить!»

А хотел ли Пона в данный момент жить, он и сам не знал. Зачем? Для чего? Когда недавно обретенный смысл жизни был утрачен.

Однако один из древних инстинктов, такой, как самосохранение, возобладал над разумом. Встречным ударом ноги в грудь Пона опрокинул мертвячку на пол, а дело довершила, как и всегда, – бита. Смотреть на то, что осталось от Олиного лица, раздробленного ударом, не было ни желания, ни сил. Глаза его были защищены от дыма плотно прижатыми очками, однако слезились они совсем от другого. Пона выскочил из комнаты и тут же получил удар, сбивший его с ног. Дыхание сбилось, парень рванул на себе марлевую повязку. Но чем дышать? Все вокруг затмила серо-черная пелена, из которой на него набросился живой мертвец. Двухметрового роста мужик с отваливающимся от костей гнилым мясом тяжело брякнулся на выставившего вперед ноги человека. Пона попытался откинуть зомби, но тот уже вцепился в его потрепанные джинсы, с треском раздирая ткань. Силы оставляли задыхающегося в дыму парня.

– А ну слезь с него, мразь! – заорал подоспевший вовремя Пашка Клим, ударом в бок сбивая мертвеца с Поны. – Получи, сука! – Приклад охотничьего ружья разбивает череп, как переспевший арбуз.

– Руку давай, – возникший откуда-то сзади Лёс в мотоциклетном шлеме с опущенным стеклом, из-за чего его голос слышался приглушенным, не церемонясь, рванул друга с пола. – Уходим, их тут слишком много, никого и ничего уже не спасти, все сгорело!

Друзья, надрывно кашляя, бросились к выходу. Лёс, не нашедший Эльмиру, все еще вертел головой по сторонам в поисках девушки, однако понимал, что шансов выжить у нее точно не было.

Как это произошло? Что же случилось тут у них? На эти вопросы уже никто и никогда не ответит. Мертвые научились ходить, научились есть, но разговаривать они еще пока не умеют. Пока? А может, уже и этому обучились?

У самого выхода, где дым немного развеивался, замелькало несколько размытых силуэтов. Мертвецы, раскачиваясь из стороны в сторону, на негнущихся конечностях двинулись на людей.

Рвущиеся к спасительному кислороду друзья даже не притормозили для отражения атаки. Зомби попросту были сбиты с ног, а парни, пробежав мимо, вылетели на улицу.

– Лёс, друг, нужна твоя помощь! – едва откашлявшись, взмолился Пона. – Точнее, твоего топора…

– Что? – снимая шлем с мокрой от пота головы, переспросил Денис.

– Да вот что, – парень вытянул правую руку, демонстрируя рваный укус. – Оля, она успела укусить меня… – Слезы затмили глаза парня. – Успела до того, как я ее… черт! Но почему так? Почему?!!

– Тихо, Саня, успокойся. – Клим попытался приобнять за плечи, трясущегося в начинающейся истерике друга. – Тихо, мы что-нибудь при…

– Да что тут думать, руби! – заорал Пона, брызжа слюной. – Что встал, Лёс? У тебя есть топор, руби по локоть, мать ее, может, успеем, пока зараза не расползлась по всему телу!

– Но как, ты что…

– Я сказал, руби! – он подскочил к бетонному ограждению, что тянулось вдоль уходящей в подвал лестницы, кладя руку на бордюр. – Давай же, не тормози, или ты хочешь, чтобы я превратился в одну из этих тварей?!!

– Я не уверен, что это поможет, – робко приближаясь к другу, сказал Лёс, сжимая рукоять топора мокрыми ладонями. – К тому же, кровь надо будет чем-то остановить, а у нас даже аптечки нет, все сгорело…

– Ты долго будешь тянуть?!!

Друзья никогда еще не видели в Поне столько бесстрашия и решимости, казалось, даже, что он чудесным образом повзрослел на много лет, и все это случилось за каких-то несколько минут, проведенных в подвале.

– Давай я, – предложил Клим, смотря на растерянного Дениса. – Ну, если ты не можешь, а?

– Хорош рядиться вам, время идет!

Клим с убийственным спокойствием выдернул топор из вялых объятий Лёса и, не секунды не мешкая, рубанул по вытянутой руке.

– А-а-а-а-а-а!!! – жуткий крик боли резанул по ушам, отрубленная по локоть рука упала вниз, на лестницу, а Пона после нескольких секунд созерцания всего этого провалился в беспамятство.

– Кровь надо остановить, нужны чистые шмотки! – сказал Лёс, скидывая с плеч рюкзак. – Зажми рану, Клим, да смотри, чтобы кровь в лицо не попала, а то кто его знает…

Вытащенная из рюкзака футболка в один миг была разорвана и превращена в жалкое подобие бинтов, а выдернутый из штанов ремень использован как жгут, которым Денис затянул кровоточащий обрубок руки. Считавшиеся когда-то бесполезными уроки ОБЖ, на практике доказали обратное. Главное теперь со временем не перестараться, наложенный жгут нельзя держать более двух часов, ткани отомрут, а попадание в кровь токсинов приведет к смерти.

– Обеззаразить бы, – предложил Пашка, вытирая замаранные кровью друга руки прямо об штаны.

– Я водку в магазине прихватил, – Лёса трясло, и он с трудом открыл бутылку, сделал глубокий глоток прямо из горла. – На, – он протянул горячительное другу.

Пашка приложился к бутылке, словно умирающий от жажды к воде, остатки водки, а это ровно полбутылки, он, не колеблясь, вылил на окровавленную культю. Пона по-прежнему не шевелился, находясь в спасительном беспамятстве. Что будет тогда, когда парень придет в себя? А может, уже и не придет? Лёс на всякий случай прослушал пульс лежащего и, немного успокоившись, сказал:

– Давай его в тень перетащим.

Они взяли истощенного за несколько месяцев Саню Пону, – и кто сейчас поверит, что некоторое время назад он весил больше ста килограммов, – и положили в тень растущих вдоль здания деревьев.

Выпитое спиртное и нестерпимая жара сделали свое дело. Друзья, пережившие немалый шок, лежали на траве, позабыв о всяких мерах предосторожности. Однако в отличие от Клима, что судя по мерно вздымающийся груди – спал, Лёс никак не мог успокоиться.

Эльмира, где она, что с ней? Может быть, он просто не встретился с ней там, в Бункере, и она совсем рядом, только наверняка укушена, и больше никогда не узнает его. Спускаться в выгоревший подвал не было никакого смысла. А что, если ей удалось сбежать до того, как мертвяки заполонили убежище? Тогда где она, где теперь ее искать?

На душе парня было так тоскливо и настолько пусто, что, казалось, никто и ничто не сможет восполнить эту утрату.

– Лёс, эй, слышишь? – услышал Денис только после того, как Пона толкнул его оставшейся рукой в бедро. – Воды дай, друг.

– А… сейчас, сейчас, – засуетился парень, бросившись к рюкзаку. – Ты как, сильно болит? – спросил Денис, поднося горлышко пластиковой бутылки к потрескавшимся губам Поны.

– Да как будто руку отрубили, – жадно проглотив жидкость, пошутил Саня Пона, сделав попытку улыбнуться, но на искореженном от боли лице выглядело это не очень.

– Терпи, братан, главное, чтобы это зараза не проникла дальше в твое тело, надеюсь, мы успели.

– Да конечно успели, – хрипло произнес Пашка Клим, переворачиваясь на живот и протирая глаза. – Надо бы лекарствами разжиться, антибиотиками, бинтами, одной водкой тут не обойдешься, жара все-таки, инфекция может начаться.

– Ага, – согласился Лёс. – А что дальше делать будем, у нас теперь ничего нет, наш Бункер сгорел дотла?

– Ничего и никого нет, – добавил тихо Пона.

Друзья замолчали, озираясь по сторонам, будто только сейчас осознав всю серьезность своего положения. Что делать дальше? Один главный вопрос пульсировал в головах людей, из которого, конечно же, вытекали и другие, не менее важные вопросы, однако ответы на них никто не знал.

Впрочем, долго размышлять над навалившимися проблемами им не пришлось, судьба-злодейка вновь подкинула подарок, только вот пряник это был, или кнут, надо было выяснить.

– Что-то едет сюда, – сказал Лёс, подымаясь с выгоревшей от солнца травы и беря в руки топор.

– Черт, у нас даже оружия нормального нет, чтобы отмахнуться, – зло сплюнув, зашипел Клим, беря на изготовку свое ружье, в стволе которого по-прежнему оставался последний патрон.

Убегать и прятаться с раненым Поной, который даже подняться не мог, уже не было времени. Будь что будет, не сговариваясь с друг с другом решили парни. Произошедшее вконец развинтило психику молодых людей, притупив многие жизненно важные ощущения.

Из-за дома №15 по улице Пацаева выехала «Нива-Шевроле» и неспешно двинулась в сторону друзей. Водитель не сразу заметил в тени деревьев людей, один из которых сидел на земле, привалившись спиной к стволу карагача. Свернуть ему было некуда, а эти люди вполне могли оказаться мертвецами, поэтому человек, находясь за рулем, выставил в открытое окно ствол Калашникова.

– Эй, мы живые! – крикнул Лёс, помахав ему рукой. – Не стреляй, мужик!

Машина поравнялась с друзьями, неприятной внешности мужик, с изъеденным будто оспой, лицом с неприязнью взглянул на парней.

– Мужик, аптечка есть? – сразу решил перейти к делу Клим, опуская ружье. – Срочно надо, наш друг ранен…

– Мужики в поле, землю пашут, а я Сивый, – резко оборвал его незнакомец, все еще держа друзей на прицеле автомата. – С чего вы решили, что я буду вам помогать?

– Да хоть Рыжий, мне насрать! – взорвался Лёс. – Делай, что хочешь, у тебя автомат, мы перед тобой все равно безоружны! А помогать ты должен, дядя, потому как ты еще живой и что-то человеческое в тебе наверняка осталось!

– Нарываешься, сопляк, – без эмоций на лице сказал Сивый, зато блеснувшие глаза его не смогли скрыть негодования. – В другое время я бы не пожалел для тебя с пол-обоймы.

– Короче, дашь лекарства? – вмешался в начавшуюся перепалку Клим. – Нам тут не до разборок, к чему они сейчас?

– Хрен с вами, пацаны, дам! – Сивый убрал автомат на пассажирское сиденье и вылез из машины. – Вижу, пацаны, вы упрямые и толковые, раз до сих пор еще живы в этом городе! Это мне импонирует очень. – Он открыл заднюю левую дверь, окунулся в салон и через секунду достал пластиковую коробочку с красным крестом на крышке. – А что именно нужно, что с вашим корешем?

– Руки у меня нет, – тихо произнес Саня Пона, оторвав затылок от шершавого ствола дерева. – Как же болит, сука!

– Ох, мать твою, хреновые дела твои, пацан, у меня в аптечке кроме зеленки с аспирином ничего и нет!

– Дольше ломался, блин, – с досадой пробубнил Клим. – И что теперь делать?

– Тут аптека недалеко была, – невозмутимо начал Сивый, он, казалось, ничего не опасался и вел себя уверенно и свободно, словно знал парней много лет. – Можно там…

– Вот именно, была, – развел руками Лёс.

– Так, ну ладно, – после нескольких секунд раздумья изрек Сивый под пристальным взглядом друзей. – Какие планы на будущее?

Сначала всем показалось, что он просто издевается, вдруг заинтересовавшись их судьбой. Однако это ощущение сошло на нет, когда, не выдержав, Сивый заорал:

– Вы что, тормоза?! Я серьезно, ваш друг загибается, а вы как глухонемые!

– Нет у нас планов… больше, – стараясь, чтобы его голос звучал увереннее, произнес измученный болью и жарой, Пона.

– Да, нет, – подтвердил Лёс, оглядывая друзей. – Ну не к Десятнику же на службу идти.

– Э-э-э, ребят, с этим вы явно опоздали, нет больше Десятника! – Сивый хлопнул в ладоши. – Был, и нет!

– Как это? Ты-то откуда знаешь? – смотря на него с любопытством, спросил Лёс.

– Я много чего знаю, – напуская туман, ответил Сивый. – А то, что Десятника, как и его группировки, больше не существует, вы узнаете из первых, как говорится, уст. Я был там, я все видел. Видел, как погибали мои кореша, один за другим! Видел, как испарился мой босс, рассыпавшись на моих глазах горсткой пепла!

– Ты один из Десятников? – уже зная ответ, спросил Клим.

– Я был его правой рукой.

Отчего-то никто не усомнился в сказанном, друзья застыли, переваривая информацию.

– И кто эти герои, что разбили непобедимого, наводившего страх даже на мертвецов, хозяина города? – шутливо поинтересовался Лёс.

– Расскажу по пути, берите своего раненого бойца и прыгайте в машину!

– А куда едем?

– В аптеку, на Комсомольской еще вроде не все растащили, может быть, чем-нибудь нужным разживемся.

Сомневаться в том, что они поступают, мягко говоря, легкомысленно, у парней, опять-таки, не было времени, на кону стояла жизнь друга. И чаша весов, конечно же, склонялась к ее бесценности.

Через минуту они уже мчались по знакомым с детства улицам, «преобразившимся» благодаря беспощадной войне за выживание.

– А сейчас, ребятки, попрошу вас притихнуть, потому как два раза я никому не собираюсь повторять одно и тоже, – начал Сивый, не отрываясь от дороги, суровое выражение его и без того не особо симпатичного лица было повнушительнее других разъяснений. – Все вопросы потом, – он сделал паузу, в течение которой совершил резкий поворот для сокращения пути, и начал:

– Когда началась эта херня, вы и сами знаете, поэтому рассказывать подробности, как мы подмяли под себя разрушенный город, нет смысла. Перейду к сути. Юрий Алексеевич, известный вам, как Десятник, был человеком особого склада ума. В то время, как другие просто пытались выжить, борясь с толпами оживших мертвецов, он заставлял нас отлавливать их, как это ни смешно звучит, – живьем, и помещать в оборудованную на скорую руку лабораторию. Многим из наших это, конечно, не нравилось, но приказ есть приказ. Любознательность нашего босса не знала границ, он собственноручно потрошил зомбаков, выискивая в них что-то, что не давало разлагающемуся телу спокойно лежать на радость червям. Попытки докопаться до истины, узнать, кто или что было причиной случившегося, привели к тому, что день и ночь наши патрули колесили по городу и за его границами в поисках чего-то подозрительного. И первым, кто привлек наше внимание, был, а точнее, были монстры, что каким-то образом могли управлять небольшими отрядами мертвецов, мы назвали их – Бригадирами, знакомы с ними?

– Да, – не сразу ответил Лёс, сидевший на соседнем сиденье, опасаясь, что Сивый не очень-то ждет ответа. – Только звали мы их Главарями.

– Ну, изловили мы одного, ох, чего нам это стоило, – продолжил спокойно бандит, крутя баранку. – При первом же осмотре, когда смогли успокоить эту гадину лошадиной дозой разнообразного снотворного, которое только нашлось, стало ясно, что тварь не имеет никакого отношения к людям. К тому же, монстр был живой, дышал и гадил! Потом были опыты, мы отловили какого-то бедолагу и закинули в камеру с Бригадиром. Все подтвердилось, через тридцать минут обглоданный труп мужика чудесным образом воскрес и, по приказу того же Бригадира, бросился выламывать железные прутья решетки. Вскоре настал черед еще одного открытия, за которым, так сказать, не надо было и ходить. Рома Кардан, паскуда, скрыл от братвы совсем малюсенькую подробность своего ночного патруля – его укусил мертвец. Сдала дурака его же баба, когда тот напал на нее средь ночи и укусил. Его мы замочили, а вот его беременную жену Десятник велел оставить. С ней начало твориться совсем необъяснимое, а как итог, баба родила, не доносив положенного срока, только вместо розовощекого младенца мы увидели жуткого урода. Подобные этому твари стали встречаться нам и в городе, только размеры у них были разные, очевидно, исходя из возраста. Назвали мы их – Переродышами. Все, нами найденное, разожгло любопытство даже в тех, кто не совсем понимал босса в его рвении… – до нужной аптеки оставалось полпути, поэтому Сивый немного снизил скорость, не переставая вкрадчиво пояснять: – кто или что за этим всем стоит? Этим вопросом стали бредить буквально все. А ответ нам дал очередной ночной рейд, в котором я непосредственно принимал участие. Первый раз мы увидели огни в небе и решили, что это вертолеты, однако шума, издаваемого ими, не было, поэтому эта версия сразу отпала. К тому же, объекты, беззвучно слоняющиеся по ночному небу, чтобы изредка прижаться почти к самой земле, выглядели совсем по-иному и двигались, нарушая все законы физики.

– НЛО! – не выдержал Пашка Клим, сидевший на заднем сиденье с бледным Поной.

– Да! – Сивый повысил голос. – Я тоже доклал Десятнику об этом, на что он отреагировал весьма бурно и сказал, чтобы мы завязывали с наркотой. Теперь поиски инопланетян стали моей основной работой, я хотел доказать боссу, что прав. И это вскоре удалось сделать. В тот раз мы не принимали решительных действий, а просто засняли весь процесс на камеру. На записи, благо техника сейчас то, что надо, было видно, как странные летательные аппараты десантируют на землю монстров, названных нами Бригадирами.

Лёс едва сдержал эмоции, оглянулся на друзей, находящихся в таком же состоянии.

– Тут уж Десятнику ничего не оставалось поделать, как поверить. Правда, после второго доказательства, когда нам с ребятами удалось сбить одну из тарелок и захватить сраного гуманоида, ему и всей нашей бригаде оставалось жить несколько часов!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

«беломорина» – «Беломоркана́л» – папиросы эпохи СССР, до сих пор в ходу. Часто используются для «забивки» травки.

Вернуться