Некролог убийце
Детективный роман
Мушфиг Хан

Memento mori!¹

Memento te hominem esse!

Respice post te? Hominem te esse memento!

¹Помни о смерти!

Просто помни, что ты человек!

Обернись и просто помни, что ты человек!

Переводчик Нарханум Джафарова

Редактор Елена Арсланова

Иллюстратор Теймур Фарзи

© Мушфиг Хан, 2017

© Нарханум Джафарова, перевод, 2017

© Теймур Фарзи, иллюстрации, 2017

ISBN 978-5-4490-0488-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Когда я вижу красивую девушку, у меня сразу появляются две мысли. Сначала мне безумно хочется её любить и ценить. Но перед глазами появляется образ её головы, висевшей на кончике ножа.

Эдвард Гейн, (Эд Гейн) серийный убийца

– 1 —

Посмотрев ещё раз в зеркало, она провела своими нежными пальцами от краёв губ по шее и остановилась между пышными грудями. Её пылким нравом сейчас как будто правила осенняя пора. Несмотря на все старания скрыть тревогу, от волнения всё тело периодически пробиралось дрожью. Звук льющейся воды врезался в её сознание. Она попыталась губами поймать струйки холодной воды, набрав её в свои тёплые ладони. Капельки скатились между грудями и слегка остудили её горячее тело. Новые чувства, доселе не посещавшие девушку, заставили вспомнить о нём. Сейчас, как никогда раньше, она хотела, чтобы он был рядом. И вдруг поняла, что опаздывает на самое важное свидание в своей жизни. Не отходя от зеркала, кончиком указательного пальца она приоткрыла форточку и вздохнула свежего воздуха. Всё тело как будто пылало огнём. Ей надо было торопиться.

Дома все ещё спали. Она быстро откинула тонкий шёлковый халатик и начала натягивать коричневые капроновые колготки. Они совсем не сочетались с аккуратно выглаженной тёмно-зелёной мини-юбкой, которая обтягивала её бёдра. Посмотрев на себя в зеркале, она на мгновенье задумалась о том, как же сводит с ума мужчин её молодое тело. К реальности молодую девушку вернули мысли о Захиде. За месяц их знакомства он неоднократно проявлял свою ревность. На минутку ей стало стыдно. Он ждал её, а она не торопилась. Через несколько минут, наконец, тихонько покинула квартиру.

***

В автобусе она вспомнила, что забыла закрыть воду в ванной и где-то в комнате оставила колготки. Вдруг по всему телу пробежала холодная дрожь. Но короткие сообщения, приходящие от Захида вернули её в реальность. Не прошло и несколько минут, как она ответила:

– Скоро буду…

Получив сообщение с сердечками, она уже не могла скрыть своей улыбки и восторга. Это были минуты абсолютного счастья, которое переполняло её сердце.

Сойдя на следующей остановке, она всё ещё думала о забытом открытом кране в ванной комнате. Ведь, вернувшись домой, надо будет в очередной раз солгать маме. Но, встретившись взглядом с ним (Захид давно уже ждал её на другой стороне дороги), она закружилась в потоке счастья.

***

Прошло пять часов…

Гюнай должна была сойти на следующей остановке. Эмоции переполняли её сердце. Она не могла собраться после пережитой страстной близости с Захидом. Мысли о том, что она скажет дома, не давали ей возможности сосредоточиться. А может просто надо всё скрыть.

Автобус, как всегда, был переполнен, и это раздражало её ещё больше, чем обычно.

– Девушка, садитесь, – указав на пустое место, обратился к ней молодой студент. Отодвинув свой наполненный книгами рюкзак, он предложил ей сесть.

Мысленно Гюнай настолько была далека, что проехав свою остановку, едва успела крикнуть: «Остановите!». Почувствовав на себе пристальные взгляды пассажиров, она второпях сошла с автобуса.

– Я же только что останавливал, – возмутился водитель.

Гюнай спустилась и посмотрела вслед отъезжающей маршрутке. «Да ну их к чёрту», – подумала Гюнай. Распущенные волосы касались её горячих щёк. Она мечтала добраться до кровати и заснуть, миновав долгие допросы матери. Сейчас ей ни о чём не хотелось думать.

– 2 —

Прошло 3 дня…

Кто-то бесперебойно звонил в дверь. Гюнай не хотелось покидать тёплую постель, но звуки всё больше её раздражали. Кто бы мог быть в такое время? Днём брат всегда бывает в университете, а мама – на работе. Ну а вспоминать об отце вообще не хотелось. Он месяцами пропадал в соседней стране, строил неизвестный никому бизнес и ни разу не прислал им ни копейки. Все расходы и тяжести обыденной жизни лежали на плечах её матери Хатире. Она еле-еле сводила концы с концами, работая в одном из салонов красоты. Целый день, угождая капризным клиентам, мама возвращалась домой изнеможённая от усталости.

Наконец Гюнай решила встать и открыть дверь. Три дня, проведенные в постели, она то и дело вспоминала минуты сладостных прикосновений, пережитые с Захидом в тот незабываемый день. Теперь она уже не была невинной. На мгновенье ей так захотелось кому-то рассказать о своей тайне. Но Гюнай прекрасно понимала, что такое поймёт не каждый. Может, мама и выслушала бы дочь, но страх и стыд переполняли её маленькое девичье сердечко, которое не позволяло ей рассказать о случившемся.

Дойдя до двери, она крикнула недовольным полусонным голосом:

– Иду, иду.

В дверях стояла её лучшая подруга Айбениз. Увидев её, Гюнай вздохнула с большой лёгкостью. Ей было необходимо поговорить по душам с родным человеком. Айбениз также училась с ней в одной группе и была очень обеспокоена трёхдневным отсутствием подружки.

– Что случилось? Где ты пропадаешь 3 дня? Почему не отвечаешь на телефонные звонки и сообщения? – на одном дыхании спросила с порога Айбениз.

– Заходи, поговорим. Столько вопросов вскружили мне голову, – сказала Гюнай.

Они прошли к ней в комнату. Неубранная и измятая постель говорили о беспокойно проведённых днях. Скомканная подушка была влажной от слёз. Классическая характеристика девушки, которая дни напролёт, обнявшись с подушкой, делилась с ней своими переживаниями.

– Ты тоже не пошла на занятия сегодня? – спросила Гюнай, второпях заправляя постель.

– Ходила. Но попросила старосту прикрыть меня и ушла с последней лекции. Я очень переживала за тебя. Вчера даже звонила тёте Хатире, но абонент был недоступен. Возможно, она сменила номер телефона.

– Наверно. Мама часто так делает, чтобы назойливые клиенты не беспокоили. Айка, мне очень плохо.

– Расскажи, наконец, что случилось?

– Не знаю… Я не смогу посещать занятия в университете некоторое время. Было бы отлично, если получится договориться с деканом о пропусках. Я согласна заплатить любую сумму.

– Что за бред ты несёшь? Хочешь бросить учёбу? Скорее одевайся, и пойдём немного прогуляемся. Тебе необходим свежий воздух. Посмотри на себя! Ты вся пожелтела от домашнего заключения.

– У меня нет сил, честно.

– Ну ради меня, пожалуйста, – и Айбениз крепко обняла свою совсем расстроенную подружку.

Гюнай очень обрадовало её понимание и терпеливое отношение. Айбениз была очень внимательной и заботливой девушкой. Несмотря на попытки Гюнай скрыть от неё имя своего возлюбленного, она всё же добилась подтверждения того, что у подружки появился молодой человек.

На протяжении месяцев Баку казался скучным и довольно неинтересным городом. Этот мегаполис напоминал её отца Наримана, которого она презирала всем сердцем и душой. Ей так хотелось бросить всё и уехать так же, как это смог сделать отец. Исчезнуть, забыть и не вспоминать эти улицы, тропинки, по которым когда-то ходили вместе. Стереть всё из памяти и начать с чистого листа. Вот о чём она думала в последние дни. Даже при их последней встрече с Захидом, три дня назад, сказала и ему о задуманном: «Давай вместе уедем из этого города».

– 3 —

Во дворе медицинского университета задумчивый взгляд Гюнай прервал телефонный звонок. Это был Захид. Четыре дня он бесперебойно звонил и отправлял сообщения, которые оставались без ответа. Гюнай только захотела, не ответив в очередной раз, убрать телефон в сумочку, как на экране появилось сообщение: «Обернись, я только хочу увидеть твой взгляд». Ждать пришлось недолго. Девушка незамедлительно подняла голову и встретилась с взглядом юноши, стоявшим на другой стороне улицы. На мгновенье ей так захотелось перебежать через дорогу и броситься к нему на шею. Но, переборов свои чувства, она опустила голову и продолжила путь. Спустя несколько минут Гюнай всё же ответила возлюбленному: «Мы поступили неправильно». Последовавший следом звонок вновь был проигнорирован. Но Захид не сдавался и отправил сообщение: «После занятий нам обязательно надо встретиться и поговорить. Это очень важно».

Девушка понимала, что не сможет долго сопротивляться своим желаниям. Чувства преобладали над её разумом, и она пыталась взять себя в руки.

Перед глазами пронеслись кадры: безответственный брат, бессовестный отец, день и ночь работающая не покладая рук, старающаяся для их блага мама, а ещё весь день разводящие сплетни сокурсники, соседи и родственники. Никто не смог бы её понять. Вчера она даже Айбениз ничего не рассказала о том, что была близка со своим молодым человеком и потеряла девственность. Несмотря на то что девочки дружили почти 4 года, загоревшаяся за месяц знакомства с Захидом страстная любовь между ними отдалила её от подружки. Ей пришлось, как всегда, всё утаить. Она прекрасно понимала, что хватит и мгновенья, чтобы разрушить то, на что было потрачено чрезмерно большое количество сил, терпения и времени.

***

Темой для обсуждения на лабораторных занятиях была практически Гюнай. Студенты говорили вполголоса, а некоторые и вовсе забывали о присутствии преподавателя. Интересно, что Эльмира-ханум даже и не пыталась что-либо изменить. За два года своей педагогической деятельности в этом университете её терпение было исчерпано, и она абсолютно не хотела продолжать этот путь.

– Где же ты была четыре дня? – спросили девочки почти хором.

На минутку Гюнай представила, как сегодня будет засыпана кучей одинаковых вопросов, на которые ей вообще не хотелось ни отвечать, ни слышать. Только Айбениз сидела в сторонке с опущенной головой и молча слушала сплетни девушек. Она никому не рассказала о вчерашнем визите к подружке и долгом разговоре, в результате которого узнала, что её возлюбленного зовут Захид.

Теперь Гюнай мучали сомнения. А правильно ли она поступила, назвав имя своего молодого человека. Ведь Захид несколько раз просил никому ничего о нём не рассказывать.

Пару дней она лгала домашним, говорила, что у неё плохое самочувствие и всячески утаивала правду. Ей было невыносимо больно и стыдно, так как в эти минуты она поступала так же подло, как и её отец. Гюнай с братом Рашадом просто не оправдали надежд матери и не стали достойными детьми. Сестра хорошо знала, что брат давно курил, а порой даже и баловался чем-то покрепче. И только Хатира-ханум ничего не подозревала о том, что оба ребёнка шли по грязным стопам отца…

– 4 —

Приблизительно через три часа после их встречи, не усидев на последней лекции, Гюнай поехала в район станции метро А*А*. Захид написал о месте встречи в одном из недавно отправленных сообщений. Прождав её около двадцати минут в одной из новостроек, он решил позвонить и коротко сообщил: «Поднимайся тихонько, я на седьмом этаже».

Вокруг царила гробовая тишина. На дворе стояли скучные апрельские деньки. Рабочий день строителей в этом здании, видимо, был завершён. Девушка медленно поднималась по пыльным бетонным ступенькам.

Иногда из-под ног отлетали мелкие камешки, кусочки проволоки и арматуры. Четыре дня назад они виделись на рабочем месте любимого. Мысли о том дне заставляли вновь и вновь трепетать всё её тело. Задыхаясь от пыльного воздуха недостроенной лестницы, она добралась до шестого этажа. Какое-то странное предчувствие и внутренний голос говорили: «Не поднимайся дальше, уходи». Гюнай чувствовала, как их любовь разводила пламенный огонь страсти. Каждая новая встреча с Захидом была полна сладостных чувств и прикосновений.

Волнение захватывало дух, и она не могла ни о чём думать. Мысленно вновь возвращалась в тот день, когда все теоретические знания о половой жизни мужчины и женщины превратились в реальность. Каждая клеточка её молодого тела сейчас помнила о его горячих ладонях и тёплых поцелуях. Остановившись на последней ступеньке, она глубоко вздохнула, чтобы хоть немного скрыть своё волнение. Не прошло и нескольких секунд, как Гюнай оказалась на седьмом этаже.

Захид выглядел очень спокойным и беззаботным. Стоя у открытого окна, он смотрел куда-то вдаль. Услышав шаги, юноша повернулся в сторону открывающейся сейфовой двери. Это была Гюнай. Увидев девушку, он уже не в силах был скрыть то, как же сильно по ней соскучился, и его глаза загорелись страстным огоньком. Обычно Захид очень ловко умел утаить свои чувства, но не сейчас. Дверь автоматически захлопнулась, и они мгновенно слились в долгом поцелуе.

Вокруг было пыльно, повсюду разбросаны пустые мешки от цемента, перчатки рабочих, куски досок и разные уже непригодные инструменты. Негде было даже присесть, не говоря о том, чтобы прилечь. В центре комнаты лежал только небольшой кусок пенопласта, который рабочие, наверное, использовали в качестве стола.

Оторвавшись друг от друга на несколько секунд, оба посмотрели вокруг. Поняв, что комфорт сегодня не гарантирован, их тела вновь сплелись в одно целое. В сравнении с этим местом, сторожевая пластиковая будочка Захида на его рабочем месте, где они впервые принадлежали друг другу, казалась пятизвёздочным отелем. А сейчас обстановка не имела особого значения. Их горячие тела не хотели никогда расставаться. И всё им было хорошо, когда их души страстно трепетали от пылающих прикосновений. Волна чувств поглощала молодые сердца, и долгое забвение заставляло забывать о неудобствах в этих пыльных и холодных стенах.

В порыве страстных желаний человек, как разъярённый зверь, жаждет всё и всецело. И в этот миг чувства берут верх над разумом.

Ведь любовь и есть риск…

Когда она берёт управление в свои руки, то разум становится бессильным.

Захид взял возлюбленную на руки и положил на «стол». На этот раз Гюнай абсолютно не сопротивлялась. Движением рук она как будто даже торопила его и время. Время… Его иногда так мало, когда мы наедине с любимыми.

– 5 —

– Мы должны поговорить, – опустив голову, сказала Гюнай.

Она чувствовала себя виноватой, так как нарушила их сладостный рай.

– Я слушаю тебя, говори, – обняв её, Захид сжал между пальцами кончик её левой груди.

– Аааа! – вскрикнула от возникшей боли Гюнай. – Больно же, придурок! – Она впервые за время их знакомства оскорбила своего любимого. Ей хотелось сейчас понять причину его грубого поступка.

– По-моему, раньше ты даже так и не думала. Что сейчас почувствовала, сучка? – нагло улыбаясь, спросил Захид.

Его слова задели Гюнай за живое. Не задумываясь, она залепила ему пощёчину.

– Я и не думала, что ты такая сволочь! – оттолкнув его, отошла на несколько шагов.

Они смотрели друг на друга с большой ненавистью. Любовь и страсть, переполнявшие их сердца пару минут назад, исчезли бесследно.

Глаза Захида наполнились кровью и яростью дикого зверя. Он молчал. Гюнай быстро подошла к подоконнику и начала искать свои снятые второпях и вывернутые наизнанку брюки, кофточку и жакетку. Руки тряслись, всё тело дрожало от холода и страха.

Не сводя с неё глаз, Захид встал и подошёл к пустым мешкам цемента. Выхватил большой нож, заранее спрятанный там. Обернувшись, Гюнай увидела его (впервые она видела такой широкий нож), и не могла понять, что же происходит. Подбежав к открытому окну, чтобы поскорее выпрыгнуть, она споткнулась и упала на холодный бетонный пол. Пытаясь встать, девушка встретилась с нависшим над нею телом Захида, который в какую-то долю секунды вонзил нож в её левую грудь. Никаких вздрагиваний, только несколько тихих стонов – и тело стало неподвижным. Гюнай умерла мгновенно. Казалось, даже кровь застыла и не течёт. Только широко открытые глаза искали ответ на короткое «почему?»…

Юноша неторопливо приподнялся, подошёл к «столу» и закурил. Он не был заядлым любителем табака и курил буквально пару раз в месяц. Захид продолжал пристально смотреть на красивое тело девушки, лежавшее на пыльном бетонном полу квартиры. Какое-то странное чувство не давало ему возможности собраться с мыслями. Закурив вторую сигарету, он скомкал пачку и выбросил её в дальний угол комнаты. Стекавшая с груди Гюнай кровь образовала тропинку к разбросанному картону и мусору, лежавшему неподалеку. Разглядывая её тело, Захид мысленно возвращался к той ночи, которая уже четыре года угнетала его. Далёким эхом опять доносился иронический смех Гюнай: «Хватит, Гафар, жалко его, отпусти». Кровью налились зрачки, и тело стало трястись в холодном поту. Приступ ярости охватил его с ног до головы. Сигарета, упавшая на голую ногу, заставила его вскочить и посмотреть вокруг.

– 6 —

– Отвратительное преступление, – подойдя к районному прокурору, сказал ведущий данное дело лейтенант.

– Кто нашёл труп? – надевая прозрачные перчатки, спросил прокурор.

– В десять утра один из строителей, пришедших на работу, позвонил в отделение и сообщил о трупе.

– Личность установлена?

– Ахмедова Гюнай Нариман гызы. Ей было 22 года. Подтвердили, что была студенткой Медицинского Университета.

– Кто из членов семьи уже прибыл?

– Сообщили только матери. Отец занимается торговлей в М*.

– Больше нет родственников?

– Есть брат Рашад. Но его ещё не оповестили.

– Почему? – прокурор прошёл в помещение.

– После преступления убийца оскорбил жертву. Если не возражаете, не теряя времени, отправим труп на медицинскую экспертизу.

– Предупредите, чтобы никого не впускали в здание, – распорядился прокурор и подошёл к лежавшему телу молодой девушки.

– Но скоро приедет мать.

– Сообщите, что сможет увидеть тело дочери только после экспертизы.

Нахмурив брови, он задумчиво пытался рассмотреть труп. Каковы же мотивы убийства, если учесть, что оно произошло в одном из довольно спокойных районов. Что побудило убийцу к такой жестокости? После совершения преступления он надругался над телом, от которого шёл запах мочи. И это было не всё. Над грудями девушки зубной пастой были нарисованы две звезды. Но не было обнаружено никаких следов насилия, что загоняло в тупик все первоначальные предположения.

Сильно занервничав, прокурор быстро встал и, спрятав руки в карман, чтобы скрыть их дрожание, продолжил:

– Я сам поговорю со строителем, обнаружившим тело. Заберите его в отделение и ещё: он был один, когда пришёл на работу?

– Приблизительно через 3—4 минуты после его прихода пришли ещё два строителя.

– Заберите их тоже!

Потом вновь наклонившись к телу, стал разглядывать глубину образовавшейся раны. Подумав пару минут, вопросительным взглядом обратился к следователю:

– По-твоему, чем было совершено убийство?

– Это точно ножевая рана.

– Но согласись, что форма немного сводит с толку. Разве обычный нож мог сделать такое большое отверстие?

– Я тоже обратил на это внимание.

– Что же тогда это может быть?

– Обычный нож, конечно, – подумав ещё минутку, добавил следователь.

Но прокурор понял, что он также не уверен в точности такого предположения.

– Найдено ли что-то подозрительное?

– Одежда девушки, 11 сигарет, скомканные в коробке «West», и это, – открыв прозрачный пакет, следователь протянул его прокурору.

– Что это?

Следователь осторожно достал и показал небольшой кусочек картона, на котором карандашом было написано 4 слова «Гюнай, я найду тебя!».

Очевидно, убийца оставил адресованное кому-то сообщение. Но кого же он имел в виду, если девушка была мертва. Или преступник просто хотел ввести всех в заблуждение. И, кажется, ему это удалось. Сотрудники, работавшие на месте происшествия, были в недоумении и не знали, что и предположить.

– Где же он нашёл карандаш? Принёс с собой, как и зубную пасту?

Следователь, порывшись в целлофановом пакете, достал карандаш и, показав его, добавил:

– Наверное, карандаш принадлежит строителям. Это уточним после определения отпечатков пальцев.

– Сколько сигарет было в коробке?

– Одиннадцать…

– Найдены окурки остальных?

– Шесть из них были около окна, а два – там, – указав на пол, сказал следователь.

– Девятнадцать?

– Да. Одну выкурил не здесь.

– А строители курят?

– Один из них курит, но не сигареты фирмы «West».

Прокурор пытался вычислить, сколько времени убийца провёл здесь после совершения убийства. «Для того чтобы выкурить 8 сигарет с перерывами, потребовалось бы около 4 часов. Но если учесть, что убийца был сильно взволнован, то хватило бы и получаса. Этого времени было бы достаточно для оскорбления трупа», – раздумывая вслух, прокурор покинул квартиру.

– 7 —

Наутро после свершения преступления…

В сравнении с предыдущей ночью, сейчас он был более спокоен. Странные чувства терзали его и не давали покоя. Прибавив громкость музыки, молодой человек зажёг сигарету «West» и подошёл к зеркалу. Правой рукой Захид прикрыл глаза, боялся взглянуть на себя. Спустя несколько минут он закатился истерическим смехом. Сходил ли он с ума, или это счастье победы? Опустив руку и посмотрев на своё отображение, пытался вспомнить минуты убийства Гюнай. Но всё было напрасно. Захид прекрасно, во всех деталях, помнил минуты их страстной близости, её улыбку, сладостный голос и даже последнюю пощёчину. Эпизод с убийством как будто был удалён из его памяти, или мозг не мог осилить эту информацию.

– Будь ты проклята, Гюнай! – крикнул он в бешенстве и подошёл к открытому крану в углу комнаты. Звуки воды раздражали его воображение. Следы крови на ноге давно были смыты, но запах всё ещё не покидал его. Запах крови! Он несколько раз вновь понюхал руки, пальцы и одежду. Со стороны сейчас ничем не отличался от шизофреников. Вернувшись обратно на своё место, Захид мигом выпил половину бутылки водки. В то же время глазами пытался что-то отыскать на заваленном столе. И вдруг увидел шприц, наполненный кровью Гюнай. Теперь это была единственная её частичка, сохранившаяся у него. И надо было беречь память о возлюбленной. Мысль попробовать вкус её крови не давала ему покоя. Всё тело задрожало, руки стали сильно трястись. Чтобы успокоиться, Захид допил оставшуюся половину бутылки и высосал из шприца половину крови. В эту минуту он непроизвольно вспомнил теплоту её молодых губ и долгие поцелуи в маленькой сторожевой будке.

– Будьте прокляты! – крикнул кошкам, мяуканье которых доносилось из открытого окна и до ужаса раздражало его.

– Вон отсюда, бестолковые твари! – ещё более свирепым голосом вновь крикнул он на них.

Но кошки продолжали свои игры. Не прошло и минуты, как Захид оказался во дворе и пытался разогнать животных. Чёрная кошка, поцарапав ему руку, отбежала в сторону, но большой серый кот даже и не думал покидать площадку. Схватив его за хвост, Захид поднялся к себе в комнату и, не задумываясь ни на миг, лишил кота головы вчерашним ножом.

Тело и голова должны быть связаны между собой. И не просто связаны, а желательно, чтобы функционировали целенаправленно. Зачем нужен разум, лишающий человека правильных действий. Все вы любите давать инструкции, но не всегда сами же умеете использовать разум рационально. Так на несколько минут Захид погрузился в свои философские размышления.

Вернувшись в реальность, он увидел, как руки крепко сжимали отрезанную голову кота. Капли горячей крови стекали по пальцам. Он попробовал её и сравнил вкус с недавно выпитой человеческой кровью. Эта оказалась невкусной и пресной.

Захида стало тошнить. За последние сутки ему так много пришлось пережить. Тело ослабло, а ноги и вовсе не удерживали его. Надо было немного собраться с силами и мыслями, а потом прибрать разбросанный повсюду мусор. Собрав пустые бутылки, тело кота и всякий хлам в мешок, он вновь вышел во двор. Закинув всё в стоявший неподалёку мусорный ящик, Захид поджёг его, а сам, усевшись на деревянную лавочку, закурил сигаретку.

– К чёрту эти сигареты – кажется, я к ним привыкаю, – выкрикнул он вслух и продолжил курить.

Сидя и наблюдая за дымом, исходящим из ящика, он подумал о кропотливо работающих полицейских, которые сейчас ломают головы, размышляя, как поймать преступника.

Вспомнив кое о чём, Захид побежал домой и вернулся с двумя телефонами, принадлежавшими ему и его уже мёртвой возлюбленной, и закинул их в горящий огонь.

Спустя четыре года ему наконец-то удалось это сделать. Молодой человек был уверен, что теперь его никто и никогда не найдёт. Мысли временами летали непонятно где, и он пропадал в своём мире. Так прошло полчаса. Вернувшись в действительность, Захид обнаружил, что уже достаточное долго находился в тёмном дворе и предавался странным размышлениям.

Не медля, он поднялся домой и положил последнюю память о Гюнай и голову серого кота в пакет, а потом закинул в холодильник. Свернувшись калачиком, лёг на расстеленный на полу старый коврик, длиной в полтора метра.

Вопросы без ответов мелькали в его сознании. Что же завтра сказать своему толстому начальнику о сегодняшнем отсутствии на рабочем месте?

– 8 —

– Вы знали что ваша дочь Гюнай ходила в секту сатанистов? – спросил следователь у Хатиры.

Услышав это, она обомлела и даже не знала, что и сказать. Пытаясь восстановить в памяти ход событий, женщина вспомнила, что пару раз слышала об этой организации.

– Что вы говорите?! Вы в своём уме?! – взволнованно воскликнула мать Гюнай.

– Возьмите себя в руки, ханум. Скоро сотрудники принесут итоги медицинской экспертизы. Первичное расследование, проведённое на месте происшествия, даёт нам основание так предполагать. Извините, но такое убийство с последующим осквернением трупа, произошло впервые в нашем районе. Прокурор также уверен в том, что покойница была связана с сатанистами. Следователь привёл ещё несколько фактов в подтверждение этого предположения.

Хатире стало совсем плохо, и он позвонил помощнице, чтобы та помогла женщине. Через минуту, осторожно постучав в дверь, вошёл сотрудник и передал следователю результаты экспертизы. Движением головы он дал понять, что новости далеко не благоприятные. Всё внимание Хатиры сейчас было приковано к этой бумаге.

– Гюнай не была девственницей. Это произошло за 3—4 дня до убийства, – сообщил сотрудник медицинской экспертизы.

Не дослушав до конца его речь, женщина потеряла сознание.

Очнулась она уже дома. Открыв глаза, Хатира увидела над головой Рашада и Айбениз, которая стояла у окна. Никого больше не было. Первым делом она спросила о Наримане – своём муже. Сын сообщил, что он будет в Б* через 2—3 часа.

– Гюнай, – зарыдала мать, не в силах сдерживать свою боль. Она то и дело звала свою дочь. Слёзы заглушали отчаянные крики матери:

– Гюнай, доченька, моя родная…

Неожиданная трагедия ещё больше расстроила семью. Всем казалось, что этот кошмар снится им в страшном сне. Ни у кого не укладывалось в голове случившееся с Гюнай.

Айбениз вспоминала весь их последний разговор с подружкой. Сейчас она была уверена в том, что человек по имени Захид является убийцей молодой невинной девушки. Как же её расстраивал тот факт, что она ничего больше о нём не знает. И снова прокручивался в памяти тот эпизод…

– Хорошо, зовут его Захид.

– Ну покажи мне хотя бы его фотографию.

– У меня нет его фотографии. И сейчас рано ещё, – упиралась Гюнай, – скажи спасибо, что имя сказала.

– Ты говоришь, что он безумно в тебя влюблён. А вдруг увезёт тебя куда-то. Как же мы вас найдём? – шутя, пыталась допросить подружку.

– И где же работает наш «зятёк»? – продолжала расспросы Айбениз.

– Безработный поэт. Он и мне посвятил пару стихотворений. Ну, хватит уже о нём. Давай сменим тему.

Телефонный звонок вернул Айбениз в реальность. Немного растерянно она ответила:

– Да, это Айбениз. Хорошо, через час буду там.

Её вызывали в отделение полиции на допрос по делу Гюнай. На минутку девушка вся побледнела, но делать было нечего. Надо было ехать. Попрощавшись с тётей Хатирой и Рашадом, она покинула квартиру.

– Поехать с тобой? – крикнул ей вслед Рашад.

– Сама доеду. Не оставляй маму одну в таком состоянии.

В голосе Айбениз были слышны нотки упрёков. Несмотря на то что когда-то они были влюблены друг в друга, сейчас она винила во всём случившемся с её подружкой только Рашада. И невозможно было объяснить причину злобы, раздирающей её душу…

– 9 —

– Это всё, что мне известно, – продолжала Айбениз.

– Но вы же дружили почти четыре года. И это всё, что вы можете нам сообщить? – снова спросил следователь.

– За несколько дней до смерти она пропустила пару занятий в университете. Я забеспокоилась и поехала её проведать. Увидев меня в дверях, Гюнай была очень обрадована. Но в тот день я сразу же поняла, что произошло что-то неладное. Все её действия нехотя говорили об этом. Она не была из тех людей, кто по пустякам впадает в депрессию. Её фраза, что оптимисты вертят земной шар, была лозунгом по жизни. В тот день она была такая бледная, обессиленная и мысленно совсем далеко. После долгих разговоров я уговорила её прийти завтра в университет.

– А как она выглядела на следующий день?

– Немного лучше. Но, просидев только на трёх лекциях, она ушла с последнего занятия. Мне сказала, что всё ещё себя плохо чувствует, поедет домой и выспится.

– Вы потом звонили ей?

– Звонила дважды, но она не ответила. Я подумала, что подружка наверно спит, и не стала больше докучать ей.

– Вы утверждаете, что некий Захид является поэтом? Он же и есть её возлюбленный?

– Ага. Так, по крайней мере, рассказала сама Гюнай.

– Он может быть убийцей вашей подруги?

Айбениз растерялась и просто замерла. Ведь она тоже всё утро думала об этом. И теперь следователь подтверждал её догадки. Девушка немного растерялась и не знала, как вести себя в такой ситуации.

– Айбениз ханум, – вновь обратился к ней следователь.

– На самом деле… – Айбениз как будто онемела и не могла выговорить больше ни слова.

– Что же на самом деле?! Расскажите всё как есть. Надеюсь, вы понимаете, что на вас ляжет уголовная ответственность, если дадите ложные показания следствию.

Не усидев на месте, следователь подошёл к окну и попытался дать хоть какое-то приблизительное заключение по убийству Гюнай.

Айбениз неподвижно сидела и смотрела на следователя, который решил добавить:

– Послушайте меня, Айбениз-ханум, это непростое дело. Постарайтесь вспомнить всё, что могло бы помочь ходу расследования этого жестокого убийства.

– Я рассказала вам всё, что знала, – немного собравшись духом, ответила девушка.

Следователь больше не в силах был её задерживать и движением руки указал на выход. Айбениз ощущала себя девочкой, впервые попавшей на сцену. Она встала и второпях покинула место изнурительного допроса. Пристальный взгляд следователя сопровождал девушку до выхода.

– 10 —

– Хорошо, товарищ прокурор, – набирая мобильный номер своего помощника, повесил трубку следователь.

– Куда ты опять пропал? Говорил на полчаса, а уже более двух часов как тебя нет.

– Товарищ следователь…

– Сообщи семье Гюнай, что могут завтра забрать тело из морга. Найди того строителя и пригласи в отделение на очередной допрос, – прервав своего помощника, сказал на одном дыхании следователь.

Через сорок минут бесполезный допрос строителя увенчался очередной неудачей. Когда вошёл прокурор, то следователь, помощник и строитель резко встали.

– Почему его снова вызвали? – с иронией в голосе спросил прокурор.

– Думал, может, вспомнит ещё что-то, – заикаясь, произнёс следователь.

Прокурор недовольно покачал головой и дал понять допрашиваемому строителю, что можно уходить.

– Ты добавил результаты экспертизы в рапорт?

– Всё в этой папке, товарищ прокурор.

– Есть что-то новое? Вы смогли узнать что-то о причастности девушки к секте сатанистов?

– Медицинская экспертиза обнаружила, что девушка потеряла девственность за пару дней до убийства. А также имела половой акт за несколько часов до смерти.

– Обнаружены следы насилия?

– Нет. Первоначальные предположения таковы, что девушку мог убить её возлюбленный Захид, о котором нет пока никакой информации. Возможно, молодой человек также является членом организации сатанистов, о чём и свидетельствует такое жестокое убийство.

– Срочно займись поисками этого Захида. Вы сообщили семье о разрешении забрать тело и готовиться к похоронам?

– Сообщил? – переспросил в свою очередь следователь своего помощника.

– Товарищи, работайте оперативно, – недовольно покачав головой, прокурор покинул комнату допроса.

***

– Товарищ Томар, мне надо с вами встретиться, – поприветствовав и осведомившись о его здоровье, тихо произнёс помощник следователя. Договорившись встретиться к вечеру, он повесил трубку. Вокруг царила тишина. На самом деле, он был очень дальновидным, любящим свою работу и более образованным, чем следователь, человеком.

Помощник наблюдал за ходом расследования и подсознательно чувствовал, что что-то в этом деле неладно. Но пока ничего не мог сказать точно. Это было первое такое жестокое убийство в его практике. Пытаясь помочь следствию, он уже несколько дней не мог нормально спать. Перед глазами постоянно появлялась картина с осквернённым телом девушки. Вот почему он с нетерпением ждал вечера, чтобы поделиться некоторыми своими догадками с полковником в отставке и независимым сыщиком Томаром Баширли.

– 11 —

Помощник следователя Фархад уже подходил к назначенному месту встречи с Баширли, как упорно стал звонить следователь. Он уже пару раз звонил, и помощник оставил каждый звонок без ответа. Не выдержав натиска, он ответил на его третий звонок:

– Впереди поверните направо, – сказал он водителю.

– Куда ты опять пропал? Что ты говоришь? Поверните направо? – как всегда, почти крича, спросил следователь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.