Зимний мир: Танец вихрей
Прокаженный
Елена Корюкова
Ольга Внуковская

Для лишенных лиц

И лишенных надежд,

Зимний ветер

Поет свою песню…

Иллюстратор Ольга Внуковская

Дизайнер обложки Ольга Внуковская

© Елена Корюкова, 2017

© Ольга Внуковская, 2017

© Ольга Внуковская, иллюстрации, 2017

© Ольга Внуковская, дизайн обложки, 2017

ISBN 978-5-4483-7746-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Лагерь был уже свернут, и на месте, где он был, ничего не выдавало недавней стоянки. Это усиливало тревогу предстоящей вылазки – словно больше некуда было возвращаться, и оставалось лишь идти вперед. А впереди их ждал город скверны.

Кай отправлялся в такое место впервые – не как стремительная карательная сила Империи, а как беглец, ищущий смутный призрак надежды.

– …Нервничаешь? – Тири подошла незаметно, и внезапный вопрос заставил Кая вздрогнуть. Он взглянул ей в лицо. Сверху вниз. И встретил лихую улыбку и взгляд, сверкнувший веселой отчаянной сатанинкой. – Вот тебе лекарство для спокойствия. – Тири тряхнула перед собой небольшой переметной сумкой, в которой тускло блеснули какие-то флаконы. – Это гранаты. Вот это – дымовухи, чтобы эффектно исчезнуть, это кислота – сработает и на нежить, это зажигалка – не подпали сам себя. Но лучше, чтоб они не пригодились.

Кай принял неожиданно увесистую сумку, вежливо кивнув, и аккуратно, но неуклюже нацепил на ассиметричные плечи. Тири, привстав на цыпочки, помогала скрывать боеприпасы под плащом, одергивая Кая бесцеремонно, словно огородное пугало. Однако, слабо подергивающиеся уши иноземки выдавали, что и она за него волнуется.

– Но главный залог твоей безопасности – рожа кирпичом и вид, что тебя ничего не касается. Вот так – ссутулившись, Тири спрятала оттопыренные уши под шапку и натянула капюшон на глаза, сжав обычно задорно оскаленный рот в какую-то нейтрально – унылую гримасу.

– Пошли. Карета подана. – сказала она тусклым и унылым голосом, и, чуть подволакивая ноги, поковыляла прочь. Ни дать, ни взять, придавленный беспросветностью своей судьбы, житель захолустного сквернянского городка.

Стараясь побороть тревогу, Кай двинулся следом. Признаться, не меньше наставлений Тири, уверенности ему придала уязвленная ее беспокойством гордость – в конце концов, он не разведчик и не опытный лицедей, но и не малый ребенок. И способен как-то о себе позаботиться.

Вид же «кареты», поджидавшей их на обочине старой дороги, и вовсе вытеснил лишние мысли из головы. Это оказалась не телега, как он ожидал, и не какой-нибудь убогий тарантас, обычный для нищих городов скверны, а гордо поблескивающий среди покрытых инеем деревьев аэромобиль, не посрамивший бы своим видом и улиц великого Азраэ.

Судя по всему, для Тири это оказалось так же неожиданно, как и для Кая. Забыв о своей унылой личине, она вытаращила глаза, а уши дернулись так, что едва не выскочили из под шапочного плена.

– Эй! Карасик! – воскликнула она тоном, выдающим недоумение и подозрение скрытого подвоха. – Тачан, конечно, крутой, но как это совпадает с идеей маскировки?! А? Он же тут, поди, один такой шикарный на всю округу. Любой дурак будет пялиться!

Фигура и лицо человека возле машины оказались незнакомы, что было вовсе неудивительно для такого мастера перевоплощений, как Закир. Зато плавная грация движений, игривая улыбка и огонек доброй иронии в глазах пока что выдавали его с головой. Закир галантно скользнул навстречу Тири и невесомо-ласково коснулся ее плеч, лица, головы, словно приглаживая невидимые ощетиненные колючки.

– Смотри шире, мой ушастый чертенок – промурлыкал он бархатным голосом. – Все будут глядеть на машину. Никто не обратит внимания на тех, кто внутри. И ни один пост не посмеет остановить нас на обыск.

Тири разомлела, поддавшись ласке, когда игривые пальцы нырнули под капюшон и добрались до чувствительного уха.

– Ну ладно. Надеюсь, ты прав… – недоумение и возмущение из ее голоса ушли, уступив место восхищению кавалером, который вновь оказался хитрей и дальновидней ее. Но нотки досады от того, что он ее обошел, все-таки остались.

Кай подошел к машине, чтобы рассмотреть ее получше.

В серебристых обтекаемых формах просматривалось наследие Азраэ, и в нем трепыхнулся грустный призрак ностальгии по родине. Кай догадывался, что и Закир чувствовал нечто подобное, и сделал свой выбор не только из расчета.

Тем временем Тири, в качестве маленькой мести, ощутимо ткнула кавалера пальцем под ребра: – Ладно, хватит подлизываться. Пора выдвигаться. Или все отложим, и будем расстилать одеяла?

Закир мягко отстранился на случай новых тычков, и примирительно сказал: – Ты права.

В прежние времена она принадлежала наместнику. – объяснил он, заметив интерес Кая к машине. – Приглашаю вас проверить, насколько она хороша на ходу.

***

Аэромобиль летел сквозь снега плавно, словно корабль по волнам, и почти не оставлял за собой следа.

Каю пришлось изрядно повозиться, чтобы разместиться в салоне, но машина придала ему спокойствия и уверенности. Словно осколок родины, затерянный в сумраке, напомнил ему кем он был, и кем остается несмотря ни на что. Тем острее он ощущал чуждость непривычного и дикого края, в котором оказался.

Закир управлял машиной, но, кажется, ему не нужно было видеть спутника, чтобы догадаться о его чувствах.

– Знаю, о чем ты думаешь сейчас, мой друг – сказал он, не оборачиваясь. – О сумеречных землях без солнца и населяющих их людях, пронизанных тьмой в умах и сердцах, неспособных к красоте и созиданию, и потому прозябающих в нищете и убожестве. Забудь эти сказки, которыми нас кормили с детства. Это мы, Азраэ, такими их сделали, отнимая все, что могло представлять пользу и ценность.

Положись на свою интуицию. Мы с Тири проверим пару свежих зацепок, твоя задача – осмотреться и ознакомиться, научиться ориентироваться и не привлекать внимания в условиях резервации. В следующий раз нам может потребоваться твоя помощь.

Кай ответил кивком, зная, что Закир не увидел этот жест, но догадался о нем так же, как до этого – о его чувствах. Но вместе с тем он подумал о том, что такой, какой он сейчас, не будет желанным гостем нигде – ни в скверне, ни в Азраэ. Поэтому у него нет иного выбора, кроме как научиться скрываться. Отступать и возвращаться некуда.

И ему повезло, что рядом с ним есть те, кто все-таки видит в нем человека.

– Ты должен сам в это верить. Ты человек, а не чудовище, с которого вот-вот сорвут маску. Это не даст тебе выйти из роли – продолжил Закир. – уж я знаю, о чем говорю.

«Не так-то просто» – подумал Кай – «учитывая, что каждый шаг напоминает мне о том, кем я стал.»

Но еще раз кивнул в знак понимания и благодарности.

Резервация встретила их стенами глухими и неровными, как утес. Кай невольно задался мыслью, для чего предназначены эти стены – чтобы защитить поселение от угроз снаружи, или чтобы не дать разбежаться людям изнутри? Пропускная застава оказалась больше похожей на загон для скота – большое, но низкое помещение, разделенное лабиринтом перегородок и ворот, воняющее копотью и навозом. Керосиновые лампы и чадящие факелы давали тусклый и неровный свет.

Однако, субординация стражей оказалась лучше, чем рассчитывал Закир.

Внутренние ворота перед аэромобилем оставались закрыты. Кай тихо завозился, пытаясь сползти с сидений пониже и слиться с тенями… Тири осталась сидеть прямо, поглядывая с любопытством сквозь зазеркаленные стекла. Закир же, приоткрыв окно рядом с собой, рявкнул на подошедшего постового с чужими раздражением и интонациями.

– В чем дело?! Какие проблемы?! – голос его прозвучал чуждо, властно и угрожающе.

– Ээээ… Господин… Вы должны выйти из машины, назвать себя и цель прибытия. Такой порядок… – промычал постовой со смесью робости и упрямства.

– С чего ради?

– Э… Для безопасности. Вы же знаете, что творится вокруг… Мертвецы…

– Я что, похож на мертвяка, сожравшего водителя чтобы украсть машину?! Что за бред!!! Я спешу, и не обязан докладываться всяким болванам!

Грузный мужик, похожий на похмельную гориллу, робко переступил с ноги на ногу и вопросительно покосился на напарников за бойницами, но не отступил.

– Таково правило нынешнего начальства… – повторил он.

– Меня ждут важные люди – раздраженно бросил Закир. – Можешь доложить это новым властям и получишь от них по башке за мою задержку. Не забудь упомянуть, что меня зовут Зэйкер. Понял?! Ты узнал что хотел? Теперь открывай ворота. – фыркнул он с высокомерным пренебрежением.

Секунду помявшись, постовой отступил, нервно кивнув товарищам. Формально имя и цель прибывшего были названы, он видел его лицо и порядок был соблюден… Хотя бы для виду. На большее у бедняги не хватило смелости.

Ржавые ворота скрипнули и начали отворяться. Закир дал по газам и промчался сквозь них, не дожидаясь, пока створки распахнутся до конца.

Однако, несмотря на задержку, едва закрывшееся окно скрыло его от внешнего мира, Закир расплылся в довольной улыбке.

– Я думаю, мы тут точно найдем что то интересное, Ушки – обратился он к Тири – Необычное начало для типичной скверны. И если этот бедолага осмелится доложить о нас начальству, тем лучше.

– Боюсь, зря надеешься – весело заметила Тири. – Ты был свиреп как сто чертей и напугал его до усрачки. Придется самим подсуетиться.

Пока они разговаривали, Кай всматривался в местность, проносящуюся за окнами. Аэромобиль скользил в узком ущелье, образованном безликими обветшалыми стенами чего-то вроде зданий. Кай убеждал себя, что это какие-то старые склады – сложно было представить, что кто-нибудь захотел бы жить в таком месте.