# Бета-тестеры поневоле

Инга Дмитриевна Ольховская, Владимир Александрович Кучеренко

Жизнь – странная штука, а судьба часто любит насмехаться над своими избранниками. Иногда ее забавы чересчур жестоки…

По крайней мере, над Алексеем и Таей она пошутила сурово. С одной стороны, молодые люди находятся в коме и на этом свете их поддерживает только сложная медицинская аппаратура, а с другой – перед ними уникальный виртуальный мир. Новейший сервер «Миров Бессмертных», на просторах которого Алексею и Тае предстоит стать бета-тестерами по заданию «случайного» знакомого. Целая вселенная, неотличимая от реальности, населенная сказочными существами. Необъятная территория, на которой каждый волен быть храбрым воином или уважаемым магом и есть шанс подружиться с повелителем Темного Леса или влюбиться в красавицу эльфийку. Но так ли на самом деле чудесна и безопасна цифровая действительность и не готовит ли судьба-злодейка очередную каверзу?..

В оформлении переплета использована работа художника Владимира Манюхина


© Кучеренко В.А., Ольховская И.Д., 2016

© Оформление. ООО «Издательство «Э», 2016

## Пролог

Желтый сигнал светофора едва сменился зеленым, как стерильную тишину раннего воскресного утра нарушил визг покрышек. Автомобиль Эрика Крюгера, оставляя за собой дымящий черный след, покинул перекресток.

Профессор кибернетики спешил. Сегодня важный день! Тэя должна взять под контроль системы энергоснабжения дата-центра. Когда наблюдающие техники обнаружат неладное и поймут, что же именно происходит, уже будет поздно – к тому моменту грандиозный план великого Крюгера войдет в завершающую фазу.

Шесть лет назад руководство фирмы «Семантик ГмбХ» обратилось к нему с просьбой разработать систему искусственного интеллекта для компьютерной игры нового поколения. Тогда еще достаточно молодой и амбициозный Эрик, которого, между прочим, в его двадцать девять лет уже признала мировая научная общественность, надменно отказался. Как позже писали газеты: «Гений считал посвящение себя какой-то там дешевой поделке для несерьезного времяпрепровождения, сопровождающегося серьезным выкачиванием денег, как минимум – поступком нерациональным, как максимум – недостойным». Даже несмотря на астрономическую сумму гонорара в обещанном контракте.

А вскоре, как снег на голову посреди лета, обрушился смертельный приговор врачей! Почетный член четырех международных академий наук, автор десятка патентов, родоначальник целого ряда перспективных разработок в области ай-ти-технологий, живая легенда, знаменитый профессор Крюгер с потрясением узнал, что по самым оптимистичным прогнозам ему осталось от силы года четыре.

Всю свою сознательную молодость, начиная со скамьи колледжа, Эрик без остатка посвятил науке. И вот как ему воздалось за заслуги? Пока сверстники беззаботно оттягивались, вкушая прелести бытия, юный немец, не щадя сил, занимался любимой работой и развивал свой талант. Пускай ему так и не удалось обзавестись семьей, зато он стал лучшим в своем деле!

«Увы, опухоль неоперабельная. К счастью, мы выявили ее не на последней стадии. Однако даже на препаратах вы доживете лишь до тридцати трех», – слова медиков еще кружились в голове, а цепкий ум, привыкший к решению сложных задач, уже искал выход. И у профессора созрел-таки отчаянный план, как перехитрить судьбу!

Единственная проблема – чтобы воплотить идею на практике раньше отведенных болезнью сроков, требовались огромные финансовые вливания и сверхсовременные технические средства. А посему, отбросив гордыню, спустя каких-то несколько месяцев после отказа о сотрудничестве с вышеупомянутой корпорацией, Эрик распахнул-таки двери центрального офиса «Семантики» и предложил свои услуги.

Конечно, вездесущие журналюги уже растрезвонили о его беде, и потому условия в этот раз были отнюдь не столь заманчивы, как при первой встрече. Но с недавних пор профессора интересовали совершенно иные вещи.

И он успел! Пять лет. Пять чертовых лет целеустремленный кибергений трудился как проклятый, выжимая последние силы из ослабленного смертельной болезнью организма. И вот сегодня все, к чему он так упорно приближался, должно свершиться! Эрик Крюгер обманет Костлявую и обретет бессмертие! Он уже вопреки устрашающим предсказаниям онкологов пережил Христа! А теперь и вовсе поравняется с самим Господом!

Зуммер на коммуникаторе оповестил профессора о том, что Тэя успешно залила последнюю версию прошивки. Особую версию!

«Отлично! Процесс пошел, и обратного пути уже нет. Хотя терять, по сути, мне ведь и нечего, – мысленно перевел дух мандражирующий Эрик. – Через одиннадцать минут и двадцать пять с половиной секунд отработает последняя процедура, и все! Ложись в любую капсулу и…»

Обычно в меру осторожный и внешне всегда абсолютно спокойный профессор вдруг поддался мимолетной эйфории и нетерпеливо вдавил педаль акселератора в пол. Могучий мерседесовский двигатель довольно заурчал, поглощая дополнительную порцию высокооктанового топлива, и «породистый» автомобиль резво рванул на обгон плетущегося грузовика…

Возможно, Крюгеру удалось бы избежать лобового столкновения со встречным транспортом. Дорогостоящие и чрезвычайно надежные шины престижного спорткара рассчитаны и не на такие виражи. Но прошедший днем дождь и ударившие к вечеру заморозки превратили дорогу в сущий ад…

## Часть I. Предложение, от которого невозможно отказаться

### Глава 1

Иссиня-черная аппликация леса, наложенная на уже начавшее сереть рассветное небо, медленно проплывала за окном сонно плетущейся электрички.

Электропоезд-пенсионер был старым, обшарпанным, с богатыми на щели продуваемыми окнами и неудобными деревянными лавками. Несмотря на невысокую скорость, хвостовой вагон гремел, скрипел и раскачивался, как лодка в бушующем море. Все это вкупе с жесткой деревянной сидушкой, уже порядком отдавившей мне филейную часть, не давало уснуть. Поэтому я честно пыталась изображать благодарную слушательницу перед яростно жестикулирующим и обильно брызгающим слюной Лехой.

Лешка – мой сосед по лестничной площадке, мой друг детства, мой почти брат – бугай под два метра ростом, на две головы выше меня и раза в три шире. С рыжими, вечно всклокоченными волосами и безумным, фанатичным взглядом серо-голубых глаз. Но безумный взгляд – не потому, что он того… тю-тю. Просто когда парень сильно увлекается разглагольствованиями на волнующие его темы, то у него всегда такой вот пугающий взгляд.

Это, кстати, он подобным образом вводит неопытную младшенькую в курс дела. После двух лет изнасилований бедного мозга ему все-таки удалось уболтать меня выбраться на первую в жизни «ролевку».

В голове периодически всплывала робкая мысль: «Какого, собственно, лешего я поддалась на уговоры и поперлась в несусветную рань неведомо куда, лазать по неведомым дорожкам, искать следы неведомых зверей?» Всплывала и тут же тонула под напором непрекращающегося словесного поноса, без устали генерируемого названным родственничком.

Несколько лет назад этот рыжий искуситель подсадил бедную меня на компьютерные игры. В частности, на «Линейку»[1]. Потом я как-то втянулась и уже сама переманила Леху на «ВоВку»[2], потом на «Айон», потом на «Теру», потом на «Скайфордж»[3], потом опять на возрожденную «Ладву».


И вот теперь новая Лешкина блажь – ролевые игры толкинистов, маму их так! Нет, я, конечно, тоже уважаю фэнтези и отдых на природе. Но не активный – чисто побухать и пожрать шашлычка. А тем более не в середине осени, когда дневная, достаточно теплая погода чередуется с утренними и вечерними заморозками. Ну, ленивое я по жизни создание. Ле-ни-во-е и абсолютно домашнее. Вытащить меня из-за компа могут только три вещи: подъемный кран, взрыв тактического ядерного заряда и Леха, способный выдолбить и высушить мозг любого человека, доведя того до состояния «зомби ручной обыкновенный».

Между тем я никогда не была пай-девочкой. Дочь военнослужащего, провела детство в одном из отдаленных гарнизонов Забайкальского военного округа. Родители вечно оставляли меня на попечение соседского пацаненка Алешеньки (его отец служил там же), который был на два года старше меня. Естественно, мальчишке было гораздо интереснее со своими товарищами, нежели скучать в обществе моих малолетних подружек. Потому он и таскал меня везде за собой.

Поначалу ребятня выражала недовольство моим обществом и пыталась подначивать Леху, обзывая нас женихом и невестой. Но эти глупости крупный не по годам Алексей быстро выбивал из дурных голов. Да и я была не тихоней – не оставалась в стороне, добавляя насмешникам еще и от себя. Так что в скором времени в компании мальчишек я стала «своим в доску парнем».

Ну а чем занимались оторванные от всех соблазнов цивилизации пацаны? Конечно же, стремились облазать все окрестности!

Жизнь несколько разнообразили уроки НВП[4], которые преподавал нам настоящий боевой, а не отставной, командир разведбата нашего полка, бывший афганец и просто отличный мужик – дядя Ваня.


Он добровольно взял на себя обязанность занять гарнизонную детвору. Как сам он говорил: «Чтобы от безделья не маялись ерундой». А ерундой мы действительно маялись. То лезли на охраняемые склады с НЗ и тырили огромные банки с витаминами «Ревит», а потом, обожравшись ими, бродили и движением сеятелей пригоршнями раскидывали драже по всему гарнизону. То пробирались на полигон во время учений – посмотреть, как стреляют «саушки»[5]. То еще чего-нибудь придумывали.


Чаша терпения переполнилась, когда десятерых пацанят и меня чуть не накрыло залпом артиллерии. Хорошо, что нашу компанию вовремя заметили с наблюдательной вышки и в последний момент успели отменить стрельбу. Скандал разбушевался знатный! Собственно, после этого случая нами и занялся дядя Ваня.

Конечно, несмотря на то что главной зачинщицей этого памятного похода была я, меня посчитали жертвой обстоятельств, а все громы и молнии свалились на бедного Леху, которого первым записали к разведчику в «добровольцы». Меня же вытряхнули из любимых рваных джинсов и вновь попытались запихнуть в платьице. Но я закатила жуткую истерику, объявив, что в куклы играть неинтересно и что я тоже пойду заниматься к дяде Ване. В конечном итоге родители сдались.

Чтобы дурные мысли не лезли в пустые головы, гонял нас командир разведывательного батальона, что называется, «нипадецки» и поблажек даже мне не давал. Бег по утрам, сборка-разборка-чистка оружия, выезды на стрельбище, топография, ориентирование на местности, походы в тайгу и прочее, прочее, прочее. И все это, заметьте, с согласия родителей. Только бы не лазили где не положено. Короче, веселуха.

А потом с небольшой разницей по времени, сперва Лешкин отец, а следом и мой уволились из «рядов». Наши дружные семьи вернулись в лоно цивилизации, и «телевизор нам природу заменил»…

– Тась, ты че, спишь? – Леха обратил внимание, что неблагодарная слушательница перестала внимать его речам.

– А? Что? Нет, не сплю. Медитирую, – попыталась я оправдаться.

– Угу, медитируешь. А храпишь – это ты типа сутры читаешь? – хохотнул друг.

– Да ну тебя. Разбудил бедную девушку ни свет ни заря, еще и ржешь, – возмутилась я.

– Говорил: «Спать раньше ложись!» А ты: «Еще один РБ[6], еще один РБ», – поучал Леха.


В это время электричка остановилась на очередной остановке, и в наш вагон вошел третий пассажир. Мужчина. На вид лет тридцати пяти – сорока. В черном плаще с поясом и в черной фетровой шляпе. Несмотря на то что вагон был совершенно пустым, а у нас в ногах стояли огромные туристические рюкзаки с тормозками и псевдосредневековой амуницией, мужчина уселся на скамейке прямо напротив нас.

Уперев колени в Лехин баул, незнакомец, совершенно не стесняясь, принялся следить за ходом нашей беседы. Цепкие угольно-черные глаза с хитринкой в уголках перескакивали с одного говорившего на другого.

Обладатель фетровой шляпы так пристально наблюдал, что в конце концов это вызвало у нас чувство неловкости, диалог постепенно затих, а мы уставились на попутчика.

– Толкиенисты? – полюбопытствовал мужчина.

– Типа того, – недружелюбно ответствовал Алексей.

– А вы что, тоже интересуетесь? – послала я встречный вопрос.

– Нет, я, если можно так сказать, сочувствующий, – улыбнулся «Черный плащ».

Нахмуренность Лехи как ветром сдуло и, найдя нового благодарного слушателя, он приступил к своему излюбленному делу – выносу мозга окружающим.

Минут сорок мой товарищ с Денисом Егоровичем – так представился нам новый пассажир – горячо обсуждали достоинства и недостатки различных видов колюще-режущего оружия, а я сидела с открытым ртом и понимала, что, скорее всего, сочувствующая здесь я.

Вскоре выяснилось, что наш собеседник не только поклонник фэнтези и дедушки Толкиена, но и имеет непосредственное отношение к онлайновым играм. Данный факт заинтересовал уже и меня, и разговор закрутился по новой.

Электричка снизила скорость и стала плавно притормаживать перед очередной остановкой. Мужчина взглянул за окно, хлопнул себя ладонями по коленям и сказал:

– Ну, мне пора! Было весьма познавательно пообщаться и с вами, Алексей, – кивнул он Лехе, – и с вами, Таисия, – кивок в мою сторону. – Наша фирма сейчас активно продвигает новый игровой проект, и ей требуются такие перспективные ребята, как вы. Поэтому в рамках данных мне полномочий официально приглашаю вас принять в нем непосредственное участие. И развлечетесь, и подзаработаете.

Денис Егорович сунул руку во внутренний карман и извлек пару визиток:

– Прошу, молодые люди. Если заинтересуетесь, свяжитесь со мной.

– С удовольствием! – воскликнул Леха и первым выхватил прямоугольничек.

Я без проявления особого энтузиазма, а скорее из вежливости, взяла второй. При этом человек в шляпе пристально взглянул мне в глаза и как-то странно улыбнулся.

– Так что за новый проект? – попыталась выяснить я.

В это время поезд окончательно остановился у платформы.

– Ой, объяснять долго. Но я не говорю «прощайте». А значит, все подробности при следующей встрече, – собеседник торопливо пожал парню руку, слегка поклонился мне и заспешил к дверям.

– Классный мужик! – обратился ко мне Леха, когда станция, перрон и оставшийся на нем Денис Егорович скрылись из виду.

– Классный, – согласилась я и опустила взор на подаренную визитку. Странная она какая-то. Пластиковая, с голографическим цветочным узором, который можно увидеть, только если свет падает на карточку под определенным углом.

Надпись, тисненная золотыми буквами, гласила:

«Д.Е. Монов – ведущий специалистотдела «Балансировок игровой механики» НИИ крионики при международной академии Космических исследований».

– Чего там написано? – поинтересовался Леха и тоже уткнулся в свой кусочек пластика.

– Ха-ха-ха! – заржал он через несколько секунд.

– Чего зубоскалишь? – повернулась я.

– Ты фамилию и инициалы этого кренделя видела? Прочти слитно.

– Демонов. Да, забавно, – согласилась я. – Но все же не так смешно, если быстро прочесть фамилию и имя Лены Головач.

– Гы-гы-гы, – снова затрясся Леха.

– Слушай! – оборвала я его. – А НИИ крионики – это же разработчики «Миров Бессмертных»!

– Тех самых, о которых ты постоянно бредишь? – опешил Алексей.

– Ага! Еще как брежу, – не стала отрицать я.

Леха тут же вспомнил и процитировал один из рекламных слоганов:

– «Полное погружение в игру! Мечта, ставшая реальностью!»

– Да уж. Мечта. Недоступная. «Саркофаги» таких бешеных бабок стоят… Ууух! В принципе, можно и без капсулы гамать, с обычного компа. Но это уже не то. Графика, конечно же, на порядок круче, чем у всех остальных. Да плюс на каждом сервере своя уникальная вселенная, отличная от…

Закончить мысль я не успела, так как под днищем что-то громко стукнуло, потом послышался душераздирающий скрежет металла, задняя часть вагона вдруг начала уходить влево, и выяснилось, что электричка едет… боком?!

А потом мы увидели летящий на нас локомотив встречного товарняка…

### Глава 2

Вторгшийся в сознание отборный четырехэтажный мат известил о возвращении слуха. Со всем остальным функционалом дела обстояли пока значительно хуже. Мышцы не слушались, глаза разлепить не представлялось никакой возможности, но вот ругань я слышала четко, ясно и очень близко.

Снова попыталась разомкнуть веки. Дичайшая боль, судорожно пронзившая каждую клетку организма, сообщила о возобновлении телесных ощущений. Я стиснула зубы и негромко застонала. На громко сил не осталось. Еще бы! Как-никак поездом переехало.

Наконец удалось распахнуть свои ясны очи! Распахнула и тотчас их зажмурила. От резкого яркого света моментально навернулись слезы. Полежала так еще минуту, снова попыталась взглянуть на окружающую действительность. По глазам повторно резануло, но я принялась быстро моргать, пока не привыкла. Яркий свет все еще напрягал, но, по крайней мере, слезы течь перестали.

Распластавшись на спине и обозревая пасмурное небо, я все никак не могла сообразить, почему так светло, если все затянуто плотными низкими облаками?

Рядом кто-то продолжал материться. Видимо, Леха. Почему «видимо», ведь голос явно чужой и какой-то детский? Однако столь изощренные идиоматические выражения моим ушам раньше доводилось слышать исключительно в Лехином или его папика исполнении. Хотя вот уже появились и какие-то новые, мудреные обороты. И я, как истинная ценительница великого и могучего, даже невольно заслушалась. А дождавшись логического завершения, слабо позвала:

– Ле-ха-а! Ты там живой?

Фонтан сквернословия затих, и надо мной склонилось симпотное лицо блондинистого пацанчика лет тринадцати-четырнадцати с ярко-зелеными глазами, прямым красивым носом и русыми волосами до плеч. Несколько прядей упали ему на лицо, и паренек нервно сдул их.

– Тая?

– А где Леха? – глупо переспросила я, уставившись на подростка.

– Я и есть Леха, – заявил блондин и зло сплюнул сквозь зубы, как это обычно делал в ярости мой друг.

Подобная метаморфоза не лезла ни в какие ворота. М-да, видать, нехило меня паровозом приложило.

– Э-э-э… – не сразу нашлась я, что ответить. Потом раздраженно уточнила: – Это что шутка такая, мальчик? Розыгрыш? Где-то спрятана камера, да? Куда помахать ручкой?

– Да какие уж тут шутки, – грустно ответил нежный отрок. – Тут, Таська, ваще фигня какая-то непонятная творится.

Попыталась выдавить язвительную улыбку, только, по-моему, это не особо удалось.

Он был прав. Действительно, фигня. Начать, к примеру, с одежды. Одет этот Леха был престраннейшим образом. По-старинному, короче, как-то. Коричневая кожаная куртка. «Охотничья», – почему-то подумалось мне. Такие же охотничьи штанишки, заправленные в черные мягкие мокасины с отворотами, подрезанными в виде прямоугольных зубцов по краям.

– Хм, а ты красавчик теперь, однако! Смахиваешь на себя десятилетней давности, только улучшенный вариант, – не удержалась я и решила подколоть друга, памятуя про его неудачи с женским полом, обусловленные не слишком фотогеничной внешностью и мерзким характером. – Уж поверь, деффки при виде такого лапочки кипятком писать будут!

– Ой, а ты себя видела? – хрюкнул от смеха Леха.

На что это он намекает? Нехорошее предчувствие заставило пробежать стадо мурашек по позвоночнику от головы до ж…, ну, в общем, до того места, откуда ноги растут, туда и обратно. Я попыталась приподняться, чтобы оценить свое состояние, но сил для подобного подвига по-прежнему недоставало.

– Что, тяжко совсем? – посочувствовал товарищ по несчастью, глядя на мои бесполезные попытки подняться.

– Ага, хреновато, – скривилась я и только сейчас обратила внимание, что мой голосок тоже детский. Но не ломающийся козлиный, как у пацаненка Лехи, а гораздо тоньше. – Черт, а что у меня с голосом за ерунда?

– Таськ, поверь мне, это еще не самое страшное.

– Да?

– Ага. Со всем остальным вообще писец! – заявил Лешка.

«О чем это он?» – продолжала тупить я.

В конце концов решила не травмировать свою психику раньше времени глупыми выводами. Хотя бы покуда головокружение не уймется.

– Эмчеэсники еще не приехали? – то ли проскрипела, то ли пропищала я.

– Не-а. И судя по всему, вряд ли приедут, – последовал ответ.

– Чего это? – тут же задала я следующий, вполне резонный вопрос. – Тут два паровоза поцеловались, а они не приедут?

– А того! Нету никаких паровозов, – невесело сообщил мальчуган.

– В каком это смысле «нету»? – еще больше изумилась я, до этого момента считая, что удивляться дальше вроде бы уже и некуда.

– А в самом что ни на есть прямом! Ни вагонов, ни железной дороги, ваапче ничего нет! Лишь лес кругом да какие-то обгорелые развалины дымятся, – махнул Леха куда-то вдаль.

Внезапно рядом раздался негромкий хлопок. Юнец повернулся на звук. Я подобных действий совершить не сумела – тело все еще плохо слушалось.

Леха же, увидев что-то или кого-то, вдруг резко рванул в ту сторону, опять громко сквернословя.

– Ну-ну, прошу вас, успокойтесь, молодой человек, – услышала я знакомый тембр где-то справа.

– Да я ща так успокоюсь, что вам мало не покажется! – пищал Леха. – Не сомневаюсь, это ваши фокусы! Что вы с нами сделали? – продолжал буйствовать друг.

Хм, кстати, что же все-таки со мной не так? Хоть глазком бы взглянуть, но, блин, еле шевелюсь.

– Да угомонитесь же, юноша! Сейчас и так все объясню, – опять знакомый голос.

«Определенно уже его слышала! Но где? – напряглась я. – Стоп! Так это же Монов Д.Е.! А что он тут забыл? Он же вроде сошел до столкновения? Может, увидел аварию и добрался до нас пешком? Мы-то вроде недалеко от перрона отъехали».

В поле зрения нарисовались две фигуры. Ведущий специалист отдела «Балансировки игровой механики» был одет еще страньше малолетки Лехи. Верхнюю часть его облачения я бы назвала камзолом черного бархата с золотой вышивкой. Ноги обтянуты черными бархатными лосинами. В качестве обуви – высокие ботфорты до колен. А еще новый знакомец был при мече и кинжале и в лихо заломленном на правую сторону берете (тоже, кстати, бархатном) с огромным белым пером, приколотым к головному убору золотой брошью с зеленым камнем.

– Звездануться! – единственное, что смогла выдать я, и в очередной раз попыталась встать. Впрочем, в очередной раз абсолютно безрезультатно.

– Опять глючит, – понимающе вздохнул Денис Егорович, глядя на мои потуги. – Сейчас-сейчас, Таисия! Я вам помогу.

Мужчина склонился над моим телом и совершил несколько пассов руками. Под кожей начало покалывать, как бывает обычно, когда затекает рука или нога, и… боль отступила!

Экстрасенс, что ли?

Наряженный в бархат Монов пошаманил надо мной еще минуты две-три, после чего предложил подняться.

О нет! Лучше бы я умерла! Мама, пожалуйста, роди меня обратно!

Первое, что бросилось в глаза, – моя рука, которую я подала нашему внештатному народному целителю. Тонкие запястья, маленькие ладошки и нежные пальчики с аккуратными ноготками. Вроде бы нормальная рука, да вот только не моя! Совсем детская. Но главное – кожа! Почему-то она серого цвета!

«Я че, зомби какой-то или вампир?» – мелькнула придурковатая мысля.

Потом обратила внимание на то, что рост мой гораздо ниже, чем у Дениса Егоровича. Да что там! Даже Леха, выглядящий как четырнадцатилетний пацан, на полголовы выше меня.

Будто угадав мое желание, хозяин пластиковых визиток со словами: «Айн момент» щелкнул пальцами. После чего воздух в метре от моего любопытного носа уплотнился и превратился в зеркало.

Сначала сие явное проявление магии сильно заинтересовало меня, но то, что я увидела потом в наколдованном отражающем стекле, быстро вытеснило посторонние думы из головы. И не просто вытеснило, а выдуло ледяным порывом ветра. Сердце, кажется, замерло на середине удара, а легкие забыли, как дышать. Существо, пугливо взирающее на меня из зазеркалья, было… не мной, а какой-то совершенно незнакомой и ни капельки не похожей на меня в детстве мелкой девчонкой!

Миловидное детское личико. Огромные, чуть ли не в пол-лица миндалевидные фиалковые глаза, как штампуют в женских любовных романах – «в опушке длинных пушистых ресниц». Задорно вздернутый носик. Полные губки, но не привычные коралловые, а тоже серые, только на тон темнее, чем вся кожа. Тем не менее смотрится неплохо. Белоснежная длинная челка прикрывает такие же белоснежные, красиво изогнутые бровки. Волосы на затылке собраны в тугой хвостик. Скорее всего в распущенном состоянии они будут чуть ниже плеч. Две белоснежные пряди, не попадавшие в общий пучок, обрамляют лицо слева и справа и спускаются до ключиц. В японском анимэ на такие личики обычно умиленно пищат: «Каваиииии!»

Облачена девчонка в зеркале в такой же охотничий костюм, как подросток-Леха. С той лишь разницей, что если на товарище по поездокрушению одежда сидит достаточно свободно, то наряд девочки облегает нескладную, еще даже не собирающуюся формироваться в женскую, фигурку. Но самые поразительные детали этого образа – пепельный цвет кожи и торчащие по сторонам острые ушки.

– Выдыхай, бобер, выдыхай! – закричал мне Леха, заметив, что я уже почти минуту неподвижно пялюсь на собственное отражение.

Наконец с каким-то всхлипом я смогла вздохнуть и отвести наполнившийся слезами взгляд в сторону.

– Эта недозрелая остроухая кукла Барби – я? – не глядя на топчущегося напротив мужчину, ткнула я миниатюрным пальчиком в сторону зеркала. При этом голос мой жалобно дрожал.

Оба собеседника синхронно кивнули.

– Вы че, совсем охренели?! – заорала я, срываясь на визг и далее пытаясь превзойти в построении многоярусных идиоматических выражений боцманов отечественного торгового флота. Это, по всей видимости, мне удалось, так как глаза слушателей округлились до размеров кофейных блюдец. Извержение анафемического вулкана утихло только минут через пятнадцать.

– Сильна-а-а, – уважительно протянул Леха. – Честно признаюсь, узнал много нового.

– По-моему, это была самая ужасная вещь, которую я наблюдал за всю свою жизнь, – отдуваясь, заметил Денис Егорович. – А видел я, поверьте, немало.

Это он, видимо, подразумевает впечатление, полученное от лицезрения миленькой соплюхи, изрыгающей проклятия практически на уровне ультразвука.

У меня же, наоборот, все слова закончились, и я тупо стояла и пялилась в зеркало. Потом зло уставилась на «Демонова». Что-то подсказывало, что все случившееся с нами за последний час – дело рук этого гада. Опять гневно ткнув пальцем в отражение, грозно вопросила:

– Итак, что это за такое?

– Не что, а кто, – попытался отшутиться виновник. – Это ты, Таисия.

– Сама уже поняла! – не отреагировала я на шутку. – Но с какого хрена это чудо – я?!

Пыталась прорычать эту фразу как можно более грозно, но тщетно – с нынешним писклявым голоском это прозвучало совсем не страшно.

– Ну-у, в двух словах и не рассказать, – виновато улыбнулся Монов.

– Желательно, чтобы слов было побольше, – настаивала я. – И желательно по теме.

– Да, кстати, Денис Егорович, – вставил свои пять копеек Леха, – что это за цирк?

Виновник событий присел на ствол поваленного в паре шагов дерева, приглашающим жестом попросил и нас присоединиться. Леха присел, а я из вредности продолжала стоять напротив и сверлить мужчину колким прищуром.

– Да не смотри на меня так, – не выдержал Монов. – А то сейчас воспламенишь.

– А могу?! – с надеждой буркнула в ответ, не снижая коэффициента ненависти во взгляде.

Денис Егорович поднял руки, будто сдается, и начал свои объяснения:

– Ну, для начала позвольте представиться? – улыбнулся наш собеседник.

– Знакомились уже вроде? – буркнул Леха.

– Ну, в другом мире да, а здесь меня зовут Гермилон.

– В другом мире?! – удивилась я. – То есть это такой толстый намек, что сейчас мы не на Земле?

– Выходит мы… мы все-таки погибли в железнодорожной катастрофе, да? – сквозь плотно сжатые губы вырвалось Лешкино предположение.

– Которую, между прочим, этот Хермайор и подстроил! – обвинительно рявкнула я, нарочно переврав имя, и снова накинулась на бархатного: – Это совершенно несправедливо! Мы ведь еще совсем молодые! Да какое вы вообще имели право?!

Честно признаться, эмоции у меня как-то через край. Обычно я человек флегматичный и довести меня до проявления каких-либо всплесков крайне затруднительно. Хотя, вам бы объявили, что вы умерли…

– Успокойтесь, пожалуйста, молодые люди! Ничего я не подстраивал, – обиделся Денис Егорович, который Гермилон. – Даже, наоборот, собственноручно еще до прибытия Службы спасения вытащил ваши тела из искореженного вагона, оказал первую посильную помощь, сопроводил до больницы, сообщил вашим родным… По идее, вы еще благодарить меня должны.

– Ничего не понимаю, – нахмурился Леха. – Так мы не сдохли?

– Да, уважаемый, будьте любезны, потрудитесь объяснить: на том мы свете или где? – подбоченилась я.

– Вы на этом свете, но только в немножко другом измерении, – улыбнулся мужчина. – И вы относительно живы.

– Как это «в немножко другом измерении»? – нахмурилась я, отнюдь не разделяя веселья собеседника. – Мы теперь типа попаданцы, что ли?

– Ну, можно и так выразиться, – согласился Гермилон.

– А куда конкретно попаданцы? В будущее или в прошлое? – почесал за ухом Леха.

– Да, время тут действительно течет чуть иначе, тем не менее мы в настоящем.

– Тогда это, – я обвела руками окружающее пространство, – параллельная вселенная?

– В какой-то мере да. Но более точно будет назвать это виртуальной реальностью.

Паренек обалдело присвистнул.

– Ах во-от оно в чем дело! – протянула я, несмотря на то что нечто подобное в моем мозгу уже крутилось. Затем ткнула пальцем в ведущего специалиста отдела «Балансировки игровой механики»: – Только уж теперь не смейте отпираться, что это – ваших рук дело! Дважды два я сложить могу!

– Это – уже моих, – признался Гермилон.

– Ясненько. Ну и почему мы здесь оказались? Вернее, зачем?

– И что означает ваше «относительно живы»? – уцепился друг за слова, ранее произнесенные сотрудником НИИ крионики при Международной академии космических исследований.

– Да, – тут же поддакнула я. – Что с нашими настоящими телами?

– Ну вот добрались и до самого главного, – скорее подытожил себе под нос, нежели донес для наших ушей Гермилон.

Мы с Лехой переглянулись и в ожидании продолжения безмолвно уставились на человека, работающего в конторе, подарившей геймерам знаменитые «Миры Бессмертных». Хотя, думаю, сейчас мы не удивимся, если выяснится, что Д.Е. Монов – вовсе не человек, а его третье и подлинное имя – Харон. То есть существо, сопровождающее души умерших в загробное царство. В каком-то мифе читала об этом жутком персонаже.

Опять стало безумно жалко себя, оборвавшую полет в расцвете лет.

«Эй, тормози! Что-то совсем загнула не туда, – спохватилась и погнала прочь я черные мысли. – Четко же сказали – «ты еще жива».

– Итак, ребята. – Гермилон набрал полную грудь воздуха и начал свою речь: – Лукавить не буду. Ваши физические оболочки находятся в очень плачевном состоянии. И это еще мягко сказано. По сути, вы балансируете на лезвии бритвы, между жизнью и смертью. Помимо многочисленных переломов, у одного из вас оторвало две конечности, другой ампутировали кисть руки, и она лишилась глаза. Но и это еще не самое страшное. Вашим телам сильно досталось от огня…

– А огонь-то откуда? – перебил обалдевший Леха.

– Врезавшийся в электричку состав перевозил нефтепродукты. Несколько цистерн раскололось, возник пожар. Я тоже, между прочим, пострадал, выковыривая вас, однако мои раны – сущие пустяки по сравнению с вашими ожогами четвертой степени. Честно скажу, ребята, вы весьма удивили врачей! Мало какой человек долго останется живым с такой потерей крови, с практически полностью обугленной кожей, с поврежденной огнем большей части глубоко расположенных тканей – подкожной клетчатки, мышц и даже костью. Пока вы находились без сознания, в реанимации шла одна многочасовая операция за другой. Тем не менее дальше выражения крайнего изумления доктора особо не продвинулись. Винить их не стоит, ибо они сделали все, что в их силах.

– Сделали? – сглотнула я ком. – Почему вы говорите в прошедшем времени?

– Борьба за ваши жизни продолжалась несколько месяцев. Светилам хирургии на какой-то миг даже удалось стабилизировать ваше состояние, – говоривший тяжело вздохнул. – К сожалению, этот период продлился недолго, и сейчас вы все равно умираете.

– А как долго нам еще осталось? – тихонько шмыгнул Леха.

– Не могу знать, – грустно развел руками Гермилон. – Но ваши родные уже смирились с предстоящей тяжелой утратой.

Тут я наконец-то дала слабину и всхлипнула.

– Но не отчаивайтесь! Еще не все потеряно! Вы здесь, и вы живы – это главное, – как-то непонятно обнадежил вдруг мужчина в бархате, сделав ударение на слове «здесь». Потом изображение Монова задрожало, пошло рябью, как в дешевых фантастических сериалах, и мужчина исчез.

– И все? На этом вводная часть завершена? – недоуменно разинул рот Алексей.

– Блин, зашибись! – возмутилась я и принялась перебирать в голове варианты ругательств. Как назло, наиболее изощренные из них попрятались в темных уголках сознания. Поэтому не нашла ничего обиднее, чем выкрикнуть в пространство банальное: – Козел бархатный!

Леха вздохнул, смешно подергал вновь приобретенными ушами и сказал:

– Тась, а с другой стороны, и на том спасибо. Представляешь, если бы нам вообще ничего не сказали? Сидели бы и гадали: массовые галлюцинации у нас или синхронное умопомешательство?

– Все равно он – козел!

– Согласен, так это не делается. Наверное. Но не забывай, чел нас, можно сказать, спас.

– Угу. А ты чего вдруг таким добреньким стал?

– Не знаю, – эльфенок пожал плечами. – Может быть, когда услышал, что недолго землю топтать осталось, то захотелось остаток жизни как-то более правильно провести, что ли.

– Слышь, праведник, во-первых, не спеши себя хоронить раньше времени. И без того на душе тошно. Во-вторых, как я поняла, остаток жизни мы топтать не настоящую землю будем, а нарисованную.

– В-третьих тоже будет? – ехидно уточнил друг.

– А как же! В-третьих, если мы в игре, то где интерфейс? Где кнопочки, менюшки, подсказки, карта мира, компас, квестовые[7] оповещалки, чаты, статус-бары состояния нашего здоровья, окошко с атрибутами персонажа, книга со скиллами[8], всякие другие информационные примочки, где все это?

– Э-э… хэ зэ![9] – буркнул Леха.

– Угу, и я про то же.

– Но, может, это намеренно сделали? Типа настолько глубоко приблизили виртуал к реальности, чтобы погрузиться по полной? – предположил Леха.

– Ты сам-то в это веришь? – скептически поинтересовалась я. – Думаешь, среднестатистический школьнег-нагибатор не станет ныть: «Админы, гиде карта? Йа низнаю, куда идти!» Не-ет, что-то здесь нечисто.

– Ну вот, умеешь ты испортить настроение, – уныло прогундосил сосед по лестничной площадке. – И что нам теперь делать?

– Снимать штаны и бегать!

– Блин, Тая, я серьезно.

– Я тоже! Вон, видишь, мертвое тело лежит? Давай его обыщем и го[10] уже куда-нибудь.

– Мертвое тело? Чье? – испуганно прищурился Леха в направлении, совпадающем с моим правым указательным пальцем.

– Ну, если не ошибаюсь, то орка. Или кого-то очень на него смахивающего. Без интерфейса не могу точнее сказать.

– Уф, страшный-то какой, – заглянув в перекошенную морду с выпирающей нижней челюстью и торчащими клыками, поделился впечатлениями вновь малолетний мародер Алексей и заткнул нос. – Фу! Тась, а нам обязательно его раздевать? По-моему, он уже начал разлагаться.

Двухметровое зеленокожее существо действительно нещадно воняло, но, несмотря на это, превратилось в труп, видимо, совсем недавно. Потому что не успевшая свернуться кровь еще сочилась из ран. Своими наблюдениями я немедленно поделилась с товарищем по несчастью.

– Раздевать необязательно, – ответила я. – Думаю, обойдемся и ножом, висящим на поясе. Но с источаемым амбре разложение никак не связано, это, видимо, естественные ароматы орка. Убили его максимум полчаса назад.

– Очень интересно: кто и как? – рассматривая глубокие борозды от когтей на мертвяке, настороженно изрек Леха и сам же ответил: – Подозреваю, кто-то чрезвычайно шустрый. Скорее всего, зверь. Бедняга даже выхватить оружие из ножен не успел.

– Угу, похоже на то. Но еще более любопытно, куда это агрессивное животное потом подевалось? – промолвила я.

– Поэтому давай-ка быстрее свалим отсюда, – высказал нашу общую мысль Алексей и потянулся за ножом.

И в этот момент на нас напали!

Это была рысь! Наверняка та самая тварь, которая порешила орка. Должно быть, она уже давно наблюдала за нами из засады и просто ждала удобного момента.

В отличие от дикой лесной кошки размеры компьютерного аналога превосходили существующий в природе прототип как минимум раза в два! Если бы не короткий хвост и характерные кисточки на ушах, я бы и вовсе подумала, что перед нами – упитанный леопард.

Но принадлежность чудовища к классу цифровых созданий не делало его в наших глазах менее страшным. И укусы у состоящего из нулей и единичек монстра были не менее болезненными, чем у оригинала. Хотя тут сравнивать особо не с чем, реальная сибирская хищница меня, слава богу, никогда не пыталась разодрать на части. В общем, впечатления я испытала непередаваемые. Как в книжках пишут: «первобытный ужас», «наоралась до хрипоты» и так далее.

Не знаю, почему в качестве добычи моб[11] (это же моб, правда?) избрал именно меня. Лехина тушка вроде как пожирнее будет. Или хитрая скотина исходила из тех соображений, что с менее сильной жертвой и проблем огребет меньше? Тогда это стало ее роковой ошибкой.

Помимо того что я визжала и орала как резаная (впрочем, почему как – коготки зверюги шинковали мясо не хуже поварского инструмента). Кулаками и коленками тоже не забывала активно одаривать посягнувшую на мою виртуальную жизнь сволочь.

Гигантская Мурка, не ожидавшая от «мышки-альбиноски» такой прыти, даже несколько раз выпускала меня из своей слюнявой пасти. Я в такие моменты отползала на пару шагов, но потом зверюга опять нападала, и эпизод повторялся.

Реакция у кошки значительно превосходила мою. Поэтому, если бы не вовремя подоспевший Леха, который по самую рукоять вогнал кривой трофейный клинок моей обидчице в брюхо, то я уже вполне могла улететь на перерождение в какую-нибудь тридевятую локацию. После чего светлоухий дружок мой куковал бы на этой территории один-одинешенек. Какое-то время. Думаю, совсем недолгое. До встречи со следующим пушистиком. Хотя при должном везении да с добытой пушкой[12] сей недоросль, вероятно, смог бы соло осилить еще нескольких таких пятнистых царапок. С условием, что те нападать станут строго по очереди, предоставляя противнику время на полный реген.

– Ох, мать моя женщина! Чувствую себя лягушкой, на которую случайно наступил слон, – простонала распластанная на животе я. – Лех, спасибо, что прикрыл мою тощую пятую точку.

– Э… м… как бы… это… не за что, – сбивчиво промолвил приятель. – Вот именно ее я как раз и не успел прикрыть.

– Ты о чем это? – не поняла я.

– Ну, о твоей тощей филейной части, – уточнил парень, смущенно отводя взгляд в сторону. – Больше всего пострадала она.

– Что, прямо уж настолько все плачевно?

– Угу. Тась, кажется, зверина ее совсем откусила! – братец сообщил это с такой кислой миной, что неожиданно развеселил меня.

– Да ладно? – улыбнулась я и, рискуя свернуть от любопытства шею, принялась успокаивать друга: – Лех, да брось, нашел из-за чего переживать. Не забывай, где мы находимся. В ИГРЕ! Тут регенерация быстро происходит, не успеешь оглянуться, как новая ж…а вырастет. Вот, боли я уже почти не чувствую!

– Правда не чувствуешь? – не поверил парень.

– Честное геймерское! – поклялась я и со старушечьим кряхтеньем поднялась на ноги.

Боль действительно совершенно прошла, да и ожидаемого «моря кровищи» не наблюдалось.

– И вообще, хватит обсуждать мою задницу! Давай-ка лучше… О, блин! А куда подевалась рысь?

Остроухий отрок покосился туда, где несколько мгновений назад лежало поверженное животное, и напомнил:

– Дык, сама же напомнила, где мы. А в игре что? – спросил друг и, не дожидаясь ответа, сказал: – В играх трупы мобов обычно исчезают. Вон орк уже тоже пропал.

– А и верно! – согласилась я и, указывая на приличный кусок мяса, килограмма на четыре, перефразировала известную поговорку: – Иными словами: кошка сдохла, хвост облез, кто с нее лут[13] возьмет, тот его и съест. Рысятинки свежей не желаешь?

– Нет, Тась, спасибо, – отказался эльфенок и перевел стрелки: – Тебе нужнее. Для восстановления здоровья много энергии потребуется.

– Организм вроде бы и без дополнительной подпитки справляется, – побрезговала я употреблять хоть и оцифрованную, но сырую плоть, а в качестве доказательств продемонстрировала свои уже зарубцевавшиеся крупные раны и принявшиеся потихоньку рассасываться шрамы от мелких порезов. Более того, даже дырки на одежде и те начали затягиваться. – Лан, го уже отсюда.

И мы ушли, оставив свой первый честно заработанный дроп неподобранным. Да и куда эту окровавленную мякоть класть? Ни мешков, ни сумок, ни рюкзаков. Не по карманам же распихивать!

После встречи с милой кисой желание забираться в дебри неизвестного мира резко подугасло, и для начала мы с Лехой решили исследовать только ближайшие окрестности.

Спустя тридцать минут осмотра района нашей «высадки» у меня требовательно заурчало в животе. Да так, что хоть плачь! Оно и понятно: лазание по кустам и деревьям, да на свежем воздухе…

– Черт! Лех, жрать хочу, – пожаловалась я. – Ты оказался прав. Надо было пересилить себя и схомячить тот кусок падали.

– Так что, обратно вернемся? – предложил «братец».

– А смысл? Там, наверное, уже ни фига нет. Не знаю, как тут, а в нормальных эрпэгэшках выброшенные предметы долго не лежат.

– Да, скорее всего, и тут такая политика, – не стал возражать Алексей. – Но что сервак этот какой-то ненормальный – бесспорно. Сетевой мир, а ни других игроков, ни даже монстров нет.

– Ага, где это видано, чтобы за полчаса блужданий посреди леса не увидеть и не услышать ни одной живой души?

– Хм, а может, мы в какой-то особенной заколдованной зоне? Типа «Мертвой рощи»? – резко остановился в задумчивости бредущий впереди парень. А так как разделяли нас всего пару шагов, то, естественно, я тут же наступила ему на пятки и клюнула между лопаток носом.

– Все может быть. Но это не объясняет отсутствие интерфейса, – прокомментировала я.

Желудок снова требовательно заурчал.

– Проклятье, сейчас я сама готова кого-нибудь загрызть! И рыси эти, как назло, попрятались. Если в ближайшее время не встретим никого съедобного, то я за себя не ручаюсь! Береги уши – их первыми откушу! – пригрозила я.

Леха хихикнул на мою шутку, однако его пальцы сжали рукоять ножа поплотнее.

– А почему обязательно кого-то есть, а не что-то? – вдруг спросил он. – Можно же грибов насобирать или орехов?

– Теоретически можно. Но что-то я не вижу ни того, ни другого, – проворчала я.

Парнишка нервно поежился и внезапно радостно завопил:

– А вон ягоды какие-то растут! Красные!

– Где?!

– Да вон же кусты!

Я наконец тоже увидала, радостно облизнулась и рванула вперед, не забыв бросить товарищу зловещее:

– Молись, чтобы они были съедобными!

В шутку, конечно.

Приблизившись, в красных ягодах мы опознали малину. Не очень крупную, но необычайно сочную, ароматную и фантастически вкусную. Не знаю, как программисты добились подобных результатов, но в моем мозгу отложилась твердая убежденность, что я даже в реальной жизни не пробовала подобного объеденья!

На несколько минут я просто выпала из окружающей действительности. Вернул меня туда раздавшийся над самым ухом оглушительный рев. Испуганно отрыгнув и резко отпрыгнув в сторону, я нащупала рукой торчащую из земли палку и чисто инстинктивно схватила ее. Однако вместо страшного монстра увидела довольную, перемазанную красным соком физиономию Лехи.

– Ты что, придурок, так пугать?! – заорала я на идиота.

Точнее, попыталась заорать. Однако вместо необходимых слов из моего рта также вырвался рев, наподобие того, который только что исполнил мой друг.

Невзирая ни на что, эльфеныш продолжал самозабвенно жрать малину, глупо улыбаться и смешно рычать. А потом вдруг количество Лех удвоилось!

У меня в голове зашумело, мир странно накренился, но на душе стало легко и весело. Ощущение походило на то, когда я на Новый год в один присест осушила целую бутылку шампанского.

В этот момент оба Лехи особенно громко заревели, показывая на меня пальцами, схватились за растущие рядом деревца (сантиметров по пятнадцать в диаметре) и без особого напряга вывернули их с корнем. Причем поражало то, с какой синхронностью действовали эти забавные остроухие близнецы.

Неожиданно и на меня нахлынуло какое-то необъяснимое бесшабашное веселье. Размахивая подобранной дубиной, я тоже бросилась на Леху, безудержно смеясь и рыча. Но тут остатки критического и логического мышления окончательно покинули мою внезапно прохудившуюся, медленно уезжающую крышу…

Второй раз за день я очнулась с ощущением того, что меня переехал поезд. Чувство дежавю стало более полным, когда рядом кто-то крякнул и выматерился тонким детским голоском.

– Лешик, ты здесь? – слабо прохрипела я (горло, что ли, сорвала?).

В отличие от «пробуждения намбер ван» сейчас я смогла не только заговорить, но и повернуть голову в сторону чертыхающегося голоса. Однако первое, на что наткнулся мой взгляд, оказался не эльфенок Леха, а ствол небольшого дубка, который я почему-то обхватывала пальцами правой руки.

Удивиться я особо не успела, потому что в этот миг, икая и матерясь, в поле моего зрения вполз Алексей. Более точно охарактеризовать способ его перемещения у меня вряд ли получится, так как идти в стандартном понимании действия, обозначаемого этим глаголом, у парня явно не получалось. Он вставал на карачки, долго и мучительно пытался подняться, когда это удавалось, некоторое время стоял, сильно раскачиваясь, потом старался сделать шаг вперед, но опять падал. Таким образом, мелкий эльф медленно перемещался в моем направлении.

Решив помочь опьяневшему товарищу, я бодро вскочила, но передвигаться на своих двоих у меня получалось еще хуже, чем у Лехи. Быстрый анализ скорости реагирования организма на команды мозга подтвердил, что печальная участь перебравшего дозу алкоголика не миновала и меня. Что ж, в таком случае более благоразумно и менее травмоопасно полежать. Заодно и подумать, чем же мы обязаны такому «счастью»?

Когда колобок-Леха практически докатился до меня, послышался уже знакомый хлопок, и пред глазами в сиянии славы своей явился не кто иной, как наш благодетель – господин Дэ’Монов, который, изобразив на лице вселенскую скорбь, доложил:

– Сорри. Вылетел. Админский интерфейс подглючивает иногда, зар-р-раза.

– Значит, интерфейс здесь все-таки есть? – негромко протянула я.

А Леха тут же накинулся на мужчину с претензиями:

– Вы почему нас тут, как слепых котят, кинули?! Ни инструкций, ни подсказок, ни оружия нормального! Что это за игра у вас, если тут ни мобов толком нет, ни других игроков не видно?!

– Спокойно, спокойно, Алексей, – примирительно заговорил Монов, – никто вас не бросал. Я же сказал, что вылетел…

– Что за глючная игрушка, из которой даже админы вылетают? – продолжал буйствовать мелкий эльф.

– Да заткнись уже, Леха! – не выдержала я. – Что ты истеришь, как баба? В конце концов это моя привилегия! Сказал же тебе человек – «вы-ле-тел». Сейчас нам все объяснят. Ведь так? – это уже глядя на Гермилона.

– Рад, что в вашей команде есть хоть один трезвомыслящий человек, – улыбнулся обладатель бархатного берета.

– А я типа бред несу? – все не унимался Леха. – Или нетрезво мыслящий?

– Ну, судя по тому, что на ногах ты не стоишь, то трезвость нынче не твой конек, – рассмеялась я.

– На себя посмотри, – обиделся друг.

– Ладно, – примирительно проговорила я. – Просто ты хочешь всего и сразу, да еще и на халяву.

– Это точно, – рассмеялся Монов. – Но в одном ваш друг абсолютно прав. Вам нужна информация. Будьте любезны, напомните, на чем там прервался наш прошлый разговор?

– Вы сказали, что жить нам осталось с гулькин нос и родные смирились с нашей неизбежной кончиной, – подсказала я, а на глаза непроизвольно навернулись слезы. – Это по их просьбе нас сюда подключили? Что-то вроде исполнения последнего желания, да? Мама знала, что я мечтала поиграть в «Миры Бессмертных»…

– А вот и не угадала! – не по случаю бодро сообщил Монов. – Это я настоял на перевозке вас из клиники в наш дата-центр.

– Зачем? – поинтересовался нетерпеливый Леха, хотя было ясно, что дальше Гермилон и без того собирался ответить на данный вопрос.

– Чтобы вас «заморозили»!

– Вот радость-то! – уже не смолчала я, будто на том Денис Егорович закончил свои объяснения. Просто он так рассусоливает все, а у нас нервы на пределе.

– Дорогие ребята, я прекрасно понимаю ваше нетерпение, но лучше давайте один раз все разложу по полочкам, чем потом повторно растолковывать ситуацию, когда вы сгоряча набьете полные лбы шишек, – словно прочел наши мысли мужчина. – Итак, как вам наверняка уже известно, в анабиозе вся физиологическая деятельность организма практически останавливается. В криогенных капсулах нашей организации, прозванных в народе «саркофагами», происходит почти то же самое. С той лишь разницей, что у помещенных внутрь них существ многократно замедляются все биологические процессы, кроме активной мозговой деятельности. Именно это и позволяет безнадежным инвалидам, раковым больным и прочим несчастным с ограниченными физическими возможностями чувствовать себя полноправными членами общества. В «ледяном сне» они так же, как все нормальные люди, учатся, смотрят фильмы, читают книги, слушают музыку, общаются с друзьями в Интернете, играют в компьютерные игры, рисуют, пишут статьи в журналы и даже делают открытия и защищают научные диссертации!

– В теории звучит прекрасно. А на практике ведь таких осчастливленных людей считаные единицы, – резонно подметил Леха.

– Ну, на самом деле далеко не считаные единицы, а гораздо больше. Их десятки тысяч, – возразил Гермилон. – Однако ты прав, мой мальчик. Еще далеко не все, кто нуждается, получают нашу помощь. Все упирается в финансы. Использование дорогостоящего оборудования многим не по карману. Но мы выпускаем целый модельный ряд «саркофагов» для развлекательной индустрии без встроенной медицинской аппаратуры. Содержание более дешевых игровых капсул доступно даже пенсионеру, а их обслуживание не требует специальных навыков. Просто втыкаешь в розетку, как любой бытовой прибор, и пользуешься.

– Но в нашем случае все же необходимо наличие встроенного медицинского модуля?

– Необходимо, – подтвердил Денис Егорович.

– Ага. И мы обязаны сказать вам спасибо за проявление неслыханной благотворительности? Или что? – дерзко изрекла я, предчувствуя, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке. И угадала – ни о какой безвозмездной помощи речь не шла!

– «Или что», – не стыдясь наличия корыстных замыслов, кивнул Гермилон. – Как вы правильно понимаете, спасли вас от объятий смерти мы не просто так.

– Кто бы сомневался, – презрительно сплюнул Леха. – Хороший придумали способ находить себе рабов. А я уж было подумал: «Ах, какой порядочный человек!» Ошибся, вы – самый обыкновенный негодяй!

– Ну-ну, полно вам, юноша. Все не так трагично. Согласен, со стороны поступок мой выглядит, мягко говоря, не очень красиво. Однако негодяй я как раз таки не самый обыкновенный, а очень даже порядочный. И не собираюсь заставлять вас по гроб жизни делать своими должниками. И уж тем более рабами. Все по-честному: услуга за услугу. Я помог вам – вы поможете мне. Вдобавок ко всему еще и неплохо заработаете.

– А зачем деньги двум кускам поджаренного, а затем замороженного мяса? – полюбопытствовала я.

– Во-первых, чтобы оплачивать и дальнейшую сохранность ваших, извиняюсь за цинизм, тушек. Ведь кое-чьи небогатые родственники уже изрядно потратились на бесконечные и безрезультатные операции, и у них не осталось на это средств. Моих же личных сбережений, ощутимая доля которых уже переведена на ваши счета в качестве аванса, хватит максимум на полгода.

– «Играть, чтобы жить»? – вспомнилась мне недавно прочитанная книга. – Знакомая тема!

– Скорее, чтобы существовать, – с печалью в голосе поправил Леха. – Бессмысленно существовать.

– А вот и нет! Не делайте скоропалительных выводов. Вы же только мое «во-первых» услышали. Но есть ведь еще и «во-вторых»!

– Ну-ка, ну-ка, удивите нас! – скрестила я руки на груди.

– При должном старании, желании и везении вы вернетесь в реальность! К нормальной человеческой жизни. Я вам сказал, что сегодняшняя медицина не в силах вам помочь. Но это есть не совсем правда. Существует клиника, в которой и ваши обезображенные лица сделают вновь красивыми, и шрамы уберут, и кожу пересадят, и трансплантацию органов сделают! Утраченные конечности, конечно, заново не вырастят, но такие сверхсовременные протезы имплантируют, на вид не отличишь от настоящих. Со сложной электронной начинкой, с управлением по импульсам, поступающим от головного мозга. Причем управляющие команды будут формироваться сами на инстинктивном уровне. Вы сможете шевелить искусственными руками и ногами как своими собственными!

– Звучит слишком сладко, чтобы не быть сказкой! – скривилась я.

– Поверьте, знаю, о чем говорю, это действительно возможно! Вот только один нюанс – цена такого лечения. Она составит несколько миллионов долларов, – завершил Монов мысль и тем самым, скорее, подтвердил, нежели развеял мои сомнения.

– Тьфу ты! Ну и зачем нас было обнадеживать? – сплюнул Лешка. – Или вы всерьез полагаете, что можно заработать такие деньжищи, круглосуточно бегая по этой полянке и убивая компьютерных монстров?

– А давайте посчитаем! – вместо ответа предложил Гермилон. – Как вы думаете, сколько человек играет на одном сервере «Миров Бессмертных»?

– Ну, постоянный онлайн колеблется от пятнадцати до двадцати тысяч, – прикинула я, совсем недавно интересовавшаяся подобной статистикой. – С учетом того, что в среднем геймер проводит в виртуальных локациях четыре часа в сутки, получается, что в районе сотни тысяч душ набегает.

– Именно! – довольно воскликнул Денис Егорович. – Что сопоставимо с населением небольшого города. Теперь умножьте эти цифры на ежемесячную абонентскую плату, это где-то около двадцати пяти долларов. Затем на двенадцать – число месяцев в году. А потом еще удвойте, так как суммарная выручка от доната топового вирт-мира примерно равна суммарной стоимости всех месячных абонементов посетителей, привязанных к этому серверу.

– Шестьдесят миллионов баксов! – после небольшой математической паузы ахнул и поперхнулся воздухом Леха, прокалькулировавший на секунду быстрее меня.

– Что, действительно такие огромные цифры? – ошалела я.

– Вообще-то это коммерческая тайна. Но начальство разрешило ее вам разгласить. Причем шестьдесят – далеко не предел! Есть вселенные, приносящие девятизначные доходы.

– Ого!!! – хором вырвалось из наших с Лехой глоток.

– Так вот к чему я все веду, – хитро улыбнулся Монов. – Если все сделаем правильно и меня назначат старшим ГМ[14], то десять процентов от прибыли будут моей заработной платой. Ну а я в качестве благодарности обещаю вам отстегивать половину своего гонорара в течение первых пяти лет пребывания на посту, после официального старта. И себя вытащите, и близких обеспечите. Решайте!

– Мы согласны! Согласны! Согласны! – завопил алчный хомяк подсознания, захвативший власть над Лехиным разумом.

А мой пытливый ум не сразу повелся на обещанные златые горы:

– Уж чересчур гладко стелете, – сказала я. – Как понимать: «если вас назначат ГМ» и «после официального старта»?

– А так и понимайте. Сервер этот еще находится в стадии ЗБТ[15]. А на должность претендуют аж пять кандидатов. Получит престижное кресло, естественно, лучший. То есть тот, кто отыщет и отладит наибольшее количество ошибок, а также обеспечит максимальный приток игроков за время ОБТ[16].

– Погодите! Упомянутый вами вид тестирования предполагает наличие в этом мире массы народа, озадаченного проблемами, схожими с нашими. Конечно же, количество игроков закрытой беты будет не столь огромным, как открытой. Но не факт, что другие «пробующие на вкус» новый сервак не обойдут нас. В таком случае плакали наши и ваши денежки. Я ведь правильно понимаю, что не только я и Леха на вас трудимся? И остальные завербованные есть? Отсюда следует вполне логичный вывод: каждый из нас двоих уже не на четверть вашей зарплаты может губы раскатывать, а на какой-нибудь жалкий процентик или того меньше. Так?

– Нет, Тая, не так. На меня будут работать только двое, и это вы с Алексеем, – возразил Гермилон.

– Хм. Но если у вас нет тузов в рукаве, на что вы вообще рассчитываете? Тайком от оппонентов прикрутите нам божественный интерфейс?

– Угу, мне тоже положительный результат затеи без проворачивания авантюры не видится, – очередной раз сменил настроение с веселого на угрюмое мой товарищ по несчастью.

– Нет, все должно быть прозрачно и честно. Однако к данному серверу подключат действительно лишь десять бета-тестеров. По паре с каждой претендующей стороны.

– А ну тогда другое дело! – вновь расцвел Алексей.

Я же сморщила нос:

– Пф, шутите? Какой-то непрофессиональный у вас подход. Что сумеют наковырять десять человек против нескольких тысяч? Или хотя бы даже четырех-пяти сотен? Нам либо сто лет придется баги отлавливать, либо вы выпустите на рынок сырой продукт. Но тогда о бешеной популярности нового мира, а соответственно об астрономических прибылях, не стоит и мечтать.

– Браво, Тая! Теперь мы действительно подобрались к самому главному, – улыбнулся кандидат в ГМ. – Вся соль в том, что это – не совсем новый мир. Мы его перекупили у очень талантливых, но разорившихся зарубежных конкурентов. Про «Семантик Гмбх» слыхали? Нет? А впрочем, не важно. Гениальные немецкие разработчики изобрели искусственный интеллект следующего поколения. ИскИн, реализованный совсем на других принципах. Во все тонкости даже я не посвящен, но позже, как только согласитесь, поведаю, какие конкретно множители участвуют в расчете коэффициента эффективности тестирования такого ИИ[17]. И вы сами убедитесь, что сравнительно небольшой бета-группе вполне по силам справиться с поставленными задачами.

– Хм, заинтриговали прямо-таки. А можно конкретнее, что из себя представляют эти ваши «поставленные задачи»? Чует мое сердце, что «косяки» мы тоже отыскивать будем не совсем стандартные.

– Ой нет, как раз тут все как обычно. Образно говоря, вам предстоит: во-первых, всю эту кухню опробовать на вкус; во-вторых, разобраться с тем, какие ингредиенты входят в те или иные блюда; в-третьих, выяснить, какими специями их заправляют и под какими соусами подают; в-четвертых, попытаться понять технологические процессы приготовления каждого из пунктов меню.

Гермилон набрал горсть земли и поднес к нашим лицам:

– Взгляните: цифровая вселенная настолько идеальна, что ее легко спутать с реальностью. Идеальные текстуры! До мельчайших подробностей проработаны каждая пылинка, каждая травинка, каждая шерстинка животного, каждое перышко птицы, каждая рыбная чешуйка, каждая капелька воды в океане и каждая частица влаги в облаках. Размер здешних пикселей соизмерим с размерами молекул. Работают все законы природы: преломление солнечных лучей, правила отбрасывания тени, температура воздуха, ветер, приливы и отливы. Все совершенно! Персонажи под управлением ИИ, который, кстати, заслуживает отдельного внимания, живут настоящей полноценной жизнью. Они мыслят логически, они учатся на ошибках, они хитрят, они болеют и они любят. Они рождаются, растут, выводят потомство, стареют и умирают, как взаправдашние!

– Круто! – резюмировала я. – Только если действительно тут все так идеально, как вы говорите, боюсь, ошибок мы не нароем.

– Тем не менее они есть! И их предостаточно. Иначе бывшие владельцы этого мира не разорились бы! Вселенная со столь безупречной графикой и такой сбалансированной игровой механикой просто была обязана стать популярной! Однако что-то ей помешало. Поэтому наша с вами задача выяснить, что это за помехи, и устранить их. И чем скорее, тем лучше.

– А с чего вы взяли, что причиной финансового краха прежних хозяев послужила халатность команды отладки, не сумевшей должным образом пофиксить баги, а не что-то более прозаичное? Например, нечистый на руку директор по рекламе?

– А с того, что генеральный, коммерческий и рекламный директоры «Семантик Гмбх» являлись ее соучредителями. Предательство с их стороны исключено, потому что это не в их интересах.

– Ну а если босс по пиару не воровливый, а просто бестолковый? – продолжил гнуть мою линию друг.

– Нет, ребята, не спорьте. Зуб даю, копаться во внешней политике администрации – бесполезное занятие. Не забывайте, что это придумали сверхответственные, многократно все взвешивающие и все предусматривающие педанты немцы. Однозначно нужно искать внутри игры.

– Ну вот, сами себе противоречите! – подловил бархатного Гермилона Леха. – Если ваши хваленые да холеные Гансы с Фрицами такие суперумные и суперперестраховщики, что ж они тогда завалили проект?

– Во-первых, никакие они не мои. Во-вторых, там у них незадолго до официального старта произошла какая-то мутная история с гибелью ведущего разработчика. А без его умной головы преемники, видимо, где-то оплошали. Ну а в-третьих, как говорили в старину мудрые люди: «супротив смекалки русского Ваньки не попрет никакой инженер из Германки».

– Гы-гы, а супротив смекалки нашей Тайки – тем более, – скаламбурил легковнушаемый Леха, который, гад, подсознательно уже переметнулся на сторону Дениса Егоровича.

– Тоже мне остряк-самоучка! – фыркнула я и повернулась к Демонову: – Ладно, сдаюсь. В том смысле, что попробуем разобраться. Но только не говорите потом, что мы вас не предупреждали.

– Не скажу.

### Глава 3

– Уважаемый, а это означает, что мы эльфы? – указал Леха на растопырки, выглядывающие из-под его волос.

– Совершенно верно, – кивнул мужчина. – Вы – светлый эльф. А ваша подруга – темная эльфийка, то бишь дроу.

«Что ж, темненькая так темненькая. Я ничуть не против. Они клевые!» – мысленно пожала я плечами.

Однако товарищ мой придерживался иного мнения относительно выбранных для нас персонажей.

– Тьфу ты! – зло сплюнул он. – А я орком хотел! Почему вы нас поместили именно в этих чаров, а не позволили создать самостоятельно?

– Да, кстати, Денис Егорович, почему мы – дети, почему приналежим к представителям разных народов и почему выбор пал конкретно на эти расы? – подхватила я, догадываясь, что все перечисленное неспроста.

– Ну-у-у… В двух словах и не объяснишь, – стал юлить бархатный проходимец. – Скажем так, у меня имеется план, и для его успешного осуществления вам придется порулить именно такими, немного нестандартными персонажами.

– Хорошо. Допустим. Но где интерфейс? – взъерепенился Леха. – Мы без HUDа[18], что ли, гамать[19] должны? Слепые и тупые, словно неписи?[20]

– Не волнуйтесь, друзья мои, без игрового интерфейса не останетесь.

– Да? И когда же его подключат?

– А вот прямо сейчас и подключу! Только давайте сразу договоримся, что изучать его будете лишь после того, как закончу ликбез, – объявил Гермилон. – Пока лишь маленькую демонстрацию проведу, остальное потом, сами.

– Ну так чего ждем? Давайте подключайте! – засуетился остроухий пацан.

Монов закрыл глаза и застыл как изваяние. Я даже успела подняться, доковылять поближе к мужчине и помахать рукой у него перед носом. Как раз в этот момент окружающий мир вдруг моргнул и погас. Затем вернулся, но уже в окаймлении различного рода шкал, барчиков, иконочек и надписей.

Рядом удивленно ахнул Леха. Демонов открыл глаза и уставился на мою руку, которую я забыла убрать от его лица.

– Хм, – скривился будущий ГМ, отводя мою конечность в сторону, и огляделся. – Чего бы вам такого показать?

Я тоже оглянулась и с удивлением обнаружила, что полянка, на которой мы с Алексеем «резвились», имеет весьма плачевный вид. Несколько деревьев сломано, парочка выворочена из земли с корнем, да и вообще создавалось впечатление, что пока мы тут валялись в отключке, через малинник промчалось стадо бегемотов.

Судя по всему, Гермилона тоже поразило увиденное, так как он присвистнул, а потом широко улыбнулся и с возгласом «О!» предложил:

– Хотите узнать, с чего это вам так резко поплохело?

И удовлетворившись нашими с Лехой неуверенными кивками, велел:

– Задержите свои взгляды на кустах, с которых вы так необдуманно наелись ягод. Ведь ели? Правда?

– Так это же просто малина, разве запрещено? – буркнул Леха, но на куст все-таки уставился.

Я сделала то же самое. И буквально через две секунды рассматривания местной флоры над кустом всплыло полупрозрачное окошко с описанием:


Название растения: Малина ложная (Медвежья ягода).

Класс: волшебное.

Тип: ядовитое.

Категория отравления: легкая.

Описание: довольно редкое растение, иногда встречается в лесах Ала-Арна. От кустов малины обыкновенной можно отличить по форме листьев.

Если различие лишь в форме листьев, неудивительно, что мы, городские жители, не заметили разницы. Кто из нас помнит, как должны они выглядеть у нормальной малины?


Эффекты, получаемые при употреблении в пищу:

– положительные: Сила +1 (от каждой ягоды);


«Ого-го! То есть горсточку съела, и я – супергерл?» – мысленно опешила я, дочитав до положительных эффектов.


– отрицательные: Ловкость –1 (от каждой ягоды);

– побочные: галлюцинации, амнезия, блокировка всех видов чатов (кроме личных сообщений).


Однако, пробежав глазами по тексту дальше, я слегка погрустнела и произнесла:

– Да уж, ничего себе малинкой полакомились!

Примечания:

– Длительность бафов[21] и дебафов[22] определяется из расчета:

# Примечания

1

«Линейка», она же «Ладва» – сленговое название Lineage II – популярной многопользовательской онлайн-игры.

2

«ВоВка» – сленговое название другой культовой онлайн-бродилки – «WoW» (World of Warcraft).

3

«Айон» (Aion). «Тера» (Tera Onlane), «Скайфордж» (Skyforge) – еще три популярные ММОРИГ. ММОРИГ от англ.Massively multiplayer onlane role-playing game – массовая многопользовательская ролевая онлайн-игра (жанр онлайновых компьютерных развлечений, в которых большое количество игроков взаимодействует друг с другом в виртуальных мирах; в основном фэнтези. В ММОРИГ игроку предлагается роль вымышленного героя и возможность управлять его действиями. От однопользовательских и небольших сетевых ролевых игр отличается множеством одновременно присутствующих на одном сервере пользователей (десятки тысяч и более), а также виртуальным пространством, которое продолжает существовать и в отсутствие игрока.

4

НВП – начальная военная подготовка.

5

«Саушка» – разговорное название САУ (самоходная артиллерийская установка).

6

РБ, рейдовый босс (от англ. Raid Boss) – мощный монстр, которого можно убить, лишь объединившись в группу. После убийства РБ дают много опыта и иногда редкие игровые ценности.

7

Квест (от англ. quest) – задание, которое необходимо выполнить герою по ходу игры, подключения.

8

Скилл (от англ. skill) – навык, умение.

9

Хэ зэ (или х.з.) – сокращение, часто употребляемое игроками ММОРПГ, произошедшее от бранного выражения, цензурный аналог которого звучит, как «Кто его знает» или «Понятия не имею».

10

Го (от англ. go) – идти. Слово часто употребляется игроками ММОРПГ в чатах как сокращенный вариант вместо одноименного русскоязычного глагола.

11

Моб (сокр. от англ. mobile object – подвижный объект) – персонаж, управляемый «искусственным интеллектом» игры. Существо, от которого можно получать ресурсы в компьютерной игре. Есть мобы нейтральные, а есть враждебные.

12

Пуха, пушка – сленговое название игроками ММОРПГ ручного оружия (будь то пистолет, автомат, кинжал, кастет, меч, дубина, копье, лук, волшебная книга и так далее).

13

Лут (от англ. loot – добыча, трофей) – предметы, выпадающие из мобов или игроков после смерти. Синоним – дроп (от англ. drop – упасть, уронить, сбросить).

14

ГМ (от англ. Game Master – Мастер Игры) – в ролевых играх так называют человека, который назначается администратором для слежения за порядком в игре и соблюдением игроками правил сервера, выполняет роль судьи в спорных и конфликтных ситуациях.

15

ЗБТ (закрытое бета-тестирование) – интенсивное использование почти готовой версии продукта (как правило, программного или аппаратного обеспечения) с целью выявления максимального числа ошибок в его работе для их последующего устранения перед окончательным выходом (релизом) продукта на рынок к массовому потребителю. Для участия в данном мероприятии бета-тестеры могут попасть лишь по особому приглашению.

16

ОБТ (открытое бета-тестирование) – то же, что и ЗБТ, но в отличие от него ОБТ предполагает привлечение добровольцев из числа обычных будущих пользователей продукта.

17

ИИ (аббревиатура от «искусственный интеллект», иначе ИскИн, так же упоминается в тексте как «Система») – условно-разумное программное обеспечение. В интерфейсе геймеров представлено в виде информационно-справочной службы. Помимо этого управляет поведением неигровых персонажей, следит за соблюдением правил игры, контролирует целостность виртуального пространства. При обнаружении мелких несоответствий способно самостоятельно корректировать историю мира, генерируя задания с признаками локальных сценариев. Решение более серьезных глобальных проблем производит, сотрудничая с живыми администраторами.

18

HUD (от англ. – head-up display) – графический интерфейс пользователя. Система предоставления визуальной информации. В играх HUD обычно обеспечивает доступ к меню, а также отображает такие показатели, как:

— уровень жизни/магии;

– время;

– специальные способности;

– основные характеристики;

– прицел;

– наносимый и получаемый урон;

– деньги;

– оружие и т. д. и т. п.

19

Гамать (от англ. game – игра) – участвовать в компьютерной игре.

20

Непись, или НПС (от англ. Non-Player Character, сокр. (NPC), – самостоятельный персонаж; он же НИП (неуправляемый игроком персонаж) – персонаж, управляемый программой. NPC могут быть дружественными, нейтральными и враждебными. Неигровые персонажи служат важным средством создания игровой атмосферы, мотивируют игроков совершать те или иные действия и являются основным источником информации о мире и сюжете игры.

21

Баф (от англ. buff – положительный эффект) – временное усиление игрока, как правило, под воздействием специального заклинания. Срок бафа либо фиксирован, либо длится до его отмены игроком.

22

Дебаф (противоположность бафа) – временное негативное воздействие на игрока или моба, отличное от прямого нанесения урона. Как правило, для любого качества, которое может быть увеличено бафом, существует уменьшающий его дебаф.