АЛЕКСАНДР РОГИНСКИЙ
ПЕРЕУЛОК

повести и рассказы

ПЕРЕУЛОК

* * *

Бессонница истощила. Приближение вечера и времени сна он ждал со все возрастающей тревогой. Никакие лекарства не помогали. Голова гудела от мыслей. Он ложился, вставал, ходил, принимал новую порцию таблеток. Результат был тот же.

* * *

Стасов подумывал даже о женщине, с которой он мог бы это время проводить. Но одно воспоминание о Вере приводило в ярость. Женщина отпадала.

Тогда он придумал стоять у окна и сочинять всякие истории. Это действовало успокоительно, тем более, что ночная жизнь за окном оказалась насыщенной.

* * *

Окна кухни выходили в переулок, а окна комнат на магистраль, переливающуюся ночными бегающими, как глаза у сумасшедшего, огоньками машин.

Напротив высилась башня, на которой, перебивая все остальные источники ночного света, сияла и сверкала реклама Лайфа.

Долго стоять у этих окон не было никакого смысла. Глаза начинали болеть, а нервы заскакивали на свой пик.

* * *

Телевизор также ничего, кроме раздражения, не вызывал. Оставалось кухонное окно, в которое вливалась тусклым светом обычная жизнь обычного переулка.

Длина переулка составляла около 300 метров, вмещал он в себя лицей, многоэтажный дом, в котором жила новейшая знать, сквер. Здесь всю ночь ходила охрана.

* * *

Стасов любил рассматривать людей, придумывать разные истории их жизни. Вот молодой человек, все сезоны ходивший в синей шляпе, удачно скрывающей его лицо. Он регулярно возвращался в два часа ночи. Войдя в парадное соседнего дома, через минуту появлялся на балконе с сигарой во рту. Некоторое время стоял неподвижно, мрачно (так казалось Стасову) глядя в одну точку перед собой.

Окна его квартиры горели еще до его прихода. Его ждал отец, похожий на бочонок, коллекционер. Иногда он тоже выходил на балкон и становился рядом с сыном, точно также вперив взгляд в одну точку.

* * *

Отца Стасов знал лучше. Частенько заходил в антикварный магазин, что находился в двух кварталах. Директором этого криминального заведения и был толстячок.

Сам Стасов также был директором небольшой посреднической фирмы, в которой он был единственным работником.

* * *

Во время кризиса государственный институт, в котором работал Стасов, благополучно прекратил свое существование..

* * *

Стасов перепробовал множество профессий, был даже сторожем в лицее, что находился напротив, пока не осенила его идея заняться посредничеством. Однажды ему позвонили и спросили, по какой цене он продает цемент.

Стасов, естественно, ответил, что не имеет к цементу ровным счетом никакого отношения. А потом задумался. Человек должен был получить грамотный ответ и заплатить за него. Так почему надо ждать звонка, а не заняться поиском продавца, а затем покупателя, чтобы свести их и получить за эту работу деньги?

Причем, ты свободен назначать свою цену, а значит регулировать и спрос.

* * *

Эта игра так увлекла его, что он забросил все остальные свои занятия. Успех был ошеломительным. Не сходя с места, он за неделю заработал четыре тысячи долларов. И сам не поверил в то, что таким простым способом можно зарабатывать, будучи совершенно свободным и независимым, что для Стасова было архиважным: он терпеть не мог ходить под начальниками, особенно бездарными (на этот сорт ему особенно везло).

* * *

Скоро новая работа надоела. Но он уже ничем другим не мог заниматься. Стасов протралил огромный массив информации и упорядочил ее – у него легко создавались пары «куплю-продам».

Бросить так просто наработанное было сложно. К тому же он обнаружил, что не сама работа надоела ему, а темп, который он избрал.

* * *

Он решил много зарабатывать – потому не вставал с собственного кресла по семнадцать часов в сутки. Стасов знал город, как знает пчеловод своих пчел. И гордился этим.

Работа на износ и привела его к бессоннице.

* * *

Стасов поужинал, съел большой кусок арбуза, выпил все полагающиеся лекарства и лег. Сначала все шло хорошо, сон крепко взял его, а к часу ночи отпустил.

Стасов поднялся с больной головой. Сон пропал. Стасов сходил в туалет, подошел к окну.

* * *

В окне была все та же картина: редко вспыхивала лампа-стабилизатор, которая выравнивала напряжение в сети, тускло горели дальние огни.

У подъездов нуворишей группка охранников что-то горячо обсуждала. Стасов даже знал что – прошедший матч «Динамо»-«Шахтер», в котором с разгромным счетом для таких матчей победили динамовцы 3:1

* * *

Вот и знакомый молодой человек в синем берете. По всей видимости, музыкант в ресторане. Именно в это время у них заканчивается работа. Через некоторое время он появился на балконе и стал привычно смотреть вдаль.

Отец на этот раз не вышел. Но был дома, тень от его передвижений появлялась на стене лицея.

* * *

На улице воцарилась тишина. Стасов заметил, как в соседнее парадное, сутулясь, вошел высокий человек с сумкой на плече. Высокого Стасов никогда не видел здесь в такое время. И походка была какая-то настороженная, готовая к резкому старту.

* * *

Свет в квартире коллекционера погас. Стена, игравшая роль экрана, утонула в темноте.

Через некоторое время тот же сутулый с сумкой через плечо быстро вышел из парадного и зашагал широким шагами в сторону улицы, на углу которой он оглянулся и вдруг посмотрел прямо в окно, у которого стоял Стасов. Стасов невольно отшатнулся.

Стасов увидел ярко вспыхнувшие фары машины и ее черный блестящий корпус, мелькнувший в прорези переулка.

* * *

Тревога овладела Стасовым. Вдруг на улицу выскочил сын коллекционера и, держась за грудь, начал кричать охранникам и звать их на помощь.

Охранники подхватили уже падающего музыканта. Один из них тут же вытащил мобильник.

* * *

Стасову так хотелось принять участие в этом действе, что он уже начал одеваться. Но потом подумал, что ему придется обязательно иметь дело с милицией, а с ней-то как раз в его положении и нельзя было иметь никаких дел. Хотя Стасов и зарегистрировал фирму, но все посреднические дела свои проводил без ее участия.

* * *

Стасов пододвинул высокую табуретку и уселся. Он уже представлял последовательность событий.

И действительно, через самое короткое время у парадного остановилась «скорая помощь». Трое мужчин и женщина быстро вошли в дом.

Через некоторое время на балкон вышла женщина, судорожно закурила. Стасов понял, что, по всей видимости, этому, главному в команде, врачу делать у пострадавшего уже было нечего.

Затем, мигая разноцветными лампочками, приехала милицейская машина, из которой вылез молоденький офицер и тут же побежал в парадное. И он через некоторое время вышел на балкон и закурил. С врачом милиционер перекинулся несколькими фразами. Стасову стало ясным, что тот с сумкой был убийцей.

И если сын директора антикварного магазина еще был жив (там охранники оказывали ему помощь), то отец его уже простился с этим миром.

* * *

Стасов не ощущал ничего кроме любопытства. Он, словно в зрительном зале, наблюдал завязку нового детектива.

Ему нисколько не было жаль погибшего директора-антиквара и раненого его сына. Его интересовало, когда будут вывозить тело и когда начнется опрос свидетелей. Стасов заметил, что милиционер внимательно осмотрел с балкона дома и скользнул взглядом и по кухне, в которой находился Стасов. Стасову даже показалось, что его заметили.

Потом он понял, что вряд ли среди ночи милиция начнет опрос, подождут до утра.

А утром Стасов им не откроет – будет находиться в своем привычном состоянии полусна. После зарядки и завтрака на Стасова нападала такая сонливость, что глаза сами закрывались. Он уступал себе, садился в кресло и включал телевизор, под который очень приятно было дремать, иногда открывая глаза и глядя на экран. Это состояние полностью компенсировало бессонницу. После небольшой дремы Стасов мог садиться за рабочий стол.

* * *

Расчеты его оказались неверными.

Через десять минут в дверь позвонили. На пороге возник молоденький милиционер в новой куртке и блестящей портупее.

Рядом с милиционером виднелась морда овчарки, которая жадно нюхала воздух.

Стасов милиционера не испугался, а собаки испугался и стал внимательно следить за ней (он не помнил, чтобы в дом милиционер заходил с собакой, тогда откуда она взялась?).

– Вы, наверное, слышали, что произошло в вашем доме?

* * *

Милиционер совершенно не удивился тому, что перед ним стоял одетый и не сонный гражданин, будто ждавший его появления.

– Нет, я ничего не слышал, – ответил Стасов, начавший изображать заспанного человека, которого только что подняли с постели.

– Вы ведь не спали, а показываете, что спали.

Сейчас проверим.

И милиционер решительно двинулся из передней в спальню. Овчарка добродушно посмотрела на Стасова и обнюхала его тапочки.

Постель была расстелена. Милиционер остановился в замешательстве.

– Ладно, – сказал он, садясь в кресло. – Я запишу все, что вы можете сказать по этому поводу.

– По какому поводу? – продолжал игру Стасов (ему даже понравилось дурачить этого молоденького милиционера, по всей видимости, в первый, максимум во второй раз попавшего на задание).

– По поводу гибели Анастасия Петровича Селезнева.

* * *

Милиционер заглянул в свой блокнот, правильно ли он произнес фамилию.

– Гибели? Его убили?

– Откуда вы это знаете, что убили? – с любопытством взглянул на Стасова милиционер.

– Да просто так сказал – наугад.

Стасов почувствовал, как краска заливает его лицо (хорошо, что светила неяркая лампочка).

– Значит, ничего не видели и не знаете. А мне кажется, что кое-что знаете. Вы страдаете бессонницей, я видел лекарства. Такие точно принимает мой отец, который тоже страдает бессонницей.

– И о чем это говорит? – задал с еврейской интонацией вопрос Стасов (сейчас ему нравилось, как он себя ведет).

– Это говорит, что вы не хотите помочь милиции в поимке убийцы. А, может быть…

Молоденький милиционер загадочно посмотрел на Стасова.

Видно, ему тоже поиграть хочется в детектива, подумал Стасов.

– Что может быть? Я ничего не видел и не слышал, у меня голова гудит от бессонницы.

– Ну, хорошо, пусть будет так. Вот моя визитка, прошу позвонить, если вы все-таки решитесь открыться и все рассказать.

Стасов взял визитку, написал короткую объяснительную, закрыл дверь и мрачно уселся в кресло, в котором только что сидел молоденький милиционер.

* * *

Стасова обидело, что милиционер так быстро ушел и доставил так мало ему приятных минут. Оказывается, он живет хуже этого милиционера. Во всяком случае, у него нет такой разнообразной и живой работы, каждый день новое убийство…А тут заказчик-подрядчик, деньги, деньги, деньги…

Стасову стало так плохо, что выть захотелось. Вот так выйти на соседский балкон и завыть, как воют голодные волки глухими зимними ночами на луну.

* * *

Это было неприятное и, слава Богу, быстро промелькнувшее чувство. В следующее мгновение Стасов снова был у окна и наблюдал, как охранники у дома нуворишей что-то активно обсуждали. Куда подевался молодой человек, Стасов не знал, но был уверен, что ему оказали помощь. Во всяком случае, он был живым и еще самостоятельно передвигался. А вот отец его…

Стасов перевел взгляд на здание пожарного департамента, у которого стояла группка милиционеров и среди них участковый. Вот он неожиданно обернулся, словно почувствовал взгляд Стасова, и, кажется, подмигнул ему.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.