# Империя иллюзий

Юрий Иванович

В этом мире все решается силой магии, и демоны, его населяющие, ведут бесконечные войны за право властвовать над простыми людьми. И Семену Загребному, человеку с планеты Земля, предстоит опасный и долгий путь через враждебные и чужие земли, чтобы добраться до королевства Колючих Роз. Ведь там, в таинственной и страшной Башне Иллюзий, томится в заточении его сын, а что может быть важнее для любого отца, тем более отца императоров, чем жизнь любимого сына

На Земле я и представить себе не мог, что придется когда-нибудь собственной рукой убивать разумны существ. А уж тем более быть при этом еще и судьей, оглашающим приговор… Да и вообще, если посмотреть на все произошедшие со мной и моими детьми события со стороны, то остается лишь удивляться оставшейся во мне толике разумности. Другой наверняка сошел бы с ума…

## Пролог

Графиня отставила в сторону пиалу с чаем и с предвкушаемым удовольствием обратилась к хозяйке замка:

– Дорогая княгиня! Сейчас моя лучшая рабыня станцует новый танец. Это нечто потрясающее, и вам как любительнице всего прекрасного он точно понравится.

Не успела гостья взмахнуть повелительно рукой, как две девушки, сидевшие сзади нее, устремились на свободное пространство зала. Одна, не останавливаясь, пронеслась к тарелке гонга из горного хрусталя, а вторая замерла на мгновение в центре, вскинув изящно руки вверх с зажатыми в них бубнами. Острые коготки умело простучали по гонгу начало зажигательного ритма, тем самым создавая совершенно новое и оригинальное музыкальное сопровождение. Второй рукой девушка-аккомпаниатор придерживала поблескивающую сферу, умело приглушая или подчеркивая глубину звучания. Некоторое очарование мелодии прибавили звуки флейты, которой весьма умело воспользовалась сама графиня. В строго выверенный момент танцовщица начала движения, извиваясь всем телом и ритмично ударяя бубнами по коленкам, пяткам и локтям. Получилось и в самом деле несколько новаторски, но только в плане музыки.

Во всем остальном вся эта забава показалась княгине демонов Хаккуси Баталжьень несколько странной. Если не сказать, подозрительной.

«Хм! А ведь я не просила у графини подобных развлечений. С чего это она так старается меня развеселить в моем собственном доме? И ничего нового в самом танце не вижу! Только и использовали без моего разрешения хрустальный гонг. А для чего? Странно… А шум-то какой они создали! – Хозяйка дома непроизвольно скривилась. – Словно пытаются заглушить все остальное…»

Последняя мысль мгновенно вывела знаменитую роковую красавицу из чувства расслабленной прострации и словно красная тряпка для взбешенного быка вогнала тело в боевой режим. Слишком часто за свою долгую жизнь знаменитая демонесса спасалась из смертельных ловушек именно благодаря своей звериной осторожности и скрупулезному отношению ко всему странному или непонятному. Вот и сейчас, ничем внешне не проявляя своей наивысшей готовности к чему угодно, Хаккуси поспешила с помощью магии проверить входные двери и коридор за ними. С внутренней стороны стояли два ее наилучших телохранителя, понимавшие свою хозяйку с полужеста, и сейчас они с легкими улыбками посматривали на танцовщицу. Даже в таких великолепных воинах было трудно задавить мужское естество.

Снаружи зала еще четверо охранников могли лишь прислушиваться к ритмичной музыке, но это нисколько не мешало им довольно бдительно нести вахту, осматривая массивные входные двери, внушительный холл и два ведущих в него коридора. Сквозь прозрачные стекла между решеток дверей виднелись и два стоящих снаружи здания рыцаря. То есть никакая опасность с этой стороны не грозила.

Но княгиня и не подумала успокаиваться. Так и не снижая потока силы для своего просмотрового луча, она повела им по часовой стрелке, заглядывая во все смежные с этим приемным залом помещения. Подобное умение появлялось у Шабенов с не меньшим уровнем, чем семьдесят девятый. Само собой разумеется, что никто из живых созданий не ведал о таких умениях коварной Баталжьень, ну а мертвые лучше всех умеют хранить унесенные с собой тайны. Поэтому многие убийцы и враги так и не успели понять, почему их попытки уничтожить княгиню не завершились успехом.

Вряд ли поймут и те два десятка наемных убийц, которые собрались в задней комнате, прямо за спиной полулежащей на удобной софе хозяйки. Сейчас все они выстроились вдоль стены, готовясь пробить ее интенсивным ударом магической силы. При таком варианте покушение вполне могло удасться: Хаккуси могла попасть под удар одного из обломков стены и не оказать ни малейшего сопротивления. Но ведь могла и не попасть! Нападающие должны были это учитывать. Значит, наверняка приготовили еще один сюрприз, и теперь следовало как можно скорее разгадать, какой именно.

Демонесса непроизвольно сжала в кулак свои тонкие пальцы, которые до этого мгновения игриво перебирали кучерявые волосы сидящего на полу у ее ног молодого мужчины. Тот возмущенно и капризно застонал, но в следующий момент опять замер, получив незаметный для всех остальных парализующий удар. Причем это действие княгиня произвела уже с полным осознанием: рисковать своей любимой игрушкой она была не намерена, а ведь в дальнейших действиях рабом следовало помыкать как бесчувственной куклой. Тем более что и все остальные задумки предательницы-графини стали ясны: даже если хозяйка дома догадается или успеет использовать межмирскую мантию против рушащихся на ее голову обломков, никакая известная защита не сможет противостоять умело запущенной прямо в голову тарелке гонга. Горный хрусталь обладал такими уникальными свойствами, что подчинялся лишь Шабенам с сотым уровнем, а до такого умения вообще редко кто дотягивал даже теоретически.

«До чего же нагло они решили действовать, – стараясь не выплеснуть наружу рвущиеся эмоции, думала хозяйка дома. – Вон та девица вообще уже почти сняла гонг с крепления! И придумано неплохо: я непроизвольно поворачиваюсь в сторону обвала, и мне или сносят голову, или лишают сознания. Ну а потом и те, из-за стены, постараются меня и поджарить, и превратить в ледышку одновременно. Хуже всего, что в сражение с ними вступать пока нельзя: мало ли какие силы они собрали вокруг дома. Штурм может начаться сразу после грохота. Ладно, постараемся их хоть немного опередить…»

Танцовщица начала переходить к кульминации танца, ее тело уже полностью поблескивало от капелек пота, когда Хаккуси томно облизала свой левый мизинчик. Один из телохранителей сразу это заметил, и его глаза чуток расширились от удивления и недоверия. Пришлось повторить сигнал, который гласил: «Убить всех после моей следующей команды!» Теперь уже воин повел себя как положено: оскалился, словно после очередной позы почти обнаженной девушки с бубнами, и локтем поддел своего товарища – мол, смотри, что выделывает! А у самого руки уже возлежали и на метательном ноже и на рукояти меча. Коллега и сам заметил повторный приказ хозяйки и стал похож на взведенную до отказа пружину арбалета. Если оба выживут в этой переделке, княгиня мысленно пообещала наградить их по-царски.

В следующий момент она обозначила губками букву «О», словно и в самом деле восхищалась, нажала невидимый рычажок и вместе с тахтой провалилась под пол. Правая рука, так и переплетшаяся пальцами с кучерявыми волосами, дернула любимого раба за собой с такой силой, что его ноги успели мелькнуть вниз до того, как сошедшиеся со страшным скрежетом створки встали на место. А в зале, где еще по инерции звучала музыка, уже вовсю лилась кровь.

Первые два кинжала пронзили горла обеих девушек. Видимо, об их роли телохранители и сами смогли догадаться: бубны улетели в стороны, а аккомпаниаторша так и не смогла прикрыться уже снятой тарелкой хрустального гонга. Вторая пара ножей устремилась прямо в начавшую разворачиваться к двери графиню и ее личную телохранительницу, которая оказалась Шабеном двенадцатого уровня. Летящие полоски стали оказались отражены, и в приближающихся воинов вонзились две стрелы магической смертельной боли. Если бы те оказались без должной защиты, то так бы и умерли, ничего не сообразив. Да вот только знаменитая демонесса Хаккуси Баталжьень на экипировке своей охраны никогда не экономила. Хоть и ощущая определенный дискомфорт во всем теле, но оба телохранителя завершили свой рывок к намеченной цели: одновременно опущенные со всего маха мечи рассекли гостью и ее штатного Шабена почти до пупков. И ни на секунду не прекращая дальнейшего движения, не издающие ни единого крика демоны, устремились к троице вопящих от ужаса помощниц княгини. Их участь была решена одновременно с участью графини-предательницы: слишком далеко они уселись сегодня от хозяйки, непривычно устроившись на скамье возле гонга. Княгиня в подобных случаях не допускала сомнений или слюнявой жалости: раз обезопасили свои тушки – значит, в сговоре с убийцами. Пронзительный визг прервался одновременно по двум причинам – из-за деловито орудующих мечей и ввалившейся внутрь зала задней стеной. От рушащихся глыб и острых камней никто не пострадал, а вот после мечей три недавние служанки и наперсницы княгини Баталжьень казались мертвыми, как никогда.

С грозным рычанием убийцы ворвались сквозь пылевую тучу в зал, намереваясь уничтожить всего лишь одну-единственную демонессу, но им навстречу уже мчались шесть самых лучших воинов этого дома. Четверка стоявших до того в наружном охранении демонов к тому времени вломились в нутрь на помощь своим коллегам. Предположив, что княгиня находится под грудой обломков, они сразу присоединились к паре телохранителей и пошли в самоубийственную атаку. Численный перевес противника не играл для них никакой роли.

Тогда как сама Хаккуси ловко выбралась из горы разноцветных подушек, выволокла за собой мужчину и первым делом постаралась привести его в сознание. Приговаривая при этом умильно материнским голосом:

– Ну! Давай просыпайся, мой хорошенький! Вот молодец! И глазки открыл! Узнал? Это я, твоя Хакку, и у нас все хорошо. Со мной тебе бояться нечего.

Парень затуманенными глазами попытался осмотреться в полутемном помещении:

– Где это мы? – И сразу недовольно вскрикнул, хватаясь за голову: – Да ты мне чуть все волосы не выдрала! Совсем рехнулась?!

На такое грубое обращение обворожительная демонесса только виновато улыбнулась и попыталась погладить мужчину по волосам:

– Я ведь тебе уже все обезболила…

– Вот именно! – Он раздраженно отпрянул в сторону. – Такое впечатление, что без скальпа остался. – Раб со стоном помотал головой и капризно фыркнул: – И вообще мне кажется, что меня сильно по голове ударили, чуть шею не свернули.

– Да? Где болит? В каком месте? – всполошилась Хаккуси. – Может, и в самом деле при падении ударился?

В это время наверху раздался оглушительный грохот, и оба вздрогнули. Но если княгиня после этого сразу злорадно улыбнулась, то мужчина в каком-то страхе прильнул к демонессе и, продолжая дрожать, запричитал:

– Меня опять хотели убить? Да сколько это может продолжаться? Чего им от меня надо? Почему они не оставят меня в покое? Ну почему ты молчишь? И это все из-за тебя! Ты мне обещала полный покой и райские наслаждения, а что я имею на самом деле?!

– Все! Все, что хочешь! Даже вот это!

И нежная женская ручка достала из складок одеяний флакон розового цвета. В глазах у раба вначале мелькнул пробившийся из глубин сознания ужас, но рука самопроизвольно уже тянулась к демонессе, а безвольные губы просительно канючили:

– Дай! Ну, дай!.. Скорее, пожалуйста…

– Вижу, что вскоре ты станешь таким, как и все остальные саброли! – Хаккуси презрительно скривилась. – И скорее всего, потеряешь для меня всю свою самобытность и притягательность. А ведь как долго ты держался… – Заметив, что раб, стоя на коленях, продолжает бормотать нечто бессвязное, не сводя глаз с вожделенного флакона и заодно сжимаясь для прыжка, она вообще громко рассмеялась: – Вот ты какой! Шалунишка! Решил напасть на слабую демонессу и ограбить ее? Да, видимо, для тебя уже обратной дороги никогда не будет. Что, с другой стороны, тоже хорошо, никому больше, кроме меня, не достанешься.

Мужчина и в самом деле попытался броситься на княгиню и отобрать флакон с розовым содержимым, но только бессильно забился в тисках невидимой для него силы. Кажется, это немного разжалобило коварную красавицу, и она со вздохом произвела некоторые манипуляции. Дергающееся тело без всякой воли своего хозяина задрало рот кверху и получило на язык несколько капель густой жидкости. Некоторое время шевелилась после этого только гортань, с радостным вожделением проталкивая дурманящее вещество в желудок. Потом княгиня немного отвлеклась на просмотр окровавленного зала наверху и с довольным хмыканьем убедилась, что схватка еще продолжается. Несмотря на численный перевес ворвавшихся в замок убийц, сплотившаяся охрана продолжала отбиваться. Мало того, уже слышались ободрительные выкрики спешащего на помощь наружного подразделения. Лучшие телохранители получили отличный шанс остаться в живых.

«Нет, таких героев стоит отблагодарить на зависть всем остальным!» А в следующий момент рядом раздалось страстное восклицание:

– О моя госпожа! Дай мне возможность прикоснуться губами к твоему божественному телу!

Совершенно преобразившийся мужчина поднимался с колен и протягивал подрагивающие от нетерпения руки к демонессе. Плечи его расправились, подбородок приподнялся, на щеках горел румянец. Вдобавок в его глазах пылало столько страсти и неутолимого желания, что Хаккуси сразу растаяла:

– Ну вот, мой маленький саброли! Таким ты мне нравишься больше всего. А теперь покажи, как ты научился целоваться?

Она томно выгнулась вперед и тут же оказалась сграбастана в нетерпеливые объятия жутко возбужденного самца. А их губы слились в продолжительном, пылком поцелуе.

## Глава первая. Изменение маршрута

Вполне естественно, что наикратчайшее расстояние между двумя точками – это прямая линия. Но никогда подобная математическая аксиома не действует на географической местности, густо пересеченной многочисленными горами, строптивыми реками или непроходимыми топями. Чаще всего быстрее доберется до цели тот, кто умеет вовремя и правильно сманеврировать и предусмотреть, с какой стороны лучше объехать возникшее на пути препятствие. Тут нужны и опыт, и карты, и самые лучшие проводники. Благо еще, что все это знаменитому Семену Загребному, который в последнее время прикрывался именем и титулом графа Фаурсе, купить было проще обычного воздуха. Средств у него хватало с избытком. Да еще и таких средств, которые позволяли при правильном их употреблении сократить путь в тех местах, где в ином случае пришлось бы обязательно двигаться в обход.

На карте древнейшая дорога континента смотрелась красиво, ровно и величественно: только на юг! Хотя на самом деле уже в соседнем государстве обозначенный тракт, по рассказам очевидцев и знатоков, приказал долго жить еще во времена первого черного правителя Мрака. Что-то не сложилась у него выгодная торговля с королевством Долина Гейзеров, и тамошние разбойники оккупировали удобную путеводную магистраль в ее северной части для своих низменных делишек. Еще чуть южнее тракт наглухо перекрыли на границе из-за вечных политических разногласий Долины Гейзеров с княжеством Лотос. Воевать они между собой почти не воевали, но в пограничных стычках выплескивалась самая негативная энергия добрых молодцев из обоих государств. Поговаривали, что там происходит ежедневная резня между съезжающимися туда со всего мира рыцарями.

Далее прямой как струна тракт пересекал королевство Айлон. Как о нем говорили: самое независимое из всех независимых в мире. Это человеческое государство никому ничего не продавало и ни у кого ничего не покупало. Не имело ни одной дипломатической миссии. Не разрешало создавать консульства других стран на своей территории. И самое непонятное – изгоняли, а чаще всего просто уничтожали родившихся в Айлоне Шабенов. Соответственно и пришлым магам въезд был категорически воспрещен. Айлонцы в охране собственных границ доходили до такого абсурда, что даже ворот или проходов не оставляли в непрерывной линии заборов, проволочных ограждений и ощетинившихся колючками деревянных ежей. И пробраться в ту или иную сторону считалось чуть ли не подвигом. Вполне понятно, что на таком фоне недальновидной независимости простой народ из-за тотальной изоляции терял очень много в общем развитии. Оставалось только удивляться, как там выживает знать и почему вот уже шестьдесят лет там творятся подобные безобразия.

Про демонический мир тех мест имелись несколько иные сведения. Якобы рогатые и хвостатые существа там создали некое свое государство с аналогичным названием и используют свои воинские силы для постоянных грабежей соседних демонических территорий. В итоге все остальные демонические анклавы вокруг Айлона находились в состоянии постоянной войны со своими агрессивными соплеменниками. То есть продвигаться по данному королевству считалось вообще невозможным.

Ну и напоследок, тракт пролегал по мирной и спокойной стране Палрания, где в межгорных долинах обитали скотоводы, пастухи и садоводы. Только вот им тоже удобный путь не нравился: во многих местах мощеная дорога так и оставалась наглухо засыпана лавинами, оползнями и селями, а в иных местах предприимчивые горцы разобрали покрытие на строительство собственных домов.

В итоге все знатоки географии и политики настойчиво советовали Семену избрать другой, более удобный и быстрый маршрут: Мрак – султанат Орлы Заката – княжество Лотос – Патриакс – княжество Хиланское и в финале – королевство Колючих Роз. Чуть западнее и чуть длиннее – зато надежно и с гарантией. И, невзирая на свое раздутое самомнение и безразмерный кошелек, Загребной решил прислушаться к этим советам. Разве что в численности своего миниотряда он был непоколебим и категоричен: три человека и три демона. Считая себя и маркизу Фаурсе. Ни на какое усиление лучшими воинами или пополнение самыми знающими специалистами он не согласился. Из людей в среде гвардейцев были отобраны два лучших фехтовальщика, Шабены первых уровней. Помимо своих высоких боевых качеств парни обладали парочкой врожденных магических умений, удивительной сообразительностью, организаторскими талантами и навыками явных лидеров. Такие помощники могли пригодиться в любом случае и в любой ситуации.

Маркиза Фаурсе выбрала себе в экипированные воины пару демонов из личной охраны графа, которые когда-то были свободными охотниками. В последние дни они отлично зарекомендовали себя как в бою, так и в разведке. Один демон был Шабеном третьего, а второй – пятого уровня. Что уже увеличивало общую магическую мощь отряда.

Да и вообще Семен при расставании сразу подвел черту разгоревшемуся спору по поводу численности отряда:

– Для меня самое важное – скорость. И никакая сила, мощь и количество в данном случае нашу скорость продвижения не увеличит. Скорее наоборот. Так что счастливо оставаться и держите за нас кулаки.

Он тщательно проверил крепление своего волшебного копья на поклаже пристяжной лошади, крепко стиснул в объятиях сына Алексея, поцеловал с отцовской любовью погрустневшую будущую невестку, а с остальными так вообще простился короткими рукопожатиями. Все новые друзья и соратники вынуждены были оставаться, загруженные важными делами, обязанностями и ответственностью по самые уши, и поэтому даже заикнуться никто не посмел о включении в отряд. Они только и могли, что, стоя на ступеньках замка Каменных Привидений, помахать ладошками вслед графу Фаурсе, а потом, скорбно между собой переглянувшись, бегом возвращаться к своим прерванным занятиям: свадьбу Алексея и княгини Гали Лобос никто не отменял. Столица Мрака готовилась к этому событию с небывалым размахом и торжественностью, и любая минута промедления при подготовке могла аукнуться самыми негативными последствиями в скором будущем.

Именно об этом и размышлял Семен, оставляя за спиной огромный город. О своем немедленном отъезде он не жалел нисколечко: раз его среднему сыну нужна срочная помощь, все иные дела немедленно отбрасываются в сторону. То есть для старшего в семье мужчины ближайшая цель определена ясно: королевство Колючие Розы. Другой вопрос, что он лихорадочно перебирал в памяти все те детали и мелочи, о которых позабыл рассказать или посоветовать в последние минуты перед экстренным отъездом. И чем дальше он мчался на юг, тем все большее количество нарастающих проблем скапливалось в сознании и они, словно снежный ком, катящийся с горы, наслаивали на себя все более сложные и неразрешимые вопросы.

Дошло до нелепицы: Семен стал подумывать о том, где бы поскорее остановиться на ночлег и отправить Алексею срочную депешу со своими родительскими напоминаниями, наставлениями и советами. Хорошо что маркиза Фаурсе уже довольно хорошо изучила любимого человека и смогла правильно угадать причины хандры и задумчивости. На одной из Платформ, где человеческий мир совмещался с демоническим, она подъехала к Загребному вплотную и стала подначивать:

– Жалеешь, что не удалось погулять на свадьбе?

– Ну, чего скрывать… – Он шумно вздохнул. – Конечно жалею. Старший сын все-таки, не чужой человек. Да и невестка – на зависть любому.

– И, естественно, каешься, что не успел дать Алексею самые важные советы?

– С чего ты так считаешь? – Теперь он смотрел на свою боевую подругу с подозрением.

– Поставила себя на твое место. Или ты забыл, что я преподавательница Масторакса Знаний с огромным стажем? Или как они в твоем мире назывались?

– Университеты… Но такое не забудешь.

– Вот и хорошо. А теперь послушай мой совет: пусть они там в столице сами разбираются. Процесс пошел, можно сказать, стал необратим, и если ты сейчас будешь влезать со своими наставлениями, то можешь только навредить. Это раз! Ну и два: ты ведь сам всегда ратовал за воспитание в детях полной самостоятельности. Помог? Выручил в трудную минуту? Хватит! Теперь пусть дальше сами свою судьбу строят. Согласен?

– Так-то оно так! И со стороны все правильно получается. А вот родительское сердечко все равно болит…

– А мне кажется, оно начало болеть не из-за Алексея, а из-за твоего среднего сына Федора. Вот ему действительно надо срочно помочь. Поэтому уверена: все свои силы ты должен бросить на быстрое преодоление сложного пути.

– Хм! Так я вроде и так стараюсь… – Он попытался обидеться. Да вот только с демонессой этот номер не проходил.

– Зачем тогда так коней стал щадить? Да по сторонам поглядывать? Место для ночлега выбираешь? И уже забыл, что всю ночь скакать собирались? Ни депеши твои не помогут, ни время потом не наверстаем! Так что прекращай душевные терзания и поторапливайся!

Вместо ответа Семен решительно подстегнул своего коня и сразу вырвался вперед. Вскоре более мощное и быстроходное животное демонического мира его нагнало, а его лихая всадница при обгоне поощрительно выкрикнула:

– Вот это другое дело!

Глядя, как больев Люссии скрывается чуть впереди в складках рельефа демонического мира, Семен мысленно поблагодарил подругу за дружескую помощь и участие. В самом деле, не стоило делать ненужную остановку. Раз решили к завтрашнему утру достичь южной границы Мрака с султанатом Орлы Заката, значит, следовало экономить каждую минуту. На чужой территории вряд ли мини-отряд сможет поддерживать такую высокую скорость передвижения, поэтому следовало создать хоть небольшой запас времени в «родном» государстве.

Данный план удалось выполнить еще до того, как небо на востоке стало светлеть. Но вот совершенно иная, непонятная остановка порушила запланированный график движения и заставила изрядно поволноваться. По всем предпосылкам до границы оставался еще небольшой кусок дороги, когда удобный и широкий путь перекрыл внушительный боевой заслон из человеческих и демонических воинов в полном боевом вооружении. От такой преграды даже Люссии с ее экипированными воинами пришлось остановиться в недоумении. И что самое странное, Загребной со своими путниками отчетливо рассмотрел форму и знаки отличия именно королевства Мрак. Агрессивности в поведении воинов не было, потому что и после нескольких минут начавшихся переговоров окружающие их арбалетчики не вспыхнули зеленоватым пламенем, а значит, бестелесный демон Сапфирное Сияние никого с плохими намерениями среди них не определил.

– Кто такие и куда путь держите? – довольно добродушно стал расспрашивать командир засадного отряда. Скорее всего, уровень его магии соответствовал не просто начальным уровням Шабена, а как минимум восемнадцатому. Потому что ночным зрением он видел сущности обеих реальностей Изнанки. И с довольно большим интересом поглядывал на экипированных демонов, которые находились на высоте в полтора метра выше, чем человеческий профиль грунта.

Нельзя сказать, что у Семена имелась огромная куча всяких предварительных заготовок на все случаи жизни, но в данный момент и основная легенда подходила как нельзя лучше. Тем более что люди, хоть и вооруженные, путешествовали в гражданской одежде, а экипированных воинов демонического мира вполне ведь могли нанять для сопровождения.

– Мы торговые представители Сапфирного королевства и сейчас направляемся в Патриакс. Там в нашем посольстве ждут торговые представители для подписания некоторых контрактов.

Командир засадного отряда внимательно рассмотрел под светляком предоставленные документы и удивленно хмыкнул:

– Почему же вы с… нашим королевством контракты не подписываете?

Минимальная заминка перед словом «нашим» сразу же насторожила как графа, так и маркизу Фаурсе. Обменявшись по ходу переговоров условными знаками, они с утроенным вниманием стали всматриваться и вслушиваться в окружающее пространство.

– Так вы разве не знаете, что там в столице творится?! – с театральным гневом стал возмущаться Семен. – Общий бунт, страшные казни, чернь выплеснулась на улицы, и, кажется, король Мрак сошел с ума: казнит всех своих министров! Какие там могут быть договоры?!

– Ну, вообще-то, нам кое-что известно, – последовал расплывчатый ответ. – Именно поэтому нас и подняли по тревоге, а командующий округа дал команду перекрыть границу до выяснения обстоятельств. Ссылался при этом на личное распоряжение командора Цепи.

– Какую границу? Для чего перекрыть?

Подобный приказ со стороны только что вступившего на сей высший воинский пост Зиновия Карралеро не укладывался в голове. Он просто морально еще не мог успеть выдать такие распоряжения. Зато пограничникам, как теперь они представлялись путешественникам, подобные приказы были по барабану.

– А вот так: перекрыть наглухо! Никого не выпускать и никого не впускать! И наше дело не рассуждать – а выполнять. Так что… возвращайтесь, господа хорошие, обратно.

Сразу стало понятно, что в среде военных произошли досадные накладки и недоразумения. Скорее всего, кто-то из высших чинов столицы успел отдать парочку абсурдных, противоречащих друг другу приказов, и уже через день-два все вернется в норму, солдаты преспокойно возвратятся в казармы. Но, представив себе такой невероятный простой в пути, Загребной занервничал и стал делать самые отчаянные попытки договориться. Теперь уже о победе в столице демократических сил было распространяться поздно, а уж тем более ссылаться на личное знакомство с самыми первыми людьми королевства и утверждать, что командор Цепи не мог дать такого приказания. Поэтому лучше всего было понадеяться на более действенное и быстрое средство: подкуп. И граф Фаурсе перешел на самый возможный в данном случае доверительный тон:

– Эх, командир, если бы ты только знал, какие меня ждут неприятности, если я вовремя не успею в Патриакс!

– Сочувствую…

– Я не просто обанкрочусь и потеряю свое место торгового представителя, но и головы могу лишиться.

– Но ничем не могу помочь… – с меланхоличным равнодушием делал вставки в монолог воин.

– Поэтому для меня сейчас следует быть щедрым как никогда, потому что жадный теряет дважды!

– Зато остается в целости и сохранности…

– Вот я и подумал: выставлю вашим воинам по бочке вина, вам как командиру – весьма полезный в хозяйстве полный кошелек, и мы проезжаем с видом, что никогда друг друга не видели. А?

– Не получится. Дача взятки у нас карается повешением прямо на месте. Так что висеть вы перед нашими глазами будете еще долго.

– Э-э-э?.. Вы что, шутите? – растерялся граф Фаурсе, оглядываясь по сторонам.

– Нисколько! – Голос у командира пограничников стал злой, отрывистый и неприятный. – Если вы немедленно не повернете обратно, я отдам приказ вас арестовать по подозрению в шпионаже и попытке диверсии.

Столько желчи и ненависти послышалось в последней фразе, что Загребной немедля закивал в знак согласия и стал разворачивать своего коня со словами:

– Уже поворачиваем! Раз нельзя – значит нельзя. – И только отъехав за первый же поворот, с возмущением начал совет с Люссией: – Мне кажется, он взбесился из-за потери кошелька!

– Может быть. Но не станешь же ты сжигать его отряд только за то, что они честно выполняют данный им приказ.

– Между прочим, очень странный приказ! До дикости и сжатия в желудке странный. Что-то тут не так…

– У военных еще не то случается! – выдала суровый вердикт о сообразительности некоторых вояк маркиза и деловито предложила: – Считаю: надо вернуться еще немного назад и там внимательно осмотреть границу с Долиной Гейзеров. Она ведь совсем рядом, а заслонов мы в той стороне не увидели.

– Ха! Больше ничего другого не остается! – согласился Семен, у которого в голове крутилась примерно та же самая мысль. Пограничники просто физически не могли бы перекрыть все границы своего округа, а значит, неиспользуемые дороги и уже тем более глухое бездорожье взять под контроль у них не получится.

Сказано – сделано! Вскоре сводный мини-отряд выбрал вполне сходящиеся рельефы обоих миров и двинулся строго на восток. Животных вели на поводу из-за довольно густого леса и тут и там, старались на всякий случай не выдать себя лишним треском веточки под ногой и поэтому легко расслышали недалекий перестук и недовольное конское фырканье. А вскоре вышли на глухую, заброшенную лесную дорогу, вернее, замерли на ее обочине. Ночное зрение позволяло графу с маркизой прекрасно рассмотреть открывающуюся картину. Две крестьянские телеги, выстукивая окованными железной полоской колесами по извивающимся корням деревьев, целеустремленно двигались в сторону соседнего королевства. Причем возмущенный шепот крестьян, несущих факелы, слышался так отчетливо, что ни останавливать их, ни допрашивать не было ни малейшего смысла.

И так было ясно: странные пограничники нагло перекрыли выезд в султанат по южному и западному направлению и теперь там проводят какие-то абсурдные маневры. Причем занимаются уже этим почти сутки, не давая простым крестьянам проехать по срочным делам в приграничные районы султаната. Вот самые ловкие и решили объехать войска по хорошо известным им с самого детства дорогам соседнего государства. Да оно и понятно: чего местному люду бояться каких-то пограничников? Они ведь у себя дома, им и разбойники Долины Гейзеров не страшны, понадобится – и от них по глухим дорогам уйдут.

Единственное, что не понравилось Загребному, так это утверждение одного из крестьян, что пограничники проводят свои маневры с прошлой ночи. Неужели у здешнего командира округа есть личный тумблон и он так быстро сумел получить какие-то приказы из столицы? Поделившись этими сомнениями с Люссией, они решили продолжить движение по прямой линии, как и прежде. Ведь придерживаться извилистой дороги им смысла не было. Быстрее и надежнее двигаться самостоятельно. Особенно если принять во внимание предварительно проведенную крестьянами разведку данной лесной дороги. По их громкому шепоту получалось, что совсем скоро надо свернуть направо, затем проехать пяток километров вдоль границы, а потом вновь смело въезжать на территорию султаната Орлы Заката. Само собой, что голословные утверждения, да еще и подслушанные, требовали некоторой перепроверки. Сделали остановку в удобном месте, достали карты и, хотя рассвет уже вступал свои права, посветили светляком для лучшего просмотра мизерных обозначений.

– Ну вот, – констатировала маркиза после сделанной на карте отметки, оглядываясь на своих воинов. – Мы уже в королевстве «одомашненной моли».

## Глава вторая. Долина гейзеров

– Не понял, при чем тут моль? – удивился Загребной.

– Так издавна называют это государство, хотя местным это жутко не нравится. А все потому, что здешним Шабенам-затейникам удалось вывести уникальную породу гигантской бабочки с разноцветными крыльями, которая, как воплотник, может перемещаться из демонического мира в человеческий и обратно. Бабочка удивительно прекрасна, хотя во всем остальном ведет себя как обычная моль.

– Как интересно! Почему ты мне раньше не рассказала?

– У нас было время? Да и зачем? Мы ведь все равно поедем западнее, а бабочки гораздо дальше от границы. К чему тебе такие знания?

– Не скажи. Только процесс перехода в разные миры достоин самого тщательного изучения. Кстати, вывезти с собой эту бабочку можно?

– Почти нереально, она сразу гибнет в неволе.

– А если… – Семен опять склонился над картой.

– Ты что задумал?

– Смотри, вот здесь, недалеко от границы, городок, от него дорога на юг, с некоторым уклоном к востоку. Разбойники все остались на севере, если верить докладам, значит, нам впереди ничего не грозит. Помчали?

– Ты что, забыл о конфронтации с княжеством Лотос? – напомнила маркиза о самом главном. – Хочешь попасть в мясорубку между ними и Долиной Гейзеров?

– Нет, не хочу! Уже вспомнил и спешу исправиться: за мной, в султанат!

Действительно, подобные отклонения им же в первую очередь и не приветствовались, а тут он сразу загорелся как ребенок, как только представил себе возможность, допустим, полностью всем своим физическим телом оказаться в демоническом мире. Или наоборот: Люссию перевести в мир человеческий. В данный момент подобные научные изыскания были неуместны.

Повернули на юг, проехали все те же примерно пять километров и еще раз повернули, но теперь уже строго на запад. Рельеф демонического мира с этого места резко пошел вниз и оказался не настолько перекрыт густым лесом, поэтому Люссия со своими экипированными воинами резко ускорилась, решив разведать расположенную прямо по маршруту местность. В человеческом же мире, наоборот, чаща из разновеликих деревьев стала почти непроходимой. Три спешившихся воина с большим трудом продирались вперед, ведя основных и пристяжных лошадей на поводу. Поэтому когда добрались до заброшенной лесной дороги и рассмотрели совсем свежие следы от крестьянских телег, Загребной пробурчал с досадой:

– Ну вот, эти увальни все равно шустрее нас оказались! М-да, надо было к ним присоединиться сразу.

Но только они начали догонять едущих где-то впереди крестьян, как из-под земли послышался приглушенный голос маркизы:

– Семен! Остановись!

Тот замер на месте как вкопанный, спешно усиливая свое зрение для просмотра демонического мира. Правда, голова Люссии показалась чуть раньше, и стало понятно, что она просто взобралась по нескольким веткам своего демонического дерева.

– Уф! Еле успела! – Пробежавшись взглядом по мужчинам, она немного успокоилась, хотя нервозность иногда проскальзывала в ее голосе: – Там такое творится! Крестьян на самой границе не просто остановили, а безжалостно расстреляли из арбалетов вместе с животными. Там тоже стоит засадный отряд, но только в совершенно иной форме. Скорее всего, это пограничники Орлов Заката. А вот за их спинами продолжает двигаться на север колонна войск в форме королевства Мрака.

– Не понял! – воскликнул Семен. – Откуда… хм… наши войска оказались на территории султаната?

– Благо, что там нет демонических подразделений и я оставила своих воинов для более тщательного подслушивания. Но уже из первого услышанного разговора становится ясно: Орлы Заката вот-вот начнут вторжение. Причем не на север, а на восток, на Долину Гейзеров. И делают это силами регулярной армии королевства Мрак.

– Постой-постой… так получается, что они хотят нанести удар под чужим именем и спровоцировать войну между соседями?

– Дорогой граф, с вами приятно общаться, схватываете все прямо на лету. – Хотя маркиза и шутила, но личико ее оставалось серьезным. – Остается только догадаться: зачем это султанату надо?

Граф Фаурсе с ожесточением обеими ладонями потер лицо, разгоняя остатки сонливости.

– Ну, с этого места мы такие великие политические замыслы рассмотреть никак не сможем, а вот несколько помешать этим замыслам – нам вполне по силам.

– Что ты предлагаешь?

– Раз переодетые войска еще двигаются на новые позиции, значит, сию минуту агрессия не начнется. Как минимум через несколько часов, а то и к обеду султанат нанесет первые удары.

– Вроде так… Им ведь необходимо, чтобы форму и амуницию рассмотрели четко…

– Скорее всего, они до столицы Долины Гейзеров и не собираются доходить, но вот кровавый рейд с сожжением нескольких городов предпримут обязательно. Потом как бы завязнут в продвижении и быстро отступят на «свою» территорию. Само собой разумеется, что в связи с создавшейся сменой династий в Мраке война станет неизбежной. А там и Орлы Заката сами коварно ударят в спину. Поэтому сейчас мы должны использовать все наши силы и умения только для одного: как можно быстрее и эффективнее поднять народ Долин на борьбу с агрессорами. Ну и само собой: сразу им открыть глаза на истинное лицо нападающих.

– Значит, двигаемся к ближайшим населенным пунктам и поднимаем всех на ноги?

– Совершенно верно! Забирай своих воинов и догоняй нас. Мы двинемся вначале по этой дороге, а потом сразу помчимся в тот самый городок, что я наметил на карте. Поторопись!

Маркиза лишь кивнула в ответ и стала спускаться вниз. С некоторым беспокойством проследив за демонессой взглядом в толще рельефа ее мира, Семен развернул своих коней и поспешил обратно. Но успокоился лишь после того, как экипированные воины на больевах догнали их в намеченной точке. Дальнейший их путь напоминал бешеную скачку с перерывами на короткие митинги. Причем для остановок в пути они использовали очередность, только один оставался в поселке, деревне или хуторе, подробно объясняя суть надвигающейся агрессии и способы мобилизации и спасения. Оба гвардейца оправдали возложенные на их сообразительность надежды и произносили пламенные речи с таким накалом и воодушевлением, что каждому их слову приграничные жители Долины Гейзеров верили без колебаний. Тут же слали посыльных к соседям, разбирали оружие и эвакуировали гражданское население в чащу глухих, почти неприступных для наступающих армий лесов.

Ко всему прочему вестниками грядущих сражений давались конкретные советы по обязательному пленению наступающих переодетых воинов султаната, дабы впоследствии ни у кого не возникло сомнений в проявлении сущности истинного инициатора агрессии.

В самый крупный городок на их пути мини-отряд Загребного ворвался часа через четыре после рассвета. Здесь уже пришлось попотеть изрядно, доказывая и бургомистру и командующему местным военным округом всю суть и коварство предстоящей агрессии. Но и тут умение выступать, убеждать и «жечь» глаголом помогло настроить подданных королевства на должные действия. Еще через два часа войска, поднятые по тревоге, стали готовиться к обороне, во все соседние города были отправлены посыльные с призывом о помощи, а в столицу полетели многочисленные сообщения как через тумблона губернатора, так и голубиной почтой. Как следствие, Долина Гейзеров успела приготовиться к неожиданной войне.

Переодетая армия Орлов Заката и в самом деле начала стремительное наступление в полдень, почти перед самым обедом. Передовые кавалерийские отряды устремились в стороны от основного направления, сжигая на своем пути любое человеческое жилье. Только вот самих людей в строениях не оказалось и близко, а разыскивать их по лесам и буеракам не было ни смысла, ни предварительного приказа. Недоумевающие кавалеристы продолжили свою поджигательскую миссию, не сразу обратив внимание на выверенные и болезненные удары партизанских отрядов. А когда осознали непонятные потери в своих рядах, преследовать оказалось некого: ни гражданского населения, ни военных подразделений в округе не оказалось. Будто все разом вымерли.

Основной кулак агрессии постигла еще более печальная участь. Приблизившись к первому же крупному городу, войска наткнулись на такое мощное и хорошо организованное сопротивление, что вынуждены были в растерянности остановиться. Пока происходили перестроение и перераспределение следующих ударов, демоническая разведка султаната успела рассмотреть приближающиеся со всех сторон крупные воинские формирования: противник стягивал к месту сражения за город все свои силы.

Всем стало понятно: неожиданный кровавый рейд не получился! Дальнейшее продвижение сквозь отлично организованную оборону потеряло всякий смысл. Отступать придется на целые сутки раньше. Мало того, военные командиры Орлов Заката сразу осознали, что их уловка с переодеванием в форму регулярной армии Мрака полностью провалилась! Десятки, если не сотни, пропавших без вести воинов давали веское основание предполагать, что они схвачены и будут допрошены самым брутальным и безжалостным способом. Запираться под пытками никто не станет, дураков нет. Следовательно, вся подноготная с таким тщанием и громадными усилиями спланированной диверсии оказалась раскрыта. Задумка сработала с точностью до наоборот, вместо того чтобы поссорить между собой соседей, сам султанат получил сразу двух рассерженных, если не сказать разъяренных врагов.

Оставалось только предполагать, почему, вследствие чего и для чего все это затевалось, но для стремящегося к югу маленького отряда нюансы истории пока были не важны. В будущем все обязательно разъяснится и получит надлежащую оценку, а сейчас все радовались, что удалось таким кардинальным вмешательством помочь и королевству Мрак, и всем оставшимся там близким людям.

В кармане сюртука Загребного прибавилась важная бумага, в которой командующий округа просил «предоставить подателю сего документа любую возможную помощь и содействие на всем пространстве королевства Долина Гейзеров».

## Глава третья. Очаровательная моль

В столицу королевства решили не заезжать. Так, придерживаясь южного направления, скакали до самой поздней ночи и только тогда, совершенно обессилевшие от длительного бодрствования и массы приключений в пути, решили остановиться на ночлег и как следует выспаться. Тем более что и до границы с княжеством Лотос оставалось сравнительно недалеко. Преодоление участка глобального противостояния двух государств требовало от любого члена отряда ясного ума и полного комплекта всех сил.

Остановились в большой деревне, на довольно приличном с виду постоялом дворе. Несмотря на позднее время, на столы перед путниками поставили вполне достаточно пищи для чрезмерного обжорства, причем отдельный специализированный угол в общем зале оказался и для демонов. В том мире тоже на этом месте существовала деревня и тоже с аналогично расположенным трактиром, так что оставалось только порадоваться предоставленному сервису. Уселись как можно ближе друг к другу, не лишая себя возможности общаться и обсуждать последние события в далекой теперь уже приграничной области.

Вот именно во время этого позднего ужина Загребной и увидел впервые изумительную бабочку. Создание с непередаваемыми по красоте крылышками, каждое размером с ладонь крупного мужчины, влетело в зал сквозь стену и уселось на спинку одного из свободных стульев. Причем еще во время полета бабочка переместилась в человеческий мир и ее хорошенько смогли рассмотреть даже гвардейцы. А вот демоны-охотники со своими уровнями летающую красоту рассмотреть не успели. Зато обрадовалась маркиза Фаурсе:

– Вот и подтверждение моим словам: это чудесное создание летает только ночью, хотя и яркого освещения при этом нисколько не боится.

– Ну да, как и положено моли, – согласился Семен, поспешно создавая силовую ловушку. – На эту бабочку часто охотятся?

– Частенько. Ради красивых крылышек, распятых в коллекции бабочек. Так что убить ее довольно просто.

– А поймать живой?

– Намного сложнее. Да ты сам попробуй, – с улыбкой посоветовала демонесса. – Как только перед ней возникнет преграда из вашего мира, как она перемещается в наш, и наоборот, если я попытаюсь ее пленить. Если бы у тебя был восемьдесят второй уровень, ты бы попробовал ею управлять, хотя тоже не факт, что насекомое без мозга может поддаться твоим командам.

– Это я и сам знаю. А вот если мы попытаемся создать вокруг нее два различных кокона силы?

– Забыл о разночтимости наших магических усилий? Результаты могут быть, но тренироваться надо не один месяц. – Заметив, что граф таки собирается сделать попытку поймать бабочку, демонесса стала укорять: – И в чем ты ее намерен содержать? Она после поимки или сразу погибнет, или в скором времени.

– Да… – опомнился Семен. – Действительно… Жаль, что не получится, хотя теперь мы можем просто заказать поимку этих бабочек местным умельцам и со временем, если будет свободная минутка, поэкспериментировать над этими созданиями волшебной красоты. – Не откладывая дела в долгий ящик, он призывно махнул рукой стоящему в дверях зала приказчику: – Один вопрос, голубчик.

Тот мгновенно приблизился:

– Чем могу служить господин?

Ночная моль так и продолжала сидеть на спинке стула, то складывая, то расправляя крылышки, и Загребной указал на нее столовым ножом:

– Есть ли у вас охотники за этой прелестью? Но мне она нужна живая и подвижная.

– Как не быть, уважаемый. Да в нашем городке по соседству живут два великих Шабена, которые только тем и занимаются, что отлавливают этих бабочек и потом доставляют заказчику. При этом порой насекомые живут неделю, а то и десять дней.

– Хе! Да толку тогда с этой моли? – возмутился граф. – Она мне живой нужна месяца на два, не меньше. Настолько «великие» Шабены в том городке есть?

– Не могу утверждать с точностью, – приказчик пожал плечами, – но поговаривают, что в столице и такой кудесник имеется. Это там, господин хороший, спрашивать надобно. Но если хотите, я у наших подробно поспрашиваю, может, кто чего лучше и подскажет.

– Обязательно хочу! Если что интересное – мне перед завтраком расскажешь.

За ужин и за комнаты расплатились щедро. Еще и чаевые солидные оставили, хотя демонесса при этом весьма сердито нахмурила брови, а когда остались одни и укрылись пологом тишины, обвиняюще зашипела:

– Не стоит излишней щедростью привлекать к себе повышенное внимание! Или забыл, чем Долина Гейзеров славится?

– Помню, что разбойниками. Но мне все равно здешние люди нравятся: и приветливые, и на защиту против агрессии все как один дружно встали. Надеюсь, что дадут нам переночевать спокойно. Тем более что все равно придется вахту нести по очереди.

Как оказалось, кое в чем демонесса была права. А именно: внимание к себе путники привлекли чрезмерное. Перед рассветом прибыло с пяток воинов, расположившихся прямо во дворе. Чуть позже примчалось еще с десяток едва ли не рыцарей в сопровождении сразу четырех демонов, двое из которых оказались Шабенами. А во время утреннего туалета подъехала великолепная карета с магической защитой в виде сильнейших амулетов и в сопровождении отряда охраны в количестве двадцати человек и демонов.

Именно об этом и сообщила маркиза Фаурсе, последней усаживаясь за стол. Еще и добавила с ехидцей:

– Интересно, по чью душу здесь такое обилие гостей? Хотя сомневаюсь, что по нашу, иначе нас бы уже давно выволокли из кроватей.

Но, заметив, что Загребной с нахмуренной озабоченностью прикрыл гвардейцев межмирской мантией, сделала то же самое и со своими охотниками. Подали завтрак, как и заказывали ночью, горячий и обильный. А вслед за ним появился и знакомый приказчик. Почтительно выждав в сторонке, пока на него не обратят внимания и не позовут, после поощрительного жеста командира мини-отряда он сразу поспешил к столу.

– Могу порадовать одной хорошей для вас новостью… – начал было приказчик, но был на полуслове перебит вопросом:

– Только одной? А остальные, что – плохие?

– Да нет, вы меня не так поняли. – Парень сразу потерял боевой настрой и стал путаться в мыслях: – Вы ведь сами просили помочь с приобретением живой бабочки. Вот я и…

– Принес мне на продажу? Ай да молодец!

– Не совсем так… понимаете, тут совершенно случайно оказался один… хм, человек, который как раз имеет то, что вы просили. Но он желает говорить с вами без посредников и поторговаться лично.

– Тоже хорошо. – Семен многозначительно переглянулся с Люссией. – Тогда приглашай его к столу.

Было немного странно, почему заинтересованный в продаже человек до сих пор не появился в общем зале. Из чего следовало, что он либо побаивается остальных расположившихся во дворе воинов, либо является одним из них. Верным оказалось второе предположение. Да и не выглядел ранний гость простым воином. При всей внешней скромности и неяркости все равно чувствовался высокий, утонченный стиль как в одежде, так и в поведении. Мало того, следом за ним в зал вошел всего лишь один воин, скорее всего телохранитель, и замер за спиной своего нанимателя. Но и мимолетного взгляда хватало, чтобы признать в нем очень опытного, скорее даже опасного противника. Хоть его лицо и не напоминало гензырца, но по манере двигаться, словно перетекая с места на место, он очень напоминал Савазина, лучшего мечника Саламбаюра, телохранителя короля Теодоро.

Из всего замеченного получалось, что торговаться прибыл не меньше чем сам губернатор данной провинции. Или по крайней мере один из самых знатных дворян. Но гость, как это ни странно, ни здороваться, ни знакомиться не стал, а сразу выложил на стол сумку, а из нее выкатил прозрачный шар с голову человека. И там внутри, трепеща крыльями и возвращая себе равновесие, восседала еще более очаровательная и великолепная бабочка, чем та, которую путникам удалось увидеть этой ночью.

Не веря своим глазам, Семен протянул руку и прикоснулся к странной тепловатой поверхности. Сразу пришло понимание, что перед ним отнюдь не стекло, но и на обычный в его понимании пластик вещество не походило. Во внутренней сфере находился другой шарик, насыщенного зеленого цвета, сантиметров семи в диаметре. Перекатываясь под собственным весом при вращении большого шара, он и создавал некоторые неудобства очаровательной моли, которая на нем и восседала. Гигантскому насекомому приходилось при передвижении взмахивать крыльями и парить над катящейся опорой.

– Красиво? – перебил любования путников хозяин уникального сувенира.

– Несомненно! – воскликнул граф Фаурсе, откидываясь на спинку стула и переключая все свое внимание на собеседника. – С кем имею честь общаться?

Гость несколько виновато улыбнулся:

– Порой ни имена, ни титулы в нашем мире ничего не значат. Тем более при короткой, почти случайной встрече. Зовите меня просто Филл. А вас как называть?

Семен моментально составил нечто подобное из первого слога своего имени и части присвоенного графского.

– Можете ко мне обращаться Сефаур. – И сразу предложил общаться по-свойски: – Тогда, может, и на «ты» перейдем?

Его собеседник покосился на Люссию и ее экипированных воинов и легко согласился:

– Давай. Это довольно сильно сокращает время торговли.

Стало понятно, что гость пытается показаться ушлым и хитрым торговцем. Но раз он видел демонический мир, то как минимум Шабен начальных уровней. А раз Шабен – вряд ли станет заниматься позорящей его торговлей. Но и Загребному следовало переходить к делу без промедлений: во дворе уже слышалось нетерпеливое ржание подготовленных коней. Поэтому он начал с конкретики:

– Кто и как создал этот шар?

– Как – не знаю. А вот кто… – Он неопределенно взмахнул ладонью. – Есть у нас один древний отшельник, живет где-то в лесах, да изредка к людям выходит. Вот он и балуется такими вещицами.

– А чем бабочка питается и как долго будет жить?

– Вроде как силу она получает из этого зеленого шарика. Прожила уже один год и гарантированно протянет еще два десятка лет. Но не это самое главное в этом чуде.

Семену не составило особого труда изобразить на своем лице самое пристальное внимание. Казалось бы, и так удалось увидеть необыкновенное волшебство, а тут Филл утверждает, что это только присказки. Причем дальше гость прекратил рассказ, а перешел сразу к демонстрации. Обеими ладонями накрыл шар сверху, дождался, когда насекомое стало усиленно бить крыльями, а затем раздвинул ладони по сфере в стороны. Тотчас изумительная бабочка выпорхнула наружу и стала беззаботно мельтешить прямо над столом, но не улетая из-под восхищенных взглядов дальше чем метров на пять в сторону от своего гнездышка. Несколько раз она ненадолго садилась на разные предметы мебели обоих миров, без всякого труда преодолевая суть Изнанки, а один раз даже села на голову хозяина. Кажется, любоваться этой прелестницей можно было бесконечно, но время, видимо, и гостя поджимало. Он медленно убрал руки с прозрачного шара, и разноцветное насекомое словно затянуло внутрь невидимым насосом. Внутри моль с ходу уселась на зеленый шарик, взмахнула пару раз крылышками и замерла.

Граф Фаурсе уже в который раз переглянулся с маркизой и восхищенно выдохнул:

– Да… не предполагал, что на такое чудо любоваться придется…

– Действительно, не каждому это дано! Причем в темном месте бабочка и внутренний шар превращаются в статичный монолит, так что при транспортировке ничего внутри не пострадает! – с некоторым снобизмом похвастался Филл. – И как ты думаешь, Сефаур, сколько такая вещица стоит?

– О-о! Боюсь, что слишком много, – откровенно высказался Загребной, но тут же ухмыльнулся: – Но это если мерить ценность этого раритета в золоте или драгоценностях.

Его собеседник после такого высказывания наморщил лоб в явном раздумье:

– Действительно, все в этом мире относительно! – Потом долго качал головой, словно подсчитывая в полной тишине платежеспособность покупателя. Следующий его вопрос прозвучал довольно строго: – Но перед тем как я назову цену, ответь, Сефаур, зачем тебе эта бабочка?

Теперь уже задумался Семен. Но не придумал ничего лучшего, как сказать истинную правду, разве что чуть обволакивая ее некоторой толикой недосказанности:

– Да есть у меня один знакомый Шабен, который хочет понять самую великую тайну мира Изнанки: из чего состоит невидимая граница наших миров, сдерживающая их от катастрофического смешения, и почему воплотник… это такой зверь…

– Я слышал о них!

– …а вот теперь и эта бабочка так спокойно могут перемещаться из одного мира в другой. Причем еще при этом наверняка и ипостаси как-то меняют.

– Хм! А зачем ему это? – Филл сразу же постарался разжевать вопрос: – Вот ты сам говоришь, что невидимая граница спасает нас от катастрофы. А если ее убрать, то…

– Как раз наоборот, разрушать перемычку тому Шабену нет никакого смысла. Есть желание научиться проникать в иной мир собственным телом и уже там ощущать другие эмоции, видения, переживания… ну и все остальное.

– Сложно… Но я где-то читал, что легендарные Шабены прошлого, имеющие двухсотый уровень, и так умели творить со своими телами нечто подобное.

– Да? – искренне удивился Загребной. При его обучении в Мастораксе Знаний на Рогатых островах существовала четкая таблица лишь до сто пятидесятого уровня. – Вот бы почитать эту книгу! Не продашь?

– Кхе-кхе! – закашлялся от смеха Филл. – Уже и не помню, где такое вычитал. Да ты еще и это чудо не купил.

– Хорошо, говори цену!

Гость наклонился вперед и понизил голос:

– Может, цена тебе и покажется неприемлемой, но торговаться я не намерен.

«Все-таки купчишка! – пронеслось в мозгу у Семена. – Но если средств оплаты у меня хватит – уйду отсюда голый, но бабочку куплю!»

– Хорошо! Сколько?

– Не «сколько», а «что»! Плата такова: если твой знакомый Шабен откроет эту тайну перемещения из одного мира в другой, то пусть поделится ею со мной.

– Э-э?.. – Граф Фаурсе озабоченно оглянулся по сторонам. – Как же он тебя найдет?

– А меня искать не надо, я тебя сам найду… вернее твоего «знакомого». Ну что, по рукам? – Он протянул свою ладонь над столом и, получив после секундного замешательства крепкое рукопожатие, резко встал: – До свидания! Счастливого пути!

Сопровождаемый своим телохранителем, он поспешно вышел, и сразу во дворе послышались гортанные крики команд. Вслед за ними стук копыт и грохот колес оповестили, что все ранние гости умчались в неведомом направлении.

С некоторым недоумением Загребной катнул шар немного в сторону, любуясь развернувшимися крылышками, упаковал его в оставленную сумку и покаянно произнес изумленно пялящейся на него маркизе:

– Поговорим об этом на досуге. А сейчас в путь!

Хотя во дворе и попытался разыскать взглядом куда-то запропастившегося приказчика, но того и близко не наблюдалось, пришлось спрашивать у обслуживающих конюхов:

– А кто это такие, что недавно сюда приезжали?

Мужики пожимали плечами и отвечали вразнобой:

– Не можем знать, господин!

– Сами в первый раз видим!

– Скорее всего, знать какая-то из соседнего городка.

– Их там в последнее время столько развелось…

Следы многочисленного отряда вели на восток, тогда как отряд Загребного опять помчался строго на юг. Несколько часов усиленной скачки, и если верить карте, то путники оказались в одной из тех долин, которые служили границей между Долиной Гейзеров и княжеством Лотос. Причем, как это ни странно, ни засад, ни дозоров пограничников, ни внушительных армейских подразделений им поначалу не встретилось. Зато стоило им поехать по ровной дороге через огромное поле, как с нескольких сторон к ним устремились небольшие группы поблескивающих на солнце латами рыцарей. Одна из них, в количестве трех особей, домчалась до замерших на месте, готовящихся к бою путников первой, и чуть ли не в унисон из трех глоток вырвался крик:

– Кто из вас благородный рыцарь? И как ваше имя?

Загребной, конечно, пожалел, что из-за нехватки времени не остановился чуть раньше и не расспросил подробно о царящих на границе порядках. Здесь на первый взгляд положение явно не соответствовало тем данным, что у них имелись. Но если судить по первому впечатлению, убивать или просто оскорблять их никто не собирался. Вполне возможно, что здесь имеется некоторое общество, наподобие воинского братства, и так встречают каждого, кто сюда прибывает. Следовательно, почему бы не назваться рыцарем и не подыграть на теме благородства? Тем более что и остальные группки облаченных в железо воинов домчались к месту встречи и теперь с некоторой завистью поглядывали на опередивших их конкурентов. Может, тоже страстно мечтали познакомиться и теперь только ждали правильного ответа?

– Я! В миру – граф Сефаур, к вашим услугам!

Семен решил не менять вполне подходящее для данного путешествия имя, заодно признав себя рыцарем. И кажется, встречающие этому жутко обрадовались, залихватски грохнули рукавицами по своей броне и стали по очереди выкрикивать:

– Меня зовут маркиз Вилинам! Вызываю вас, рыцарь Сефаур, на дуэль!

– Меня – виконт Гредиллен! Присоединяюсь к вызову!

– Барон Катизер! Тоже присоединяюсь к вызову моих кровных братьев!

Загребному не удалось сдержать недоверчивого смеха:

– Вы что, хотите сражаться все трое со мной одновременно?

– Только так! – напыщенно ответил маркиз Вилинам. – Братья по крови – единое целое. И мы всегда сражаемся против чужаков, посетивших нашу долину, одним спаянным кулаком. Мы неразделимы ни на пиру, ни в бою!

Долина находилась на платформе, поэтому стоящая рядом Люссия стала вытаскивать свой меч:

– Сейчас я им головы тупые снесу! Посмотрим, насколько они неразделимы!

Как оказалось, почти все рыцари прекрасно видели демонов. Хотя, скорее всего, не слышали. Барон Катизер сразу после высказывания демонессы привстал на стременах, указал на нее рукой и строго изрек:

– Вмешательства особей из другого мира не допускаются нашими законами!

А виконт Гредиллен со смешком развел руками:

– Но у вас, рыцарь Сефаур, есть и другой выход, если вы не желаете сражаться: отдать все свое имущество, коней и уйти отсюда в подштанниках. Выбирайте!

– Дивные тут у вас порядки! – покачал головой граф Фаурсе, хотя прекрасно понимал, что сам виноват, вторгся на чужую землю, не ознакомившись с местными законами. – Вот так прямо сейчас и сражаться начнем?

– Как возжелаете! – воскликнул виконт, указывая на шатры их лагеря на самом краю зеленеющего поля. – Но вначале мы просто обязаны пригласить вас на отдых и просим оказать честь вместе отобедать.

Важным фактором в принятии решения оказалось то, что бивак кровных братьев оказался почти по пути, на противоположном краю огромной поляны, а время обеда и так уже почти наступило. Почему бы и не сделать привал.

– Я с удовольствием принимаю ваше приглашение на обед, – жеманно ответил Семен, с удивлением замечая искреннюю радость на лицах троицы рыцарей и давая условный сигнал демонессе: «На месте разберемся».

## Глава четвертая. Рыцарская наглость

Пока продвигались к биваку, уставленному яркими шатрами и крытыми навесами, маркиза Фаурсе попыталась выпытать у Семена самое основное:

– Ты что, и в самом деле собираешься сражаться на этой дурацкой дуэли?

– Если ничего не удастся придумать, то, скорее всего, буду вынужден мечами помахать.

– Но ведь если они тебя атакуют одновременно, то у тебя почти не будет шансов с ними справиться! И твой покровитель тебе не поможет. А значит, это не дуэль, а наглое и ничем не оправданное убийство.

– Ха! Меня убить тоже не так просто…

Люссия, конечно же, знала обо всех исключениях, при которых бестелесный демон Сапфирное Сияние не приходил на помощь своему подопечному. И вызов на дуэль в этом списке стоял на первом месте. Если бы вдруг кто-то узнал эту страшную тайну, то от непобедимого Загребного уже давно бы не осталось даже воспоминаний. Достаточно было командиру первой встречной армии врагов выкрикнуть перед началом атаки: «Загребной! Мы все вызываем тебя на дуэль!» – и все! Никакое искусство первого мечника, выработанная ловкость и силы Шабена с пятьдесят седьмым уровнем не спасли бы выходца с Земли от гибели.

Но этим перечень исключений только начинался.

Особой строкой в этом списке шла государственная казнь за действительные преступления при условии оглашения приговора первым лицом, облаченным наивысшей властью. То есть любой король, хан, султан или князь независимого княжества мог приговорить великого Загребного за случайное убийство, например, редкого животного, если в законе существовала такая кара, назначить палачей и приказать им: «Казните его!» Понятно, к чему это могло привести: свора палачей могла бы скопом привести приговор в исполнение. Поэтому подопечному Сапфирного Сияния следовало щепетильно относиться к собственным поступкам, имея всегда в виду, что, возможно, в любой момент придется защищаться и отстаивать свою правоту перед высшим судом. А то и лично уничтожать всех поголовно палачей совместно с монархом, отдавшим такое приказание. Если, конечно, не удастся сбежать и надежно от всех спрятаться.

Помимо этого, смерть Загребного могла наступить при несчастном случае: пожаре, наводнении, извержении вулкана, при неожиданной лавине или селевом потоке. Причем следовало учитывать, что тот же несчастный случай с пожаром можно и подстроить. Благо, что еще никто об этом не догадался. Ну и в обычной боевой ситуации Сапфирное Сияние не могло защитить от брошенного издали копья, тучи стрел или посланных с дальнего расстояния арбалетных болтов. Потом, конечно, убийца будет наказан, как и человек, давший команду арбалетчику стрелять, но сам Загребной с развороченной головой уже завершит свое существование.

Несомненно, стань Загребным какой-нибудь обычный человек, он бы все равно долго не протянул. А вот растущие уровни Шабена позволяли Семену надеяться на дополнительную защиту своего тела с помощью магии. Например, та же межмирская мантия могла уберечь от первого, самого неожиданного залпа арбалетчиков или лучников, а многочисленные умения в силовой, болевой и огненной атаках помогали справиться с довольно внушительным отрядом и без помощи самого сильного на планете бестелесного демона. Но ведь и магические силы считались не безграничными. Та же мантия под непрерывным градом болтов могла выдержать лишь несколько минут, и если кто-либо из военных лидеров просто со знанием всех нюансов и особенностей атакуемой цели составит план нападения, Семену не спастись. Вся его сила, умения Шабена, опыт мечника, жертвенность друзей и сопровождающих, помощь Сапфирного Сияния не помогут в критической ситуации. Оставалось только надеяться, что никто и никогда не узнает о слабостях легендарного Загребного. О прорехах в защите графа Фаурсе знали лишь его дети, демонесса Люссия да графиня Хазра. Графиня так и осталась Бенидой, то есть колдуньей, стоящей всего в одном шаге от могущества Шабенов, но зато она теперь занимала второе место в иерархии королевства Саламбаюр, возложив на свои хрупкие, но несгибаемые плечи заботу о безопасности короля Теодоро и его беременной супруги Виктории. Знала о слабостях Загребного и сестра Хазры, несравненная Нимим, но она погибла при пиратской атаке на Грааль, столицу Саламбаюра.

По логике вещей, ожидать «разглашения о слабостях» в данный момент следовало только со стороны бестелесного демона. Если тот захочет по каким-то причинам уничтожить своего человеческого ставленника в мире людей, то сделает это легко и чужими руками. Хотя до сих пор ни разу Сапфирное Сияние не дал усомниться в действенности обещанной защиты. А об отсутствии переговорных или прочих контактов с собой демон предупредил Загребного еще при самой первой встрече.

Все эти размышления пронеслись в голове Семена и Люссии, пока они пересекали поле. Тройка рыцарей неспешно двигалась впереди, нисколько почему-то не сомневаясь в том, что приглашенные на обед не посмеют его проигнорировать и в последний момент пуститься наутек. Хотя именно такой вариант больше всего и предпочитала демонесса.

– Как только они начнут спешиваться со своих коней, – горячно зашептала она на ухо Загребного, – сразу набирай скорость с гвардейцами и уходите. Если что – мы прикроем от погони!

– Да нет, мне кажется, так делать нельзя…

– Боишься опозориться? Но здесь не тот случай!

– Вот именно! Поэтому давай вначале постараемся разобраться. – Семен с явным любованием всмотрелся в лицо демонессы. – И не хмурься так, тебе не идет. А если понадобится, то я и в подштанниках не постесняюсь отсюда сбежать. Ты ведь знаешь: безопасность моих детей – для меня важнее любого позора.

– Ну так… может сразу?

– Успеем. Да и пообедать надо. А тут даже угощают…

Лагерь у рыцарей оказался при ближайшем рассмотрении довольно милым и уютным. Три больших шатра на переднем плане и пяток поменьше для прислуги и оруженосцев, благоустроенная кухня под крытым с трех сторон навесом, за ней подобие полевых умывальников с душевой, в центре длинный стол под балдахином и даже виднеющиеся чуть вдали вполне приличные стационарные туалеты. Везде чисто, утоптанная земля обрызгана водой, никаких посторонних неприятных запахов. А две опрятные девицы, с хихиканьем поглядывая на приближающихся всадников, поспешно накрывали стол белоснежной скатертью.

Подскочившие конюхи помогли сгрузить переметные сумы и оружие на отдельный стол, забрали лошадей и увели их в сторону расположенного неподалеку ельника. Семен при этом постарался, чтобы его чудесное копье с грозным именем «Убийца богов» оказалось тщательно прикрыто и сверху, и с боков, но и после этого, как всегда, старался частенько поглядывать в сторону своих вещей. Пока гости мыли руки с дороги, виконт Гредиллен словоохотливо давал пояснения.

– Не переживайте, ваших скакунов и почистят, и накормят как следует. А вот с вашими сопровождающими, – он покосился на демонов, которые так пока и оставались на больевах, – немного сложнее. За столом они с нами могут сидеть, тот для этого приспособлен, а вот угостить нам их нечем, повар наш только для людей готовит.

Командир мини-отряда как раз умывался, поэтому после недвусмысленных жестов демонессы ответил один из гвардейцев:

– Ничего, у наших друзей все припасы с собой.

К тому времени, как расселись за столом, он оказался уставлен как человеческими блюдами, так и нехитрой снедью, которую проворно разложили на своем краю экипированные воины. Маркиза Фаурсе старалась ни на шаг не отходить от Загребного, держа ладонь на рукояти своего смешанного меча.

Двое слуг с кувшинами встали за спинами людей, но, прежде чем подставить свой кубок для вина, маркиз Вилинам вежливо поинтересовался:

– Рыцарь Сефаур, желаете выпить за знакомство?

– Конечно, не откажусь! Только вот… – Семен в сомнении покрутил своим кубком, – что это будет значить? Я ведь из дальних стран и всех ваших правил поведения не знаю.

– О! По этому поводу вас просветит наш брат барон. Да и вообще, по любому вопросу смело обращайтесь к нему, он самый лучший знаток всех правил, церемоний и рыцарских традиций.

Катизер кивнул маркизу и без всяких вступлений стал зачитывать:

– Если согласившиеся на дуэль рыцари перед этим употребляют вино, значит, принявшая вызов сторона может отложить поединок на срок до шести часов после окончания трапезы. Если употребление вина происходит во время ужина, дуэль сразу переносится на следующий день.

– Прекрасное правило! – фыркнула маркиза Фаурсе, передавая свой голосок в человеческий мир. – Так можно и несколько недель упиваться и бражничать, нисколько не печалясь о предстоящем сражении.

Все рыцари, словно по команде, дружно вскочили на ноги, подтверждая что у каждого из них только первый уровень Шабена:

– О! Простите!

– Мы не знали, что среди нас дама!

– А может, и не одна?

Демонесса проворчала:

– В дальней дороге и одной вполне хватает…

– Разрешите узнать ваше имя?

Хозяева бивака так и продолжали стоять.

– Маркиза Фаурсе.

– Ох! Какая жалость, что мы не можем вас рассмотреть лучше! – воскликнул с горечью виконт. – Но, судя по вашему ангельскому голоску, вы наверняка очаровательны. Не правда ли, граф?

Не желая раскрывать свои карты преждевременно, Семен и сам взглянул игриво на демонессу и пожал плечами:

– Трудно сказать. Но то, что она демонесса, сразу видно.

Рыцари вновь уселись на свои места, наперебой сожалея, что ничем не могут угостить такую высокую гостью. Разве что барон решил ее «порадовать» своими обширными знаниями.

– Спешу вас уведомить, уважаемая маркиза, что второй ряд этих долин, уже на территории княжества Лотос, служит местом для поединков и дуэлей самых воинственных созданий вашего демонического мира. Мы даже порой туда прогуливаемся от скуки и пытаемся хотя бы частично рассмотреть суть видимых сражений. Жаль, что ни оружия, ни одежды, ни всего остального в вашем мире мы не видим.

– Вот как?! – воскликнул принявший какое-то решение Загребной, подставляя свой кубок для вина. – Так выходит, что здесь собирается цвет рыцарства со всей Изнанки?

– Совершенно верно.

– И на демонической половине существуют точно такие же кодекс и правила рыцарской чести?

– Полностью идентичные, – с гордостью отвечал барон Катизер.

– Тогда за это следует не только выпить, но и напиться! – обрадовался гость, высоко поднимая кубок и замечая, что и у рыцарей их посуда уже переполнена красным вином. – Да здравствует рыцарская вольница!

Дальше обед продолжился в непередаваемой на словах дружественной и сердечной обстановке. Разве что только Люссия возмутилась в своем мире:

– Зачем ты устраиваешь эту пьянку?

Но в ответ лишь получила уверенный сигнал: «Все под контролем!»

Ели, пили и даже рассказывали короткие шутки и анекдоты, но все время гость неуклонно пополнял свои знания о местных традициях и жестких правилах межрыцарских отношений. Их оказалось так много, что только один барон и мог похвастаться твердыми знаниями в этой области. Само собой, что гостей в первую очередь интересовали лишь самые важные.

От поединка с большим почетом освобождался лишь Шабен шестидесятого и высших уровней. Но, узнав об этом, Семен лишь со вздохом переглянулся с демонессой: в данный момент он ждал проявления только пятьдесят восьмого. При этом он смог бы, например, с расстояния в пять метров зажечь большое дерево. Но за последние сутки опробовать это умение никак не удавалось из-за острой нехватки как времени, так и места. Тем не менее было бы глупо надеяться, что пришелец с Земли вдруг ни с того ни с сего сразу сумеет перепрыгнуть три ступени и достигнет шестидесятого, которого он и так ждал с замиранием сердца. К сожалению, и так в последние недели магическое развитие явно замедлилось.

Вызов гостям могли делать только те, кто первым к ним домчался. Причем троица издалека видела троих человек, а значит, обрадовалась, что сражение будет происходить три на три. Но и при разном количестве и подавляющем численном преимуществе наглые правила сражаться не возбранялись. Лишь категорически возбранялось применять подлые умения Шабенов. Если кто и срывался в бою на применение магии ради спасения своей жизни, то специально обозначенная белым порошком площадка для поединков начинала менять цвет на красный. В таком случае любой иной рыцарь имел право казнить провинившегося участника. А чаще всего на Шабена набрасывались все скопом и дружно рубили на кусочки.

В остальных случаях убийство не приветствовалось и его избегали. Достаточно было просто на пять минут вывести соперника из боя, оглушив его или тяжело ранив.

Имущество побежденного забиралось, а сам он имел право либо уйти, если мог передвигаться, либо перейти в штат прислуги. Если же побеждали гости, то они забирали в свое полное распоряжение бивак побежденных со всеми слугами. Но тогда в течение недели их могли вызвать на дуэль сразу три другие группы рыцарей и отказываться от вызова возбранялось. И только после победы и над этими соперниками или в случае их молчаливого соглашательства и оттягивания вызова всю неделю новый рыцарь или небольшой отряд рыцарей имел полное право навсегда «застолбить» себе место в этих благодатных местах воинской славы. Максимальное количество «братьев по крови» в каждом отряде не превышало больше пяти. Но это для прямой атаки. Тогда как порой знатный рыцарь побеждал своих противников, лишал их всего имущества, но оставлял в своем отряде рядовыми рыцарями. В таких коллективах порой собиралось до десятка, а то и больше рыцарей. Их уже сам командир распределял на поединки согласно собственным принципам. А если снимался с места на завоевание какого-нибудь баронского титула, то забирал с собой всю свою «боевую» дружину, которая обязана была служить почти в неволе до особых заслуг или подвигов.

Таким образом эта межгосударственная вольница собственное общее количество и регулировала: и слишком много тут рыцарей не скапливалось, и слишком мало никогда не было. А чтобы они не убивали друг друга от безделья в те дни, когда сюда не наведывались гости или новенькие, существовало правило турнирного состязания до первой крови, да и то сражаться полагалось лишь в один, первый день месяца. И только принимая единственный вызов.

Вот потому на этих полях так и жаждали, спешили встретить-приветить новеньких искателей рыцарской славы или случайных проезжих. Но, как оказалось, и возможность уклонения от дуэли существовала. Для этого достаточно было спешиться и провести через всю долину коней за собой на поводу. Что уже само по себе считалось делом постыдным и недостойным истинного воителя. К таким «пешеходам» тоже спешили, но скорее по инерции или чтобы попугать своей лихостью и грозным видом да расспросить о последних новостях в остальном мире.

К тому времени, когда нужная информация накопилась в голове у Семена, переполненные желудки уже не воспринимали ничего больше, кроме очередной порции вина, демонесса выглядела очень сердитой и обеспокоенной, а трое рыцарей, хозяев бивака, находились, мягко говоря, навеселе. И вот именно тогда гость стал с кряхтением выбираться из-за стола.

– Ох! Да так и умереть можно от обжорства! Тем более что еда у вас – какой и на королевских приемах не подадут! За что особая моя благодарность и нижайший поклон!

Он и в самом деле попытался поклониться, но, упершись руками в стол, не смог согнуться, только кивнул. Потом тяжело выдохнул и в повисшей тишине с апломбом изрек:

– Пора! Время не ждет!

– Что значит пора? – Маркиз Вилинам пьяно икнул. – Неужели в сон потянуло? Сейчас тебе наши девочки так постелят…

– Нет! Как можно спать, если нам пора сразиться? Кончай жрать, ребята, выходи строиться!

– Но мы же все изрядно выпили! – возмутился виконт Гредиллен. – Вначале надо поспать! Или?.. – Он воззрился на своего кровного брата, который знал все правила, и тот признался с досадой:

– Имеет право начать поединок прямо сейчас.

– А жаль, мы так надеялись пару деньков славно погулять. – Маркиз хлопнул себя по животу. – Граф, ты такой славный…

– Так еще вся жизнь впереди!

– …Это у кого как. Тем более что со слугами мы за одним столом не сидим. Не положено!

Намек на свое ближайшее будущее Загребной понял прекрасно, но в ответ непроизвольно рассмеялся:

– Ничего не поделаешь, маркиз! Как победитель я тут наведу новые порядки, и вполне возможно, что вам и со слугами за одним столом сотрапезничать за счастье покажется. К бою! Трубач! – Он оглянулся на одного из оруженосцев, который с гордостью распоряжался отрядным рогом. – Труби поединок!

Кажется ни на этом, ни на соседних биваках такого развития событий не ожидали. В подобных случаях одинокий рыцарь, получивший вызов сразу от троих противников, как правило, многие недели проводил со своими новыми знакомыми в беспробудных пьянках, веселье и разврате, выжидая лишь единственный вариант избежать грядущего позора: неожиданного нападения перепившихся соседей, турнирного дня или начала войны. То есть того момента, когда он мог бы встать плечом к плечу со своими собутыльниками перед лицом общей опасности. После такого события, как правило, нового товарища без всяких обид и дополнительных условий принимали в отряд. Правда, войн давно не было, соседи тоже боялись беспричинно нападать под страхом неминуемой кары от всего рыцарского сообщества, а вот пить целый месяц – надо было иметь лошадиное здоровье.

Но как ни выпадал сегодняшний случай из общей практики и традиций, гостеприимной троице пришлось вылезать из-за столов, седлать коней и тащиться на ристалище. Туда же со всей прыти устремились и все остальные рыцари округи: кто же в здравом уме откажется от такого зрелища, а возможно, и шанса самому бросить вызов заезжему победителю!

Белого песка там действительно оказалось предостаточно, но Семен полностью отрезвил себя, еще только усаживаясь на коня, и теперь разве что изображал слегка выпившего человека. Благодаря тщательному изучению характеров своих противников через их ауры в его голове уже четко вызрел план предстоящего поединка и даже следующий за ним этап действий. Совершенно уверенный в собственных силах, новоявленный рыцарь в целях экономии времени даже предвидел одну важную деталь, о которой и шепнул своим гвардейцам.

Первым выехал на арену для поединков, первым отсалютовал мечом и крикнул, что готов. Его соперникам ничего не оставалось делать, как выстроиться напротив полукругом и произвести ответные действия. И уже в следующий момент рыцарь Сефаур понесся в атаку. Такой прыти от него никто не ожидал. Хотя огромный опыт слаженного трио сказался: они постарались тоже начать движение, пытаясь принять атакующего воина строго в центр своего полукруга. Тот принял вначале вправо, а потом еще резче влево, но и это не сбило соперников с толку. Но когда между ними оставалось всего пару метров, одиночка вдруг резко придержал своего коня и поднял его на дыбы. Тотчас двое из атакующих рванули вперед, пытаясь обойти замершего на месте графа со сторон и с тыла. Вот тут он и применил свой задуманный трюк: метко брошенный тяжеленный щит вмял шлем на голове маркиза Вилинама, который пытался проскочить слева, а сам всадник вместе с конем неестественно свалился вправо на стремительно наезжающего виконта Гредиллена. Отменный удар плашмя мечом в височную часть шлема, и оба, как маркиз, так и виконт, громыхающими железом грудами свалились на землю. Счет оставшихся на лошадях соперников сравнялся, но слегка растерявшийся барон не имел против такого мечника, как граф Фаурсе, и мизерных шансов и вскоре тоже пал оглушенный.

В полной тишине Семен обратился к оруженосцам поверженных рыцарей:

– Эй, позвать сюда всех остальных слуг! Пусть уносят раненых в мой бивак и окажут им первую помощь. И поторопитесь, а то прикажу выпороть!

Оруженосцы побежали к биваку, за ними, словно присматривая, поскакали оба гвардейца, а сам победитель не спеша подобрал свой щит, привесил его к седлу и неожиданно громко рявкнул на окружающих:

– Ну чего уставились? Есть желающие вызвать мой отряд на дуэль?

– И где же твой отряд? – послышался недоуменный вопрос «из зала».

Победитель присмотрелся к своим недавним противникам, которые, ворочаясь, постепенно стали приходить в себя, и удовлетворенно хмыкнул:

– Это уже мои проблемы! Так есть желающие?

– Мы – первые! – сразу откликнулась группа из трех рыцарей с пышными желтыми султанами на шлемах.

– Мы – вторые! – рявкнули два громадных воина, похожие друг на друга, как близнецы, и, скорее всего, являющиеся родными братьями.

– Забиваю третью позицию! – с презрительной улыбкой выкрикнул еще один рыцарь в золотистых латах, за спиной которого гарцевало около десятка подчиненных рыцарей. – Всегда полезно пополнить ряды своего войска.

– Отлично! Как принимающая вызов сторона сразу назначаю время поединков: пятый, шестой и седьмой день начинающейся завтра недели. До встречи на поединках!

И не обращая внимания на недовольный гул, Семен подался к своей новой собственности следом за слугами, которые с пыхтением и огромным трудом уже волокли тяжеленные туши поверженных бывших хозяев на носилках. Первым делом, остановившись в центре бивака, новый хозяин отдал честь новому флагу, который расторопные гвардейцы уже подняли на флагштоке. Красная надпись на желтом полотнище скромно гласила: «Непобедимый рыцарь граф Сефаур». Возле длинного стола он присмотрел за тем, как быстро освобождают от лат пострадавших, а потом и сам принял участие в их интенсивном лечении. Маркиза Фаурсе не осталась простым наблюдателем, без лишних вопросов оказала посильную помощь из демонического мира, и вскоре трое новых «слуг» уже с неослабным вниманием, хоть и морщась от боли в головах и возмущения в мыслях, слушали речь своего нового командира.

– Значит, так, ребята. Отныне вся ваша жизнь меняется. Оставляю вас рыцарями, но за это вы у меня будете теперь служить только воинскому искусству. Никаких пьянок, ежедневные тренировки и многочасовое фехтование в парах и один против двоих. У вас три вызова, и со всеми вы обязаны справиться. Причем в первых двух вам желательно оставить в нормальной боеспособности как минимум двух новых товарищей, чтобы те подстраховали вам спины на третьей дуэли.

Сделав паузу и убедившись, что такой расклад его недавних противников вполне устраивает, Семен продолжил:

– После этих трех побед у вас будет только одна задача: как можно быстрее собрать максимально многочисленный отряд и ждать моего сигнала к выступлению. Всех троих назначаю равнозначными командирами. Вас будет ждать воистину великая рыцарская слава, завоеванная в исторических и великих сражениях, а не бездарное прозябание на ничейной территории. Если я не прибуду к вам лично, приказываю вступить под командование того человека, который доберется к вам с моим письмом. На сургуче и моей подписи должен находиться оттиск рисунка вот этого кольца. Где вам выжечь образец?

Он первым стал осматриваться в поисках подходящего деревянного предмета, хотя стоящая рядом Люссия, умильно хмыкнув, сразу попыталась дать подсказку:

– Стол.

Действительно, на изрядно порубанной и изрезанной столешнице еще оставалось достаточно нетронутого места, где выжженный оттиск смотрелся бы вполне отчетливо. С показным равнодушием Загребной стал раскалять знаменитое во многих государствах кольцо, «Одно из пяти», прямо у себя на пальце, что сразу выдавало в нем Шабена как минимум двадцать шестого уровня. Он уже собрался приложить белеющий жаром метал к дереву, как вдруг виконт Гредиллен решительно возразил:

– Постой, командир! Мало ли что с этим столом может случиться: сгорит или украдут. Вот на этом месте будет надежнее!

И бесстрашно подставил тыльную сторону ладони правой руки. Граф переглянулся с демонессой, и та пожала плечами:

– Имеет полное право.

Виконт боли ожога словно и не почувствовал, хотя Семен сразу же после прижигания постарался подживить ранку. Зато во время лечения моментально подал голос и маркиз Вилинам:

– Конечно, желаю тебе, дружище Гредиллен, долгой жизни, но вдруг тебя убьют? Или рука пострадает? Правая чаще всего ранами покрывается. Поэтому для подстраховки лучше всего на левой, вот здесь! – И тоже протянул свою руку, только левую. – Давай, командир, ставь оттиск!

Как только взвился дымок от паленой кожи, барон Катизер сочувственно вздохнул:

– Эх, братики! Вы бы хоть сначала со мной посоветовались. Ведь недаром я так много знаю: обе руки страдают в бою одинаково! А вот плечо… – Он оголил свое левое плечо. – И видно хорошо, и оберегается лучше всего. Граф, кольцо-то остывает…

Пришлось и ему поставить метку. Хотя при этом Семен никак не мог избавиться от постыдного ощущения какой-то неправильности происходящего. Будто он живых людей клеймил, словно скот, словно свою рабочую собственность или, что еще хуже, ставил метку на собственных рабах. Терзаемый сомнениями и мрачными предчувствиями, граф отвел свою подругу-демонессу в сторону и мгновенно вывалил все свои страхи.

– Да ты что?! – Глаза у Люссии расширились от удивления. – Не знаешь рыцарских традиций человеческого и демонического миров?

– Ха! Да мне больше делать было нечего, как только штудировать эти многотомники. Хорошо, хоть барон во время обеда немного проинформировал.

– Вот те раз! То, что он тебе рассказал, почти в большинстве пунктов относится только к этой вольнице, и, скорее всего, подобная наглость атаки нескольких рыцарей на одного существует только здесь. Но ведь есть один из основных законов всего мира, принимаемый с обеих сторон Изнанки: если победитель оставляет воину право считаться свободным, то тот просто почитает за личную честь выжечь у себя на коже оттиск фамильного герба победителя. А тут ты без задних мыслей предлагаешь им оставить выжженный оттиск для образца. Я ведь только для проверки их лояльности и скорее шутки ради предложила стол. Как только они за это кровно не обиделись, ума не проложу!

– Понятно… Значит, все мои страхи и сомнения по поводу рабства… ну там и скота разного… беспочвенны?

– Ты еще и сомневаешься? – Демонесса опасно сузила свои прекрасные глаза, и тон ее стал вкрадчивым: – Или ты мне не доверяешь?

– Абсолютно доверяю и во всем! Просто… – Он непроизвольно посмотрел на кольцо, опасаясь увидеть там опаленные кусочки кожи. – В голове не укладывается.

Хоть как-то успокоенный, хотя и продолжающий удивляться, новоиспеченный рыцарь Сефаур вновь вернулся к столу и велел слугам приготовить и подать ему лошадей. А пока это выполнялось, спешно вывалил целую кучу советов и наставлений: как лучше связать дисциплиной будущий отряд, как повысить воинскую выучку и как более дипломатично вести себя с остальными соседями по данному пограничью.

В конце своей десятиминутной речи он достал внушительный кошель с деньгами и положил на стол:

– Здесь золотые монеты самой высшей пробы. На первое время должно хватить. Если удастся, позже пришлю еще. Напоминаю, пьянство по будним дням прекратить, а в выходные тоже не переходить черту здравого смысла. А в остальном – ни в чем себе не отказывать. Ваш лагерь должен стать самым образцовым. Все понятно? – Три головы с отвисшими челюстями покорно кивнули. – Тогда до следующей встречи!

Уже через минуту он со своим мини-отрядом опять скакал строго на юг. А чуть ли не совмещающаяся с ним телом демонесса ругала его на все заставки:

– Это уже слишком! Такого расточительства я даже предположить не могла с твоей стороны. Да по правилам и традициям эти трое теперь на свои деньги должны содержать тебя и ублажать до самой старости, оплачивать твою дружину и отдавать собственных дочерей тебе в услужение! А ты их еще такой невероятной щедростью балуешь. Невиданное зрелище!