Джулия Леви
Мужчины глазами женщины

내가 좋아하는…

Никогда не жалейте о том, что вы сделали и не сомневайтесь в том, что захочется сделать еще. В нашей жизни не бывает случайностей.

Глава 1

Она родилась в самый обычный дождливый полдень. На улице был так холодно и мерзко, что даже бродячие собаки и кошки искали уголок потеплее. Люди без нужды не высовывались на улицу, и лишь редкие проезжающие машины указывали, что квартал продолжал жить своей жизнью.

Ее мать мучалась уже вторые сутки и была на грани отчаяния, что плод так и останется в животе, что острая опоясывающая боль и озноб заставляющий содрогаться всем телом никогда не пройдет. Что девять месяцев тревог и ожиданий прошли впустую и она юная, красивая девушка больше не сможет полноценно жить, но не совсем желанное дитя все же решило появиться на свет. Молодая мамаша была крайне напугана, так как не доверяла старой повитухе из дома напротив. Она была напугана, что старуха что-то сделает не так с ее первенцем и с ней самой. Да и что ее ждет во время родов, она могла только догадываться. Вот когда смогли бы пригодиться советы из журналов и старых брошюр, если читать их внимательно, а не по диагонали. В памяти вертелись лишь названия «Поведение рожениц в процессе родовой деятельности» и «Что делать, если роды начались внезапно». Но поскольку с мужем они были бедными студентами, приезжими из чужой страны, без какой либо родственной поддержки, да и здесь в городе мечты тоже обратиться было не к кому, им ничего не оставалось, как молится Богу и старой полуслепой старухе. Наблюдая, как она приготавливала трясущимися от старости руками всё необходимое для родов, непрерывно дергала отвисшей, дряблой шеей и еле слышно что-то нашептывала словно кобра перед нападением, молодая женщина пребывая в оцепенении, не в силах была произнести хотя бы слово, чтобы вежливо отказаться от ее помощи.

Ванг Ху был напуган не меньше своей любимой Мин Со. Чтобы не упасть в обморок от развернувшейся в этот день картины, он выскочил из гостиничного номера, который они снимали уже год, и стал ждать в холле дешевого мотеля, когда этот ужас под названием роды закончится. Но душераздирающие стоны продолжали разноситься по комнате. Роженица то и дело металась на кровати с мольбой быстрее закончить или сделать ей кесарево сечение. Старуха же не обращая внимания, продолжала что- то нашептывать, готовила чистые пеленки, марлевые салфетки, кипятила ножницы, подготовила чистые палочки для йода, и то и дело подливала воды, которая бурлила в белом тазу, выплевывая фонтаном мелкие капли. В комнате было невероятно душно и влажно.

Обливаясь холодным потом не в силах больше выносить охи и стоны, сдавив руками уши, молодой человек бросился прочь по коридору. Перескакивая ступеньки, он не соображал, где находится, кто эти люди, которые встретились ему в коридоре. Выбежав из мотеля Ванг Ху лишь хотел, чтобы гул застрявший в ушах прекратил разрывать его изнутри, чтобы сдавливающая боль в груди отпустила и он смог бы дышать дальше.

Но очутившись на улице ему не стало легче. Испустив отчаянный стон, Ванг Ху лишь смог привлечь прохожих и соседей. Из окна дома напротив высунулась парочка парней, поинтересовавшись, не нужна ли ему помощь. Не расслышав их, он побрел вдоль домов, как будто так можно было вырваться из всей этой кошмарной ситуации. Когда октябрьский воздух рассеял туман в сознании Ванг Ху, он крепко обхватил себя руками и расплакавшись от бессилия, что не может облегчить страдания жены и свои тоже скрючившись пополам, упал на тротуар. Вылетевший изо рта большой сгусток слюны, повис на нижней губе. Почувствовав что что-то не так, он сплюнул комок в лужу, вытер губы манжетой коричневой клетчатой куртки и стал озираться по сторонам, пытаясь понять где он находится. Отчаянно желая освободиться от засевших в нем звуков и избавиться от слабости внезапно охватившей все тело, не замечая, как мелкий дождь пропитал насквозь одежду холодной влагой, Ванг Ху поднялся на ноги и расправив сутулую спину поплелся по улице обдумывая, что же делать дальше.

– Надо что-то срочно предпринять, чтобы окончательно не сойти с ума, – остановившись у первого попавшегося на пути паба, молодой человек, как завороженный уставился на яркую вывеску, на которой не хватало пары букв, отчего название бара звучало несколько непристойно. На счастье, дверь из которой выкинули прямо перед ним слишком буйного посетителя, заело. Донесшаяся до ушей Ванг Ху приятная клубная музыка, как будто манила в мир безудержного веселья, где можно забыться и избавиться от всех проблем и тягот. Ворвавшись в темный зал, толкаясь в веселящейся толпе, молодой человек кое-как протиснулся к барной стойке и заняв свободное место у окна крикнул бармену на ломаном английском, чтобы ему налили «Храбрый бык». Когда коктейль был уже в руке, Ванг Ху развернулся в зал и вальяжно облокотившись локтями о стойку, принялся медленно цедить из трубочки темную жидкость и рассматривать людей, в надежде встретить знакомых, чтобы перезанять денег.

Время тянулось бессовестно медленно, оно как будто издевалось над бедным парнем. Беспокойство и не думало покидать его, мысли в хаотичном порядке блуждали по помутненному сознанию. Выпив достаточно много для своей комплекции, Ванг Ху так и не удалось избавится от навалившейся тяжести. В который раз он вынужден был признать поражение. В который раз он вспомнил слова отца о том, что раз не послушался родителей и женился на той, которую выбрал сам, тогда и живи без поддержки семьи.

– Докажи, что способен содержать свою семью самостоятельно. Тогда я приму тебя снова и эту тоже, – как проклятие снова зазвенели слова отца, в ушах Ванг Ху. В памяти снова возникла картина прощания в аэропорту. Чтобы доказать серьезность своих намерений, Ванг Ху бросил своим родителям еще один вызов забрав девушку в Америку, где они довольно легко смогли поступить в медицинский университет. Но ситуация за те два года, что они уже находились в чужой пока для них стране становилась все сложнее. Денег, чтобы жить вместе с сокурсниками в кампусе, чтобы оплачивать библиотечные затраты и на лабораторные сборы, медицинскую страховку и так далее, катастрофически не хватало, даже ссуды уже не спасали. Довольно быстро молодая парочка была вынуждена переселиться в дешевую гостиницу. Ванг Ху брался за любую работу по вечерам. Мин Со занималась надомной работой в свободное от учебы время. Молодая семья выкручивались, как могла, а теперь еще и ребенок появиться, еще один дополнительный рот, которому понадобиться больше чем самим родителям.

– Одним раменом ребенка не накормишь, – печально рассуждал про себя Ванг Ху, не замечая, как говорил вслух сам с собой.

Засидевшись до позднего часа, горе папаша не спешил возвращаться домой. Он панически боялся момента, когда его попросят освободить зал, и боялся, что мелочи оставшейся в кармане ему точно не хватит, чтобы заглянуть в следующее питейное заведение.

Очутившись все-таки через полчаса на улице, Ванг Ху с досады выбросил на брусчатку оставшуюся мелочь, и обреченно развернувшись направился обратно к мотелю, в душе надеясь, что его супруга все же разродилась и ему не придется снова видеть и слышать тот ад, из которого пришлось недавно сбежать.

Дорога домой оказалась слишком короткой. Задержавшись под светящимся рекламным баннером, Ванг Ху задрал голову и прикрыв веки долго собирался с духом прежде чем открыть стеклянную дверь гостиницы. Поднявшись на второй этаж, он тихо подошел к номеру и прислонив расчесанное красное ухо стал прислушиваться к тому, что происходило в комнате. Тишина, царившая по ту сторону двери, немного насторожила его.

– Как-то странно тихо. Может случилось что-то нехорошее, и они уехали в госпиталь? Но у нас же нет денег, – мучаясь догадками, Ванг Ху осторожно повернул ключом замок и с опаской просунул голову в дверной проем.

В комнате продолжали гореть прикроватные стеклянные торшеры из зеленого стекла, на двуспальной кованой кровати мирно спали его любимая Мин Со и маленькое существо, завернутое в белый вязанный плед.

– Мин Со детка, как ты? – прошептал над самым ухом счастливый папаша. Широкая улыбка, не сходившая с губ молодого человека, и глаза наполненные слезами радости отражали все чувства, которые он испытывал в этот момент при виде любимой и их новорожденного ребенка.

– Наконец-то ты появился, – уставшим голосом простонала Мин Со. Еле приоткрыв глаза, она разглядывала мужа и никак не могла понять, почему он был завернут в полиэтиленовый пакет. – Ты принес что-нибудь поесть? – облизнув сухие губы, шепотом спросила она.

– Нет. Но я что-нибудь придумаю, не волнуйся.

Спустившись вниз к консьержке, Ванг Ху нисколько не заботясь о том, что уже было слишком поздно, постучался в темно-коричневую дверь, и дождавшись когда ему открыла пожилая негритянка в цветных бигудях и голубой полупрозрачной сетке, упал перед ней на колени. Сложив молитвенно тонкие пальцы, Ванг Ху начал так трясти ими, упрашивая миссис Булл не закрывать дверь, а выслушать, что еще бы чуть-чуть и пальцы сломались, рассыпавшись на мелкие кусочки по кафельному полу.

– Умоляю вас, помогите! У нас нет денег, а вы как я думаю уже догадались, что моя жена родила сегодня? Они с ребенком очень голодны. Помогите нам. Обещаю, что вымою все номера, какие только скажите, – Ванг Ху был готов на все, лишь бы его жена и ребенок не нуждались и не страдали.

– Встань дорогой, встань. Знаю, что родила. Кто думаешь заплатил старой повитухе за роды? Я тебе дам продукты и немного денег, а ты, как и обещался, вылижешь весь пятый этаж. Только не номера, а сортиры во всех номерах, – довольная своим изощренным наказанием ответила полная женщина и рассмеявшись в голос, захлопнула дверь. Ошеломленный парень так и стоял на коленях, пока дверь снова не открылась, и ему не поставили корзину с продуктами. Сунув в наружный карман куртки, свернутые пару сотен, женщина с силой захлопнула дверь, но через мгновение снова открыла ее, прикрывая тучное тело грязным розовым халатом.

– Кстати можешь немедленно приступать к работе, – расхохотавшись еще громче, добавила хозяйка, вручая Ванг Ху связку ключей.

– Чертова куча, – пробубнил парень, выставляя вперед средний палец. Но деваться было некуда. Поднявшись к себе, он поставил корзину на стол и разбудив Мин Со, сказал, что она может поесть. – Кто у нас родился? – присаживаясь на край кровати, спросил Ванг Ху. Приоткрыв уголок пледа, новоиспеченный отец снова ласково улыбнулся, глядя на тихо посапывающего ребенка.

– У нас родилась прекрасная Ю Чжон, – ответила нежным голосом девушка, вкладывая в рот мужа кусок белого хлеба.

– Ю Чжон, – нежно гладя дочку по щеке с умилением, произнес Ванг Ху. – Как твою маму. Ты уверена? Это будет последней каплей терпения моих родителей, – обернувшись, Ванг Ху обреченно посмотрел на жену.

– Нет. Но если идти до конца, то твердо глядя вперед, – с полным ртом ответила Мин Со, вспомнив, как ругались на вокзале ее мама с мамой Ванг Ху. – Что? Ты же хотел назвать этим именем первого ребенка, если родится дочь. Теперь сомневаешься? – отставив в сторону канистру с молоком, Мин Со схватила мужа за плечи. – Мы и так пошли против их воли, мало того, что уехали из страны, бросили родителей, так и женились здесь без благословения с обоих сторон. Чего нам еще бояться? Ли Ю Чжон, по-моему очень красиво и подходит нашей дочери.

– Ты права очень красиво. Главное чтобы она была здорова и счастлива, – Ванг Ху взял дочку на руки и нежно прижал к себе.

– Как ты сумел уговорить миссис Булл дать нам продукты, она же такая скряга? – удивилась Мин Со, снова с жадностью откусывая от мягкой булки приличный кусок.

– Сказала, чтобы я вычистил все сортиры на пятом этаже, – устало ответил Ванг Ху, и осторожно уложив дочку между подушек, встал с кровати так, чтобы от скрипа не проснулся ребенок. Он решил не откладывать работу и сделать уже это грязное дело, в котором за все время что они жили с Мин Со в отеле, он стал настоящим проффесионалом.

– Стерва, вот прицепилась к тебе, как будто другой работы больше нет, – выругавшись, Мин Со продолжила кусать булку, запивая холодным молоком из литровой канистры.

– Ничего. Зато у нас есть еда на пару дней и целое состояние, – Ванг Ху вынул из кармана несколько свернутых купюр и воодушевленный надеждой на счастливое будущее направился исполнять свой долг.

Мин Со же насытившись легла рядом с Ю Чжон и сунув упругий сосок проснувшемуся ребенку, в блаженстве перемешанным с усталостью задремала пока ранним утром следующего дня ее не разбудил скрип открывающейся двери.

– А это ты, – еще не до конца отойдя ото сна поприветствовала любимого Мин Со.

– Ага. Я в душ, – прошептал Ванг Ху и юркнув в ванную, заперся там еще на добрых два часа, пытаясь отмыть себя от въевшегося запаха гостиничных сортиров.

Глава 2

– Ючжи, да бей же ты, безмозглая курица! – не выдержав и пяти минут, крикнул срывая голос, маленькой неуклюжей девочке, рыжий мальчишка лет восьми.

– Да бью я, бью, – крикнула в ответ девочка. Скрючившись в неудобной стойке, она на мгновение повернула голову в сторону ребят, и показав язык, лишь усмехнулась. Ее забавляло, как мальчики злились из-за того, что она нарочно тянула время. Ребята же возмущенные до глубины души таким нахальством, наперебой кричали бросить в эту чертову кучку свой шарик, и готовы уже были выгнать Ю Чжон из игры.

– Сейчас я покажу тебе безмозглую курицу, вонючка, – прошептала Ю Чжон сосредоточив все свое внимание. Прищурив глаз, она затаила дыхание и прицелилась голубым шариком, который всегда приносил ей удачу в кучку таких же разноцветных блестящих шариков. Не обращая внимания на то, что точно прицелиться в заветное сокровище мешала вылезшая из хвостика прядь темных, густых волос и ветер, застилавший правый глаз, Ю Чжон, что было силы ударила в самый центр, выбив больше половины из приличной груды стекляшек. С победным криком бросившись собирать свое богатство, она на ходу уже обдумывала, как будет отбиваться от разъяренных ребят.

– Стой! Стой, так не честно, – крикнул сначала все тот же мальчик и рванул к Ю Чжон, чтобы она не сбежала.

– Стой, – крикнули вслед еще несколько сорванцов и накинувшись повалили девочку на землю. Завязавшаяся драка и шум, исходивший от ребят, привлекла внимание взрослых. Выскочив из дома, несколько мужчин и женщин бросились к детям.

– Что вы делаете? Прекратите! – кричали мамаши на своих детей, мужчины же молча развели их в разные стороны и как можно спокойнее попросили объяснить суть драки.

– Она первая начала! Она нечестно играет, – тяжело дыша, выкрикнул все тот же пухлый мальчуган, растирая ссадину на щеке.

– Я честно играю, честно! – закричала на мальчика Ю Чжон. Не обращая внимания на вздувшийся синяк над бровью и ободранные коленки, которые успели пропитать кровью белые ажурные колготки, довольная собой девочка победно смотрела на насупившихся мальчишек.

– Ю Чжон твое платье! – воскликнула Мин Со, увидев как блестящее кремовое платье, в котором дочь должна была идти на рождественский школьный бал, было окончательно испачкано и изорвано.

– Мама я честно играла, – продолжала повторять Ю Чжон, готовая уже расплакаться из-за несправедливости. – Это Хипстер нечестно играл! – воскликнула она обращаясь к одному из родственников, которому жаловался соседский мальчишка.

– Как ты могла разодраться со своими братьями и друзьями? – не обращая внимания на оправдания дочери, воскликнула Мин Со. Вырвав ее из рук мужа и сжав, что было силы детское запястье, негодующая мамаша потащила девочку в дом.

– Это они начали, я честно играла, – не переставая оправдывалась Ю Чжон.

Вечером прощаясь с родственниками из Сеула, которые приезжали на День Тоджи, отмечавшееся перед Рождеством, родители Ю Чжон облегченно вздохнув вернулись в дом, и устроившись в гостиной на любимых красных креслах долго сидели молча, время от времени поглядывая друг на друга.

– Кхимчи и ттоккук у тебя в этот раз очень хорошо получились, – чтобы как-то развеять напряженную атмосферу, заметил Ванг Ху.

– Что будем делать с ней? – не выдержала Мин Со, вовсе не желая уступать мужу.

– А что мы можем сделать? Переходный возраст, – пожав плечами, ответил Ванг Ху, схватив с круглого журнального столика газету.

– Какой переходный возраст в семь лет? – незаметно переходя на повышенный тон, спросила Мин Со.

– Умоляю, только не начинай снова сердиться, а то я снова начну чесаться.

– Вот- вот, как только разговор заходит на серьезную тему ты начинаешь чесаться, – вскочив с кресла Мин Со схватила с соседнего журнального столика пачку и трясущимися от гнева пальцами вытащила пару сигарет. Прикурив от зажигалки она отдала одну мужу, и сделав долгую затяжку с удовольствием выпустила в потолок струйку серого дыма.

– Хорошо, я поговорю с ней завтра, – сдался Ванг Ху. Сделав несколько затяжек, он затушил половину сигареты о пепельницу в виде туфли и поплелся устало в спальную.

Утро следующего дня не сулило по мнению Ю Чжон ничего хорошего. Она не собиралась рано просыпаться и вообще надеялась, что если натурально прикинется больной, то сможет остаться на весь день в комнате, хотя знала, что внизу ее ждал подарок от родителей и вкусный праздничный завтрак. Она боялась показываться на глаза маме и папе, стыдясь за вчерашнее поведение и за то, что обидела тетей и дядей высказав все, что думала о своих двоюродных братьях, и о родственниках приехавших из- за границы вообще. Но когда в комнату постучались и после некоторой паузы в детскую заглянул Ванг Ху, Ю Чжон сразу расслабилась уже зная, что наказания не последует, и радостная бросилась в объятия отца.

Через несколько дней, когда Мин Со помогала Ю Чжон собираться на традиционный рождественский бал, единственным украшением из всего наряда была изящная диадема, которая по счастливой случайности не пострадала в стычке с мальчишками.

– Зеленое платье это конечно не наряд для принцессы, но ты сама виновата, что будешь выглядеть сегодня словно лягушка, – заметила Мин Со, завязывая сзади бант на платье Ю Чжон.

– Мне все равно, – нахмурив брови, ответила девочка. Не желая уступать матери она демонстративно сложила руки крест на крест, чтобы та не смогла одеть ей перчатки в цвет платья. Когда Мин Со с трудом, но все же выдернула правую руку Ю Чжон и начала натягивать перчатку, в дверь позвонили. Поднявшись с колен, Мин Со строго настрого велела дочери закончить начатое и тут же поспешила вниз, чтобы поприветствовать своих соседей. Она была крайне признательна, когда после долгой беседы и объяснений, что их дочь случайно поставила огромный фингал под глазом мальчика, Хипстер, мистер и миссис Брайс согласились примириться путем совместного похода на праздник. Хоть мальчик и продолжал считать себя правым, он держался очень достойно и был таким милым, что казалось он и вовсе не сердится. На самом деле сопровождать Ю Чжон на бал, Хипстер согласился лишь когда родители сдались на новый велосипед и пообещали свозить его в Диснейленд. Хипстеру жуть как не хотелось идти с этой драчуньей вообще куда-либо, тем более ему уже нравилась другая девочка, но ради подарка и поездки он вынужден был терпеть сегодняшним вечером ненавистную ему девчонку.

– Хипстер, помни о чем мы договаривались, – наклонившись к сыну, напомнила молодая женщина, заглядывая в озорные глаза. Пригладив и так идеально уложенные гладкие волосы цвета меди, женщина быстро вынула из сумочки помаду и проведя ею по ярко красным губам широко улыбнулась, услышав звук, открывающейся двери.

– Вот же…, – пробубнил Хипстер, с досады пнув ногой по дверному косяку. Почувствовав через ботинок боль на большом пальце, он готов был уже расплакаться и убежать, но увидев в холле за спиной миссис Ли и Ю Чжон, решил, что не уступит какой-то милюзге и сегодня точно найдет способ, чтобы отомстить ей за все страдания.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.