Принцип обоснования
Дмитрий Базанов

© Дмитрий Базанов, 2017

ISBN 978-5-4485-8710-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

I

20.06.1982 г., 6.14, ближнее Подмосковье

Ведущий научный сотрудник НИИ «Институт специальных исследований» при Академии наук СССР (а в узких кругах называемого просто «Институт») Сергей Вадимович Трифонов ехал на работу.

Автомобиль ГАЗ-24-24 (или, как его называли знающие люди, «догонялка»), урча форсированным мотором, выскочил из пустых по случаю раннего утра московских улиц, и серебристой стрелой вонзился в свежую утреннюю зелень Подмосковья.

Водитель, вырвавшись из города, еще увеличил скорость, стрелка спидометра заплясала у цифры «150», временами даже ее перепрыгивая, но Трифонов не стал делать ему замечания.

«Парень молодой» – Подумал он. – «Пускай натешится».

Сам Трифонов тоже любил быструю езду, и, удобно устроившись на переднем сиденье служебной «Волги», с удовольствием наблюдал, как исчезают под ее широким, матово поблескивающим капотом километры асфальта.

«Эх, далековато, все таки, от дома. Лишних два часа на дорогу…» – Вскользь подумал он. – «Конспирация… Хотя такую махину разве скроешь? Уж если свинья бывает в курсе того, что знают двое, кому же ведомо то, что знает тысяча? А в нашем случае – не тысяча, а поболее…»

Форсированная «Волга» между тем свернула с асфальтированной трассы на неприметную «бетонку», зажатую с двух сторон вековым сосновым бором, и пошла тише – качество дороги оставляло желать лучшего.

Трифонов опустил стекло. Свежий утренний воздух, приправленный смолистым ароматом корабельных сосен, не вдыхался – вливался в легкие. («А что, пожалуй, и вливался… Вон как прохладно, а плотность газа с падением температуры увеличивается»). Он еще раз порадовался, что вот уже два года, как бросил курить.

Машину заметно тряхнуло – не спасла даже усиленная подвеска.

– На танках тут, что ли, ездили? – Спросил недовольно водитель.

– Может, и на танках. Тут полигон где-то рядом. – Ответил Трифонов. – Не гони, время – вагон.

Деревья неожиданно расступились, и «Волга» выехала на широкую бетонированную площадку, примыкавшую к высокому серому забору, по верху которого густо вилась колючая проволока. Водитель подрулил к коробке контрольно-пропускного пункта возле металлических ворот, на створках которых были выбиты огромные красные звезды – на первый взгляд, типичный въезд в воинскую часть.

– Спасибо, Гриш. Сегодня ты больше не понадобишься. – Трифонов заметил промелькнувшее в глазах водителя удивление. – Я позвоню дня через три. Удачной дороги.

– Спасибо, Сергей Вадимович, до свидания.

«Волга», газанув, лихо развернулась на площадке и скрылась в лесу. Наступила тишина, которую нарушал только шум ветра в освещенных утренним солнцем кронах сосен.

«Нет» – Поправил себя Трифонов. – «Этот шум тишины не нарушает. Он сам – часть ее, лесной тишины».

Он с минуту постоял, зажмурившись, глубоко дыша.

«Надо надышаться перед карантином». – Подумал Сергей Вадимович. – «Как минимум, трое суток буду заперт в боксе».

Где-то в чаще гулко закуковала кукушка.

«Ну-ка, проверим, как долго мне еще небо коптить… Сколько ты мне отмеришь, кукушка?»

Но птица внезапно замолкла.

Сергей Вадимович открыл глаза и легко взбежал на невысокое крыльцо бетонного КПП.

Рослый сержант с шевроном дивизии имени Дзержинского козырнул, когда Трифонов предъявил ему свой пропуск, и открыл бронированную дверь, ведущую на охраняемую территорию.

Выйдя, Трифонов кивнул на приветствие командира отделения солдат, в полной боевой выкладке сидевших на лавочках возле КПП, и не спеша направился по петлявшей меж сосен асфальтовой дорожке.

Больше всего территория за забором походила на небрежно разбитый парк: как будто кто-то слегка проредил подмосковный лес, да проложил меж могучих сосен неширокие асфальтовые дорожки, расставив на них аккуратно покрашенные бетонные столбики с указателями. Только вместо обычных для парка надписей вроде «танцплощадка» или «аттракционы», на них были непонятные сочетания букв и цифр.

После КПП Трифонов сразу свернул на дорожку с указателем «7Б6», которая скоро привела его к расположенному в глубине парка трехэтажному зданию белого кирпича, внешне похожему на самую обычную школу. На высоком крыльце суетились с десяток молодых людей в штатском, выгружая тяжелые с виду ящики из кузова припаркованного рядом военного грузовика.

В фойе здания у Трифонова вновь проверили документы, на этот раз лейтенант КГБ. Тут же ему предложили выложить на небольшой складной столик все содержимое карманов и профессионально – быстро, но тщательно – обыскали.

– В рот заглядывать будете? – Не удержался Трифонов от шутки.

– Нет, правилами не предусмотрено. – Ответил лейтенант. По его лицу не было понятно, понял ли он шутку, или ответил всерьез. – По коридору идете прямо, спускаетесь в цоколь, третья дверь направо.

– Я помню, спасибо.

В коридорах здания было пустынно, только изредка из-за дверей без табличек слышался стук пишущих машинок, да заливалась где-то вдалеке трель телефонного звонка. Звук шагов глушила толстая ковровая дорожка, расстеленная на полу.

Трифонов по широкой двухпролетной лестнице спустился в цокольный этаж, быстро нашел нужную дверь и отпер ее своим ключом. За дверью оказалась еще одна крутая лестница, тускло освещенная лампочкой, забранной в решетчатый кожух. Пахнуло подвалом и креазотом.

Лестница привела в очень длинный, широкий, выложенный серой кафельной плиткой коридор, прегражденный у самого своего основания металлической решеткой с прутьями в два пальца толщиной.

– Ваши документы.

На этот раз Трифонова проверял невысокий, но очень крепко сложенный человек в форме без знаков различия, с чехословацким «Скорпионом» на плече. Лишь тщательно сличив физиономию Трифонова с фотографией на его пропуске, охранник отомкнул замок на небольшой дверце в решетчатой ограде, и пропустил его в подземелье.

Шаги гулко отдавались в слабо освещенном коридоре, который полого уходил все глубже под землю. Где-то вдалеке гудели мощные вентиляторы, и навстречу Трифонову дул прохладный, пахнущий метро ветерок – в помещении создавался постоянный подпор воздуха.

Трифонов вспомнил, как вольно ему дышалось совсем недавно, наверху.

«А ведь это тот же воздух, что и в лесу» – Подумал Трифонов. – «Пять минут назад он вольным ветром играл с верхушками сосен. И вот загнали его в воздуховоды, пропустили через фильтры – и он служит для создания избыточного давления, и вся поэзия в нем умерла…»

Коридор сделал резкий поворот вправо и привел Трифонова в просторное помещение, больше всего напоминавшее уменьшенную в несколько раз копию станции метро: платформа шириной метра три, размещенная меж двух путей; электронные часы над въездами в туннели отсчитывали время от последнего поезда. На необлицованной бетонной стене станции, там, где обычно размещается ее название, висела небольшая фанерная табличка с непонятной надписью «Д-15-2».

– На Москву правый путь сегодня работает. – Сказал Трифонову высокий человек в светоотражающем жилете, надетом поверх камуфляжа. На поясе под жилетом угадывалась массивная кобура. – Расписание прежнее.

Кроме них двоих, на станции не было ни души.

– Спасибо. – Ответил Трифонов.

Ждать ему пришлось недолго. Минуты через три к платформе на небольшой скорости подкатил состав из электровоза и двух обычных на вид вагонов метро. Поезд не поместился на маленькой станции целиком, и половина второго вагона осталась в туннеле.

II

20.06.1982 г., 6.31, ближнее Подмосковье

…Поезд плавно тронулся.

Сперва в вагоне, кроме Трифонова, был только проводник – хмурого вида молодой парень в ярко-оранжевом жилете. Однако на станциях, следовавших с неравными интервалами, подсаживались пассажиры, по одному, по двое-трое – в основном военные с немалыми звездами на погонах, но были и люди, как и Трифонов, в штатском, так что скоро практически не осталось сидячих мест.

Окна вагона изнутри были замазаны белой краской – ничего не разглядишь. Названия остановок также не объявлялись, и Трифонов понятия не имел, где он находится. Он знал только расчетное время от пункта «Д-15-2» до места назначения – от сорока девяти до пятидесяти минут. И еще он знал, что едет в Москву.

«Может быть, сейчас проезжаем недалеко от дома» – Подумал он, рассеянно глядя в старательно забеленное окно. – «Аня наверно уже встала, собирает детей в школу…»

Сергей Вадимович глубоко вздохнул.

Раньше он и не подозревал о том, как много людей вот так каждое утро скрываются за глухими заборами разбросанных по всему Подмосковью военных объектов, или в каких-нибудь полузаброшенных на вид ангарах, или даже в зданиях обычных учреждений на территории Москвы, чтобы «всплыть» потом на поверхность в совершенно неожиданном месте.

Сам Трифонов регулярно, каждые несколько месяцев, по указанию первого, «секретного» отдела Института, менял «станции». Например, минувшей осенью садился в «метро» на территории завода «ЗИЛ»; с декабря по март был «прикреплен» к объекту с длинным буквенно-цифровым кодом «28-А-422», скрывавшимся под зданием Института общественных наук при ЦК КПСС, что на Ленинградском проспекте; в апреле Трифонова «перевели» за город, в старую, недействующую воинскую часть Московского округа ПВО.

«Точки входа» были подобраны так, чтобы у того, кто вздумал бы наблюдать за перемещениями служебной «Волги» Трифонова, или завербовать его водителя (который, к слову, сменялся каждый квартал) не возникло бы и мысли о причастности Сергея Вадимовича, прямой или косвенной, к Институту.

Такой «кочевой» образ жизни Трифонов вел уже почти полгода. С того дня, как начал разрабатывать совершенно секретную тему «Воздействие».

Ведущий научный сотрудник прикрыл глаза и постарался немного подремать – сегодня ему предстоял ответственный и нелегкий день…

III

27.12.1981, 14.49, Москва, за полгода до описываемых событий

От того, что могучие, заснеженные, «кремлевские» ели плотно закрывали высокие окна просторного кабинета Директора Института, и без того короткий декабрьский день завершался в нем на полчаса раньше, чем ему следовало.

Трифонов сидел в глубоком, антикварном кресле напротив старинного, накрытого зеленым сукном, необъятных размеров директорского стола (не стол, а целый плац – хоть парады принимай) и терпеливо ждал.

Сам Директор, Белослав Олегович Кузнецов-Гончаров, не торопясь, позвякивая ключиком, заводил огромные, кремлевским же курантам под стать, напольные часы.

За окнами тихо падал новогодний почти, густой и белый, снег.

– Как продвигается ваша тема? – Спросил Директор, не отрываясь от часов. – Молекулярная биология, если не ошибаюсь?

– Да, проблемы синтеза ДНК-полимеразы в теломерах. Шифр «Мафусаил»…

– Так-так… – Кузнецов-Гончаров отвлекся от своего занятия и впервые за все время, пока Трифонов находился в его кабинете, посмотрел на него. – Помню-помню. Концевая недорепликация. Старение организма… И что же, есть успехи?

– Я подготовил отчет, главная проблема…

– Да, это дело дня завтрашнего. Или послезавтрашнего… – Рассеянно глядя в окно на «кремлевские» ели, перебил его Директор. – Значит, «Мафусаил»…И отрет Бог всякую слезу с очей их, и смерти не будет уже; ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет, ибо прежнее прошло… Вы не обращайте внимания, Сергей Вадимович, я в свое время отучился в семинарии…

– Да, прежнее еще не прошло, Белослав Олегович. – Ответил Трифонов. – Проблемы у нас, главным образом, технологического характера. По моим оценкам, результата стоит ждать еще лет десять-двенадцать.

– Вы ведь доктор наук, Сергей Вадимович? Член-корреспондент?

– Да.

– У самого Оловникова начинали?

– У него.

– А как вы думаете, может такая организация, как наш Институт, позволить отрывать от актуальных исследований такого сотрудника, как вы, на десять-двенадцать лет?

– Затрудняюсь ответить.

– Не скромничайте, не скромничайте. Все вы знаете, что ответить – что ковыряться в этих теломерах без скорой надежды на успех вам страсть как не хочется. А хочется вам, наверно, новую, тему, перспективную. Хочется ведь, а?

Кузнецов-Гончаров прошел мимо сидящего Трифонова и сел за свой гигантский стол. Был он невысок ростом, плотен, лысоват. Определить на глаз его возраст не было никакой возможности – Директору можно было с одинаковым успехом дать и шестьдесят лет, и семьдесят. Большие глаза в обрамлении паутины мелких морщинок добродушно смотрели через толстые стекла очков в старинной оправе.

– Итак, Сергей Вадимович, у меня есть, что вам предложить. Шифр «Воздействие». Криптозоология. Ни о чем не говорит? Конечно, не говорит, все строго секретно…

– Криптозоология… – Трифонов наморщил лоб. – Виды, считавшиеся вымершими? Микроорганизмы изо льдов? Пошлете в Антарктиду?

– Холодно, товарищ Трифонов, холодно. – Кузнецов-Гончаров улыбнулся нежданному каламбуру. – Не гадайте – не угадаете… Учтите, «Воздействие» – тема строго секретная. Так что мне нужно ваше принципиальное согласие на работу с ней, прежде чем я вас с темой ознакомлю.

– Я согласен. – Сказал Трифонов, глядя на зеленое сукно директорского стола…

– Ну что же… – Директор прошел в дальний угол кабинета, зазвенел ключами – на этот раз от сейфа. – Вот вам общие сведения, ознакомьтесь. Подробные материалы получите завтра к утру.

На стол перед Сергеем Вадимовичем легла пухлая папка с ботиночными тесемками.

IV

Декабрь 1981 г. – январь 1982 г., Москва

Тема «Воздействие» оказалась для Трифонова совершенно новой. Впрочем, новой она была и для Института, так что у Сергея Вадимовича сложилось впечатление, что руководство просто не знает, как к ней подступиться.

В группу, работавшую над новой темой, помимо него, биолога, включили двоих психологов, ботаника, зоолога и историка (к немалому удивлению Трифонова, под эгидой Института велись и исторические изыскания, так что человека «со стороны» брать не пришлось).

Суть темы была такова: с незапамятных времен в бескрайних лесах Евразии и (возможно) Северной Америки обитал симбиотический организм – aulophyte lignоrum. Обитал он внутри деревьев, каким-то образом (каким – науке доподлинно неизвестно), значительно улучшая всасываемость из почвы минеральных солей. В результате, деревья (чаще всего – лиственные, дубы и ясени, значительно реже – хвойные (тисы), внутри которых проживал организм, вырастали значительно больше своих сородичей, и жили значительно дольше.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.