Михаил Ланцов
Наглая морда. Том 2

Пролог

Иван Семенович Орлов[1] нервничал, не находя себе места от ожидания и предвкушения.

– Да успокойся уже! – раздраженно фыркнула Елена Георгиевна[2].

– Ты разве не понимаешь?

– А что там понимать? Сейчас приедет. Сделает пассы руками и с умным видом, еще какую весточку от сына передаст.

– И тебя это не трогает?

– Трогать-то трогает, но есть у меня сомнение. Не водит ли она нас за нос?

– Пятьдесят тысяч «зеленых» Лена, пятьдесят тысяч! На дороге такие деньги не валяются. А она их нам безвозмездно отдала.

– В том и подвох. Что ей от нас надо? Во что она нас втягивает? Майор Вольнов[3] неспроста вокруг вьется. И, я уверена, не он один. Сам же приметил странную машину, что дежурит во дворе нашего дома уже который месяц.

– Чего гадать? Не понравится – откажемся.

– А если деньги потребует вернуть?

– Как потребует, так и скажем до свиданья. Расписок-то мы не давали никаких.

– Бойцов же пришлет. Выбьют. На органы разберут на старости лет.

– Слушай, не температурь!

В этот момент на улице скрипнули тормоза. Иван Семенович быстрыми шагами прошел к окну и осторожно выглянул.

– Приехала.

– Одна?

– Да. Забрала из багажника какой-то сверток и небольшой чемодан, похожий на переносной холодильник. Помахала рукой…

Спустя пять минут

– Добрый день, Иван Семенович, – с мягкой, вежливой улыбкой произнесла госпожа Бхарти[4].

– Добрый, – кивнул мужчина, немного хмурясь.

– Не переживайте, дайте мне десять минут, и все ваши вопросы разрешатся.

– А что вы будете делать? – поинтересовалась Елена Георгиевна.

– Открою портал в тот мир, где сейчас ваш сын, и он сможет посетить вас.

– Вы серьезно? – с явным недоверием переспросила женщина.

– Я вас хоть раз обманула? Доверьтесь мне.

С этими словами она разулась и прошла в зал, где занялась приготовлениями: расстелив весьма необычный коврик с вязью сложной магической печати, Бхарти начала раздеваться.

– Милочка, что же ты делаешь?! – возмутилась Орлова.

– Елена Георгиевна, мне нужно раздеться донага. Если вы не хотите на это смотреть, то подождите в соседней комнате.

– Ну, уж нет, – фыркнула женщина и проследовала на диван в дальнем углу комнаты. Следом за ней направился и Иван Семенович. Госпожа Бхарти была молода и красива, так что упускать возможность полюбоваться такой «конфеткой» он не желал. Чисто по-мужски.

Впрочем, никакого эротизма в ее действиях не было.

Быстро раздевшись, она присела на корточки и достала из переносного холодильника несколько флаконов с кровью. Аккуратно вылила на печать, стараясь покрыть ее полностью и ровным слоем. Потом пришел черед четырех сердец…

– Это чьи? – не сдержалась Елена Георгиевна.

– Это добровольная жертва во славу Кали, – пространно ответила Бхарти и, встав в центр магической печати, вонзила себе ритуальный нож в район солнечного сплетения. При этом сохраняя на лице самое благожелательное выражение.

Иван Семенович дернулся было к ней, но резко остановился, не веря своим глазам. Потому как прекрасное тело юной индуски рассыпалось густым, вязким туманом и заполнило весь периметр магической печати от пола до потолка. Получилась этакая колонна крепко скрученного не то тумана, не то дыма.

– Что же это такое? – медленно, буквально по слогам выдавил из себя Орлов.

А потом из тумана уверенно шагнул их сын.

– Ну, привет, папаня. Не ждал блудного сына?

– Витя… – глухо выдохнул тот, совершенно дурея от происходящего.

– Я ненадолго. Жертва тут небольшая, портал скоро закроется. Так – повидаться да кое-какие вопросы порешать.

– Да как же это? – вставая, выдавила мать.

– Магия, – поучительно подняв палец, заявил сын, – это технология, принцип функционирования которой неизвестен. Правда, в данном случае я и сам не очень понимаю.

– А раз не понимаешь, то и не дури им голову, – произнесла Селентис[5], вышедшая следом за Виктором из портала.

Вид темной эльфийки с темно-пепельной, практически эбонитовой кожей, кровавыми глазами и белоснежными волосами воспринялся старшими Орловыми спокойно. Ну, на фоне происходящего. Следом за Селентис заскочили Ализель[6], Цири[7] и Кали[8].

– Так, – густым, сочным голосом провозгласила синекожая дама, – времени у нас не много. Бхарти долго не протянет.

– Пап, мам, сядьте и расслабьтесь – сейчас Лиза вам слегка здоровье подлатает.

– Что? – ошалело переспросил отец, явно находясь в шоке.

– Знакомьтесь. Это – мои жены. Ализель, Селентис, Кали и Цири. Лиза, не тяни. В темпе.

Видя полную растерянность родителей Виктора, Ализель применила плетение магии Разума и легко усадила в кресло свекровь, временно вырубив ее. После чего занялась ее лечением в практически полигонных условиях – пациент-то не вырывался.

– Это что…

– Пап, забрать вас с собой пока не могу. Селентис поживет с вами. Она займется вашей охраной и все расскажет. Позже, как Бхарти отойдет – откроем портал снова. Связь пока держите через нее. И это – не унывай. У тебя уже полно внуков и внучек.

В этот момент Ализель закончила с Еленой Георгиевной, и Иван Семенович поплыл. Последнее, что он слышал:

– Пока, пап. До встречи!

Да и то – сквозь туман.

Когда он открыл глаза, то заметил ту самую чернокожую девицу с длинными молочно-белыми волосами, которая возилась с госпожой Бхарти. Кинжала в груди у той уже не было. Как и раны. Да и вообще – ни крови, ни сердец – ничего не было, словно все испарилось.

– Она мертва? – тихо спросил Иван Семенович.

– Спит, – ответила темная эльфийка. – Это ее первый портал, а мы слишком долго возились.

– Селена? – недоверчиво спросила Елена Георгиевна.

– Селентис, – поправила девица и, легко подняв, уложила индуску на диван. Словно пушинку.

– Девочка… ты действительно жена моего сына?

– Да, – после довольно длинной паузы, ответила Селентис, усаживаясь в кресло. – Я жена Виктора.

– А они?

– Тоже. У него четыре жены. И мы, на удивление, ладим. Пока, по крайней мере.

– А ты человек? – осторожно осведомился Иван Семенович. – Не обижайся, но уж больно необычно ты выглядишь.

– Нет. Я эльфийка, темная эльфийка. Ализель – солнечная эльфийка. Цири – и’ри’тори[9]. А Кали – богиня, правда, сильно ослабленная.

– А так разве можно?

– Что именно?

– Ну… у вас есть дети?

– Вашему сыну я родила девочку Киру, Ализель – двух девочек: Марину и Арину, Цири – мальчика Глеба, Кали – двух мальчиков: Петра и Павла. У вас шестеро внуков. Кроме того, Иван Семенович, вы еще не знаете, но вы тоже не человек. Вы – и’ри’тори. Как и ваш отец, дед и так далее. Просто ваша кровь запечатана, и вы не можете пользоваться своими возможностями.

– Девочка… – начала было свекровь.

– Елена Георгиевна, мне семьсот сорок пять лет. Полагаю, что обращение «девочка» в данной ситуации не уместно.

– Сколько?!

– Семьсот сорок пять. И я – самая молодая жена Виктора.

Наступила тишина. Старшие Орловы переваривали услышанное, а Селентис наблюдала за их реакцией.

– Сколько ты с нами будешь жить? – после пяти минут задумчивого молчания поинтересовался Иван Семенович.

– Месяца два. Может, больше. Не знаю точно. Этот портал был временной и стихийной поделкой. Следующий портал мы хотели бы открывать более толково. Да и Бхарти нужно восстановиться. А это не меньше месяца.

– Тебе Виктор говорил, что ты выглядишь… эм… несколько вызывающе для…

– Вашего мира?

– Да, для нашего мира.

– Это предусмотрено, – кивнула она и надела на палец маскировочное кольцо Дол Амона. Раз – и перед родителями Виктора сидела она же, только кожа стала нежно-золотистой, а глаза – небесно-голубыми. Да и ушки с зубками стали вполне обычными на вид.

– Ох! – синхронно отреагировали оба родителя.

– К такой внешности нет никаких претензий?

– Увы…

– Что не так?

– Во-первых, ты слишком красивая. Это может стать проблемой. На улице к тебе могут пристать подельники «уважаемых людей»… стремясь пригласить на интимное знакомство.

– А во-вторых? – повела бровью Селентис, игнорируя эту угрозу.

– Одежда. У нас так не ходят. Или ты хочешь все это время просидеть в каменном мешке? Ты ведь из другого мира, наверняка любопытно – как у нас тут живут.

– Хм. Не без этого. Но не так чтобы критично. Моя главная задача – ваша защита. Чтобы никто не пытался вам угрожать или еще как-то давить.

– А ты справишься? На вид ты такая хрупкая.

– Поверьте, это никогда не мешало мне убивать, – холодно усмехнулась эльфийка.

– У нас тут так не принято.

– Да, Виктор говорил, что нужно убивать еще и свидетелей, чтобы потом стражники не донимали.

– Кхе-кхе, – поперхнулся Иван Семенович.

– Это сказал Виктор?

– А что не так?

– У нас вообще не принято просто так убивать на улице…

Утром следующего дня сногсшибательная девушка с удивительно белыми волосами вышла из подъезда вполне заурядного дома. Сотрудники ФСБ, дежурившие в автомобиле неподалеку, даже как-то зависли и растерялись. Их можно понять – мужчины. Тем более что она, пошловато виляя бедрами, направилась именно к ним.

– Доброе утро! – жизнерадостно произнесла эта особа, нагнувшись в открытое окно автомобиля.

– Вы что-то хотите? – слегка замявшись, поинтересовался командир наблюдателей. Ему было непросто. Красивая мордашка девушки в таком ракурсе подпиралась бесподобными видами на ее молочные железы.

– Мужчины, вы не хотите отдохнуть? – томно проворковала красотка, подкрепляя свои слова магией Разума.

– И то верно, – согласился командир, выключая рацию. А водитель, не ожидая каких бы то ни было распоряжений, завел автомобиль и уверенно поехал в одну из «элитных» саун города Мытищи. Там-то их утром следующего дня и нашли. Спали вповалку с сотрудницами сего дивного учреждения после ударного тестирования «функциональных возможностей инвентаря»…

Часть 1
Чудо в перьях

С начала времен люди верили, что среди нас живут ангелы. Некоторые верят и в демонов… Но никто не знает, какую форму они примут. Быть может, это ваш супруг, начальник… Или тот, кто сейчас сидит рядом с вами…

Сериал «За гранью возможного»

Глава 1

– И? – Генерал, потерев переносицу, вперил свой взгляд в майора Вольнова. – Что за чертовщина у вас там творится?

– По всей видимости, к семье Орловых приставили охрану.

– Ту девицу?

– Да.

– Майор, ты издеваешься надо мной?

– Никак нет.

– Хорошо. Если верить твоему рапорту, то, подойдя к Ивану Семеновичу, ты попросил представить тебя девушке. После чего потерял контроль над собой. Обращался к ней «госпожа», носил сумки, чистил картошку, мыл полы, а напоследок даже мусор вынес. Это как понимать? Эта баба лишила тебя способности соображать?

– Товарищ генерал, я боюсь ее.

– Серьезно? – усмехнулся генерал.

– В квартире, пока она придумывала, чем бы меня еще занять, я стоял на коленях и… не мог подняться. Словно меня парализовало. Мы пытались ее задержать для проверки документов. Но оперативники теряются рядом с ней. Один наряд она отмашкой отправила в Москву-реку. Ребята попрыгали туда с радостными криками. Купаться. Мы их еле выловили – не хотели вылезать.

– Читал, – хмуро кивнул генерал.

– Она надежно перекрывает все подходы к Орловым. Мы теперь максимум по телефону с ними можем общаться. Да и то – не всегда и недолго.

– И как они объяснили поведение оперативников?

– Никак. И если бы только оперативников. Я просмотрел видеозаписи из пары магазинов, куда она ходила за покупками. Это нечто. Правда, госпожа Бхарти, сопровождающая ее все это время, явно не одобряет подобного поведения.

– Кстати, а что говорит госпожа Бхарти относительно этой девицы?

– Порекомендовала от Селентис держаться подальше, намекнув, что она крайне неуравновешенна и в состоянии «устроить истерику», которую мы можем не пережить.

– Так ее зовут Селентис? Странное имя.

– Лингвисты полагают, что это прозвище, хотя не уверены.

– Захват обдумывали?

– Я говорил с Бхарти, но она на попытку угрожать только рассмеялась и предложила попробовать. Никакого страха. Для нее все это выглядит какой-то забавой. И главное, у меня сложилось впечатление, что ее смущают только последствия. Для нас.

– Какие последствия? Пустим газ. Потом спеленаем и нормально пообщаемся. Попробуйте донести до нее эту информацию. Может быть, получится наладить сотрудничество.

– Есть, товарищ генерал…

Осторожный звонок в дверь.

Тишина.

Майор опасливо огляделся. Лестничная клетка сверкала чистотой – плитка аж блестела, словно ее натирали со всем радением и страстью. Никаких рекламных объявлений и мусора. Лампочки все на месте и целы.

– Нравится? – тихо спросил Иван Семенович, от чего майор вздрогнул.

– Вы так тихо открыли дверь…

– Селентис спит. Не хочу будить. Она всю ночь что-то делала. Утомилась.

– Чисто у вас здесь.

– Это все девочка наша. Умница. Умеет убеждать людей вести себя прилично.

– Мое руководство нервничает.

– Понимаю. Вы уж за тот раз зла не держите. Она иной раз меры не знает. Да и злится, что вы столько внимания к нам проявляете.

– Кто она? – почти шепотом спросил Вольнов.

– Майор, – звонко прозвучал голос Селентис. – Иди к черту! Или тебе понравилось картошку чистить? – Она совершенно беззвучно выросла из-за спины Ивана Семеновича.

– Селентис?

– М-м-м… все-таки ты любишь боль и страдание.

– Милая, – мягко произнес Иван Семенович, – не спеши.

– Почему?

– У меня для вас сообщение, – поспешил заявить Вольнов.

– Я слушаю.

– Мое руководство не хочет обострять. Мы просто хотели бы пообщаться, не доводя до силовых решений.

– А вы можете? – кровожадно оскалилась Селентис, от чего Вольнова передернуло.

– Я – нет. Но мой генерал считает, что можем. В любом случае – это осложнит жизнь Ивану Семеновичу и его супруге.

– Хорошо. Проходи. Пообщаемся, – сказала она и потянулась, сладко зевнув.

Дважды приглашать майора не требовалось.

– Слушаю, – поинтересовалась темная эльфийка, когда они прошли на кухню.

– Кем вы приходитесь Ивану Семеновичу?

– Я не хочу отвечать на этот вопрос.

– Надолго ли вы приехали?

– Не скажу, – усмехнувшись, ответила Селентис и откинулась удобнее на кожаном кресле. – Ты так и будешь задавать дурацкие вопросы?

– Слушайте – не я их придумываю. Мне нужно будет что-то докладывать своему руководству.

– Доложи, что досаждать Орловым не стоит. Я понимаю – любопытно. Но разве тебе не страшно сталкиваться с чем-то, что ты не можешь познать?

– Страшно. Но это наша работа. Мы вполне осознанно рискуем жизнью и знаем, на что идем.

– Серьезно? – оживилась Селентис. – Давай допустим, что я принесу тебя в жертву богине хаоса.

– Убьете? Я готов к этому.

– Нет. Не убью. Принесу в жертву. После смерти твоя душа попадет в чертоги богини и станет ей служить. Для потех, к примеру. А развлекаться она любит довольно болезненно. Вечность мучений и страданий. Как тебе? Ты готов к ним?

– Я не верю во всю эту чушь, – с легким раздражением фыркнул майор. – Я приземленный человек. Вы мастерски умеете наводить мистику вокруг себя. Но меня вам не провести. Убить – убьете. Верю. Но не более того.

– А ты забавный, – произнесла Селентис, теребя колечко Дол Амона. Она впервые сталкивалась с таким вот неверующим человеком. И ей хотелось поиграть с ним. Но здравый смысл сдерживал от необдуманных поступков.

– Жмет?

– Жжет.

– Бижутерия? Уж не аллергия ли? Покажите, – произнес он и потянулся вперед.

Раз. И остро отточенный клинок уперся ему в горло, заставив замереть. Откуда она его извлекла только?

– Никогда не прикасайся ко мне без разрешения. Это может стоить тебе жизни. Ты понял?

– Понял.

– Ясно понял?

– Ясно.

– Хорошо, – кивнула она и таким же неуловимым движением спрятала клинок.

– И как быть с вопросами?

– Раз в неделю ты будешь приходить и задавать мне вопросы. Разумеется, я на них отвечать не буду. Но какую-то видимость приличия мы соблюдем. Тебя это устраивает?

– Вы в принципе не будете отвечать на вопросы?

– Почему же? Если ты спросишь, какая сейчас погода – отвечу. Но все, что тебя касаться не должно – даже не надейся. Кроме того. Я сразу предупреждаю, что после первой же выходки, угрожающей жизни или здоровью Ивана Семеновича, Елены Георгиевны или моей, я выхожу на тропу войну и начинаю вырезать всех причастных. Просто оставьте нас в покое и не раздражайте меня.

– Можно личный вопрос?

– Нет.

– Как вы это делаете?

– Что? Отвечаю «Нет»?

– Заставляете людей делать то, что нужно вам.

Пшшш…

Сгорел крохотный микрофон с передатчиком, закрепленный в неприметной части костюма майора.

– Ой! – дернулся Вольнов.

– Техника, она так ненадежна, – с саркастичной улыбкой произнесла Селентис. – Мистика, да и только. Не так ли? Магия? Или, может быть, божественное вмешательство?

– Оборудование, – недовольно буркнул Вольнов. – ЭМИ вспышка просто выжгла электронику.

– А так? – загадочно улыбнулась девушка, и руки майора непроизвольно потянулись к собственному горлу. Он пытался сопротивляться, но не получалось совершенно.

– Селентис! – буквально взревела влетевшая на кухню госпожа Бхарти. У нее словно зудело приехать пораньше. После чего она выдала тираду на непонятном языке. И… о чудо – ее глаза светились синим светом. Ну, так – умеренно. Разве что насыщенный лазурный туман слегка парил из них. Селентис ответила ей не менее ярко и сочно. И тоже на этом неизвестном языке. А глаза, к пущему ужасу Вольнова, стали наливаться черным мерцанием. Аватар Кали и верховная жрица Ллос активировали свои божественные связи. Перенервничали.

– А ты – скотина! – выдала Бхарти, резко развернувшись к Вольнову. – Ты и твое руководство! Вы, идиоты, разве намеков не понимаете? Бараны? Что вам тут – поля трупами заполнить?

– С радостью, – с каким-то вожделением в голосе произнесла Селентис.

– Пошел отсюда! – прорычала Бхарти, и неведомая сила подняла майора со стула и буквально вышвырнула на лестничную клетку…

Посидел.

Отдышался.

Пошел на улицу.

Там его уже ждали.

– Ты как? Идти можешь?

– Записали?

– Она явно в технике не подкована, – усмехнулся коллега. – На тебе все выжгла. А мы с окна сняли.

– Только звук?

– И картинку. Дронов держали с хорошими камерами напротив всех окон. И не зря.

– Глазки мне приглючились?

– Нет.

– Что это за твари-то такие? У меня от этой белобрысой мурашки по телу.

– Индуска только прикидывается паинькой по ходу. Не знаю, что там раскопают, но мы, по всей видимости, лезем в очень нехорошую тему.

– Ты что, веришь во всю эту чушь с богами?

– Я ни во что не верю. Просто вижу – что ни черта мы тут не понимаем. А это – плохо. Очень плохо…

Спустя три дня. Кабинет генерала

– Как нет никого?

– Уехали в путешествие. На Кубу.

– Почему мы об этом узнали только сейчас?

– Вы же знаете эту белокурую стерву. Она просто прошла и посадила всех четверых на самолет вместо зарегистрированных пассажиров. Без билетов. У нас есть записи с камер аэропорта. Часть. Она пожгла камеры.

– А те люди, что должны были ехать, – куда они делись?

– Просто поехали домой. Мы их опросили – никто ничего не помнит. Все были уверены, что им лететь в другой день – ровно через неделю.

– Чертовщина какая-то! – недовольно фыркнул генерал. – Язык разобрали?

– Никак нет. Ни с одной известной нам языковой группой пересечений нет.

– Перевели хоть что-то?

– Нет.

– Плохо. Ладно, – тяжело вздохнул генерал, – придется подключать резидентуру на Кубе. Может, там хоть что-то прояснится.

– Товарищ генерал, а может, не надо? Я почти уверен, что индуска утащила на Кубу белокурую, чтобы предотвратить бойню. У этой красотки явно выраженные садистские наклонности… и способности.

– Разумно, но поздно, – грустно произнес генерал. – Уже доложено наверх. Там считают, что это контакт с другой цивилизацией.

– Рептилоиды и аннунаки? – усмехнулся Вольнов.

– Хренаки! – рыкнул генерал. – Представители другой цивилизации. Мы не знаем, как они себя называют. И это не моя версия. Госпожа Бхарти давно живет среди нас и очень неплохо устроилась. А Селентис просто не обтесалась еще. Вот и выдает коленца. И да, Бхарти, судя по всему, это псевдоним. С трудом, но наши люди в Индии это выяснили. Там ее считают аватаром бога Кали.

– Кем? – удивился Виктор.

– Аватаром бога, – повторил генерал с некоторым раздражением. – Это что-то вроде официального представителя, позволяющего в любой момент пустить божество в свое тело. Воплотить, так сказать. Бред, конечно. Но так считают наши индийские партнеры.

– Ясно, – потерянно ответил Виктор, прокручивая в голове ту сцену на кухне. – Но ведь если это все не бред, то…

– Да, – кивнул генерал. – Нужно быть очень осторожными.

В то же время – Подмосковье

– Так будет лучше, – вновь произнесла Бхарти. – Пускай ищут на Кубе. Им потребуется время, чтобы понять, что мы туда так и не улетели.

– И как долго мы тут будем сидеть? – недовольно проворчала Селентис. – Скучно же.

– Сидеть совсем не обязательно. В Москве масса интересных мероприятий. Автомобиль есть. Иван Семенович, вы ведь не откажете в услуге гида своей невестке?

– Конечно.

– Вот и замечательно. Главное – Сель, выделывайся поменьше. Твоя заносчивость создает нам всем проблемы.

– А чего мы тогда на Кубу не уехали, в самом деле?

– Уехать сейчас – месяц работ насмарку. Виктор тебя за такое поведение по головке не погладит.

– Слушай – мне что, рабыней прикидываться? – начала она психовать.

– Да! Черт подери! Да! А еще лучше простой, обычной женщиной! Вон – посмотри на Елену Георгиевну. Бери с нее пример. Ты же выделяешься как королевна на фоне окружающих. Так, словно все должны бежать и лизать тебе ножки только потому, что ты уже пришла.

– Это плохо? – повела бровью Селентис.

– Плохо! Потому что здесь так себя даже женщины самых влиятельных людей мира не ведут. А у тебя нет никакого формального статуса. У твоего бога нет места силы. Ты даже в своем нормальном обличье ходить не можешь! Хватит нас всех подставлять!

Глава 2

Возня с порталом затянулась.

Бхарти очень тяжело пережила открытие первого, и теперь Кали стремилась оградить ее от таких рисков. Терять аватара ей было не с руки. Особенно в той связи, что других аватаров у нее на Земле больше не было.

Одна отрада – скучающая Селентис как-то увлеклась Интернетом и компьютерными играми. Не техникой. Нет. Но представлениями землян о магии и богах, с удивлением узнав кучу всякого вздора и про темных эльфов, и про свою госпожу – Ллос. Оказывается, о ней тут слышали, что странно. Вот и сидела практически безвылазно за компьютером, изрядно разрядив обстановку.

В подмосковной усадьбе, где они поселились, было много деревьев и высокий забор. А главное – не было соседей внутри периметра. Поэтому Селентис смогла с облегчением снять кольцо маскировки и рассекать в своем натуральном виде. Все-таки плетение немного давило на психику и раздражало. Одно дело часик-другой походить, и совсем другое – днями напролет в течение нескольких месяцев.

Получался практически санаторий. Прогулки. Сидение с планшетом на качелях или на лавочке под деревьями. С беспроводной связью проблем-то не было…

– Товарищ генерал, – бодро козырнул Вольнов, входя в кабинет к высокому начальству.

– Слушаю.

– Есть результат. По телефону не стал докладывать.

– Даже так? Хм. Что-то серьезное?

– Нашли фигурантов. Сидят на одной из ведомственных дач в Подмосковье.

– Ведомственной?

– Так точно. Министерство финансов. Владелец говорит, что поселил там своих дальних родственников, и просил их не беспокоить.

– Опять внушение?

– Видимо.

– Визуальный контроль проведен?

– Так точно. Вот, – произнес Вольнов и положил на стол планшет с открытой галереей фото. – Дроид близко не подлетал, но Ивана Семеновича и Елену Георгиевну вполне можно распознать. А вот тут четко видна госпожа Бхарти.

– А это кто?

– Наша садистка.

– А чем это она так измазалась? Вон – черная стала, словно негритянка. Так загореть-то невозможно.

– Не могу знать. Предполагаем какие-то косметические мази. Хотя… она в таком виде постоянно ходит. Что для косметики странно.

– Ладно. Тогда попробуем их взять. «Добровольное» вовлечение фигурантов министерств нам не простят при докладе. Этак они к президенту зайдут и подпишут любую бумажку.

– Но вы же сами говорили, что нужно быть осторожными.

– Говорил. Но ситуация меняется. Бери бойцов одного из подчиненных ЧВК[10]. И выдвигайся. Будем надеяться, что внезапность нападения сыграет нам на руку.

– Что делать в случае сопротивления?

– Взять их нужно живыми. Ранеными, но живыми.

– Понял, – кивнул Вольнов, козырнув.

Спустя час. Недалеко от Рублевского шоссе

– Сигналят, – удивленно произнес Иван Семенович. – Неужели хозяин приехал?

– Он сейчас в Индии, – недовольно поджав губы, произнесла Бхарти. – Мне это все не нравится. Сель, колечко надень. Не будем дразнить гусей.

– Очень интересно… – как-то отстраненно произнесла Селентис, играя с крошечным паучком, спустившимся с ветки.

– Что?

– А ты разве не чувствуешь? За забором полно мужчин. Человек десять возле ворот – остальные более-менее равномерно распределены вдоль стенки. Вряд ли так прибывает владелец.

– Иван Семенович, Елена Георгиевна, укройтесь в доме. Лучше в подвале. А то тут могут стрелять начать, – произнесла Бхарти.

– Я не буду прятаться!

Вместо ответа Бхарти ТАК на него взглянула, что желание спорить сразу исчезло. Как рукой сняло. И они с супругой бегом отправились к укрытию.

– Убиваем?

– Только в случае острой нужды.

– Ты же видишь – они собираются нападать.

– Может быть, получится договориться. Не хочу крови…

– И это говоришь ты? – фыркнула Селентис.

– Мы – уйдем. А ты о родителях Виктора подумала? Думаешь, смогут нормально скакать зайчиками? Ой, не факт.

С этими словами она направилась к воротам.

– Кто там?

– Госпожа Бхарти, это майор Вольнов.

– Что вы хотите, майор?

– Откройте ворота. Не хотелось бы ломать ценное имущество.

– Зачем ломать? Развернулись и ушли. Вам нечего здесь делать. Вам и тем людям, что сейчас жмутся к забору снаружи.

– Вы вынуждаете нас к решительным действиям.

– Не советую. Селентис на взводе – ваши люди могут пострадать.

– Страдать – это их работа, – хохотнул Вольнов, вызвав этой спонтанной фразой удивление и улыбку у Селентис.

– И что в этот раз вы хотите?

– Пригласить вас для знакомства с одним очень уважаемым человеком.

– Мы отклоняем приглашение.

– Мы будем вынуждены взять вас силой.

– О… это звучит интригующе… – произнесла Бхарти, и сразу же открылись ворота. Сами. Перед полными подозрения и недоумения бойцами. Внимательно их осмотрев и обнаружив какие-то приводы, они облегченно вздохнули. Чем меньше чертовщины – тем лучше. Они и так слегка были на взводе от предвкушения после инструктажа.

– Иван Семенович, – крикнул майор. – Но вы-то серьезный человек. Зачем с ними связались?

Но в ответ лишь тишина. Ну как тишина – только звуки леса.

Все бойцы аккуратно втянулись на территорию дачи, осторожно ступая и очень внимательно осматриваясь. Казалось, что она вымерла.

Майор же, будучи уже тертым калачом, так и остался стоять у открытых ворот. Ну, так – несколько демонстративных шагов внутрь периметра сделал, и все. Он-то знал, с какими непростыми противниками они тут столкнулись. Вдруг над правым ухом раздался очень знакомый голос той самой белобрысой садистки.

– Хочешь посмотреть, как приносят людей в жертву? – томно, с придыханием поинтересовалась она.

– М… м… – лишь выдавил из себя Вольнов, не в силах издать ни одного осмысленного или хотя бы громкого звука. Да чего уж там – даже пошевелиться.

– Не хочешь? Жаль. Наша индийская подруга тоже не хочет переводить наши отношения в плоскость крови. Хотя лично я считаю, что давно пора. И в следующий раз ей, может, и не удастся меня убедить проявить к вам снисхождение. Поверь – мне уже давно хочется крови. Я люблю кровь. А вы прямо-таки умоляете меня, чтобы я ее вам пролила. Сдержаться очень непросто…

И тут бойцы начали замирать. Словно решив поиграть в «море волнуется». Только глазами дико таращась. Ну и мыча. А возникшая буквально из воздуха госпожа Бхарти спокойно ходила между ними, собирая оружие.

Завершилось же это театрализованное действие тем, что бойцы, безвольно мыча с ошалевшими от ужаса глазами, направились гуськом к выходу.

– Ты все понял? – вновь обратилась Селентис к Вольнову.

– Д-д-да, – ответил он с трудом. Речь ему таки вернули.

– Хорошо. Свободен!

После этого она, знатным пинком под зад, выставила его за территорию дачи. Да так удачно, что стремительно закрывающиеся створки ворот добавили «импульса» ускорению.

Как только створки с грохотом захлопнулись, ребята сразу же оттаяли. Смогли двигаться, говорить.

Но выглядели более чем подавленно.

– Командир… что это было? – наконец выдавил из себя один из бойцов.

– Селентис! – вместо ответа бойцу крикнул Вольнов. – А поговорить?

– У тебя совсем нет чувства самосохранения… – тихо прозвучало над ухом, от чего майор вздрогнул, а стоявшие невдалеке крепкие мужчины в камуфляже отшатнулись.

– А что мне терять? Или ты убьешь, или генерал. Все одно – провалил работу. Она на высоком контроле. Так просто на тормозах не спустишь.

– Так и убьет? – усмехнулась Селентис.

– Может, и не убьет, но на работу больше никуда не устроюсь. Бродягой стану. Так ославит, что даже бандиты не примут, – отвечал майор, так и не рискуя обернуться. – Не знаю даже, что лучше. Так – или смерть.

– Что ты хочешь?

– Мы хотим установить контакт и наладить сотрудничество. Это возможно?

– О сотрудничестве ничего не скажу – не мне решать. А контакт мы можем наладить. На километр во все стороны – убрать все приборы и людей. После чего тот, кто будет устанавливать контакт, приходит один.

– Мне его сопровождать?

– Один. Кроме того, вы причинили Ивану Семеновичу и Елене Георгиевне много неприятностей. Было бы неплохо компенсировать это как-то. Я имею в виду подарки. Сами думайте, что в ваших возможностях. Ну и нам тоже всю эту беготню как-то нужно компенсировать. Ваши жизни, опять же. Считайте, что я вам их сегодня подарила.

– Может быть, прислать рабов для жертвоприношения? – усмехнулся Вольнов, пытаясь нервно шутить.

Вместо ответа Селентис выдала одно из плетений магии Разума, экстраполируя на майора воспоминания того, кого приносили в жертву Ллос. Всего на несколько секунд. Ничего конкретного. Просто эмоциональный фон. Однако у Вольнова половина волос стала седой.

– Я… я все понял, – с трудом выдавил он из себя.

– Оружие заберете завтра вон в том мусорном баке….

И исчезла так, словно ее и не было. На самом деле она просто отвела взгляд всем присутствующим, спокойно направившись в дом. Но им-то этой малости никто не объяснил.

– Нужно снова переезжать, – фыркнула Бхарти.

– Не хочешь с ними сотрудничать? – повела бровью Селентис.

– Это как игра в рулетку. Помнишь, я тебе рассказывала? В такой игре выигрывает всегда казино, даже если несколько конов остались за тобой…

Глава 3

Неделя прошла тихо.

Селентис продолжала увлеченно потрошить Интернет, а Бхарти самым серьезным образом уделяла внимание порталу. Нужно было срочно все заканчивать и сворачиваться.

И вот – торжественный момент.

Бхарти, вновь обнаженная, долго возилась вместе с такой же обнаженной Селентис вокруг мраморной «таблетки» магической печати. Расстановка накопителей. Кровь трех сотен жертв, в основном бродяг. Она вливалась в специальные флаконы-капельницы, откуда и должна была питать магическую печать. Эти жутковатого вида емкости стояли натуральной батареей, окружая печать на три четверти.

Иван Семенович и Елена Георгиевна даже не пытались вдаваться в подробности происходящего. Ну – кровь и кровь. А откуда и чья? Думать не хотелось. Страшно.

Но вот все закончилось.

Селентис с помощью магии очистила тело индуски от малейших загрязнений и пота. И та, войдя в круг печати, повторила страшное дело – вогнала себе ритуальный кинжал в солнечное сплетение.

Чета Орловых в этот раз только вздрогнула. Второй раз это воспринималось легче. Хотя все равно – что-то внутри сжималось при виде того, как Бхарти заносила кинжал для удара. Понимать-то понимали, что это не смертельно. Но организм рефлексировал, практически паниковал, воспринимая это все как форму самоубийства.

Пока Селентис облачалась после помощи в ритуальных делах, через портал повалил народ. С полсотни человек. Ну… как человек? Формально среди вышедших по эту сторону портала не было ни одного человека, но Иван Семенович с Еленой Георгиевной решили считать их разновидностью людей. Есть же негры или аборигены Австралии. Вот и тут.

Хотя нет. Вот трое мужчин с темно-пепельной кожей и кровавыми глазами вышли в сопровождении огромной черной пантеры, такой, что верхом ездить можно. А вот выбежал огромный, жуткого вида паук, стремительно забившийся под потолок беседки. И как он при таком весе там только держался? С годовалого кабанчика, не меньше.

Елена Георгиевна от вида этого насекомого слегка позеленела. Боялась она их. Жуть. Но ничего, выдержала.

– Пап, мам, – произнес Виктор, подходя к ним. – Ничего не бойтесь. Здесь все свои.

– А кто это? – указала мама слегка дрожащей рукой на паука.

– А, – отмахнулся рукой Виктор. – Не обращайте внимания. Эта дама – творческая натура. Она любит пребывать в образе. Хотите – бросьте в нее тапочку.

– Не стоит, – с сильно взволнованным лицом заметила Селентис.

– Да ладно тебе.

– Очень не советую. Я ее жрица. Она такое обращение не любит. Совсем.

– Ясно, – хрипло ответила Елена Георгиевна.

Бардак, внезапно образовавшийся от вторжения такого количества гостей, тек своим чередом. «Пришельцы» растекались по территории дачи, занимаясь заранее продуманными делами. Охрана. Приготовление пищи. Поливка цветов. И прочие прелести садово-дачного труда.

А вот из портала вышло шестеро малышей, едва ковыляя неокрепшими лапками.

– Внуки! – махнул рукой Виктор в их сторону. – Помните, вы мне ездили по ушам на тему наследников? Пока вот так. Но думаю, позже расширю популяцию.

Елена Георгиевна посмотрела на сбившихся в кучку детишек со смешанным чувством. Медленно. Словно заржавевший механизм, в ее голове ворочалась мысль о том, что они – ее внуки и внучки.

Вот – красноглазая девчушка с кожей цвета темного пепла принюхалась и подозрительно посмотрела в сторону старшей четы Орловых. Улыбнулась. Бросила словечко на непонятном для стариков языке. И сразу же вся эта орава карапузов заковыляла к ним. Два парня с сочной, лазоревой кожей умудрились вырваться вперед. Но белобрысый крепыш недолго думая начал пихаться, стремясь обогнать. Все завалились на пол. Началась веселая возня. Только малышка с кровавыми глазами, что ковыляла в самом хвосте, догадалась обойти стороной эту куча-мала и первой дошла до дедушки с бабушкой. Селентис кивнула ей, и та охотно полезла на ручки к Елене Георгиевне с весьма самодовольным видом.

– А как там Бхарти? – озабоченно поинтересовался Иван Семенович, окруженный, как и Елена Георгиевна, внуками и внучками. – Она выдержит? Вы ведь не спешите.

– По предварительным расчетам, портал продержится около недели-двух. Здесь ведь больше приемник. Основной расход энергии идет с той стороны.

– Сколько же вы людей погубили? Крови-то, крови ведь, наверное, жуть ушло!

– Это тут мы вынуждены использовать кровь. А там с магическим фоном дела обстоят намного лучше. Здесь мы годами бы собирали в накопители столько энергии, сколько даст десяток-другой жизней. Можно было бы пронести сюда накопители еще прошлым порталом, но мы не уверены, что в условиях низкого магического фона они будут стабильно работать.

– Вы убиваете людей?

– Пап, давай не будем это обсуждать. Жизнь там несколько изменила мою мораль. И да… – замялся Виктор. – Хочу вам представить прапрадедушку и прапрабабушку. – С этими словами он чуть отошел в сторону, открывая вид на Валинора и Арьяну[11].

И тишина. Елена Георгиевна просто молча ждала развития событий, отметив сходство этой пары с супругом. А Иван Семенович откровенно завис. Как-то так сложилось, что этого вопроса пока не поднимали.

– Здравствуйте, – мягко улыбнувшись, произнесла Арьяна.

– Пап, – добавил Виктор, – три тысячи лет назад она попыталась спасти своего единственного сына, переправив его в наш мир, предварительно запечатав кровь. Именно по этой причине мы так похожи с тобой, дедом, прадедом и так далее.

– Я верно понял? Три тысячи лет?

– Да, – кивнул Виктор. – Да ты не переживай. Они провалялись в виде мумий все это время. Так-то им актуальных не так много лет. Сотен по шесть где-то.

– Кхм…

– И, если бы не ваш сын, провалялись бы еще не одну тысячу лет, – произнес Валинор. – Без какой-либо надежды на спасение.

– Значит, это вы устроили ему переход? – вставила веское замечание Елена Георгиевна.

– Отнюдь, – покачала головой Арьяна. – Это сделал один из богов, преследуя свои цели. Мы, если честно, вообще не рассчитывали на то, что когда-нибудь кто-то из потомков нашего сына сможет добраться до нас и вытащить из спячки.

– Все намного проще, – продолжил Валинор. – Мы хотели просто спасти своего сына от гибели. Шла война. Его выслали подальше. А сами в подходящий момент имитировали смерть, дескать – погибли все. Ну как имитировали? Превратились в мумии, выгрузив сознания в малый план.

– Некое виртуальное пространство, – пояснил Виктор.

– Это было нужно, чтобы сканеры противника не смогли зафиксировать живых разумных после удара с орбиты. Еще оставались преступники, но их тела находились в консервации и также были лишены сознания, выгруженного во внешние носители. Как правило, артефакты. Так, например, Виктор познакомился с Цири – она отбывала наказание в клинке. В благодарность за помощь, которую она оказала вашему сыну, мы простили ее и позволили стать его супругой.

– Ясно, – хмуро кивнул Иван Семенович, ничего толком не понимая. Все сказанное как-то диссонировало с его восприятием мира. Но спорить он не хотел, так как одного портала в принципе было достаточно для восприятия этих слов на веру. – А что означает «запечатать кровь»?

– Спасти от проявления природных способностей в области магии, – сказала далеко не всю правду Арьяна. – Судя по всему, наша цивилизация была уничтожена. В основном около пятнадцати тысяч лет назад, в ходе войны. Плюс-минус. Но мы тогда еще не родились, так что толком ничего не знаем. Мы жили в последнем пристанище нашего народа, по которому и ударили враги, когда обнаружили.

– Геноцид?

– Да. Война на истребление. Мы воевали с разумными рептилиями. И они посчитали нас слишком опасными противниками. Прежде всего, из-за сильных магических способностей вблизи они не могли нас контролировать. Полагаю, они нас просто боялись.

– А что вы хотите на Земле? Вы ведь не зря столько возитесь?

– Действительно, таки что вы хочете здесь взять? – произнес с небольшим акцентом мужчина средних лет, внезапно материализовавшийся в комнате.

Спортивные шорты и футболка, неплохо обтягивающие достойно подкачанное тело. Сланцы. Длинные кудрявые волосы, собранные в «гульку». Аккуратно подстриженная борода. Модные солнцезащитные очки на лбу. «Умные часы» на руке. Беспроводная гарнитура на ухе.

– Простите, а вы кто? – подозрительно прищурившись, поинтересовался Виктор.

– Ой, я вас умоляю. Или ви думаете, что ваши игры с божественными порталами не ахали в набат по всей округе? Смешно подумать, молодой человек, если ви так считаете. Коллектив интересуется – на кой бес ви нам тут сдались?

– Вот оно что. Авторы «Догмы» были не так уж и не правы…

– В какой-то мере. Но лично я не люблю домино. Скучно. Мне больше нравятся бильярд и горные лыжи.

– Милая, – произнес Виктор на языке темных эльфов, обращаясь к огромному пауку. – Ты тоже можешь поучаствовать. Только прошу, сдержи свою страсть к обнаженному телу.

Паук какую-то пару мгновений помедлил, потом превратился в сгусток черного тумана и, метнувшись к Виктору, обратился в самую соблазнительную форму Ллос, мало отличимую от темной эльфийки. Разве что глаза парили чернотой. Но, к слову сказать, просьбу мужчины она выполнила – ее интимные места прикрывала одежда. Условно, конечно, больше обозначая факт своего существования, нежели что-то действительно скрывая от любопытных взглядов.

– Я тебе больше не нравлюсь? – Закусив губку, богиня хаоса попыталась состроить из себя обиженную девочку.

– Возьму в жены и заставлю стирать носки! – с нажимом произнес Виктор.

На что Ллос продемонстрировала острые зубы и зашипела, переходя местами на ультразвук. Виктор же поцеловал ее в носик, обнял за талию и развернул к гостю.

– Итак.

– Что «итак»? – фыркнул гость.

– Мы вас слушаем. Хотели бы просто выгнать – проблем, я полагаю, не возникло бы. Кали вы знаете. Она сейчас не в форме, мягко говоря. Ллос… она натура страстная и крайне любопытная, но ее сила не велика. Вряд ли мы смогли бы дать вам серьезный отпор. Тем более – здесь, на вашей земле. Значит, вы что-то хотите от нас?

– Хочете знать, что мы имеем вам сказать?

– Да.

– Контракт, – произнес загорелый мужчина в деловом костюме, возникший рядом с первым. – У нас с братом был один контракт, который оказался очень некрасиво подвешен. Вы могли бы поспособствовать примирению сторон.

– Что конкретно нужно сделать?

– Пятнадцать тысяч лет назад к нам прибыла группа нефилимов.

– Кто? – напрягся Виктор.

– Ну… представители вашего рода.

– И’ри’тори?

– А… ну да. Они называли себя так. Мы называли их нефилимами.

– И что с ними случилось?

– С ними? Ничего. Но две тысячи лет назад мы заключили с ними контракт. Хм. Очень непростой контракт. И так вышло, что выполнить его оказалось не в наших силах. Они обиделись. Укрылись в месте силы нашей сестренки…

– Сестры? И что, она их не хочет выдать?

– Там все очень непросто. Да и поругались мы с ней. И вот уже тысячу лет сидим на двух сторонах пропасти, не в состоянии объясниться. Они игнорируют наших переговорщиков. А попасть лично в место силы другого бога, как ты знаешь, нельзя без его разрешения.

– А что вы так прицепились к этому контракту? – поинтересовался Валинор.

– Он… был заключен очень каверзно. Ваш род вообще любит всякие ухищрения в этих делах. – Услышав это, Кали демонстративно скосилась на Валинора и прищурилась. Шутка ли – почти четыре тысячи лет отпахала привратником, попавшись в хитроумно расставленные сети благих пожеланий. – В итоге невыполнение контракта очень сильно связало нас по рукам и ногам. Мы хотели бы его расторгнуть. Но полюбовно.

– Отлично, – фыркнул Виктор. – И что нам с того будет в крепкой валюте?

– Молодой человек, не наглейте.

– Вы хотите жареного цыпленка, а платите за плохо сваренное прошлогоднее яйцо. И после этого вы заикаетесь о наглости? Я сейчас заберу родителей, и мы уйдем. А вы останетесь у разбитого корыта хлебать свои помои кочергой. Вас такой расклад устраивает? Если контракт вам так поперек горла, то предлагайте профит.

Ллос ловко изогнулась и нежно откусила Виктору мочку ушка, довольно урча. А потом размашисто слизнула струйку крови, побежавшую по его шее. Но мужчина лишь повел бровью, отращивая потерянный фрагментик тела. К таким выходкам Ллос он уже привык. Подкрутил болевой порог и старался не рефлексировать.

– Носки, говоришь? – усмехнулась она.

– Я пошутил. Серьезно. У меня уже есть четыре жены. Мне хватит. И так перебор.

– А я все же подумаю. Мне нравится твой подход к делу…

Начались торги. Очень напряженные. Впрочем, в этом деле Ллос с Кали охотно подменили Виктора. Им в таких склоках участвовать было привычно и комфортно. Особенно Ллос, окунувшись с головой в свою любимую стихию интриги.

Глава 4

Переговоры богов шли пару часов. Могли бы дольше, но и Ллос, и Кали откровенно побаивались наглеть, понимая свое весьма шаткое положение. Ведь даже пара оплеух от местных богов могла вогнать их в совершенное ничтожество. Кали так и вообще богом именовалась лишь из вежливости – ее статус был очень условный из-за крайней энергетической истощенности. То есть она балансировала практически на грани крайне могущественного смертного создания и бога. Ллос же попросту не смогла собрать достаточно последователей в силу индивидуальных «тараканов» и «дивного» характера. Так что она недалеко «ушла» от текущего положения Кали.

Но договорились. Очень уж требовались услуги нефилимов для местных обитателей «сакральных рощиц и ручьев».

Когда незваные гости ушли, Виктор взял у отца мобильник и, под диктовку супруги, набрал номер, предоставленный в свое время майором Вольновым.

– Слушаю, – раздался сонно-уставший голос в трубке. Оно и неудивительно – шел третий час не то ночи, не то уже утра.

– Майор, что за дела? То лезете, словно упоротая муха в навоз, то отсиживаетесь по углам? Я вас не понимаю.

– С кем я разговариваю?

– Виктор Орлов. Дача вам известна. Времени у меня мало. Так что в темпе, в темпе. И прошу – не нужно увешиваться всеми этими приборами записи и слежения. Раздражает. Все. Отбой.

Пииип. Пииип. Пииип.

Раздались гудки в динамике.

Быстрый поиск по списку адресной книги. Долгий дозвон.

– Товарищ генерал, доброй ночи. Извините, что беспокою, но объект вышел на связь. Орлов. Виктор. Да, лично. Требует срочно прибыть на место встречи. По всей видимости, им что-то нужно. Есть. Понял. По факту доложу.

Повесив трубку, майор начал собираться и приводить себя в порядок. Побрился-умылся. Выпил крепкого кофе. Погладил одежду. Полив все это сверху туалетной водой и упаковав в личный автомобиль, поехал по ночным улицам Москвы. Не быстро. Сон отпускал медленно. Два раза заправлялся эспрессо в круглосуточных кафе. Восточная мода. Кофеин не берет. Однако вкус настолько отвратителен, что спать с этой гадостью во рту не получалось при всем желании.

Ворота дачи.

Майор аккуратно припарковался. Вышел. И замер.

Из-за ворот доносится невнятный, очень умеренный шум. После того эпизода с полным провалом захвата на самом верху приняли решение не лезть со свиным рылом в охотный ряд. В конце концов, могли всех положить, но не стали. Связав эту демонстрацию с эпизодом в аэропорту, руководство решило перейти к стратегии вежливой дипломатии. По крайней мере, на какое-то время. То есть начали искать возможность реализовать предложенный Селентис вариант установления контакта. Поэтому всякое наблюдение с объекта сняли. И очень вовремя. Слишком пристальное внимание стало вызывать подозрение «партнеров по опасному бизнесу» из иностранных спецслужб.

Вольнову было страшно.

Стучать не хотелось. Как и кричать.

Поэтому он достал мобильный телефон и… калитка открылась. Он даже не успел открыть журнал вызовов.

– Проходите, – произнес мужской голос из-за калитки, оставаясь в тени.

– Телефон тут оставить?

– Просто выключите и отдайте мне аккумулятор. Будете уходить – верну.

Вольнов выполнил требования и, держа на вытянутой руке аккумулятор, вошел в калитку. Где встретился лицом к лицу с Виктором Орловым. Правда, габаритами он стал сильно больше, чем на фотографиях. Разросся в ширину весьма изрядно. Да и взгляд повзрослел. Заматерел.

– Виктор?

– Да. Проходите.

– Я так понимаю, вам что-то понадобилось?

– Пойдемте, разместимся с комфортом. Не хочу беседовать у порога. В конце концов, я сам вас пригласил. Иначе бы вы просто не вошли. Живым. – С этими словами Виктор махнул рукой куда-то внутрь, делая приглашающий жест.

Майор вошел и слегка вздрогнул. Ибо калитка закрылась, а за ней оказался мужчина. Странный. Очень странный. Кожа темно-пепельная, практически эбеновая, из-за чего сливалась с сумерками ночи. Черты лица размыты. А вот глаза буквально пылали огнем….

Тут до ушей Вольнова дошел какой-то тяжелый, практически разочарованный вздох. Он обернулся на него и уперся взглядом в огромную черную пантеру, лежащую буквально в десяти шагах от калитки. Ее большие желтые глаза внимательно наблюдали за ним. По спине майора пробежал холодок, а ноги подкосились. Магия и всякая прочая чертовщина, что тут творилась, хоть и пугала, но не сильно. Вольнов просто не понимал, чего в ней бояться и в какой степени. А тут – огромный хищник, находящийся рядом – буквально в нескольких шагах.

– Не бойтесь, – добавил огонька Виктор, – он без приказа никого не ест.

– Он?

– Это самец темных пещерных пантер. Очень умные кошки. Хорошо поддаются дрессировке. Весьма сильны и выносливы. Одна беда – сильно привязываются к хозяину. Поэтому в оперативных целях использовать сложно. Смена владельца может закончиться его смертью в пищеводе животного. Оно не каждого может признать.

– Ясно, – кивнул на автомате майор, не сводя взгляда с огромной пантеры.

Прошли дальше. Сели на веранде.

– Чай, кофе, водка? Или согласитесь попробовать более экзотические напитки?

– Давайте к делу, – устало потерев лицо, произнес Вольнов.

– Нам нужен самолет до Колумбии. Без таможни и лишних вопросов. Долететь. А потом обратно. На все про все – неделя.

– На сколько человек?

– Не могу сказать. Двадцать-тридцать. Отсюда полетит не больше десятка. Пока еще состав не утрясли. Сколько оттуда – не ясно. Может, вообще не понадобится.

– Кокаин?

– Нет. Не нужно. Сами там купим, если потребуется. В Тулу со своим самоваром не ездят.

– Я спрашиваю, вы хотите вывезти кокаин?

– А! Нет. Людей. Ну, попытаться. Есть там знакомые одни, заочные, с которыми нужно поговорить. Замять одно разногласие. Вот – слетаем. Пообщаемся.

– Ясно. Что-то еще?

– Вас это не удивляет?

– Я слишком устал, чтобы удивляться. Это все?

– Да. Это все.

– Что вы можете предложить взамен?

– Вылечить двух человек. Одного до полета. Второго – по возвращении. Любой ремонт тушки по усмотрению заказчика. Лапку там отрастить. Зрение вернуть. Эрекцию восстановить. Не принципиально. Сделаем все, причем быстро.

– Насколько быстро?

– Восстановление полностью потерянной руки, – вместо Виктора ответила Ализель, вынырнувшая из темноты, – займет полчаса времени.

Майор глянул на нее и залюбовался. Стройная, точеная фигурка. Большие золотые глаза. Густые, длинные светло-пшеничные волосы… из которых торчали острые ушки.

– Кхм. Знакомьтесь – Ализель.

– Очень приятно, – излишне энергично кивнул Вольнов.

– Нравится? Мне тоже. Моя супруга, – продолжил Виктор. – Солнечный эльф. Среди нашей гоп-компании лучше всех разбирается в лечении.

– Супруга? – опешил майор. – А Селентис кто? Мы считали, что она кем-то таким вам и приходится.

– Тоже супруга.

– Тоже? Сколько же их у вас?

– Четыре, – ответила Ализель, присаживаясь на скамейку рядом. – Но мы отвлеклись. Или я вам так понравилась, что вы готовы поступиться делом? Милый, может быть, стоило попросить его проконсультировать Селентис? Он ее воспринимает более трезво.

– Хорошо, – нервно кивнул Вольнов. – Почему только двух человек?

– Первый – демонстрация возможностей на подопытном кролике. Второй – уважаемый человек, который всю жизнь пил, курил, черт знает чем занимался, теперь здоровье уже не позволяет, но ему хочется продолжить. Хоть самого, – произнес Виктор, подняв глаза вверх. – Хотя, полагаю, не решитесь. Но тут я вам не советчик – сами думайте. Любой ремонт в кратчайшие сроки. От наращивания лапок до прочистки организма от тромбов и гормональных сбоев. Липосакция там или еще что.

– А если мы откажемся?

– Мы сами слетаем. Просто возиться не хочется. Или эпизод с Кубой вас ничему не научил? Считайте, что мы оказываем вам услугу. Авансом.

В этот момент на веранду забежал огромный паук, размером с кабанчика, вызвав панический удар у майора. Он побледнел и ушел в ступор. Насекомое добралось до Виктора и, вспыхнув черным туманом, перешло в одну из гуманоидных форм Ллос. Разумеется, вольготно развалившись на скамейке под боком у молодого Орлова.

– Опять эта каша… – фыркнула она.

– Вы кто? – с трудом выдавил из себя Вольнов.

– Твой персональный кошмар, – произнесла Ллос и кровожадно оскалилась, демонстрируя острые зубки и выдающиеся клыки, так характерные для всех эльфов. Весь ее облик в этой форме копировал чернокожих «ушастиков» в той или иной степени точности. Все-таки богиня могла позволить себе несколько больше простого темного эльфа по принципу – что хочу, то и ворочу, но исходным образцом все же была женщина дроу.

– Очень приятно, – кивнул тот на автомате.

– Что ты предлагаешь? – поинтересовался Виктор у эксцентричной богини хаоса.

– Ему ведь нужно что-то предъявлять своим хозяевам. Вот пусть себя и демонстрирует. Нарастите ему пару рук, четыре глаза на спине и еще чего. Нос там на ягодицах. Пофантазируйте. Нужно сделать так, чтобы у них перед глазами было что-то, что можно пощупать руками и посмотреть. Ну и на органы там разобрать в научных целях.

– Вижу, увлечение Селентис местной литературой не прошло для тебя даром, – усмехнулся Виктор.

– О да! Очень любопытно. Она сейчас готовит нам архивы… хм… контента.

– Хентай не пропустили?

– Обижаешь.

– Ну что, майор, ты готов послужить Родине? Ну… наиболее благополучной и обеспеченной ее части.

– Кхм. Погодите. Давайте не будем спешить, – произнес тот и вжался в скамейку.

– У тебя что-нибудь болит? – участливо поинтересовалась Ализель.

– Нет.

– Будет. Пойдем.

– Я не хочу!

– Выбор у тебя не велик – или тебя лечу я, или она, – кивнула солнечная эльфийка на жутковато улыбающуюся Ллос. Майор поежился и с мольбой в глазах взглянул на Виктора.

– Слушай, я бы тебе не советовал выбирать Ллос. Лично мне она нравится. Дама с фантазией и огоньком. Но тебе потом жить с ее фантазией. А тут нужно под переменчивое настроение попасть, – сказал Виктор и, выдержав паузу, продолжил: – Иди уже. Ничего плохого она с тобой не сделает. Печень подремонтирует да почки. Болят же. Зубы нарастит да от всякой гадости почистит. Потом еще благодарен будешь.

– А если не пойду?

– Ладно. Мне это надоело, – фыркнула Ализель и, решительно встав со скамейки, пошла к дому. Вольнов же, дико тараща глаза и мыча, подорвался за ней. Против людей, лишенных элементарной ментальной защиты, даже тех невеликих познаний в магии Разума было вполне достаточно.

– Можешь кокон тишины поставить? – обратился Виктор к Ллос, с усмешкой провожающей взглядом перепуганного майора. – Чтобы никто подслушать не мог. Даже твои коллеги по цеху.

Что-то щелкнуло, и вокруг беседки сгустилась тьма, такая плотная, что хоть ножом режь.

– Ты веришь им? – спросил Виктор, когда хищная мордочка повернулась к нему, не скрывая своего любопытства.

– Нет.

– Они сказали, в чем подвох контракта?

– Нет. Им просто нужно его разорвать по обоюдному согласию сторон. Это очень подозрительно.

– Меня немного пугает, что нефилимы оказались вынуждены спрятаться под защитой богини-изгоя. Ты не выяснила, кто это?

– Я в местных силах плохо ориентируюсь, – честно ответила Ллос. – Но у меня тоже ощущение, что нас хотят подставить. Не ясно, на каком этапе.

– Есть предположения?

– Я вижу только два удобных момента для подставы. Первый как-то связан с контрактом. Второй – после его закрытия.

– С контрактом ясно – полная неопределенность. А что нас может ждать после?

– Возможно, контракт как-то защищает этих самых нефилимов от уничтожения. Именно поэтому они и прячутся в месте силы бога, который вынужден пользоваться их защитой, а не наоборот. Нас могут использовать для выманивания или провокации.

– А потом вместе и прихлопнут?

– Да. Я бы поступила именно так. Мы ведь им будем больше не нужны.

– Вот такой ты мне нравишься, – улыбнувшись, произнес Виктор. – Толковая, деловая, спокойная. Если бы не Аматерон – влюбился бы.

– Ты его боишься? – лукаво усмехнулась Ллос.

– Боюсь. Это раньше я был вольный ветер. А сейчас… жены, дети, родители, дед с бабкой, практически угасшая цивилизация. Нужно быть последней сволочью, чтобы все это спустить в унитаз. Да и…

– Что? – повела бровью Ллос.

– Тебе же самой это все не нужно. Так – игра, чтобы Аматерона подразнить. Ну и природа у тебя артистичная. Не можешь пресно жить.

– Может быть, – задумчиво усмехнулась она. – А я думала, что за Селентис переживать станешь. Я ведь не потерпела бы ее присутствия в одном ранге со мной.

– Убила бы?

– Конечно. Тем более что как верховная жрица она меня больше не устраивает. Она теперь твоя женщина, а не моя. Ты на нее дурно влияешь. Вон – даже трупов после себя не оставила толком. А в былые времена могла отличиться на славу.

– А дочка?

– А что дочка?

– Ей же мама нужна.

– Что я – плохая мама бы была? – неподдельно удивилась Ллос.

– Ты себя давно в зеркале видела? Нет, то, что ты красивая и сексуальная, не спорю. А еще умна и крайне интересна. Твой изощренный ум не раз меня приятно удивлял. Но… ты же дурна-а-я что жуть. Мне даже в голову не придет доверить тебе детей. Они у тебя либо в ядерном реакторе сгорят, либо в унитазе утонут.

– Зря ты так, – хмуро произнесла Ллос.

– Может, и зря, – кивнул Виктор. – Я помню, что ты весьма злопамятна. Зато честно. Серьезно – ты мне нравишься, поэтому и говорю прямо. Зачем мне перед тобой заискивать?

– Я не всегда была такой, – отвернувшись, глухо произнесла Ллос. – И у меня были дети. Двое. Мальчик и девочка.

– Почему я о них ничего не слышал?

– Ты не спрашивал. А я… не люблю это ворошить. Они давно мертвы.

– Что случилось? – максимально нежно спросил Виктор, обнимая эту страшно опасную и взбалмошную женщину. Там, в том мире, ходили какие-то мутные слухи о том, что в глухую древность Ллос не была богиней хаоса. Но ничего определенного. Слишком давно это было.

– Я не хочу рассказывать. Это очень больно. До сих пор.

– Слушай, извини, – тихо шепнул Виктор и поцеловал ее в шею максимально нежно. Однако, вместо того чтобы отозваться на ласки, она резко выгнулась и, безумно пылая первородной тьмой глаз, прошипела:

– Никогда не смей никому об этом рассказывать! Никому! Никогда!

– Знаешь, кто виноват в их смерти?

Она поджала губы, натурально зверея, но, через долгую минуту едва сдерживаемой ярости, выдавила:

– Я.

И, вновь обратившись в паука, сняла кокон тишины. Ей так было проще – эмоций не видно. А Виктор ковырнул ее в самое больное место.

– Что с ней? – осторожно поинтересовалась Селентис, озабоченно смотря на затаившегося в темноте на дереве огромного паука.

– А что?

– В ней бушуют такие силы, что мне страшно. Так редко бывает. Никогда еще не видела ее такой раздраженной и расстроенной.

– Что там с майором? – постарался соскочить с темы Виктор, понимая, что узнал немного не то, что следовало. И как теперь будут выстраиваться отношения с этой шальной особой – не ясно.

– Вполне доволен. Тебя ждет. Говорит, что ты какой-то аккумулятор у него отобрал.

– А, верно, – кивнул Виктор и поспешил к воротам. Находиться рядом с Ллос в таком состоянии было чревато. Да и ничего толкового в голову не лезло. Зато, кажется, он начал понимать природу ее сумасшествия…

Глава 5

Принудительное лечение майора радикально сказалось на скорости принятия решения его руководством. Уже через три дня Вольнов прискакал с первым пациентом. Вечером того же дня подали самолет.

Полет проходил спокойно.

Селентис всю дорогу смотрела аниме, Цири – научно-популярные ролики, а Виктор с Ллос мирно беседовали, обсуждая скверную обстановку, сложившуюся вокруг них. Очень скверную, надо сказать.

С одной стороны – там, по ту сторону портала, шла война. Странная, но очень опасная. Удар по ним мог в любой момент прилететь даже с орбиты. Постоянное напряжение и высокий градус опасности. Она была буквально разлита в воздухе.

С другой стороны – тут тоже не сахар. Даже эвакуироваться заранее на ту сторону портала было нельзя, чтобы не спровоцировать местных богов. Хотя одно радовало – власти России более-менее остыли и настроились на сотрудничество. Пусть и временное. А значит, здесь, по эту сторону портала, было несколько более безопасно, чем там. Перечень угроз меньше, и вероятность их возникновения хоть как-то поддавалась учету.

Вот Витя и предлагал способы выйти из ситуации, а богиня хаоса разбивала его планы ленивыми, небрежными мазками…

Прилетели.

Все тихо.

Какой-то провинциальный аэродром с горсткой персонала.

Первой вылезла Ллос – самая любопытная и деятельная особа.

Лоснящаяся на солнце кожа казалась сочного эбенового оттенка. Точеная фигура, в одежде из коллекции «деловых бикини». Темные очки, прикрывающие парящие тьмой глаза. Вид провокационный и весьма экзотический, но вполне приемлемый. Ну, необычная негритянка, подумаешь? И что, что черты лица не имеют ничего общего с неграми? Что, у нас мулатов мало? Черты лица передались, а цвет кожи – нет. Бывает.

Впрочем, персонал этого аэродрома никаким образом вообще не отреагировал на гостей. Кроме трех аэродромных рабочих, молча возившихся с самолетом, на глаза попался только администратор. Да и тот – дремал под вентилятором, не проявляя никакого интереса к гостям.

– Очень хорошо, – кивнул Виктор сопровождающему его сотруднику внешней разведки. После чего они прошли к микроавтобусу. Численность делегации была известна еще в момент вылета, так что удалось подготовиться с умом.

– Куда едем? – поинтересовался на хорошем русском языке водитель. Обветренное сухое лицо. Спокойный внимательный взгляд цепких глаз.

Виктор ответил и с удивлением отметил, как изменился его собеседник. Тот явно едва справлялся с эмоциями.

– Вы уверены, что ВАМ нужно именно туда?

– Уверены, – ответила Ллос и улыбнулась, демонстрируя белоснежные клыки.

Больше вопросов водитель не задавал. Молча кивнул и поехал. Без лишних остановок и промедлений. Разве что заправлялся и оправлялся. Даже кушал какой-то свой сухпаек на ходу. Да и вообще – вел себя крайне скованно, изредка настороженно посматривая на откровенно скучающих пассажиров.

Четыреста с гаком километров остались за плечами. Как и практически сутки пути по раздолбанным дорогам. Этакая российская глубинка, только с джунглями, в которых много не только комаров, но и прыгающих по веткам мохнатых приматов.

– Все, приехали, – устало бросил водитель.

– Почему? – удивился Виктор. – Дорога же идет дальше.

– Дальше без приглашения нельзя.

– Там печать места силы, – бросила тихо Ллос. – Но очень слабая. Вряд ли такая кого-нибудь остановит.

– Остановит, – хмуро произнес водитель. – Не знаю, что такое печать места силы, но те мужчины, что охраняют ее, свое дело знают. Не хочу вызывать даже тени их раздражения.

– А ты видел их? – поинтересовался Виктор.

– Нет. Но слышал про их гнев.

– Хочешь посмотреть?

– Нет.

– А придется. Поехали, – рыкнул Виктор и применил плетение магии Разума. Водитель на секунду завис, а потом потянулся к рычагу переключения скоростей и, с полными ужаса глазами, поехал вперед.

Как ни странно, никто нападать сразу на них не стал. Хотя успокоения водителю это не принесло. Скорее напротив. Впрочем, сопротивляться магии он все равно не мог.

Но вот очередной виток дороги и… двигатель внезапно заглох. Словно кто-то рывком перекрыл ему подачу топливной смеси.

Вышли. Осмотрелись.

– Видимо, нас предупреждают дальше не ехать, – тихо произнесла богиня хаоса, осматриваясь.

– Эй! – крикнул что было силы Виктор. – Давайте уже хватит! Что вы как дети?

– Да брось, – фыркнула Цири.

– И брошу, – раздраженно ответил мужчина и, старательно вложив довольно много сил в единственное освоенное им чисто боевое плетение – огненный шар, запулил его наугад по ходу движения. Жахнуло знатно. Много деревьев вывернуло. Дорогу слегка повредило.

Но подействовало.

Сопровождая свой выход изрядной долей сочного мата на испанском языке, из болотной жижи вылез крупный мужчина. Его туда, видимо, взрывной волной отбросило.

– Эй! Ты чего по болоту лазаешь? Лягушек ловишь, что ли? Так, чай, не во Франции. Тут с голодухи земноводных не жрут.

Вместо ответа мужчина ударил боевым плетением школы стихий – мощным порывом ветра. Да так, что только Ллос и смогла сдержать эту ударную волну. Если бы не она – переломало бы их всех нещадно.

Пауза на несколько секунд.

И тут Цири начинает тираду. Долгую и длинную на языке и’ри’тори. Судя по вытянувшейся морде лица нашего болотного «ныряльщика» – ее он прекрасно понимал.

– Вы кто такие? – наконец выдавил он, когда Цири выдохлась.

– Ты дурной или издеваешься? – раздраженно бросил Виктор. Язык и’ри’тори он тоже освоил, с помощью соответствующих амулетов. Как и три десятка других, нужных или теоретически полезных в будущем.

«Ныряльщик» внимательно посмотрел на него, словно сканируя. Хмыкнул. Но дальше ругаться не стал.

– Ну, пошли, пообщаемся. Ты и ты, – указал он на Виктора и Цири.

– Эти девушки тоже со мной.

– Условия ставишь?

– Это – мои женщины, – с нажимом произнес Виктор. – Я их тут не оставлю.

– Хорошо, – чуть помедлив, ответил незнакомец. – Пойдемте. И этого тогда бери. Загнали так, что смотреть жалко. Совсем людей не цените.

– Тут недалеко или на машине прокатимся? Место есть. Сядешь?

– Езжайте прямо. А я уж как-то сам справлюсь, – усмехнулся незнакомец и, пыхнув молочным туманом, очистился от грязи. После чего взмахнул внезапно проявившимися большими белыми перьями крыльев, полетел над дорогой с удивительной скоростью.

– Это чего было? – поинтересовался Виктор, обращаясь к Цири.

– Нашел у кого спрашивать, – фыркнула она. – Меня к половине секретов Дол Амона не пускали. Это у тебя нужно поинтересоваться.

– Ладно, не ворчи. Ты молодец! Если бы не твои познания в обсценной лексике – проблем было бы намного больше.

Сели обратно в автомобиль. Поехали.

Километров пять точно пришлось отмахать, пока микроавтобус не вкатился в небольшой поселок с десятком довольно приличных домиков. Все ухожено. Цветет и пахнет. Даже кое-какие автомобили есть – местные явно выбираются отсюда к цивилизации.

У самого крупного здания их уже ждали. Старый знакомый с парой таких же крепких мужчин и молодая, весьма симпатичная женщина с какой-то неуловимой странностью. Приглядевшись, Виктор идентифицировал в мужчинах и’ри’тори, а в женщине…

– Это богиня, – тихо шепнула Ллос на темноэльфийском. – Только крайне слабая. Это ее место силы. Вообще удивительно, как она смогла его так широко раскинуть. Обычно такие вообще мест силы не создают и стараются не отсвечивать лишний раз. Они слишком легкая добыча для очень многих.

– И что? Наши вынужденные знакомые не могут сюда вторгнуться? Тебя же эта печать не остановила.

– Вероятно, не могут. Только явно не из-за нее.

Подошли. Молча постояли друг перед другом. Посмотрели в глаза.

– Зачем пришли? – наконец не выдержал крылатый незнакомец.

– А откуда – не интересно?

– Интересно, – кивнул он. – Но это потом.

– Мы можем поговорить в более приватной обстановке. Не люблю лишние уши, – произнес Виктор и многозначительно обвел глазами небо.

– Вот ты о чем, – усмехнулся собеседник, достал какой-то кристалл, в котором буквально плескался океан магической энергии. Пам! И весь поселок накрыл полупрозрачный купол сероватого оттенка. – Можешь смело говорить. Теперь нас эти не услышат и не увидят, – кивнул он на небо.

– Наши общие знакомые сделали нам предложение, от которого мы не могли отказаться.

– Вот как?

– Они красиво пели о каком-то договоре и полюбовном расторжении оного. Но ничего внятно не сказали. В случае отказа нам пришлось бы срочно уходить. Если бы вообще получилось. Ехать к вам – единственный выбор, который был перед нами. Что делать дальше – я не знаю. Боюсь, что, выйдя отсюда, мы запустим цепочку довольно губительных для себя событий.

– Это все?

– По этому вопросу – да.

– Что искали на Земле?

– Оружие. Я смог реанимировать колонию и’ри’тори в семь десятков «лиц». Они мумиями сохли три тысячи лет в одном подвале. Нам нужно оружие, чтобы отбиться от драконов. Судя по всему, они перешли на сторону кхетов и на одной планете мы не уживемся.

– Хм. Ладно. Пойдемте внутрь, – сказал незнакомец, не сводя пристального взгляда со своего визави.

– Виктор, – произнес тот и протянул руку.

– Михаил, – после долгой паузы ответил этот бородач. – Это Уриил, Сараил и Лейлит.

Имена явно вызвали у Виктор замешательство. Он даже присвистнул, переваривая эту информацию. Это были крепкие мужчины с такими лицами, что о них вполне получилось бы гнуть рельсы. Да женщина с огненно-рыжими волосами и насыщенными зелеными глазами. В голову поперли мифы, легенды и разнообразные ассоциации натуральным потоком. Реакция оказалась настолько яркой, что Михаил не выдержал – усмехнулся.

– Местный, что ли?

– Запечатанная кровь.

– А… ясно, – понимающе кивнул собеседник. – Есть будете что или сразу напьемся?

Глава 6

– Это Церера-10, – произнес Михаил и с удовольствием пыхнул сигарой. – А то местечко, про которое вы рассказываете, скорее всего, Вольтран-17.

– Скорее всего?

– Вон то тело так считает, – кивнул собеседник Виктора на лежащего на столе Георгия. – Он там служил когда-то. Еще до войны.

– До войны? – переспросила Цири. – Какой?

– Той, что завершилась пятнадцать тысяч лет назад. Редкая глухомань. Не каждое столетие в такие места попадешь. Несколько незначительных хозяйственных поселений. Научная база. Один маленький военный форт, больше для создания видимости. Вот и все. А кругом туземцы по елкам да пальмам скачут – самые разнообразные. Его туда отправили в качестве дисциплинарного взыскания. За драку с командиром. На всю жизнь запомнил.

– А потом?

– А что потом? Кхеты перемалывали нас методично. Мы подтягивали резервы с разных колоний. Побеждали. Но чем дальше – тем становилось сложнее. У нас с детьми все плохо. Живешь-то, пока не убьют, иной раз тысячелетиями. Не стареешь. Вот и рождаемость плохая. Инстинкт размножения практически на нуле, из-за чего практически не спариваемся. Это нам просто не интересно. А тут такая затяжная война. Восполнять потери становилось все сложнее и сложнее. Финальное сражение за родную планету мы сокрушительно проиграли. И прежде всего потому, что сражаться оказалось некому. Стягивали всех подряд. Лишь хоть как-то и хоть что-то. На что надеялись? Не понятно.

– И вы там сражались?

– Разумеется. Остатки гарнизонов на удаленных колониях выгребли подчистую. Даже таких штрафников, как мы.

– А ушли как?

– Когда стало ясно, что нас окончательно разбили, мы открыли портал в один из наиболее отдаленных миров. Ну и ушли остатком отряда.

– И что, кхеты вас не преследовали?

– Как не преследовать? Преследовали. Просто мы на какое-то время смешались с местными дикарями. Герои варварских королевств. В стороне от престолов – вечно в походах. Конан-варвар. Кулл-завоеватель. И прочие бредовые легенды – они не на пустом месте возникли. Нам скучно было. Вот и развлекались, как могли. Кто-то погибал. Кто-то выживал. В любом случае – несколько поисковых экспедиций кхетов пережили без последствий. А потом они успокоились. И мы тоже. Затаились.

– Ясно. А что у вас за тяжба с этими блаженными?

– А, – махнул он рукой. – Все просто и грустно. Заключили мы два тысячелетия назад договор с двумя братьями. Точнее, сначала с одним, второй-то позже подтянулся, втягивая оставшихся нейтральными и’ри’тори. Дескать – мы помогаем им укрепиться, взять власть, передавить как клопов конкурентов. А они в ответ, как наберут силу, помогают нам отбить обратно столичную планету. Мы туда изредка заглядывали для разведки. Кхеты там только базы держали. Не заселяли массово почему-то, только так – небольшими островками. Что-то исследовали, видимо. Вот мы и хотели устроить… хм… катаклизм местного масштаба, зачистив планету от них.

– И надеялись удержать? – ахнул Виктор.

– Нет. Просто отомстить. И, если повезет, уйти, чтобы вновь затаиться для нового удара. О большем и не мечтали.

– И что помешало вам реализовать свой план? – поинтересовалась Ллос.

– Гибель планеты. Они испытали на ней новое оружие, расколов на кучу осколков. Все. Финиш. Приплыли. Мы как узнали об этом – сломались.

– Богам-то что не понравилось? Наоборот же хорошо – вся сила при них останется.

– Если бы. Мы договор хитро заключили. Так что они уже где-то с полторы тысячи лет не вправе распоряжаться и десятой частью своей реальной силы. Она как бы есть, но так, в заморозке. Поэтому можете не опасаться – по вашей базе под Москвой они не ударят. Они же практически доходяги. Потенциал-то о-го-го! А на деле фигня на постном масле. По этой причине и экономят. Чуда от них не дождешься, не то что явиться людям лично. Жлобы. Но их понять можно – почти все силы уходят на поддержание многочисленных мест силы и регенераторов.

– Хм. А в чем подвох их предложения?

– Контракт защищает нас от их нападения. Как только он будет закрыт, они постараются нам головы-то пооткручивать. Мы ведь их полтора тысячелетия на голодном пайке держали. Вон у нее спроси, – кивнул Михаил на Ллос, – для богов это натуральный озверин.

– Серьезно? – удивился Виктор.

– А ты как думаешь? – скривилась Ллос. – Представь, что тебе постоянно нечем дышать. Добавь к этому постоянное чувство голода, раздражение от холода, духоты и жары. И ты не получишь и десятой части того, как выкручивает богов от острой нехватки сил.

– Как ломка у наркомана?

– Хуже. Намного хуже.

– Ясно. А спрятались тут чего?

– Так тут же планетарный концентратор и’ри’тор находится, – усмехнулся Михаил. – Или не чувствуешь? А. Ну да. Ты же еще зародыш. Личинка нашего народа, так сказать. Борзая, наглая, деятельная, но личинка. В общем – здесь мы вполне сможем отбиться, даже если эти кадры найдут способ напрямую нас атаковать. Энергии хватит. А если сюда зарядить ядерным зарядом должной мощности, то нас, конечно, убьет. Но магическая волна, резко высвободившись из накопителей, избавит эту планету от любой более-менее упорядоченной жизни. Она ведь тут пятнадцать тысяч лет копилась. А на кой этим братишкам планета без разумной жизни? Развоплотятся за милую душу. И очень быстро.

– Так ведь чего бояться-то? Вы и так тут сидите очень много времени. Накопитель вас надежно защищает.

– Не все так просто. Ты же видел машины. Так? Мы отсюда иногда катаемся в цивилизацию. Кое-что добываем. Да и вообще – не так чтобы безвылазно сидим. Запрет на прямое нападение всячески есть, но только на прямое. Ввести людей в заблуждение и как-то опосредованно ударить вполне возможно. Поэтому покушения время от времени случаются. Местных мы запугали, но все одно – приходят издалека и пытаются спасти мир от вселенского зла в нашем лице. Троих уже убили за последние пятьсот лет. Рано или поздно – перебьют всех. Так что тянуть тоже не в наших интересах.

– А если вернуть им силу, то… – произнес Виктор и покачал головой.

– Они нас дожмут.

– Получается патовая ситуация. Куда ни кинь – везде клин.

– Именно.

– А в контракте оговорено, куда именно силу нужно применять? – после долгой паузы поинтересовался Виктор.

– В смысле?

– Ну, вы должны ее потратить только на освобождение своей планеты или формулировка более обтекаемая?

– К чему ты клонишь?

– Вся загвоздка сложившейся ситуации в том, что у указанных богов слишком много силы. Им ее нужно сбросить. Желательно всю. Да так, чтобы им стало не до вас от слова вообще.

– Это было бы замечательно, – кивнул Михаил. – Но куда нам девать божественную силу? Ладно, что мы с ней не умеем работать. Так и вообще – ее можно слить не абы куда, а только на пущую пользу нашего народа.

– И что вас смущает? – расплылся в улыбке Виктор.

– Давай к делу, – нахмурился Михаил.

– Милая, – обратился Виктор к Ллос. – Я ведь правильно тебя понимаю – боги никогда не умирают до конца?

– Верно, – резко помрачнела богиня хаоса, так как этот вопрос вновь пересекался с ее детьми. – После того как бога убивают, он развоплощается, то есть теряет всякую энергию и связанную с этим материальную оболочку. После чего вечность блуждает в виде блеклой тени, лишенной всякой самостоятельной связи с материальным миром. Их окружает предвечная тьма и абсолютная тишина. Жуткая штука. Считай – одиночное заключение, уходящее в бесконечность. Говорят, что через сотни тысяч лет эти тени угасают окончательно. Но… я не знаю. Да и никто не знает, потому что стирается память о павших богах и проверить это никак не возможно. Я общалась с теми, кто вот так отсидел по два-три десятка тысяч лет. Лучше смерть. Намного лучше. Но у богов нет выбора, поэтому они очень не любят жертвовать собой.

– Если с ними поделиться божественной силой, то они могут вновь воплотиться?

– Безусловно. Но ни один бог никогда не согласится добровольно поделиться силой с другим. Это больно. Нет, это НЕВЫНОСИМО БОЛЬНО. И чем больше сил отдаешь – тем страшнее мучение. Ломка от нехватки сил – легкий дискомфорт по сравнению с тем, какие ужасы придется испытать при передаче силы.

– Именно поэтому ты не пыталась воплотить своих детей?

– Нет, – поиграв желваками, произнесла Ллос.

– А почему?

– Не лезь! Не твое дело!

– Женщина! Не зли меня, – взбеленился Виктор, зарычав на нее. – Отвечай!

– ЭТО НЕ ТВОЕ ДЕЛО! – заревела на него Ллос.

– МОЕ!

В ответ богиня хаоса выдала Виктору знатную партию матерных подробностей обо всем, что мужчине было ценно и дорого. Да так, что уши могли завянуть. Недолго думая, чисто на рефлексах, парень резко, с разворотом дал ей смачную оплеуху. Аж рука загудела – все-таки не по женщине бил, а по богине. В удар он вложил всю силу, что была, но Ллос даже не шелохнулась.

– ТЫ! – прошипела богиня, переходя на ультразвук. А из глаз ее потекла первородная тьма, выплескиваясь на пол и окутывая ее с ног до головы.

– КАК ВЫТАЩИТЬ ТВОИХ ДЕТЕЙ ИЗ ЖОПЫ?! – по слогам прокричал Виктор.

Бесформенный сгусток тьмы медленно начал окутывать его, словно поглощая. Ему было больно. ОЧЕНЬ БОЛЬНО. Но он быстро разрешил эту сложность, просто выкрутив у себя болевой порог в потолок. Хоть жарь живьем – теперь до малины.

Михаил захотел было вмешаться, но Витя его остановил.

– Я сам! – отмахнулся он рукой.

И густой клубок тьмы, словно этого и ждал – рывком поглотил всего парня…

Он осмотрелся.

Какая-то пещера. Мрачная. Непроглядная темень. Но маленький магический шар помог чуть-чуть осветить окружающее пространство. Да и то – недалеко. Тьма алчно поглощала лучики света. С аппетитом. С урчанием.

– Слушай, – крикнул Виктор в пустоту. – Мы с тобой оба знаем, что ты не права. Не разыгрывай оскорбленную невинность.

Шипение.

И в этот момент кто-то укусил его за плечо. Смачно и глубоко утопив клыки в мясо. Несмотря на практически абсолютный болевой порог – получилось очень неприятно. Видимо, там не просто физический контакт. Впрочем, Виктор смог вывернуться и схватить за горло то чудовище, что на него набросилось.

Попытки ударов провалились. Эта тварь была словно из стали отлита. Только руку в кровь разбил.

– Ты задолбала своими комплексами! – прошипел Виктор и попытался ее хотя бы укусить за горло.

Бесполезно. Только зубы крошиться начали.

Удар.

И вот он уже катится по каменному полу, покрытому костьми словно ковром. А эта тварь, не медля ни секунды, бросается следом. Запрыгивает сверху и жутко ревет прямо в лицо. Рот… нет, пасть, полная острейших клыков, сочится слюной и кровью. Его кровью. Из глаз валит густой черный дым, словно из труб паровоза, работающего на плохом угле. Дыхание прерывистое. Возбужденное.

– Трусиха, – фыркнул Виктор. – И ничтожество. Хочешь – убивай. – Сказал и прекратил бороться.

Но в ответ Ллос лишь вновь издала чудовищный рев, буквально рвущий перепонки. Ну и заодно забрызгала его слюной.

– Слова больше не скажу, пока ты передо мной не извинишься, – произнес Виктор и скривил максимальное пренебрежение на лице.

Думал, что убьет. Хотел уйти красиво. Однако вместо продолжения банкета эта тварюшка начала меняться. Буквально перетекая на глазах в более привычный образ. Раз-два-три, и вот на нем уже сидит та изящная чернокожая самка с пылающими огнем глазами, из которых все так же валит черный дым, словно из каких-то адских топок.

– Что ты придумал? – с огромным трудом выговаривая слова, произнесла Ллос. Видимо, трансформация не до конца завершилась.

– Сначала извинись.

Бах!

Оплеуха была такой сильной, что казалось, голова оторвется и улетит в сторону, словно мячик.

– Что ты придумал? – повторила она невозмутимо.

– Пока ТЫ не извинишься, я ничего тебе не скажу, – произнес Виктор, облизывая свою кровь и сплевывая выбитые зубы.

Бах!

Новый удар.

– Я повторяю вопрос, – прошипела она.

– Ты глухая? – усмехнулся Виктор, кривя рот, в котором уже не хватало половины зубов. Да и состояние челюсти было плачевным. Если бы не безумно высокий болевой порог – ничего сказать он бы уже не смог в принципе. – Ты можешь меня убить. Но пока ты, женщина, не сделаешь, что я говорю, – ничего не будет. Извиняйся.

И вдруг – тишина.

Она как-то резко успокоилась, поправила растрепавшиеся волосы и задумчиво произнесла:

– Мы психи – народ такой. Никто не знает, что от нас ожидать.

– Этим ты мне и нравишься.

– Извини. Этого достаточно?

– Для начала. В следующий раз так просто не отделаешься.

– Да ты что? – усмехнулась Ллос и вопросительно выгнула бровь.

– Почему ты не смогла воплотить своих детей?

– Опять ты за свое, – раздраженно фыркнула она.

– Это важно.

– Потому что они не хотят со мной общаться. Я предлагала им всю свою силу, дабы разделить между ними. Не так уж и много, но… они мне ничего не ответили.

– А как ты их убила?

– Тебе продемонстрировать?

– Хватит уже? Весна закончилась. Обострение прошло. Давай к делу.

– Они пытались меня спасти. Вступились. А я… пребывая в ярости, совсем разум потеряла. И убила их, потому что они были ближе. Ни секунды не сомневаясь, поглотила всю их силу до донышка. И продолжила бой. Это только потом, когда остыла, поняла, что натворила. Захотела их воплотить ценой своей жизни. Но… они отказываются мне отвечать. Приходят на зов и смотрят молча, с осуждением в глазах.

– А я могу с ними поговорить?

– Можешь. Правда, не уверена, что они ответят.

– Тогда вызывай их. Только сама куда-нибудь уйди. Раз они рефлексируют – не будем их раздражать. Прикинься ветошью, короче…

Разговор был весьма протяженный и дурной.

Очень долго вытащенные из забвения тени детей просто смотрели на незнакомца так, словно там его и не было. Даже глазами не следили за его передвижением. Потом, потихоньку, стали обращать внимание. Дальше по их лицам побежали первые эмоции. Слабые, едва заметные. И вот – наконец, Элистри, дочь Ллос, поджав губы, – заявила:

– Я согласна воплотиться. Но силу даст не она. Ее желчь меня отравит. Я стану такой же тварью.

– А ты? – обратился Виктор к Варону.

– Да, – кивнул он. – Я соглашусь на таких же условиях, что и сестра. Не хочу иметь ничего общего с матерью.

Виктор немного дернулся – все его тело сильно болело.

– Отлично. Тогда по рукам, – произнес он, и две тени детей Ллос, кивнув, растаяли.

Шшшшшш….

В окружающую его темноту и духоту ворвался свежий воздух и свет. Он нервно вздохнул и сощурился.

– Ого! – оценил степень целостности Виктора Михаил.

– Милые дерутся – только тешатся, – сплюнув кровь на пол, выдал парень. – Но, в общем, все так, как я думаю.

– Что?

– Мы можем направить всю накопленную должниками энергию мертвым богам. Кое-что ее детям. Остальное местным. Выберем наиболее боевитых и деятельных из числа тех, у кого зуб на наших вынужденных компаньонов. Ты ведь говорил, что они поглощали с вашей помощью одного за другим старых богов. Кого посоветуешь?

– Погоди, а ее дети нам зачем?

– Хочу.

– Серьезно?

– Серьезно.

– Ладно, – кивнул Михаил после паузы. – По богам, которые хотели бы взыскать за былое, желающих будет много. Тут и боги майя с ацтеками. И кельты с иными варварами. И античный пантеон, включая чудных кадров старого Египта. Хотя, если честно, мне жутковато становится от одной этой мысли. Боюсь, что наших должников при таком подходе просто растерзают вплоть до развоплощения.

– Ну и хорошо, – улыбнулся Виктор. – Нам легче будет. Как там говорится? Меньше народу – больше кислороду.

– Сложность в том, что все перечисленные кадры будут помнить – кому они обязаны столетиями ужаса развоплощения.

– Да. Но, я полагаю, вы ведь пойдете со мной?

– С тобой? – удивился Михаил.

– Чего вам тут сидеть да виски пьянствовать? – усмехнулся Виктор. – А там мы поборемся за планету. Свою планету – свой новый дом. Вырежем драконов. Зачистим форпосты кхетов. Я не обещаю победу. Сам в нее не верю. Но наша смерть будет точно не бессмысленной. Тем более что в том дурдоме, что здесь начнется после высвобождения дохлых богов, мы сможем добраться до портала и сбежать, прихватив нужное нам оружие. Это сильно повысит наши шансы.

– Ну… не знаю, – покачал головой Михаил.

– Я с тобой! – с трудом оторвав голову от стола, промычал пьяный Георгий.

– И я, – произнесла молчавшая все это время Лейлит.

– Ты?

– Если поделишься силой – моя поддержка тебе обеспечена. Не всю же силу смертников оставлять здесь?

– М? – вопросительно выгнул бровь Виктор, глядя на старшего мужчину в этой группе.

– Черт с тобой, – произнес тот, пыхнув сигарой и кровожадно усмехнувшись. – Тряхнем стариной. Да и везет тебе. Эта стерва тебя убить должна была, – кивнул он на Ллос. – Видел я таких.

– Меня? Убить? Да брось. Она милейшее создание, – произнес Виктор, улыбаясь во все полностью восстановленные магией зубы. – Просто нервничает немного. Ведь так, милая?

– Конечно, – елейным голосом промурлыкала она, демонстрируя излишне развитые клыки. – Ну, вспылила, с кем не бывает?

– Но больше так не делай. Отшлепаю. – И, прежде чем Ллос успела как-то отреагировать, продолжил: – И вообще – хватит баклуши бить. К делу. Что там нужно для реализации условий контракта?

– Великая магическая печать и сущности этих богов, вписанные в малые.

– Согласие смертников нужно?

– Нет.

– Так чего мы ждем? Погнали. Ллос – выдергивай потеряшек. Нечего тянуть!

Глава 7

С воскрешением богов проблемы начались сразу хотя бы потому, что никто никогда этого не делал. Мало того – понятия не имел, как и что там накручивать в печати. Старые и’ри’тори были не специалистами в данной области – как-никак, вояки, а не ученые. Да и остальные тоже – не светочи. Но кое-как справились.

– Ну что, готовы? – осмотрел уставших коллег Виктор. Толку от него в этом деле было мало, мягко говоря. Ибо в магии он понимал сильно хуже всех присутствующих, как и в богах. Но тонус он умудрялся задавать изрядный.

– Боязно мне, – пыхнув сигарой, сообщил Михаил. – Мы тут такого навертели, что я без понятия, как это сработает. А энергии столько, что планету-то, может, и не расколет, но выжечь все живое вполне может.

– Проверить, как правильно, мы в состоянии?

– Нет, конечно.

– На вид ошибок нет?

– Нет.

– Рок-н-ролл! Дави гашетку!

– Ха! – выдавил из себя измученный смешок Михаил. Он как-то не привык к такому подходу к делу. Но таки послушался совета этого взбалмошного. В его глазах Виктор был натуральный безумец, лишенный тормозов. Хотя никто другой с богиней хаоса и не связался бы…

Жах!

Что-то в воздухе надрывно треснуло, и на грани восприятия раздался жуткий инфернальный стон. Все почувствовали. Все услышали. А Ллос так и вообще – скрутило. Видимо, ей по ушам это все било совсем немилосердно.

– Рок-н-ролл? – криво усмехнувшись, спросил Михаил.

– Музыкант был слишком пьян, а скрипка оказалась балалайкой… Ох, черт. Чего это происходит?

– Да наших должников выкручивает. Мы же их буквально на части раздираем.

– Ясно. А где все? Или возрождаемых нами богов сразу по свету разметает?

Вместо ответа откуда-то сбоку донесся смачный звук разрываемой плоти и довольное рычание. Словно кто-то дорвался до вкуснейшего лакомства, которое не ел очень давно. Виктор обернулся и замер – какой-то неизвестный громила разорвал пополам Селентис и с удовольствием вкушал ее сердце.

– Ты что творишь, дятел?! – зарычал Виктор.

Никакого ответа. Его просто проигнорировали.

Тогда он подхватил магией приличный булыжник и засветил его в район гениталий пожирателя.

Вопль.

Наполовину сожранное сердце темной эльфийки падает на пол. И неизвестный с лицом, полным недоумения, злобы и удивления, поворачивается к Виктору.

– Ты кто, скотина?! – поинтересовался Виктор, не встретив, впрочем, никакого понимания на лице волосатого дикаря жутковатой наружности.

– Это Молох, – произнес Михаил. Измазанный кровью бог перевел на него взгляд и вздрогнул. Видимо, узнал.

– А это была моя жена! Шлемазл, – выплюнул Виктор. – Контракт разорван! – И, совершенно не думая о последствиях, наступил на ту малую печать, которая описывала Молоха. Раз-раз ножкой и стер все. Узоры выжигали все на камне. Однако выкрошил он этот участок печати на удивление хорошо и быстро. Словно из песка был.

– А-а-а-а-а! – дико заорал Молох, скручиваясь на полу в какую-то жуткую позу. По всему его телу пошли бугры выворачиваемых узлами мышц. Лопалась кожа. Вытекали глаза. Доносился какой-то хруст – явно ломались кости. В общем – припекало знатно. Причем быстро, и сопротивляться он не мог.

– Вернуть ее нельзя? – нервно спросил Виктор у Ллос.

– Он поглотил ее энергию полностью. А души смертных слишком слабы, чтобы сохранять целостность, лишившись сил.

– Скотина… – процедил Виктор. – Почему он не развоплощается?

– Ты забрал у него всю силу, кроме энергии поглощенной души, – ответила Ллос.

Виктор спокойно подошел к корчащемуся на полу богу. Достал нож и, придавив дергающуюся тушку ногой, начал вскрывать тому грудную клетку. С каким-то холодным остервенением. Молча. Молох, впрочем, тоже не издавал никаких звуков, ибо, видимо, попросту уже не мог.

Уцепившись руками за края грудной клетки, Виктор развел ребра в стороны. До хруста – пока не сломались. Под ними билось сердце. Уже поврежденное ножом, но все еще живое – бога не так просто убить.

– Это была моя жена! – повторил парень с нажимом и, вырвав сердце Молоха, вгрызся в него зубами. Получалось плохо. Но он старался.

К счастью, вся эта вакханалия не продлилась долго. Уже секунд через десять сердце в руках Виктора осыпалось прахом, вслед за телом Молоха.

Парень осел на колени и вытер лицо.

Несмотря на то что все тело Молоха рассыпалось прахом, кровь на лице и руках осталась. Удивительно, да и только… И тут он заметил – вокруг него крутились какие-то странные полупрозрачные вихри.

– Что это? – куда-то в пустоту выдал вопрос Витя.

– Сила, отобранная тобой у Молоха, – вкрадчиво произнесла Ллос. – Ты можешь ее забрать себе и стать богом.

– Ну, уж нет, – раздраженно произнес Виктор. – Ее можно как-то законсервировать? Ну, как тот кристалл с магической энергией?

– Да, – кивнула Ллос и показала, как работать с такими вещами. Получалось так себе. Часть энергии улетала в пустоту или тишком перехватывалась многоопытной плутовкой. Но получалось.

– А вы что смотрите? – раздраженно бросил Витя натуральной толпе богов. – Вам что, заняться больше нечем? Или в вас мы тоже обманулись, как в этом полудурке?

– Ты это нам? – удивленно вскинул брови Михаил.

– Да нет, – мотнул головой Виктор. – Этим. Они думают, что я их не вижу.

– Я ничего не вижу, – пожал плечами Михаил и огляделся. – У тебя галлюцинации?

В этот момент все оживленные боги проявились. Разом. От чего все смертные отшатнулись. Виктор обвел их мутным взглядом и, поднявшись с пола, молча пошел на улицу, прихватив со стола початую бутылку виски. На пороге он остановился, запрокинул голову и влил в себя полбутылки. Закашлялся и облился.

Вышел.

Сел в удобное кресло.

Завис.

Легкий шорох где-то сбоку.

– Не берет, – констатировал факт Орлов, не оглядываясь. Он каким-то образом почувствовал, кто там. Он теперь всех вокруг не столько видел, сколько чувствовал. Это было странно, необычно, необъяснимо, но Виктор не обращал пока никакого внимания на эту аномалию. Не до того.

– И не возьмет, – вкрадчиво произнесла Ллос. – Теперь. Ты вообще понимаешь, что сделал?

– Не очень… Что я опять натворил? Почему эти молча за всем наблюдали?

– Зачем нам было вмешиваться? – произнес подошедший седовласый мужчина с повязкой на одном глазу. – Он сам себя подставлял так, что его сила перешла бы нам. Еще бы минуту-другую, и все сработало бы без твоего вмешательства. Печати составлены странно, но в целом правильно. Если бы их делать по уму, то он даже не смог бы ей вреда причинить, но что сделано, то сделано.

– А он этого не понимал?

– Понимал. Просто изголодался по крови – это же его любимое лакомство. Не сдержался.

– Ясно. И все же – что я все-таки натворил?

– Заменил в печати Молоха на себя.

– Приплыли…

– Энергию ты пока не принял, а значит, пока еще не бог.

– Обрадовал. И кто же я теперь?

– Сам не знаю, – пожал плечами одноглазый. – Твоя душа сильно укрепилась. Ты теперь видишь нас даже в энергетическом состоянии. Можешь работать с божественной энергией. Но… ты все еще смертный.

– После смерти в одиночку не попаду?

– Кто знает? – вновь пожал он плечами. – Я ничего такого раньше не встречал. Тут тебе нужно пообщаться с дхарами. Возможно, они прояснят ситуацию. Но в любом случае – спасибо. Мы все благодарны тебе. Хоть ты и отнял у нас лакомый кусочек под конец…

Немного посидев в кресле, Витя отправился к останкам жены.

Тело Селентис было разорвано от плеча до пояса. Кровь, парное мясо и внутренние органы, развалившиеся по полу. Просто натюрморт а-ля Босх. Там он и залип. Любви между ними не было. Но легче от этого не было. Больно и обидно. Очень. Прежде всего, из-за гнетущего чувства бессилия.

– Пора уходить, – положив ему на плечо руку, произнес Михаил.

– А как же похороны?

– Время поджимает. Боги уже начали делить мир. Братья пока держатся, но уже сейчас видно – не жильцы. Планету лихорадит. Дорога каждая минута.

– Но ее нужно похоронить.

– Не нужно. Мы сожжем тут все. Тело кремируется и смешается с землей. Так будет лучше.

– Сожжем?

– Да, – произнес Михаил и открыл перед Виктором клапан странного вида большой сумки, перекинутой через плечо. Она была полностью забита теми самыми кристаллами, переполненными магической энергией, что использовали чуть раньше для установки завесы. – Я забрал почти все из накопительной залы. Самоуничтожение системы через три часа. И нам лучше быть подальше. Взрыв будет не сильный, но в радиусе нескольких километров останется одна лишь выжженная земля.

– Ясно, – кивнул Виктор. Встал. И направился к автомобилю, прихватив с пола сумочку Селентис со смартфоном и кое-какими мелочами. Она уже успела обзавестись большим количеством всяких девайсов похлеще любой современной девушки.

Часа через три, как Михаил и обещал, за спиной знатно ухнуло. Но они уже были довольно далеко. Да и… Виктору было плевать. Он так измотался, что уснул натурально мертвецким сном. Последние сутки ему досталось изрядно.

Глава 8

Перелет обратно проходил спокойно.

Все ожидали какой-нибудь каверзы, но обошлось.

А вот на земле, как оказалось, уже творилась какая-то чертовщина. Новостные каналы лихорадило. Старые боги развили дикую активность. Места силы братьев падали одно за другим. Резко повысившийся магический фон обильно сдабривался божественной активностью. А из лесов то здесь, то там вылезали чудовища. Панические нотки звучали по всему миру. Виктор смотрел новостные каналы в Интернете и просто не мог поверить тому, что они вещали.

Чего стоили только кадры из Каира, где полчища непонятных псоглавых гуманоидов штурмовали какую-то очередную мечеть под предводительством чудовищных размеров скорпиона, вместо головы которого был торс мужчины. Или ожившие столетние дубы во Франции и Германии. Страсть, да и только.

В аэропорту их никто не ждал. Сели и сели. Правительству было явно не до них. Старые боги резвились на славу…

Добрались до дачи довольно быстро. И наткнулись на следы боя.

Многочисленные безликие трупы в камуфляже по периметру. Вынесенные ворота. Закопченный остов БМП во дворе. Снова трупы непонятных мужчин в форме с непонятными знаками различия.

– Эй! Кто живой есть? – крикнул Виктор.

– Вернулись? – поинтересовались из-за дома на языке темных эльфов. – Вернулись! – заорала выглянувшая голова с белокурыми волосами.

Кто-то рыбкой нырнул в портал, и оттуда спустя пару минут высыпал народ.

– Что у вас тут произошло? – обводя взглядом общий разгром, поинтересовался Виктор, обращаясь к Валинору.

– Дом, с которым ты заключил договор, решил его пересмотреть в одностороннем порядке. Нас пытались захватить.

– Много погибших?

– Ализель, – максимально выдержанным тоном произнес пращур.

– Что?! – хрипло переспросил Виктор.

– Когда дачу окружили – она решила пообщаться. Вышла. Повздорила. И получила очередь из крупнокалиберного пулемета.

– Ясно, – сухо кивнул Витя. – Дети как?

– Двое выжили.

– Черт! Черт! Черт!

– Они на крыльце стояли. Любопытствовали. Вот той очередью, что Ализель убило, их и накрыло. Крупнокалиберный пулемет на такой дистанции серьезный аргумент. Легкие индивидуальные щиты снесло так быстро, что отреагировать даже не успели.

– Большие потери в целом?

– Только дети и Ализель, – хмуро произнес Валинор. – Мы поэтому всех на ту сторону портала и перебросили. На всякий случай. Тут стало опаснее. А там мы пока прикрыты завесой.

– А где была Кали? Почему она не вмешалась?

– Я была в Индии, – произнесла женщина, вышедшая из портала одной из последних. – И поверь, когда я вернулась – все причастные ответили самым суровым образом.

– Кто именно выжил из детей? – подавленно поинтересовалась Цири.

– Кира и Глеб. А где Селентис?

– Убили.

– Соболезную, – нейтрально произнесла Кали. – И да, Виктор, я хочу уйти.

– В смысле?

– Ты ведь пойдешь туда, – кивнула Кали на портал. – Будешь сражаться за свои интересы. За свое будущее. А мое место здесь и сейчас. Идет передел мира…

– Знаю, – перебил ее Виктор.

– Да и дети нас больше не держат.

– А так бы удержали?

– Нет, – после долгой паузы произнесла Кали.

– Нехватка сил?

– Так ты знаешь? Да?

– Ллос рассказала.

– Это просто невыносимо. Ежедневные мучения на протяжении тысячелетий…

– Хорошо, – вновь перебил ее Виктор. – Но только после того, как поможешь протащить через портал в тот мир все, что нам нужно. Больше портал сможешь сделать?

– Это потребует определенных усилий, – замялась она.

– Такой платы хватит, – сухо осведомился Виктор, протянув ей на открытой ладони шарик спрессованной божественной силы. Той самой, что отнял у Молоха. Когда он был спрятан, то удивительным образом терялся из виду всех желающих его найти. Даже Ллос не смогла найти, специально обыскивая. А показанный открыто проявился во всей красе…

– Хватит, – с трудом выдавила она.

– Сначала – портал. Потом плата, – произнес Виктор, убирая шарик обратно поближе к телу.

– Откуда это у тебя?

– Бога убил, – не мигая, ответил парень. – К делу. Вольнов жив? Или он тоже был причастен?

– Его больше нет. Мне нужны были сведения. А оставлять в живых после того, как я с ним обошлась, – нехорошо. Там… в общем, там не на что больше было смотреть.

– Ясно, – хмуро кивнул Виктор, с нарастающим раздражением смотря на эту женщину.

Кроме того, ситуация несколько осложнялась. Казалось бы – бардак. Он хорошо подходит для темных дел, но только если знать, куда и к кому обращаться. А Виктор не знал. И никто из его окружения не знал, потому что все контакты Кали выжгла к чертям собачьим. Ее понять можно – убили детей. Но Витя слегка растерялся в такой ситуации. Хоть лично поезжай на какую-нибудь военную базу и отжимай с боем ценное имущество. Приплыли, в общем.

Глава 9

В мире продолжал нарастать хаос.

То здесь, то там мелькали различные боги собственной персоной на виду толпы. Творились чудеса. Слишком долго планету досуха выжимали в плане магического фона. Слишком долго она подстраивалась под суровое голодание в этом плане. И вот теперь, когда магическая энергия хлынула полноводным потоком, случилось наводнение. Структура мира за минувшие пятнадцать тысяч лет тупо изменилась. А потому она не была готова к такому изобилию. Из-за чего общий фон вырос очень существенно – много выше естественного показателя. Потом, конечно, будет откат. Но сейчас словно грибы после дождя полезли всякие лешие с сатирами со всех щелей.

Самым интересным же оказалось то, что, несмотря на творящуюся вакханалию, продолжали работать телевидение и Интернет. И даже более того – многие каналы и информационные агентства повышали свои рейтинги и просмотры. Прежде всего потому, что повадились приглашать всяких необычных существ на ток-шоу и зрелищные интервью. И если поначалу – очень осторожно, то после того, как в прямом эфире CNN разгневанный Сет обратил ведущую в прах, начался натуральный бум. Хлеба и зрелищ! Толпа взревела в предвкушении, и деятели культуры охотно отозвались. Да и сами боги не плошали. Перун братался в фонтане с бойцами ВДВ. Морриган пела в итальянской опере. Анубис читал лекции о бальзамировании в Сорбонне. И так далее.

Мир плющило на славу.

Но главное – он стремительно стал уживаться и взаимно интегрироваться с новыми факторами. Техногенный человек привычен к чудесам. Ему что киборг, что бог, что смартфон – все едино. Главное понять, на какую кнопку давить для получения нужного результата. А вот государства трещали по швам – выплеснулись давно копившиеся противоречия под толстым слоем сальной политкорректности.

Но Виктора это мало волновало. Он находился в сложном психологическом состоянии. Смерть двух жен и четырех детей ударила по нему кувалдой, оглушая и выбивая из колеи. Он загрустил. Скис. Погас. Разве что не пил. Но все одно – ничего не хотелось.

Кали, расширив портал, смылась в Индию, где стала натурально местной звездой. Михаил со своими ребятами искал подходы к армейцам. Благо тысячелетний опыт войн и службы позволял легко понимать чаяния и трудности служивых. Цири возилась с оставшимися детьми. Ллос осуществляла охрану периметра и не только… Самым ярким впечатлением для Виктора стало то, что Ллос стала возиться с его детьми. Не так чтобы выступая нянькой. Нет. Но вот участвовать в их жизни начала очень активно. Общаться. И даже играть. Однажды у Виктора даже челюсть отвисла, когда на его глазах Кира, оседлав огромного паука, удирала от Глеба, пытающегося ее догнать на детеныше темной пещерной пантеры. Тут и новых способностей не требовалось, чтобы понять – пауком была сама Ллос. Лично. Больше в округе никто из своих так не развлекался, а чужаков она бы не пустила без боя… Она явно подлизывалась для чего-то…

Смеркалось.

Виктор сидел в плетеном кресле и смотрел на сочную луну, ярко светящуюся на безоблачном небе.

– Красивая? – спросила Ллос, беззвучно подобравшись к Виктору. Впрочем, его новые способности позволяли чувствовать, где она находится в радиусе километра. Да и вообще – спектр того, что он видел, слышал и чувствовал, расширился невероятно. Какие-то ауры цветочков и деревьев. Эмоциональные всплески. И так далее, и тому подобное. Что, кстати, изрядно доставало и напрягало.

– Я не знаю, что делать.

– Никак не можешь смириться с их потерей?

– Да. И виню себя. Не понимаю, как так вышло….

– Ты во всей этой истории виноват только в том, что пытался хоть что-то делать.

– Я оставил детей на богиню и верховную жрицу. Понимаешь? Они две стоили пары закаленных армейских корпусов по самым скромным оценкам. И что я вижу? К Ализель никаких претензий. Просто не повезло. Хотя могла бы быть осторожнее с толпой вооруженных людей. А вот эту идиотку Кали – не прощу. Все бросила и ускакала за личным могуществом. А дети?

– Ты мог это предотвратить? – повела бровью Ллос.

– Нет.

– И чего ты себя накручиваешь?

– А ты тогда чего себя накручивала?

– В каком смысле? – нахмурилась темнокожая богиня.

– Из-за чего была та драка, где ты потеряла над собой контроль? Псих-то ты знатный. Этого не отнять. Но вдумчивый. С ума сходишь строго по расписанию.

– С мужем повздорили.

– С Аматероном?

– О, нет, – усмехнулась Ллос. – С мужем. Аматерон – любовник.

– А мужа я знаю?

– Нет. Я его убила задолго до твоего рождения. После чего эльфы и раскололись на фракции. Солнечных забрал Аматерон. Лесных – Адрия. Лунных – Исфар. Ну и темных – я.

– Что вы с ним не поделили?

– Всеми считается, что я захотела власти и решила свергнуть Корнелиуса, дабы стать верховным божеством всех эльфов.

– А на самом деле?

– Тебе эта версия не нравится?

– Но ведь у тебя же есть и своя, не так ли?

– Есть, – усмехнулась Ллос. – Корнелиус хотел поставить эльфов под удар, грозящий им полным уничтожением.

– Он этого не понимал?

– Скорее считал, что ничего страшного не произойдет. А когда понял, что я решительно против его желания, попытался изменить мою сущность и лишить силы.

– В этом были как-то замешаны кхеты?

– Это так очевидно?

– Мне кажется, ты слишком легко и охотно поддержала мое желание с ними бороться.

– Им потребовались лояльные маги для войны далеко за пределами нашего мира. Даже если они и не задумывали какое-то зло, нам это ничего не давало. Вообще ничего, кроме проблем. Но Корнелиус был неумолим. Именно поэтому, победив его, я разделила власть с другими богами над эльфами, хотя могла все забрать себе.

– Но ведь так легче их подминать под себя.

– Может быть. Зато не всех и не сразу. Мой поступок резко обострил конкуренцию, из-за чего интеграция эльфов в державу кхетов стала технически сложным решением. По крайней мере, пока.

– Ясно, – кивнул Виктор и надолго залип, встретившись с ней взглядом.

Тьма, парящая из ее глаз, завораживала, придавая не жути, но таинственности и какой-то особой эротичности. Однако вместо возбуждения перед глазами Вити вдруг проскочила плеяда событий, так или иначе связанных с Ллос. Начиная от странного поведения в анклаве Аматерона при первом знакомстве и заканчивая гибелью Селентис. Вот так взять и просто убить верховную жрицу богини, стоящей рядом? Странно. Но главное – Виктор вдруг почувствовал, что его окутывает паутина. С ног до головы.

– Признайся, ты ведь наблюдала за мной до нашего знакомства.

– Признаюсь, – кивнула Ллос. – Наблюдала.

– Понятно. Ладно, Селентис твоя работа. Тут и гадать нечего. А как ты организовала нападение на дачу?

– Я не организовывала нападение. Честно.

– У меня осталась только Цири из четырех жен. Ты ведь собственница. Ты охотишься на меня. Так? Не отрицай. Это очевидно. Цири ты тоже хотела как-то устранить? Убить?

– Ты подозрительней меня, – усмехнулась Ллос.

– Детей-то за что?

– Я не организовывала это нападение, – медленно произнесла Ллос. – Если хочешь – поклянусь собственной силой.

– А в чем был твой план? Только честно. Хотя… все равно ведь обманешь.

– Не обману, – внимательно смотря в глаза Виктора, произнесла Ллос. – Селентис я действительно пожертвовала. Просто убрала с нее защиту на несколько мгновений, чем Молох и воспользовался. Он же тупое животное, у которого в голове плескались слюни, вместо мозгов. Зачем вы его выбрали – ума не приложу. Твою реакцию несложно было просчитать. Ты ведь буйный и решительный.

– И чего ты хотела?

– Чтобы ты стал богом. Пусть слабым. Но богом.

– И как бы ты делила меня с Кали? Убила бы, забрав остатки силы?

– Слушай, ситуация с Селентис – стихийная. Я ее не продумывала заранее. Повторюсь – то, что произошло здесь, я никак не организовывала. Селентис – да, хотела убить и воспользовалась случаем, надеясь, что ты не заметишь. Но не более того. А Кали… Понимаешь, вы слишком разные. Как временный попутчик она прекрасно подходила. Но потом, как ситуация стабилизировалась бы, она ушла бы. Ей все это не нужно. Она и пожелала стать твоей женой только для того, чтобы удрать из-под пресса клятвы Валинора. Думаю, это очевидно.

– Разумеется, – кивнул Виктор, прекрасно понимавший подобный нюанс. Вся его семья была одним большим политическим узлом хитровывернутой конструкции. Как говорится – ничего личного, только бизнес. И секс, и рождение детей, и нежные слова. Все это было подчинено политической сообразности и конъюнктуре.

– Ализель и Цири. Что ты планировала делать с ними?

– Ничего, – усмехнулась Ллос. – Ты полагаешь, что я считаю их ровней? Наложницы – не более того. Сколько хочешь – столько и заводи, меня это мало беспокоит. Только со жрицами осторожнее. А лучше со мной советуйся. Можешь попасть в такие проблемы, что даже я не вытащу.

– Ясно, – кивнул Виктор задумчиво. – План был хорош, но трупов оказалось несколько больше ожидаемого. Ализель – ладно. А дети тут при чем?

– Проклятье! Я же тебе говорю – я их не убивала, – прорычала Ллос. – Или тебе моего признания в убийстве Селентис мало?

– Отнюдь. Я удивлен и благодарен. Не думал, что ты будешь настолько откровенна со мной. Но дети… Я совершенно подавлен и растоптан. Никогда бы не подумал, что стану так переживать из-за них. Ведь толком даже не возился с ними. Так…

– Если хочешь, мы сможем их вытащить.

– КАК?!

– Их же не бог поглотил. Значит, душа ушла с определенным запасом сил. Другой вопрос – что делать с телами? Их-то совершенно разрушило пулями. Тут либо нежить какую из них поднимать, либо конструкт. Я бы и раньше предложила, но сам видишь – варианты так себе.

– А в чьи-то тела вселить?

– Можно. Но чьи? Ты хочешь убить четверо детишек? – удивилась Ллос. – На тебя это не похоже.

– Зачем убивать? У Валинора в Дол Амоне есть несколько тел. Они пустые. Находятся в глубокой консервации.

– Взрослые тела?

– Да.

– Плохая идея. Твоим детям ведь было года по полтора. Они совсем еще крохи.

– А что не так?

– Ну как ты себе представляешь взрослую женщину с сознанием годовалой девочки?

– Арьяна справится. Мало того – они с Валинором будут счастливы. И внуков с внучками вернули, и четверых и’ри’тори обрели. Да и вообще, четыре взрослых малыша намного лучше, чем четыре мертвых. Как быстро ты сможешь их вытащить?

– Хоть сейчас. Мы как вернулись, я их души сразу подобрала. На всякий случай.

– И ты молчала? – обалдело переспросил Виктор.

– А ты себя видел? – усмехнулась Ллос. – О чем с тобой вообще можно было говорить? Повеситься не повесился бы, но зомби однозначно живее выглядят. Я уже думала, что ты сломался. Хотела даже добить из жалости. Но не стала. Цени мою заботу. Не каждому она дана.

– Ценю. Спасибо, – с самыми теплыми нотками в голосе произнес Виктор.

– И не обманывай больше моих надежд. У меня на тебя большие планы, – обольстительно улыбнулась Ллос, демонстрируя свои изящные белоснежные зубы с сильно выраженными острыми клыками.

– Я заметил, – краем рта усмехнулся Витя.

Глава 10

Виктор сидел в кресле, пыхая сигарой, и думал. Очередной этап его жизни подходил к концу.

Кровь и вино. Иначе и не назовешь.

Портал закрылся.

Кали ушла.

Завеса упала, обнажив восстановленный из руин Дол Амона. Валинор с Арьяной расстарались. Получилась своеобразная идиллия странной, практически эльфийской архитектуры: изящные ажурные мраморные домики, окруженные могучими деревьями с раскидистой кроной. Красота, да и только! И все бы ничего, но между зданиями стояло огромное количество всяких ящиков, бочек, грузовиков, цистерн, прицепов и разнообразной военной техники. Ну и прочих техногенных объектов цивилизации XX и XXI веков, вроде полевых кухонь и автономных электрогенераторов. Выходила этакая эклектика в духе трактора ДТ-75 в эльфийской роще. Но главное не это.

Вчера Виктор имел очередной долгий разговор с Ллос…

– Все вон, – произнесла темнокожая богиня, входя в комнату, где шло очередное оперативное совещание штаба. Несмотря на наглость и вздорность поступка, никто не стал сопротивляться. С этой женщиной ругаться мог позволить себе только Виктор, а они сами себе не злобные буратины.

– Как это понимать? – повел он бровью после того, как последний участник совещания покинул помещение и прикрыл за собой дверь.

– Мы должны оформить наш союз.

– Хм… Ты уверена, что мы не спешим?

– Или мы заключаем его прямо сейчас, или я ухожу и рву с тобой, – произнесла Ллос, смотря давящим взглядом на Виктора.

– Что случилось? – обеспокоенно спросил он. – Ты беременна?

– Что?! – опешила богиня и, спустя несколько секунд замешательства, зашлась звонким, задорным смехом. Никогда на памяти Виктора она так не смеялась. До слез. Заливисто.

– У тебя очень приятный смех, – задумчиво произнес он. – Почему ты так редко смеешься? Я прямо слушал с улыбкой от уха до уха. Очень понравилось. Но все же, что случилось?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Иван Семенович Орлов – отец главного героя – Виктора Орлова.

Вернуться

2

Елена Георгиевна Орлова – мать главного героя – Виктора Орлова.

Вернуться

3

Майор Вольнов – сотрудник ФСБ, ведущий «дело Орлова», связанное со странным исчезновением Виктора Орлова и последующими событиями.

Вернуться

4

Госпожа Бхарти – аватар бога Кали на Земле. Представляет ее интересы. Кали является одной из жен Виктора, подробнее о том, как это получилось, можно почитать в томе: «Погранец повышенной проходимости».

Вернуться

5

Селентис – темная эльфийка, одна из жен Виктора (вторая) и верховная жрица богини хаоса Ллос.

Вернуться

6

Ализель – солнечная эльфийка, одна из жен Виктора (первая) и верховная жрица бога солнечного света Аматерона.

Вернуться

7

Цири – женщина и’ри’тори, одна из жен Виктора. Освобождена им из заточения в томе: «Погранец повышенной проходимости».

Вернуться

8

Кали – богиня разрушения и борьбы, одна из жен Виктора. Отличалась кожей сочного темно-лазоревого цвета и двумя парами рук.

Вернуться

9

И’ри’тори – гуманоидная раса с особенными врожденными способностями и внешними видовыми признаками. Возникла на далекой планете (А-Юр). Подробнее об истории этой расы можно почитать в томе: «Погранец повышенной проходимости».

Вернуться

10

ЧВК – частная военная компания. В России официального статуса пока не имеют, но уже существуют в количестве и активно используются как внутри страны, так и за ее пределами.

Вернуться

11

Валинор и Арьяна – прародители Виктора, которых он воскресил в предыдущем томе. Именно их ребенок с запечатанной кровью был отправлен на Землю, чтобы избежать гарантированного уничтожения.

Вернуться