Рецепт бестселлера для графомана, или Как похудеть, обжираясь на ночь
Наталья Волохина

Но плохо за часами наблюдали счастливые

И нарочно время замедляли трусливые,

Торопили время, понукали крикливые,

Без причины время убивали ленивые.

И колеса времени стачивались трением —

Все на свете портится от трения.

И тогда обиделось время,

И застыли маятники времени.

И двенадцать в полночь не пробило,

Все ждали полдня, но опять не дождалися

Вот какое время наступило,

Такое нервное – взгляни, Алиса.

(В. Высоцкий)

© Наталья Волохина, 2020

ISBN 978-5-4485-7926-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора

Начиная и заканчивая день, отринувшись от быта, учёбы, лечёбы, писательства, я прислушиваюсь к себе и формулирую ощущение себя в данный, конкретный, момент жизни. Иногда записываю – «Утренние мысли», «Вечерние мысли, упорно косящие под утренние». Некоторые записи, касающиеся, по моему мнению, замысла книги, я в неё включила. Что касается самого замысла, объяснять всегда пустое занятие. Все равно, каждый прочтет про своё.

Лично мое мнение. Каждый может все, что угодно, но не каждому это дано.

P.S.

Книга сложилась в то время, когда я работала над повестью «Хотим сожрать мир». Некоторые её части органично ложились в канву моих размышлений о причинах массовой графомании и других социальных процессах, затронутых в «Рецепте бестселлера…». Я решила их оставить. Заинтересовавшийся читатель может прочесть повесть, как продолжение.

Наталья Волохина

Часть первая. Рецепт

Графоманы жизни

«Представьте, что вы известный автор. Печатаетесь в популярных изданиях. Родные и близкие горды за вас, а нерадивые знакомые завидуют и болтают, что связи решают всё. Но вы понимаете, что популярность не свалилась на голову, вы её заслужили. Заслужили своим отношением к делу, работоспособностью, верой в собственный успех, креативностью и бесстрашием.

Думаете это не про вас?! Что-то не умеете? Не беда.

Знайте – это не таланты, а навыки.

Ключевая разница: навык формируется, а талант раскрывается.

Любой путь начинается с первого шага. Мы открываем таланты и формируем навыки, чтобы вы стали популярным автором.

Запишитесь на наш курс».

(Реклама)

Запишитесь на наш курс популярных авторов жизни. Мы откроем ваш талант и сформируем навыки жить. Сколько сразу графоманских судеб охладило взмахом крыльев дегенеративных пегасов мой закипающий мозг! У некоторых из них писательская и личная жизнь писаны под копирку. Эдички, …еллеры, …взоровы. На каких курсах раскрыли их таланты. Интересно, богато жить – это талант? А преданность научной идее, самоотверженный труд ради неё – навык? Кем и зачем пропихивается и вкладывается в незрелые «ананасы» псевдо-талантов ядовитое удобрение подмены. Особенно ужасают плоды гибридов псевдо-поэтов. Опасность не в массовом опылении дурновкусицей, опасней вирус сознания. Казалось бы, как в любой попсе, не нравится голый толстый живот и ж… па – не носи модные брюки со спущенной талией. Брезгуешь стихотворными уродцами – не читай. Нет, тут этот номер не пройдет. «Нам не дано предугадать, Как слово наше отзовется…». А из опыта очевидно, что «скромненький синий платочек» вона как отозвался, а «каждый вечер, в час назначенный» в десятилетия страшных годин на плаву держал, души исцелял. Если талантливое лечит, бездарное калечит. Не надо быть Спинозой, чтобы это постичь, не обязательно лезть в философские дебри о том, что «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было в начале у Бога. Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть…», что мысль (она же слово) материальна, словом можно ранить и исцелить, и прочие затертые истины.

Стих обладает своей мелодикой, ритмом, энергетикой невероятной по силе воздействия, воздействия, даже не на ум (который может быть разным), на ДУШУ. Сознание – материя единая и все, что мы сотворяем и чем испражняемся, не в физиологическом смысле, часть данной материи. И узоры из фекальных стихотворных масс становятся частью каждого из нас. Общее оно, сознание, на всех землян, как планета наша. Если ваш сосед не чистит выгребную яму в дачном сортире, на вашей шикарной фазенде жизнь меняется. Либо на невыносимую, либо на привычно вонючую. Второе хуже. Вы превращаетесь в санитарку из больницы для бедных, для которой запах лекарств, больного нечистого тела, аммиачного туалета, общепита настолько привычны, что она его не замечает. Из больницы можно уволиться, из общечеловеческого сознания – никогда, если только, из этой жизни.

Особенно ранимо существо юное, часто в наши дни, не обремененное литературными познаниями, не привитое хорошей литературой, не сформировавшее иммунитет ко всякому хламу. «Мы плохо умеем отделять настоящую книгу от рыночного хлама. То и другое одинаково имеет вид книги», – писал А. Блок. Но тут и рыться нигде не надо, вышел в «сеть» погулять, она тебя и поймала. Рифмованный, слезоточивый, «со смыслом» бумеранг бум о твою головенку и полетел в другие, но к тебе обязательно вернется. Почему? А уже опылился. И ладно бы: «Люби меня, как я тебя», а тут – то все по-взрослому: «Никто меня не понимает, И потому я ухожу…». И это еще не так страшно. Ритм, вибрация стали твоими, ты уже вскочил на подножку и едешь в далеко не безобидном «рэпьем» поезде. И слоганы «лесом едем – лесом поем» больше опасны не своей бессодержательностью, а разрушительным, деформированным ритмом, ритмом жизни, становящимся судьбой.

Слышу, как плюются и поносят мою умствующую галиматью. Бог с ними, переживу. А вот прислушаться к ритму, рифме – голосу сегодняшнего дня – не мешало бы. Что читаем, что поем, что слушаем, так и живем, оно и есть наша жизнь. Если перестроечная писанина была: чернуха, порнуха, заказуха, грязь, мразь, слизь, то сегодня: попсуха, цитаты, задерганные до невменяемой обесцененности, корявые философские вирши на тему, как трудно и, как правильно жить. А на самом деле, создавать видимость жизни, подпрыгивая время от времени в руках кукловодов, дергающих за веревочки сверху, или неожиданного тычка сбоку от товарищей по навыку «жить».

Даже озверелые мастера – чернушники весь свой пыл утратили, только злобный взгляд на афишах остался.

«Однако результат, в свою очередь, воздействует на причину. Тотальная разобщенность порождает графоманию, но массовая графомания в то же время обостряет чувство тотальной разобщенности. Изобретение книгопечатания когда-то дало человечеству возможность взаимопонимания. В пору всеобщей графомании написание книг обретает обратный смысл: каждый отгораживается собственными словами, словно зеркальной стеной, сквозь которую не проникает ни один голос извне». (М. Кундера)

Плохие ботинки можно не покупать, дачу рядом с нечистоплотным соседом продать, а плохие стихи и книги – только не поощрять. Самогон, как и графомания, был и будет. Но, согласитесь, когда есть качественные напитки, его меньше покупают. Запретить, искоренить – невозможно, а снизить потребление, причем, не обязательно через запрет, получалось.

***

Что читаем, что поем, что слушаем, так и живем, оно и есть наша жизнь. В чем причина массовой графомании и так ли она безобидна?

***

«Как стать популярным автором. Рекомендации М. И.

Есть три традиционные цели:

1. Написать книгу, чтобы самому лучше разобраться в интересующей теме.

2. Стать известным.

3. Заработать денег.

Определитесь сначала с целью, а потом с тем – каким еще способом можно ее добиться. Перечисленных целей можно достичь не только с помощью книги, особенно в наше время».

(Реклама)

***

– Наташа, здравствуйте. Хотел у вас посоветоваться. Вы вот размещаете книжки на Х. И как продается? За сколько можно физическую книгу забрать?

– Художественная литература будет продаваться трудно и малодоходно, а если вы напишете книгу, н-р, «Как я бросил курить», шансов гораздо больше. Безусловно, вам понадобится редактор и корректор, услуги, которых издательство предоставляет. Но если вы рассчитываете таким образом ЗАРАБАТЫВАТЬ, оставьте эту иллюзию.

– … нет зарабатывать не хочу вопрос в том чтобы появилось в магазине, чтобы можно было тираж на подарки сделать чтобы номер присвоил а так я хоть рубль выставить могу желаемую комиссию автору имею ввиду имею*…а в гуглы книги можно или как?

(Орфография и пунктуация автора обращения)

***

– Сергей! Пока есть минутка, хочу поблагодарить вас за замечательную серию постов «Зачем пишут книжку?». Сегодня очередная информационная диверсия набирает обороты. Поскольку «дурилки» масс-медиа по силе наркотического воздействия уже не дают возможности народу «догнаться», появилась новая стратегия – «не можете читать и слушать – пишите». Поощрение массовой графомании имеет, на самом деле, большой скрытый смысл. Считаю, что маленькие капельки «отрезвления» и «осознания» обязательно возымеют результат. Эта гомеопатия полезна хоть частично вменяемым.

***

«Издать свою книгу легко.»

Х – независимая писательская платформа

***

«Популярное

Стихи на 8 марта

Стихи девушке

Стихи парню

Стихи про разлуку

Стихи о жизни

Стихи о себе

Стихи о любви

Стихи про измену

Как написать стих

Как сочинить стих»

(Реклама)

***

ВЕЧЕРНИЕ МЫСЛИ, УПОРНО КОСЯЩИЕ ПОД УТРЕННИЕ

Если бы я все еще была способна удивляться, удивлялась бы огромному количеству предложений разных сайтов публиковать всем подряд свои стихи. Если бы у меня случилось умопомрачение, и я их стала читать, то ни она больница не приняла бы меня даже в реанимацию, только в морг. Впрочем, ничего удивительного, пишут же все, кому не лень, то, что именуют музыкой, исполняют её и выкладывают на разных сайтах. Интернет – замечательная возможность для творческого человека, которой мы были лишены раньше, показать кому-то плоды своих трудов. Но он же и возможность удовлетворить зуд причинных мест графоманам и псевдо-композиторам. Как-то стеснялись мы раньше называть себя писателями, поэтами, композиторами, пока сие не признано было людьми сведущими. И напоказ выставлять свои творения не спешили, требования были к себе высокие. За исключением авторов, подвизавшихся на идеологической ниве. Но там ни морали, ни совести, нечем себе посигналить, нажать на тормоза. Впрочем, это просто вечерние мысли…

***

«Люби меня, как я тебя…»

***

«Любовь познать, большое счастье!

Она вдыхает жизнь, уносит все ненастья,

Несёт тебя, не замечая ни одной преграды,

На крыльях ветра к милой, ненаглядной!..»

(Золотой самиздат)

***

ВЕЧЕРНИЕ МЫСЛИ

– Писал и писал, писал и писал! Сволочь!

Думали, энурез, оказалось, графомания.

***

Первый, или Великий и посвященный

Один мужик на семинаре пересказал ему «Розу мира» Даниила Андреева. Это было судьбоносное событие. В голове Василия что-то щелкнуло, и вся информация, сваленная на многочисленных эзотерических тусовках, в чулане доселе девственного его интеллекта приобрела некие очертания. Василий немедленно заказал у книгонош, таскавших из столицы эзотерическую литературу, толстенную книжищу, влез в долги, вывалив за неё огромные деньжищи и с нетерпением приступил. Читать оказалось не так интересно, как слушать «перепев» товарища. Он зарылся во вторую-третью часть в надежде, что там вся вступительная муть кончится, но не тут – то было, автор все талдычил о каких-то особенных методах познания бытия. Вася, у которого все бытие заключалось в более короткой и ясной формулировке: работа, дом, магазин, семинар, работа, – затосковал, но мужественно взялся за Третью книгу и через десять – пятнадцать страниц, прочитанных «наискосок», удовлетворенно хмыкнул. Иерархия – понятие близкое советскому ребенку Васе – со сказочно звучащими названиями, с борьбой светлых и темных сил, совсем как в сказке, которыми он зачитывался до девятого класса, произвела на него огромное впечатление, не меньшее, чем в свое время игральные карты в виде порнографических фото, обнаруженные им во внутреннем кармане отцовского пиджака. Всю «муть» про исторические процессы в следующих книгах он в тот раз пропустил. А вот про духовное перерождение, потолковав со своим «крестным отцом», открывшим ему впервые откровения Андреева, худо-бедно почитал. Все последующие восемь лет можно назвать духовным перерождением автовазовца Василия. Он читал и пересказывал, читал и пересказывал соратникам по семинарам сей великий труд. Он стал знатоком и авторитетным толкователем доктрины, духовным последователем Великого посвященного. Пытались его сбить с толку Блаватской и Рерихом. Но с Блаватской после двух абзацев стало ясно, что все непреодолимо тёмно, а в Рерихе он уже тогда заподозрил конкурента и грузиться не стал.

Наступил новый поворотный момент. Просветленный автослесарь, не утратив от своих эзотерических изысканий, практической сметки и верткости, обретенных в «барачном» детстве, умело завершил предыдущий этап и выстроил лесенку в новый. Сначала товарищи заметили у Васи охлаждение к разговорам об «учителе» и его теории, потом он как-то невзначай обмолвился о доктрине, как об устаревшей, и надолго исчез, предварительно распустив через знакомых бабенок слухи о своем путешествии на Тибет, к ламам, в Индию, на Алтай. Личность его обросла легендами среди близких по духу, и когда он вернулся, поначалу непривычно молчаливый, с тощей косицей на бритой голове и многочисленными феньками на запястьях, подготовленный фурор в компании будущих последователей произвел невероятный. На все вопросы отвечал неохотно-таинственно, выдержав, необходимое для подогрева интереса, время, потихоньку стал делиться «новыми» мыслями, подготовил почву и начал проповедовать. Яростно выдаваемые в понятных, простых выражениях Андреевские постулаты, звучали свежо, горячили остывшую кровь упорных эзотериков, а главное, привлекали конкретным предложением. «Роза мира», изложенная практичным Василием, как собственно его откровение, предстала перед соратниками новым учением об устройстве и переустройстве мира. Ну, а скромный «Апостол Василий», просветленный великими духовными учителями в горах Тибета и Алтая, а на самом деле, дачниками Воронежской области, где он, перебиваясь для поддержания бюджета случайными заработками, ни много и ни мало писал книгу. Да! Василий переписал Андреева на современный, практический лад, с сохранением всех необходимых мистических атрибутов, в том числе, модных (зря он что ли столько денег кровных слесарских в семинары влупил), но с четким практическим предложением по переустройству мира, сохранению перевоплощаемой души в рядах светлых сил. Команда соратников, перешла в категорию сподвижников, совершенно бескорыстно на первых порах продвигая «новую» теорию и нового «учителя». Книгу, вычитанную и посильно выправленную сподвижницей – учительницей литературы, напечатанную на средства последователей, продавали сначала за совесть, а потом за деньги, особенно за те, что платили начитавшиеся «новообращенные» за семинары и тренинги новоявленному гуру.

***

УТРЕННИЕ МЫСЛИ

Проснулась утром, посмотрела тоскливо на комп и вспомнила свою же шпаргалку для самосохранения.

Эпитафия:

«До последней минуты метал бисер перед свиньями.

Сгорел на этой тяжелой работе. Со свиньями все хорошо».

НЕ обижайтесь, ребята! Это дружеский, ироничный совет.

***

Страшный случай в редакции модного журнала

В редакции одного модного литературного журнала произошел экстраординарный случай – заболели все сотрудники. Вы скажете, что ж тут неординарного, тем более, «экстра». Ну, эпидемия гриппа случилась, перезаражали друг дружку, да и всё. Вот именно, если бы гриппа, то все просто. Это только гриппом все вместе болеют, как верно заметил один известный мультгерой, а с ума сходят поодиночке.

А началось так. Редактора Анну Петровну и корректора Марью Петровну, почти одновременно, стали мучать ночные кошмары. Самое странное – содержание снов было совершенно одинаковым, до самых мельчайших деталей. А снилось им буквально следующее. Будто бы вычитывают они авторские тексты и никакой привычной головной или зубной боли не испытывают, чему очень даже в самом начале сна радуются. А зря, потому как ничего просто так не бывает. Обычные буковки и вполне обычные слова начинают шевелиться, как змеи на голове Медузы Горгоны, увеличиваться в размерах, менять очертания, и, в конце концов, превращаются в страшные, отвратительные чудовища, большей частью, земноводных гадов и тварей им подобных, безобразных. Эти из прозаических текстов. А всего страшнее жуткие насекомые из стихов начинающих авторов выползают. Знакомые, милые буквочки, оборачиваются маленькими педикулезными жучками с мерзкими харями. Быстро срываются они со страниц мониторного, «вордовского» текста и не врассыпную бросаются, а прямиком к Петровнам. И вот уже бегают за пазухой, за шиворотом и в прическе, щекочут тонкими ножками, покусывают, сеют вокруг из себя другие, более мелкие, гнидоподобные буквёшки, но самое страшное, кричат в уши дикие «нерифмованные рифмы», отчего не только все тело чешется, но и звенит в ушах, дико колотится немолодое литинститутское сердце и постклимактерическое тело просыпается в липком, холодном поту.

Вы скажете, работа тяжелая, да и тексты одни и те же читали, вот и сны видели одинаковые. Ах, если бы! Взять хотя бы дизайнера – верстальщика Вадика. Он тексты ваще никогда не читал, не только из самосохранения, а из полного отсутствия интереса к ним. Верстал себе и верстал, но, поди ж ты, и ему те же сны стали сниться, а дизайнеру обложки Галимову, как человеку с тонким художественным вкусом, даже цветные.

Когда владелец издания Переверстов прибыл экстренно из Лондона в редакцию, он застал там следующую картину. У входа в офис дворовый пес Феликс, прикормленный службой охраны, дико выл и чесался, косил карим глазом по сторонам, всхрапывал, как пегий жеребец, почуявший волка, взбрыкивал и припускал галопом мимо решетчатого забора и шарахавшихся прохожих. Охранники, вместо того чтобы унять взбесившуюся псину, наблюдали за ней не менее дикими, выпученными глазами, и казались бы окаменевшей женой Лота, если бы не принимались неожиданно лихорадочно почёсываться и отмахиваться от кого-то невидимого ошалевшему начальнику.

В самом офисе дело обстояло не лучше. Все сотрудники собрались в редакторском кабинете и наперебой рассказывали друг другу один и тот же сон, дополняя сюжет до боли знакомыми каждому из присутствующих деталями. Но гораздо больше указало начальнику на опасность ситуации отсутствие, обычного при его появлении, трепета у подчинённых, каждый из которых держался всеми хватающими частями тела за свое место, потому, завидев, редко посещавшего редакцию владельца, делавших мгновенно «ку» и рьяно демонстрирующих рабочее рвение. Нынче народ никакой субординации не продемонстрировал, а использовал его, «главнюка» (!), в качестве девственника, готового принять на себя весь накопившийся поток чувств. Собственник, владевший кроме популярной чтиво – издательской конторы парочкой сталелитейных предприятий, опыт управленческий имел немалый, и решил ситуацию выправить привычно, одним требовательным махом – где, мол, продукция, предъявите. Оную предъявили, но как-то странно. Шум мгновенно стих, а вместо того, чтобы преподнесть начальству на цырлах свежеотпечатанный глянцевый номер, народ расступился и, даже не жестом, не кивком головы, а косящим глазом, указал на экземпляр, одиноко скучавший на столе. Когда хозяин взял в руки номер, прошелестел общий вздох ужаса, сменившийся мертвой тишиной. Пронять виды видавшего бизнесмена оказалось нелегко. Пока он шел уверенной походкой в центр кабинета, твердой рукой тянулся к СВОЕМУ журналу, успел прокрутить все возможные варианты данной ситуации: денег хотят – бузят, провокация со стороны конкурентов, подкупивших персонал и т. д. Оказалось – журнал как журнал. Плюгавые стишки вперемежку с поп-бестселлерами, небольшие вкрапления классики для реанимации особо чувствительных. Босс довольно хмыкнул, окинул оценивающим взглядом сборную редакции и вызвал начальника службы безопасности. Покуда «волкодав» поднимался в редакционное помещение, свершилось непредвиденное прозорливым начальством происшествие. Очнувшаяся от столбняка редакторша, стала с пеной у рта уговаривать начальника отбросить прочь проклятую книжицу, пока он не заразился. Поняв, что увещевания не достигают цели, она кинулась на неготового к атаке босса и, с целью оградить его от «заразы», отняла блестящий лаковым фасадом журнал.

Победили опытные санитары из «желтого дома». Всю команду редакции сгрузили в белую карету и доставили в «Кащенко», как лучший материал для множества диссертаций. Согласитесь, случай массового помутнения рассудка – вещь редкая.

А как же владелец? Думаете, влился в коллектив? Ни-ни. Он номер прочитал, заодно еще несколько штук за прошлый, вполне рентабельный, год, и преспокойно уснул в прекрасном гостиничном номере, после отличного ужина. И никакие буквы – змеи и буквы – вши ему не снились, тем паче, на него не нападали. Да и навряд ли посмели бы. Поутру, отпив кофею, дал он распоряжение о найме нового, эмоционально устойчивого персонала, без филологического и прочего литературного образования, короче, «добротных» менеджеров, и отбыл в теплые края, где расслабился в ультрамариновой воде бассейна. И никакое чтение, даже цифр котировок, не могло вызвать у него стресс, способный привести к бессоннице или навязчивым кошмарам.

Мораль?..

***

УТРЕННИЕ МЫСЛИ

«Бедные люди!» – восклицал мой покойный свёкр, партийно-хозяйственный начальник особо значимых газопроводных объектов. Не по поводу финансовой состоятельности «людей», а по поводу их обстоятельности. Скорбь вызвала человеческая неприспособленность в самых простых бытовых вещах, например, когда он, крестьянский парень, видел, как новые соседи по даче пытаются заниматься садоводством и огородничеством, как высокопартийные мужи демонстрируют познания в механике своих авто и прочее, тому подобное. Самое большее сострадание вызывали у него люди несведущие в реальном положении дел, пытавшиеся судить-рядить о вопросах государственно-хозяйственных. Конечно, ему полагалось подтверждать, что согласно ленинским заветам, каждая кухарка может управлять государством, но он был не в силах удержать свое мнение при себе и выдавал его восклицанием: «Бедные люди!». Полагаю, что процесс зашел с тех пор слишком далеко, но к его лаконичному восклицанию добавить нечего. Ох! Бедные люди!

***

ВЕЧЕРНИЕ МЫСЛИ

Корячилась, корячилась над двумя незаконченными книгами, наткнулась на бессмертное у Льва Николаевича, возблагодарила Бога и бросила свою мышиную возню.

***

ЗАЧЕМ ПИШУТ КНИЖКИ

«Тысячи работников дни и ночи из последних сил работали, набирали, печатали миллионы слов, и почта развозила их по всей России, а мы все еще больше и больше учили, учили и учили, и никак не успевали всему научить, и все сердились, что нас мало слушают.

Ужасно странно, но теперь мне понятно. Настоящим, задушевным рассуждением нашим было то, что мы хотим, как можно больше получать денег и похвал. Для достижения этой цели мы ничего другого не умели делать, как только писать книжки и газеты. Мы это и делали.

Но для того чтобы нам делать столь бесполезное дело и иметь уверенность, что мы очень важные люди, нам надо было еще рассуждение, которое бы оправдывало нашу деятельность. И вот у нас было придумано следующее: все, что существует, то разумно. Все же, что существует, все развивается. Развивается же все посредством просвещения. Просвещение же измеряется распространением книг, газет. А нам платят деньги и нас уважают за то, что мы пишем книги и газеты, и потому мы самые полезные и хорошие люди.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.