# Сегодня я Снегурочка!

Мария Брикер

«…– Что, по-вашему, со мной может произойти в подъезде элитного дома? – с вызовом спросила она.

– Да все что угодно! Вас банально могли ограбить или вовсе убить.

«Параноик», – подумала Катя и ядовито заметила:

– Скажите еще обесчестить.

– Это вряд ли, – еще раз оглядев ее с ног до головы, парировал он…»

Катя потерла мокрой варежкой нос, стряхнула с шарфа и пальто растаявший снег и в третий раз настойчиво позвонила в дверь теткиной квартиры. От отчаяния хотелось плакать. Предупредила же, что поезд прибывает к восьми, а дома у тетушки она будет приблизительно в девять. Сейчас уже половина десятого. Через два с половиной часа Новый год. Куда тетка подевалась? Куда запропастилась ее горничная? Отправилась в театр или в салон красоту наводить? Сомнительно. Тетка планировала веселый сабантуй на двадцать человек. Гости через полчаса начнут собираться. Пора на стол накрывать. Гости, что, тоже под дверью будут Ее величество Агнессу ждать? Что за безалаберность! Она рассчитывала душ с дороги принять, голову помыть, почти сутки в плацкарте! Платье в чемодане измялось, и вообще хочется в туалет.

К слову, о туалете. На лестничной клетке вместо запахов новогодних пирогов и разносолов отчего-то стоял одуряющий запах канализации. Просто удивительно, у них в остреньком пятиэтажном конструкторе, слепленном в позапрошлом веке, пахнет приличней.

Катя со всей силы пнула свой чемодан и пискнула от боли. Уселась сверху, стянула узкий замшевый сапожок. Мало того что ноги промокли и окоченели, теперь ушиб будет. Зачем она только напялила эти неземной красоты сапоги. Мерзкие соленые разводы на тончайшей замше. Испорчены сапожки. Лучше бы ботинки зимние надела, расхлябанные, зато удобные и теплые. И пуховик вместо тоненького демисезонного пальто. Кого она удивить хотела? Тетка все равно раскритикует. Вечно она к ней по поводу нарядов придирается, аристократка хренова. Сама из провинции выбралась, а выпендривается, как махровая интеллигентка. Потолки с лепниной, антикварные мебеля, зеркала и картины в бронзе, синие тяжелые гардины с золотом. Везде золото, даже на потолке! Деревня в шоколаде!

Когда Катя впервые оказалась у сестры отца в московской квартире, ее чуть не стошнило от пафосного блеска. Впрочем, в интерьере своего кошмарного жилища тетушка смотрелась гармонично. Агнесса всегда была такой: вызывающей, манерной и приторной. Стрелки, красная помада, бублик на голове, боа, платье в пол и мундштук в руке. С ее-то рязанской физиономией и фигурой как у бульдозеристки. Однако нельзя не признать, что было в тетушке нечто завлекательное для представителей сильной половины человечества. Мужчины летели к ней, как мотыльки к огню. Она трижды выходила замуж, каждый раз после развода обогащаясь на несколько квадратных метров жилплощади, новую шубку и некоторую сумму на счете в банке. С последним мужем особенно подфартило. Супруг Агнессы скончался и оставил тетушке шикарные трехкомнатные хоромы в элитном районе Москвы, машину, дачу и солидный стартовый капитал для безоблачной жизни. Смерть супруга Агнессу не сильно опечалила. Она наконец-то добилась того, о чем мечтала. Куролесить по жизни в свое удовольствие, собирать светские салоны, окружать себя творческими личностями, читать собравшимся свои стихотворные графоманские вирши, демонстрировать ужасные картины и больше не зависеть от мужчин. Несмотря на сумасбродство тетушкиной натуры и заскоки, Катя ее любила. Но в данную минуту ей хотелось сестрицу отца задушить.

Катя снова натянула сапог, плотнее запахнула пальто, вытащила из кармана сотовый и несколько раз стукнула телефоном по колену. Телефон разрядился еще в поезде, но иногда такой фокус срабатывал и мертвый мобильник вновь оживал. Не вышло. Катя окончательно расстроилась. Разве она могла предположить, что подлый мобильник ей понадобится как спасательный круг. В другом кармане нашелся мандарин. Она поднесла ароматный фрукт к носу, чтобы забить невыносимый запах унитаза, и вздохнула.

Зачем она согласилась приехать? Ведь не хотела! Тетка уговорила. Она, видите ли, жениха ей подыскала достойного. Жених ей даром не нужен. Она собирается спокойно окончить институт, получить диплом историка-этнографа и начать делать карьеру. Карьеру – громко сказано. Должность в каком-нибудь краеведческом музее ее вполне устроит. Платят мало, но и работа со свободным графиком, можно выкроить время и заниматься наукой. История Великого Устюга ее занимала гораздо больше, чем нынешняя жизнь. Говоря по совести, замуж ей на самом деле хочется, как любой девушке, но не с подачи тетушки. Зная вкус Агнессы, можно представить, что за жениха она подыскала. Наверняка какого-нибудь пузатого прощелыгу, как собственный покойный муж – директор сети рыбных магазинов. Такой наукой заниматься не позволит, дома запрет и заставит его обслуживать. Нет уж, дудки! Отказаться от поездки, однако, было невозможно. Если тетка что-то решила – пиши пропало. Весь мозг бы вынесла.

Прошло еще полчаса. Агнесса не вернулась. Почти десять. Через два часа куранты пробьют полночь. Где, спрашивается, она должна отмечать Новый год? В подъезде? На лестнице? Голодная, замерзшая, несчастная и одинокая. Что за свинство такое! Неужели так сложно было записку хотя бы оставить или ключи под ковриком. Консьержки, как назло, на месте не оказалось, а звонить соседям и выяснять, куда подевалась тетка, Кате было неловко.