Равновесие
Иначе быть не может
Евгений Владимирович Нефатьев

«Жизнь – величайший подарок Господа, но ни один человек не знает, как им распорядиться» Нефатьев Е. В.

© Евгений Владимирович Нефатьев, 2025

ISBN 978-5-4485-7138-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

I

Он бежал, задыхаясь от холодного воздуха. Снег белый, ослепительно белый, лежал вокруг. Опираясь на ветки мохнатой ели, вынимая с трудом то одну, то другую ногу из глубокого снега. Сугробы были настолько глубоки, что ноги уходили в них по колено.

Светила Луна, на небе не было видно звёзд, только через просветы облаков проскальзывали яркие точки.

Послышался лай собак, он приближался вместе со звуком ломающейся ели, треск был слышен еще очень далеко. Беглец обессилил, он был одет в рваную одежду, руки были оголены, а сквозь рваную одежду его обдувал ледяной ветер. Он бежал без оглядки, будто это последняя его дорога, и где-то в дали его ждёт встреча, от которой зависит его жизнь.

Лай собак приближался, послышались голоса, сквозь просвет деревьев был виден свет фонарей. Беглец упал, не выдержав погони, лицом уткнувшись в сугроб. Упав, он зацепил большую лапу ели, снег, лежавший на ней, укрыл его полностью, так что догонявшие его не увидев, пробежали мимо.

Забрезжил рассвет, лай собак ушёл куда-то в сторону, и окончательно стих вместе с удаляющимися голосами.

II

Солнце, огромное Северное Солнце. Утром оно покрывает верхушки деревьев, и отражается в лежащем и покрывшем все вокруг снеге. Оно большое и доброе, как сама природа, дарит свет и тепло суровому Северному краю, но даже его доброта не помогает согреться холодной земле.

В один из таких дней, ранним зимним утром, вышел из своей сторожки человек. На его голове была одета огромная соболья шапка, на ногах теплые собачьи унты, на толстой войлочной подошве. На нем был теплый, защитного цвета комбинезон, поверх которого одета медвежья шуба. Передвигался он с трудом, поскольку вся его одежда была тяжелая и сковывала каждое его движение. Он подошёл к небольшому, кем-то на скорую руку сбитого сарайчика, и вынул от туда пару хорошо отлаженных лыж, следом взял лыжные палки, и направился к собачьей будке, стоявшей неподалёку от сарайчика. Из будки дружелюбно помахивая хвостом, выскочил пёс. Это была лайка, с круто загнутым хвостом, окрас был немного желтоват, и распределялся равномерно по всему туловищу пса.

Пес жизнерадостно потянулся, зевнул и продолжал махать хвостом, завидев приближающегося хозяина.

– Бучь! – окликнул пса хозяин, и он заскулил от радости, – сегодня возьму тебя с собой. Голос хозяина был груб, но в нем было что-то родное и дорогое, к чему пес уже давно привык. Отвязав собаку, человек закрепил лыжи на своих унтах и привычным шагом двинулся в сторону леса.

III

Снег скрипел и шуршал, отлетая от лыжных палок, падал на ветви елей, пес бежал рядом, поглядывая то на хозяина, то на снег, нюхая воздух и посапывая, он бежал, испытывая удовольствие от прогулки. Вдруг собака остановилась как вкопанная и тихо зарычала, из пасти пошёл пар, и она тихонько начала двигаться в сторону от лыжни.

– Бучь, что с тобой? – остановившись, произнес хозяин. Достав бинокль, он начал всматриваться вдаль туда, куда двинулся пёс. Вдалеке, на белоснежном покрывале, под еловой лапой, виднелось что-то тёмное, похожее на человеческое тело. Подойдя поближе, лесничий, нагнулся и приподнял ветку ели. Под деревом лежал человек, весь в оборванной одежде, руки были ободраны и зияли раны с запёкшейся кровью.

– Бучь – обратился к псу лесничий – ты видишь, он еще жив, его нужно перетащить в сторожку, ему нужна наша помощь. С этими словами лесничий перевернул тело, лежащее вниз лицом, и обомлел, лицо было изрезано, из ран сочилась кровь, глаза были приоткрыты.