Сказочная педагогика. Часть первая
Проблемы характера
Виктор Кротов

© Виктор Кротов, 2017

ISBN 978-5-4485-7055-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

На обложке

картина Валерия Каптерева «Ночные тамариски»

Выдумка, помогающая реальности

Сказочная педагогика – инструмент для Воспитателя. Для родителей, педагогов, психологов, открытых к творчеству. Для тех, кто не боится быть и развлекателем, и игрателем, и изобретателем – ради того, чтобы наши дети росли весёлыми, творческими и нравственными людьми.

С древнейших времён одним из замечательных воспитательных средств служит сказка: выдумка, помогающая формировать реальные душевные качества. И не надо думать, что время её прошло. У каждого народа, у каждой эпохи свои сказки, и каждый воспитатель применяет их по-своему.

На примере конкретных сказок, ориентированных на конкретные детские проблемы, мы взглянем на возможности сказки как жанра педагогического, а не только литературного. Присмотримся к тому, как пользоваться этим жанром: о чём поговорить с ребёнком, когда сказка прочитана, какие другие формы взаимодействия с детьми здесь возможны.

Автору посчастливилось использовать сказки как для четверых собственных детей, так и в детском домашнем клубе «Светлячок», в литературных студиях «Родник» и «Росток», в летних инклюзивных студиях «Лучик» (Центр реабилитации детей-инвалидов «Наш солнечный мир») и «У храма» (лагерь для семей с детьми-инвалидами села Давыдово Ярославской области), а также на встречах в различных детских коллективах и на мастер-классах. Могу уверенно засвидетельствовать: хотя сказку иногда считают синонимом выдумки, но воздействие её может быть реальным и эффективным. А иногда и просто чудесным!..

* * *

Первая часть трёхтомника «Сказочная педагогика» посвящена пяти темам, имеющих отношение к проблемам формирования детского характера. Это «Сила и слабость», «Капризы и обиды», «Жадность и зависть», «Озорство и хулиганство», а также «Эгоизм и хвастовство».

Сказочная педагогика

Все мы знаем, какой занудной и тягостной для ребёнка может быть педагогика. К счастью, это не обязательный её признак. Здесь пойдёт речь о сказочной педагогике в двух смыслах слова. Во-первых, об использовании сказки как одного из полезнейших педагогических инструментов. Во-вторых, о том, что такой подход к воспитанию обладает волшебно-радостными свойствами, освобождающими от занудства и подавления.

Сказка – это воображение с соображением

Реальный мир иногда пугает своей сложностью даже повидавших жизнь взрослых. Насколько же трудно ориентироваться в нём ребёнку, который не набрал ещё ни внешнего, ни внутреннего опыта. И часто именно сказка становится наиболее подходящим средством постепенного пополнения такого опыта.

Да, сказка – это такой рассказ о значительности вещей и событий, который позволяет пригасить всё, что не имеет особого значения, и сосредоточить внимание на самых важных сторонах жизни. Самых важных сейчас: для того или для тех, кому сказка сказывается.

В сказке происходит встреча миров. И прежде всего – встреча внутреннего мира человека с некоторой моделью внешнего мира. Сказке свойственна не фантазия во что бы то ни стало, а фантазия при деле, создающая особые условия для понимания.

Русский мыслитель Иван Ильин писал: «Сказка – это ответ всё испытавшей древности на вопросы вступающей в мир детской души». И мы с помощью сказки можем помогать детям искать ответы в собственной душе вместо того, чтобы выдавать им наводящие тоску рецепты и предписания.

Игра – примерочная души

Дети не случайно любят играть. Как сказала писательница Мария Романушко: «Игра – главная работа ребёнка». В игре они сосредоточенно осваивают мир в виде модели, где выделены некоторые важные для них особенности и оставлено в стороне всё остальное. И то же самое свойственно, как мы говорили, сказке. То есть сказка – это разновидность игры, полезнейшей для ребёнка деятельности, побуждающей его к развитию.

Войти в обычную детскую игру взрослому не так-то просто. Но сказка – другое дело. Это как раз игра, затеянная взрослыми (автором сказки и тем, кто читает или рассказывает её ребёнку), но не нарушающая детского равноправия. Мы вместе входим в сказочный мир, и каждый вправе по-своему воспринимать его, по-своему понимать, по-своему переживать происходящее в нём. Педагог может лишь побудить к обдумыванию, сосредоточить внимание на той или иной подробности сказочного мира. А также на неизбежной перекличке этого мира с реальностью.

Но не только свойства мира осваивает ребёнок с помощью игры под названием «сказка». Он осваивает свою собственную душу. Сознательно или подсознательно примеряя на себя ситуации, персонажей, их поступки, он укрепляет или ослабляет свои внутренние побуждения, по крупице формирует свой характер.

В этой работе может участвовать и воспитатель. Точнее, содействовать ей. Стараясь не пользоваться лобовой моралью, опираясь на особенности каждого конкретного ребёнка, помогать ему в этом важнейшем деле.

Педагогика – это психология на службе у любви

Мораль и назидание, пригодные для всех, получают преимущество в арсенале педагога тогда, когда он уходит от главной своей задачи: внимания к отдельному ребёнку. Когда ему не хватает любви именно к этому ребёнку – или хотя бы душевного соучастия. Нормальная педагогика – это, конечно, педагогика внимания и любви. Но самого по себе этого недостаточно, иначе не возникало бы столько серьёзных проблем у родителей, горячо любящих своё единственное чадо.

Психологическая грамотность, соединённая с вниманием и любовью, – вот формула эффективной педагогики. Но не всегда эта грамотность приобретается в университетах. Сказка как педагогический инструмент хороша тем, что она аккумулирует в себя определённый душевный опыт и, не навязывая его жёстко, используя игровую тональность, даёт нам возможность взаимодействовать с ребёнком в том, в чём он особенно нуждается.

Наша задача здесь состоит в том, чтобы уметь искать и выбирать нужные сказки, акцентировать их важные стороны, вовлекать ребёнка в обсуждение, а иногда организовывать и более активные формы освоения сказки.

Приёмы сказочной педагогики

Присмотримся к нескольким пунктам, которые намечают канву использования сказки в воспитании. Не обязательно тщательное выполнение всех пунктов, да ещё точно в том порядке, в котором они стоят. Это лишь материал для творчества. Само педагогическое творчество – в руках каждого из нас.

1. Прочитать сказку

Это не такой очевидный пункт, как кажется. Во-первых, если ребёнок умеет читать, возникает соблазн перевести его на самообслуживание. Вот тебе сказка, прочти её. Это неправильно. Когда ребёнок читает, он тратит энергию сразу на два дела: на сам процесс чтения и на восприятие прочитанного. Читая ему вслух, мы снимаем первую нагрузку (в младшем возрасте она может быть довольно обременительной) и даём возможность свободно погрузиться в мир, создаваемый сказкой.

Моя дочка (которая сама читала уже вполне хорошо) говорила мне: «Когда я читаю сама, у меня в голове всё гудит. А когда ты или мама мне читаете, я думаю о том, что там происходит».

Кстати, уже во время этого совместного чтения (которое само по себе является замечательной формой общения) у детей могут возникнуть побуждения к обсуждению. Порадуемся этому. Сделаем паузу, поговорим о происходящем в сказке и о чём-то похожем в жизни, а потом уже продолжим чтение.

2. Поговорить о сказке

Не обязательно, чтобы это было сразу после того, как закончено чтение. Плодотворным может оказаться и обсуждение через некоторое время (в этот же день попозже или на следующий день), когда прочитанное устоялось или даже, может быть, немного забылось. Мы одновременно и напомним о сказке, и вернём внимание к ней. Лучше всего, чтобы к такому разговору нашёлся какой-то житейский повод (но будем избегать соблазна использовать сказку для морализаторства).

Для иллюстрации возможностей разговора после каждой сказки приведён примерный набор возможных вопросов к детям. Сразу следует предупредить, что не надо стремиться использовать подряд все вопросы. Их надо выбирать в соответствии с возрастом, характером и особенностями мышления конкретного ребёнка. А ещё лучше – придумывать свои варианты, свои формулировки, наиболее подходящие именно для него и для разговорной ситуации. Будем также помнить, что это не экзаменационные вопросы. Мы не должны ожидать каких-то определённых ответов. Наоборот, интереснее всего расслышать самостоятельную реакцию малыша на тему вопроса.

Естественно, к разговору о сказке можно вернуться не раз. Иногда это может быть и не разговор-обсуждение, а просто обращение к изображённой в сказке ситуации, к её персонажам. Лучше всего, если сказка даёт нам ключевой образ-метафору и этот образ может стать своеобразным «словом» в общении с ребёнком. Такими образами могут стать для нас как тот или иной персонаж, так и определённая сказочная ситуация.

3. Прочитать ещё раз

Детям нужны повторения прочитанного. Ребёнку трудно за один раз разобраться в сказке, обжить её, усвоить.

Прочитать сказку ещё и ещё раз (можно даже, при желании ребёнка, повторить её сразу же) совершенно естественно, с точки зрения детского восприятия. Кроме того, возникают дополнительные возможности для обсуждения важных вещей, для привлечения внимания к различным подробностям повествования. Сегодня к одним, завтра к другим.

В прочитанной несколько раз сказке ребёнок чувствует себя свободнее, по-хозяйски. Он может её по-своему варьировать, придумать своё продолжение, используя описанное в сказке как исходный пункт собственного воображения. Всё это заслуживает заинтересованного одобрения.

4. Поиграть в сказку

Для детей важно не только и не столько умственное восприятие, сколько переживание с помощью игры. Поэтому можно воспользоваться сюжетом и персонажами прочитанной сказки в качестве исходного игрового импульса. Так, как это принято у детей: давай я буду тем-то, а я тем-то, а ты кем будешь?..

Если дети «заведутся» на игру в сказку, мы не будем тут же пытаться эксплуатировать её в педагогических целях. Сначала нужно привыкнуть к этому сказочному пространству, освоить его. А потом, при случае, обменяться мнениями о том, что в нём происходит.

5. Показать сказку

Речь идёт не о сценической постановке прочитанного. Но почему бы не попробовать сыграть короткий импровизированный спектакль, посвящённый сказке или какому-то её эпизоду, если дети готовы к этому?

Можно устроить игру в сказку с помощью кукол – просто как игру или как кукольный спектакль (соорудив ширму из любого куска ткани).

Можно пойти на прогулку, считая, что мы отправляемся туда, где происходило действие прочитанной сказки. И много других «можно» ожидают нашей изобретательности.

6. Изобразительное творчество

Наверное, «изобразительное творчество» звучит слишком громко, но вполне можно настроить детей на то, чтобы нарисовать героев сказки или какие-нибудь из понравившихся эпизодов. Нарисовать фломастерами, карандашами или красками. Или другим способом, который им по силам. Например, мелками на асфальте. Или с помощью аппликации.

Если вы лепите с детьми из пластилина или из глины, можно и в этой форме откликнуться на сказку. Пригодится и всякое другое рукоделие.

Но самое главное, что во время этого творческого взаимодействия со сказкой продолжается её внутреннее освоение. Происходит закрепление образа, принятие его в багаж внутренних ассоциаций. Даже самое краткое взаимное обсуждение работ способствует этому и углубляет восприятие.

Сказки в действии

По каждой теме здесь представлены десять сказок, рекомендуемых для использования в рамках этой темы. К каждой из сказок даны два комментария: один смысловой, другой практический. Однако эти комментарии ориентированы не только на конкретную сказку: они входят в общую методическую канву принципов и возможностей сказочной педагогики.

Хочется ещё раз подчеркнуть значение вопросов к сказке, которые предназначены для общения с детьми на затронутую тему. О том, как пользоваться этими вопросами, подробнее сказано выше – в главке «Поговорить о сказке».

При чтении сказки в группе детей естественно устроить и общее её обсуждение. Важно лишь постараться подключить к нему каждого ребёнка, не дать самым бойким помешать участвовать в обсуждении остальным. К тихому ребёнку можно обратиться персонально, не дожидаясь его инициативы, помочь ему высказаться по-своему и доброжелательно привлечь общее внимание к сказанному им.

Сила и слабость

Сильные стороны слабости и слабые стороны силы

Сила и слабость часто становятся источником психологических проблем в детстве. Малыш, как правило, слабее любого, кто старше, а иногда и слабее своих ровесников. Но и тот, кто посильнее, не всегда может наилучшим образом распорядиться этим преимуществом.

Вместе с тем сила и слабость – извечные сказочные темы. Сказка помогает увидеть различные пути понимания и преодоления ситуаций или переживаний, которые не решить чистым назиданием. Но воспитатель не может просто положиться на сказку, как на таблетку чудодейственного лекарства. Необходимо подхватить импульс, заложенный в той или иной сказочной истории, помочь его воздействию на душу ребёнка дополнительными усилиями. Всё это вместе и называется сказочной педагогикой.

Наше дело заключается в том, чтобы помочь ребёнку увидеть (понять – это попозже): слабость может справиться с силой, если она опирается на другие, более важные свойства. Если ты сильнее другого, найдётся кто-то сильнее тебя, а значит невозможно полагаться только на силу. Тому, кого природа наделила силой, грозит соблазн слишком сосредоточиться на этом подарке судьбы и считать его своим неоспоримым достоинством, перед которым слабые должны пасовать. В этом отношении, может быть, преимущество имеет как раз слабый, которому необходимо открывать в себе другие возможности и развивать их. Но в детстве у слабого могут возникнуть комплексы, способные долго досаждать ему. Сказка в лицах показывает и несостоятельность соблазна, и необязательность закомплексованности.

Помочь увидеть всё это, почувствовать – вот общая задача для сказочной педагогики и для воспитателя, применяющего её.

На языке характера

Мы, взрослые, понимаем, что сила или слабость, бросающиеся в глаза физически, всегда относительны. Настоящие сила и слабость проявляются в характере человека, в его поведении. Но тщетно, как правило, объяснять это ребёнку напрямую, с помощью умственных рассуждений. Перед ним возникают гораздо более очевидные преимущества силы перед слабостью. Ему необходим собственный житейский, душевный и духовный опыт, чтобы прийти к такому пониманию. Своего рода предварительный заменитель такого опыта даёт сказка. Она и служит переводчицей с языка очевидных явлений на язык характера, который у малыша только начинает формироваться.

Конечно, смысл сказки не в том, чтобы утешить ребёнка чем-то чудесным, отвлечь его от реальности. Наоборот, сказка особенно хороша тогда, когда подсказывает что-то практически важное для развития душевных качеств. Практически? Конечно! Это самая практичная работа: формирование характера.

Давилка или охранялка

Сила – это бесцветная энергия, которую можно сделать светлее или темнее. Она может оказаться логикой ломика, давилкой, а может стать охраной близкого, родного, важного.

Сила (если она остаётся просто физической силой) – это внешнее достоинство, бессильное перед внутренним. Суметь соединить её с внутренним состоянием души, превратить во вспомогательное полезное свойство не всегда просто даже взрослому человеку. Но стремиться к этому можно уже и в детском возрасте.

Сила, в негативном смысле, проявляется в подчинении себе кого-то без его согласия (чистосердечного, а не вынужденного). Даже самое мелочное воздействие такого рода – это уже насилие. Воспитатель, с помощью сказки, может содействовать переходу силы к положительным проявлениям: защите слабого, поддержке лучших порывов, охране того, что нуждается в поддержке и достойно её.

Сопротивлялка или поддавалка

Слабость – это побуждение к поиску или формированию в себе новых возможностей, способностей управляться с внешней силой, которая превосходит твою. Если этого не делать, останется лишь поддаваться силе, жить под её давлением. Хуже того – ты невольно будешь служить красной тряпкой для обладателей глуповатой силы. Той, которая тяготеет к самоутверждению на слабых.

Ребёнку рано разбираться во всех этих психологических тонкостях. Но ему приходится постоянно иметь дело с собственной слабостью перед взрослыми или перед более сильными детьми. Будет ли он воспринимать чужую силу как нечто фатальное – или как обстоятельство, которому надо уметь противостоять? Это зависит и от воспитателя (кстати, и от того, как воспитатель-взрослый использует собственную силу по отношению к ребёнку).

Иногда трудно подобрать, общаясь с детьми, разнообразные подходящие примеры жизненных ситуаций. У взрослого, может быть, для этого хватит опыта, а у малыша, чтобы понять и прочувствовать предложенные образцы, его маловато. Сказка облегчает дело, ведь это игра, в игре ребёнку проще усваивать обучающие модели.

Понимание слабого важно и для сильного, чтобы уметь взаимодействовать с ним. Кроме того, каждый из нас, сильный сегодня, при перемене обстоятельств завтра может оказаться слабым.

Сказка 1
Шар и шарик

Полетел путешественник Иар на воздушном шаре вокруг света.

А был этот путешественник Иар очень известным. Вглубь моря спускался, в жерло вулкана заглядывал, и в Арктике бывал, и в Антарктиде. Но больше всего знаменит был своими полётами на воздушных шарах. И вот решил он теперь весь земной шар облететь.

Провожать его собралась огромная толпа народа. Все с флагами, с воздушными шариками, в майках с портретами Иара. Такая толпа, что от неё и на воздушном шаре улететь затруднительно. Поэтому близко никого не подпускали, специальную ограду сделали. Только узкий проход к шару вёл, и тот добровольцы охраняли. Пропускали лишь тех, кто помогал шар подготовить. Ну и самого Иара, конечно. Ещё пропустили его жену и сынишку. Чтобы проводить и «до свидания» сказать. Сынишка тоже с воздушным шариком пришёл. С детским летучим шариком из блестящей фольги, в точности похожим на большой шар. Даже корзина у воздушного шарика была – правда, нарисованная прямо на нём. И когда Иар погрузился в корзину своего шара и взлетел, его сын вдруг выпустил свой воздушный шарик и крикнул: «Лети с ними!». И шарик взвился вдогонку.

Уж конечно, не угнаться бы ему за большим шаром по всему свету. Да только шарик этот так быстро взлетал (корзина-то у него была нарисованной и ничего не весила), что чуть не обогнал большой шар. Но, поравнявшись с ним, зацепился ленточкой, которой был завязан, за обшивку. Ему же сказали лететь вместе. Вот рядом и полетели.

Сначала удивился шар шарику, потом пожалел его, потом защищать его стал. От ветра загораживает, от холода бережёт, летучим газом с ним делится. Рад шарик такому другу, а сам по сторонам глазеет, удивляться не успевает. Заразился шар его восторгом, почувствовал, как и в нём детская радость просыпается. Иару тоже их настроение передалось. Даже ветры, казалось, им сочувствовали: несли их мягко, плавно и как раз куда надо.

Так и облетели они вокруг Земли – легко и весело. Чего только не повидали все трое! – большой шар, маленький шарик, ну и сам Иар тоже. Облака всевозможных видов и тучи, от которых приходилось спасаться, закаты и рассветы, один красивее другого. Иногда высоко летели, тогда их огибали самолёты. Когда пониже получалось спуститься, от них вертолёты прочь шарахались, чтобы своими винтами не задеть. Порой совсем над землёй пролетали, города и деревни рассматривали. Даже с людьми Иар перекрикивался, если язык их понимал, а если нет – руками махал им, а они ему. Птицы двум шарам дивились, берегли их, не клевали. Особенно птенцам нравилось, что с большим, могучим шаром – маленький.

Когда приземлились дома, шар шарика прямо в руки Иару переправил. Так тот и вылез из корзины: с шариком в руках. Вернул его сыну, а потом уж свободными руками стал обниматься.

С тех пор шар и шарик только вместе всегда и летали. Сначала брали с собой Иара, потом и сына его – когда тот подрос немного. Всё-таки опасно маленьким самим высоко забираться.

Родительский образец силы

Самой первой моделью силы для ребёнка обычно служат родители. И мама сильней его, и особенно папа. Но приводить эту модель в качестве примера рискованно: много неполных семей, в каких-то семьях встречается рукоприкладство, или другие обстоятельства могут усложнить восприятие. То ли дело сказка. В ней может идти речь не столько об отце и сыне, о матери и дочери, сколько о шаре и шарике, о птицах и птенцах. Всё это малышу легче примерить на себя, особенно если мы обращаемся к группе детей одновременно. Ведь они все разные.

Шар и шарик – это упрощает ситуацию, хотя принцип заботливого применения силы остаётся тем же: родительским, семейным. И знать о том, что сила может быть именно такой, важно каждому ребёнку, особенно тому, кому не выпало на долю благополучие в семье.

Родительский образец силы важен и на будущее – на то время, когда ребёнок станет взрослым и у него будут свои дети. Не надо говорить об этом сегодняшним детям, им будет только смешно. Но посеять зёрнышки, которые взойдут потом, вполне возможно.

Умеем ли мы защищать

После этой сказки стоит поговорить о том, кого мы можем защищать. Ведь даже самый слабенький малыш может защитить воробья от вороны или спасти жука, ползущего по дорожке, где его могут раздавить. А ведь ещё и домашняя живность в нашей опеке нуждается. Но мы можем защищать и друг друга, даже если мы ещё скорее шарики, чем шары. Ведь все шарики разные. У кого подъёмная сила побольше, у кого оболочка покрепче. Вот и посмотрим, кто на какую помощь другим способен.

А для начала хотя бы поиграем в это. Взаимопомощи учат самые обычные коллективные игры. Воспитателю нужно лишь привлечь к этому внимание детей.

Возможные вопросы

– Хотел бы ты полетать на воздушном шаре? Что в этом хорошего (или плохого)?

– Как по-твоему, сколько лет было сыну Иара?

– Почему мальчик отпустил свой шарик лететь с большим?

– Шарик и шар были похожи? Чем? Только ли внешностью?

– Шар защищал маленького из-за похожести или почему-то ещё?

– Отчего шарик всему удивлялся больше шара и воздухоплавателя?

– Как тебе показалось, что интереснее всего было в их путешествии?

– Почему птенцам нравилось, что маленький шарик летит вместе с большим?

– Неужели шарик тоже мог облететь вокруг света? Или это возможно только в сказке?

– Кем стал сын Иара, когда совсем повзрослел? Как ты думаешь?

Сказка 2
Богатырский конь

В парке на детской площадке катали детей на лошадях. Посадят в седло, проведут вокруг площадки – и следующий. Серую в яблоках лошадку, небольшую и складненькую, звали Клипсой. Вторым был крупный старый конь соловой масти по кличке Кудесник. Детей помладше сажали на изящную Клипсу, а постарше – на большого коня.

Но малыш по имени Олег, с мечом на перевязи, умолял, просил и требовал, чтобы его посадили именно на Кудесника.

– Мне этот больше подходит. Я же мужчина! – настаивал он. – Глядите, у него четыре бороды на ногах!..

И вправду, заросшие ноги, густая светлая грива и могучее сложение говорили о том, что конь вполне подходит для настоящего мужчины. Тем более для мужчины с мечом.

Меч был не какой-нибудь пластмассовый, которым каждый может обзавестись в магазине. Это было изделие штучное, изготовленное мастером на заказ (мастера-папу Олег крепко держал за палец). Лезвие из натуральной фанеры, ножны обклеены лучшей цветной фольгой. Владельцу такого меча как раз и был нужен конь с бородатыми ногами.

– Этот, так этот, – пожала плечами девушка, водившая коня. – Ты в седле-то удержишься?

– Удержится он, удержится, – поспешил вмешаться отец. – Он и сам бы мог ехать. Приходилось.

– Сам! – фыркнула девушка. – Да с меня за это голову снимут.

Она проследила, как отец подсадил Олега в седло и как мальчик взял повод («Надо же, правильно держит, между прочим», – удивлённо пробормотала она), после чего покрепче ухватила коня под уздцы и потянула по дорожке.

Олег приосанился, поправил перевязь, тронул рукоять меча и бодро крикнул:

– Вперёд!

И тут случилось неожиданное.

Кудесник встрепенулся, вскинул голову (да так резко, что девушка от неожиданности выпустила его) и пустился резвой рысью по парку.

Радостно заржала Клипса. Девушка-коновод оцепенела с открытым ртом и тихо хлопала глазами. Она словно перестала обращать внимание на поведение своей головы, которую всё равно снимут с неё за случившееся. Олегов отец сначала застыл в напряжении, но потом сказал сам себе: «Колени прижаты, осанка нормальная», – и почти успокоился.

Из парка конь со всадником вылетели на широкий проспект. Кудесник перешёл на крупный галоп и скакал теперь по газону, который тянулся вдоль тротуара. Олег почему-то вовсе не испугался ни быстрой скачки, ни расставания с отцом и со знакомыми местами. Сначала он следил за теми вещами, которым учил его отец, тихо нашёптывая: «Королевская осанка, руки над холкой, пятки вниз, носки привёрнуты…» Но увидев, что спина, ноги и руки сами знают, что им делать, стал просто радоваться скачке и смотреть, что творится вокруг.

И стоило посмотреть! Когда кончился придорожный газон и конь поскакал по мостовой, шофёры, завидев его, притормаживали, уступали дорогу (некоторые лихачи делали это, может быть, первый раз в жизни). Милиционеры застывали по стойке смирно и отдавали честь. Взрослые прохожие провожали всадника изумлённым взглядом, а дети прыгали от восторга.

Но вот что удивительно: все, кто потом рассказывал об этом событии, говорили, что видели настоящего богатыря на богатырском коне. В чём тут дело – непонятно. То ли на таком коне только богатыря и можно было увидеть, то ли Олег так и выглядел. Ведь в любом возрасте можно быть богатырём и героем.

Даже конные статуи, мимо которых они скакали, не могли остаться равнодушными. Бронзовые кони оживали! Не настолько, чтобы самим пуститься вскачь, но достаточно, чтобы топнуть копытом и заржать, приветствуя вольного собрата. Вы слыхали когда-нибудь, как ржёт бронзовая лошадь? Это что-то среднее между выстрелом из бронзовой пушки и звоном бронзового колокола, только веселее и раскатистее.

Ещё бы не радоваться им за Кудесника! Ведь его галоп стал и вовсе невероятным. Олег вдруг перестал слышать цоканье подков – и вскоре обнаружил, что они скачут просто-напросто по воздуху, поднимаясь всё выше.

– Браво, Кудесник! – обрадовался мальчуган (это было гораздо мудрее, чем бояться) и похлопал коня по шее. – Хватит копытами по асфальту молотить.

Тем временем происходили и другие любопытные вещи, которых Олег не замечал, но раз уж я взялся писать об этой истории, то не могу о них не рассказать. Где-то ребята, сцепившиеся в драке, перестали пихать друг друга руками и ногами, заметив коня в небе, и долго смотрели вслед ему, а потом улыбнулись друг другу – и помирились… Где-то девочка на качелях, увидев коня, похожего на Пегаса, сочинила своё первое в жизни стихотворение… Воришка, который только что вытащил кошелёк из чужого кармана, глянув на летящего богатырского всадника с мечом, почесал в затылке – и положил кошелёк не в свой карман, а обратно в чужой… Случилось и много другого такого, о чём знал только тот, кому довелось пережить это…

А что Олег? Олег был счастлив – ведь он летел на богатырском коне! Что-то в этом полёте было сказочное, или даже ЧУДЕСНОЕ. Чудесным был и Голос, который сказал мальчику спокойно и ласково:

– Лети, лети по жизни. Кому же, как не тебе, охранять землю, на которой живёшь?

Голос запомнился Олегу на всю жизнь. И слова тоже. Олег сразу почувствовал, что это верные слова: кому же, как не ему?.. Хотя потом, взрослея, он придумывал им ещё и всякие дополнительные, очень интересные объяснения.

А в тот день, облетев весь город, Олег благополучно вернулся обратно. Ещё до парка Кудесник снова поскакал по земле. Он вовсе не выглядел усталым. Наверно, какая-то могучая Сила помогала ему лететь. Долго ли длился их полёт?.. Что-то непонятное произошло со временем. Олегу казалось, что летал он чуть ли не весь день. Папа позже рассказывал маме, что сын на лошади скрылся минут на десять-пятнадцать. Ну, а девушка-коновод пришла в себя только тогда, когда Кудесник заискивающе ткнулся ей в плечо. Так что она вообще ни о чём не успела подумать.

– Ну, ты герой! – сказал отец, снимая Олега с седла. – Только не пойму, потяжелел ты, что ли?

Оказалось, впрочем, что потяжелел не сам Олег, а его меч. Да и вид у меча был совсем другой. Отец взял его в руки и присвистнул:

– Ты смотри-ка, он же настоящим стал!..

Отец потянул за рукоять, украшенную серебряным узором, наполовину выдвинул меч из ножен – и они оба с Олегом зажмурились от сияния клинка. Нет, это уже была вовсе не фанера! Олегу пришлось даже попросить, чтобы меч нёс домой папа. Но перед тем как уйти, мальчик подошёл к своему коню, бородатому на все четыре ноги, протянул ему на ладошке припасённый сухарь и прошептал так, чтобы никто не слышал:

– Спасибо, ты здорово летал, богатырский конь!

– Да и ты молодцом держался, богатырь, – тихо, чтобы не привлекать внимания, ответил Кудесник и захрустел сухарём.

Как стать богатырем

Проблемы силы и слабости – это во многом проблемы умения быть внутренне свободным, способности делать выбор и сосредотачиваться на его осуществлении. Впрочем, такое можно сказать взрослому, но не ребёнку.

Зато ребёнку можно показать, как происходит чудо превращения малыша в богатыря. Не обязательно речь идёт о мальчике. Девочка превращается в прекрасную наездницу (у меня самого именно дочка увлекается верховой ездой, и я много раз видел чудо превращения именно в исполнении девочки). Кстати, верховой ездой в наше время занимается больше девочек и девушек, чем мальчиков и юношей.

Конечно, чтобы уметь управлять силой (конём, например), нужно этому учиться. Для начала воспитатель помогает ребёнку учиться управлять самим собой – той силой, которая заложена в душе. Остальное всё приложится

Мастерская чудес

Можно пофантазировать после этой сказки на похожие темы.

Представить, например, девочку, которая так весело танцует, что вокруг неё пускаются в пляс окружающие, вся улица, весь город. И милиционеры пляшут, и прохожие.

Или мальчик так любит читать, что у него возникает умение оказываться в любом месте, про которое читает. Где он только не побывал! Сколько у него необычных друзей появилось!..

Или вот мальчик королём оказался, всей страной управляет – и детьми, и взрослыми. Да и книжка такая есть «Король Матиуш Первый», Януш Корчак написал.

Или девочка всех сильнее: сильнее мальчиков, сильнее взрослых. Про Пеппи Длинныйчулок написала сказку Астрид Линдгрен.

Сказки можно вспоминать, можно самим придумывать. Интересно всё, где способности ребёнка разворачиваются вовсю. Помастерим чудеса в воображении, а что-то и для жизни пригодится.

Возможные вопросы

– Случалось ли тебе видеть, как в парке катают на лошадях? А тебя катали? Тебе понравилось?

– Годился ли конь Кудесник для малыша? Почему?

– Есть ли у тебя любимая игрушка, которую ты часто берёшь с собой? Почему у Олега это был меч?

– В какой момент конь вдруг поскакал вперёд?

– Кто был сильнее: конь или мальчик на нём?

– Что, по-твоему, самое невероятное в этой сказке?

– Слышал ли ты когда-нибудь ржание бронзовых лошадей? А обычных?

– Какого русского воина тоже звали Олегом?

– Кто был самым настоящим: конь, всадник или меч?

– Почему меч домой нёс папа?

Сказка 3
Великанчик

Шёл-брёл гном. Необычный гном. Большой-большой гном. Просто огромный. И к тому же страшно ленивый. Ни за что не отправился бы в дорогу, да вот очень уж надо было ему куда-то дойти. Хотя очень не хотелось! Такой уж был нестандартный гном. Все гномы работящие, а он ленивый. Все гномы маленькие, а он большущий.

Шёл гном и кряхтел. Наконец совсем устал. Сел на травку и стонет. И спина у него трещит, и ноги у него ноют, и селезёнка ёкает. Непривычный он был к движениям. Вот всё у него и разладилось.

Тут как раз бежал мимо великанчик. Необычный великанчик. Маленький-маленький. Прямо совсем крохотный, глядеть не на что. Поздоровался на ходу, думал своим путём дальше мчаться, да заметил, что гному нехорошо.

– Чем помочь? – спрашивает великанчик у гнома.

– Ох, не знаю, – стонет гном. – Всё болит. Шагу больше не могу сделать. Был бы ты настоящим великаном, мог бы меня понести немного. Был бы врачом, таблетку мне дал бы какую-нибудь. А так – какая от тебя помощь?.. Охохонюшки, жизнь моя несчастная!..

Великанчик рукава засучил и стал гному массаж делать. Боль унял, а гнома умял: наверное, лень из него выдавил. Сам при этом что-то говорил, рассказывал. Гному почему-то становилось всё интереснее его слушать.

– Ну, теперь всё в порядке! – объявил великанчик.

Смотрит на себя гном, а стал-то он другим: небольшим и усердным. Смотрит: чем бы поскорее заняться?..

А великанчик дальше побежал. Может быть, другим помогать, а может быть, у него и своих дел полным-полно было. И чем дальше он убегал, тем гному больше казался.

Расти большой и сильный

Ребёнку нередко приходится слышать что-то подобное. А каким быть важнее: большим или сильным? А сильным как – телом или душой? Вот это, наверное, важнее всего – какая у тебя душа. Она-то и должна стать большой и сильной.

В Китае люди вообще-то не очень высокие. Но и самый высокий человек на свете (на начало XXI века) – тоже в Китае. Нелегко быть таким высоченным, он даже ходит с палкой. Но высокий и высокий – что ж такого? А вот когда он спас от смерти дельфина (тот заглотал пластиковую бутылку и только самой длинной рукой можно было его достать), все его полюбили. Не за высокий рост, а за что-то сверх этого.

Но это настоящий великан среди людей. А в сказке речь пойдёт о великанчике, который меньше гнома, и всё в ней запутывается, кроме одного: не в размерах дело. Понимать, что дело не в малости или в слабости, не в величине или могуществе, полезно каждому – и тому, кто считает себя слабым, и тому, кто гордится ростом или силой.

Знакомые великанчики

Большущий гном, великанчик непонятно какого роста… Какие же мы на самом деле? Когда человек только большой, а ума маловато, про него говорят «дылда». Про другого скажут «маленький, да удаленький». Кому из героев этой сказки что подходит?

Интересно поговорить с детьми о знакомых великанчиках. То есть о тех, кто сначала кажется маленьким, незначительным, а чем дольше его знаешь, тем выше ценишь. Может быть, это даже ребёнок. Такой – из породы «великанчиков». Или взрослый, тоже из них. Мимо не пройдёт – поздоровается, посочувствует, каким-то своим способом поможет. Только потом мы понимаем – точно, великанчик!

Возможные вопросы

– Бывают ли большие-пребольшие гномы? А вообще гномы бывают?

– Большой – это всегда ленивый? Или одно с другим не связано?

– А великанчики разве бывают маленькими? Или просто некоторых людей мы считаем незначительными?

– Как ты думаешь, гном с великанчиком тоже поздоровался? Или слишком был занят своими недомоганиями?

– Знаешь ли ты, что такое массаж? Тебе его когда-нибудь делали? Или знакомым?

– Чем же помог великанчик гному, кроме массажа? Как по-твоему, что он такое говорил и рассказывал?

– Знаешь ли ты людей, которые всегда чем-то недовольны?

– Интересно, великанчик потребовал у гнома заплатить за свою помощь? Как ты думаешь?

– Почему великанчик казался гному всё больше?

– Чем велик оказался великанчик?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.