Джин Вебстер
Длинноногий дядюшка (DLL)

Этот черный день – среда

Первая среда в каждом месяце была для приюта «John Grier Home» совершенно ужасным днем. Его ожидали со страхом, мужественно выдерживали все испытания и тут же старались забыть.

К нему тщательно готовились: полы вымыты, мебель вытерта и отполирована, кровати застелены без единой морщинки. Девяносто семь маленьких сирот, обитателей приюта, причесаны и облачены в свеженакрахмаленные клетчатые одежды. Всем девяносто семи воспитанникам было строго наказано вести себя прилично и не забывать говорить при любом случае «Да, сэр», или «Нет, Сэр», когда вдруг Опекун обращался к нему, что-то говорил или спрашивал.

Это было трудное время особенно для Джеруши Эйбботт. На нее падало основное бремя этого дня, поскольку она единственная была в приюте самой старшей. Она отвечала за комнату F, которую занимали одиннадцать самых маленьких воспитанников, от четырех до семи лет. Это была самая непослушная и трудная группа в приюте. Вот и сейчас Джеруша построила их и еще раз осмотрела, у всех ли в порядке одежда и обувь, и у всех ли вытерты носы. Только после этого она повела свою группу в столовую, где их ожидал праздничный ланч.

Освободившись, Джеруша присела на низкий подоконник и прислонилась к прохладномуокну. Она была на ногах с пяти часов утра, кроме обычных своих обязанностей, ей пришлось выполнять и многочисленные разовые поручения.

День наконец-то закончился и вполне успешно, насколько она знала из речей и отчетов Совета Опекунов. После традиционного чаепития все спешили по домам, к своим уютным веселым домашним очагам, стараясь вычеркнуть из памяти тягостное пребывание в приюте до очередной первой среды следующего месяца.

Джеруша слегка наклонилась вперед, с любопытством следила взглядом за вереницей автомобилей, покидающих двор приюта. Она провожала взглядом автомобили до самых тех далеких высоких коттеджей вдоль холмов и зеленых склонов.

Несмотря на богатое воображение, за что ее всегда ругала миссис Липпетт, она, как ни старалась, не могла вообразить, что из себя представляет такой дом, если в него войти. За свои семнадцать лет Джеруща ни разу не переступала порог обычного дома. Она опять попыталась представить, как дом выглядит внутри.

Дже-ру-ша Эй – ббо-тт,
Тебя ждут
В оо-фии-се,
И по-о-скоо-рее!

Голос Томми Диллона, звучал все громче и громче других в хоре воспитанников, когда они приближались к комнате F. Джеруша отошла от окна и вернулась к своим обязанностям.

– Кто хочет видеть меня? – она на мгновение остановила Томми.

Миссис Липпетт в офисе,
И я думаю, что она сердится.
Аа-ми-и- нь!

Джеруша, молча, пошла в офис. Что же было не так, думала она, и на ее лбу появились две тоненькие параллельные морщинки.

Когда она спустилась по лестнице вниз в длинный с низким потолком, слабо освещенный зал, то, в проеме открытой двери она увидела задержавшегося там последнего Опекуна. Он рукой махнул в сторону поджидавшего его автомобиля. Джеруша успела поймать только общее впечатление от человека. Когда автомобиль подъезжал к нему, то в ярком свете фар на стене появилось отражение его фигуры с тонкими удлиненными ногами и руками. По своей природе Джеруша была жизнерадостным человеком, и она весело рассмеялась, ведь сейчас Опекун был очень похож на паучка-длинноножку, daddy-long-legs.

В офисе ее ожидала миссис Липпетт. Удивительно, но миссис Липпетт, хоть и не улыбалась ей, но была так же дружественна, как с Опекунами и посетителями.

– Сядь, Джеруша. Я должна кое-что тебе сказать.

Затаив дыхание, Джеруша села.

– Ты заметила джентльмена, который ушел после всех?

– Я видела его спину.

– Он – один из наших самых богатых Опекунов и дал большую денежную сумму для нашего приюта.

Глаза Джеруши немного расширились от изумления: она не привыкла к тому, чтобы ее вызывали в офис для обсуждения решений и поступков Опекунов с миссис Липпетт.

– В прошлом этот джентльмен интересовался несколькими нашими мальчиками. Ты помнишь Чарльза Бентона и Генри Фрейза? Именно он, м-р…. направил их в колледж. Но оба отплатили ему усердной учебой и своими успехами. Другой оплаты этот джентльмен не желает. Я ни разу не смогла заинтересовать ни одной из наших девочек, даже тех, кто заслуживал его внимания и поддержки. Девочки его совершенно не интересуют.

– Нет, миссис Липпет, – пробормотала Джеруша, понимая, что она должна была что-то сказать.

– Сегодня на очередной встрече с Опекунами был поднят вопрос о твоем будущем. Ты знаешь, что после шестнадцати лет наши воспитанники обязаны покинуть наш приют, но для тебя было сделано исключение. Ты закончила нашу школу в четырнадцать, и поскольку показала хорошие успехи в учебе, к сожалению, не в поведении, тебе все же было позволено продолжить учебу в деревенской средней школе. Теперь, когда ты заканчиваешь, то мы не можем больше оказывать тебе никакой поддержки.

М-с Липпетт не упомянула о том, что Джеруша работала для приюта в течение этих двух лет, что работа была на первом месте, а ее образование – только на втором. Как и то, и что кроме всего ей приходилось еще делать уборку в приюте.

– Итак, как я сказала, был поднят вопрос о твоем будущем, и мы обсуждали то, что называется твое досье.

– Конечно, уже пора направить тебя на работу, но ты показала незаурядные успехи и твоя работа на английском языке была признана блестящей. Мисс Причард, член нашего Совета, выступила с настоящей речью в твою пользу. Она прочитала твое сочинение «Этот черный день-среда».

Мне кажется, что в нем не видно благодарности нашему приюту. Если бы тебе не удалось написать это сочинение так занятно, ты бы вряд бы заслужила мое прощение.

К счастью, у одного Опекуна м-ра…. оказалось большое чувство юмора. Ему так понравилось твое сочинение, что он решил направить тебя на учебу в колледж.

– В колледж? – изумленно повторила Джеруша.

М-с Липпетт кивнула.

– Он задержался, чтобы обсудить со мной условия твоей учебы. Они необычны. Джентльмен, я осмелюсь сказать, неправ. Он полагает, что у тебя есть оригинальность, и он думает, что ты станешь писательницей.

– Писательницей?

Джеруша была ошеломлена и могла только повторить слова миссис Липпетт.

– Это – его единственное желание. Выйдет ли что-нибудь из этого, будущее покажет. Он дает тебе очень щедрое пособие для девочки, у которой никогда не было опыта с деньгами, особенно с такими суммами. Но он детально продумал этот вопрос. Непосредственно колледжу будет оплачена учеба и пансион в течение этих четырех лет, а ты будешь получать тридцать пять долларов в месяц. Это позволит тебе не отличаться от других студентов. Деньги будет тебе посылать личный секретарь джентльмена один раз в месяц, а в ответ, а ты должна написать письмо в знак благодарности тоже один раз в месяц. Но это не просто благодарственное письмо. В нем ты расскажешь о своей учебе в колледже и о своей повседневной жизни. Словом, такое письмо, как ты бы написала своим родителям, если бы они были живы.

– Свои письма ты будешь посылать на имя м-ра Джона Смита, но их будет получать его секретарь. Щедрый Опекун считает, что ничто не помогает лучше стать писателем, чем написание писем. Так как у тебя нет своей семьи, с которой переписываться, он хочет, чтобы ты писала их ему именно таким образом. Он никогда не ответит ни на одно из твоих писем. Ты должна помнить, что ты обязана написать одно письмо в месяц. Кроме всего прочего, не забывай, что пишешь Опекуну нашего приюта «John Grier Home».

Если вдруг тебе надо что-то написать, то ты можешь обратиться к м-ру Григгсу, его секретарю.

Джеруша с тоской смотрела на дверь. У нее от волнения кружилась голова, она хотела поскореее сбежать отсюда и подумать обо всем, что сегодня произошло. Она уже поднялась со стула, но миссис Липпетт остановила ее жестом:

– Не у многих девочек есть такая возможность подняться в жизни. Не всем так повезло, не забывай об этом.

– Да, миссис Липпетт, спасибо. Я думаю, если это все, то я пойду, мне надо поставить заплату на брюки Фредди Перкинса.

Дверь закрылась, и последние слова миссис Липпетт повисли в воздухе.

Письма от мисс Джеруши Эйбботт м-ру Daddy-Long-Leggs Смиту

215 Фергуссен Холл,

Cентябрь, 24.

Дорогой Daddy-Long-Leggs, Тот, кто посылает сирот в колледж,

И вот я здесь! Вчера я путешествовала в течение четырех часов в поезде. Забавно, не правда ли, но я никогда не ездила в поезде.

Колледж – такой большой и изумительный. Всякий раз, как я выхожу из своей комнаты, я не знаю, куда идти и теряюсь. Я еще напишу Вам подробнее о колледже и о своих занятиях позже, когда я привыкну к новой обстановке.

Занятия начнутся утром в понедельник, а сейчас субботний вечер. Но мне захотелось написать вам письмо, чтобы познакомиться.

Очень странно писать письма кому-то, кого не знаешь. А для меня это и вообще непривычно, я никогда не писала никаких писем, кроме небольших записок.

Вчера перед отъездом миссис Липпетт наставляла меня, как себя вести в жизни, и особенно как вести себя по отношению к доброму джентльмену, который сделал так много для меня. Прежде всего, я должна показывать ему свое почтение, уважение и благодарность. Но я думаю, что это трудно быть почтительной к человеку, кто так безлико назвал себя м-ром Смитом. Почему вы не выбрали другое имя, с какой-то определенной индивидуальностью?

Летом я много думала о вас, ведь вы сейчас вся моя семья. Я все время пытаюсь вас представить, как человека, но у меня не хватает воображения. Вот все, что я знаю о вас:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.