Дмитрий Султанов
Путь к цели

© Дмитрий Султанов, 2017

© ООО «Издательство АСТ», 2017

Выпуск произведения без разрешения издательства считается противоправным и преследуется по закону

Глава 1

Ну что, Грэг, соберись, не теряй концентрации, когда осталось всего ничего. Уже буквально финишная прямая. Вот-вот цель будет достигнута, всего шажочек нужен. Ты смог ответить на все самые сложные вопросы по профильным дисциплинам, прошел психологические тесты на верность. Но расслабляться еще не время. Тем более тогда, когда от этого зависит твое будущие. Вперед!

Указательный палец твердо утапливает кнопку подтверждения следующего вопроса на виртуальной клавиатуре, и тот моментально вспыхивает перед глазами. Зеленые буквы на черном фоне не сразу собираются воедино, обретая смысл, но как только это происходит, я облегченно вздыхаю. Фуу-ух, повезло. Всего лишь вопрос по истории, причем один из простейших. А как себя накручивал.

«Опишите события, предшествующие Пришествию, а также его последствия для нашего мира». Мысли лихорадочно начинают бегать от факта к факту, прыгая от одного события к другому. Но в итоге я сам себя останавливаю, делая очередной глубокий вдох. И хотя в виртуальной реальности тело практически не ощущалось, мне всегда помогало такое действие уменьшить накал эмоций и собрать мысли до кучи. Времени еще достаточно, но все равно необходимо четко сформулировать ответ на поставленный вопрос, без всякой воды. Так что я решаю мысленно проговорить себе его для начала и только потом уже отвечать.

Итак, наша планета до Пришествия была громадным нагромождением разнообразных стран со своими народами, культурой, обычаями. Да что там говорить, даже языки были разными. Это, конечно, давало индивидуальность каждому государству, но в то же время и разобщало их между собой. Причем настолько, что непосредственно перед Пришествием планета готова была начать Четвертую мировую войну, будто уже забыв ужаснейшие последствия Третьей, когда не только границы многих стран были кардинально перекроены, но местами даже ландшафт полностью изменился, а часть земли стала абсолютно непригодной для жизни, включая тот же Забытый континент. Благо хоть последний был самым маленьким и находился несколько в стороне ото всех, а жителей там было всегда немного. Вот только именно там нашлись запасы стратегического, важного на тот момент, ресурса, и это в итоге привело к текущему состоянию – безжизненной выжженной пустоши.

Но все же повторно глобальная катастрофа не случилась. Внезапно появившиеся громадные многокилометровые космические корабли нависли над миром, заставив замереть всех жителей в ожидании еще больших проблем. Часть стран – из тех, что любили кичиться своей военной мощью, – без всяких попыток переговоров с ходу попробовали атаковать корабли пришельцев, но безрезультатно. Боеголовки сбивались практическим моментально после пуска, а затем неизвестное оружие выпускало мощнейшие энергетические удары, буквально утюжившие землю, создавая кратеры в местах попаданий. Вся авиация, даже самая новейшая с лучшими технологиями сокрытия, словно превратилась в неподвижные мишени, которые тут же уничтожались. Подавив сопротивление даже самых тугодумных вояк, пришельцы взяли паузу на пять дней.

По всей планете воцарилась паника. Большая часть людей, расценив, что пришел настоящий конец света, ударились в массовые помешательства, создавая хаос везде, где только можно. Убийства, мародерство, насилие захлестнули население всех стран. Правительство и высшие чины в большинстве своем сбежали, начав прятаться в своих частных или государственных бункерах и бросая свой народ наедине с этой разрухой. Армии массово распадались и дезертировали, а рядовые военные спешили к своим семьям, не видя возможности бороться с таким грозным противником, имеющим подавляющие преимущество в силе. А затем последовал удар пришельцев.

Всего за сутки неизвестные вторженцы уничтожили все государства планеты, как саму суть явления. Армейское вооружение, склады техники, тайные объекты, все было выжжено ударами из космоса. Но не только это – все правительственные учреждения и бункеры, вместе с прячущимися в них чиновниками, стирались с лица земли. Орбита была очищена от спутников, оборвав почти все варианты коммуникаций. Площадки для изучения космоса, большинство баз данных глобальной сети, громадные вещательные комплексы – все сгорало в пламени пришельцев.

В итоге, планета осталась без большинства накопленных знаний, без вооружения и армии, без связи, с уничтоженной экономикой и без института государства, как такого. Жизнь рядового человека сократилась буквально до ближайшего окружения, и события в других регионах резко стали далекими и мало актуальными. Все моментально сосредоточились на собственном выживании, уже не думая про какое-либо даже теоретическое противостояние пришельцам. Нет, были, конечно, ярые радикалы, готовые бороться до самого конца, но даже они поумерили свой пыл, осознав произошедшее и разницу в силах. А космические корабли на орбите снова замерли в ожидании неизвестно чего, в этот раз уже на гораздо более длительный срок.

Но через полгода они снова дали о себе знать. Громадные машины спустились с небес, неся с собой мир, а не войну. До сих пор никто никогда не видел вживую пришельцев, но всего за десятилетие они перекроили планету под себя, вводя свои законы, которым теперь необходимо было подчиняться. Сопротивляющихся же ждал удар с орбиты. И очень скоро таких практически не осталось.

Был введен единый язык и упразднены остальные. Были изменены системы счета и мер. Единая валюта и запрет на образования любых политических структур. Полная экономическая свобода – никаких ограничений на торговлю чем-либо. Но ввелся запрет на использование или разработку любых видов авиации, ибо небо и космос могли принадлежать только пришельцам. Также было запрещено использовать беспроводные технологии коммуникации, и поэтому к текущему времени громадная сеть кабелей окутала всю планету. Были и другие запреты, но большинство из них касалось того, чтобы люди сидели на земле и не пытались как-то влезть в дела пришельцев. Те закрыли для посещения несколько регионов планеты и один целый континент, но в остальном люди были предоставлены сами себе. И когда умер последний человек, который родился до Пришествия, счет времени обнулился.

Сейчас шел 157-й год по новому летосчислению, и мир представлял собой несколько сотен громадных мегаполисов, полностью контролируемых разного рода корпорациями.

А я прямо сейчас сдавал последний экзамен на выпуск из одного из учебных центров-интернатов корпорации «Технологический концерн кибернетических имплантов Собиана» в Арнон-Сити.

Еще раз мысленно прогнав для себя вспомненные факты, я застучал по виртуальной клавиатуре, набирая запрашиваемый ответ. История обрастала все новыми подробностями, периодично выплывающими в памяти, а я все продолжал. На периферии зрения маячили набранные ранее ответы, но их я уже проверял и еще раз не собирался – вряд ли вспомню что-то новое. Слова все вылетали из меня один за другим, и наконец, последнее было напечатано. Еще раз быстро пробегаю взглядом, проверяя ошибки, но нет, все вроде правильно. Все же легкий вопрос попался. Повезло. Но даже если бы выпало что-то действительно трудное, то что, я зря готовился?

Палец утапливает подтверждение, и я сразу же отправляю весь тест, не давая себе ни секунды на раздумья и новые проверки. Хватит уже, Грэг. Подушки на пальцах соединяются с друг другом в хитром жесте и передо мной всплывает системное меню. Выход.

Черное окружение, разбавленное свечением зеленого интерфейса, исчезает, и я оказываюсь в небольшой темной кабинке метр на метр, заполненной оборудованием. Правой рукой аккуратно отсоединяю коннектор под левой кистью от компьютера, а затем высовываю привычным движением кабель из затылка. Небольшой поворот, и с характерным щелчком второй коннектор отпускает меня. Я устало откидываюсь на кресле. Затылочный кабель втягивается в спинку, но я не обращаю на это внимание.

Это было долго и сложно. Все же большинство тестов мы сдавали на месте преподавателям, но раз в год было независимое оценивание, когда твои знания проверяли абсолютно неизвестные тебе люди. Все это, естественно, проходило через глобальную сеть, где считалось, что личный идентификатор подделать было невозможно. Хотя упорно ходили слухи о хакерах, которые могли это легко сделать и даже сменить кому-либо личность навсегда. Но правда ли это, я не знал. Да и не хотел. Ладно, тест окончен, результат будет завтра, так что нечего тут рассиживаться. Тем более меня ждут.

Пружинисто выпрыгнул из кресла, что моментально мне аукнулось – колено влетело в компьютерное оборудование, вызвав вспышку боли. Да, Грэг, не быть тебе акробатом. Вот так, морщась от боли, я медленно вышел из своей кабинки, потирая ушибленное место. Но осмотреться мне не дали. Налетевшее на меня женское тело моментально повисло мне на шею, а звонкий смех раздался в правом ухе.

– Поздравляю, милый! Как сдал? Все получилось? Не было проблем? – голос начал тараторить не останавливаясь, а я довольно улыбался. Нет, жизнь прекрасна. А скоро станет еще лучше.

– Мне кажется… нет, я абсолютно уверен, что все отлично, – улыбнулся я, слегка отодвигая Софию от себя, чтобы поцеловать. – Завтра будут результаты, и я наконец смогу покинуть тебя хотя бы на время.

Острый кулачок легонько меня бьет в ребра, а девушка строит грозную мину, сердито хмуря брови.

– Тебе бы только сбежать к своим железякам. – Взгляд держится всего ничего, и она, не выдержав, звонко смеется, вызывая во мне прилив нежности. В этот смех я когда-то и влюбился, и он до сих пор вызывает во мне бурю чувств, причем не меньшую, чем в первый раз.

Приобняв девушку, я направляюсь на выход из здания коммуникаций. Людей было немного, но все равно не понимал, почему эти тесты нельзя было сдать в нашем центре. Ведь идентификатор-то не обманешь, если, конечно, не обращать внимания на те слухи. Тем более болтать любят всякое, верить всему было глупо. А нужное компьютерное оборудование вполне было и в интернате.

– Я же не виновата, что мне двадцать лет исполнится всего через полгода. И все это время мы будем мало видеться, – вздохнула София, заставив меня покрепче сжать ее плечо, прижимая ее хрупкое тело к себе.

– Ничего, время пролетит быстро, и скоро ты тоже закончишь обучение и будешь сдавать свой выпускной экзамен. Тем более я буду навещать тебя и Пьера, как только у меня появится возможность. Все зависит от того, что мне предложат по результатам тестов, – остановившись и развернув ее, твердо произнес я, глядя в ее зеленые глаза. Большие, они смотрели на меня с надеждой. Слегка курносый нос был еще больше вздернут вверх, когда она смотрела на меня, закидывая голову назад. Да, уж слишком большая у нас разница в росте была. Почти двухметровый я и невысокая София, моя маленькая красавица.

Светловолосая, с небольшими веснушками на лице, она почти всегда улыбалась. Только изредка она морщила переносицу, обдумывая что-то серьезное, но большей частью она являлась фонтаном позитивных эмоций. И я, часто хмурый и задумчивый, каким-то образом смог зацепить ее с ее жизнерадостностью. Возможно, потому, что противоположности сходятся. Не знаю, да и не важно, ведь я счастлив.

Два года назад, когда ее только перевели из другого учебного центра, который пострадал в ходе очередной войны между нашей корпорацией и «Объединенным союзом биокибернетических протезов Варрона», нашими извечными конкурентами, я ее сразу не то, что увидел, а скорее услышал. Звонкий смех отозвался чем-то внутри, напоминая о моих давно забытых родителях. В нашу учебную аудиторию, которая была забита под завязку учениками всех возрастов, вводили новую группу почти из десятка человек. И их центром выступала крохотная по моим меркам девушка, сверкающая своей улыбкой.

Познакомился я с ней не сразу, а спустя несколько месяцев, хоть мы и жили в пределах одного учебного центра. Но учеников хватало в то время – почти полторы сотни, а я был всегда достаточно замкнутым, так что, по моему мнению, это еще и быстро произошло. И то все благодаря Пьеру – моему названому младшему брату, за которым я присматривал с момента его попадания к нам. После потери семьи в ходе штурма одной из баз его определили к нам, и мы очень быстро сошлись на почве общей любви к технике. А потом я и не заметил, как начал приглядывать за ним и в других вопросах.

Пьер, предложивший Софии помощь в настройке компьютерного оборудования, очень быстро все спихнул на меня по своему обыкновению, заодно и познакомив нас. А спустя какое-то время я обнаружил, что у меня будто появилась настоящая семья – любимая и младший брат.

– Чего завис, будто старый процессор, – пихнула меня София, – отвечай давай.

– Конечно, обещаю, – с улыбкой ответил я, сгребая ее в объятия. На крики, что раздавлю, я не обращал внимание. Но пришлось почти сразу прекратить это и уйти в сторону – забывшись, мы перегородили выход из здания.

Привычно серое небо с легкой дымкой между высокими зданиями небоскребов и магнитными линиями поездов будто не обратило на нас внимание. Ему не было никакого дела до нас или вообще чего-либо в этом мире. Почти всегда хмурое, оно словно заставляло смотреть вниз, не давая повода задуматься о чем-то большем.

Само здание коммуникаций было небольшим островком простора посреди нагромождения высоких зданий. Приличный забор отгораживал его от остального района, который был очень далек от благополучия. Грязные, плохо освещенные улицы, все украшенные граффити. Разбросанный мусор, сверкающий под неоновыми вывесками. Опасные переулки, где почти всегда можно было встретить неприятности на свою голову. Звуки сирен патрульных автомобилей корпораций, которые контролировали районы, то и дело звучали в округе. Но их явно не хватало для реального владения ситуацией.

Корпорации хоть и контролировали многое, но далеко не все. А частая безработица с доступностью оружия провоцировала создание разного рода банд, которые нередко служили наемниками войн между компаниями поменьше. Уровень жизни отличался кардинально между работниками корпораций разного размера. А если сравнить еще с обычным гражданином, не работающим в компаниях, то и подавно. Нам реально повезло, что мы принадлежали одной из крупных в городе, причем не только в нашем. «Технологический концерн кибернетических имплантов Собиана» был точно в первой тысяче всех корпораций планеты и в Арнон-сити пришел практически одновременно со своим основным конкурентом. Вот война и шла уже последние лет тридцать-сорок, питаемая ресурсами из других мегаполисов. Она то стихала, то снова набирала обороты, особенно, когда на кону стояли крупные контракты.

Проведя идентификационной карточкой возле турникета, мы вышли за пределы охраняемой территории. Один из бойцов корпорации в тяжелом бронежилете и каске с прозрачным забралом проводил нас безразличным взглядом и последовал примеру остальных своих коллег, внимательно изучавших окружающее пространство. Идиотов, которые бы решились напасть на здание, нашлось бы немного ввиду наличия штурмовых винтовок у охраны и управляемых по кабелю пулеметных турелей по периметру высокой ограды. Но в то же время всякое могло прийти в голову обколотому наркоману, почувствовавшему себя бессмертным после очередной дозы какой-то новой дряни.

София еще больше прижалась ко мне, и мы ускоренно направились на ближайшую станцию постоянно ходившего поезда. Благо она находилась всего в минуте ходьбы. Проезжающий рядом фургон без стекол слегка замедлился возле выхода, но встрепенувшиеся охранники заставили его торопливо ускориться, избегая возможных неприятностей.

Внезапно налетевший холодный ветер заставил поежиться девушку. Хоть сейчас и заканчивалась осень, но громадный мегаполис буквально выделял тепло отовсюду, да и температура в Арнон-сити никогда не падала слишком сильно. Это ж не север.

– Замерзла? – еще больше обнимая, спросил я, стараясь согреть ее теплом своего тела. Она была одета в майку и широкие штаны, оно было и неудивительно, что могла замерзнуть. Это я по своей привычке почти всегда ходил в достаточно плотной рабочей спецовке, несмотря на погоду.

– Нет, что ты, тепло ведь еще. Просто мне не по себе снаружи центра, – честно ответила она.

– Нам в любом случае придется чаще бывать снаружи, как начнем работать. Хотя тебе с твоей работой, возможно, и нет, – подколол я ее.

– Это действительно так, ведь врачи – это ценный ресурс, чтобы подвергать их лишнему риску, – важно заметила она, – не то что всякие техники, их же полно. Найдут замену. Прямо как поломанному болту.

– Ну конечно же, – улыбнулся я, – и ничего, что нам часто придется работать вместе при установке киберпротезов, а? И без грамотного техника врач ничего нормально не настроит.

– Но ты-то еще не грамотный техник, – ехидно заметила она, хитро сверкая своими глазищами.

– А ты еще не врач, – парировал я. Не выдержав, она рассмеялась своим звонким смехом, и мое сердце снова растаяло. Прижав ее посильнее, я толкнул дверь на станцию поезда. Правда, спустя пару секунд пришлось разорвать объятия, проходя через рамку металлодетектора. Эта станция была под охраной патруля, и меры безопасности здесь были повышены. Но оружия я не носил, и мне было все равно. К тому же я и пользоваться им толком не умел, только обслуживать и ремонтировать. Даже название не пытался запомнить, тем более корпорации частенько модернизировали его. Оружие в принципе никогда не влекло меня, и мне больше нравилось заниматься роботами. Последние были гораздо сложнее, интересней, и главное, перспективней. Пока еще не получалось их сделать полностью автономными, но где-то даже ходили слухи о разработке настоящего искусственного интеллекта. Но сплетни всегда распространялись чуть ли не по каждому вопросу. Верить им явно было глупо.

– Эй, Грэг, пойдем уже…

Черт, снова ушел в свои мысли, заставив Софию меня ждать. Быстро проведя своей картой идентификатора личности по считывателю, я прошел на станцию. Вообще проезд был платным, а нам в интернате денег не давали. Взамен корпорации взяли на вооружение принцип того, что все счета копятся и в конце месяца компания напрямую рассчитывается с поставщиками услуг, а с сотрудника эта сумма удерживается. Таким образом они экономили на объеме, выбивая сниженную цену, а с сотрудника вычитывали без скидок. К тому же реально выплачивать приходилось меньше ввиду подвязывания всех своих работников под определенные магазины, часто напрямую принадлежавшие самой корпорации. Конечно, все это руководство объясняло тем, что таким образом снижается риск грабежа на улице, особенно учитывая количество банд в округе, но это была, как всегда, только часть правды.

Дорога домой не заняла много времени. Ввиду разгара рабочего дня вагон был полупустым. Безработные же чаще всего предпочитали просто так не кататься, ограничиваясь передвижением на своих двоих по своим районам. Рядом сидели всего несколько одиночек, молча ушедших в свои мысли, да шумная компания из трех подростков лет шестнадцати. Все в коже с металлическими наклепками, в татуировках по телу и лицам, с ярко-зелеными и оранжевыми прическами, они то и дело заинтересованно поглядывали на Софию. Мне пришлось в какой-то момент упереть в них взгляд, пытаясь показаться максимально грозным и будто предупреждая не лезть. Не знаю, то ли мой рост вкупе с широкой курткой, хорошо скрывающей мою худобу, то ли они просто были не настроены вступать в конфликт, но нам повезло и взглядами все ограничилось. Вышли они за остановку до нас, и после этого София облегченно вздохнула.

А уже в центре на меня налетел Пьер, быстро что-то тараторя, да так, что ничего понять было невозможно. Схватив своего названого шестнадцатилетнего брата и встряхнув его посильнее, заставив прикусить язык, я произнес:

– Помедленней говори, а то снова ушел в турборежим, – коротко стриженный, слегка полноватый подросток в такой же, как у меня, спецовке вздохнул и уже спокойно начал, после короткой паузы:

– А я что виноват, что ты дылда и до тебя так все долго доходит? Ладно, братец, теперь к делу. У меня получилось! Получилось, получилось, получилось! – Пьер спустя всего несколько слов не выдержал, забывая про «помедленней», и снова начал активно размахивать руками. – Я слегка изменил код и наконец-то нашел ошибку. И он сдвинулся, ненамного и в другую сторону, но все же это уже прогресс! Пошли скорее, пошли, – он тут же начал тянуть меня в сторону мастерской. Я беспомощно обернулся на Софию, но она мягко улыбалась.

– Иди уж, – кивнула она, и я, успев напоследок поцеловать ее в лоб, был утянут Пьером окончательно.

Глава 2

– Демонстрируй свои успехи, хакер огненного места, – подколол я его, как только мы спустились вниз в мастерскую, где у нас был оборудован собственный закуток посреди большого помещения учебной аудитории, он же технический склад разнообразного хлама, полезного и не очень.

– Да хватит уже, Грэг, это же была шутка, не нужно было так реагировать всем! – огрызнулся Пьер на мою реплику. – Не думал, что будут такие последствия. – Ага, в первую очередь для его задницы, а затем и для нервов нашего учителя программирования. Малый был всегда талантлив в управлении компьютерами и виртуальной реальностью, и в какой-то момент к этому добавилось природное любопытство. Он где-то откопал дополнительные учебники и направил весь свой гений на организацию шикарной, по его собственному скромному мнению, шутки. Только объект оказался не тот, что предполагалось, а наш учитель, который решил что-то проверить перед занятием. Естественно, неудачно для себя. Ничего не подозревая, мистер Холн подключился к киберпространству и даже успешно успел проработать какое-то время перед тем, как осознать, что его конечности начинают гореть. Решив, что это какой-то трюк, он попытался произвести системный выход, но ничего не получилось. А затем он почуял запах настоящего дыма, вслед за чем пламя перед глазами резко вспыхнуло, поглощая его с головой.

В общем, когда кричавшего учителя в предынфарктном состоянии отсоединили от оборудования, попутно погасив дымящую конструкцию возле него, Пьеру досталось, мягко сказать, сильно, несмотря на его одиннадцать лет. С тех пор я порой и подкалывал его в те моменты, когда он снова включал свою креативность на полную, частенько плюя на последствия при этом.

– Ну и где робот? – спросил я, заходя к нам и не видя нужный объект. И хотя наш закуток, огороженный металлическими листами, был не слишком большим, он был завален даже похлеще, чем основной склад. Места оставалось только в центре на рабочем столе, а также на небольшие проходы к стеллажам или к компьютеру Пьера.

– А, я его укрыл подальше от посторонних взглядов, – заговорщицки произнес моей названый братишка от чего мне захотелось хлопнуть себя по лбу.

– Да кому он нужен, Пьер! Ты сам же его демонстрировал всем, кому не лень, даже Дугласу! – не выдержал я, возмутившись этим его играм в секретность.

– То было тогда, когда он не работал. А сейчас другое дело, и я не хочу, чтобы этот толстый засранец вмешался в мою работу из-за своей зависти, – серьезно ответил Пьер.

– Это было всего один раз, и он же сам реагировал в ответ на твою очередную «невинную» шутку. Хватит уже на него наговаривать. Тем более тебе бы самому не мешало меньше налегать на еду, – видя, что брат снова начинает заводиться, как обычно бывало с ним, я резко остановился и сменил тему: – давай, показывай наш успех, не будем терять время.

Тот только махнул рукой, тихо буркнув: «Долговязый». Немного успокоившись, Пьер снова выглянул в мастерскую, проверяя, нет ли там кого, чем вызвал у меня тяжелой вздох. Порой он был уж слишком уперт, и решив для себя что-то, менять свое мнение не собирался, даже если оно было откровенно ошибочным и на это указывала куча фактов. Но, с другой стороны, ему это всегда давало некую твердолобость и целеустремленность в решении проблем, и неудачи его никогда не пугали, наоборот, провоцируя направить еще больше усилий на достижение своей цели.

Сдвинув вбок высокий ящик и стянув грязное покрывало, он наконец открыл мне вид на наше общее детище, которым мы занимались последние полгода. Робот выглядел совсем непрезентабельно, с минимумом элементов корпуса. Бочкообразное туловище без головы с двумя разными манипуляторами стояло на некой короткой треноге. И хотя часть его было откровенным металлоломом из разных запчастей, все было максимально вычищено и тщательно соединено, а сложная цепь проводов во многих местах была собрана в аккуратные пучки. Все же усилий я приложил изрядно, собирая его в первый раз, а затем и неоднократно перебирая под то и дело меняющиеся запросы Пьера.

В нашей творческой команде он отвечал за программное обеспечение и целевое задание, а я уже придумывал, как реализовать его безумные идеи из того хлама, что был под рукой. Порой приходилось договариваться с учителями или персоналом центра, чтобы достать что-то конкретное, отрабатывая затем за помощь. Но тут я шел навстречу Пьеру – мне сложно было ему отказать, когда он впервые обратился ко мне за помощью в создании робота. Причем он хотел все написать с нуля, не используя стандартные шаблоны. Таким образом, он хотел полностью для себя понять все подводные камни в робототехнике, а также попутно поискать более изящные решения, чтобы в итоге добиться того, чего пока никто официально не смог сделать – полностью автономного робота без непосредственного управления по кабелю.

Цель была амбициозная, и поэтому я ускоренно пытался собрать прототип в железе так, чтобы Пьер смог продолжить работать над ним, когда я покину центр-интернат. И вроде бы мне это удалось, и теперь достаточно всего несколько часов в пару недель на то, чтобы подготовить робота к новым тестам. А возможно, Пьер найдет кого-то себе еще в помощь и наконец-то начнет общаться еще с кем-то, кроме меня и Софии.

– Смотри, – обратился ко мне подросток, параллельно активируя робота. – Привет, Догги, дай пять. – Выставленная ладонь Пьера маячит перед сенсорным центром машины. Объектив некоторое время фокусируется на слегка дрожащей руке перед ним, а затем робот неловким движением манипулятора пытается хлопнуть в ответ. Длинная механическая конечность поворачивается слегка не в ту сторону, цепляя стоящий неподалеку стеллаж, отчего тот чуть не обрушился на моего брата, не успей я попридержать падающую конструкцию плечом. Сердце начинает резко стучать, когда я прикидываю вес того, что могло обрушиться на мелкого засранца, а тому хоть бы хны. Стоит и улыбается во все свои двадцать восемь зубов.

– Видел, нет ну ты видел, Грэг! – весь в эмоциях, он радостно говорит – Догги смог разобрать жест и правильно его интерпретировать. Конечно, надо доработать анализ окружающей среды для правильного реагирования, но все же это прогресс! – Его улыбка неподдельно сверкает, и я не решаюсь пытаться отчитать его прямо сейчас о том, что стоило обдумать место проведения экспериментов, чтобы банально ничего на голову не свалилось.

– Ты прав, Пьер, и ты действительно молодец, – улыбаясь в ответ, медленно толкаю стеллаж на место.

– Жаль только, что ты совсем скоро покинешь нас, – Пьер моментально потух, будто только что и не было никакого успеха.

– Но я же буду навещать тебя и помогать в твоей разработке Догги, – честно ответил я, – тем более попробуешь еще с кем-то подружиться.

– Да нужны они мне, бестолочи. В голове у большинства пусто и будут на роли тупых исполнителей, – отмахнулся Пьер, – а ты, Грэг, не думал, куда хотел бы попасть?

– Нет, но хотелось бы поближе к вам с Софией, а там уж как рассмотрят мою анкету и что требуется прямо сейчас. Естественно, техником, и лучше бы по обслуживанию киберпротезов. Сам знаешь, с учетом специализации нашей корпорации, шансов на успешную карьеру больше, – пожал я плечами. Не то, чтобы будущее меня пугало, но уж слишком мало оно зависело от меня самого, выросшего в учебном центре-интернате. Корпорация, учившая и обеспечившая меня всем необходимым, уже сама распорядится мной, как посчитает нужным. Кому-то могло бы показаться ужасным такая несвобода в выборе собственной судьбы, но реальная альтернатива – это улица с криминалитетом и постоянными угрозами хорошо если только заработку, но часто и жизни, своей и близких. Нет, такое явно не для меня.

– Ладно, результаты тестов будут завтра, а пока я тут, давай еще позанимаемся этой ржавой железякой, – кивнул я в сторону робота.

– Эй, не обижай Догги, – возмутился Пьер и следом тут же продолжил, переходя на серьезный тон, – давай тогда начнем с манипуляторов…

Уже поздно вечером, перелопатив конструкцию механических конечностей и слегка изменив их, я с трудом убедил Пьера закончить на сегодня. Желудок уже активно урчал от голода, причем не только у меня одного. Малой недолго сопротивлялся, но в итоге сдался, гонимый активно жаждущим еды животом.

Взяв свой паек и быстренько его разогрев, мы уселись в полупустой столовой. Учеников было немного, все же время было позднее, а подъем всегда ранний. Бэка, механически жуя, сидела, снова уткнувшись в книги. Заводилы братья Рогварды вместе с толпой своих друзей играли в карточные игры в углу, сдвинув несколько столов вместе. И еще несколько парочек, которые были поглощены друг другом, активно целуясь, да так, что я смог узнать Ким с Шоном только по их фиолетовым прическам.

Ели мы свою еду быстро, больше глотая, чем жуя. Пьер был задумчив, вероятно, перебирая в голове пришедшие новые идеи, и тихо бурчал их себе под нос, еле заметно шевеля губами. А я хотел увидеть Софию – все же совсем скоро мы будем проводить гораздо меньше времени вместе, и хотелось накопить его впрок. Так что стремился съесть все побыстрее, активно сметая все с тарелки, больше глотая, чем жуя.

Девушку я нашел в библиотеке, читающую учебную литературу по своему профилю. И хотя до ее выпускного теста еще оставалось почти полгода, она всегда ответственно относилась к учебе. Иногда чересчур, но уж слишком сильно дальнейшая жизнь зависела от стартовых условий первой работы.

– Заканчивай, еще успеешь все выучить по десятому разу. Да и будто бы предыдущих девяти не было достаточно, – подшутил я над ней, усаживаясь за потрепанный стол. Лампа была чуть ли не единственным источником света в большом помещении. Книгами разной изношенности были уставлены почти все полки, оставляя совсем немного места для будущих пополнений. Но их могло и не быть – все больше информации переводилось в виртуальную реальность ввиду банальной дешевизны и большей долговечности. А как порой говорил Пьер – и для большего контроля за распространением знаний и возможной их простой коррекции в будущем.

– Дай хоть главу дочитать до конца, – нахмурилась она, на мгновение отрывая глаза от книги. Я только кивнул, разваливаясь на стуле. При взгляде на помещение на меня нахлынули воспоминания о том, как много вечеров было проведено тут. Глава центра, госпожа Инга, старательно собирала внушительную библиотеку, понимая, что без знаний детям из интерната вообще никуда. И хотя корпорация, мотивированная воспитать как можно более лояльных и знающих сотрудников, вкладывала хорошие средства в обучение, все же попадались специалисты, которые крайне халатно относились к своему делу. А ведь тесты все равно сдавать было необходимо, иначе тебя могли банально выгнать на улицу, невзирая на то, что ты еще ребенок. И корпорация постоянно это делала, избавляясь от потенциально бесполезных сотрудников, если не могла придумать им применение. Так что большая часть учеников старательно изучала все необходимое, проводя достаточно много времени уткнувшись в книги.

Прямо как сейчас София, которая внимательно читала про проблематику отторжения организмом киберпротезов и пути минимизации данных рисков. Одна сплошная вода, а какой-то конкретики мало. Все-таки слишком давно написана, и лучше на эту тему поискать информацию в виртуале, оно же киберпространство. Хотя все же пару стоящих идей там есть.

– Все, я закончила, – с некоторым демонстративным хлопком она закрыла книгу, поднимая на меня свои прекрасные глаза. – Что ты хотел? – Лукавая улыбка заиграла на ее лице.

– Пошли, посидим на нашем месте, а то чувствую, что в следующий раз это произойдет совсем нескоро, – ответил я, вставая со стула и подавая ей руку. София легко кивнула. Медленно поднимаясь, попутно потягиваясь словно кошка, чем вызвала у меня легкое зависание, она на мгновение прильнула ко мне, целуя в губы, а затем в ухо донеслось: «Догоняй». Гибкое тело слегка оттолкнуло меня назад и устремилось на выход из библиотеки. Простояв в некотором ступоре несколько секунд, я кинулся догонять Софию, стараясь ничего и никого не зацепить по пути. С учетом моих габаритов и моей неуклюжести это было действительно сложно.

И, естественно, мне это не удалось. На крышу учебного центра я выходил, потирая плечо, которое умудрился прилично приложить о дверной косяк. Девушка уже успела разместиться под давно оборудованным небольшим прозрачным навесом. Это место полюбили разные парочки после того, как я его сделал для нас с Софией. Пришлось даже ставить что-то вроде таблички при входе на крышу, которая демонстрировала, что место занято. Естественно, выставить ее я не забыл, поэтому и задержался.

– Как думаешь, какое оно, небо, на самом деле? Что там в космосе? Есть ли кто-нибудь еще там, кроме «ангелов»? – задумчиво протянула София. Я медленно сел рядом, опершись спиной на предусмотрительно подложенную подушку. Девушка тут же разместила свою голову на моих коленях, не отрывая взгляда от неба. Но я уже тоже устремил туда свой взгляд.

Темное, вечно укрытое темными облаками, оно почти всегда скрывало звезды. Да и яркий свет громадного мегаполиса мешал их разглядеть. Но вместо них на небе мерцали корабли ангелов. И хотя их было немного, но они часто создавали причудливый рисунок искусственных созвездий, которые мы выдумывали для себя с Софией.

– Не знаю, милая. Даже если есть, вряд ли они дадут нам возможность наладить контакт. К сожалению, это их мир, причем практически полностью брошенный и оставленный на собственное развитие с некоторыми ограничениями. Хорошо это или плохо, мы не знаем, – ответил я после некоторого размышления.

– Но почему они нам запрещают летать? Разве это справедливо? Да и нельзя не только это! – возмутилась она, вперив в меня свой грозный взгляд, отчего я только улыбнулся. Погладив ее по волосам, произнес:

– Ты не на меня злись, а на них. Тем более мир в принципе несправедлив. Вот мы находимся в интернате, без семьи, имея только друг друга. А кто-то родился сыном или дочерью из верхушки корпорации. У нас уже разные стартовые условия, что вроде бы несправедливо, но так бывает всегда. Справедливости в принципе нет – у всех своя собственная ситуация и жизнь. А что до полетов – не знаю, может, есть какие-то причины на это. Но главное это, что скорее всего, – я немного наклонился, понизив голос, – вполне возможно… – еще немного приглушаю его. София непроизвольно тянется ко мне, старательно прислушиваясь. – Я боюсь высоты, – мои губы резко хватают носик девушки, имитируя укус. Та испуганно дергается, а затем, осознав, звонко смеется.

– Ты порой бываешь таким трусишкой, – подколола она меня, – вот если бы на меня напали те подростки из банды, ты бы вмешался? – пытливо спросила София, слегка прищуривая один глаз, как бы оценивая.

– Ну а куда мне пришлось бы деться? Конечно же, – демонстративно вздыхаю я. – Хотя скорее ты бы сама их отпинала и мне пришлось, вступаться за них, чтобы они слишком сильно не пострадали.

– Ага, ну конечно же, я ведь такая злюка, – наигранно нахмурилась она.

– Бывает, но хотя бы редко, – пожал плечами я, – и только то, что я не люблю конфликты и стараюсь все свести к миру, помогает мне с тобой. – Моя улыбка уже демонстрировала все зубы.

– Ах так, ну тогда вот тебе мое новое нападение, – она притягивает меня к себе, жарко целуя в губы. На какое-то время мы затихаем, поглощенные друг другом.

– На самом деле эта твоя черта мне и нравится. В мире и так хватает агрессии – все эти банды, наемные отряды и войны корпораций. По улицам порой бывает страшно ходить, – произнесла София, оторвавшись от моих губ. Ее маленькая ладошка захватила мою руку и прижала к своей щеке.

– Все будет хорошо, и я всегда буду защищать тебя, – твердо произнес я, снова начиная гладить ее по волосам. Сколько мы так сидели в тишине, просто наслаждаясь моментом и близостью друг друга, не знаю. Настроение было прекрасное, и даже будущий выбор места работы отошел на дальний план, словно совсем незначительный на фоне происходящего сейчас.

– И все же, как было бы прекрасно летать в небе, – тихо произнесла София, – взметнуться вверх и взлететь над землей, и дальше в космос к другим мирам, к чему-то новому и неизвестному.

Глава 3

– ГРЭГ! ГРЭГ, где ты?! Предложения пришли! – крик Пьера доносился чуть ли не по всему учебному центру. Я слегка поморщился от этого – братишка уж чересчур бурно реагировал на это, причем гораздо больше меня самого.

– Клара, теперь уже понятно? – спросил я сидевшую рядом девочку, которой последний час объяснял базовые принципы конструирования и работы кибернетических протезов ног с мышечными усилителями.

– Да, спасибо, Грэг, большое. Теперь все стало совсем просто, – еле заметно улыбнулся этот стеснительный подросток. Но во взгляде читалась легкая паника и абсолютное непонимания чего-либо из того, что я пытался растолковать. И зачем только в техники пытается идти, если у нее явный талант к финансам? Хотя, скорее всего, из-за Клода. Ладно, ее жизнь, пусть делает, что хочет. Я хотя бы пытался.

Дверь чуть не разносит от того, как полноватый Пьер влетает в учебную комнату. Радостная улыбка сияет на его лице, и он, размахивая конвертом, подскакивает. Последние дни серверы корпорации часто подвергались серьезным атакам, вот предложения и отправили в бумажном виде.

– Грэг, бери первый вариант, – чуть запыхавшись, произносит парень, – не думай. Еще и условия отличные.

– Что, не удержался и вскрыл их? – окидываю его пронзительным взглядом, отчего тот слегка тушуется. – Ты смотри, со своим неумеренным любопытством ты когда-нибудь попадешь в неловкую ситуацию. Ладно, давай уж. – Он моментально протягивает мне бумаги, предварительно высунув их из конвертов. И хотя в наше время киберпространство с его большим количеством информации было достаточно распространено, корпорации порой прибегали к такому архаичному носителю информации, ведь, как минимум, его не взломают хакеры конкурентов. Или те же ангелы не прочтут, хотя вряд ли им есть дело до нас. Ладно, поглядим, что там.

Первый вариант предлагал работу рядовым научным сотрудником в научно-исследовательском центре по разработке новых технологий в сфере протезирования, робототехники и киберпространстве. Очень приличный оклад и вполне неплохие условия труда, вплоть до отдельной комнаты с душевой кабинкой. Да и тема работы буквально мечта для Пьера, но…

– Вот лучше бы ты сам порой думал, а не бросал все, когда тебя поманили конфеткой, – ответил я смутившемуся под моим тоном и легким взглядам Клары парню. – Ты же сам можешь догадаться, какие минусы предполагает данный вариант. Или думалки хватает только для неудачных шуток?

– Ну чего ты, Грэг, – еще больше стушевался парень и замолк на некоторое время, после чего уже более серьезным голосом продолжил: – Ну, скорее всего, тебе вряд ли разрешат нас часто посещать, если вообще разрешат.

– Именно. И к тому же обычно весь старший персонал – это хрычи в возрасте, которые никуда не спешат, и на сколько я там застряну в положении рядового сотрудника – неизвестно. А еще риск штурма конкурентов повышенный, если придумают что-то действительно полезное. Черт, Пьер, продумывай последствия своих решений, – закончил я, переводя дух. Вздохнув, я обратил свое внимание на второе предложение.

Оно предполагало работу помощником обслуживающего техника на одной из баз патрульных корпорации. Причем сама база находилась неподалеку и учебный центр-интернат попадал в ее зону ответственности. Оплата была раза в два меньше, чем в первом варианте. Да и жить придется в казарме с остальными, но к таким условиям я уже давно привык. Интересное предложение. Жаль, что их так мало – обычно может вплоть до десятка быть.

– Ну что решил? – спросил меня Пьер. Клара, продолжавшая сидеть рядом и старавшаяся выглядеть как можно более незаметно, чтобы не выгнали, тоже старательно прислушивалась. Любопытная, как многие девушки.

– Скорее, второй вариант. Посещать я вас смогу чаще. Более безопасно, ведь мало кто решится полезть на базу патрульных. Да и зачем? А старт хоть и хуже, но есть реальные возможности карьерного роста и в какие-то вменяемые сроки. Жаль только, что мало предложений пришло. Хотя у нашей корпорации сейчас сложные времена, может, нужды нет. Или просто на всех техников не хватает вакансий, – вздохнул я. Действительно, в последнее время обострились экономические войны и казалось, что скоро только этим не ограничится. Тьфу-тьфу, лишь бы пронесло. А то почти все сотрудники боялись чуть ли не как смерти такого процесса, как «оптимизация затрат».

– Это да, но я уверен, что, когда я закончу обучение, у меня их будет десятки, – хвастливо заметил Пьер, – все же я умнее тебя в своей сфере.

– Возможно, но только мало кто захочет связываться с сотрудником, который не подчиняется дисциплине, а порой вообще занимается только своими делами, – подколол я его.

– Да ну тебя, – махнул рукой тот, но глаза его смеялись.

– Лучше помоги Кларе, а я пока к госпоже Инге схожу, – произнес я, вставая из-за стола. Пьер кивнул и почти сразу начал просто забрасывать вопросами девочку, выпытывая у нее то, что ей непонятно. Причем ответы он толком не слушал, задавая новый вопрос. Это будет тяжело, но пусть учится не только голым знаниям, но и как их доносить до других.

Руководитель центра по своему обыкновению находилась в своем кабинете. Негромко постучав и дождавшись «войдите», я осторожно приоткрыл дверь, стараясь не слишком сильно мешать своим присутствием. Госпожа Инга была как обычно, занята и, отвлекшись всего на мгновение, коротким кивком указала мне на стул.

А я снова осматривал это помещение. И хотя был тут не раз, но меня каждый раз пробирала атмосфера этого кабинета. Весь центр был построен максимально просто, без лишних украшательств, но дети и подростки не могли не внести в него свою лепту. Разбросанные вещи, рисунки на стенах или забытые игрушки и многое другое – все вместе это создавало атмосферу домашнего уюта. Тем более, так как классы были общие и все почти всегда учились одновременно конкретному предмету, невзирая на возраст, он нивелировался, и все прекрасно знали друг друга. Учебный центр стал действительно вторым, а для некоторых и первым, домом.

В кабинете же госпожи Инги все было поставлено на функционал и деловые рельсы. Компьютер в углу со всем необходимым оборудованием для выхода в виртуальную сеть. Личный телефон на столе возле лампы. Вдоль стен – стеллажи с аккуратными папками, разбитыми по категориям. Личные дела учеников, программы обучения, расходы по месяцам и многое другое. В этом месте все поддавалось анализу и тщательному взвешиванию, после чего применялось самым эффективным способом. Практически никаких личных вещей, за исключением одного шкафа, заполненного ручками. Разными – от перьевых и древних стилусов до самых современных. Простые пластиковые, деревянные с узорами и даже инкрустированные драгоценными камнями. Госпожа Инга действительно владела внушительной коллекцией, и ученики всегда знали, что ей подарить.

Причем, несмотря на ее подчеркнуто деловое отношение ко всем, ее всегда любили и уважали. Она была будто строгой тетушкой, которая направляла все усилия на рост своих подопечных, хоть при этом и была скупа на эмоции. Зато она всегда могла подсказать, как решить любую проблему в учебе, найти возможность достать нужное оборудование для какого-то проекта учеников и тому подобное. В центре практически никогда не проводились праздники, но зато к нам очень часто приходили действительно хорошие специалисты, обучая реальным навыкам.

И весь ее характер словно пропитал такой атмосферой ее кабинет, что казалось – здесь ты начинаешь работать во много раз эффективней, отрешаясь от всего лишнего и концентрируясь на достижении цели. Лично меня это завораживало, хоть я порой и не соглашался с такой однобокой позицией в жизни.

Но понять госпожу Ингу можно было. Ходили слухи, что она когда-то была одним из высокопоставленных руководителей нашей корпорации, но несколько десятков лет назад во время очередного витка войн компаний ее семью жестоко убили. Причем всех, включая даже домашних животных. Она жестоко отомстила, вырезав почти всю верхушку конкурента, который сделал такой необдуманный шаг. Та корпорация прекратила свое существование, что бывало крайне редко, но и госпожа Инга ушла со своего поста. Не знаю, правда ли это, но порой, глядя на нее, в это можно было легко поверить.

Точно не из-за внешности, ведь она была уже пожилой сухонькой женщиной невысокого роста с длинной копной седых волос. Лицо, усеянное сетью мелких морщин, все еще излучало некую породу. Но в целом для посторонних могло показаться, что она хрупкая старушка. И только, глядя ей в глаза, можно было заметить твердость взгляда и некий внутренний стержень, который мог обломать очень многих.

– Я так понимаю, Пьер тебе уже принес предложения и ты успел определить, – не поднимая глаза от какого-то документа, сухо произнесла руководитель центра.

– Да, госпожа Инга. – Как обычно она уже знала все до того, как ты даже озвучишь, что хотел. – Мне больше понравился вариант помощника обслуживающего техника на патрульной базе.

– Молодец, думаешь наперед. Впрочем, ты всегда был способным учеником, – так же безэмоционально заметила она, делая какую-то пометку поверх текста. Только после этого она отложила любимую золотую ручку и подняла свои практически черные глаза на меня. Внимательный взгляд будто заглядывал внутрь, изучая содержимое даже моих самых тайных мыслей.

– Хорошо, Грэгори, я подпишу для тебя это направление. Возьмешь подтверждающие документы в бумажном виде, а то с этими хакерскими атаками невозможно что-то отправить нормально. Сегодня соберешься, а уже завтра утром направишься на свое новое место работы. Затягивать с этим не стоит, – произнесла она, снова уходя в свои дела, – есть еще какие-то вопросы ко мне?

– Нет, больше ничего, – кивнув, ответил я, вставая из-за стола, – огромное спасибо вам, госпожа Инга, за все то, что сделали для меня и других, – искренне произнес я, спиной направляясь на выход. Не дождавшись ответа, развернулся, но успел сделать всего несколько шагов. Ее слова догнали меня в спину, когда я уже взялся за ручку двери, собираясь выходить.

– Постой, Грэгори. – Госпожа Инга встала из-за стола и медленно подошла к своему шкафу. Начав что-то там искать, она продолжила говорить: – Ты действительно всегда был способным, но твоя мягкость и желание избегать конфликтов в какой-то момент могут сыграть с тобой злую шутку. – Наконец найдя искомое, она направилась ко мне. – Помни, что конфликты действительно обычно вредны и по возможности надо их избегать. Проще и эффективней договориться, чем воевать, – остановившись возле меня, она уперла свой тяжелый взгляд, глядя прямо мне в глаза. На ее вытянутой руке лежала простенькая металлическая ручка. – Лучше подписать соглашение, чем жать на курок винтовки. Но порой остается только последнее. – Ее ладонь сжимается, давя на еле заметное место на ручке, и с другой стороны выскакивает короткое жало лезвия, хищно поблескивая в свете ламп.

– Всегда будь готов к любому исходу, и тогда ты не только избежишь болезненных потерь, но и сможешь добиться очень много. Возьми это как напоминание моего последнего урока для тебя. – Руководитель центра вкладывает в мою руку ручку, мимоходом убирая лезвие внутрь. Еще раз одарив меня пронзительным взглядом, она кивает своим мыслям и отворачивается, направляясь назад к своему столу с документами.

– Благодарю, госпожа Инга. – Я покрепче сжимаю подарок и тихонько выскальзываю из кабинета. Такие эмоциональные порывы у нашего руководителя были крайне редки, но тем ценнее этот презент для меня. Все же она очень многое для меня сделала. Ладно, теперь бы найти Софию и ей все рассказать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.