Томас Гексли
Мысли Гёксли о значении древних языков и естественных наук для воспитания и вообще для культуры

Богатый англичанин, мистер Иосия Масон, рожденный в бедности и составивший себе огромное состояние упорным долговременным трудом, возымел в старости благое желание подарить своим согражданам учебное заведение. Начав свое житейское поприще в скромной доле простого работника, он, путем тяжких лишений и неутомимых стараний, достиг положения хозяина и сделался потом одним из богатейших промышленников. Проходя свое усыпанное на первой половине всякими терниями поприще, ему часто доводилось испытывать горьким опытом, как мешал его успехам недостаток научных сведений и как трудно пробиваться ощупью, когда не умеешь попасть на торную дорогу и идти к цели верным путем. Вознамерившись оставить по себе память делом благотворения, он, по долгом размышления о том, как осуществить свое желание, признал за лучшее предложить юному поколению своего округа средства к приобретению такого образования, которое служило бы ему надежною опорою в практической жизни и решил создать на своей родине, в Бирмингаме, училище для высшего образования, основанного на естествознании. Для своей научной коллегии – так он ее назвал – он построил роскошное здание, щедро снабдил ее всякими учебными пособиями и обеспечил её содержание значительным капиталом. Научная коллегия Масона была торжественно открыта в начале минувшего октября, и при этом случае Гёксли, слава английских ученых, произнес речь, в которой изложил свои взгляды на значение классических языков и естественных наук в деле воспитания и на влияние их вообще на культуру.

До позднейшего времени в английских школах и университетах давалось исключительно классическое образование, и лишь очень недавно, по усиленному настоянию английских ученых, начали вводить в них преподавание естественных наук. Поэтому речь Гёксли обратила на себя общее внимание и возбудила жаркую полемику в периодической печати.

Вопрос о классическом и научном (у нас реальном) образовании очень интересует и недавно волновал русское общество, а теперь оживает с новою силою. Наши журналы и газеты переполнены злобными статьями против классического обучения и скорбными возгласами о детях, угнетаемых невыносимым бременем древних языков, так неохотно ими изучаемых и так мало полезных для их будущего житейского поприща. Но во множестве всего написанного редко раздавался авторитетный голос спокойного всестороннего обсуждения дела воспитания. Полагаем, что просвещенной нашей публике любопытно узнать, как смотрит на этот предмет знаменитый ученый, приобретший неувядаемую славу своими исследованиями в области естествознания, и предлагаем читателям «Русской Мысли» извлечение из его речи.

Школа основанная на изучении естественных наук имеет особенное значение для нас сынов девятнадцатого столетия. Она служит знамением тому, что мы приближаемся в кризису битвы или правильнее долгого ряда битв за воспитание. Борьба началась давно и теперь еще не наступил её конец. В последнее столетие сражающиеся были поборники словесности, с одной стороны древней, а с другой стороны новой; но лет тридцать тому назад, к нам приобщилась еще небольшая дружина, ставшая под знамя естественных наук.