Ледяное пекло прозы, или как стать писателем
Вячеслав Петрович Поляков

© Вячеслав Петрович Поляков, 2017

ISBN 978-5-4485-5129-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

До сегодняшнего дня Максим Демидов считал себя, если не самым счастливым человеком на свете, то уж во всяком случае, жаловаться на жизнь у него не было ни малейших причин. Да он и не собирался. Двадцатичетырехлетний фитнес-тренер модного, самого дорогого в городе спортивного центра и КМС по рукопашному бою в одном флаконе был хорош собой, до краев наполнен жизненной энергией и находился в отличной спортивной форме. Это давало ему все основания с неиссякаемым оптимизмом смотреть в обозримое будущее. И оно, будущее, сулило ему уверенность в дне грядущем, успех, процветание и долголетие земного бытия.

Но самое главное – у него была она, Оленька. Его первая и единственная любовь. При упоминании имени любимой, Макса переполняло будоражащее кровь чувство, толкавшее мужчин всех времен на свершения ратных подвигов и всяческих безумств. Другие женщины для Макса не существовали – он их просто не замечал. Разве что пару раз засматривался на какую-нибудь красотку, куклу Барби с идеальными формами, но это так, из чисто профессионального интереса, не более. Но зато сколько представительниц слабого пола, посещавших спортзал, строили ему, молодому красавцу фитнесс-тренеру глазки и закидывали в его адрес совсем недвусмысленные намеки. Да что там намеки, – назначили свидания, в открытую предлагали встретиться на нейтральной территории. И поступали эти предложения, надо отметить, от дам разных возрастов и материального положения. Стоило Максу только захотеть, только свиснуть, и у него было бы все: и последней модели престижная иномарка, и отдых в фешенебельном отеле где-нибудь на Канарских островах, и многое-многое другое, о чем только мог мечтать молодой Альфа-самец, ощутивший на себе всю безграничную щедрость женской натуры. Любой другой на его месте не раздумывал бы и секунды, но только не Максим Демидов. Он, безусловно, тоже всего этого хотел, но только не такой ценой. Ему, Максу, ничего этого не надо без его ненаглядной, горячо любимой Оленьки. С ней и только с ней он собирался воплощать в жизнь все задуманное, только для неё он был готов свернуть горы, повернуть реки вспять, высушить моря, превратить пустыни в цветущие сады.

Но как верно подметил кто-то из великих: «Слепая любовь ведет к запоздалым прозрениям». И оно пришло, и именно в такой момент, когда ничего подобного и ожидать было нельзя. Макс еще нежился в постели, досматривая обрывки утреннего сна, когда Оля легкими, едва слышными шагами зашла в квартиру. Она неделю гостила у мамы и вернуться должна была через два дня. Радости Макса не было предела. Будь он не человеком, а собакой, то непременно громко залаял бы и завилял хвостом, выражая таким образом наивысшую степень восторга при внезапном появлении любимой хозяйки. Но вместо обычного в таких случаях приветствия и следовавшего вслед за ним поцелуя, Оля, не раздеваясь и не снимая обуви, молча прошла в комнату. Даже не посмотрев в сторону Максима, на ходу начала запихивать в дорожную сумку какие-то бумаги, вещи, мелкие безделушки. Вдруг она резко остановилась, почти замерла и громко, каким-то чужим голосом, отчеканивая каждое слово, произнесла:

– Демидов, мне нужно тебе что-то сказать, что-то очень важное.

Максима на сотые доли секунды бросило в жар. Затем холод, леденящий холод, -460 по Фаренгейту сковал, зацементировал, сжал в тиски. Восторженный лай перешел на тихое тревожное поскуливание, а виляющий хвост поджался, как у побитой собаки.

А Оля все в той же несвойственной ей манере (Макс раньше ее никогда такой не видел), как судья, выносящий обвиняемому приговор, продолжала:

– Мы расстаемся и это решено. Дальше тянуть нет смысла.

Максим, попытался что-то сказать, но голос сорвался на хрип и получилось что-то невнятное, нечленораздельное.

– Молчи и слушай, – резко, почти грубо, тоном, не терпящим возражений, перебила его Оля. – Я встретила другого (не полюбила, а именно встретила) и ухожу к нему. К сожалению, такое бывает. Не ты первый, не ты последний. Я заберу только самое необходимое. Все остальное мне не понадобится. Там, куда я ухожу у меня будет все, слышишь – все.

Оля нарочно сделала акцент на последнем слове, ясно указывая этим на главную причину своего ухода. После секундной паузы девушка продолжила:

– Так что прощай, я думаю, ты долго печалиться не будешь, утешительницы быстро найдутся.

– Кто он? – только и смог выдавить из себя, потрясенный и полностью деморализованный всем случившимся Макс. Он чувствовал себя боксером, который только что пропустил удар сокрушительной силы.

– Это тебе знать не обязательно. Хотя… Чего уж там. Он известный писатель, автор популярных бестселлеров. Впрочем, его имя тебе мало о чем скажет. Ты ведь всегда считал чтение книг пустой тратой времени. А зря…

И положив ключи на столик возле зеркала, ушла с такой же стремительной лёгкостью, как и появилась. Макс окончательно потух.

Поскуливание сменилось протяжным завыванием, покинутой хозяином и брошенной на произвол судьбы собаки.

Глава 1

Владлен Высоцкий влюбился. Влюбился по-настоящему: втюрился, втяпался, втрескался, втюхнулся; влюбился безумно, влюбился по уши, влюбился без памяти, влюбился безрассудно. Единственный вопрос зачем, как говорят в Одессе (а может и вовсе так не говорят): «Зачем вам этот геморрой, купите лучше моего хомячка!»

Владлен был слегка полноватым, лысоватым, бородатым. Владлену Высоцкому 8 марта исполнилось 47. В женский день его родили, в женский день его всю жизнь и поздравляли. Вначале звучали тосты за именинника, и лишь к концу вечера вспоминали о дамах.

Когда он служил в армии (а было это в конце восьмидесятых), тогда еще в Советской Армии, существовал армейский ритуал: именинника вызывали перед строем взвода и командир громогласно озвучивал приказ о поздравлении. Все хором кричали победоносное: «Ура! Ура! Ура!»

Предвидя шуточки и колкости со стороны однополчан, Владлен дипломатично (с детства он мечтал о карьере дипломата) договорился с замполитом, о том, что вызывать перед строем его не будут, а с утра отпустят в увольнение. Благо, служил он в курортном городе Евпатория, и даже в начале марта, можно было окунуться в море. Замполит благосклонно отнесся к просьбе редактора «Боевого листка» роты (Владлен писал статьи и оформлял сие чудо советской пропаганды) и отпустил его в увольнительную.

Это был чудеснейший день рождения (19-летие). Уже в 10 утра Владлен с местными евпаторийскими ребятами и девчонками попивал коньячок. Травил веселые армейские байки. На спор сходу складывал из заданных слов превесёлейшие рассказы, а девчонкам признания в любви. К примеру, товарищи придумывают 5 словосочетаний: «гиблое место, желтый воронок, грандиозный марш, прокисший суп, легкий обморок». У Владлена есть 10 минут, чтобы составить текст признания в любви Таньке из их компашки. Все выпивали по рюмке коричневой мути, заедали дешевым шоколадным батончиком, и Владлен приступал к творению своих литературных шедевров.

Получался примерно следующий текст: (Владлен становился на колено перед «офигевшей» Танькой и зачитывал):

– Дорогая, единственная, любимая Танечка! О любви говорят по-разному. И стар и млад, все хотят познать, что такое любовь. Любовь обретает смысл, когда она взаимна. Гиблое место то, где возникает ревность, перерастающая в самолюбие. Тогда нужно вызывать «желтый воронок» и наказывать, посадив свое эго в камеру. Пока ты вновь не вернешь умение любить и быть счастливым, от того, что счастлив любимый тобой человек! Нужно стремиться отдавать, а не забирать. И тогда, как награда за смелость, для нас с тобой, Танюша, прозвучит грандиозный, незабвенный марш Мендельсона, и даже прокисший суп, приготовленный тобой, будет вкуснее любого французского деликатеса! И тогда, ты Танюша, будешь падать в легкий обморок от любого моего поцелуя, даже самого невинного поцелуя! Люби меня Танечка, как я тебя, а если не сможешь, то моей любви хватит для нас двоих! Выходи за меня замуж! Будь моей навеки!

Под бурные аплодисменты, новоиспеченные жених и невеста целовались под громкий отсчет от слова «Горько!»

Такой был Владлен, – балагур и затейник. И дамский угодник.

А после этого дня рождения он попал на трое суток на гауптвахту (за алкогольный «запашок»).

Юношеские литературные упражнения дали свои всходы через пятнадцать лет: он начал писать статьи, рецензии и сценарии. Так продолжалось лет пять. Владлен издал свои первую книгу, когда ему исполнилось сорок лет. Издал за собственные деньги. Владлен Семенович занимался бизнесом (магазин фототоваров) и свой опыт описал в книге, которая называлась «Уроки предпринимателя для начинающих». В книгу вошли конкретные советы для тех, кто мечтал заняться мелким или средним бизнесом. Книга написана легким понятным языком, читалась запоем за пару часов. Удобно почитать и скоротать время в дороге. Далее серия уроков от Высоцкого успешно продолжилась. Владлен владел редким искусством переговорщика и прекрасно общался с работниками ГИБДД (ГАИ, ДАИ), всегда выходя победителем. Новую книгу он назвал «Уроки общения с ГАИ без взяток и штрафов».

Постепенно в серию уроков добавились: «Уроки соблазнения без последствий». «Уроки футбольного комментатора», «Уроки для желающих бросить курить».

Его книги неплохо покупались. И имели локальный успех. В своем городе он был известен.

Вскоре он станет настоящим Маэстро, признанным метром. В стране и за границей.

И в тот момент, когда и в личной жизни (жена, дети) и в публичной (слава, популярность, финансовый успех) все было ОК, в его жизнь вошла ОНА – БЕДА по имени Оля.

Глава 2

Ученики сидели за партами и исподлобья рассматривали друг друга, – кто еще хочет научиться «красиво рисовать словами» как гласило объявление о писательских курсах.

– Давайте подождем еще одного ученика и начнем, – дружественным тоном предложил учитель.

– Так ведь «Семеро одного не ждут», – ответила одна из присутствующих активных дам.

– Как скажете, – быстро сориентировался Владлен Семенович и продолжил. – Здесь собрались талантливые люди, ведь вы решили стать на тропу писательства, возможно кто-то хочет поменять профессию, возможно доказать себе или другим, что он или она, – сможет… – задумчиво, медленно вещал писатель. – Все вы уже взрослые состоявшиеся люди, намеренно осваивающие новое ремесло, – улыбнулся снова. – И правильно делаете. «Глупый думает, что мудрость придет с годами», а вы так не думаете, вы действуете и приобретаете свою мудрость. Именно с такими людьми я хочу работать.

Тишина, кто-то сухо закашлял, не всем было понятно, какой смысл вкладывает Маэстро в свои слова, и не все еще представляли, что за человек перед ними стоит.

– Ну-сс, приступим, для начала поиграем в журналистов, а после напишем короткое эссе.

Группа собралась разношерстная, – девочек было больше чем мальчиков, но всех их объединяет одно – глаза их блестели от жажды новых знаний.

– На уроках мы будем говорить о синекдохах и эпитетах, о метонимии, видах троп, техниках «локомотив», «плакса», «золотое сечение» и еще о многих «полезностях», – вещал Маэстро, все видели, как у него глаза горят от удовольствия процессом обучения. Он представлял, как сделает из этих маленьких утят прекрасных лебедей.

Во время игры в журналистов под названием «Пресс-конференция». особо выделялся один паренек – Паша. Он задавал такие каверзные вопросы: «где вы берете вдохновение?», «а почему в интернете ещё нет вашей биографии?», «о чем вы пишете сейчас?», «а есть ли у вас литературные негры», что его можно было заподозрить в провокационности.

У парня задатки матерого журналиста! – отметил про себя Владлен Семенович.

Несмотря на напряженность первой встречи, занятие закончилось на позитивной ноте, зачитывая эссе по очереди, все веселились и потешались фантазиям друг друга. Маэстро был доволен и преисполнен вдохновения.

Глава 3

Мир перевернулся. Сначала он это почувствовал. И только потом узнал. Словно ладонь, приложенная к раскаленной сковородке – сначала чувствуешь, как кожа прилипает к пылающему металлу и только потом ощущаешь это. А еще мгновением позже – видишь, как видоизменяется твоя рука. Покраснение, волдыри и прочие производные несовместимой любви руки и горячей сковородки.

Мир перевернулся. Мгновенно. Вжух – и ты уже другой, и он уже другой. Нет. Всё было на месте: руки и ноги, магазин за углом, маршрутка на дороге, дверь в квартиру, ключи у зеркала – её ключи. Вот она – ключевая фраза. Ещё один вираж воспоминаний – американские горки. На этих горках Макс «катался» все время с ухода Оли. Даже, можно сказать, досконально выучил их особенности. Где и за каким поворотом, что его ждет.

А было этих особенностей: не так чтобы мало, не так чтобы много; – достаточно. Ключи на зеркале, чашка на сушилке, не успевший выветриться запах духов в квартире, зияющее безмолвной пустотой место на кровати.

Но самое страшное – воспоминания. И чем больше Максим старался абстрагироваться от них – тем настойчивее и четче приходили они.

В те редкие моменты, когда удавалось вынырнуть из омута воспоминаний, Макс двигался как в тумане. На автопилоте. Поесть – поел, попить – попил, поспать – уснул, туалет – тоже пожалуйте-с, сударь. Бег по кругу. Ровно до того момента, когда очередной триггер в виде безобидной помады, упавшей за кресло, не вырывал его из состояния зомби и не швырял на новый виток американских горок воспоминаний.

– …чтение книг, – говоришь, пустая трата времени, – говоришь, – скрипел зубами Макс, «свалившись» с очередного витка памяти. – Ну, это мы еще посмотрим, – решил он.

Цель. Чтобы выжить – нужна цель. Чтобы занять мозг – нужна цель. Чтобы победить – нужна цель. Эту истину КМС по контактному рукопашному бою усвоил еще с первой тренировки в пятом классе. А сейчас его целью станет – книга. Он напишет книгу. «Уделает» этого «автора популярных бестселлеров». Покажет Оле от чего и от кого она отказалась.

Действовать надо поэтапно, – еще одна истина из спорта. Если хочешь пробежать марафон, – научись сначала хорошо бежать четверть пути. Такой четвертью для него станут курсы писательского мастерства, – буквально вчера в маршрутке объявление сорвал.

Постигнуть азы управления словом, научиться красочно и полновесно описывать свои мысли, стать, в конце концов, творцом человеческого воображения, – это все обещала реклама. «Я смогу», – подумал Макс. Достал телефон и набрал номер.

Глава 4

Владлен Семенович усталый и измученный, переступил порог своей квартиры. День выдался невыносимо тяжелый, изнурительный и бесконечно долгий. Да еще и эти курсы. И зачем он только согласился. Ну не хотел же, отказывался до последнего – только лишняя головная боль. А все благодаря Андрюхе: «Давай, старина, не робей, сейчас все так делают. Убьешь сразу не то что двух, – сразу трех зайцев. Во-первых – престиж, свои ученики, так сказать последователи. Во-вторых, – тебе, как и всем известным авторам, чье литературное имя давно стало брендом просто необходимы толковые „книггеры“, сейчас без них, как ни крути просто никуда. Ну и в-третьих – материальная сторона, – лишний раз пригласишь своего бедного друга юности на пару кружек хорошего пива». Это он-то бедный, Андрюха, – «владелец заводов, газет, пароходов».

Если хорошо подумать, то в словах Андрея имелись здравый смысл и железная логика (как и всегда). Задумка оказалась и вправду неплохая, а результат превзошел все ожидания. Ученики собрались как на подбор – эрудированные, не без способностей, с задатками начинающих. если не писателей, то вполне приличных копирайтеров. На фоне всех соискателей литературной славы выделялся Максим: подтянутый молодой человек (не то фитнесс – тренер, не то кандидат в какие-то мастера спорта, хотя одно другому не мешает) со стальным взглядом и душевным надрывом. Глядя на Макса, Владлен вспоминал себя молодого, полного неиссякаемой энергии, жаждущего славы и признания, выпускника экономического вуза. Тогда все подряд твердили ему: «Ну куда ты лезешь со своими писульками. Кому это нужно. Сейчас таких щелкоперов пруд пруди». И только, верный товарищ, сосед по комнате в общежитии, организатор и активный участник всех студенческих попоек Андрюха Тетюхин его безоговорочно поддерживал: